День ангела

      — Да уступи же ты дорогу, болван! — выругался сквозь зубы Чимин, нетерпеливо сигналя водителю медленно двигавшегося впереди «форда».       С момента окончания совещания в кабинете главного редактора прошло уже три часа, но он все еще не мог прийти в себя. Его терзало запоздалое сожаление о своей эксцентричности, из-за которой он попал в идиотское положение. Предстоящий разговор с Чонгуком страшил его. Он ощущал, как желудок его сжимается от отвратительных предчувствий.       Расслабься, приказал он себе. Для паники нет повода. Чон Чонгук скорее всего даже не узнает тебя.       — Будем надеяться! — произнес Чим вслух и криво усмехнулся, словно желая подбодрить себя деланной бесшабашностью.       Из этого мало что получилось, потому что его бросало в дрожь при одном воспоминании о том, как он, будучи еще совсем юным парнишкой, вдруг оказалась в чужой стране, в незнакомом доме, в сущности среди посторонних людей.       Неудивительно, что эта история закончилась столь плачевно.       Многие, кто едва-едва вышли из подросткового возраста, выглядят не слишком привлекательно — Чимин же в ту пору имел просто ужасную внешность! Почти все его сверстники уже успели как-то оформиться, а он все продолжал оставаться нескладным как новорожденный олененок. И вдобавок ко всему у него был довольно мерзкий цвет волос.       По прошествии стольких лет Чимин не мог вспомнить, что побудило его выкрасить волосы краской невообразимого красновато-коричневого оттенка. Или почему, к примеру, он решил пользоваться почти белой пудрой. Возможно, в этом заключался своеобразный протест? Бунт против несправедливостей окружающего мира? Если так, то он, несомненно, совершил ошибку.       Едва взглянув на странного вида парня, появившегося на пороге их летнего загородного дома в окрестностях Барселоны, мать Гука, Чон Мина, незамедлительно взяла дело в свои руки. Однако к тому времени, когда ей удалось придать внешности Чимина более естественный вид, уже случилось непоправимое: мальчишка успел встретиться с Чонгуком и влюбиться в него с первого взгляда. Да и трудно было бы винить Чима, ведь его двадцатитрехлетний сводный брат — высокий, стройный, темноволосый красавец — был само очарование, и влюблял в себя не только девушек, но и парней.       Чонгук, со своей стороны, поначалу не обратил большого внимания на экстравагантного сводного братца. Скорее всего он счел его взбалмошным и несерьезным парнем, почему-то пожелавшим изобразить из себя пугало.       За прошедшие годы Чимин постарался забыть летние каникулы, во время которых, как в греческой трагедии, одно досадное недоразумение сменялось другим. Но сейчас, переживая предстоящую перспективу встречи с человеком, знакомство с которым так сильно потрясло его в юности, Чимин чувствовал, что при воспоминании о былом унижении его кожа покрывается мурашками.       А почему, собственно, ты так разволновался? — спросил он себя. Почти каждому случается хоть раз в жизни сделать какую-то глупость или попасть в дурацкое положение. И ничего, все продолжают жить. И ты не исключение. Кроме того, прошлое не имеет никакого значения. Важно то, что существует здесь и сейчас. И если ты не хочешь лишиться работы, то обязан раздобыть интервью с Чон Чонгуком и его невестой всеми правдами и неправдами!       К сожалению, Чимину, взбудораженному разговором с главным редактором и терзаемому тяжелыми воспоминаниями, так и не удалось хорошенько настроиться на встречу с героем своего будущего сюжета. Он прекрасно понимал, что вопрос о его существовании на телевидении повис на волоске. Ли Джиен не оставил на этот счет ни малейших сомнений.       — Я очень рассчитываю на тебя, Чимин, — значительно произнес он. — Так что ты уж постарайся заполучить этот материал. И проследи, чтобы он был высшего качества. Бери лучших ребят из съемочной группы, делай что хочешь, но сюжет должен быть первосортным! Если же ты попробуешь водить меня за нос, не сомневайся, что вскоре духу твоего не останется на нашем канале, — мрачно предупредил Ли. — К тому же я позабочусь, чтобы тебя не принимали и на другие студии. Понятно?       