Блядский цирк

      — Он рыжий и довольно высокий, — констатировал Гарри и придирчиво всмотрелся в незнакомое лицо с точеным подбородком и миндалевидными лисьими глазами. — Но глаза скорее зеленые. Да, определённо, зелёные.       — Хранилище Аврората — это тебе не лоток с мармеладом, чтобы часами там рыться в свое удовольствие. Я схватила первое, что показалось мне приемлемым.       Гарри чуть нахмурился, исподлобья зыркнув на густую медно-рыжую гриву, ниспадавшую Рону до самых лопаток. Лучше бы это зелье попалось под руку Гермионе, когда она подбирала аватар для него.       Рон недоверчиво разглядывал новоприобретенное отражение, ероша волосы и ощупывая предплечья. Не обнаружив на макушке уродливой зеленой проплешины, он неуверенно усмехнулся. На щеках тут же проступили выразительные ямочки. Гарри поверженно вздохнул.       — Пора выдвигаться. Драко снова угрожает мне в смс-ках.       Они пересекли Гайд-парк, делая Рону последние тихие внушения.       —... просто не делай ничего такого, что могло бы навести их на подозрения. Не упоминай про Хогвартс, войну и суды, говори о себе расплывчато и делай вид, будто не знаешь о них ничего такого, о чем нельзя было бы прочесть в газетах...       — Кэлл, — Гарри указал ей глазами на помрачневшего Рона, уныло бредшего, загребая башмаками палую листву. — Он все понял, расслабься, — Поттер лишь надеялся, что его голос звучит более непринуждённо, чем он на деле себя ощущает.       Прохожий с шипением откупорил банку ядреного энергетика:       "Нет".       — Ох, да заткнитесь вы, — Рон с Гермионой уставились на него с одинаковым возмущением. Гарри скроил невозмутимую мину человека, который намерен до последнего отпираться и делать вид, что ничего не произошло. — Мы так и не выбрали тебе псевдоним. Думаю, имён проще и лаконичнее, чем Рон, просто не существует.       — Я хочу, чтобы меня звали Джоффри, — выпалил Уизли. Гарри тревожно переглянулся с Гермионой. — Уж такое имя я не забуду, будьте уверены.       Поттер беспокойно засопел в воротник, уповая лишь на то, что они сумеют незаметно прошмыгнуть в шатер и не отсвечивать до конца представления.       Очевидно, где-то в небесной канцелярии обретался клерк, лично ответственный за то, чтобы ни одна тайная надежда Гарри не осуществлялась. Ни в пример ему самому он работал безукоризненно: пятёрка циркачей поджидала их на пороге шатра.       Поймав троицу в свои паейеточные силки, они уволокли их на задний двор.       — Мы ждали вас! Это и есть он? — взволнованно уточнил Нотт, разглядывая Рона, притаившегося за спинами спутников. Столкнувшись с его ошарашенным взглядом, рингмастер выдохнул, напоминая себе о манерах, и протянул ему руку. — Хорошо, что все обошлось. Нет ничего страшнее, чем потерять своих.       — Я угодил в неприятности, — признался Рон, подчиняясь застарелой привычке оправдываться перед каждым столбом. — Снова.       Тео понимающе улыбнулся и выразительно покосился на Драко, замершего в стороне в полном сценическом облачении.       — Могу себе представить.       Малфой склонил голову на бок и сощурился, поигрывая кнутом и меряя пришельца неприязненным взглядом.       — Ты напоминаешь мне одного козла, — наконец, заключил он.       — Дрейк! — Нотт негодующе всплеснул руками. — Не слушай его. Сперва он цеплялся и к Лео, но теперь они замечательно ладят.       — Ну этого я точно не стану трахать. Терпеть не могу рыжих.       Рон набычился, но сдержался, получив чувствительный тычок в поясницу от пребывающей начеку Гермионы. Гарри изобразил не слишком правдоподобное возмущение, про себя беззастенчиво радуясь тому, что броский аватар не показался Малфою притягательным.       