Иной мир

— Так значит, маска привязана к твоей душе. Точнее, этот артефакт содержит её часть, — задумчиво проговорил Лань Цижэнь. Не Хуайсан сидел напротив него. Ещё рано утром ему пришла записка, где бывший учитель просил зайти к нему и объяснить подробнее всё интересующие его моменты, раз уж мужчина всё вспомнил. А тот всё равно был совершенно не против поговорить с человеком, который явно куда больше разбирается во всём этом. Да и с ним шансы на конструктивный диалог по этому поводу куда выше. Он успел рассказать о том, как смог создать, точнее подчинить, подобный артефакт. И, суммируя всё сказанное, приходил к выводу, что маска станет в разы опаснее, если окажется в руках Цзинь Гуаньшаня. Это ведь один он на всю округу такой дурачок не способный сражаться с мечом, а оказавшись в руках главы Цзинь, наверняка артефакт примет форму оружия. А заодно ещё Не Хуайсан пришёл к выводу, что любое лишнее воздействие на маску, особенно её уничтожение, пагубно скажется на нынешнем владельце. То есть, на нём. Лань Цижэнь всё это выслушивал со спокойствием. И обдумывал каждое сказанное слово. Смотрел он очень внимательно. Такой тяжёлый долгий взгляд заставлял Не Хуайсана нервничать. Казалось, что Лань Цижэнь уже давно забрался в его душу или мысли был прекрасно осведомлён обо всём. Обо всех его тайнах. Не тех, которые мужчина хранил по привычке и которые в этом мире такой уж существенной роли не играют, а о тех, из-за которых может поменять всё отношение к нему. То, о чём и сам Не Хуайсан старался поменьше думать. А может, его бывший учитель был слишком проницательным человеком. В любом случае, казалось, будто этому человеку уже всё давным давно известно, и он просто ждёт, когда Не Хуайсан наконец прекратит врать и скажет всё как есть. Однако тот не собирался так делать. Без прямого вопроса он не собирался ничего говорить. Впрочем, эти мысли быстро ушли. Пришлось напомнить себе, что нельзя объявлять врагами всех без разбору. Лань Цижэнь всегда к своей задаче будет относится со всей серьёзностью. Несмотря на то, что ему не слишком нравится присутствие на территории его клана тёмного заклинателя, он ещё ни разу не попытался высказаться против него. Так что всё это беспокойство было ни к чему. Оно было абсолютно безосновательным. — Предложить часть души подобной вещи идея довольно рискованная. И в долгосрочной перспективе становится ещё хуже, — заметил Лань Цижэнь, вот только смысла в его замечании было мало. Перед ним сидел не тот, кто это затеял, и отчитывать нужно было совсем другого человека. — По крайней мере, это не моя душа, — отозвался Не Хуайсан. Эта мысль его сама по себе успокаивала, поэтому её же он и высказал вслух. — Душа не твоя. Но обе по-прежнему находятся в одном теле и вечно сталкиваются. Думаешь, это может остаться без последствий? А вот об этом он уже никогда не задумывался. Никогда не смотрел на эту ситуацию с такой стороны. — Вы хотите сказать, что из-за всех этих обмороков и моя душа подвергается воздействию тёмного артефакта? — забеспокоился мужчина. Такой вариант вполне объяснял его столь сильную привязанность к этой маске. — Я не могу утверждать наверняка, но это моё основное предположение, — заключил Лань Цижэнь, внимательно смотря на него, словно бы ожидая чего-то. А Не Хуайсан взволнованно думал, вертя веер в руках. Если это так, то, выходит, каждый раз их души переплетались, сильнее привязываясь друг к другу. И если так дальше продолжится, то он непременно пострадает, если с душой двойника что-нибудь случится. Да и судя по тому, сколько раз они общались до этого, сейчас ему придётся тоже не слишком хорошо. Нужно было срочно что-то с этим делать. Единственной идеей, приходящей на ум, было избавиться от двойника прямо сейчас и немного пострадать. По крайней мере, мужчина очень надеялся, что это всё не так сильно отразится на нём. Другой вопрос, как избавиться от этой души? У него было одно предположение, но идея проверять его казалась ещё более рискованной, потому оставалось только ожидать какого-то момента, когда проблема решится сама собой. Хоть так делать было нельзя. Ничего не решится само собой. Нужно было что-то срочно предпринимать. — Скажи, — внезапно прервал этот поток размышлений Лань Цижэнь, — ты можешь предположить, где эта маска? Не Хуайсан на мгновение замер. Что это? Проверка на искренность? Неужели он уже всё знает? — Возможно… — он тяжело сглотнул, боясь, что прямо сейчас его и поймают на этой лжи. — Она на горе Луанцзан. Последний раз тот Не Хуайсан сбегал именно туда. И она была с ним. Дальше я не помню. Больше ничего подсказать на могу, — несколько секунд он так и просидел с выражением глубокой задумчивость на лице, после чего всё это сменилось любопытством. — А вы хотите её найти? — Да. Чтобы она не попала в неправильные руки. В том числе и твои, — без милостиво сообщил Лань Цижэнь, давая понять, что намекал он не только на Цзинь Гуаньшаня. — И постараюсь понять, как избавиться от неё без особого вреда для тебя. — Это… — начал было Не Хуайсан, но тут же передумал. Хотел сказать, что это крайние меры, к которым не стоит прибегать, ведь можно просто спрятать, но удержал себя от подобных высказываний. Понимал, что стоит этому артефакту оказаться в чьих-то руках, как последствия будут непредсказуемыми, если у этого человека не железная сила воли, если у него нет слабостей, которыми можно так легко воспользоваться. Как это происходит с ним. Потому сказал: — Это правильное решение. — Не Хуайсан, — Лань Цижэнь внимательно вглядывался в его лицо, подмечая все изменения от мимолётных эмоций. — Да? — Если ты захочешь рассказать ещё что-то, что сможет помочь, то можешь идти сюда без приглашения. Я могу гарантировать, что любое из твоих заявлений здесь окажется меньшей катастрофой, чем где-то ещё. — Не думаю, что что-то подобное случится, — вежливо улыбнулся мужчина. — Да и с чего бы, верно? — На принятие некоторых вещей и смирение иногда требуется немного больше времени. Не Хуайсан не знал намеренно ли этот человек подобрал подобную формулировку, что всё прекрасно знал и давал ещё один шанс — уже, наверное, сотый по счёту, — но знатно занервничал. Возможно, конечно что Лань Цижэнь вообще подразумевал под своими словами что-то другое, но все мысли мужчины тут же метнулись к своей единственной подходящей под это описание лжи. Он словно какой-то преступник сидел и ждал, когда же его наконец уличат в этом деянии и что-то предпримут. Просто сидел и ожидал чужого вердикта, но не собирался склонять голову под этим пронзительным взглядом, так просто признавая свою вину. Ему словно бы хотелось, чтобы его наконец раскрыли и избавили от этих мук, но в то же самое время он страшился последствий своего долгого молчания. В прошлый раз все его ошибки были совершены, пока сам он держался в тени, потому никому и в голову не могло прийти обвинять его в чём-то. Сейчас же вокруг целая толпа, на виду у которой приходилось действовать. Это несколько осложняло ситуацию и отношение к ней. И покидал дом лань Цижэня он с тяжёлым сердцем. Дни становились всё пасмурнее и морознее, что, в общем-то, ему даже нравилось. Они так приятно сочетались с его душевным состоянием. В последнее время из радостных событий были только разговоры с Цзян Чэном да и только. И пусть сейчас Цзинь Гуаньшаню было немного не до них, ведь он пытался справиться со слухами, всё равно никаких приятных