Под кромкой льда пламенеют закаты

Тянь медленно открыл дверь. Тишина. Только звуки считывающих аппаратов. Мо жив. Дышит. Реагирует сердцебиением. Приходит в себя периодически. Что-то может сказать. Память относительно в порядке. Психика сохранная. Сейчас Тяню просто хотелось немного посидеть рядом с Мо. После его очередного трехдневного кризиса Мо начал спать и в целом ситуация была лучше. Но воспоминания о пережитом не отпускали Тяня. Тяню хотелось ощутить, что Мо жив, что что-то можно исправить и как-то наладить. Чувство вины, преследующее его с момента смерти мамы так сильно владело его сознанием, что выживание Мо стало залогом его психического здоровья. Тяню тяжело. С ответственностью, осознанием того, что он в очередной раз не справился. Он бы не нашел Мо, если бы Ше Ли не захотелось славы дурного психа. Тянь это понимал. Если бы Ше Ли не позвонил и не сказал, где Мо. то Ше Ли спокойно мог бы закатать его в бетон и никто бы не нашел Мо еще ближайших сто лет. Но Ше Ли, как и все психи, хотел внимания к своим действиям, поэтому звонок состоялся. Тяню не хотелось думать, что мог бы еще сделать Ли с Мо. Он и так здорово его потрепал. Когда они нашли Мо, он был привязан к креслу, а под креслом была лужа крови. Очевидно не вся, которая была в Мо, но приличная ее часть. И сам Мо… Следы ожогов на шее, порезы, ушибы, синяки. Этого было бы достаточно, чтобы уйти в отключку обычному человеку. Но не Мо. Он держался до последнего. И только услышав голос Яо, он отрубился. Тяню это болело. Казалось, что услышав Яо Мо понял, что теперь он в безопасности, и может спокойно уйти во временное небытие. А то, что там Тянь несся к нему с пеной у рта, уже не так важно. Дурачина. Если бы он знал, что за вертихвост Яо Ли, он бы так на него не реагировал. А то услышав голос этого мудака, тут же впал в спасительное беспамятство. Тянь в тот момент почувствовал себя лишним. Тогда, когда Мо очередной раз накрыло, Тянь совершенно того не ожидал. Он взял Мо за руку, чтобы тот не испугался и тихонько его позвал. – Мо, ты спишь? - Тянь, за две недели, уже привык к сипению поврежденного горла Мо и теперь ждал этого подтверждающего хрипа. В ответ тишина. Мо Гуань Шань, я пришел посягнуть на твою честь, сейчас поцелую, а может, сотворю нечто более страшное. - Тянь использовал последний козырь. Ответом по-прежнему были тишина. Тяню показалось, что один из аппаратов работает как-то неправильно. Что это дурацкое пиканье вовсе не такое, как надо. Мо, я знаю, что ты не можешь притворяться в твоем состоянии. Не напрягай меня. Я все нервы израсходовал пока, отмывал тебя от твоей собственной кровищи. Тяню казалось, что время остановилось. Мо дышит, но не приходит в себя. Крепко спит? … Нет. Он бы проснулся как-только Тянь положил ему руку на ребра, чуть пониже грудной клетки. – Да ебаный же случай. Мо, Я не учился на врача. Какого хуя происходит? Я должен позвать врача? Что? Тяню казалось, что он вернулся на три месяца назад. Что перед ним человек, которого он должен спасти и не может. – Сука! Ненавижу! Ненавижу это!!! Мо, прийти в себя! Ты же был в порядке. Что сейчас не так? Тянь смотрел на показатели сердцебиения. Оно усилилось. Но Мо по-прежнему был без сознания. А потом наступила полна тишина. Пикать перестало все. А потом раздался противный писк и вой. Тянь смотрел сериалы. Такое происходит, когда человек умирает. … Голову сжало тисками. Как это звучало в дебильном сериале “кризис” … и тишина. Тянь нажал кнопку вызова врача. Хотя наверное они уже должны были получить автоматический сигнал системы. Тянь наклоился к Мо. Он хотел понять дышит ли один из самых важных для него людей. Мо не дышал. Секунды прошедшие с момента вызова медперсонала реанимации превращались в замедленные минуты, часы, столетия. Мо не дышал. Пульса не было. А значит не было шанса на что-то большее, чем скучная жизнь младшего сына семьи Хэ. С выгодной свадьбой, детьми после одной-двух не запоминающихся ночей с нелюбимой женщиной и дальнейшим существованием сына влиятельной семьи с нелюбимыми наследниками. – Приди в себя, ненавижу тебя блять, не бросай меня!!! - Тяню хотелось плакать. После Мелиссы Мо внезапно стал человеком, который что-то значил, мог на что-то влиять. И не потому что рот