Наследники. Санаркс

— Его величество бы никогда не позволил такую миссию, — заметил Армэр, когда Филипп описал ему то, что они уже успели обговорить с Логаном. — Его величества здесь нет, а решения принимаю я, — отрезал Филипп. — Мне нужна ваша помощь, генерал. — Помощь в том, чтобы отправиться к отцу? — Армэр усмехнулся, но ни ему, ни Филиппу весело на самом деле не было. — Я не желаю такое слышать! При всём уважении. Филипп не смотрел на него. Армэр был прав, как и Логан: миссия была самоубийством. Но даже если так — остров того стоил. Остров стоил любых жертв, особенно потому, что должен был сыграть крайне важную роль в дальнейшем. Шесть лет назад, когда Филипп впервые предложил задействовать драконов в войне, это казалось дикостью, но сейчас все убедились, что драконы — это великая мощь, способная разрушить и новомодную технику Форкселли, и магию аурников. Армэр проворчал что-то и повернулся к Логану. Тот вытянулся, приподнял подбородок и, предупреждая вопросы, коротко сказал: — Я подчиняюсь приказам его высочества. С мрачным удовлетворением Филипп усмехнулся. Армэр махнул рукой: «Мальчишки!», но помог: дал дракона для тренировок, научил важным трюкам, а в это время исследователи острова, связисты, картографы предоставили всю информацию и составили наилучший маршрут. Логан с Филиппом проводили дни в тренировках, ночи — в планировании, шлифовке. Всё, чтобы в назначенный срок встать на разрушенной три недели назад взлётной полосе. Окутанный чёрным коконом остров было не видно в угольной ночи, но и Филипп, и Логан не сомневались: они смотрят прямо на него, когда вглядываются во тьму. Они слишком хорошо знали остров, чтобы их можно было обмануть завесой. Переносить миссию не было смысла, хоть за день до этого Филипп, стоя в свете шаров над картой, упершись кулаками в стол, недовольно цедил, что они не готовы, тренировок было недостаточно, Гранит им всё ещё плохо подчинялся, они не так устойчивы у него на спине, как хотелось бы… — У нас нет больше времени откладывать, — ответил ему Логан, и спорить здесь было не о чем. Связисты проверили маячки. В прошлый раз такие выключились сразу, не выдержав столкновения с заклятиями, но Филипп надеялся, что сигнал мощнее пробьётся и их получится отследить; да и вдруг вдали от базы, где были сосредоточены силы «теней» Ариеса, связь оказалась бы лучше. Также проверили работу телепортов: ни Филипп, ни Логан сами перемещаться не умели, и снова оставалось надеяться на то, что техника выдержит. Магия Ариеса её неизменно блокировала, но сколько той магии было на острове на самом деле? В первый — и последний — раз, когда кто-то пытался переместиться на базу, все повреждения были механическими, полученными уже на той стороне в бою. Значит, телепорты выдерживали. — Мы с Гранитом здесь на подхвате, — сказал Армэр протягивая Филиппу и Логану светящиеся палочки-ключи. Такими открывали темницы, такой закрыли вход в главное здание штаба, и такой нужно было открыть штаб и комнату с телепортом. Филипп с Логаном наизусть заучили комбинацию рун для портала. Его копия с одним повёрнутым символом уже был нарисован опытным рунологом на базе, и стоило новому островному заработать, как воины Пироса проникли бы на захваченный остров. Работа в ту ночь не стихала. Все должны были быть готовы. Ко всему. Вряд ли задуманная миссия могла пройти без последствий. — Сверяем координаты, — сказал один из связистов. Оба телепорта показали одинаковые значения. Связист сверился с картой и кивнул, мол, готово. — Пора, — тихо сказал Филипп, и они с Логаном повернули реле. Секунда — и они стояли в густой синеющей темноте на кромке гигантского тропического леса. Было так тихо, что слышалось журчание реки, и Филипп вспомнил, как та вилась тонкой лентой меж высоких берегов и будто пронизывала остров с его лесами, пустынными карьерами и живым вулканами. — Летал здесь? — спросил Филипп, оборачиваясь к Логану и кивком призывая следовать за собой. — Мало кто летает в лесу, — хмыкнул Логан, оглядываясь. Их окружали стволы-колонны, уходящие в небо и будто поддерживающие его своими могучими кронами. Некоторые листы здесь длиной были в человеческую руку от плеча и до кончиков пальцев, а в ширину с грудь крепкого мужчины. Лианы, свисающие почти до земли, были толще запястья. Корни — как поваленные стволы деревьев с большой земли. — Мы с Вайверном улетали от каменного дракона, когда я его нашёл в первый раз. — Это тот раз, когда все решили, что дракон напал на базу? — Он самый. Филипп ловко перемахнул через вылезший из-под земли корень и оставил гигантский лес позади. Теперь перед ними раскинулся великий каньон. Он тянулся вперёд на километры и, погрязший