Предел

Месяцы пути, дни, чернее ночи, дорога по воде и по суше. Томми оставлял за собой не просто дорожки, а ямы из трупов — живых и уже мёртвых. Усталость стерла границы между страхом, болью и даже злостью. Сперва были равнины страны — Южный Вайоминг, Невада, побережье Калифорнии. Потом по воде. Затем — долгий путь до Сиэтла по разрушенным дорогам. Одни города были стёрты с лица земли, другие кишели заражёнными, мародёрами. А затем просто заражёнными и кордонами ФЕДРА. Всё это привело их сюда. Восемь дней назад, когда он нашёл рабочую КВ-радиостанцию на брошенной военной лодке у Бейнбридж-Айленда, связь с Джексонвиллем подтвердила — ни Джоэла, ни Селены в городе не было. Джоэл был где-то здесь, в штате Вашингтон. А если Джоэл здесь, значит и Селена должна быть где-то поблизости. Сейчас Томми и Брукс лежали на сырой земле, прикрытые ветками, и через бинокли смотрели на авиабазу. Когда-то это был один из главных узлов ФЕДРА на всём Западе. Центральная база пала. Когда Томми оказался в Сиэтле, над базой тянулся к небу чёрный столб дыма. В Томми грохотал страх. А что если Селена там? А что если она пострадала? Незнание било сильнее страха, сильнее любой пули. Это был его персональный ад. На то, чтобы пробиться к базе, ушла целая грёбаная неделя. Когда Томми случайно поймал своё отражение в осколке стекла под ботинком, сам себя еле узнал — выглядел как старик, проживший три жизни и всё проебавший. Сиэтл встретил их не городскими кварталами, а голодными пастями инфицированных. Приходилось красться по крышам, карабкаться по накренившемся вбок высоткам. База, мать её. Там знатно нашумели. Разбудили всех чертей в округе. Как они взяли её — непонятно. Может, у Айзека появились новые ресурсы? Только вот сам Айзек на глаза не показывался. Ситуация была мутной. В Сиэтле он и Брукс старались держаться в тени, избегать столкновений, экономить патроны и нервы. ФЕДРА… Волки… Томми было плевать на обе стороны. Он просто хотел найти свою девочку. В центральную базу пока лезть не хотелось. Там всё в Волках. Перед Айзеком он покажется в крайнем случае. Нужно было узнать по-максимуму, прежде чем являться к нему. Шанс найти что-то ценное на авиабазе был мизерный. Но Томми цеплялся за любую возможность. Если Селену действительно привезли к Шуту, то сначала именно сюда. Этот аэродром был важной точкой приёма воздушных бортов ФЕДРА. И сейчас, когда Волки расшатывали их систему, можно было рискнуть. Пробраться туда и найти журналы маршрутов, транспортные списки, любые записи. Хоть какую-то зацепку. Хоть одно упоминание о ней. — Два на вышке. Ещё трое у ангара. Один у штаба, суёт нос в бумаги, — бросил Томми, оторвавшись от бинокля. — Рубка тоже под охраной. Один сидит внутри. Все ВОФ. — Через тех, что слева, — отозвался Брукс, лениво перегрызая сухую травинку в зубах. — Меньше шансов спалиться. Псов здесь нет. Томми глянул на него сбоку. За эти месяцы пути бок о бок он успел привыкнуть к Бруксу. Казалось, могли общаться уже без слов. И он теперь раздражал его меньше. Почти. — Двигаем. Они пробрались в рубку бесшумно. Ни криков, ни лишних движений. Только звук собственных шагов, затаённый под глухим свистом ветра за выбитыми окнами. Внутри было пусто. Столы, наваленные картами и журналами. Шкафы с надписями. И одна живая душа. Светлые волосы, затянутые в высокий хвост, военная кепка, куртка с нашивкой ВОФ. Молодая. Слишком молодая для такого дерьма. Примерно ровесница Селены. Томми скривился. Женщин он убивал только в самых безвыходных ситуациях. Дело принципа. Джентльмен, мать его. Он показал Бруксу жестами: "Беру тихо. Не убиваю. Стой на стрёме." Винтовку завёл за спину. Плавно двинулся к ней. Девушка что-то искала на полке, ничего не заметила. Одним движением Томми прижал её к себе, зажал рот. Второй рукой рванул вниз за плечо, сбивая с ног. Она замерла. Понимет, что любой звук — и ей конец. Брукс подскочил быстро. Завязал ей руки за спиной верёвкой. Томми склонился