Книга 1. Отзвуки.

— Простите, ничего страшного, если я на полу начерчу круг? Это обычный мел, он легко оттирается. — А это обязательно? И вообще, зачем заниматься такой ерундой? От Олега слышалось все больше скепсиса; видимо, уже жалел, что связался со мной. — Мне нужно вначале начертить круг, а потом — все объяснения, или я могу собрать свои вещи и уйти. Хозяин дома уже было хотел обрадоваться и сказать что-то наподобие: «действительно, хорошая идея», но наткнулся на взгляд жены и подавился словами. — Хорошо, конечно, рисуйте. Вы ведь нам объясните, вы смогли что-то найти? — спросила Вероника. Я кивнул и дальше молча стал рисовать большую окружность, в которую попадал обеденный стол, несколько стульев, и оставалось еще место. После того, как закончил, я сел на место, положив мелок в специальный футлярчик и, отряхнув руки, хлебнул уже остывший чай. — Что я вам могу сказать… У вас поселился самый обычный чёрт, — с будничным видом отхлебывая в очередной раз чай, произнес я. Мы просидели в молчании пару минут. Я размышлял о том, что делать и как изгонять этого засранца, который был уверен в своей абсолютной невидимости. Ведь ни один прибор не фиксировал ничего аномального. Ни камера, ни смартфон с тепловизором, что висел у меня на груди и был подключен к ноутбуку: я проверил запись. Ни ЭМП, ни радиоприемник. Ну, с радио и так понятно, по большому счету. А что творилось в головах супругов, мне было непонятно. Вначале Олег был задумчивым, но все больше недоверчиво начинал на меня посматривать, хотя, стоит отметить, пока мы ходили по дому, и после санузла, он был словно на взводе. А сейчас весьма спокоен. Я решил уточнить. — Олег, а подскажите, пожалуйста, только попрошу ответить честно, когда мы заканчивали осмотр, и особенно на лестнице, когда спускались, вы испытывали сильные негативные эмоции? — Да, мне очень хотелось взять тебя и все твое барахло и выкинуть к х****м из дома, — не задумываясь, ответил тот. — А сейчас резко отпустило? — Да, — так же, не задумываясь, ответил он, и осекся. Судя по всему, он не был глупым и смог сложить 1 и 1. А на жену его скорее всего ничего не действовало или действовало слабо, поскольку она принимала успокоительное. — О чем это вы? — Похоже, этот пузатый засранец влияет на ваши эмоции, и влиял все это время. Я не уверен, конечно, ибо скажу прямо, в моей практике такой случай впервые, но, если бы вы не обратились ко мне или к кому-то из коллег по цеху, только настоящим, а не мошенникам, возможно, у вас были бы проблемы посерьезнее. У вас дома нет икон, и он смог чувствовать себя свободно здесь. Про кота я решил не говорить. Скорее всего, это чёрт убил животное, заставив его мучиться, получив, таким образом, дополнительную энергию. Поэтому я смог его уже почти свободно видеть. Давно я где-то вычитал, что, чем больше энергии накапливает сущность, тем отчетливее она проявляется в реальном мире. Не знаю, как это связано с полями, про которые говорилось в статье. Сам я так и не смог разобраться, а знакомого квантового физика, еще, вдобавок, верящего в подобные вещи, вместе с которым можно было бы разработать теорию, под рукой не было. В этом и заключалось, по сути, преимущество сверхъестественных существ. Обладая большим запасом энергии, они проявляются в нашем мире, где уже можно спокойно воздействовать на них. Из-за причиненного им физического урона они теряют энергию и словно начинают исчезать. И так до полного их развоплощения. Пока они еще не набрали достаточно энергии, они находятся в пограничном состоянии, где слабо могут воздействовать на материальный мир, но и на них физически воздействовать почти невозможно. А этот крысеныш, похоже, получил уже немало энергии, еще чуть-чуть — и будет способен проявиться в реальном мире. Если уже не воплотился и просто использует, например, какой-нибудь отвод глаз. Ведь взгляд с него так и хотел соскочить, мне приходилось прикладывать усилия, чтобы не отводить от него глаза. — А кота он убил, — несколько потухшим голосом произнесла супруга Олега. Тот на меня неодобрительно зыркнул. Я серьезно задумался, что ответить. Ответить правду — и так