Куда уж понятнее!       Чимин кивнул, прикусив губу, и поспешил покинуть кабинет главного редактора. Его радовало только одно обстоятельство: он не солгал насчет своих родственных отношений с Чонгуком. Хоть какая-то зацепка у меня имеется, успокаивал он себя, сидя за рабочим столом и машинально вертя в руках карандаш.       А не слишком ли ты самонадеянный? С таким же успехом ты мог бы и солгать — результат был бы прежним. Потому что твое так называемое «родство» с мистером Чоном на самом деле очень эфемерно. Кроме того, ты не виделся с ним — как и с другими членами этой семейки — почти девять лет.       — Ладно, ладно, — пробормотал Чимин себе под нос, пытаясь отогнать сомнения и сосредоточиться на стоящей перед ним непосильной задаче.       Для начала ему требовалось раздобыть побольше информации об интересующих его персонах. В конце концов, он почти ничего не знал о Чхве Сонхи, да и сводный братец во многом являлся для него загадкой. Оставалась надежда на Инсан, с которой Чимин дружил еще со студенческой скамьи. Уж она-то непременно имеет доступ к материалам о невесте Чона!       Инсан жила в том же доме, что и Чимин, и работала в редакции одного из престижных ежемесячных журналов, посвященных в основном вопросам моды и жизни высшего света. Но оказалось, что с подругой не так-то просто договориться. Лишь только после того как Чим пообещал одолжить ей в ближайшее время деньги на лучшее вечернее платье вместе с изящными туфельками на шпильках, та все еще неохотно согласилась порыться в редакционных архивах.       — Отлично! — воскликнул Чимин, улыбаясь в телефонную трубку. — В таком случае встретимся в обеденный перерыв в кафе напротив твоей редакции. Идет?       — Нет, не так скоро! — возразила Инсан. — Все это потребует гораздо больше времени. Кроме того, я должна действовать осторожно, потому что, если меня поймают за передачей информации конкурирующей фирме, я могу лишиться работы! Мне еще не приходилось выступать в роли шпионки.       Чим скрипнул зубами;       — Послушай, я знаю, что ты собираешься посетить намеченный на четырнадцатое февраля бал. Тебе конечно же захочется выглядеть там королевой и заставить своего парня слегка поревновать, не так ли? Разумеется, если ты не нуждаешься в деньгах на платье и предпочитаешь надеть старое, в котором тебя видели уже много раз, дело твое. Возможно, тебе нравится быть похожей на Золушку до того, как она встретилась с доброй феей.       — Ладно, не шантажируй меня, я все сделаю! — фыркнула Инсан, в следующее мгновение бросив трубку.       Так-то лучше, удовлетворенно подумал Чимин. Пока все идет в соответствии с его планом. И все же успокаиваться рано, потому что времени до назначенной даты остается мало — сроки поджимают. Не слишком обнадежил его и разговор с Чон Хосоком. Узнав, что Чимин давно не поддерживает связь с Чон Чонгуком, телерепортер выразил сомнение в успехе его предприятия.       — Боюсь, что тебе все же не удастся добиться встречи с ним. Особенно сейчас, когда парень готовится к свадьбе, — с усмешкой заметил Чон.       — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Чимин.       — Разумеется, не то, что его невеста беременна. Однако Чону уже не отвертеться от брака, потому что он попался в когти к будущей теще, Чхве Мури. А эта дамочка, насколько мне известно, своего не упустит. Ходят слухи, что она очень властная женщина. И ей, безусловно, хочется получше пристроить единственную дочь. Не забывай, что именно благодаря Мури информация о помолвке просочилась в газеты. Поэтому, если Чон Чонгук и пожелает отказаться от брака — хотя вряд ли, — то я готов биться об заклад, что из этого ничего не выйдет и в конце концов ему все равно придется повести Чхве Сонхи под венец!       Затем Чон сообщил Чиму, что его сводный брат живет в большом престижном доме в районе Центрального парка, куда не так-то просто попасть.       — Там постоянно дежурит швейцар и охранники, а сигнализация лучше, чем в банке. Без предварительной договоренности туда лучше не соваться. Во всяком случае, у меня самого это еще ни разу не получилось. — Хосок развел руками. — Честно говоря, я сомневаюсь, что Чон согласится тебе помочь. Правда, если принять во внимание, что ты приходишься ему родней, можно предположить, что он сделает для тебя исключение. Как знать, возможно, он захочет поделиться новостью с братиком?       — Посмотрим. — Чим уныло кивнул.       У него не имелось никакой уверенности на этот счет. Сказанное Хосоком убедило его в том, что лучше всего попытаться проникнуть к Гуку в офис, хотя само по себе это тоже дело нелегкое. Ведь у Чона наверняка есть секретарша, которой нужно будет как-то отрекомендоваться и сообщить о цели визита. Не мог же Чимин сказать, что он представляет коммерческий телеканал. Тогда его точно в два счета выставят за дверь! И все же, несмотря ни на что, он решил попытаться. Он быстро съездил домой, где сбросил джинсы и свитер и переоделся в элегантный черный костюм, выгодно подчеркивавший красоту его светлых волос. После этого Пак снова сел в свой «понтиак» и поехал к зданию, где размещалась компания «Чон констракшн». По дороге он лихорадочно пыталась придумать подходящий повод для визита, но его старания оказались тщетными.       Чимин уже направлялся к ступенькам главного входа в здание, а в голове его по-прежнему не было ни единой удачной мысли. По правде сказать, он не испытывал ничего, кроме сильного желания оказаться вдруг в самолете и улететь на другой конец света, где его никто не смог бы отыскать. И где он мог бы напрочь забыть об опрометчивом обещании снять интересный сюжет ко Дню святого Валентина!       И тут его взгляд скользнул по знакомому лицу. Как, неужели это… Вот так удача!       — Привет, Дин! — окликнул Чимин давнего приятеля, который работал в журнале «Таймс».       — Кого я вижу! Неужели это ты, Чимини? Каким ветром тебя занесло в эти края? Ты что, воспылал интересом к строительному бизнесу?       — Тема весьма актуальная. — Чим пожал плечами, спеша взять Дина под руку. — Ты тоже направляешься сюда?       — Конечно. В кои-то веки старик Чон собирает пресс-конференцию. Нельзя пропустить подобное событие. Интересно, о чем пойдет речь?       — Я сгораю от любопытства! — не моргнув глазом соврал Чимин. Если ему сейчас удастся проникнуть в недра строительной империи Чонов, считай, полдела сделано.       — Кстати, по окончании пресс-конференции я с удовольствием пригласил бы тебя в ресторан, — с улыбкой сказал Дин. — Мне хочется обсудить с тобой мою будущую статью.       — Боюсь, из этого ничего не выйдет, — ответил Чим извиняющимся тоном. — Во второй половине дня я занят. Но когда твоя статья будет напечатана, я непременно прочту ее, — добавил он, смущенный собственной способностью врать не краснея.       — Вот мы и пришли, — заметил Дин, когда они перешагнули последнюю ступеньку. — Ты захватил удостоверение?       — Разумеется! — Чимин вынул из сумки удостоверение журналиста телевидения и предъявил его швейцару, после чего тот пригласил их с Дином внутрь.       Следуя желанию как можно меньше обращать на себя внимание, Чимин увлек своего спутника в дальний конец расположенного на втором этаже зала, где должна была состояться пресс-конференция. Там они устроились в последнем ряду напротив длинного стола, и Чим принялся с интересом оглядываться по сторонам, рассматривая золотой орнамент на потолке, тяжелую хрустальную люстру и большие тусклые картины на стенах, обитых темно-зеленым штофом. Помещение скорее напоминало закрытый клуб, чем конференц-зал.       Так-так, пронеслось в голове Чимина, похоже, владельцы компании не отказывают себе ни в чем! Хотя почему бы и нет, собственно говоря, если средства позволяют? Лучше подумать о том, как выскользнуть отсюда, чтобы разыскать кабинет Чонгука.       