открывал. А потому что всем своим существованием демонстрировал, что блять не все так плохо. он уже пережил пару таких моментов, пока Мо откачивали. Но тогда Шань хотя бы был контактен и вообще реагировал. Было видно, что ему больно, но он контактен. А сейчас он просто лежал. Тихо. Без единого вдоха. Доктор Нам предупреждал, что такое может быть. Когда пациент пережил не только физическую боль, но и сильнейшую эмоциональную. Он может хотеть спрятаться в подсознании, уйти от пережитого. До этого Мо, показывал хорошую динамику восстановления, а потом,внезапно что-то стало причиной его ухода из реальности. – Да, блять , сколько можно?! Ненавижу!!! - Тянь пришел в бешенство. – Ты, сука рыжая, перевернул мою жизнь. Спас, когда тебя не просили. Влез своими клешнями. Я ненавижу тебя! Сам бы разорвал на куски. Но, пожалуйста, я прошу тебя, открой глаза, накричи на меня, скажи что мои руки-щупальцы везде, что я придурок и, что у меня глаза должны вытечь со стыда. Ударь меня! Обними меня! Но только начни заново дышать. Я не буду тебя доставать. Я вообще не буду с тобой общаться. Отойду в сторону. Только живи! Хочешь этого склизкого Яо Ли, вперед! Твое право! Только живи, мать твою, рыжая ты тварь! Господи, как больно!!! - Тяню казалось, что секунды проведенные рядом с Мо в данный момент - это часы и столетия в Аду. В палату уже бежал медперсонал. Реанимационная тревога наполнила реальность. Тяню казалось, что прошли часы. Но на самом деле все заняло около двух минут. Тянь наклонился к губам Мо. Он хотел почувствовать тепло жизни. Но его не было. Мо не дышал. Слезы сами покатились из глаз. Мышцы пришли в движение. Тянь вспомнил, чему его учили на бесполезных уроках здоровья. Сука!!! Хоть клетку ему грудную сломает, а это рыжее переменчивое сердце начнет биться. Тянь разорвал госпитальную рубашку Мо и начал делать реанимационные нажатия на грудину, как его учили. Под руками слышался хрип и какое-то бульканье. Пневмоторакс. Тянь чуть не завыл. Ебаный же случай. Они выудили Мо из лужи крови, няньчили две недели, наблюдали за поправкой, а теперь он должен был реанимировать этого рыжего, непонятного парня, который внезапно решил издохнуть? Тянь злился. Ему казалось, что Мо все знает и понимает и решает его бросить осознанно. Это было верхом тяневского эгоизма. Но он так боялся остаться один, что слезы буквально душили его. Кто с ним остается? Холодный и недоступный отец? Сломанный брат? Лейтенанты клана? Да нахуй надо?! Тяню позарез нужно было чтобы Мо жил. Пусть не такой как был, пусть с повреждениями мозга после комы. Любой. Лишь бы живой. Зачем? А чтобы был! Если в свое время Тяню казалось, что его тянет к телу Мо, то сейчас он понял, что бледное, худое, израненное и безжизненное тело Мо ни при чем. Ему нужен был Мо не по частям, а весь. С его дурным языком, жестокостью, придурью невысказанной нежностью. – Я тебя убью собственными руками, как только ты сука, придешь в себя! - Тянь быстро обернулся, когда в палату вбежали врачи. – Доктор Нам, вы говорили, что Шаню лучше! Что за хуйня происходит? Почему Мо снова в отключке? Тянь не кричал. Он буквально орал. На доктора Нама, на персонал, который работал с Мо, на себя за то, что был настолько тупым, что не нашел Мо, до того как Ше Ли удовлетворит свои извращенные потребности. Когда он нашли Мо, он был без одежды. В тот момент Тянь просто сцепил зубы, снял свою куртку и замотал в нее Мо. Кровь была везде. По все телу Мо, на полу, на стенах. На тот момент Тянь будто застыл, самое важное было - это пульс и дыхание Мо. А уже потом все остальное. Чуть позже Тяню сообщили, что Мо не подвергался прямому сексуальному насилию, но был настолько изранен, что непонятно было как он продержался до того момента, пока его нашли. Тянь выслушал отчет врачей с завидным внешним спокойствием. Просто галочка в списке смерти Ше Ли. Но потом, когда Мо пришел в себя и посмотрел на Тяня. В его глазах была такая боль, что Тянь отвернулся. Он не смог выдержать этот взгляд. Он в очередной раз оказался бесполезным вторым сынком влиятельной семьи, тупым и взбалмошным, не способным ни на что кроме как тусить. Когда это закончится? Почему это снова происходит с Мо? За все время, что они знакомы, Мо или в больнице, или подвергается