Нотт дважды открыл и закрыл рот, не находясь с ответом.       — Однажды я вымою тебе рот с мылом, Дрейк, — наконец, произнёс он, тяжело покачав головой, от чего цилиндр съехал ему на затылок. Тео виновато поглядел на Рона и добавил извиняющимся тоном. — Вообще-то он принимал в поисках самое активное участие.       — Просто хотел нагнать себе подписчиков, — отрезал тот и, скрипнув сапогами, развернулся на пятках, чтобы двинуться к шатру. — Обнаженка и благотворительность отлично собирают аудиторию.       — Благотворительность, — ахнула Гермиона, непроизвольно сложив губки в воодушевленную О. — Ну конечно! — и, подхватив Теодора под локоть, с пугающей целеустремленностью потащила его к куполу цирка.       — Она пытается оптимизировать наш бюджет, — пояснила Панси, проводив их довольным взглядом. — Покус сполна заслужил это за все те вечера, когда истязал меня своей бухгалтерией. Пора занимать места — шоу вот-вот начнется.       Грег придержал полог, пропуская их внутрь, и, поравнявшись с Роном, Блейз расстроенно шепнул:       — Они говорили, что у тебя голубые глаза.       Уизли опустил на него растерянный взгляд — хрупкий Забини с огромными чёрными глазами на выбеленном лице выглядел на его фоне коллекционной фарфоровой куколкой.       — Вообще-то они действительно голубые, — Рон ссутулился и насупился, вновь почувствовав себя причиной чужого разочарования. — Просто при другом освещении.       Блейз робко улыбнулся краешком накрашенного рта.       — Правда? — и, получив короткий кивок, опустил ресницы, смутившись собственной настырности. — Здорово. Хотелось бы мне посмотреть.       Они разошлись у кулис — Гермиона уже выбиралась в зрительный зал, о чем-то напоследок увещевая Нотта через плечо:       — Просто подумай об этом, Покус. Это действительно может помочь.       Паркинсон мстительно усмехнулась замученному возлюбленному:       — Кэлл предлагает очень разумные вещи, вам стоит все тщательно обсудить сразу после выступления.       — Ты даже не знаешь, о чем мы говорили!       — А мне и не надо, — акробатка подпрыгнула, чтобы чмокнуть его в губы. — Я призвана держать баланс на канате, а не на банковском счету.       Гарри невольно стрельнул глазами в привалившегося к стойке с обручами Малфоя, заставив того неприступного поджать губы и утомленно закатить глаза.       — Валите уже в зал. Здесь служебное помещение.       Гарри тихонько перевёл дух, когда Уизли оказался зажат на узкой скамье между ним и Гермионой. Вообще-то Рон держался молодцом: даже Малфою не удалось довести его до белого каления, а тот был в этом настолько хорош, — берите выше, виртуозен! — что даже Нотту порой приходилось выскребать из себя последние крохи ангельского терпения.       — А когда будет выступать Забини?       — Уголек, — тихо поправила Гермиона, — они не разрешают звать себя настоящими именами. Его номер третий по счету.       Рон серьёзно кивнул.       — Подходящая кличка. Глазищи у него и впрямь как два угля.       — Он очень раним, и слизеринцы дико его опекают, — Грейнджер встревоженно поглядела на друга, чуть пристукнув каблуком по доскам. — Лучше к нему не лезть — они могут подумать что-то не то.       — Я и не собирался, — буркнул Рон, демонстративно отвернувшись к манежу, всем своим видом показывая, что не ожидает увидеть на нем чего-то из ряда вон.       Незаинтересованная мина сползла с его лица, как только Паркинсон отпустила трапецию.       — Ни хрена себе, — выдавил он, заставив Гарри украдкой улыбнуться. Из уст Рона, фатально разучившегося чему-то положительно удивляться, это короткое замечание прозвучало наивысшей мерой похвалы.       