Тем временем зал постепенно заполнялся журналистами и телерепортерами, прибывавшими в сопровождении кинооператоров с камерами. Все они оживленно переговаривались. Только когда в помещении появились представители компании во главе с ее владельцем, шум понемногу стих. Собравшиеся потянулись за блокнотами и приготовили ручки.       Чимин сидел позади какого-то здоровяка, и ему плохо было видно, что происходит впереди. Лишь слегка отодвинувшись в сторону, он получил возможность разглядеть тех, кто сидел за столом. Первым, кого он увидел, был Чон Чонгук.       Он почти не изменился, мелькнуло в голове взволнованного Чимина. Однако чуть позже, немного успокоившись, он понял, что ошибся.       Они не виделись почти девять лет. За это время Гук не потерял былой привлекательности, но заметно возмужал, и черты его лица выделились резче. Сейчас в каждом движении Чона сквозила властность, а жесткий рисунок рта свидетельствовал о том, что этот человек нечасто смеется.       При ярком свете люстры, зажженной в это хмурое февральское утро, он увидел в темных волосах Гука отдельные серебристые проблески. Кожа на лице и руках была темной от загара, что казалось довольно странным для человека, большую часть времени проводившего в кабинете. Или — если верить сплетням — в будуарах соблазнительных красоток.       Безусловно, этот аспект своей жизни Чон-младший не собирался выставлять напоказ перед репортерской аудиторией. После того как глава компании Чон Богом выступил с краткой речью, Гук предложил собравшимся задавать вопросы. Журналисты и телерепортеры не замедлили воспользоваться этой возможностью. Они оживились и образовали своеобразную очередь, желая узнать как можно больше. Наблюдая за тем, как Гук разделывается с наиболее каверзными вопросами его коллег, Чимин без труда понял, почему именно Чонгуку была поручена подобная миссия. Однако, хотя он и действовал виртуозно, распространяя вокруг себя атмосферу легкости и обаяния, Пака ему обмануть не удалось. Он слишком хорошо знал, что за внешним блеском его сводного брата кроется стальной характер.       В который раз подумав о предстоящем разговоре, он вновь ощутил неприятные спазмы в желудке. И снова в его памяти всплыли картины из прошлого.       Предавшись воспоминаниям, Чимин едва не пропустил момент завершения пресс-конференции. Спохватился он лишь тогда, когда заметил, что репортеры потянулись к выходу. Только один из них все продолжал что-то выпытывать у Чона.       Наскоро попрощавшись с Дином, Чимин смешался с толпой и покинул зал незамеченным. Затем на служебном лифте он поднялся на один из верхних этажей и выяснил у встретившегося ему рассыльного, где находится кабинет Чон Чонгука. Причем парень оказался настолько любезным, что сообщил также, как зовут личную секретаршу племянника главы компании.       Через несколько минут Чимин уже входил в приемную Гука.       — Добрый день, Бонн! — поздоровался он как ни в чем не бывало. — Я заглянул на минутку, чтобы увидеться с Гуком. Ничего, если я подожду его в кабинете?       Подняв голову, Бона внимательно посмотрела на прекрасного незнакомца. Поразмыслив пару секунд, секретарша пришла к выводу, что она никогда прежде не встречала этого парня. Ей также припомнилось предупреждение Чона не подпускать и близко к своему кабинету никого из его приятельниц. А этот незнакомец с взъерошенными волосами и в стильном костюме, — он-то уж точно не должен находиться в кабинете шефа!       Однако, уже протянув руку к телефонной трубке, чтобы вызвать охрану, Бона еще раз пристально посмотрела на посетителя. Наметанным взглядом молодой женщины, регулярно читающей журналы мод, она увидела, что костюм незнакомца стоит целое состояние, не говоря уже о сумме, заплаченной за часы и запонки. Из этого следует, что…       О Боже! Бона похолодела. Она поняла, что минуту назад едва не совершила огромную ошибку. Потому что симпатичный парень несомненно является другом босса.       — Прошу меня простить, я не сразу сообразила, что вы… — смущенно пролепетала Бона, поднимаясь из-за стола. — Мистер Ким Техен, не так ли?       — Как вы догадались? — улыбнулся в ответ Чимин, облегченно переведя дыхание. — Мм… Гук сейчас заканчивает пресс-конференцию вместе с дядюшкой. Поэтому, если не возражаете, я подожду его в кабинете, хорошо?       — Разумеется! — воскликнула секретарша и сама проводила Чимина в кабинет Чона. — Не нужно ли вам чего-нибудь? — вежливо поинтересовалась она.       — Я бы не отказался от чашечки кофе. — Пак подождал, пока Бона выйдет из кабинета, после чего устроился в удобном кожаном кресле.       Через некоторое время он с удовольствием отпил первый глоток кофе из принесенной секретаршей чашки и откинулся на мягкую спинку кресла, невольно радуясь тому обстоятельству, что ему не каждый день приходится проникать за запретные двери. Какая удача, что секретарша Гука приняла его за Ким Техена! Остается лишь придумать, как все объяснить хозяину кабинета.       Как-нибудь выкручусь, подумал Чимин. А пока он решил использовать шанс и как следует осмотреться. Если произойдет чудо и Чон согласится дать интервью, то передачу можно будет дополнить рассказом о том, какой стиль жизни он предпочитает, каковы его вкусы и увлечения, а также присовокупить к этому несколько снимков самого Чонгука и его невесты. Это существенно сгладит отсутствие в передаче третьей пары — представителей высшего общества. Возможно, Ли Джиена устроит подобный вариант. Если же дать волю воображению, то можно помечтать о том, что Чон постоит минутку перед кинокамерой вместе с Сонхи и улыбнется или помашет рукой. Тогда сюжет получится вполне приемлемым.       Чимин окинул кабинет взглядом, но, к сожалению, на глаза ему не попалось ничего такого, что каким-то особым образом характеризовало бы его владельца. Вполне типичный кабинет преуспевающего бизнесмена — массивный дубовый стол с фигурными ножками, широкие кожаные диваны и кресла, пара журнальных столиков с хрустальными пепельницами и тяжелая люстра с многогранными подвесками. Странно только, что в кабинете нет ни одной фотографии — ведь Чон непременно должен был поставить на рабочий стол заключенный в рамочку снимок обожаемой невесты?       Размышления Чимина прервал звук приближающихся шагов. Мгновенно напрягшись, он услыхал, как секретарша сообщила Чону, что в кабинете его ожидает друг.       — Вот как? — саркастически обронил Гук, после чего дверь отворилась и он вошел в комнату.       Помедлив у порога, Чон быстро окинул взглядом поднявшегося с кресла Чима, который тоже смотрел на него затаив дыхание.       Одно дело было видеть Гука в конференц-зале, отделенного от него довольно большим пространством, уставленным рядами стульев, но совсем иное — увидеть его сейчас, на расстоянии нескольких футов. В эту минуту Чимин со всей остротой ощутил огромную притягательную силу, исходившую от мощной фигуры Чона.       Как он мог упустить это из виду? Как мог забыть о непреодолимой физической привлекательности, присущей его сводному брату, пристально изучавшему его в этот момент со спокойным и отстраненным выражением на красивом загорелом лице?       Усилием воли стараясь побороть волнение и согнать краску с лица, Чимин оперся рукой о стол. Все его тело горело, будто охваченное пламенем. Унизительные воспоминания вновь нахлынули на него, и Пак задрожал словно от свирепой тропической лихорадки.       Не следовало ему приходить сюда! Даже мысль о подобной возможности нужно было гнать от себя!       Тем не менее прохладное безразличие Гука вскоре помогло Чимину успокоить расшалившиеся нервы. Он увидел, как Гук недоуменно пожал плечами и двинулся по толстому ковру к письменному столу. Только тут Пак поняла, что, несмотря на его собственную бурную реакцию на его появление, Чонгук не узнал сводного брата.       — Везет мне сегодня — насмешливо произнес он, усаживаясь за стол. — Впрочем, если вы снабдите меня двумя таблетками аспирина, я серьезно задумаюсь о том, чтобы предложить вам руку и сердце.       Совершенно сбитый с толку поведением Чона, так спокойно воспринявшего его присутствие в кабинете, Чимин нервно рассмеялся. Это обстоятельство заставило Чонгука удивленно поднять бровь.       — Должен сказать, что у меня случались и более выгодные предложения, — пояснил Чим, подавив смех. — Но ваше тоже ничего! Во всяком случае, звучит заманчиво, — добавил он, открывая сумку и извлекая из нее коробочку с таблетками, которую ему отдала Хван. — Прошу! — Он положил коробочку на стол.       — Неужели это аспирин? Как кстати! — удовлетворенно заметил Чон, тут же проглотив две таблетки и запив их водой из стоявшего слева от него хрустального графина. Затем с легким вздохом он откинулся на спинку стула. — Так-так… Вполне могу поверить, что у вас бывали более интересные предложения, — медленно произнес Гук спустя несколько мгновений, скользя взглядом по фигуре стоявшего напротив него стройного парня.       Пристальное внимание, с которым он рассматривал светлые волосы Чимина, подкаченную грудь и длинные точеные ноги, вновь вызвало румянец на его щеках, а также гневный блеск в глазах.       — Не нужно так смотреть на меня! — усмехнулся Чон, которого позабавило появившееся на лице Пака выражение. — Вы не должны сердиться. Скорее, это я должен проявлять недовольство, особенно если принять во внимание тот факт, как ловко вам удалось обвести вокруг пальца мою секретаршу. Однако, так как совершенно очевидно, что вы не являетесь Ким Техеном, возможно, вам не составит труда назвать свое имя?       Чимин некоторое время молча смотрел на него, потом пожал плечами.       — Я все гадаю, узнаете ли вы меня, наконец? Но теперь мне понятно, что этого не произойдет. — Он еще немного помедлил и произнес: — Я Чим Доусон. Или просто Пак Чим.       Чон наморщил лоб, внимательно глядя на парня. Затем он покачал головой.       — Нет, простите, но я не могу припомнить ваше имя. Хотя уверен, что если бы я прежде встречался с вами, то непременно узнал бы. — Гук прищурился и снова пристально осмотрел Чимина с ног до головы. — Непременно! — повторил он.       — Что ж, это лишний раз доказывает, что даже самым умным людям порой изменяет сообразительность! — насмешливо заметил Пак.       Он вдруг испытал необычайную легкость, потому что понял — ему больше не страшен этот человек. Да, поначалу он смутился, увидев Чона так близко и вновь испытав на себе действие его чар. Но сейчас Чимин уже полностью справился с волнением и ему стало непонятно, как он мог позволить мрачному образу Гука довлеть над его сознанием долгие девять лет.       Безусловно, в то время он был слишком молод и наивен. Но сегодня, находясь в кабинете Чона, он чувствовал себя совершенно уверенно, и у него отсутствовали всякие сомнения в том, что он справится с поставленной задачей.       — Ходят слухи, что вы собираетесь жениться, — заметил Пак как бы между прочим, усаживаясь в одно из двух кресел, установленных напротив Чонгука по другую сторону стола. — Должно быть, ваша мать очень рада?       — Не понимаю, какое отношение к вам имеет моя личная жизнь или мнение моих родственников, — проворчал Чон.       — Ах, какие у меня плохие манеры! — воскликнул Чимин с деланным смехом. — Как это я вообще осмелился интересоваться подобными вещами! А правда, как сейчас поживает Мина? По-прежнему играет в благотворительность?       Повисла долгая пауза, во время которой Гук пристально смотрел на улыбавшегося ему незнакомца. Он был совершенно уверен, что прежде ему не приходилось встречаться с этим самоуверенным парнишкой. Но откуда он знает его мать?       — А как дела у вашего отчима? — оживленно продолжал Чимин.       — Послушайте, я не думаю, что…       — Обожаю семейные истории! Я частенько вспоминаю мистера Чон Минсука — он самый приятный человек в вашей семье.       Чимин продолжал улыбаться, а Чон вдруг принял непроницаемый вид, словно надев на лицо застывшую маску. И только блеск в проницательных зеленых глазах выдавал напряженную внутреннюю работу.       — Надеюсь, теперь у него появилась возможность как следует отдохнуть? Прежде служба отнимала у него все силы. Насколько я знаю, мистер Чон год назад подал в отставку и ушел с поста советника президента, — заметил Чим, припомнив, что ему попадалась в газетах подобная информация.       