чувств от этого Не Хуайсан не испытывал. Ему не было скучно. Нет, он с интересом наблюдал, как все начинали тихо перешёптываться, обсуждая сплетни, которые за последний день успели обрасти новыми подробностями, что теперь мужчина выглядел даже не таким ужасным человеком. Впрочем, сам он своего двойника таковым не считал. Держал его за глупого запутавшегося мальчишку, которому в прошлом не хватило серьёзного вдумчивого разговора, на который не был способен Не Минцзюэ. Как и ожидалось, то, что он ходил в одеждах своего клана, действительно чуть повысило его статус в глазах окружающих. Теперь его не считали кем-то лишним, на кого можно так легко наброситься без всяких последствий. Теперь все точно знали, что за ним стояло как минимум два клана. И вроде теперь можно было спокойно выдохнуть. Но вместо уверенности и наслаждения, что этот бой был за ним, в груди Не Хуайсана постепенно расцветала тоска. И никак не удавалось понять, откуда она берёт свои корни. Цзян Ваньинь теперь был только его, а на двойника ему было плевать, они стали бесполезны друг для друга. Больше никто не спешил нападать. Единственной проблемой была болезнь, которую невозможно было так просто остановить. Разве что пойти на убийство. Одной этой мысли он страшился сильнее всего. Никогда никого не убивал своими руками. Наверное, узнай кто посторонний о том, что после всех его действий руки его всё равно были чисты, то на него тут же обрушился такой шквал осуждения, что можно было бы подумать, что, осуждения было бы куда меньше, убей он человека собственноручно. Вот только, это был не человек. Это была душа, оставшаяся из-за того, что её насильно привязали к телу. И прошлый Не Хуайсан сам выбрал смерть. Он осознанно пошёл на подобный поступок. Тогда почему же теперь этот человек так отчаянно цеплялся за жизнь? И почему Не Хуайсан задавался этим вопросом? Это ведь право человека изменить своё решение и снова возжелать жить. Тем более после того, как Не Хуайсан расчистил ему путь к простой и спокойной жизни. Жизни, на которую этот Не Хуайсан не имел ни малейшего права. Это здесь незваный гость, вторгшийся сюда так бесцеремонно и возомнивший, что он может творить всё, что вздумается. Ему было тяжело от смерти, идущей по пятам. От мыслей, что, возможно, ему не удастся уберечь близких от той опасности, что может случится сейчас, а может немного позже, когда он уже может быть не здесь. Он не хотел становиться убийцей, но и не хотел отказываться от той жизни, что сейчас обрёл. Он ведь сделал это всё своими стараниями. Нужно было приложить ещё немного усилий, чтобы окончательно разрешить все конфликты, и можно было бы жить спокойно. Не хотел, чтобы его место занимал кто-то другой. И совершенно не понимал, что ему делать дальше. В голове промелькнула мысль о том, чтобы приложить все свои усилия и навыки для того, чтобы выведать у кого-нибудь, где в Облачных Глубинах можно найти вино. И в обнимку с кувшином предаться своим меланхоличным мыслям. Но потом подумал, что его поведение немного выйдет за рамки. Да и то что он не ученик не освобождает его от того свода правил, что написан на стене. Всё-таки он пришёл в чужой дом, так что требовалось уважать его традиции. Хотя, дело было больше не в традициях, а в том, как на это отреагируют отражающие. Ведь вряд ли Лань Цижэнь обрадуется, если вдруг увидит подобную картину. Он скорее запрёт его в какой-то комнате, а до этого для надёжности привяжет к колонне, чтобы больше не буянил. От этих мыслей Не Хуайсан тихонько рассмеялся. Эти мысли не были такими уж забавными и могли вызвать разве что мимолётную улыбку, но мужчина продолжал смеяться. Он отчаянно улыбался, ему просто необходимо было улыбаться. Весь мир обрел четкость, все чувства обострились, и ему было очень весело. Он смеялся, словно смех способен был заглушить чувства в его груди. На улице стоял мороз, и никто бы не удивился, если бы выпал преждевременный снег. И от этого почему-то тоже было слишком весело. Но через несколько минут, когда он больше не в силах стоять на ногах опустился на землю и согнулся в три погибели, больше не мог различить: этот необходимый смех заглушал рыдания или же эти безудержные рыдания заставляли его трястись, несмотря на улыбку всё ещё держащуюся на его губах. Когда на тёплый халат упали первые капли, мужчина даже не сразу сообразил, что это его слёзы. Сначала даже подумал. что это дождь, но аккуратно коснулся своего лица, находя на щеках мокрые дорожки. — Думаешь, я стал слишком сентиментальным? Мягкосердечным? — тихо спросил Не Хуайсан. Вопрос предназначался двойнику и остался без ответа. Стоило прислушаться к своим чувствам, к чему-то, что было сокрыто где-то в самой глубине под слоями не подвластной ему энергии. Они циркулировала вокруг золотого ядра, в попытках сражаться за первенство с той энергией, которая вполне себе слушалась. Но продираться через оба этих барьера было не самой приятной вещью, но не такой уж и сложной. На секунду Не Хуайсану показалось, что его двойник даже хмыкнул в попытке сказать что-то вроде: “Сентиментальным ты бы был, разрыдайся перед Лань Цижэнем и выложи все карты на стол”. Так легко начал понимать, что чувствует и хочет двойник. Тревожный звоночек. Может они скоро станут неделимы, если прямо сейчас не предпринять какие-то серьёзные меры? В груди вспыхнуло раздражение вместе с возмущением. — Как думаешь, ещё не поздно сбежать отсюда? Если я снова попробую совершить тот ритуал, я вернусь домой? Двойник словно бы сомневался в результате этого ритуала. Если ещё больше углубиться в эти эмоции, можно было предположить, что тот равнодушно пожал плечами. Наверняка ему было всё равно, что на самом деле случится с этой второй душой, лишь бы он проваливал отсюда поскорее, пока не стало слишком поздно. — А если я останусь, но мы вступим в борьбу, и я проиграю, как думаешь, моя душа найдёт путь домой или я умру? На этот раз молчание было такое, словно человек просто не хотел отвечать. Не хотел быть тем, кто преподносит дурные вести, а потом на него все за это обижаются. И это было само по себе ответом. Никто не мог гарантировать, но это было самое вероятное развитие событий. После борьбы он точно будет слишком ослаблен, чтобы совершать подобный путь. — Значит, я умру, — тихо подытожил Не Хуайсан. — Что ты только что сказал? От неожиданности мужчина вздрогнул и обернулся, встречаясь взглядом с явно недовольным Цзян Ваньином. Тот не выглядел таким этим утром, так что логично было предположить, что за это время успело что-то случиться. И, если уж говорить откровенно, Не Хуайсан подозревал, что такое настроение у него из-за ненароком услышанных слов. — Ничего, о чём бы тебе следовало беспокоится, — поспешно отозвался он и только сейчас заметил, что всё ещё сидит на земле. Потому начал подниматься, чувствуя себя крайне неловко. Да уж, в следующий раз ему следует проявлять подобные эмоции не там, где его может заметить любой желающий. — Ты пророчишь себе смерть уже в который раз. Думаю, это то, о чём мне следует беспокоиться в первую очередь, — ответил Цзян Ваньинь, протягивая руку, чтобы помочь подняться. Не Хуайсан без задней мысли схватился за неё, словно бы это был такой естественный жест. Вроде бы всё только недавно началось, а чувство было, словно длится это несколько лет. Словно он уже очень давно был подле Цзян Ваньина и привык к подобным действиям. Может, дело