во тьме, казался бесконечным и пустынным, но вдали светилась едва заметная тускло-жёлтая точка. Это были метки гигантского каменного дракона, похожие на расколы скалы над лавой. — Он здесь! — возликовал Филипп, предвкушая новые полёты, знакомого дракона — и настоящее, значимое сражение. — И он далеко, — цыкнул Логан, присаживаясь на корточки перед обрывом. Спуск был слишком крут, чтобы скатываться, слишком высок, чтобы прыгать, а тьма за краем — слишком густой, будто можно было в неё упасть и никогда не выбраться. Даже пробивающие каменную землю корни гигантских деревьев располагались неудобно, не воспользоваться. Филипп задумчиво посмотрел вниз. Он об этом не подумал. Все три раза он прилетал сюда с Вайверном. О высоте не думаешь, находясь в седле. Жаль, ни Логан, ни сам Филипп летать не умели, но, может… Телепорт был не повреждён, даже ободок его переливался энергией. Только бы можно было телепортироваться внутри! Филипп поменял координаты: всего пара чисел, чтобы сместиться на пару метров на юго-запад… И крутанул реле. Он очутился внизу. Чуть дальше от места, где предполагал, но довольно точно. — Логан! — Филипп подбросил в воздух огненный сгусток, как маячок. — Телепортируйся! Он выкрикнул координаты, и вскоре Логан оказался рядом. — Мы работаем вместе, Керрелл! — недовольно заявил он. — Ты мог бы предупредить. Если бы твой план не сработал!.. — Он сработал, — отрезал Филипп. — Мои планы работают, Логан. Давай попробуем высчитать, где находится дракон. Идти до него долго, займёт полночи, а нам нужны время и силы. Логан раздражённо фыркнул, но достал компас — проверить. Стрелка на нём — на самом обычном, не зачарованном, — ходила ходуном, не в силах определить, где внутри кокона север. Логан цыкнул, убрал компас и сел на корточки. — Будем ориентироваться так, — решил он и пальцем прочертил на сухой земле несколько едва заметных чисел. Филипп светил ему огненным шариком, маленьким, тусклым… Наверно, так было безопаснее, ведь кто знал, посылают ли тени Ариеса патрули в дикие земли, но, будь здесь Эдвард, свету было бы побольше. Мысль о брате, однако, Филипп оборвал и вернулся в реальность, к вычислениям Логана, которые тот постоянно стирал, переписывал и пытался вывести снова. Из-за завесы небо представляло собой сплошное чёрное полотно, и всё, что они могли сейчас знать: координаты кромки гигантского леса, куда переместились изначально, координаты точки, куда «прыгнул» Филипп, и положение базы относительно драконьего каньона. Без компаса все вычисления были примерными. — Прыгнем так? — предложил Филипп, вглядываясь во тьму. С земли дракона было совсем не видно. — И тратить заряд? Чёрт знает, сколько телепорт ещё проработает. Логан провозился ещё несколько минут, скрупулёзно высчитывая координаты. Филипп не лез. Его познания в навигации ограничивались отклонениями в пару секунд от чётких установленных кем-то чисел. А все мучения Логана сейчас снова заставляли думать, что Эдварда можно было бы в плане и задействовать. Брат пусть и не был наездником, но мог телепортироваться, а его меч пригодился бы, если бы печать не снялась обычным ключом, или если бы их не пустили барьеры, или он мог бы пробить саму завесу… Нет! Филипп тряхнул головой. Он достаточно привлёк Эдварда, ничем хорошим это не обернулось. — Ладно. Чёрт с ним! — Логан подскочи. — Пробуем эти. Ближе всего, что я смог сделать. Филипп кивнул, и они переместились. Огромная туша дракона оказалась на расстоянии вытянутой руки. Можно было видеть каждую грубую чёрную чешуйку, каждый разлом, в котором пульсировали жёлтые вены. И хуже всего — кожистое трепещущее веко спящего гиганта. — Ты перестарался, — выдохнул Филипп. Ошиблись бы в пару градусов — оказались бы у дракона на спине, и вряд ли бы ему это понравилось. Ответить Логан не успел: огромный жёлтый глаз раскрылся и уставился прямо на них. Филипп отступил, чувствуя, как благоговейный ужас разливается по венам. А дракон повернул огромную голову к ним и поднялся на лапы. Утробное тяжёлое дыхание его было похоже на рык. — Он твой, — сказал Логан тихо. Глаза его были зафиксированы на драконе, он старался его успокоить, внушить чувство безопасности. Моментальная реакция человека, привыкшего работать с драконами. Филипп бы о таком и не подумал. Логан был прав: слишком редко он бывал на острове! Тем не менее Филипп шагнул вперёд. — Мой. Отойди. Логан подчинился, а Филипп осмотрел каменного гиганта, возвышающегося над ними, и глубоко вдохнул. Это был его дракон: он нашёл его много лет назад, он позвал его на помощь, и он должен был повторить всё сейчас. Ему не было страшно, но волнение, ответственность и дикая мощь, заточённая в чешую, заставляли