опасности, или страдает из-за врагов семьи Хэ. Тянь не помнит, когда последний раз видел его искреннюю улыбку и видел ли ее вообще. В кризисный момент Мо снова погрузился в кому. Тянь тогда не спал все семьдесят два часа, пока Мо путешествовал по паралельным мирам. Когда Мо пришел в себя, Тянь понял, что в его сердце поселился вечный страх, что снова раздастся тот страшный писк и зигзаг превратится в прямую линию. За две недели, которые провел Мо в реанимации Тянь не знал, сколько раз просыпался ночью от звука пищащей реанимационной аппаратуры. В какой-то момент в голове Тяня появилась мысль, что чем дальше Мо от него будет, тем больше у Мо шансов на нормальную жизнь. И с каждой секундой эта мысль казалась ему все более обоснованной. Есть ли у Мо семья? Он что-то говорил о матери… Где его отец. Есть ли у Шаня братья или сестры? Есть ли кто-то кто может позаботиться о нем? Тяню не хотелось даже думать о том, что Мо не будет рядом. Но еще более невыносимой была мысль, что Мо снова подвергнется опасности из-за Тяня. Он и так потерял зрение, а теперь и ситуация с Ше Ли. Если Тянь продолжит быть рядом с Мо, тот рискует встретиться с Всевышним гораздо раньше, чем это было запланировано высшими силами. Но как его отпустить? Сама мысль об этом когтем впивалась в сердце. И как ни крути, а Тянь выходил предателем. Обещал ведь, что позаботится о Мо, что до конца жизни будет рядом или пока Мо не сможет восстановить зрение. Тянь решил, что подумает об этом завтра. Синяки и ссадины на лице Мо, ужасный след от цепи на шее, потрескавшиеся губы. Даже сейчас красивый. Смелый, сильный мальчик… Он столько вытерпел. Ему было так больно, но он так ждал, что его найдут, спасут, прекратят страдания. По щеке Тяня покатилась слеза, а потом еще одна и еще. Он не плакал с момента смерти матери. Мо очнулся от того, что почувствовал теплую влагу на щеке. - Т-Тянь? Тянь, не надо… - его логос звучал сипло и глухо, еле слышно. Дыхание Тяня слышалось очень близко. Мо хотел дотронуться до щеки Тяня, вытереть текущие из его глаз слезы, но не в силах был поднять руку. – Не говори, молчи. Я сейчас… - Тянь быстро вытер лицо руками. Неуклюже и глупо оправдываясь. - Я просто хотел посмотреть как ты. Я уже ухожу отдыхай. Мо сделал над собой усилие и попытался ухватить Тяня за рукав. – Побудь… Не беги. Я тебя ждал - Мо не хотел умолять, но он не понимал, почему Тянь убегает. – У меня дела. Я должен идти, прости. К тебе чуть позже придет Яо с Изуми. И директор Сяо тоже хотел тебя навестить и доктор Нам и эти два придурка белобрысых. Тебе пока нельзя принимать много посетителей, но кто-то придет. А пока отдыхай. - Голос Тяня звучал непривычно высоко. Мо замолчал и опустил руку. Пусть идет. Через несколько секунд послышался звук закрываемой двери. Мо постарался повернуться на бок, но жуткая боль пронзила руку. Судя по ощущениям это боль от капельницы. Пусть идет. И не возвращается. Какой же Тянь придурок. Мо стало обидно. Он так ждал, а Тянь просто сбежал. Тянь буквально вывалися из палаты Мо и со стоном оперся о дверь спиной. Господи! Это больнее, чем он думал. Тянь вытащил телефон из кармана и нажал на кнопку вызова. – Брат, я готов пришли водителя. И у меня будет к тебе просьба. Помнишь отель, в который мама ездила отдохнуть, в горах? Да, тот к которому два дня добираться. Можешь устроить там реабилитацию для Мо? Хорошо. Спасибо тебе. Да, жду. Ситуация в Порту зависла, никто не хотел садиться за стол переговоров. Чен не сдавал позиции, а представитель Новой волны не планировали отказываться от своих посягательств. Все, кто был рядом с Тянем в бегах, остались в доме сестры Ли. Произошедшее с Мо заставило людей надолго замолчать. Кровь, убийства и прочее давно было частью их жизни. Но такая безумная, необоснованная ничем жестокость выводила из равновесия, даже повидавших все участников клана. После такого обычно не выживают, а Мо выжил. В каком состоянии его психика? Было очевидно, что парню понадобится длительная реабилитация. Тянь и Яо ходили мрачнее тучи. Даже не ругались между собой. Изуми видел состояние Яо и понимал, что Гуань Шань не был чужим для Яо. Это заставляло его задуматься о том, что он вообще чувствует к Яо. Было слишком тихо, в воздухе витал запах крови.…