натерпевшуюся девушку снова начнет бить нервяк, или, вообще, сорвется. А не сказать… Ведь, если верить моему сну, что был вовсе не сон, скоро подобное вылезет везде… И что будет тогда с людьми? — Поймите меня правильно, я не хочу наводить на вас лишний ужас или панику. Но в последнее время что-то происходит, и вот такие инциденты участились. Я бы мог сказать вам нечто успокаивающее, но я могу предположить, что это возможно. Да, как-нибудь так, обтекаемо, правда, загнул маленько, но я ведь нервничаю. — Могу все же порекомендовать: как все закончится, все-таки купите пару икон и поставьте дома, одну над входной дверью обязательно, и иногда чистите дом. Это несложно, вы и сами справитесь. — А как вы определили, что это чёрт? Вы что-то записали, можете показать? — супруг Вероники поёрзал на стуле. —Нет, как ни странно, приборы не зафиксировали ровным счетом ничего, — задумчиво пробормотал я, копаясь в своей записной книжке. — А как же тогда ты понял, что это бес, или черт, или как там его. Вы, точнее, — снова спросил он, откидываясь на спинку стула. — Можем на ты. Я улыбнулся слегка, чтоб попытаться разрядить обстановку. Как мне говорили, у меня достаточно добрые глаза и открытое лицо, у меня неплохо получалось располагать к себе людей. — Когда мы заканчивали осмотр, то зашли в санузел наверху. Он был там, сидел на унитазе, – добавил я наконец, найдя нужный контакт. — Я позвоню одному человеку, вы не против? Она сможет подсказать, как поступить лучше, чтоб ваша проблема решилась и больше не возвращалась. Супруги лишь кивнули. Я позвонил одной знакомой, с которой давно пересекался по работе. И то чисто случайно, мне нужно было передать в стороннюю организацию документы по реестру. Сам человек, кому они были адресованы, не мог принять их, поэтому, по согласованию с руководством, я передавал их ей. Мы немного разговорились, и оказалось, что она является послушницей в одном из монастырей. Ей было 32 года, звали ее Инна. Когда мы встретились в парке, одета она была как обычная горожанка. Бежевые брюки, блузка, туфельки, небольшая дамская сумочка в тон брюкам. У нее были длинные русые волосы до лопаток и пронзительные серые глаза, которые все время смеялись и улыбались. Она была достаточно стройной, на мой вкус, очень симпатичная: короткий острый носик, немного пухлые губы, мягкие черты лица, разве что скулы были чуть угловаты и резковаты. Я до встречи с ней не знал, что можно смеяться глазами, но у нее получалось. Мы немного разговорились, и я тогда сильно опешил, узнав, что она послушница в монастыре, да еще занимается экзорцизмом. Она долго смеялась над моим охреневающим видом. Поговорили о том, о сем, она рассказала несколько интересных случаев из практики. И мы обменялись номерами на всякий случай. Правда, я ей также задал вопрос, который не давал покоя, ибо стереотипное мышление — это зло. Почему она, послушница, — и так одета? А не балахон там или другая одежда, подобающего вида. На что она весело рассмеялась, подмигнула мне и тихо проговорила на самое ухо: «а это пусть будет моей маленькой загадкой, ведь в каждой девушке должна быть загадка». Обрисовал ей ситуацию, и она посоветовала, что с этим делать. Я отдал супругам пару оберегов с древними славянскими рунами и отправил их наверх позаниматься своими делами. Бесенок должен был по-любому заинтересоваться ими и на какое-то время отвлечься. Я же в это время нарисовал небольшой круг мелом, внутри которого изобразил фигуру, чем-то похожую на звезду Давида. Но, в отличие от звезды, у нее было еще несколько контуров и линий в виде лесенок и пересекающихся прямых. В центре же — замысловатый символ, который надо обводить кровью. Своеобразная приманка для беса: почувствовав его, тот потянется сюда. Ну, так сказала Инна. Когда он окажется в фигуре или, скорее, даже печати, необходимо будет произнести фразу-ключ-активатор. Еще Инна сказала, что, как только я дорисую всю фигуру и символы, среди которых есть руны, необходимо будет снова произнести фразу-ключ-активатор. Но на этот раз для сокрытия рисунка рунами, чтобы бес ничего не заподозрил. На все про все у меня ушло