сердце колотиться в горле. Филипп вытянул руку. Напряжённые пальцы мелко задрожали. Он посмотрел твёрдо, глаза в глаза. Гранит такого не позволял, всегда паря выше, чтобы связь была хуже. Каменный же смотрел — сверху вниз, но прямо. Его крылья раскрылись, напряглись; он мог взлететь в любой момент, но стоял. Ждал. Смотрел. Филипп чувствовал, как образуется нить связи между ними. На удивление легко и плавно. Заметнее, чем в прошлый раз, и без сопротивления, как с Гранитом. — Узнаёшь? — тихо спросил Филипп. Дракон выдохнул, кряхтя, будто говорил «да». — Либо чувствует твою кровь, — прошептал Логан за спиной. Филипп кивнул. Каменный гигант починился отцу четыре года назад. До этого — самому Филиппу. Он наверняка помнил их обоих, помнил, какова их кровь, их энергия, каковы узы с ними. Филипп рассчитывал на это. — Нам снова нужна помощь, — обратился он к дракону. — Мы хотим снять чёрный барьер. Он ведь тебе тоже не нравится? Дракон оглушительно зарычал, и яростный рык этот эхом пронёсся по каньону. Филипп отшатнулся. Они с Логаном приготовились к непослушанию, к попытке съесть или раздавить — нужно было собрать все силы, чтобы обуздать мятеж дикого дракона. Но со всей яростью, что пылала у дракона в глазах, со всей мощью, что билась в разломах его чешуи, со всей необузданной животной дикостью — дракон склонился перед ними. Он позволил забраться к себе на спину, схватиться за костяные наросты и только тогда взлетел. Ночной холодный воздух наполнил лёгкие, чистый, совсем без примесей смертоносной чёрной магии, окружавшей остров. — Скучал по этому? — перекрикивая свист ветра в ушах и волосах, спросил Филипп. — Ты слишком счастливый для того, кто собрался на самоубийственную диверсию! — крикнул Логан, но на лице его, в прищуренных глазах, в приподнятых уголках рта читалось искреннее удовольствие. Ни тренировочный полёт над заливом и ближайшим горным хребтом, ни даже быстротечная битва на спине чужого дракона — ничто не могло сравниться с ночным полётом на приручённом монстре навстречу настоящей опасности. Филипп схватился за костный нарост на спине дракона и улыбнулся шире. Дракон пролетел весь каньон до остывшего вулкана на самом южном побережье. — Ты держишь связь? — обеспокоенно спросил Логан, оборачиваясь. База оставалась намного севернее, а они почему-то устремились на юг. Время текло и утекало: ночь была не бесконечна, они не могли тратить её на полёты вокруг острова! Но Филипп кивнул. — Мы летим за вторым. Огромная гора вулкана осталась позади и чуть левее. Её окружал густой тропический лес, заметно более низкий, чем в центре острова. Миновав и лес, они вылетели к огромной дельте, впереди, чуть дальше куска каменистого пляжа, где река впадала в Южное море, проходила угольно-чёрная полоса барьера. То и дело дракон начинал рычать, и Логан начал понимать: он кого-то звал! В каждом месте, где каменный гигант разражался зычным рёвом, Логан успевал уловить драконьи энергии. А потом энергий стало слишком много. И она была такая разнообразная, яркая, близкая и дикая! Вцепившись в дракона крепче, Логан подался вперёд. На фьордах, над которыми они пролетали, на цветущих ночных полях двигались тёмные кляксы: драконы! Каменный гигант снова взревел. Кляксы подняли головы, расправили крылья — и все как один взмыли в воздух. Оттенки их чешуи в ночи было не различить, но она переливалась и блестела даже без луны и звёзд. Внимательные чёрные глаза рассматривали дракона и его наездников, а Логан и Филипп смотрели в восхищении, чувствуя природную мощь и истинную силу, которая окружила их. — Выбирай, — подтолкнул Логана Филипп. — Аркан не обидится, если ты вынужденно пересядешь на другого. — Не мешай, Керрелл. Логан переводил придирчивый взгляд с одного дракона на другого, проверяя связь. Они все в недоумении пускали его в свой разум, и Логан мог бы выбрать любого, любой бы подчинился. Но это было не то… Ему подчинялись даже драконы, привыкшие к определённым наездникам, если так было нужно: перевести куда-то, или потренировать, пока хозяин болеет, или успокоить. Однажды Логану пришлось иметь дело с Вайверном, драконом Филиппа, и тот оказался не менее строптивым, чем его хозяин. «Нашли друг друга!» — подумал тогда Логан. Впрочем, это «нашли» было слишком ехидным. Он-то Аркана тоже «нашёл». Это был необычный, ни на что не похожий клич, сразу говорящий, что вот с этим драконом ты хочешь заниматься, что именно с ним вы поймёте друг друга. И сейчас, оглядывая диких долинных драконов — юрких и быстрых, как писали в путеводителях, с длинными шеями и хвостами, с блестящей, гладкой, но закалённой и обточенной течениями чешуёй, — Логан ждал этот клич. Угольно-чёрные