День ангела

      Пробираясь в проходе между столиков в переполненном кафе, Чимин внимательно оглядывался по сторонам, высматривая Инсан. Наконец он заметил подругу за угловым столом в дальнем конце помещения.       — Прости, что опоздал, — сказал Пак, протискиваясь мимо тучной посетительницы кафе с красным одутловатым лицом и седыми кудряшками на голове. Затем он уселся напротив Инсан.       — Надеюсь, тебе не нужно намекать на то, что заказ оплачиваешь ты? — хмуро обронила та. Судя по всему, она пребывала явно не в лучшем расположении духа.       — Само собой! — заверил ее Чим. — Тебе удалось раздобыть интересующую меня информацию?       — Конечно. Иначе разве я позволила бы себе все это? — Инсан кивнула на заказанный перед приходом друга роскошный обед.       Чимин рассмеялся.       — Насколько я понимаю, тебе пришлось потрудиться!       — Еще бы! — проворчала она. — Но это еще полбеды. Я переживала, как никогда в жизни, ведь меня в любую минуту могли застукать за этим занятием. Представляю, какая трудная жизнь у настоящих шпионов!       — Я знаю, что не должен был просить тебя о подобном одолжении, но…       — Вот именно! Если кто-то узнает, что я делюсь с тобой сведениями, добытыми сотрудниками нашего журнала, мне придется туго. А я не хотела бы потерять работу.       — Уверен, что до этого не дойдет. И я очень признателен тебе за помощь. — В эту минуту к столику подошла официантка, и Чимин сделал заказ. — Рассказывай скорее, что ты раскопала о Чхве Сонхи и ее семье! — нетерпеливо потребовал он, когда девушка отошла.       Инсан страдальчески вздохнула, продолжая хранить молчание до тех пор, пока официантка не скрылась из виду. Только после этого она с вороватым видом вынула откуда-то из-под стола картонную папку и быстро передала ее Чиму.       — Здесь все, что я смогла отыскать.       — Превосходно! — Чимин втиснул папку в сумку и довольно потер руки.       — Рано радуешься! — Инсан фыркнула, наблюдая за другом. — За все это тебе придется расплатиться сполна. Ведь не напрасно же я все утро тряслась от страха? По-моему, мне стоит увеличить цену за услугу. Сейчас я требую, чтобы ты позволил мне пользоваться твоими деньгами, причем 2 дня.       — Ладно, не возражаю, — усмехнулся Пак. — Только расскажи вкратце, какие сведения ты раздобыла.       — Ну… отец невесты Чхве Минсок родился в Корее. В свое время он унаследовал небольшую мастерскую по ремонту автомобилей. Долгое время он трудился в поте лица, а потом ему удалось изобрести какое-то средство, практически устраняющее износ трущихся деталей. С тех пор дела Минсока быстро пошли в гору, и сейчас он уже владеет несколькими фабриками, где работает уйма народу. А недавно Чхве купил обширное поместье в двух часах езды отсюда. У меня сложилось впечатление, что он неплохой человек, — добавила Инсан. — Он известен своим добродушием. Во всяком случае, мне не попадались плохие отзывы о нем. Чего не скажешь о его жене, Мури, которую в Корее звали просто Му. Похоже, это довольно зловредная тетка! Она всеми силами стремится проникнуть в высшие слои общества, полагая, что большие деньги дают ей на это право. И в первую очередь Мури проталкивает наверх единственное чадо, дочь Сонхи.       — И как ей это удается? — поинтересовался Чимин, кивком поблагодарив официантку, поставившую перед ним несколько тарелок.       Инсан налила другу апельсинового сока.       — По-моему, неплохо — благодаря ее настырности. Мури посещает почти все благотворительные приемы и жертвует крупные суммы. Затем ее фотографии попадают в газеты, и таким образом она приобретает определенную известность. Ну, а дальнейшее тебе понятно.       — А что дочь?       — О, Сонхи совершенно не похожа на мать. С позволения отца она устроила в недавно купленном поместье приют для бездомных животных и большую часть времени проводит там.       — Интересно, какова она из себя? — осторожно спросил Чим.       — Мне не приходилось общаться с ней лично, поэтому я мало что могу сказать. — Инсан пожала плечами. — Если верить фотографиям, Сонхи довольно милая девушка. Похоже, больше всего этому обстоятельству радуется ее мать, потому что ходят слухи, что она горит желанием как можно удачнее выдать дочь замуж.       — Да-а… — протянул Пак, брезгливо поморщившись. — Что-то не нравится мне Чхве Мури!       — А представляешь, каково бедняжке Сонхи с такой мамашей? — подруга сочувственно покачала головой. — Впрочем, скоро она избавится от опеки Мури. Ведь Сонхи собирается выйти замуж за Чон Чонгука?       — Очевидно, все идет к тому, — уклончиво ответил Пак. — Я собираюсь снять сюжет о них и еще о двух других парах. Эта передача выйдет в День святого Валентина. Вот почему мне срочно понадобилась информация, — пояснил он, решив пока не рассказывать подруге о визите к Гуку.       — Посмотрю с удовольствием! — Инсан улыбнулась. — Интересно, как Чона угораздило попасть в этот капкан? Судя по материалу, который ты найдешь в папке, он не пропускал ни одной юбки и не только, и жениться пока не собирался.       — Да, мне рассказывали нечто в этом роде. — Чим кивнул, склонившись над тарелкой в надежде, что подруга не заметит, как он покраснел.       Он до сих пор корил себя за то, что произошло между ним и Гуком в его кабинете.       А когда Инсан сказала, что он отъявленный бабник, он почувствовал себя совсем скверно. Как можно было позволить ему поцеловать его? Следовало побольнее лягнуть его по ногам, — одним словом, сделать хоть что-нибудь, чтобы не допустить подобных действий с его стороны. Но в тот момент на Чимина словно затмение нашло!

***

      На следующий день он по-прежнему продолжал искать ответы на назойливо вертящиеся в его голове вопросы, сидя за баранкой «понтиака» и направляясь к поместью Чхве, чтобы повидаться с Сонхи.       Вчера после обеда с Инсан Чимин поехал домой и занялся просмотром полученных материалов. У него возникла мысль пригласить все три пары, о которых будет рассказываться в передаче, на благотворительный прием, устраиваемый матерью Гука. Там же их можно будет снять на пленку, и таким образом финал передачи будет готов. Хорошо, что Мина, исходя из каких-то своих соображений и не побоявшись суеверных предрассудков, решила назначить мероприятие на тринадцатое число. Благодаря этому обстоятельству, у Чимина появилась возможность красиво завершить сюжет о влюбленных и успеть смонтировать его до выпуска в эфир четырнадцатого февраля. К тому же он очень надеялся, что сможет легко уговорить Гука посетить прием его собственной матери.       Представителями рабочего класса, по замыслу Чима, должны были выступить Ким Тан, слесарь, и его девушка по имени Чонхи. Впрочем, классовые различия сейчас уже не те, что прежде. К примеру, Тан как высококлассный специалист наверняка зарабатывает не меньше, чем дантист Сон Игук, представлявший вместе со своей девушкой Сон Ми средний класс.       С Таном Чимин познакомился полтора месяца назад, когда в его гостиной дала течь труба парового отопления. Его поразило граничащее с артистизмом мастерство, с которым Ким справился с возникшей проблемой. Позже он пригласил этого парня для установки вертикальной душевой кабинки.       За то время, пока Тан работал, между ними установились добрые приятельские отношения, и вскоре Чимин уже многое знал о Чонхи, содержавшей небольшой магазин готовой одежды, а также об их планах объявить о помолвке в День святого Валентина. Это и навело его на мысль о создании сюжета о влюбленных.       Через некоторое время Чим поделился с Кимом своими планами, поинтересовавшись, согласятся ли они с Чонхи принять участие в реализации его замысла. Тан отнесся к предложению с восторгом. Ему льстила мысль, что их с Чонхи покажут по телевизору. Кстати, не кто иной, как он, решил проблему с поиском представителей среднего класса.       — Игук вполне тебе подойдет, — заверил он Чимина. — Правда, он довольно сдержанный человек, но ему прекрасно известно, что люди с опаской относятся к дантистам. Поэтому он предпочитает держаться в сторонке и сохраняет в компаниях нейтральную позицию. Его девушка Сон Ми— подруга моей Чонхи, так что и мы с ним стали приятелями.       Когда Чимин познакомился с Сон Игуком и Чин Сон Ми, они произвели на него впечатление счастливой пары. Сон Ми увлекалась шейпингом и, возможно, поэтому имела идеальную фигуру. Игук с настороженностью отнесся к идее участия в передаче, но мать Сон Ми по достоинству оценила это предложение — она и мечтать не могла, что о помолвке ее дочери расскажут по телевидению.       Вчера вечером Чимин созвонился со всеми героями своего сюжета и пригласил их на благотворительный бал. При этом ему пришлось перекинуться несколькими словами с властной и самоуверенной матерью Сон Ми, после чего он пришел к заключению, что эта дама могла бы по праву считаться родной сестрой Чхве Мури!       Итак, с первыми двумя парами вопрос решен, сказал себе Чим , притормозив у обочины, чтобы свериться с картой автомобильных дорог и уточнить маршрут. Он не смог отыскать Сонхи в Нью-Йорке, поэтому решил проверить, нет ли девушки в загородном доме. Предпринятое путешествие было единственным шансом повидаться с ней наедине, без Гука.       — Он ничего не говорил о том, что я не имею права взять интервью у его невесты, — произнес Чимин вслух, стараясь подбодрить себя и почерпнуть из звука собственного голоса побольше уверенности, которой на самом деле не было и в помине. Впрочем, в глубине души он понимал, что зря обманывает себя. Он прекрасно знал, что Чон рассердится, узнав о его прыти.       — Сам виноват! — пробормотал он себе под нос. — Не нужно было упоминать о своем отъезде.       Только очень наивный человек мог подумать, что Чимин упустит возможность устроить с Сонхи небольшой «праздник» и поговорить по-приятельски. Разумеется, ни о чем подобном нельзя было бы и мечтать, если бы разговор происходил в присутствии Гука.       К тому же тот не скрывал, что ему претит сама идея участия в подобной передаче. Следовательно, Чим вправе предположить, что он станет всеми возможными способами препятствовать выполнению их соглашения. Зная, что Сонхи находится вне досягаемости, Чон лелеял надежду, что Чимин не сможет собрать достаточное количество материала, чтобы создать что-либо стоящее внимания зрителей.       Однако его сводный брат не зря работал в свое время газетным репортером. Пройденная школа научила его справляться с проблемами. Пусть Гук считает себя большим умником — тем сильнее он удивится, узнав, что Чимин не позволил обвести себя вокруг пальца!       С этой мыслью он вновь тронул «понтиак» с места. До сих пор все козыри были на руках у Чона, поэтому возможность оставить его с носом доставляла Чиму большое удовольствие. Это послужит ему хорошим уроком, злорадно размышлял он. Потом ему припомнилось услышанное недавно от кого-то выражение: «Всегда следует проявлять внимание к девушкам, ведь никто не знает, за кого они могут выйти замуж!» Или в случае с Чимина— какую профессию они могут избрать! Так что в будущем — по завершении дел со сводным братом— Чону стоит научиться проявлять больше уважения к чувствам юных впечатлительных девушек.       Чимин вздохнул, глядя прямо перед собой на дорогу. Может, ему и не стоило взваливать на себя такую задачу! Тогда не пришлось бы заново переживать все неприятности, которые он долгое время старался забыть.       