снова с двойнике и том, что его привычки предаются ему? — Да, и в самом деле, — задумчиво протянул мужчина то ли отвечая Цзян Ваньину, то ли своим мыслям. — С кем ты разговаривал? — спросил тот, осматриваясь, но не находя вокруг никого, с кем можно было бы вести беседы. А Не Хуайсан от этого замер. Да уж, какой провокационный вопрос. Что он не ответит, всё будет свидетельствовать против него. И от этого усмехнулся. — Да так… — неопределённо пожал плечами он. — Сам с собой. И это даже не было ложью. Но Цзян Ваньинь посмотрел на него с каким-то сомнением. — А поговорить с собой тебе было необходимо на холодной земле, — заметил он, решая не высказывать то, что крутилось у него в голове. — Так вышло, — раздосадовано ответил Не Хуайсан. — Но это не так важно. От главы Цзинь ещё никаких вестей? — Нет. Цзысюань сказал, что после твоей встречи с его отцом, тот был очень зол, а когда начали распространяться слухи, то был вообще взбешён, — покачал головой Цзян Ваньинь. А затем аккуратно приобнял мужчину за плечи, подталкивая вперёд. — Пойдём отсюда. Здесь холодно. О чём вы с Лань Цижэнем разговаривали? Не Хуайсан помолчал где-то с минуту, обдумывая, как правильнее ответит на этот вопрос. Так-то с ходу и не скажешь. И это раздражало. Хотелось поскорее выпутаться из этого вороха глупых тайн, чтобы больше не приходилось ни о чём таком думать. — Говорил, что отправит людей на гору Луанцзан. Хочет, чтобы они нашли маску. Он предполагает, что чем дольше она связана с моей душой, тем сложнее будет уничтожить её без серьёзных для меня последствий. — Как думаешь, они её найдут? — обеспокоенно спросил Цзян Ваньинь, покрепче сжимая руку и теснее прижимая к себе этого дорогого сердцу человека. И несколько секунд он молчал. Шёл, задумчиво глядя себе под ноги. Было страшно, что чем больше он будет держать это всё в тайне, там выше риск потерять себя в этом. Потерять себя из-за личности другого человека. — Нет, — уверенно заявил Не Хуайсан. И сам не до конца понимал, что творит. Просто слишком устал от всей лжи и хождений вокруг да около. Он скажет, а со всеми проблемами будет разбираться потом. — Что? Почему? — оторопело уставился на него Цзян Ваньинь. Было какое-то нехорошее предчувствие. Сейчас точно всё пойдёт наперекосяк. — Потому что она у меня, — холодно отозвался мужчина, опуская взгляд и наотрез отказываясь смотреть на то, что должно было открыться его глазам. Наверняка боль, неверие, что его могли всё это время обманывать и играть с его душой. Наверняка Цзян Ваньинь задавался вопросом, о чём ещё тогда Не Хуайсан лгал. А тот пылал железной уверенностью, что раз уж он умрёт, то после его действий двойнику не достанется ни единой крупицы этого так кропотливо и любовно выстроенного мира. Это всё заслуга только этого Не Хуайсана, и никто больше не смеет прикасаться к этой священной обстановке, которой он с таким трудом добился! — Что ты сказал? — растерянно переспросил Цзян Ваньинь, останавливаясь. Не Хуайсан криво улыбнулся. А вот и стадия отрицания. Он попытался отстраниться, но Цзян Ваньинь лишь сильнее сжал плечо и повернул мужчину к себе, вглядываясь в его лицо. А тот старательно отводил взгляд. Где-то в груди поднялась волна возмущения, которая совершенно не принадлежала мужчине. От этого он улыбнулся ещё шире. Наверное, Цзян Ваньинь мог счесть эту совсем неуместную улыбку даже безумной, но так было даже лучше. Всё шло так, как надо. Если ему суждено умереть, он разрушит после себя всё, чтобы двойник сполна вкусил жизнь, в которой приходится разбираться с последствиями действий других людей. — Маска у меня. Они её там не найдут, потому что я нашёл раньше, — флегматично повторил Не Хуайсан. Он очень старался сдерживать ту бурю эмоций. Меньше всего ему хотелось разрыдаться прямо здесь, показывая свою слабость не только перед этим человеком, но и перед всеми проходящими здесь людьми, хоть тут таковых и не наблюдалось. Несколько секунд Цзян Ваньинь молчал. А потом, видимо, придя к выводу, что лучше не устраивать скандалов подобного рода прямо на улице, схватил мужчину за запястье и поволок его в сторону их покоев. И стоило дверям за ними закрыться, как всю комнату тот начал рассматривать так, словно каждый предмет здесь, каждая половица, книга, абсолютно всё здесь представляло опасность. Не Хуайсан наблюдал за всем этим с каким-то отрешённым равнодушием. Надо же, он это наконец-то сказал. Наверняка двойник рвёт и мечет. А ведь это было так несложно. Кто бы знал, что правду говорить так легко… — Где она? — резко спросил Цзян Ваньинь, откладывая всё своё утешительное поведение. Сейчас не до того. Сейчас в его голове билась отчаянная мысль о том, что нужно спасти человека, сидящего перед ним, пока он не успел совершить что-то непоправимое. — Её здесь нет, — мужчина чуть поморщился. А вот с последствиями правды было неприятно сталкиваться. Он медленно прошёл вглубь покоев и сел на постель, холодно взирая на всё вокруг. В конце концов, эта башня льда вокруг него вырастающая тогда, когда надо, не раз спасала его от ударов этой жизни. И сейчас было грех не воспользоваться своим умением прятать болезненные эмоции от себя самого. И куда только подевалось его желание быть открытым для Цзян Ваньина? — Я переверну здесь всё, если ты мне её не отдашь! — крикнул тот, склоняясь над Не Хуайсаном и понимая, что от его спокойного выражения лица он бесится только больше. Надо было говорить раньше, тогда бы он точно отдал маску. Без всяких раздумий. А сейчас у него был план. Он просто поставил Цзян Ваньина перед фактом, с которым уже ничего нельзя было поделать. — Я спрятал её в другом месте. Не оскорбляй мои умственные способности, — уязвлённо откликнулся Не Хуайсан, хотя всё это было напускное. — Я не настолько глуп, чтобы спрятать её там, где живу. Любой может прийти сюда и перевернуть всё в поисках маски. Особенно в свете недавнего инцидента с главой Цзинь. Я на стал бы так рисковать, оставляя её здесь. — Это единственное, что заставило тебя унести её отсюда?! — воскликнул Цзян Ваньинь, сжимая руки в кулаки. — Не забота о себе самом?! Интересно, раз уж его душа сталкивалась с душой предыдущего Не Хуайсана, пока тот прибегал к тёмному пути, значило ли это, что и его собственная душа повредилась? — Ты меня вообще слушаешь?! — Конечно. Ты кричишь так, что тебя невозможно не услышать, — ответил мужчина, поморщившись. И зачем он только всё рассказал? Это был какой-то странный порыв. Ладно, уже ничего не поделаешь. — Где эта чёртова вещь? — если раньше Цзян Ваньинь так заходился от возмущения и беспокойства, то сейчас начинал злиться на подобный тон, слова и поведение. — Я её не отдам, — покачал головой Не Хуайсан. — И её тёмную ауру я тоже спрятал от посторонних глаз, поэтому так тоже не пытайся искать. — Хорошо, — выдохнул тот. Это внезапное спокойствие заставило мужчину подозрительно сощуриться. — И зачем же она тебе? — Для защиты. Нет, не от Цзинь Гуаньшаня, — опередил вопрос Не Хуайсан. — На него мне всё равно. Я и без того уже понял, что он ничего не сможет сделать, что сильно бы навредило мне. Но есть кое-кто более опасный и, я боюсь, более сильный. — Это звучит как бредни и нелепые оправдания, — нахмурился Цзян Ваньинь. — Пусть так, но это правда. И мне нужна эта маска. Это будет моей гарантией безопасности, когда я встречусь с этим человеком. А когда всё закончится и… — И что ты сделаешь? Отступишься? — криво