полчаса. Слышал, как супруги даже разок наверху поцапались. Но, вроде, ничего серьезного, все же людьми они оказались неглупыми и понимали, что на них влияют, а обереги уменьшили это влияние, но, конечно, не оградили полностью. Закончив, я произнес: — Сокрой от глаз недругов моих! Да будет так. Начерченное мною полыхнуло светом и пропало, осталось лишь небольшое искажение воздуха, едва заметное. Я стер малый круг влажной тряпкой и позвал Олега и Веронику. Те спустились и вместе уселись за столом. Я направил камеру на место печати. Настало время ждать. Были и другие способы поимки и изгнания беса, но Инна сказала, что я все равно не справлюсь с ними. Поэтому предложила самый простой и в чем-то тупой способ, но самый действенный. Пока мы ждали, Вероника заварила чай, а мне, по моей просьбе, она сварила кофе. Спустя 15 минут Чёрт появился на лестнице. Он настороженно оглядывался и к чему-то принюхивался. Супруги его так и не видели, их даже немного отпустило напряжение. Они смеялись и шутили, я тоже рассказал пару забавных случаев. Вот крысеныш уже спустился на первый этаж и, забирая то влево, то вправо, тем не менее, все же двинулся к месту печати. Он уже подошел к ней почти вплотную. И явно нервничал. Постоянно озирался и принюхивался. Вот, спустя долгие 5 минут топтания на месте, которые мне показались вечностью, он вошел на рисунок печати и наклонился к полу, принюхиваясь. Я не выдержал, резко вскочил со стула, отчего тот упал, а я выкрикнул сорвавшимся голосом: — Инсе`гния! — печать проявилась, полыхнула светом, а черта вытянуло по стойке смирно. На его морде проступил оскал, появилась ярость, он пытался сопротивляться. Он нашел глазами нас, медленно посмотрел вначале на супругов по очереди, а потом вперил взгляд в меня. Его маленькие красные глазки вонзились в меня. В них было столько ненависти и злобы! И тут я почувствовал, что печать медленно истощается, нужно действовать. Я разблокировал мобильник и стал читать текст, который мне прислала Инна. — Я, служащий Господу Богу нашему, именем его и волею его, заклинаю и повелеваю тебе, всяк нечистый, всяк заблудший, всяк желавший зла роду людскому, очистись! Бесененка словно пронзило чем-то невидимым, он весь затрясся, глаза его выпучились, и мы услышали звук, отдаленно напоминающий нечто, похожее на стон боли и муки. А я тем временем продолжил, не останавливаясь: — Я, служащий Господу Богу нашему, именем его и волею его, повелеваю тебе, нечистый, вернуться в чертоги своя, к хозяину нечестивому своем. Да будет так, Аминь! Беса трясло все сильнее, он снова вперил в меня полный ненависти и злобы взгляд и прохрипел: —Нн-иико-гддд-а… Он попытался пошевелиться и, буквально на пару миллиметров, ему это удалось, он сдвинул немного руку и повернул голову. Тогда я затараторил последнюю фразу, которую мне продиктовала Инна на случай, если что-то будет не так: — Изыди из этого мира, растворись в вечности, не оставив следа, заклятый слуга нечестивого. Заклинаю тебя Именем Его, да святится Имя Его, да исполнится Воля Его. Да будет так! Аминь!! Бес затрясся всем телом еще сильнее, миг — и он начал рассыпаться на песчинки мрака, причем, все началось с его нижних конечностей, и эти песчинки начали словно сдуваться порывом воздуха, но в комнате не было сквозняков. И мы услышали, как он закричал от боли, печать светилась все сильнее. И, когда он уже почти истаял, он вперил в меня последний раз свой взгляд. И голосом, полным боли и ненависти, проговорил: —Т-тты сд-дхнеешшш-ь… С небольшим хлопком он исчез. Но, перед самым его исчезновением, я почувствовал, как от него будто толкнуло в меня магией. Мимолетное, но очень сильное ощущение. Я не понял, что он сделал, и что произошло. Я рухнул задницей на пол прямо там, где стоял, и только сейчас понял, что тяжело дышу и весь в липком поту. Мне было нехорошо, голова гудела, а взгляд немного плыл. Я глянул на супругов. Они, обняв друг друга, с ужасом смотрели на место печати, которая, кстати, выгорела, но не оставила на полу никаких следов, кроме мельчайшей пыли черного цвета от начерченных мелом символов. Я с трудом прохрипел: — Воды…