глаза блеснули на него сквозь сумрак. Это была дракониха с изящной вытянутой мордой, ушами, похожими на веера. Она смотрела заинтересованно и наивно, била хвостом в воздухе, и Логан усмехнулся. Вот, значит, как могут взрослые самостоятельные дикие драконы откликаться на зов связи! — Пусть он подлетит ближе, — обратился Логан к Филиппу, а сам, мысленно поблагодарив дракониху за отклик, попросил подлететь снизу. — Может, тебе после всего остаться на большой земле и найти подружку без хвоста? — подколол Филипп. — Следи за своей личной жизнью, Керрелл. У меня хотя бы есть подружка с хвостом. — И он спрыгнул, приземляясь на спине драконихи. Филипп видел, с каким трудом Логан цепляется за гладкую скользкую чешую, забираясь по хребту к основанию длинной драконьей шеи. Уже там, усевшись спокойно и схватившись за спинные гребни, он погладил дракониху и достал синернист. На острове они сейчас работали ужасно: их, как и все остальное виды связи, глушил барьер, но на близком расстоянии два синерниста ловили друг друга. Главное — не разлетаться далеко. — Готов, — сказал Логан, когда Филипп включил свой синернист. — Давай возьмём всех. — Слишком много. Не удержим. — Удержим, — отрезал Филипп. Пусть не всех, но нескольких речных он должен был увести с собой. — Это не по плану, — прошипел Логан, а вместе с ним и искры синерниста, когда помехи пробежали по ним. Но Филипп не слушал. Он вцепился в каменного дракона, закрыл глаза и увидел, как несколько золотистых нитей расходятся по черноте и пытаются зацепиться за размытые силуэты. В памяти совсем некстати всплыла стрела. Обычная, деревянная, натягивающая тетиву старого самодельного лука. Он помнил, как по рукам текла тонкой струйкой сила, как уходила она в древко стрелы — и гасла, не дойдя до наконечника. Он так и не научился поджигать стрелы. Сдался. Но не мог отступить сейчас. Золотые энергетические нити растекались, вились, медленно, тягуче. Он напрягался, будто натягивал тетиву. Дышал глубоко и спокойно. Энергия была близка. Он чувствовал её кончиками пальцев. Ещё секунда и… Один силуэт вспыхнул золотым ободом! Филипп с облегчением выдохнул и попробовал снова. И тогда заметил, как несколько золотых нитей, чужих, потянулись к драконам. Второй драконий силуэт вспыхнул, очарованный Логаном. Филипп поднял большой палец в знак одобрения и с уже меньшими усилиями «захватил» ещё двух драконов. — Филипп, нам хватит этих, — сказал ему Логан. — Остальные пойдут следом. Не трать силы. Пока не придёт помощь, нам, вероятно, придётся удерживать так всех драконов на базе. Филипп согласился, отдал команду следовать за ним, и они направились на север, вверх по течению реки, к островной базе. Издали было видно её серую каменную стену и растёкшийся мыльным пузырём барьер. — Как они его подняли? — зло прошипел Логан. — Когда они напали, он пал, будто и не было. — На базе много людей, у которых есть к нему доступ, — сказал Филипп, вспоминая Грига. Официально казней на острове не было, но насколько правдивы были те редкие новости, прибивающиеся сквозь барьер? Всё могло быть намного хуже, чем они знали. — Мы не пролетим. — Я пролечу, — уверенно сказал Филипп. — Не останавливайся! — И пустил дракона вниз. Тот не затормозил и пронзил барьер, будто нырнул в воду. Сирены завопили так, что в ушах зазвенело. И дракон ответил им грозным рыком и струёй огня. Вокруг завились тени, засверкали атаки. Они разбивались о толстую кожу дракона, а тот, раздражаясь, метал огнём во все стороны и летел напролом. Филиппа ударило в плечо, будто мячом. Чуть сильнее — могло бы сбить со спины дракона, но не больше. Дракон снизился, поливая выбежавших военных Райдоса, и ринулся к стене. Филипп глянул вниз. До земли было этажа четыре, они как раз пролетели над крышей двухэтажного штаба. Он уже прыгал с такой высоты: только в колени отдало. Кольчуга заменила ему способность сгущать воздух, замедляя падение (жаль, не могла позволить от этого воздуха отталкиваться в процессе), и не давала разбиться. И Филипп прыгнул. Внизу его встретили, но не аурники — военные. Вооружённые, в чёрном. Таких Филипп помнил и не боялся. Он быстро отбился и бросился к панели у ворот, надеясь, что та его пропустит, как сделал барьер, — как наследника, хозяина этого остров. Панель засветилась от прикосновения, давая призрачную надежду. Филипп вытащил ключ, нащупал скважину и… Огни на панели замельтешили. Он не знал, должно ли так быть, но панель больше не реагировала. У него не было времени ждать! Филипп буквально волосами на затылке почувствовал приближающуюся угрозу — и отклонился. Жёлтый луч попал в стену. Филипп едва успел крутануться — и тут же получил удар в грудь. Воздух