и болезненно улыбнулся Цзян Ваньинь. — Слышал я это уже много раз. Знаешь, я мог бы простить то, что ты мне ничего не сказал, ты боялся и сомневался. Это я могу принять, да. Но сейчас ты продолжаешь упираться и выдумывать причины, чтобы ничего не отдавать. Почему я не могу выступить твое гарантией безопасности? — Потому что я тебе не доверяю! — внезапно воскликнул Не Хуайсан, вскакивая на ноги. Сам от себя такого не ожидал, но внезапно все эмоции вырвались и только подстёгивали мысли и язык. — Ни тебе, ни кому-либо ещё! Я пытался начать доверять, честное слово пытался, но сейчас не до того! Мне больше всех здесь хочется жить спокойной жизнью и не переживать ни о чём. Мне хочется рассказывать всё, доверять секреты, а не тщательно взвешивать каждое слово, думая, как оно отразится на будущем! Но я не могу! У меня не получается! И я согласен пытаться этому научиться, но только тогда, когда я разберусь со всеми проблемами! — Ах ну конечно! — и пусть сейчас по виду Цзян Ваньина не скажешь, но эти слова ударили по нему так, словно бы были сказаны нарочно, чтобы ударить в самое больное место. — Сейчас ты не можешь ни отдать маску, ни доверять мне, потому что тебе кажется, что существует какая-то опасность. Потом ты не сможешь потому, что тебе нужно будет убедиться, что опасность миновала. Потом ты будешь неплохо держаться, и поэтому зачем вообще лишаться того, чем можно в самый крайний случай защититься, верно?! — Твои обвинения могли бы быть не беспочвенными, если бы я за всё это время хоть раз использовал этот артефакт! — А как я могу быть уверенным, что ты её не использовал?! Я пытаюсь помочь тебе, а ты мне мешаешь! — Я тебе мешаю?! — теперь Не Хуайсана трясло от ярости. — Это моя жизнь, и не тебе решать, что мне делать и как! Не тебе решать, кому и когда мне следует доверять и вверять в руки такие опасные артефакты! Я сам в состоянии с этим разобраться! — Может и так, но с недавних пор тебе придётся со мной считаться в подобных вопросах! — А иначе что? — с вызовом спросил Не Хуайсан. На несколько секунд они так и замерли, смотря друг на друга. Эти несколько секунд Цзян Ваньинь неверяще смотрел на мужчину, а после выдохнул. И хоть его руки всё ещё были сжаты в кулаки, лицо не выражало ничего, кроме сожаления. Да и то его было не так уж и много. — Ну вот, всё как и раньше. Стоит тёмному артефакту оказаться у тебя, как ты тут же стремишься разрушить всё, что у тебя есть, лишь бы его сохранить. Я не намерен с тобой ничего обсуждать, пока ты не придёшь в себя. Все эти слова — это не ты. — Ты ошибаешься, — хмуро отозвался Не Хуайсан, скрещивая руки на груди. — Говоришь, маски здесь нет? — уточнил тот, оглядывая всё помещение и пытаясь нащупать хоть какую-то тёмную ауру. Но ничего. — Я же сказал, что спрятал её в другом месте, — напряжённо ответил мужчина, следя за каждым движением. — Вот и славно, — кивнул Цзян Ваньинь и направился к выходу. Нет. Это слишком спокойная реакция. Он слишком легко отступается после того, что узнал и что здесь произошло. — Ты что это задумал? — в голове начали биться панические мысли. Не мог этот человек так просто отступиться во время спора. Что-то здесь было не то. И Не Хуайсан кинулся следом за ним, требуя объяснений. Вот только Цзян Ваньинь оказался быстрее. Вышел в коридор и, заметив того самого надоедливого слугу, толкнул его в покои. — Проследите, чтобы молодой господин и шагу за порог не ступил, — приказал он. И тут же закрыл за собой дверь. Не Хуайсан же оттолкнул ничего не понимающего слугу со своего пути, но подоспел только к закрытой двери. Он уже было потянулся, чтобы распахнуть её и накричать, мол, нельзя так просто уходить посреди разговора тем более с такими приказами, но услышал странный щелчок. Замер на мгновение, а затем начал судорожно пытаться открыть дверь. Но какие бы усилия он не прикладывал, у него ничего не выходило. Его заперли здесь! У Цзян Ваньина всё это время был ключ! Чёртов ключ на подобный случай! Они всё это спланировали, если вдруг всё пойдёт не так как надо! И от этого в груди Не Хуайсана поднялась такая волна гнева и возмущения. Он был уверен, что частично это всё принадлежит и двойнику, но даже если так, он был абсолютно солидарен с ним в этих чувствах. Потому и начал колотить руками по двери, сыпя витиеватыми оскорблениями, говоря, чтобы Цзян Ваньинь сюда больше не возвращался, а если и посмеет вернуться, то его обязательно на кусочки порвут за такое отношение. Вот только толку от всего этого было мало, и Не Хуайсан прислонился лбом к двери. На самом деле ему было довольно легко выбить её духовной энергией, да и этот бестолковый слуга такой уж большой проблемой не был. Но что делать дальше? Бежать? Да. Если он так сделает, то нужно будет бежать. Не станет же он как дурак сидеть с выломанной дверью и дожидаться чего-то. Но куда бежать в таком случае? Все эти эмоции как-то поутихли. Пусть он и не собирался сбегать. Ох, нет, он точно не будет сбегать. Он будет сидеть здесь, заниматься своими делами, чтобы, когда к нему примчались, ожидая увидеть человека находящегося в ярости, готового кидаться на всех вокруг и обвинять, они не увидели ничего подобного. Но нет, они этого не дождуться. Он вполне себе вменяем и прекрасно осознаёт, что делает, на какие риски идёт. И уже давно твёрдо решил, когда отдаст этот артефакт. Неужели так сложно было немного подождать? Мужчина присел на кровать. Он больше не выглядел таким разъярённым. Скорее просто глубоко задумчивым. Он обязан считаться с Цзян Ваньином. Не Хуайсан хмыкнул. А разве не это он сделал, когда всё же рассказал о наличии этого артефакта? — Го-господин Не, — заикаясь спросил слуга, выглядя уже слишком испуганно. Наверняка, если бы он дал волю эмоциям, то сейчас бы вообще трясся от страха. Конечно, оказаться запертым в одном помещении с рассерженным тёмным заклинателем, которого ещё, возможно, придётся пытаться остановить, если тот попытается сбежать. Да уж, незавидная судьба. Не Хуайсан одарил его лишь одним усталым взглядом, но никакого продолжения фразы не услышал. Ну и ладно. Не велика потеря. Всё равно вести с ним разговоры не хотелось. Это бы только больше вывело мужчину из себя. Ладно. Он резко поднялся. Не собирается Не Хуайсан предаваться унынию. Тем более по подобным причинам. Сейчас это не его проблемы, если все остальные решат, что сейчас непременно пытается выбраться и сбежать. Может отомстить? Ему было бы интересно послушать все эти домыслы, но стоит проявить терпение. Наверняка они все скоро прибегут всем скопом, чтобы высказать свои подозрения. Вот только эмоции всё ещё не до конца отпустили. Хотелось хоть чем-то себя занять. Не Хуайсан оглядел комнату и замер в напряжении, подмечая маленькую несостыковку. Она была связано с дверьми, ведущими в соседнюю комнату. Это было пустое помещение с довольно широком столом. Не Хуайсан никогда не предполагал, для чего эта комната, да и не бывал там. Лишь один раз мельком заглянул и окрестил своей мастерской, если будет вынужден здесь немного задержаться. Возникшую проблему незнающему человеку было заметить очень сложно. Дверь всегда была плотно закрыта, потому что стоило оставить даже совсем небольшую щель, как по всем покоям сразу начинал гулять сквозняк и завывать ветер, что жутко раздражало по ночам, когда хотелось уснуть в тишине. А сейчас эта дверь была закрыта неплотно. Конечно можно было всё