Трещины

Эспада испытывала смешанные чувства по поводу нового дела. С одной стороны, здравствуйте ночные бдения, опасность для жизни близких, нервяк и недоедания. С другой, это именно то, зачем она пришла в полицию — справедливость и, чего греха таить, адреналин. Обычно дела состояли не из охоты за гениальными преступниками, а из разборок с бытовой поножовщиной, кражами и особо мерзкими случаями насилия. Больше бумажной работы, чем мыслительного процесса. Сейчас, после долгого затишья, может Эспада и нуждалась во встряске? Она ненавидела себя за эти мысли. Ей не двадцать, у неё есть ребёнок, о каком адреналине и встряске может идти речь сейчас? Опасность существует для тех, кого никто не ждёт вечером дома. Правильно было бы сообщить Абераш о вовлечённости в дело, добиться отстранения и расследовать кражу холодильников. Но ещё правильно вцепиться в дело, найти того, кто причинил её близким так много боли и посадить за решётку. Лично удостовериться в том, что дело будет расследовано достаточно тщательно. Будь это единственной мотивацией, жизнь ощущалась бы куда проще. Зури ругалась на Румынию, существование других копов кроме неё самой, а ещё на «ебнутых психопатов». Однако за руганью скрывались горящие азартным блеском глаза и лёгкая дрожь нетерпения в руках. Зури это простительно. У неё нет ребёнка. Эспада напечатала в перерыве между кружками чая Гореку о том, том задержится и параллельно отправила сообщение Дохану, попросив встретить Горека с тренировки. От обоих в ответ пришло подростково-лаконичное «ок». Не стоит переживать лишний раз. Если верить Кхорне, сперва должны пойти предложения подкупа. Тем более, информации о том, кто ведёт это дело, нужно просочиться наружу, а под бдительным взором Абераш это будет сделать сложнее. Эспада закрыла глаза. В голове появились очертания комнаты Горека. Большое окно, выходящее на солнечную сторону, завешанное синими шторами. Горек сам выбирал многие детали интерьера и, кажется, стремился казаться как можно более зрелым. Впрочем, на книжных полках всё ещё стоял Гарри Поттер с комиксами, а на стенах висели яркие плакаты. Почему-то в комнате, которую ему устроила Кхорна, Горек мог расслабиться больше, чем у себя. Там даже была постелена простынь с динозаврами на кровати. Когда Эспада купила ему самый дорогой компьютер, который вообще могла себе позволить, Горек ворчал ещё два месяца, не очень умело скрывая восторг. Эспада предпочла бы думать, что привычка считать деньги пришла к нему из жизни с родным отцом, но крайне сомневалась. В углу комнаты висел кондиционер, позволяющий не умирать от жары летом, а у левой стены стоял диван, уже слишком маленький, чтобы Дохан смог на нём вытянуться в полный рост. Несмотря на то, что чаще мальчики ночевали у Кхорны, Эспада всё же купила раскладушку для Дохана, которая периодически становилась нужной. Выдохнув, Эспада открыла глаза. Да, всё будет хорошо. Главное дышать и не волноваться понапрасну. — Завтра собираемся как обычно? — невзначай спрашивает Зури, отвлекаясь от материалов. Эспада вздрогнула. — Завтра? Точно, да, завтра. Думаю да. Кхорна не писала ничего по поводу отмены поездки. Заодно передам Абераш пирог. — Который я честно выпросила! — Уверена, что это был Горек. — Общайся поменьше с Кхорной, мне перестаёт нравиться твоя догадливость, — фыркнула Эспада. — Ладно, ты права, так лучше? — Обожаю это слышать от тебя. — Ты права, ты права, ты права, — с лёгким придыханием шепчет Эспада, вызывая лёгкий смешок. — Могу наслаждаться этим целый день. Слова Зури вызывают лёгкий, невесомый смех. С ней всегда просто, как будто в голову ударяют пузырьки шампанского. — Боюсь, за это мне не заплатят, так что вернусь к работе. — Зануда. Вопреки своим словам, Зури приступает к обзвону и записям ещё более рьяно, чем Эспада, словно дорвавшись до самого аппетитного куска мяса на тарелке. Эспада в свою очередь, оформляет материалы, полученные и от Кхорны, и от Абераш, пытаясь хоть как-то собрать всё в один связный текст. Румыния пока не ответила ничего на предложение о сотрудничестве и всегда существовал шанс, что дело заберут федералы, от чего задача становилась только напряжённей. Когда Эспада, наконец, освободилась, стояла глубокая ночь. Она с большим трудом открыла дверь, молясь на то, чтобы завтра Абераш смогла зайти к ней перед поездкой на дачу. На столе стояли остывшие макароны. Горек уже спал, а часы неумолимо приближали новый рабочий день. Осторожно, чтобы не задеть скрипящие половицы, Эспада подкралась к двери детской, прислушиваясь. Спокойное дыхание. Никакого лишнего шума. Сгорая от стыда, она лёгким движением рук вскрыла