вышибло, а самого его прижало к стене. Затылок пронзила боль тупая, незначительная, но неприятная. С летающими перед глазами искрами Филипп умудрился вскинуть меч и отразить следующую атаку. Лезвие задрожало, но не треснуло, не разломилось. Отскочив от новой атаки, Филипп оказался рядом с панелью и заметил: огни на ней перестали метаться, замедлились, и призрачный голос возвестил о снятии барьера. Плёнка над базой рассеивалась неравномерно, бледнели разводы, отделяющие одно небо от другого, и то, нижнее, рухнуло. Ворвалось с криками и хлопками сильных крыльев. Оно зарычало, а вокруг загорелся огонь. Начался переполох. Обрадованный первой победой, Филипп едва успел увернуться от очередного удара. Над головой раздался взрыв. Осколки камней и панели управления осыпались ему на спину. Сирена взревела в последний раз — и затихла. Теперь ни у кого не было контроля над барьерами. И над воротами к вольерам… Без панели их можно было разблокировать только изнутри. Жёлтый луч снова полетел в него. Филипп не знал, как смог среагировать так быстро. Ещё секунда — и ему бы прилетело в лицо, но он рухнул на землю, а стена, у которой он стоял, разлетелась. В серых камнях образовалась огромная дыра, однако всё ещё не пробившая кладку насквозь. Стены делали крепкие, чтобы взбесившиеся драконы не смогли разбить их. Но луч аурника почти смог. И когда следующий жёлтый луч попытался загнать его в угол, Филипп вдруг понял: это был тот человек, который ранил Эдварда! Та же кислотно-жёлтая магия. Те же повадки. Кем бы этот человек ни был, с острова ему уже было не уйти. Только сначала он должен был пробить стену! Филипп метался у неё то в одну, то в другую сторону, дразнил. Аурник, не зная, что вреда не нанесёт, сколько бы раз ни попал, продолжал атаки. Будто хотел Филиппа измотать. И у него… получалось. Филипп тяжелее дышал, чувствовал сердце под кольчугой, видел, как позади аурника всё горит, мельтешит, слышал драконий рёв и крики — победные и испуганные — людей. Почувствовав поддержку и увидев драконов, работники острова высыпали из укрытий, пытаясь бороться, несмотря на неравенство сил. Аурников отвлекали ящеры под командованием Логана. Филипп был предоставлен сам себе и должен был завершить свой план. Наконец камни за спиной не выдержали. Треснули. И уворачиваться нужно было уже от них. Филипп отскочил на землю, группируясь и прикрывая голову. Обломки стены ударили по руке, разрывая камзол и царапая кожу. Кольчуга защищала от сильнейшей магии, но не от механических ран. Филипп приподнялся, когда на него надвинулась резкая тень. Жёлтые шары на руках аурника наливались магией. Мысли заметались, взгляд забегал — Филипп искал выход. И нашёл. Меч блеснул, отражая неоново-жёлтую магию. Филипп бросился к нему, едва успевая увернуться от первой полетевшей в него атаки. Вторая мелькнула тут же, но он прыгнул наперерез. Меч пронзил сферу и с усилием прошёл дальше. В лицо ударило энергетическими жалящими брызгами, и ослепляющий свет погас. Филипп отшатнулся, выпуская меч. Незнакомый аурник смотрел на него недоумёнными широко распахнутыми глазами, медленно теряющими блеск. По груди у него растеклось бурое пятно. Побледнев, аурник пошатнулся и рухнул. Филипп посмотрел на застрявший у того в груди меч и рассеянно утёр лицо, отгоняя мысли о том, что на руках у него чужая кровь. Свистнув, Филипп призывал каменного дракона и указал на вольеры. — Разрушь их. Дракон пробил многострадальный камень, будто тот был не более сантиметра толщиной, и уверенно полетел дальше, снося все укрепления, все клетки, которые тени Ариеса умудрились отстроить за шесть недель оккупации острова. Свободные, драконы взмывали из клеток и, натренированные, бросались в бой. Филипп перелез через обломки и помчался к нужному ему вольеру. По дороге он деактивировал несколько клеток, выпуская драконов на волю, и наконец добрался к своему. Клетка, сооружённая там, уже была сломана, но Вайверн не спешил улетать: нервно расхаживал по вольеру, знал, чувствовал. Завидев Филиппа, он радостно вскрикнул и сам помчался к ящику с экипировкой. — Потом обнимемся, — впопыхах доставая сбрую и седло, сказал Филипп. Времени закреплять по правилам не было. — Нам нужно найти Логана. Филипп вскочил в седло. — Давай, друг. Вайверн разразился воинственным высоким кличем и ринулся в гущу событий. Они лавировали между атаками и струями огня. Вайверн поджёг кого-то со спины, и это позволило проскочить быстрее. Они стремились к единственному человеку на драконе. На драконихе! Она отбивала атаки мощными переливчатым хвостом, плевалась огнём. Хорошо справлялась для дикой и нетренированной, решил Филипп. А Вайверн под ним будто что-то