к её уху, держа нож у горла: — Я не хочу тебя убивать. Мне нужны журналы, — произнёс тихо. — Ты успела осмотреться? Где записи о транспортировках за последние десять месяцев? Кивнул в сторону шкафов. Девушка замерла, затем медленно кивнула. — Хоть писк — и тебе конец. Она снова кивнула. Поняла. Томми убрал руку, быстро вытащил из кармана тряпку и всунул ей в рот кляп. Надёжно. Потом он её оттащит и “разговорит”. И если будет вести себя хорошо, даже отпустит. Теперь можно было работать. Томми окинул рубку холодным взглядом. Бумаги валялись на всех столах, но нужное должно было быть где-то среди шкафов у дальней стены. Он кивнул Бруксу. Тот остался стоять у двери, проверяя сектор, а сам Томми на полусогнутых пересёк комнату и начал перебирать документы. Большинство папок были пустыми. Видно, база захватывалась наскоро. Многие бумаги сожгли или забрали с собой. Но не всё. Он открыл третий шкаф снизу. Глаза пробежали по меткам на папках. "Транспортировки", "Эвакуации", "Перемещения гражданских". Есть. Томми вытащил толстую тетрадь в серой обложке. И открыл сразу с конца. Так ему подсказала чуйка. Он замедлился. Пять дней назад... Шесть... Семь… Месяц. Томми листал медленно, почти затаив дыхание. Глаза скользили по строчкам. "Груз: особая категория. Личное сопровождение. Перевозка — вертолётная эскадрилья." Ещё одна запись, от которой кровь вскипела в жилах: “Селена МакЭндрюс с р…. " — здесь запись обрывалась, листок погорел. “Перемещена по приказу майора Шутгарта. Ответственные: группа Альфа К-5. Код 897-С. Примечание: специальная транспортировка. Этап 1: автомобильная колонна. Стартовая точка — лагерь "Олд Пайн" (на картах не представлен, объект неофициальный, координаты прилагаются). Доставка до вертолётной площадки в Гордакс. Сопровождающие: сержант Уэллс, капрал Хирш, рядовые Альварес, Ричардсон, Васкес. Этап 2: вертолётная эвакуация в пункт временного размещения (ПВР) при центральной базе ФЕДРА — сектор "Рейндж-17" Пилот транспортного вертолёта: лейтенант Хоул." — Девочка моя, папа близко… Томми вырвал страницу, аккуратно сложил и сунул за пазуху. Он закрыл папку и кивнул Бруксу. Тот сразу понял: дело сделано. Томми взглянул на девушку, всё ещё лежащую на полу, с испуганными глазами. Он не хотел её убивать. И не собирался. — Пошли, — бросил Бруксу. — Стой. Какая-то херня здесь. Слишком всё гладко, бро. — Я нашёл упоминание о Селене. Уходим, — буркнул Томми и первым шагнул к выходу. И сразу понял, что облажался. Они их ждали. Брукс был прав. — Брось оружие! Брось оружие! — раздалось со всех сторон, резко, в упор. Мелькнули фонари, ослепляя. На них уставились винтовки, один калаш, и снайпер — на крыше дальнего ангара, вполоборота, ствол направлен точно в сердце. Всё, как по нотам. Томми без лишних движений сбросил винтовку, завёл руки за голову и опустился на колени. Брукс рядом сделал то же самое. Один из Волков ударил прикладом под рёбра. Другой пнул под колено, заставляя опуститься ещё ниже. Лицо резануло светом. — Кто такие?! — проревел командир группы, уставив фонарик прямо в глаза. — Мародёры. Видно же. По регламенту — стрелять на месте, — хладнокровно отозвался другой, не отрывая прицела от лба Брукса. — Меня зовут Томми Миллер, — спокойно сказал Томми. — Передайте Айзеку. Он меня знает. На этих словах у дул стволов, приложенных к вискам, начались колебания. Один из бойцов переглянулся с другим, затем дал короткий кивок. Один из группы отошёл с рацией. И тут из рубки вылетела та самая девчонка. — Уёбок! — прорычала она, сорвавшись с места. Прежде чем кто-то успел её остановить, она уже ударила Томми кулаком в скулу. Голову резко повело вбок. — Неплохо, малышка, — Томми сплёнул кровью себе под ноги. — Выбью из тебя всё дерьмо! — зашипела она, снова поднимая руку для удара. Её вовремя поймали за локоть. — Нельзя. Его знает Айзек. Сначала к нему. Потом решим. Ему заломили руки. Бруксу тоже. Обоим на головы накинули плотные чёрные мешки.