замок, заходя внутрь. На диване валялась мятая спортивная форма, а в углу сброшен портфель со сломанным замком. С трудом поборов желание начать приводить всё в порядок, Эспада взяла с компьютерного стола телефон Горека. К счастью, он не был защищён паролем. Нужно будет провести с ним разговор об информационной безопасности. Руки слегка дрожали, пока Эспада скачивала на телефон своего собственного сына отслеживающее приложение. Сразу вспоминалось и то, как спокойно воспитательницы вламывались в её личное пространство, и то, как часто Эспада пыталась сбежать. Многие мамы пользовались таким, но это казалось самым неэтичным изобретением на свете. «Только на время этого дела, ” — успокаивала себя Эспада. «Я всё удалю потом». Конечно, делать это тоже придётся скрытно. Годы, потраченные на выстраивание доверия, могли улететь в пропасть из-за одного неосторожного действия. Однако, если это цена безопасности Горека, Эспада готова её заплатить. Скрыв приложение, она также осторожно вышла из комнаты, тяжело вздохнув. Закрывать двери сложнее, чем взламывать, но это не невозможно. Подождав ещё немного, чтобы Горек не проснулся от резких звуков, Эспада взяла тарелку с остывшими макаронами и пошла в свою комнату. На доске для расследования появились новые фотографии — Ирины, Далвана и Айека. Ирина была из Румынии. Далван был из Румынии. Арригал тоже был мигрантом. Как они связаны? Арригал действительно просто связался с мафией? А Далван? Эспада выучила его биографию от корки до корки, более порядочного человека найти сложно. Если бы он хоть как-то был связан с мафией, Эспада бы заметила неровную ниточку несколько лет назад. Может случайный свидетель? Это возможно. Тогда легко объясняется и почерк убийства, и то, как Далван с этим связан. С другой стороны, от случайных свидетелей избавляются тихо. Отсечение головы больше похоже на показательную казнь. Опять не сходится. Эспада смотрела протокол допроса семьи Арригала от Зури и расспрашивала её лично, но это дало немногое. Жена либо что-то утаивала, либо была вне себя от горя и путалась из-за этого, либо и то, и то. Эспада собиралась пройтись по нескольким своим каналам, как и Зури, а заодно заглянуть в район, который упоминала Кассандра. Кассандра… Эспада отложила тарелку с макаронами на комод и упала на кровать. Фотография Кассандры всё ещё висела рядом с Арригалом, но был ли в этом смысл? Вряд ли её корпорация, имеющая хорошую репутацию на рынке, связана с мафией. Не говоря уже о том, что сама Кассандра была лицом слишком общественным для такого. Интервью, реклама, не слишком много информации, но в самый раз для большой компании. Да и сама Кассандра явно не из Румынии, Эспада бы узнала акцент. Хотя прежде, чем отмести вариант, его нужно проверить. Эспада достала телефон. Час ночи, а сна ни в одном глазу. Слишком много мыслей в голове. Почему всё не может быть проще? Ничто не изматывает больше собственных мыслей. Хотелось проветрить голову, побегать вокруг дворов, немного расслабиться, перестать волноваться обо всём и сразу. Стать настолько же безответственной и зависимой от адреналина как пару лет назад. Эспада разблокировала экран, открывая контакты. Может совместить приятное с полезным? Какое-то время она гипнотизировала строку «подозреваемая», всё же открыв смс-чат. К чёрту, всё равно никто не узнает об этом. «Вы: Здравствуйте, это Эспада, сотрудница уголовного отдела, заходившая недавно к вам по поводу гибели Арригала. В деле всплыли новые данные, вы не против личной встречи? Нужно уточнить несколько вопросов» Эспада осознала, что нормальные люди спят в это время, только после того, как нажала на кнопку «отправить». Она чертыхнулась про себя. Все сообщения, отправленные после двенадцати часов ночи становятся слишком интимными, после такой грубости вряд ли с ней кто-то захочет продолжать диалог. «Вы: Простите, что пишу так поздно, в полиции ненормированный график» Внизу чата появились три точки оповещающие о том, что ответ скоро придёт. «Подозреваемая: Не волнуйтесь, я предпочитаю работать в ночное время. Я свободна завтра вечером» «Вы: Где вам удобно будет встретиться? Вряд ли вы хотите подъехать в полицейский участок.» «Подозреваемая: Вы правы, не хочу. Я отправлю вам позже адрес ресторана. Жду вас в семь.» Эспада тихо усмехнулась, падая на кровать. Надо будет выбрать что-то среднее между «я хочу с тобой переспать» и «я пришла по работе». А ещё поесть перед встречей. Что-то подсказывало Эспаде, что в ресторане она сможет заказать только самый дешёвый салат. «Вы: Я не еду на дачу. Нужно допросить кое-кого.» «Лучшая из женщин: Нашла что-то интересное?» «Вы: Да.»