это списать на его рассеянность, вот только мужчина ни разу туда не заходил, чтобы оставить дверь открытой. Это всё больше походило на… приглашение. Надо же, его, с комфортом живущего в этих покоях, приглашают зайти в комнату, словно это он здесь гость. После всего случившегося это выглядело насмешкой. — В-вы куда собрались? — напрягся несчастный юноша, преграждая выход и совсем не обращая внимание, что смотрит Не Хуайсан совсем не в сторону выхода. Правда, выглядел этот слуга так, словно любое резкое движение, и он в страхе повалится на пол, закрывая голову руками и моля о пощаде. — В той комнате кто-то есть, — заявил мужчина. — Иди проверь, кто этот незваный гость. Идею о том, что это кто-то из семьи Лань он сразу отмёл. Нет, они слишком воспитаны, чтобы подслушивать чужие разговоры. Вэй Усянь не стал бы вести себя подобным образом и полунамёками, он бы сразу вышел, стоило двери за Цзян Ваньином захлопнуться. А дагэ бы вообще с самого начала разговора вышел бы, пытаясь выяснить, что тут вообще происходит. Нет, это явно кто-то из посторонних. Кто-то, кто совершенно не хочет афишировать свою личность. Сконцентрировавшись на мастерской, Не Хуайсан почувствовал исходящую оттуда демоническую Ци. Слуга, видимо, почувствовал то же самое и от этого весь сжался, посмотрел как-то затравленно. К тёмному заклинателю решили наведаться его друзья-демоны, иначе как ещё это объяснить?! И вот теперь его, бедного простого слугу, который здесь даже не по своей воле, отправляют, скорее всего, на съедение этой твари, чтобы задобрить её! — Оттуда исходит тёмная энергия! — воскликнул юноша, отступая на пару шагов. — А вдруг там мертвяки? Или, может быть, духи убитых. У Не Хуайсана совершенно не было настроения, чтобы тратить свои нервы и время на эти истерики человека, на которого ему было плевать. — Я из тебя самого сейчас дух вышибу, если ты тотчас не посмотришь, кто там! — Не пойду! — завизжал тот. — Хоть убейте, но не пойду! Не Хуайсан только тяжело вздохнул, а затем неспешно подошёл к шкафу. Среди одежды лежала маска, обклеенная талисманами, скрывающими тёмную энергию. И от всех этих талисманов мужчина тут же избавился, а саму маску спрятал в рукав халата так, чтоы не увидел слуга и не поднял тревогу. А затем сам направился к этой двери. Резко открыл её, надеясь этим самым заставить гостя хотя бы вздрогнуть. Но тот даже не пошевелился. Не обернулся. — Господин Не, — по голосу было слышно, что его обладатель расплылся в улыбке. — Что же вы встали в дверях? Прошу, проходите. Мужчина хмыкнул себе под нос. Надо же, теперь он действительно здесь гость. Он окинул незнакомца взглядом, пытаясь угадать его личность. Багряное одеяние, тёмные растрёпанные волосы, которые не удосужились уложить хотя бы в какое-то подобие причёски. И своевольность, горделивость, словно именно он здесь хозяин. Абсолютная непринуждённость. — Ну что, господин? — пролепетал слуга, боясь сделать шаг ближе. — Кто это? — Думаю, демон, — безразлично кинул Не Хуайсан и зашёл внутрь, тут же закрывая за собой двери. И на ней в это же самое мгновение вспыхнуло множество талисманов. На секунду мужчина прикрыл глаза, готовясь к самому худшему, однако ничего не произошло. Он вгляделся в рисунки и понял, что это самые обычные талисманы для того, чтобы кто-то из вне не подслушал их разговор. — Как точно вы определили, что я демон, — усмехнулся незнакомец, наблюдая, как Не Хуайсан садится за стол напротив него. Ну как наблюдая… Оказалось, что на его глазах была чёрная повязка. Теперь была возможность получше разглядеть этого демона. Черты его лица были довольно утончёнными. Он вполне походил на человека. По манере речи, прямой спине и вздёрнутому подбородку может было сказать, что даже на очень заносчивого и своенравного человека. Вот только его пальцы были неестественно длинными. Пожалуй, это единственное, что отличало его от всех остальных обитателей Облачных Глубин. — Вы уж простите, господин, что не встал, чтобы поприветствовать вас, — слегка склонил голову демон. — Боялся, что не смогу потом найти, где я сидел. Да и вообще не смогу сориентироваться в пространстве. Несмотря на такие вежливые обращения, вовсе не чувствовалось, что сидящие друг напротив друга люди разнятся по статусу. Этот демон чувствовал себя более чем уверенно. — Зато у вас хватило сил на то, чтобы забраться сюда, приоткрыть дверь и расположиться здесь, — подметил Не Хуайсан. Отчего-то ему казалось, что сейчас ему никакой опасности не угрожает. А может, та злость всё ещё застилала остальные эмоции, мешая трезво оценивать ситуацию. — Что ж, ладно, — улыбнулся собеседник, — когда лишаешься глаз, приходится призывать на помощь и другие способы восприятия. Слух, обоняние, свою энергию. Ей особенно легко определить обстановку. Например, — демон улыбнулся, но его улыбка была была очень похожа на оскал, а мужчина почувствовал, как со всех сторон что-то давит, мешая вдохнуть, обволакивает. Воздух словно бы стал вязкой субстанцией, которая, проникая в лёгкие, неспешно растекалась, не давая нормально ни вдохнуть, ни выдохнуть. И внезапно всё прекратилось. — Например, сейчас я могу сказать, в какой позе вы сидите. И что довольно близко к столу, что противоречит инстинкту самосохранения. А сейчас я не услышал никакого шороха одежды, значит, вы никуда не сдвинулись. Вы сели так специально. Не знаю, боитесь ли вы меня или нет, чем продиктованы ваши мотивы. Ведь в прошлую нашу встречу вы убегали от меня так, словно я хотел вам горло перегрызть. Пазл моментом сложился. Это был тот самый Сянь-лю. И о нём мужчина так ничего и не прочитал. Но теперь это уже было неважно. Он мог спросить всё сейчас и понадеяться, что получит ответ. — И это единственное, что вы узнали? — спокойно осведомился Не Хуайсан, не позволяя понять, что начал немного нервничать. Прекрасно помнил, что это существо было слишком быстрым, так что шансов на спасения было катастрофически мало. Тем более, что он заперт и был более чем уверен, что в ближайшие несколько минут к нему никто не придёт на помощь. — Почему же? Ещё то, что в кармане вашего правого рукава вы прячете одну очень занятную вещицу, — весело отозвался Сянь-лю. Не Хуайсан нахмурился, теперь чувствуя куда больше опасности. Однако даже так не позволил своему голосу дрогнуть. — Как же вас уговорили участвовать в плане по захвату Поднебесной? — Надо же, как прямолинейно, — усмехнулся демон, а затем перегнулся через стол, оказываясь аккурат лицом к лицу с Не Хуайсаном. — Давайте заключим сделку? Я рассказываю вам всё, отвечаю на любые вопросы, а вы выслушаете моё предложение и позволите исполнить одну просьбу. По рукам? — Какую просьбу? — хмуро осведомился мужчина, хотя у самого холодок пробежал по коже, стоило ему оказаться в такой непосредственной близости с этим существом. — Не переживайте вы так. Это сущий пустяк. Я хочу взглянуть на вас. За вами все так гоняются. Хочу понять, насколько совпадает образ в моей голове с тем, что есть на самом деле и с тем, что я чувствую. Взглянуть… Как слепой может что-то увидеть? Неужели для этого потребует глаза самого Не Хуайсана? Или вырвет их у кого-то? Но ответы куда ценнее. Любая плата подойдёт. И он готов был принять то, что ему в таком случае уготовано. И Не Хуайсан растерянно кивнул. Лишь после пары секунд спохватился и произнёс вслух: — Хорошо. — Ну вот и отлично, — обрадовался Сянь-лю и выставил руки