***

Их не вырубили. Просто затолкали в кузов машины и недолго везли. Томми, сжав зубы, пытался по остаткам памяти карты района прикинуть, куда конкретно их везут. Но ни одна светлая мысль в голову не пришла. Где засел Айзек? Да где угодно мог. Особенно, когда неизвестно что с Шутом. Машина дернулась и остановилась. Томми услышал, как открыли задний борт. Его выдернули наружу, грубо поставили на ноги. Вокруг — приглушенные разговоры, лязг металла, ругань, скрип механизмов. Лагерь. Почти наверняка. Брукс рядом? Неизвестно. Он, конечно, молчал. Правильно. Лишний звук — и Волки пропишут прикладом так, что потом зубы выкашливаешь. Томми вели. Сначала вниз по лестнице. Потом еще одна лестница — на уровень ниже. Пахло сыростью и гарью. Наконец его завели в помещение и сдернули мешок с головы. Перед ним была обычная комната. Не пыточная, нет — пока что. Обычные облупленные серые стены, старый диван напротив, потертый стол с радиоприемником. В углу стоял ржавый шкаф. На стене — эмблема ВОФ: оскаленный волк, разинувший пасть. И под ним их пафосный девиз, выведенный ровными буквами: "Пусть твоё выживание будет долгим. Пусть твоя смерть будет быстрой." Томми усмехнулся про себя. Как поэтично... Вошёл Айзек. Он выглядел взбудораженным, но собранным — в бронежилете, с перекошенным от усталости лицом. В глазах — напряжение, но и холодная оценка. — О, Томми... — протянул он с полуулыбкой. — Какими судьбами? — окинул его цепким взглядом. — Тебе что, руки не освободили? Сейчас исправим. Айзек достал нож. — Где Брукс? — В соседней комнате. Живой. Он подошёл к Томми, медленно, со странным выражением лица. Не “освободителя”. Томми напряжённо следил за каждым его движением. Но Айзек, ничего не сказав, перерезал верёвки. Томми потёр запястья, восстанавливая кровообращение. — Два Миллера на один Сиэтл, — протянул Айзек, убирая нож за пояс. — Вы тут семейную вечеринку устроить собрались? Он отступил и сел на диван напротив, продолжая смотреть на Томми, явно решая для себя, куда его записать: в проблему или в инструмент. — Что делал в рубке? Зачем там шарился? — Айзек перешёл к главному. — Искал упоминание о человеке. Того, кого я ищу. Кто предположительно был перевезён сюда, в Сиэтл. Он говорил спокойно, без нажима. Достаточно правды, чтобы не вызывать лишней подозрительности, но не настолько много, чтобы Айзек мог этим воспользоваться. Диксон не менялся в лице. Но по тому, как чуть сильнее напряглись мышцы у него на скулах, Томми понял — теперь он для него точно проблема. Лишний, непредсказуемый элемент в городе, который Айзек только начал брать под контроль. — И кто же это? Может, я могу помочь? — Где Шут? Кто остался на базе? Когда она была взята? Кто тебе помог? Большая проблема. — Ты у меня интервью берёшь для Космополитен или что? — Ты же хотел помочь. Помоги. Пожалуйста, — добавил Томми. Просить — не его стиль. Особенно у таких, как Айзек. Но раз уж Волки так мнят о себе… И тот бы послал Томми в прямой полёт — прямо нахуй. Но вот его брат… Джоэл заставлял Айзека ответить, пусть и сквозь зубы. — Шут в бегах. Предполагаю, они собирают силы где-то на границах Вашингтона. База уже пятнадцать дней под нашим контролем. С переменным успехом, конечно. Они пару раз пытались отбить её назад, но мы держим. — он помедлил, прежде чем продолжить. — А помогать... Нам никто не помогал. Думал, я озвучу имя твоего брата? — фыркнул