Truth traces

Начнётся суд – виновных или правых? – здесь нет границ в обложках Конституций, здесь только разум нам велит быть храбрым, чтоб не запутаться в петлях стальных конструкций, сооружённых на могилах наших предков, а позже и детей – ведь месть Земли необратимо средь бела дня на лица льётся пылью едкой, и как бы не было за гнивший мир противно, никто за раз не сможет изменить всё. А был ли он – и был ли суд когда-то? Но если хочешь вспомнить – время унесёт, где детство, где мечты и где твоя утрата.

По мере того, как мы шли всё дальше и дальше, я понимал, почему город носит такое странное название – ведь его построили вовсе не в окружении хвойных – или лиственных – зарослей. Заросли находились внутри самого города, просто сейчас, осенью, ветки были совсем голые. Это удивительно сочеталось с атмосферой Вуд-сити, с указателями, с витым узором на заборе, окружавшем поместье. Теперь понятно, почему к Юне слетались вороны – словно чувствовали происхождение. Неуютно здесь. Тем явственней становится подозрение, что всё неспроста. Мустанга подтолкнул поехать сам фюрер… Ещё больше странностей. Уже голова лопается, но, как ни крути, а ясность помыслов надо сохранить на весь долгий день. Полковник неуверенно сверял путь на каждом повороте, то и дело останавливаясь, что не могло не раздражать. До поместья все добрались уставшие, кроме новой знакомой. Альфонс, дурак такой, согласился покатать её на себе, словно маленькую девочку! До чего же мягкосердечный. Будь я на его месте… Ну вот, замечтался. Между тем Хоукай уже звонила, удерживая пальцем красную кнопку на воротах. Звонка не было слышно – вот странно. Через три минуты ожидания – нет, считать секунды – не моё – ворота открылись. Нас встретила молодая блондинка того же возраста, что и старший лейтенант, только её волосы оказались заплетены в две длинные косы. Девушка сжимала в руке серебристый зонтик с лиловыми разводами. Наверняка они складывались в какой-то рисунок. На второй руке позвякивали тонкие браслеты – штуки три. При виде нас блондинка удовлетворённо кивнула. - Добро пожаловать в поместье Мур. Меня зовут Валери Маршалл, или же Мелодичный алхимик, - представилась она. – Стальной и Огненный, полагаю? А с вами? - Моя помощница, Риза Хоукай, - произнёс Мустанг, явно не ожидавший, что Валери угадает, кто есть кто. - Мой младший брат, Альфонс Элрик, - продолжил я, кивнув на доспехи. – И ещё… Но Юна представилась сама. - Зеркальный алхимик, - тон её был слишком твёрдым, чтобы сомневаться в правдивости слов. Шатенка уже слезла с Ала. - Прошу, проходите, мы ждали, - улыбнулась Маршалл и пропустила нас ко входу. Поместье оказалось огромным и таким необычайно старинным, что всё внутри зажглось ностальгией. Вряд ли сохранилось на свете много таких зданий, а уж это место наверняка являлось настоящим раем для ценителя древностей. Внутреннее убранство не уступало внешнему, только здесь зелени поубавилось – до нескольких комнатных растений, среди которых притаились каменные статуи животных из преданий. Большой зал оправдывал своё название. Особенно меня заинтересовали шесть колонн на первом этаже, как раз перед входом в библиотеку. На каждой из колонн красовался барельеф, мельком я так же увидел портреты неизвестных людей на стенах. Кажется, дверь слева от лестницы вела в оранжерею, а чуть поодаль находилась кухня. По словам Валери, там недавно был пожар. На втором этаже, судя по всему, располагались жилые комнаты. Туда-то нас и отвели. Свет то ли специально, то ли нарочно приглушили. Когда я проходил вслед за всеми, то у поворота после лестницы нос к носу повстречался с горгульей. Это чуточку пострашней ворона, ведь та просто в душу смотрела своими глазами. Один красный, другой… серый? Возмущаясь, мол, почему я застрял, между мной и статуей протиснулась Юна, опаздывающая за Альфонсом. Ума не приложу, как они поладили. Оставив странного зверя в покое, поспешу, пожалуй, к остальным. - Все комнаты дальше по коридору свободны, - объявила Маршалл. – Располагайтесь. Я почти всё время нахожусь во второй комнате слева от горгульи, - брр, и тут она. – Когда начнётся первое собрание, вам сообщат. После того, как обживётесь, спускайтесь в столовую – там будет ждать скромный завтрак. - Спасибо за гостеприимство, - отозвался Мустанг с воодушевлением. Умоляю, только не улыбайтесь так слащаво. Выбрав первую же комнату из предложенных, мы с Алом скрылись в ней. Тут было более уютно, но всё равно непривычно. Большая кровать оказалась такой мягкой, что захотелось тут же повалиться на неё, укрыться тяжёлым тёмно-синим пледом и… Раздался грохот. Ал, что ты там творишь?! - Прости, брат, я просто хотел книжку посмотреть, - начал оправдываться тот. А вот и книжка, валяется на полу. Вместе с ней – кубик. На его гранях были изображены животные. Что же, обычная игрушка, да и книжка ничего необычного собой не представляет – сказка для малышей о лягушке и фее. Никакой магии не существует. Всё в мире можно объяснить, а чудеса обоснованы законами алхимии. И чёрт нас угораздил познакомиться с этими законами в решающий момент. Я никогда не забуду этот день, потому что он был последним. Дракон, казалось, утробно рыкнул, когда Валери повернула его лапы. Она точно знала последовательность наизусть. Камень тяжело поддавался. К счастью, блондинка никогда не отращивала ногти, иначе ей пришлось бы несладко. Изумруды в глазницах статуи блеснули, как только плита на стене отъехала. За ней обнаружились четыре цилиндра. - Будь мудрым, храбрым, разрушай и сметай прах тех, кто встанет у тебя на пути… - тихо повторила Мелодичная и прокрутила первый цилиндр, остановив его, когда в чёрном окошке появился один из треугольников. Все цилиндры были установлены, и отъехал следующий слой. Валери склонилась над выбитыми буквами. Несколько манипуляций – последняя преграда исчезла. Девушка прошла в едва освещённый тоннель. Алхимик нервно кусала губу. Оставалась какая-то пара метров до встречи. Огонь факелов не трепыхался, но тени на стене шевельнулись. Валери, шестым чувством уловив движение холодного воздуха, выставила хлопнувший зонтик перед собой. Бубенчики на нём зазвенели. Узор, на несколько мгновений завоевавший интерес Эдварда, оказался лишь красивыми «волнами». - Думаешь, меня остановит твоя игрушка? – усмехнулся кто-то. - У тебя тоже есть игрушки, Прайд, - тихо огрызнулась Маршалл. Тени вновь предостерегающе затанцевали на стенах. - И ты входишь в их число, - нагло заметил гомункул. - Когда ты решишь мне показаться? – блондинка закинула за спину косу, усмехаясь и стараясь не показать страх. Гордыня на секунду задумался. - А смысл? – переспросил он. – Мне от тебя, кроме тайны четы Пенвеллин, ничего не надо. А тебе от меня? - Это любопытство. - Любопытство – не грех, но я не люблю, когда кто-то суёт нос в чужие дела. Особенно в наши. - Прости, что задела твоё самолюбие, - алхимик невинно пожала плечами. – Но мы же не будем на этом зацикливаться ради общей цели? – добавила она наивным тоном. - Что же, в твоих словах есть резон, - недовольно заметил Прайд. – Каковы успехи? - В поместье остановилось довольно много алхимиков, среди них Огненный и Стальной, - когда Маршалл заметила это, гомункул мысленно похвалил Гнева за проделанную работу по убеждению упрямца Мустанга. – А так же юная Зеркальная. - Зеркальный алхимик? Не слышал о такой, - хмыкнул Гордыня. - Знаешь, не ты один. Но – вот интересно – ей оказалась Юна Пенвеллин. Та самая, - закивала Мелодичная. - Неплохо, - вдруг согласился гомункул. – Старшая сестра уже у нас в руках. С малявкой разобралась Ласт. Осталось лишь подкинуть Юне загадку. - Что, если Элрики вмешаются? У них есть подозрительная способность влипать в неприятности, - блондинка говорила легко, с нотками сарказма, и слишком громко. - Тогда можно их шантажировать, - ответили ей. Валери склонила голову и, развернувшись на каблуках, удалилась в сторону статуи дракона. Тени зашевелились, в свете факела показался аметистовый гигантский глаз. Он ехидно моргнул. - И это всё можно съесть?! – завопил я, вылупив глаза. Со стороны их можно было сравнить с монетами. Перед нами простиралось то, что Маршалл назвала «скромным завтраком». Длинный стол, протянувшийся через весь зал, ломился от угощений. Воздух пропитался аппетитными, дразнящими ноздри ароматами. У меня и Огненного одновременно тихо заурчали желудки. Ал горестно вздохнул, про себя считая, сколько ещё блюд ему надо занести в список того, что он съест после возвращения тела. Пенвеллин не особо обрадовалась изобилию, она до сих пор была бледная и держалась за доспех, как ребёнок за руку матери. Но это меня не особо волновало. Если гостей будет мало, то всё, что на столе, достанется нам! Хотя, возможно, просто пришли первыми. Усевшись, я понял, насколько поместье Мур всё-таки отличалось от тех мест, где мы с братом бывали раньше. Чувство, что нас не должно быть здесь, никуда не исчезло. По правую руку сидела Юна – это плохо, она может спросить об автомейле – и нервно складывала салфетку, по левую – Ал. Снова остро ощущаю вину, что он не сможет попробовать ничего… значит, наемся и за братишку! Решено! Вот зал начал заполняться гостями. Мужчины, женщины, почти все они – незнакомцы. Напротив меня уселся рыжий алхимик в шарфе. Эти люди пугают. Казалось, что я всех Государственных знаю, или, по крайней мере, видел упоминания о них в архивах. Оказывается, мир тесен, дорогая Юна, лишь с определённой точки зрения. Вслед за алхимиками явилась Валери, лишь с небольшим опозданием. Она не