С этим парнем нужно держать ухо востро, думал тем временем Гук. Он все еще не мог понять, почему он оказался здесь и что ему нужно. И зачем ему понадобилось выдавать себя за Ким Техена.       Но если даже оставить без внимания цель странного визита, все равно остается ощущение, что с сегодняшнего дня спокойное течение жизни может быть сильно нарушено.       Что же в нем такого, размышлял Чон. Возможно, все дело в насмешке, явственно звучащей в его голосе? Или в выражении прозрачных голубых глаз?       Как бы то ни было, предчувствия подсказывали Гук, что чем скорее он избавится от нежданного гостя, тем спокойнее будет себя чувствовать.       — Рад был познакомиться с вами, но, боюсь, мне придется попросить вас покинуть мой кабинет, — медленно произнес Чон. — К сожалению, у меня сегодня масса дел и…       — Да, я присутствовал сегодня на пресс-конференции. Ваше умение разговаривать с репортерами произвело на меня большое впечатление!       — Благодарю вас, — процедил Гук сквозь зубы, отметив про себя, что ему следует сделать выговор офицеру охраны, который, похоже, потерял бдительность.       Надо же, незнакомец не только проскользнул мимо швейцара, но проник даже в кабинет, что совершенно недопустимо. Хорошо еще, что он не принес с собой самодельное взрывное устройство или еще что-нибудь в этом роде. Кто знает, что у него на уме!       Гук раздраженно тряхнул головой, словно пытаясь отогнать неприятные мысли. Ну и денек сегодня выдался! Сначала вся эта шумиха вокруг так называемой помолвки с Чхве Сонхи, а сейчас еще и это недоразумение со странным посетителем!       Не нервничай, велел себе Чон. Держи себя в руках. Конечно, слов нет, мистер Пак очень привлекателен. Ну и что? Всюду можно встретить множество еще более красивых женщин и мужчин. И все же… к слову Гуку нравились не только девочки, он любил скоротать вечерок с милым парнем.       Невозможно игнорировать то обстоятельство, что за короткий отрезок времени, в течение которого мистер Пак беседовал с Чонгуком, он успел произвести разрушительный эффект на его привычно спокойное и уравновешенное состояние духа.       — Мне необходимо сделать несколько звонков, — сухо произнес Чон, подвигая к себе телефонный аппарат. — А затем я должен отправиться на деловой завтрак. Поэтому, если не возражаете, вам лучше покинуть мой кабинет.       — Возражаю, — с самой что ни на есть любезной улыбкой ответил Чим. — Потому что очень надеюсь на то, что между нами состоится теплая и продолжительная беседа. Ведь нам столько всего нужно обсудить! — Он откинулся на спинку кресла. — К примеру, я сгораю от желания услыхать подробности вашего романа с Чхве Сонхи.       Гук вздохнул и поднялся из-за стола.       — Мне очень жаль, мистер Пак, но я действительно очень занят. Так что, если вы немедленно не покинете мой кабинет, я вынужден буду вызвать охранников и они силой выставят вас отсюда.       — Боюсь, мне это не понравится. — Чимин недовольно поморщился.       Чон коротко рассмеялся.       — Я уверен, что вам это не понравится. — Он старался не смотреть на его щиколотки выглядывающие из под штанов. — Так почему бы вам не проявить благоразумие и не удалиться без лишнего шума?       — Потому что мне необходимо поговорить с вами — вот почему! — решительно произнес Чимин, вынимая из сумки свою визитную карточку и кладя ее на стол перед Гуком.       — Мне это безразлично! — раздраженно бросил тот, смахнув карточку на пол. Затем он снял телефонную трубку и принялся сердито набирать какой-то номер.       — А я совершенно уверен, что вас заинтересует этот разговор, — возразил Чимин, быстро протягивая руку и нажимая на кнопки телефона, тем самым прервав связь. — Видите ли, дело в том, что, хотя я, исходя из профессиональных соображений, и пользуюсь именем Чим Доусон, на самом деле меня зовут Пак Чимин. Это имя я получил при крещении. Впрочем, речь сейчас идет не об этом, потому что тебе, Гук, я явился в качестве Немезиды!