Айзек. — Он лишь забрал то, что мне самому нахер не было нужно. Взял девку с... Томми едва сдержался, чтобы не вцепиться ему в грудки и не заорать: — Куда они направились?! Когда?! — перебил резко, не дав договорить. Глаза Айзека вспыхнули. — Аа… Вот кого ты искал. Тоже её? Бабу не поделили что-ли? Он был близок к истине. И, видя, как штырит Томми, не торопился с ответом. — Ну?! — рявкнул Томми. — Он сразу же забрал её с собой в Айдахо, — ответил Айзек, наблюдая за ним с холодным интересом. Пятнадцать дней. Пятнадцать ебаных дней. Неизвестно, что ублюдок успел сделать с Селеной за это время. Блять. Томми вечно приходил поздно. — Я могу связаться с ним. Рассказать про тебя, — сказал Айзек. — Не стоит. — От чего же? — Он прекрасно вкурсе где я. Я связывался с ним прежде, чем выйти в Сиэтл, — соврал Томми. Айзек понял, что это ложь. Логика не сходилась. Но и сам он щупал почву, проверяя Томми. Он хотел его убить. И убьёт, если точно поймёт, что Джоэл о брате не в курсе. — И он тебе ничего не сказал? Ни слова о девке? — прищурился Айзек. — Нет. — Ух какой вредина, — фыркнул Айзек, выворачивая ложь Томми. Томми наклонился вперёд, опёршись локтями на колени, и посмотрел ему прямо в глаза: — Очевидно, ты бы не полез на базу и не позволил бы Джоэлу забрать её просто так. Без оплаты. Тем более не вывез бы их на вертолётах до Айдахо. У ФЕДРА все воздушные коридоры под замком. Ты знал минимум один маршрут, скорее даже, сам его расчистил и провёл их по нему. Что Джоэл тебе за это пообещал? — А что, брат не рассказал, когда ты с ним связывался? — с прищуром спросил Айзек. — Обычно про такое не молчат. — У нас с братом довольно натянутые отношения, — что и было правдой. Айзек сцепил руки в замок на груди. — Джоэл сдал мне всё. Буквально. У него теперь нет ни-ху-я. Томми ожидал любую реакцию на его лице, надеясь, что ему просто послышалось. Не может быть… Нет... — Всё? — выдохнул он. — Постепенно, — кивнул Айзек. — Всё от Айдахо до Багам и даже до самой Мексики. По данным, у него там тоже пара кордонов. В Мексике — посевы. После Падения температура там нормализовалась, как и по всему миру. Жара не так палит. Фруктов море растёт, алоэ... — Фрукты, посевы, — фыркнул Томми, видя, как Айзек ухмыляется. Этот ублюдок хотел быть пойманным. Кайфовал от своей победы. — Кому заливаешь? Мексика сейчас основной поставщик морфия, кодеина и прочего лекарственного сырья, без которого половина оставшихся в живых людей не протянет и месяца. — Верно. Желая расправиться с одним врагом, Джоэл нажил себе двух. — Жена ему дорого далась, — как бы между делом бросил Айзек, а у Томми от слова “жена” в глазах потемнело и голова закружилась. Он сцепил кулаки на коленях, чтобы не подать виду. Выражение лица Томми было тщательно скрыто. — Вот как… — Да. Он сделал свой выбор. Отчаянный, как по мне. И он за него ответит. А если нет — я пойду на него открытой войной. Ресурсы уже есть. Как минимум, уже сейчас я могу нагрянуть в тот лагерь, где они отсиживаются. И он это сделает. Томми это понимал. Но не сразу. Сначала Айзек выждет. Убедится, что у Джоэла не осталось козырей. А потом убьёт. Брат сам знал про это. — Джоэл тебе всё это отдаёт не потому, что обещал, — сказал Томми. — В эпоху Падения никто не делает широких жестов. Он это делает потому, что не хочет новых смертей. Не хочет войны. По крайней мере, с тобой. — Ну-ну, — усмехнулся