переоделась – та же лёгкая курточка на застёжках-крючках, длинная юбка до самого пола – всё нежно-голубого цвета. А зонтик она всегда с собой носит, что ли? Поздоровавшись, девушка уселась во главе стола, пожелала приятного аппетита и сообщила, что во время завтрака ей можно задавать любые вопросы, связанные с поместьем и «Чёрной палатой». Присутствующие зашептались. Я принялся за еду, решив: всю информацию узнаю на слух. И она не заставила себя ждать. - Скажите, почему поместье так называется и кому оно принадлежит? – первый начал тот самый рыжий мужчина. - Название «Moor» дано уже давно, - с готовностью кивнула Маршалл. – Неподалёку действительно находится торфяник, что и подметили основатели. Поместье испокон веков принадлежало чете Пенвеллин, но в данный момент я являюсь его полноправной хозяйкой. Тут будто кусок в горле застрял, и пришлось закашляться. Рядом сидела, довольно бережно похлопывая меня по спине, наследница такого состояния?! Да Юна и глазом не моргнула, когда Валери назвала её фамилию. Вот почему так расстроилась по прибытии, всё ясно… - Что насчёт «Blackward»? – подали голос с другого конца стола. – Почему именно здесь, и зачем вообще собирать нас? - Видите ли, это ни в коем случае не заговор против правительства. Спешу заверить – есть согласование с фюрером и необходимые документы. Заниматься мы будем некими исследованиями в области алхимии. - Это напоминает мне то, что недавно происходило в подпольных лабораториях, - послышался шёпот Мустанга. Старший лейтенант кивнула и внезапно громко провозгласила свой вопрос. - Надеюсь, исследования не будут нарушать границы дозволенного законом! - Будьте спокойны, - Мелодичная глотнула апельсиновый сок. – За любой действующей на территории Аместриса официальной организацией установлен контроль правительства. К тому же, это отличная возможность заработать повышение по службе и улучшить свои навыки. Алхимики одобрительно закивали. То ли Валери не обладала даром убеждения, то ли я такой въедливый, но не нравится мне ваша «Чёрная палата». Далее следовали неинтересные вопросы и совершенно бесполезные факты, но номерок службы доставки пришлось записать. Завтрак был заказан, а не приготовлен «по-домашнему» из-за пожара. Опять же, причина банальна – нечто загадочное во время жарки послужило настоящей бомбой. Ещё некоторые предупреждения заставили задуматься. В оранжерее есть опасное растение, в Большом зале у входа стоит игровой автомат, а самым любопытным лучше не соваться к Валери во время занятий. Что же за загадочные занятия – алхимия, может? Ладно, примем за прихоть. С Юной позже поговорим. Оставив, в конце концов, самый вкусный завтрак, что только можно представить, я улизнул из-за стола, шепнув Альфонсу: «Одноглазая горгулья». Кажется, он с полуслова понял. На деле никто не должен понять, что мы договорились обсудить происходящее, поэтому пришлось одному пройти в Большой зал. Прежде всего, подойдём к автомату. Оказывается, незатейливая карточная игра. Негусто. Обернувшись, я вспомнил про колонны. На каждой из них изображение было неполным. В голове уже складывались догадки – для чего-то они служат. Что насчёт портретов? Под каждым – герб. С трудом верится, что поместье в Аместрисе – слишком старинная традиция. Одна из картин заставила меня вздрогнуть. Пожилой мужчина с длинным носом вряд ли мог вызвать такие эмоции, а его герб – змея, кусающая себя за хвост… - Любуешься? Тут я действительно подскочил. Всего лишь Юна. Она, как и всегда, до смерти пугает. - Любуюсь-любуюсь, - подтверждение вызвало одобрительную улыбку. – Объясни-ка мне одну вещь… Ты – хозяйка поместья?! - Вообще-то, - девушка закашлялась. – Им владели мои родственники до поколения дедушки, Данкана П-пенвеллин… И она кивнула на портрет дяденьки с уроборосом на гербе. Очень информативно. - И ты не была здесь раньше? - Была один раз, - быстро ответила кудрявая. – Пока… пока не прокляли… Моё лицо, наверное, сейчас приняло выражение а-ля «да не пошли бы вы все». - Что за чушь ты несёшь? Хочешь сказать, что это «родовое проклятье»? А, Юна Пенвеллин?! – я поднялся на цыпочки, прожигая взглядом шатенку и неосторожно касаясь её лба своим. Тут же, просто моментально на лице девушки появился румянец. - Нет! – затараторила она, став цвета свёклы. – Успокойся! Ты не так понял! - Б-братик? Юна? Что происходит? – раздался голос сзади. Альфонс, то ты опаздываешь, то приходишь не в то время! Чувствуя, как сам краснею, я медленно опустился. Действительно, что нашло? Так взбеситься из-за нелогичных и непонятных слов, или сама девчонка просто выводит из себя? В конце концов, дайте ответ, что мы здесь делаем! - Сейчас всё объясню… - сглотнула Юна. – Понимаете, виновата алхимия… И философский… Ну, хоть никакой мистики.