Зараженный неприкрытым восторгом толпы, Уизли засунул два пальца в рот и встретил приземление гимнастки пронзительным свистом.       — Только не говорите, что Гойл тоже полезет на перекладину — от его веса обрушится весь купол.       Гермиона беззлобно хлопнула его по колену.       — У Горы отличный номер — каждый из них хорош по-своему.       Рон мигнул зелёными глазами и уставился на свои башмаки, о чем-то угрюмо задумавшись. Внезапная меланхолия отпустила его к выходу Забини — Уизли непроизвольно подался вперёд, наблюдая, как горящие бойла окружают плясуна светящимся огненным ореолом. Гарри позволил себе чуть расслабиться.       Драко выглянул из-за кулисы, как только Тео выскочил на песок, чтобы покрасоваться перед зрителями в новой атласной жилетке, и нетерпеливо махнул ему рукой, призывая немедленно оторвать зад от скамьи. Удостоверившись, что Рон полностью поглощен происходящим на арене, Гарри незаметно соскользнул с лавки и, пихая зрителей коленками и локтями, выбрался с амфитеатра. На карачках обогнул сцену и пролез за тяжелую кулису.       Малфой быстро оценил обстановку снаружи:       — Покус выпускает бражников — у нас есть пятнадцать минут, — и ухватил его за ремень, требовательно дернув пряжку.       Гарри возмущенно скинул его руку.       — Ты совсем чокнулся? Нас могут увидеть! Пошли в палатку — там хотя бы никого нет.       — Там есть львы, — Малфой подозрительно сощурился. — Или тебе нравится, когда они смотрят? Чертов извращенец.       — Что? Мне не... — Гарри тряхнул головой, не желая опускаться до оправданий по такому нелепому обвинению, и перешёл в ответное наступление. — Ты даже не поздоровался со мной, а я вообще-то надеялся, что ты хоть немного скучал!       — Мне некогда скучать, — Драко снова поймал его за пояс, с заслуживающим восхищения упорством игнорируя отказ.       — Ты работаешь два дня в неделю. Чем ты вообще занимаешься в остальное время? Смотришь котов в интернете?       — Хватит выделываться! У меня мало времени, и ты торчишь мне двадцатку.       Гарри растерянно опустил руки, обезоруженный его убийственной аргументацией. В сухом остатке он действительно пребывал перед Драко в долгу и своим ворчанием отнимал у них драгоценное время — Нотт уже вещал из-за кулис скрипучим голос чьей-то мертвой прабабки.       Воспользовавшись его секундной оторопью, Малфой резко крутанул его и прижал к опорному столбу — обтянутая зеленым латексом промежность Панси ярко блеснула Гарри с прошлогодней афиши. Он вздохнул, признавая поражение.       К чести Драко, в этот раз он не стал врываться в него так, будто проводил таранную атаку вражеского форта, но Гарри все равно чертыхнулся:       — Погугли на досуге, что такое прелюдия — ты откроешь для себя целый новый мир.       — Не ворчи, я уже в тебе, — Малфой разогнул колени, распрямляя ноги и вытягиваясь вдоль него во весь рост, чтобы протиснуться внутрь до самого основания. — Чувствуешь мой член?       — О, так это он? А я думал, мне в задницу всадили раскаленный кол.       — Вот и насаживайся резче, хренов колдун.       За неимением лучших предложений Поттер подчинился. По правде говоря, в этот раз было неплохо, почти хорошо — по крайней мере, Малфой прилагал явственное усилие, чтобы двигаться в нем медленнее, и даже без напоминаний запустил руку ему в трусы. Вторую он согнул в локте и прижал к опоре, чтобы Поттеру не приходилось долбиться лбом об дерево. Из-под задравшегося рукава с любопытством выглянула треугольная мордочка гюрзы.       Некоторое время Гарри разглядывал её высунутый раздвоенный язычок, а затем провел по нему своим.       Малфой вздрогнул.       — Какого хрена?       — Не твоё дело, просто продолжай, — Поттер присосался к коже на его запястье, сдвигая щекой рукав, чтобы пройтись губами по бронзовым чешуям.       Вообще-то было действительно хорошо.       — Гребаные педики!       Мимо прошаркал техник, волоча бобину каких-то спутанных проводов. Малфой свирепо дернулся за ним.       Гарри едва успел ухватить его за камзол и удержать на месте:       — Ты серьёзно?! Сперва доделай, а потом вали на свои разборки!       — Поучи меня тут, — раздражённо прошипел тот, возвращаясь в нарушенный темп.       Гарри как раз обнаружил на его руке симпатичного щитомордника, так и напрашивающегося на поцелуй, когда блядский рабочий прошествовал в обратном направлении, скрежеща катушкой.       — Ни стыда, ни совести!       Малфой задвигался агрессивней, срывая закипающую злость на его заднице:       — Я ему въебу!       — Лучше въеби меня в этот столб! — Гарри с тихим стоном куснул нахального крайта, кокетливо обнажившего ядовитые клыки на предплечье Драко. В ответ тот вдавил его в афишу и налег в полную силу, приводя в опасную дрожь несущую конструкцию шатра. Гарри невнятно замычал, призывая его активней работать и рукой — оторвать рот от змей оказалось решительно невозможно: они были не менее красивы, чем их обладатель, и вдобавок совершенно не выебывались.       — А ты и впрямь фетишист, звереныш!       — Ты посмотри на них! Сношаются тут и ухом не ведут!       — Я закончу с ним и доберусь до тебя, гандон!       Поттер застонал в голос, как одержимый вылизывая вытатуированных рептилий и мысленно умоляя любовника найти способ трахнуть себя ещё глубже. Вероятно, Малфой унаследовал от Блэков природные задатки легилимента: с руганью бросив ему дрочить, он вздернул его на свой член, почти оторвав от пола, чтобы вдолбиться внутрь до самых яиц.       — Черт бы тебя побрал, звереныш, — Драко сжал его за горло, чтобы притиснуть к себе, то ли не сознавая, что отнимает у него возможность дышать — то ли не видя в этом особой проблемы.       Змеи. Великолепные змеи, скрытые проклятым рукавом, обвили шею Поттера.       Но он знал, что они там.       Гарри кончил, пребывая на грани отрыва от действительности из-за нарастающей гипоксии.       Малфой ещё какое-то время толкался сзади, сливая в него остатки спермы. И в половину не такой воинственный, как до оргазма, он, наконец, вынул из него член и рассеянно огляделся по сторонам.       — Куда подевался этот мудак?       — А я говорил, что нас застукают.       Укротитель только фыркнул:       — Скажу Покусу, чтобы лишил его премии, — он выглянул на арену и тут же встрепенулся. — Блять, он уже объявляет меня! Вали к своим — я за львами!       Гарри вернулся на место, с чувством нескрываемого превосходства поглядывая на разгоряченную публику, бурно аплодирующую выходу Драко, и снисходительно хмыкнул, когда толпа разразилась непристойными предложениями в ответ на полетевшие в зал рубаху и камзол. Полуголый Малфой мог сколько угодно скакать по песку, терроризируя львов своей плеткой — каких-то десять минут назад он принадлежал ему, пусть и не признал бы этого даже под прицелом Авады. Но Поттер видел сытую поволоку, чуть смягчившую колкий взгляд — и гордился этим достижением больше, чем всеми орденами, полученными за непреднамеренное убийство Волдеморта.       Впечатление оказалось чуть подпорчено финальным поклоном циркачей. Драко с очевидным теплом сгребал их в кучу вокруг себя, и вряд ли его хватка на плече Тео и талии Панси была такой безжалостной, как на бедрах Гарри. Поттер зааплодировал громче, решив не заморачиваться — у него еще будет время поработать над этим. Возможно, даже этим же вечером.       Однако, к его разочарованию, выяснилось, что традиционные посиделки у корыта отменяются.       — Дрейк ведь пообещал автографсессию за помощь в поисках, — пояснил Нотт, складывая аккуратными квадратиками жилет и рубаху, и неуютно поежился, прикрывая руками голый торс. — Не понимаю только, почему я тоже должен быть обнаженным.       — Потому что и нам не помешают подписчики, — весело отозвалась Паркинсон, теперь облаченная лишь в открытый купальник с задорными кисточками на месте сосков. Гарри с удивлением обнаружил, что ее гладкая кожа покрыта многочисленными шрамами, особенно на руках, и торопливо отвел глаза, сочтя неприличным пялиться на такую интимную деталь. — Не зажимайся, солнце, ты выглядишь на все сто.       — Просто напомни мне, чтобы я накладывал вето на все последующие инициативы Дрейка.       — Ты и так это делаешь, но ничего не меняется, дружище, — Грег ободряюще хлопнул его по голым лопаткам, ни чуть не смущенный собственной наготой, которая и без промоакций Малфоя составляла неотъемлемую часть его сценического образа.       Гермиона быстро достала смартфон и щелкнула их на камеру.       — Оформим это как благотворительный марафон в поддержку чего-нибудь, — безапелляционно сообщила она в ответ на вытянувшуюся физиономию Нотта.       — А Уголек?       Вопрос Рона заставил всех замолчать. Забини, все также упакованный в плотное трико от шеи до самых пят, нервно шаркнул ногой.       — Я не участвую.       — И не надо, — поспешно заверил его Теодор. — Это все и так уже откровенный перебор.       Малфой звучно шлепнул его по ягодицам, отвлекая всеобщее внимание от сконфузившегося Блейза:       — Подбородок выше, взгляд ярче, Покус. Шоу должно продолжаться!       Тео поглядел на него с обреченной нежностью:       — Если я мозг Бестиариума, то ты — его шизофрения, Дрейк, — и, с поистине аристократическим достоинством поправив трусы, повел своих трюкачей обратно на арену.       Гриффиндорцы покинули шатер, напоследок ободряюще помахав слизеринцам, которых в миг окружили повизгивающие маглы с блокнотами в руках.       Снаружи моросило, и расходиться отчаянно не хотелось. Гарри поколупал пуговицы на пальто и неуверенно предложил:       — Может, снова ко мне? Возьмем сидр и досмотрим Лигу?       Следом за ними из шатра выскользнула маленькая черная фигурка. Забини примостился в стороне, не решившись приблизиться к ним в одиночку, и прикурил тоненькую папироску, осторожно поглядывая на них из-под шапки тугих кудрей. Несколько поклонников подошли и к нему, чтобы сунуть свои блокноты на подпись.       — Твоя Лига просто невыносима! Зачем они сделали убийцей дворецкого? Это настоящий моветон.       Еще двое парней подступили к Забини. Гарри не заметил в их руках сувениров, но они ухмыльнулись факиру как старому знакомцу, и Блейз тускло улыбнулся в ответ, отступив ближе к шатру.       — Что им надо от Уголька?       Гермиона проследила за взглядом Рона.       — Автографы?       Улыбка на лице Забини превратилась в паническую гримасу, когда его похлопали по плечу, но он продолжил нервно крошить папиросу, не пытаясь отделаться от фамильярной ладони на своей руке.       — Что-то непохоже.       Гермиона схватила Рона за рукав.       — Джоффри, не лезь! Это их территория, и если бы Угольку потребовалась помощь, он позвал бы своих.       Некоторое время Рон кусал губу, бросая сомневающиеся взгляды на Забини.       — Я все же проверю, — отцепив от себя ее пальцы, он вразвалку направился к подозрительной компании.       Некоторое время они вполне дружелюбно беседовали, и Гарри почти уверовал, что в этот раз все обойдется, когда Рон, продолжая понимающе кивать, вмазал одному из них лбом промеж глаз, и развернулся ко второму, намереваясь достать его переносицу увесистым кулаком.       