почувствовал, резко крутанулся — и вдарил по одному из аурников. Тот, не ожидая, не успел увернуться и упал как парализованный. Часть атакующих Логана переключилась на них. Но Вайверн — будучи меньше и манёвреннее — проскочил под кольцо, сковавшее дракониху и Логана, и оказался рядом. — Логан иди в штаб, — крикнул Филипп, поднявшись выше. — Нам нужны ещё наездники. Логан, жмущийся к спине драконихи и уже попавший под обстрел (его китель был прожжён, и на ноге в районе икры зияла совсем не лёгкая рана) взглянул на Филиппа и кивнул: пора. — Иди! — повторил Филипп. — Мы прикроем. Логан проверил свою палочку во внутреннем кармане кителя и кивнул. Ему нужно было открыть дверь и прорисовать портал. Дракониха мощным ударом хвоста освободила немного места для манёвра. Логан взглянул вниз, оценивая высоту. Не прыгнуть. Разобьётся. Они переглянулись с Филиппом. Тот сначала не понял, а потом перевёл взгляд на своего дракона, дышащего огнём и защищающего их с заднего фланга, и согласился. Вайверн протестующе взвыл, но был вынужден подчиниться хозяину. Наездники обменялись драконами. Вайверн показался намного более гибким и вёртким в сравнении с Арканом. У него и грудина была поменьше. Непривычно. Логан вцепился за наспех натянутые поводья, приноровился к не по нему отлаженным седлу и стремени и, поглаживая Вайверна по шее, проговорил: — Ну вот мы с тобой и полетаем, безумец. Вайверн нехотя позволил взять над собой контроль, с обидой глядя в сторону Филиппа, занявшего место «рулевого» на спине драконихи. И пока Филипп с присущим ему в такие моменты азартом и безрассудностью продолжил бой, рискуя и разбивая окружение, Логан повёл Вайверна вниз, к крыше командного центра. Закреплённую на кожаном ремешке палочку-ключ он сжал в ладони. Ветер свистел в ушах. Дракон юрко лавировал между атаками. Логан перебросил ногу через бок Вайверна и скомандовал: — Ещё вниз. И зависни. Ещё немного. Сердце колотилось в горле. Первую попытку спрыгнуть подрезала атака. Вайверн увернулся, но прицел был сбит. Логан зарычал. У него не было возможности отбиваться, он просто молил Вайверна застыть на секунду над нужной точкой. И тот нервно внял. Приспустился, замер — и Логан спрыгнул. Энергошар пролетел у него над головой. А Вайверн со вскриком рванул вверх. Логан едва успел об этом подумать, прежде чем столкнуться с крышей командного центра. Он покатился по ней, обдирая и ткань сюртука, и кожу. Усилие — и он перевернулся, чтобы вцепиться в черепицу. Руку обожгло. Только потом он понял, что ладонь вспороло острым краем, но пока чувствовал только горячую влагу, разлившуюся между пальцами. Маневренность была на нуле, тело саднило, но он изо всех сил цеплялся за водосток над окном. А в стекле перед ним уже сверкала сферами тень. Логан рванул в сторону. Стекло разбилось, а барьер вокруг окна пошёл рябью. Логан глянул на засветившуюся палочку, болтающуюся на ремне на запястье, качнулся — и влетел в комнату. Следующая атака пролетела сквозь сломанную печать, но промазала. Врезалась в дверь и пробила в дереве дыру. Логан перекатился по полу, схватил стол и преградил путь атакам. Такое себе решение, но хоть минута у него будет. К столу привалил два матраса с кроватей, тяжёлые и прочные. На них остались кровавые следы от его ладони. Но думать о ране не было времени. Главное — палочка-ключ не пострадала. Он оторвал кусок простыни и бросился прочь из комнаты, а потом вниз, обматывая ладонь на ходу. Палочка сверкала на запястье. Его пропускали все защитные чары, все печати, наложенные при отходе. Пропускали — и рушились за ним. Центр оставался беззащитным. Ещё этаж. Подвал. Логан ворвался в комнату для порталов. Нетронутую. Оставшийся для уничтожения порталов мальчишка-ключник лежал в углу мёртвый, а запах разложения пропитал влажный затхлый воздух до тошноты. Логан подавил порыв и быстро расчертил портал по памяти, едва дыша, зашептал заклинание активации. Руны покорно загорелись, слепя, и уже через пару минут мысленных молитв появился первый отряд во главе с капитаном Ровером. Они коротко поприветствовали друг друга, и Логан помчался вперёд к выходу, чтобы разблокировать и его. — Наверняка ждут, — проговорил он осипшим шепотом. Капитан кивнул ему без слов, и Логан открыл дверь. Когда на земле бой разгорелся с удвоенной силой, Филипп не смог сдержать довольной ухмылки. Его план работал. Аурники бросили поддержку барьера, и от того осталась лишь дымка. Всё ещё колючая (Вайверн, подлетев слишком близко к краю, дёрнул крылом и отпрянул), но уже не настолько. Вкус победы пьянил, заставлял бросаться в гущу событий и сражаться яростно, отважно. Сейчас даже превосходящая мощь противников не могла подавить