А теперь он добился лишь того, что его пребывание на телеканале оказалось под вопросом. И что хуже всего — с того момента, когда он увидел в газете фотографию Гука и сообщение о его помолвке, воспоминания о прошлом не покидали его…       Чимину не хотелось плохо думать о своей матери, но он не сомневался, что именно один из неудачных браков Пак Дахи послужил причиной его собственных несчастий. Чимин часто задавался вопросом, осознавала ли его взбалмошная мать, сколько горя приносит она своим поведением другим людям. Скорее всего та ни о чем подобном не задумывалась и продолжала с легкостью порхать по жизни, пока не закончила свои дни при весьма трагических обстоятельствах.       Никто не мог понять, почему Дахи, которая была единственным и обожаемым ребенком в очень состоятельной семье, превратилась в столь легкомысленную и безответственную особу. Ослепительно красивая, она могла рассчитывать на очень хорошую партию. Вместо этого Дахи предпочла тайком обвенчаться с профессиональным наездником Пак Теджоном, очевидно пленившись его подчеркнуто мужественной внешностью и горделивой осанкой.       Гибель Пака во время одного из соревнований оставила Дахи безутешно страдающей — правда, недолго — и беременной. В положенный срок родился мальчик, но материнские инстинкты у Дахи так и не проснулись. Она оставила ребенка на попечение своей матери и принялась коллекционировать мужей.       Чим улыбнулся, вспомнив бабушку — невысокую, сухопарую женщину, за чопорной и непреклонной внешностью которой скрывалось золотое сердце. Она воспитывала внука так, как будто это был ее собственный ребенок.       Чимин рос в огромном, богатом доме с множеством прислуги. Однако, несмотря на это, бабушка позаботилась о том, чтобы мальчик умел все делать сам. Позже Чим узнал, что не всем детям родные уделяют столько внимания. В тринадцать лет его отправили в привилегированную частную школу, чтобы он мог получить достойное образование. Там он наслушался от сверстников грустных историй и осознал, что шикарная обстановка ничего не значит без любви и заботы близких людей.       К сожалению, все хорошее когда-нибудь кончается. Так произошло и в жизни Чима. Незадолго до того, как ему исполнилось пятнадцать лет, бабушка внезапно скончалась от сердечного приступа. Это случилось сразу по окончании школьных экзаменов Пака. Что касается Дахи, то, продолжая с завидным постоянством менять супругов, она и думать забыла о том, что у нее есть сын. Вероятно, поэтому их единственная за всю жизнь встреча во время похорон не привела ни к чему хорошему.       — Боже мой! — в ужасе воскликнула Дахи, увидев заплаканного мальчика-подростка, маленького, тощего и нескладного. — Здесь, должно быть, какая-то ошибка. Я не могла родить это пугало!       Чим, который себя не помнил от горя и ощущения невосполнимой утраты, молча смотрел на стройную, элегантную и совершенно чужую женщину.       — Хорошо, что твоя бабушка оставила все свое состояние тебе, — сердито заметила Дахи после похорон. Она явно была обижена тем, что ее саму мать даже не упомянула в завещании. — Потому что, дорогой мой, имея такую внешность, тебе придется потратить все эти деньги на то, чтобы тебя сделали похожим на человека!       С этими словами Дахи взяла под руку высокого молодого человека — своего последнего мужа — и потребовала, чтобы он немедленно отвез ее в аэропорт.       Таким образом, Чимин в один день познакомился со своей матерью и узнал об оставленном ему огромном состоянии. Впрочем, тогда все это не имело для него никакого значения. Ошеломленный потерей единственного дорогого человека, он почти не обратил внимания на официальное уведомление адвоката о том, что, согласно завещанию, в его владение переходит… Далее следовал длинный перечень того, чем владела при жизни бабушка и что обеспечивало ее внуку пожизненный комфорт и свободу.       Все еще пребывая в ступоре, Чимин вернулся в школу. Там было тихо и пустынно, потому что остальные разъехались на каникулы. Это обстоятельство пришлось как нельзя более кстати для Пака— ему сейчас не хотелось встречаться с друзьями.       