вперёд ладонями к мужчине. И на них были заметны рисунки. На обеих ладонях красовалось по глазу. Выполнено это было так, словно рисовал это совсем маленький ребёнок от скуки. Не Хуайсан уже хотел хмыкнуть, думая, что его лишь нарочно испугали всем этим. Он даже потерял последние крупицы страха и наклонился поближе, рассматривая один из них. Вот только в следующую же секунду эти глаза начали наливаться кровью, становится куда объёмнее, сама картинка начала становиться реалистичнее. Глаза буквально вырастали из ниоткуда. Кожа начинала рваться, образуя веки, из которых текла кровь, становясь похожа на весьма жуткие слёзы. И менее чем через полминуты это были уже не рисунки глаз, а самые настоящие глаза в центре каждой из ладоней. Не Хуайсан, никак не ожидавший этого, вскрикнул и дёрнулся назад. Демон от этого только ухмыльнулся, но ничего не предпринял. Он продолжал держать руки вытянутыми перед собой, пока глаза сначала бешено вращались, осматривая всю комнату, а потом остановили своё движение, впившись в фигуру человека, сидевшего чуть поодаль и готового бежать в любую секунду, хоть и понимающего, что это абсолютно бессмысленно. Так человек и демон просидели ещё несколько минут без всякого движения, молча изучая друг друга. Кровь довольно быстро высохла и прикорела, что совершенно не добавляло очарования. Первым отмер Не Хуайсан. Испуг отошёл на второй план, и взыграло любопытство. Мужчина не менее опасливо и медленно наклонился чуть ближе, с интересом изучая то, что он видит. Признаться, это всё было очень неожиданно, но под стать демонической натуре. — Мне казалось, вы должны были быть взрослее, — задумчиво пробормотал Сянь-лю. — По Ци, циркулирующей в вашем теле у меня сложилось именно такое впечатление. Хотя… она была у вас слишком странной. — Вам показалось, — холодно ответил Не Хуайсан. Он словно бы пропустил этот вопрос, ответил просто, чтобы ответить, пока сам был занят важным делом. — Как такое возможно? Вы ведь не сами это сделали? — Это… проклятье, — ответил демон, решив, что так охарактеризовать это будет проще для человеческого понимания. — Кто мог проклясть демона? — удивился мужчина, поднимая голову. Вспомнил, что так открыло пялиться, вроде как, неприлично, хоть ему ещё ничего против не высказали. Но лучше бы не вызывать гнева. — Это сделали, ещё когда я был человеком. Украл небольшой мешочек с деньгами у местной шаманки. С неё бы не убыло, к ней и так приходили с кучей подношений, лишь бы она помогла. Но эта старая карга схватила меня и сломала мне пальцы в назидание, мол, чтобы больше руки не смел тянуть к чужому. И глаза мне выцарапала, чтобы я не видел того, что может вызвать у меня искушение. В общем, так себе у неё уроки были. Она нарисовала мне на руках эти глаза и сказала, что это единственное, чего я достоин. А потом прошло не так уж много времени, как я стал демоном и смог использовать эти глупые рисунки. Не Хуайсан поёжился, представляя эти зверства и то, что потом мог сделать этот демон, ведь наверняка он жаждал отомстить. А тот, смотря на своего собеседника, только рассмеялся. — Поглядите-как, как этот господин распереживался! Мужчина тут же взял все свои эмоции под контроль и спросил, вспоминая, для чего вообще всё это затевалось: — Что вам пообещали за участие? Нет, лучше расскажите вообще всё. — Вредно быть таким любознательным. Это может и погубить, знаете ли. Но я буду не против, если после смерти вы станете демоном и составите мне компанию. Несмотря на общее веселье в голосе, нельзя было не заметить, как лицо демона стало каким-то скучающим. Он встряхнул руками, и живые глаза превратились в обычные рисунки. Сянь-лю поставил локоть на стол и подпёр кулаком щёку, всей своей позой, показывая, как ему неохота говорить обо всём этом. — Да что вы так привязались к этим людишкам? Их история стара как мир. Их не приняла Поднебесная, обделила хорошей жизнью, и вместо того, чтобы, как все глупые смертные, молить богов о лучшей следующей жизни или пытаться пробиться в мир, они решили перестроить Поднебесную. Уважение, почёт, больше никаких косых взглядов. Идеальный мир. И на подобные мысли пришёл самый расцвет вашей, господин, славы. Способ решения их проблемы был найден. Довольно простой путь, способный даровать им всё, что они только посмеют пожелать. Ничего нового придумать не могут, — цокнул языком демон. — Сколько уже таких было? И на каждого такого — как вы их называете? — отступника, — после лёгкого кивка со стороны Не Хуайсана тот продолжил чуть бодрее. Хотя, может быть, мужчине просто показалось, демон ведь больше не видел. — Всегда находился герой, уничтожающий его во имя справедливости или ещё чего вы там навыдумывали. Скучновато, правда? Не Хуайсан нахмурился. Вся эта история казалась ему слегка тривиальной. Наверное, причина была в том, что Сянь-лю действительно был абсолютно не заинтересован во всём этом деле и совершенно не углублялся в мотивы людей, с которыми сотрудничал. И если мужчина желал прояснить хоть что-то, то ему следовало поговорить напрямую с Мэн Яо. Возможно, его мотивы были именно такими в целом, но ведь нюансы строят всю картину. — Я услышал их разговор, и решил, что будет интересно им помочь. Заодно, если всё получится как задумывалось, я смогу отхватить кусок побольше, чем если буду тратить всё это время на какие-то мелкие дела, — продолжил разговор Сянь-лю, прерывая эти размышления. А потом и вовсе горделиво заявил: — Именно я догадался, что возвращать вас к жизни следует там же, где вы и умерли. И поглядите-ка! Сработало! Вот только Не Хуайсан этому праздному настроению не поддался. — И вас совсем не прельщает власть, которую ты можешь получить? А вместе с ней и богатства? — спросил он. — Хотите только “отхватить кусок побольше”? А точно ли вы воплощение алчности? — Поживи с моё, и просто так лежащий на земле кошель с монетами перестанет тебя вдохновлять и радовать, — скривил губы демон. — Это всё, что вам было интересно? — Не Хуайсан уже открыл было рот, чтобы возразить, но Сянь-лю даже не дал ответить, сразу говоря: — Теперь перейдём к вашей части сделки, маленький тёмный. От этих слов Не Хуайсан поёжился и немного отодвинулся от стола. Не нравилось ему, куда всё это клонится. — Вы не собираетесь выступать на стороне эти “отступников”, неужели решили побыть героем? — Нет. У меня в этом деле только свои цели, в которые спасение Поднебесной не входит, — холодно отозвался мужчина. Прошла всего пара секунд, а демон уже очутился по левую сторону от Не Хуайсана. Всё ещё благодушно улыбался, словно старому другу, но от этой улыбки у того мурашки по коже пошли. Именно на такой случай он и взял то, что сможет его защитить. Сянь-лю схватил мужчину за предплечье, почувствовав, как тот дёрнулся за маской. А после склонился чуть ближе к нему и втянул носом воздух. — Личные мотивы, да? От тебя пахнет ненавистью и жаждой отмщения, — удовлетворённо заявил демон, переходя к таким фамильярностям. — Мы могли бы стать неплохой командой. Шагать по миру стало бы куда веселее. Если тебя не интересует ни спасение Поднебесной, ни присоединение к “отступникам”, то почему бы не принять моё предложение? — Я перестал культивировать тёмное заклинательство, — с завидным хладнокровием отозвался мужчина, хотя его рука начинала дрожать от страха. — А я вовсе и не имел в виду эту бесполезную ерунду, — отмахнулся Сянь-лю. — Я говорил о том, что ты