дикость драконьего пламени и натренированность воинов, готовых биться за свою территорию. Но тут воздух дрогнул. Филипп почувствовал это кожей, каждый волосок поднялся и напрягся. Все почувствовали то же самое. Бои замедлились, мельтешения стало меньше. Вайверн, на которого пересел Филипп, жалобно заскулил. — Ваше высочество! — К Филиппу подлетел другой наездник и с ужасом указал вверх. В небе в окружении двоих людей появился Ариес Роуэл. Его чёрный плащ развевался подобно флагу, и чёрные щупальца изгибались, будто хотели поглотить только что освобождённое небо. Огонь гнева и решительности вспыхнул у Филиппа в груди, поднялся, как огненный шторм, и овладел всем его существом. Он скомандовал: «Вверх!» — и Вайверн понёсся вперёд, к Ариесу. Несколько наездников последовали его примеру. Филипп перехватил энергетический автомат, который ему передали прибывшие воины, удобнее правой рукой и приподнялся, упершись коленом в седло, а другую ногу удобнее поставив в стремя. Поводья он обмотал вокруг запястья свободной руки, чтобы не мешало целиться в Роуэла. Не важно, что такая атака не причинит вреда. Раздражит, отвлечёт на себя — уже хорошо. Они выиграют время. Выстрел. Ариес отбил его, будто отмахнулся от мошки. Филипп продолжил, подлетая ближе. Вайверн ловко лавировал между атаками, заклятия отражались от кольчуги. К нему присоединились и другие, и теперь десятки искр летели в Ариеса и двух его защитников. Те атаковали наездников в ответ, пока дым ослабшего кокона и смог горящей земли стягивались к Ариесу. Вайверн упрямо взмахнул крыльями, повинуясь приказу Филиппа. Он напряг зрение в кромешной темноте и снова выстрелил. Искры из автомата пролетели, наверно, с метр — и их поглотила тьма. А потом прогремел взрыв. Чёрная энергия, скопившаяся вокруг Ариеса, разлетелась во все стороны, сбивая тех, кто был близко. Наездников и боевых драконов смело взрывной волной, отнесло к стене и к вольерам, прибило к земле. Филиппа и Вайверна отбросило назад и вниз, переворачивая в воздухе. Автомат выбило из рук. Филипп вылетел из седла, и лишь обмотанное упряжью запястье не позволило упасть. Его невыносимо сдавливало, выкрутило плечо, и Филипп висел на руке, пока Вайверн выравнивал полёт. Только тогда Филипп смог вернуться в седло, чувствуя, как горячая кровь возвращается в руку, а вместе с ней колючая боль разливается до кончиков пальцев. Только если Ариес думал, что так просто от него отделается, то он ошибался! Филипп упрямо натянул поводья Вайверна, пуская того вверх, а риттерская связь уже потянулась к диким драконам. Те отозвались и взметнулись к нему, окружая чёрную зависшую надо всем фигуру и несколько теней, собравшихся чуть ниже и в сторонах. Это кто-то из ранее сражавшихся на земле присоединился к Ариесу. Зачем? Филипп решил подумать об этом позже: к нему тоже поднялись другие вернувшиеся в сёдла наездники. Связь между риттерами и драконами окрепла, и все услышали его тихий уверенный приказ: — Огонь. Секунда тишины — и с диким рёвом гигантские драконы стали изливать пламя. Огненный шторм пытался выжечь черноту. И в тот момент барьер — тот, что не успел до конца рассеяться, а ядовитым дымом парил над базой, — начал сжиматься. Вайверн испуганно дёрнулся. Драконий крик прорезал воздух. И ещё один. И ещё. Пламя стремительно гасло, а драконы камнями падали вниз. Филипп мотал головой в этой неразберихе. Всё происходило вокруг, но не с ним. С ним — не может, он защищён. Только дышать становилось сложнее от сгущающегося воздуха, а в ушах стоны звенели всё громче и громче. Под чешуёй Вайверна клокотал страх. Филипп нервно оглянулся. Ему нужно было хоть что-то! Любое оружие, и он бросился бы к Ариесу. Он бы рискнул, чтобы разбить тьму и защитить его людей, его драконов. Но вместо этого в клубящейся жалящей тьме он увидел жестокий бездонный взгляд и выделяющиеся на белой коже чёрные ромбы. А потом всё взорвалось. Грохот камней. Вой серены. Плеск озверелых волн. Конон рассеялся дымом, давая секундную передышку. И снова взрыв. Всех прибило к земле. Вайверн укрыл Филиппа крылом, утыкаясь мордой ему в колени. Теперь грохотало будто вдали, а в ухе жужжал передатчик, ловя неразборчивый сигнал. Филипп замер, прислушиваясь сквозь помехи и грохот, и услышанное заставило его подскочить. Он бросился к стене над морем. К тому, что от неё осталось. Перепрыгивал через разрушенные ступени, цеплялся за камни, забираясь на самый верх. Сердце рухнуло. Залив перед ним окутала чернота, подобная той, что держала в оцеплении остров. И слышались взрывы. И в воздух взмывали столпы дыма и пыли. Волны пожирали летящие в них осколки фьордов. Корабли раскачивались на волнах в предсмертных