Однако в то время как он постепенно приходил в себя, целыми днями напролет бродя по школьному саду и тщетно пытаясь представить свое будущее, его опекуны развили бурную деятельность. Придя к заключению, что от Дахи толку не добиться, они связались с одним из ее бывших мужей, которого сочли наиболее респектабельным человеком. А именно, с Чон Минсуком, состоявшим в браке с Миной, матерью Чонгука. Мистер Чон любезно предложил свои услуги и попросил передать Чимина, с которым он никогда до этого не встречался, приглашение погостить в его летнем доме в окрестностях Барселоны.       Сейчас, оглядываясь в прошлое, Чим понимал, почему Мина не испытала большого восторга по поводу того, что ей навязали совершенно незнакомого мальчика.       — Не знаю, о чем думал мой супруг, — проворчала она, встречая в холле только что прибывшего Чима. — Ты слишком молод, чтобы найти общий интерес с Гуком или его друзьями. Так что тебе придется самому подыскивать себе развлечения. Кстати, как тебе пришло в голову выкрасить волосы в такой жуткий цвет?       К сожалению, у Чимина не было ответа на этот вопрос. Он и сам не мог понять, почему после короткого замечания матери во время похорон относительно его внешности он в непонятном и отчаянном порыве решил каким-то образом изменить себя, подсознательно стремясь сделаться еще ужаснее.       — Я не согласна терпеть рядом с собой вот это! — МИна кивнула на красно-коричневые волосы Пака. — Завтра же я отвезу тебя в парикмахерский салон и попрошу перекрасить твои волосы в более приличный цвет. А пока посидишь в отведенной тебе комнате, чтобы не пугать моих гостей. — Мина секунду помедлила, а потом решительно добавила: — И еще одно… Не вздумай увлечься моим сыном. Недоставало мне еще утешать тебя, когда станет ясно, что тебе не отвечают взаимностью! Вокруг Гука даже мальчики бегают.       К сожалению, у Чимина не хватило ума внять дельному совету. Как только он увидел высокого темноволосого красавца, как поистине провидческие слова его матери выветрились из его головы и он по уши влюбился в Чон Чонгука.       В это мгновение резкий автомобильный сигнал, прозвучавший сзади, заставил Чимина вынырнуть из воспоминаний и вернуться к действительности. Он проводил взглядом обогнавший его «бьюик» и тихо выругался — так можно и в аварию попасть! Затем увеличил скорость, постаравшись сосредоточиться на стоявшей перед ним задаче, — взять интервью у Чхве Сонхи.       Однако и здесь Чима ждали препятствия.       Подъехав наконец к внушительных размеров дому, он поднялся по ступеням парадного входа и позвонил в дверь. Через некоторое время ему отворила горничная в кокетливом крахмальном передничке, которая заявила, что Чимину следует пройти по аллее в дальний конец сада.       — Насколько мне известно, мисс Чхве принимает желающих устроиться на работу в офисе приюта для животных. Вам следует сразу направиться туда, а не звонить у парадного крыльца! — недовольно заключила она, прежде чем захлопнуть тяжелую, обитую сверкающими медными пластинками дверь перед самым носом Чима.       — Очень мило! — пробормотал Пак, подумав, что его бабушка ни за что не стала бы держать в доме столь нелюбезную горничную.       Чимин некоторое время постоял, рассматривая красивое здание, а затем направился к указанной аллее, чтобы разыскать Сонхи. Утро выдалось промозглое и пасмурное, поэтому он вскоре продрог от холода и очень обрадовался, увидев несколько одноэтажных построек с вольерами для животных. Где-то поблизости должна находиться Сонхи. Задержавшись у секции, где находились собаки Чимин не заметил, как сзади кто-то подошел.       — Здравствуйте! — прозвучал звонкий девичий голос. — Вы приехали по объявлению о найме?       Чимин резко обернулся и увидел невысокую хорошо сложенную девушку в джинсах и легкой куртке.       — Мм… не совсем, — замявшись, ответил Пак.       