бы неплохо вписался в мир демонов. В тебе столько не потраченного гнева, что с самого начала у тебя был бы неплохой старт. Почти каждый демон бы обзавидовался. — Я заклинатель, — упрямо повторил Не Хуайсан, уже прикидывая, чем это может для него обернуться. — И меня вовсе не привлекает то, о чём ты говоришь. И тут демон сделал самое неожиданное, что только можно было сделать в подобной ситуации: он расхохотался. Запрокинул голову и залился таким искренним смехом, что даже Не Хуайсан нервно улыбнулся. — О Небеса, пощадите! Он называет себя заклинателем! — всхлипнул от смеха Сянь-лю, и мужчине подумалось, что ему крупно повезло: не каждый день увидишь, как демон, задыхаясь от хохота, взывает к небесам. — Он видно решил, что меня интересует только это! Я не хочу тебя пугать, — лукаво начал он, — но это похоже не помешательство. — Не понимаю, что здесь смешного, — нахмурился Не Хуайсан. — Я и есть заклинатель. Может, с владением оружием у меня всё не очень хорошо, может я далеко не самый сильный… — Вот только путь совершенствования строится не только на силе. Время показало, что ты ещё и психологически слаб. Там, где другие стискивали зубы и продолжали идти вперёд, ты как ребёнок обижался на весь мир, становясь таким пассивным к своему окружению. — Но тогда я и был ребёнком! — обиженно воскликнул Не Хуайсан, начиная понимать, что над ним откровенно насмехаются. Вот только эти слова могли бы сработать, сиди здесь двойник. А этот же человек прекрасно знал, каково это, стискивать зубы и двигаться к цели, несмотря ни на что. — Вот только людям в кланах не нужны “детишки”. Детишки сидят рядом с мамочками и не лезут в такую опасную стезю, как заклинательство. Им всегда нужны сильные личности, способные не терять самообладания в сложных ситуациях и идти к своей цели, несмотря на мнение окружающих. На этот раз Не Хуайсан молчал, поджав губы. Он внимательно слушал, по большей части просто желая узнать, что тот ещё расскажет такого занимательного, и от этого Сянь-лю оживился. — Сколько же в вашем заклинательстве сложностей. И всё надо учитывать, помнить, — неспешно продолжил демон. Его голос плавно тёк, и было в нём что-то такое завораживающее, гипнотизирующее. А может, дело было в словах, которые всё же находили отклик в душе мужчины и рьяно поддерживались двойником. Казалось, воздух стал немного плотнее, гуще, стало тяжелее дышать, но Не Хуайсан едва ли обратил на это внимание. — И зачем, скажи мне, тратить время на какую-то ерунду, когда есть кое-что получше? Куда проще, — голос демона опустился до еле различимого шёпота. — Нет ничего предосудительного в том, что ты хочешь жить хорошей жизнью, которую вполне в состоянии получить, — вторая рука легла Не Хуайсану на плечо, пока мужчине казалось, что его со всех сторон будто бы что-то приятно обволакивает, заставляя растерять мысли и начать проваливаться в дрёму. — Нет неправильных методов. Согласись, темнота довольно приятна, если позволить себе перестать сопротивляться и раствориться в ней, — рука Сянь-лю начала спускаться ниже, к предплечью, к кисти. — Ты понимаешь, о чём я? — Да, — кивнул мужчина, кажется, уже готовый согласиться на любое предложение, пока воздух вокруг продолжал уплотняться, становится гуще. — Мир людей совсем не для такого как ты, — его рука забралась под рукав верхнего халата. Неосторожно задел тыльную сторону ладони мужчины, но тот, похоже, на это никак не отреагировал, лишь ниже склонил голову. — Стоит тебе перестать пытаться побороть тьму, как ты делаешь это сейчас, тебе и дышать будет куда легче. И сам поймёшь, насколько всё это время был удушающим и неприятным обычный человеческий воздух. И внезапно Не Хуайсан тихонько рассмеялся. Он вскинул голову, оказываясь лицом к лицу с Сянь-лю и смотрел аккурат туда, где находилась его повязка. Тот от такого несколько растерялся. Ему казалось, что он почти усыпил бдительность этого глупого человека, почти уговорил, но что-то пошло не так. — У тебя мертвецки холодные руки, ты знал об этом? — весело уточнил мужчина, которому показалось это сравнение очень забавным. — Что? — растерянно спросил демон, пытающийся прийти в себя. — Я говорю, — процедил Не Хуайсан, — руки от меня убери. И от маски в том числе. Просто лежащий на дороге мешок денег ему не интересен, зато такой тёмный артефакт, что способен подавить волю не слишком сильных демонических существ, вполне себе. И Сянь-лю не оставалось ничего кроме как подчиниться. Следующим, что потребовал мужчина, чтобы тот вообще отошёл от него. — И всё же я от своего предложения не отказываюсь. Ты окружён людьми, которые скованы моралью. Сам подумай, позволят ли тебе эти люди совершить то, чего ты так отчаянно желаешь? И смогут ли они тебя простить после такого грехопадения? Они уже заперли тебя здесь по более пустяковому делу, что же будет дальше? Я же предлагаю тебе свободу. — Сгинь, пока я не стал причиной, по которой ты второй раз лишишься глаз, — прошипел Не Хуайсан, трясясь от злости. — Хотел запудрить мне мозги и воспользоваться беспомощным положением. — Господин Не, уж вы-то не беспомощны, — искривил рот в некотором подобии улыбки демон. — Человек столь себялюбивый и столь решительный ни в каком положении не окажется беспомощным. Я не позавидую ни одному человечишке, что окажется у вас на пути. Он уже не видел, как этот демон покинул его покои. Так и сидел, сотрясаемый яростью и желанием уничтожить этого демона. Нет, всех, кто причастен к тому, что над ним сгущаются тучи. И не знал, сколько просидел вот так в бессильной ярости, думая, что же теперь дальше. Никто не спешил к нему приходить и выяснять отношения, что было даже к лучшему. Сейчас у него на руках все улики в самом прямом смысле. И сейчас бы конфликт обострился только больше. Вот только он мигом перестал себя жалеть, когда услышал какой-то странный шум и крики. Они были очень далёкими, но Не Хуайсан испугался даже этого. Прислушался ещё, и спустя почти минуту услышал какой-то грохот. Точно началось что-то совсем нехорошее. И он подскочил на ноги, желая узнать, что же там творится. Вот только мир перед глазами начал вертеться и расплываться. Из носа начала капать кровь, а руки и шею обожгло болью от внезапно появившихся трупных пятен. Всё в один момент. Похоже, двойник подгадал момент наибольшей уязвимости и решил ударить, в чём ему несомненно помогло общее физическое состояние. Но даже так Не Хуайсан не терял сознание. Держался из последних сил, не давая утащить себя в это забытье, когда понятия не имеет, что же происходит снаружи. Что же с Цзян Чэном, с дагэ? Шатаясь, мужчина подошёл к зеркалу, стоящему в углу комнаты и тяжело опёрся на его раму. А после поднял голову, смотря на своё отражение. — Я не намерен сейчас разговаривать с тобой. Хочешь что-то сообщить, говори так, — заявил Не Хуайсан, ещё не уверенный, что такой способ разговора сработает, и что у тела хватит силы, чтобы продержаться. — Что там случилось? — Что случилось?! — то ли передразнил, то ли опешило от подобного вопроса отражение. Нет, это был сам Не Хуайсан. Его лицо было злым, тон поменялся. Теперь действительно было видно, что в одном теле находится две души. — Началась битва! Эти идиоты решили провести какой-то ритуал, а потом вломились в Облачные Глубины с армией мертвецов! Нет, моих не коснулось, они всё ещё подконтрольны мне… — Сколько их у тебя? Хватит, чтобы противостоять? — спросил