Забини истошно завизжал, заставив гриффиндорцев отмереть и броситься на подмогу.       Проблема заключалась в том, что Гарри понятия не имел, кому следует помогать — эффект неожиданности оказался на стороне Уизли, и он успел нанести противникам значительный урон. Глаз одного из них заливала кровь из рассеченной брови, другой поднимался с земли, с охами хватаясь за живот. Поттер попытался растащить склоку, но, лишенный возможности использовать чары, только получил по яйцам и согнулся пополам. Гермиона преуспела не больше, криками пытаясь призвать всех к порядку.       Рона повалили в грязь и принялись лупить ботинками по ребрам.       Из палатки вылетел Малфой, на бегу разматывая кнут. Следом выскочил Нотт, в трусах и цилиндре представляя собой сокрушительную психологическую атаку. Взревевший Гойл растолкал их плечами и, набрав критический разгон, сшиб обоих нападающих своей пятидесятифунтовой тушей.       Утратив численное превосходство над Роном, они отступили, опасливо оглядели разъяренных эксгибиционистов и бросились наутек.       Раскачивающийся в объятиях Панси Блейз зарыдал:       — Это все из-за меня! Из-за меня!       В лицах Малфоя и Нотта что-то неуловимо переменилось. Они встали над скрючившимся в грязи Роном, сверля его потяжелевшими взглядами. Отсутствие одежды парадоксальным образом сделало их напружиненные угловатые фигуры ещё более угрожающими.       Пальцы Драко стиснули рукоять хлыста.       Гарри с Гермионой ринулись к ним, но Гойл заступил дорогу.       — Гора, пусти! Мы просто заберём Джоффри и все.       Грег с сожалением помотал квадратной башкой, переступая босыми ступнями в грязной луже.       — Не лезьте, вы сделаете только хуже.       Теодор склонился к Рону и тихо осведомился:       — Что ты сделал Угольку?       Уизли задрал к нему лицо — каких-то полчаса назад чарующе красивое, а теперь снова разбитое в фарш и стремительно заплывающее гематомами. Некоторое время безучастно глазел на рингмастера, не предпринимая никаких попыток встать, а затем сплюнул багровый сгусток и произнёс:       — Они не имели права так с ним говорить. Не должны были предлагать ему таких вещей.       Нотт вздрогнул и резко перевёл взгляд на Блейза.       — Эти двое домогались до тебя? Они из того места?       Забини несчастно кивнул, размазывая по лицу сопли вперемешку с гримом.       — Боже, Уголек. Почему ты не позвал нас сразу?       Из черных глаз вновь полились слезы.       — Я не хотел, чтобы у вас снова были неприятности. Из-за меня, — Паркинсон крепче прижала его к вульгарному лифчику и успокаивающе чмокнула в намокшую макушку. — Не хотел снова становиться проблемой.       Тео устало сжал переносицу, опустив плечи под холодными каплями.       — Ты никогда не был и не будешь нашей проблемой, Уголек. Ты — наша семья.       Сведенные пальцы Малфоя расслабились. Он легонько пнул мыском колено Рона, привлекая его внимание к себе.       — Так ты дал поколдовать над своей смазливой мордой, чтобы заступиться за Угля?       Уизли скорчился сильнее, не скрывая глубокого отвращения к своему поражению — и себе самому.       — Их было двое на меня одного. Каждому по отдельности я бы навалял.       Драко заткнул кнут за резинку трусов и протянул ему руку. Рон непонимающе уставился на неё.       — Если намереваешься валяться тут до утра, то отползи подальше от входа — мне скоро привезут жратву, — фыркнул Малфой, не убирая ладони.       Уизли неуверенно подал ему свою, ожидая какого-то стремного подвоха. Драко резко дёрнул его, вырвав из раскисшей грязи, и врезался голым плечом в его сырую куртку:       — В следующий раз свисти — мудохаться двое на двое всегда интересней.