Ему пришло на ум, что он напрасно оделся сегодня в элегантный твидовый костюм, а из обуви выбрал модный кроссовки. Нужно было одеться попроще, решил он, переступая через лужу на асфальте, чтобы приблизиться к собеседнице, которая несомненно и являлась Чхве Сонхи. Затем он представился и рассказал о цели визита.       — Даже не знаю, как быть, — смущенно заметила невеста Чона. — Мне еще никогда не приходилось давать интервью для телевидения.       — В этом нет ничего страшного! — с улыбкой заверил ее Пак. — Вам не стоит беспокоиться. Никаких подвохов не будет, потому что я прихожусь Гуку сводным братом. И, поверьте, никогда не допущу, чтобы в эфире прозвучала информация, затрагивающая честь семьи.       Пока Чим говорил, его взгляд скользил по лицу и фигурке Сонхи. Ему хотелось получше разглядеть ту, с кем Гук собирался связать судьбу. Надо заметить, что увиденное не обрадовало его.       Во-первых, оказалось, что фотографии лгали, — в реальности Сонхи выглядела гораздо привлекательнее. Ее миленькое личико имело форму сердечка, медово-карие глаза были обрамлены недлинными, но очень густыми и темными ресницами, а на щечках красовались ямочки. Одним словом, она обладала свежестью и красотой! Глядя на нее с высоты своего роста, Чимин легко мог себе представить, что эта кроткая и миловидная девушка вызывала в душе любого мужчины желание защитить ее, оградить от любых невзгод и неприятностей. И нет ничего удивительного в том, что Чонгук решил жениться на Сонхи.       — Ну, если вы действительно приходитесь Чонгуку братом, тогда, наверное, все в порядке, — неуверенно произнесла Сонхи, очевидно все еще сомневаясь, стоит ли ей продолжать этот разговор. — А вы уверены, что он не стал бы возражать против этого интервью? — Она недоверчиво взглянула на Чима, нервно теребя тесемку на куртке. — Обычно Чонгук избегает общаться с прессой и телевидением. Поэтому… — Сонхи замолчала и покраснела, как будто застыдившись того, что стоящий перед ней высокий и элегантный молодой парень, брат Чонгука, может счесть ее грубой и несговорчивой особой.       — Не беспокойтесь, я прекрасно осведомлен об отношении своего сводного брата к средствам массовой информации! Но даю вам слово, он согласен на то, чтобы я взял интервью и у вас, и у него самого. Гук лишь настаивает на предварительном просмотре материала. Он хочет точно знать, что пойдет в эфир.       — Вот как? Ну… в таком случае… — Сонхи вздохнула с видимым облегчением.       Странно, пронеслось в голове Чимина, почему Сонхи с такой щепетильностью и даже боязнью относится к тому, что скажет Чон по поводу их встречи. Однако в следующую секунду он отвлекся от этих размышлений, потому что уже начал дрожать от холода.       — Я совершенно озяб! — воскликнул он. — Нельзя ли нам продолжить разговор в помещении?       — Ах, простите! — спохватилась девушка. — Давайте пройдем в офис, там тепло и есть удобные кресла.       — Очень хорошо! — одобрил ее Пак.       Он поняла что ему нечего рассчитывать на приглашение в дом, и смирился с этим, хотя сгорал от желания выпить чашечку горячего кофе с печеньем. Совершенно очевидно, что на угощение надеяться не приходится. Сонхи заметно нервничала из-за неожиданного интервью, темой которого был ее роман с Гуком. Хорошо еще, что она догадалась пригласить меня в офис, усмехнулся про себя Пак.       Сонхи привела его в небольшую уютную комнату, где, к огромной радости Чимина, пылал камин. Рядом с ним стояли большие кресла с потертой кожаной обивкой. Несмотря на то что у окна находился письменный стол, это помещение мало напоминало настоящий офис.       Чим устроился в предложенном хозяйкой кресле и с удовольствием протянул руки к огню.       — Я слыхал, что вы очень любите животных, — заметил он, разглядывая развешенные на стенах фотографии всевозможных представителей фауны.       Сонхи кивнула, зардевшись, после чего придвинула к себе стоявшую у ее ног сумку и вынула из нее большой термос, при виде которого настроение Пака заметно улучшилось. Он понял, что его все-таки напоят горячим. Действительно, Сонхи наполнила пластиковый стаканчик чаем, в аромате которого чувствовался запах лимона. Себе она налила чай в крышку термоса.       — Это напоминает мне пикник, — улыбнулся Чимин, принимая из рук Сонхи стаканчик.       — Здесь имеется буфет для работников и кухня для животных, но оборудование еще не полностью установлено, поэтому пока приходится приносить еду с собой, — пояснила девушка.       — Вы часто сюда приходите? — поинтересовался Пак.       — Каждый день! — Казалось, Сонхи удивил подобный вопрос. — Я нахожусь здесь с утра до ночи.       — И чем вы обычно занимаетесь?       — О, работа всегда находится! Многие мои питомцы нуждаются в лечении. Конечно, доктор Ча превосходно справляется с этим сам, но мне нравится помогать ему.       — Доктор Ча?       — Да. Это ветеринар. Он дал мне массу полезных советов относительно обустройства моего приюта. Признаться, у меня пока немного опыта в подобных делах.       — Понятно.       — Не знаю, что бы я делала без Сона, — добавила его собеседница.       — Без Сона?       — Я хотела сказать, без доктора Ча. Он тоже беззаветно любит животных. А я, например, просто не представляю себе, как можно их не любить. Общение с ними доставляет столько радости и удовольствия!       — Больше, чем секс? — вкрадчиво поинтересовался Пак, решив воспользоваться тем, что Сонхи сейчас чувствовала себя более раскованно.       — Безусловно! — подтвердила та с тихим смешком.       — А как же Гук? Ведь сейчас все ваши мысли должны быть заняты им одним. Так всегда бывает перед свадьбой.       Задавая этот вопрос, Чимин смотрел в сторону. Ему не хотелось, чтобы Сонхи смогла прочесть его мысли по глазам. А думал он в эту минуту о том, что многое отдал бы, только бы их разговор слышал Гук. Ведь его невеста только что косвенно подтвердила, что не находит привлекательной физическую близость с ним! А кому знать об этом, как не ей? В нынешние времена почти невозможно представить себе, что молодые люди решатся вступить в брак, не узнав друг друга окончательно. Таким образом, выходит, Чон Чонгук не столь хорош в постели, как о том свидетельствует молва?!       — Нет-нет! Я не имела в виду Чонгука. Он такой хороший! — Сонхи подняла глаза к потолку, что сделало ее более похожей на влюбленную.       — Как вы с ним познакомились? Наверное, на каком-нибудь приеме? — спросил Чим, потихоньку вынимая из сумки блокнот и карандаш и принимаясь записывать слова девушки. Он старался не прерывать рассказ, чтобы та не спохватилась и не перестала вспоминать все новые подробности знакомства со своим женихом.       Однако чем больше Сонхи расписывала достоинства своего будущего супруга, тем меньше создаваемый ею образ вязался с тем, что было известно о характере Чона Чиму. С его точки зрения, Гук являлся довольно жестким и непреклонным человеком. Сонхи же наделяла его массой достоинств, отнюдь не последним из которых было умение ладить с будущей тещей.       Разумеется, Сонхи прямо не говорила о том, что лучше вечно терпеть муки ада, чем жить бок о бок с матерью, но Чимину хватило и легкого намека. Из рассказа Сонхи он понял, что Мури не по вкусу жизнь в глуши их нового поместья. Эту даму больше привлекал Нью-Йорк с его широкими возможностями. Таким образом, становилось понятно, почему ее дочь предпочитала находиться здесь, в обществе любимых животных. Вероятно, Сонхи могла бы уехать и не в такие места, только бы быть подальше от своей властолюбивой и амбициозной мамаши.       — Вы ведь не станете рассказывать в передаче о моей маме, правда? — внезапно спохватилась девушка, умоляюще взглянув на Чима. — Она очень рассердится, если узнает, что я…       — Не волнуйтесь, о ней я умолчу, — заговорщически подмигнул тот, приложив палец к губам. Не стоило и говорить, что ему самому не хотелось связываться с женщиной, которой впору было родиться в индийских джунглях в облике тигра-людоеда.