Не Хуайсан, стараясь не обращать внимание, с каким трепетом двойник заговорил про этих мертвецов. С каким трепетом из его собственного рта вылетали эти слова. То, как за доли секунды менялось выражение лица, тон, поведение, взгляд, было поистине жутким зрелищем. Вот только ни сил, ни времени на то, чтобы испугаться, не было. — Не буду я перед тобой отчитываться! И не подпущу тебя к ним! Это из-за тебя! Если бы ты выбирал выражения и смог перетянуть этого демона на свою сторону, то всё бы, может быть, и обошлось! Это из-за тебя и твоего резкого отказа! — На кону жизни людей, которые нам всё это время помогали! Моего брата! — Это мой брат! — крикнул двойник, а перед глазами снова всё закружилось с удвоенной силой. Видимо, сказывалось шаткое душевное состояние обоих владельцев тела. — И как ты себе, идиот, представляешь битву мертвецов против мертвецов?! — Так их у тебя много?! — Достаточно! — крикнуло отражение, а потом как-то ошарашенно замерло. Повисло гнетущее молчание. И сердце как-то совсем тревожно забилось, когда на губах отражения начала расцветать не предвещающая ничего хорошего улыбка. — Что случилось? — настороженно осведомился мужчина. — Этого следовало ожидать… Цзян Чэн и дагэ жили в разных частях резиденции. И сейчас в разных частях поля битвы. Против дагэ стоит тот демон, что посетил тебя сегодня, а против Цзян Чэна этот Тиммиморе. — Ты знаешь, что там происходит?! — Конечно. Мои мертвецы там. Не должны же они выделяться из толпы, если шпионят, — скучающе отозвалось отражение. — И они убивают людей?! — Не Хуайсан сильнее сжал раму зеркала, сдерживая гнев. — Нет, они лишь имитируют деятельность. Если бы они были заняты убийствами, я бы не смог ничего путного узнать. — Ты окончательно сошёл с ума! — Конечно сошёл! А ты посиди больше года года запертым в одном месте! В ненавистном окружении! Без чёртовой возможности хоть что-то сделать! И я посмотрю, как ты не сойдёшь с ума! Да ты бы свихнулся там быстрее и качественнее, нежели я! Не Хуайсан не нашёлся, что ответить. А может, просто уже не хватало сил на такое открытое проявление злости. — Там сейчас заварушка, сейчас не до нас, — пустилось в уговоры отражение. — Давай сбежим тихо. Никто и не заметит, не остановит. Охоту на нас объявят? Ну и пусть. — Нет! — резко отозвался мужчина, опуская голову. Всё тело дрожало, ноги наливались свинцом. — И что? Ты просто будешь сидеть здесь? Хорошо, сбегать ты не хочешь, но думаешь, они справятся без тебя? Против твоего брата стоит существо довольно быстрое и кровожадное. Ты же помнишь, как действует его энергия. А против Цзян Чэна… чёрт, даже мне тошно думать о том, что же может случится с его телом после смерти в лапах этого демона… — Надо… надо их спасти, — медленно кивнул Не Хуайсан и потянулся к маске. Сейчас это его единственная возможность, его единственный источник силы. — Они в разных концах поля боя. Тебе придётся выбрать кого-то одного, — заявил двойник в хищном предвкушении. И внезапно мужчина остался один. Ему всё также было дурно, но двойник предпочёл пока спрятаться поглубже в его голове. А сам Не Хуайсан вытащил дрожащей рукой маску, пребывая в таком смятении и неуверенности, что так и таращился на неё несколько мгновений. А затем боковым зрением заметил какое-то жёлтое пятно. Повернул голову и увидел слугу, который решил залезть не в своё дело. И сколько же он слышал от этого диалога? Какие выводы сделал? Вот только из испуганного, вид у юноши стал больше напряжённым. Он вытащил кинжал, сжимая его и готовясь защищаться. Правда от того, что использовал Не Хуайсан это оружие всё равно не могло помочь защититься. Один взмах рукой, и вокруг юноши скопилась тьма в такой концентрации, что любому бы стало тяжело дышать. И противник тут же без чувств повалился на землю. А вслед за ним и Не Хуайсан, у которого не осталось больше сил.

***

Двойник выглядел… странно. Он был в очень возбуждённом состоянии, расхаживал вперёд-назад, о чём-то сосредоточенно думая. И, казалось, был очень взволнован, даже обеспокоен тем, что происходило или должно было произойти. Но вместе с тем он не мог усидеть будто бы ещё и от того, что был в предвкушении чего-то. Но чего? Не Хуайсан, лежащей на холодной земле — похоже, из-за эмоциональной нестабильности обоих владельцев тела всё начало ощущаться гораздо реальнее, — начал кашлять, словно бы ему высушили все лёгкие. Хотя, может, это последствия вдыхания воздуха со скопившейся в нём тёмной энергией. Впрочем, на такие размышления не осталось слишком много времени. Двойник заговорил. — А ведь правду говорят, что волка тянет в лес, сколько его не корми. Сидел бы себе тихо, окружённый людьми, которые тебя поддерживают, — на этом он хмыкнул, — может бы наладил отношения с лавой Цзинь, и не оказался бы в такой затруднительной ситуации, где стоит тебе показаться в качестве тёмного заклинателя, тебя сразу заклеймят преступником. Но нет, тебе ведь было необходимо снова начать строить эти планы, заговоры. — Что такое? — криво усмехнулся Не Хуайсан, пытаясь прийти в себя. — Теперь уже не так удобно возвращаться в это тело? — Нет, — пожал плечами тот. — В целом, ты подготовил неплохую почву для моего отступления. видимо, мы с тобой и вправду один человек, уж слишком похожи. Не делай такие глаза, я тебя не оскорбляю. Можешь не признавать этого, можешь бежать от себя сколько сможешь, только тогда не забывай, что в мире все равно есть вещи, которые окажутся сильнее тебя, если ты предпочтёшь скрывать свою истинную натуру даже от себя самого. Как, например, этот твой глупый страх — твоя самая большая слабость. Вот только к чему тебя привёл этот страх? К тому, что ты сейчас абсолютно обессиленный будешь пытаться противостоять всем и сразу в одиночку. Неужели действительно продолжишь бороться? — Бороться надо всегда, — тихо ответил Не Хуайсан, вспоминая, как когда-то совсем давно это же самое сказал ему его брат. — Всегда. Ты должен быть сильным. Это не значит, что ты будешь непобедимым. Нет. Просто ты должен быть уверенным в себе и не бояться ничего. — Как много условий надо для выживания, не находишь? Гораздо проще принять себя. И если ты не в состоянии сделать этого, то тебе нечего делать в этом теле, — что-то в правой руке двойника опасно сверкнуло. Небольшой кинжал был направлен точно в шею мужчины, но тот успел увернуться в самый последний момент. Не Хуайсан подскочил на ноги и осмотрелся в поисках оружия. — Не сопротивляйся и дай мне убить тебя. Или же иди и сам сбросься, — милостиво предложил двойник. — Если я когда-нибудь умру из-за тебя, то только со смеху, — бросил Не Хуайсан. Что ж, он сам ждал, когда что-то произойдёт, что поможет ему решить проблему с двойником. Дождался.

***

Поднявшись на ноги, Не Хуайсан чуть пошатнулся. Его знатно трясло то ли от перегрузки тела, то ли от пережитого стресса. Он конечно знал, что того, второго, нельзя было так просто списывать со счетов, но уж точно не ожидал, что бой с ним окажется таким серьёзным. И потому до сих пор опасался, что внезапно что-то почувствует. Да, он проткнул этому Не Хуайсану сердце, но ведь его тело так и осталось там лежать, а значит, угроза всё ещё могла быть. Не Хуайсан тяжело вздохнул, надеясь, что это всё не помешает его планам, и надел на лицо маску и прошествовал к двери. Та всё ещё была заперта, потому пришлось выбивать её духовной энергией. И он вышел за порог своих покоев.