конвульсиях — и уходили в пучины. Где-то там в темноте были видны искры и лучи заклятий. Последние отчаянные попытки бороться. Было бы за что… Сбрасывая оцепенение, Филипп потянулся к передатчику. Он надеялся, что сигнал наконец пробьётся. Шипение продолжало буравить мозг ещё несколько секунд, а потом послышался неразборчивый запыхавшийся голос: «Ваше высочество?» — Уходите, — приказал Филипп. — Все. Сейчас же. К чёрту базу. И он осел, глядя на то, как сквозь чёрный дым вспыхивает пламя. Уставший за ночь разум очистился от мыслей. За спиной у него была разрушенная драконья база. Перед ним — разрушенные приморские города и посёлки, горы, выглядывающие из-за чёрного дыма, зажатого между ними и морем, и чёрное пятно рушащегося форта. Он и представить не мог, что его военная история начнётся так. Вайверн подлетел и опустился на стену рядом с хозяином. Филипп попытался улыбнуться ему, но лишь разочарованно мотнул головой. Вайверн что-то буркнул жалобно, даже ткнул Филиппа мордой в плечо, но тот лишь горестно вздохнул. Ему на глаза попались глубокие царапины на лапах и боках дракона, ожоги на крыльях, разрыв кожи на одном из костяных выступов на голове. Внутри заклокотал гнев. И на себя, и на Райдос, и на всё. Никто ничего бы ему не сказал, не посмел бы осудить прямо здесь и сейчас, но он знал: это его решение виновно и в разрушенных стенах, и в раненых, и в погибших… Филипп провёл пальцами по жёсткой чешуе Вайверна. Тот, ластясь, снова издал мурлычущий тоненький звук, будто спрашивал, что будет дальше. — Не знаю, — прошептал Филипп так, чтобы только Вайверн услышал. — Я уже ничего не знаю. Где Логан? Вайверн тихо вскрикнул и поманил Филиппа за собой, ступая проворно по узким ступенькам стены и немного повиливая, будто ящерка в песке. Филипп спустился следом. Никто не говорил ему ни слова, люди пропускали их с Вайверном, а тот привёл Филиппа к разрушенным воротам, ведущими к вольерам. Серые камни грудились на сухой траве, а образовавшаяся прореха открывала портал в мир драконьих клеток. И на этих обломках сидел, сгорбившись, Логан. Он свесил руки, обе ладони его были красные, обожжённые, всё лицо в ссадинах, чёрные кудри слиплись и висели окровавленными сосульками. Когда Филипп подошёл, Логан поднял на него уставший взгляд и показал, мол, садись. Филипп сел. — Хотите поздравить меня с завершением миссии, ваше высочество? — хмыкнул Логан. — Я бы не справился без тебя. — С учётом случившегося, может, и к лучшему было бы. Спорить Филипп не стал. — Аркан больше не сможет летать, — сказал Логан, роняя голову себе на предплечье. — Эти мрази не дали его нормально вылечить, у него неверно срослось крыло… Дракон без крыльев — как человек без рук. Логан посмотрел на собственные ладони, а Филипп вспомнил отца, как тот летал на драконе, петляя по джунглям, лавируя между стволами и лианами. Тогда Филипп с Вайверном неслись, будто уходили от настоящей погони, взмывали над кронами и уходили в пике — и всегда за ними был хвост. Отец проделывал это с одной рукой, и единственная помощь, которая ему понадобилась — с тем, чтобы забраться в седло. — О чём задумался, Керрелл? — Мне очень жаль, что так получилось с Арканом, — глухо ответил Филипп. Логан промолчал, и он спросил: — Ты остаёшься на острове? — А куда мне ещё деться? — Он зевнул. — Ещё немного посижу, потом, наверно, всё же замотаю руки и буду помогать разбираться с тем, что мы с тобой натворили. Тем более, что мы остались единственным оплотом здесь, на юге, после того как ты сдал базу. По его губам скользнула усмешка. А у Филиппа внутри на миг заклокотало противоречия: никто не смел осуждать его решения, кроме него самого! Он резко поднялся. — Отлично. Пока Армэр не вернулся на остров, тут точно понадобится кто-то, кто сможет взять командование. Логан посмотрел на Филиппа, подняв бровь. — Ты серьёзно, Керрелл? — Я не помню, чтобы слыл шутником. И… Я прошу тебя также позаботиться о Вайверне. Теперь на Филиппа смотрел ещё и Вайверн, и во взгляде его было такое же непонимание, как у Логана. — Я уезжаю в Орион, — сказал Филипп, — и не знаю, когда смогу вернуться и вернусь ли вообще. Вайверн тоскливо положил голову Филиппу на плечо, глядя несчастными жёлтыми глазами, и Филипп почувствовал себя виноватым не только перед всем Пиросом, но и перед Вайверном лично. Он и так редко появлялся на острове, а теперь, когда его дракон пережил больше месяца взаперти, во тьме и ужасе, сразился в битве, пострадав, — Филиппу снова нужно было его оставить… — Я надеюсь, вы позаботитесь о друг о друге и об Аркане. Боюсь, это большее, что я сейчас могу сделать для вас обоих. Он гладил Вайверна по голове, а Логан сидел рядом и смотрел.