***

      Возвращаясь в глубоких февральских сумерках в Нью-Йорк, Чимин размышлял о том, что в отношениях Гука и Сонхи было нечто странное. Он пока не улавливал, что именно, но его не покидало ощущение, что он как будто пропустил очень важную часть рассказа.       Впрочем, решил Чим, это не мое дело. Мне остается лишь включить полученный сегодня материал в передачу и постараться получше охарактеризовать невесту Гука, что будет нетрудно. Сонхи и впрямь понравилась Чимину. Ему даже начинало казаться, что Гук не заслуживает такой милой девушки.       Размышляя о событиях уходящего дня, Чим машинально вел «понтиак», притормаживая у светофора на красный свет и вновь возобновляя движение, пока вдруг не осознал, что находится в районе Центрального парка.       Как это меня сюда занесло, озадаченно спросил он себя. Хотя… возможно, в этом что-то есть! Интересно взглянуть на дом, в котором живет Чон. Заходить к нему на чашку чая, конечно, не имеет смысла, да это и невозможно. Гук скорее всего еще не вернулся из Чикаго.       Однако когда Чимин отыскал нужный дом, он словно почувствовал притяжение огней в его окнах. На самом последнем этаже, где, по его расчетам, должна была находиться квартира Чона, тоже горел свет.       Остановив автомобиль у обочины, Чимин долгое время сидел, барабаня пальцами по рулю. Он взвешивал про себя возможность визита к Гуку и все никак не мог решить: то ли ему набраться смелости и зайти на огонек — и нарваться на скандал, который непременно возникнет, когда он упомянет о визите к Сонхи, — то ли поскорее уехать домой и пока не торопить события.       Чимин уже почти склонился ко второму варианту, как вдруг его взгляд упал на лежавшую рядом кожаную папку. Вот он, ответ! Можно навестить Гука под предлогом необходимости ознакомить его с рассказом о двух других парах влюбленных. Это поможет успокоить Чона, а если он будет в хорошем настроении, то можно будет осторожно рассказать ему о поездке к Сонхи.       Опасаясь, что решимость покинет его в любую секунду, Чим вышел из «понтиака» и быстро пересек дорогу. В вестибюле его остановил швейцар.       — Мне необходимо увидеться с мистером Чоном, — пояснил Чим, отвечая на его вопрос.       — То есть… — начал швейцар, но Чимин перебил его.       — То есть вам придется позвонить ему и сказать, что его хочет видеть мистер Пак.       — Не думаю, что мистер Чон пожелает…       — Не нужно ни о чем думать! Просто делайте то, что вам говорят! Я не собираюсь стоять здесь всю ночь, — высокомерно произнес парень.       Похоже, это возымело действие на швейцара, потому что он со вздохом снял телефонную трубку и набрал номер. Прошло довольно много времени, прежде чем ему ответили, причем даже стоявший в некотором отдалении Чимин слышал по тону голоса Гука, что тот сильно недоволен, что его посмели побеспокоить. Поняв, что свидание не состоится, он повернул было к выходу, но швейцар вдруг произнес:       — Вы можете подняться к мистеру Чону.       — А мне показалось, что…       — Совершенно верно, он не в лучшем расположении духа, но это уже ваши проблемы. — Злорадно ухмыльнувшись, швейцар вызвал для Чимина лифт.       Оказавшись в коридоре верхнего этажа, он вдруг вспомнил, что ему неизвестен номер квартиры Гука. Ведь коллега Чимина Чон Хосок лишь в общих чертах описал, где размещаются апартаменты его сводного брата. К счастью, здесь было всего две квартиры, очевидно немалых размеров. Чимин наудачу нажал на кнопку звонка одной из дверей и не ошибся!