Айзек. — Не хочет он войны. Все прекрасно знают, что он сотворил с Зейманом и сколько дней его земля полыхала. Сколько голов он пустил в расход. Пацифист хренов. Он не знал. Айзек не знал, почему Джоэл убивал. Почему жёг. Почему сносил лагеря с лица земли. Всё это было из-за Селены. — Не так давно я был за пределами Сиэтла. ФЕДРА никуда не делась. Движуха идёт, тихо, но чётко. Они подтягивают резервы, расставляют точки, чистят периметры. Не выглядело это как поражение, — Томми сбил самонадеянный пушок с носа Айзека. — Шут не в бегах. Просто не спешит, — продолжил Томми. — Такой не теряется. Он считает. Смотрит, кто где. Прикидывает. И когда вернётся — вас не предупредит. Ни речь не толкнет, ни слоган свой не зачитает. У ФЕДРА он вообще есть? Просто зайдёт и сделает, как умеет. Без понтов. По-военному. — Мы разберёмся, — коротко отозвался Диксон. Шут недооценил Джоэла. Айзек грешил тем же по отношению к ним двоим. Хотя, как казалось Томми, он был умнее. Осторожнее. Хитрее. Не такой самоуверенный, как Шут... Но всё же — точно так же верил, что всех просчитал. — Хочешь загадку? — спросил Томми. — Блять, Томми. У меня не то чтобы время есть… Но если по-быстрому и она меня развеселит, то валяй. — Три больших человека сидят в комнате. Король, священник и богач. Между ними стоит обычный наёмник, и каждый из них велит наёмнику убить двух других. Кто выживет, а кто умрет? — Зависит от наёмника. — Разве? У него нет ни короны, ни золота, ни благословения богов. — У него есть меч. Он решает кто сдохнет, а кто будет жить. — Именно. Но если правит человек с мечом, почему мы делаем вид, что вся власть у королей? — Томми бросил многозначительный взгляд на пафосную эмблему волка за спиной Айзека. — Власть находится там, куда её помешает вера человека. Это трюк. Тень на стене. И даже… безоружный человек может отбрасывать очень большую тень. И его имя повисло в воздухе. Айзек оскалился и подался вперёд. — Борт на Айдахо вылетает через два часа. Успеешь пожрать и сходить в сортир — я позволю. Следующие вертолёты только через неделю. Мои люди заберут остатки того, что Джоэл сдаст в этом штате. Летишь сейчас? — Да.

***

— Прибытие на площадку через пятнадцать минут, — бросил пилот, оборачиваясь через плечо. В кабине сидели шестеро. Трое из Волков. Томми, Брукс — и ещё какой-то хмырь без опознавательных знаков. Оружия у Томми и Брукса, разумеется, не было. Отобрали сразу. Как и весь нажитый скобарь Брукса. Жалко было глядеть, как тот прощается с арсеналом. Задница у Томми давно отсиделась от этого пятичасового полёта. Всё это время он пытался хотя бы прикрыть глаза, отдохнуть, ни о чём не думать. Без толку. Как только закрывал веки, в голове всплывало одно слово: “жена”. Нет. Нет-нет. Не может быть. Джоэл никогда не был женат. Даже на матери Сары. Если он и правда… Если на Селене… Если предположить, что у них действительно всё было серьёзно… А ведь так и было, если он пошёл за ней через всю страну и согласился на такое унизительное соглашение с ВОФ. Пиздец. — «Сейнт Рейджес», приём, — голос пилота вывел Томми из ада собственных мыслей. — Это пилот, лейтенант Хоул. Борт номер семьсот тринадцать. Подхожу к зоне посадки. Запрашиваю подтверждение коридора и подготовку машин. Повторяю — приём. Лейтенант… мать его… Хоул? Томми уставился в затылок пилота. Вот он. Тот, чьё имя было в журнале. Тот, кто вёз Селену. Кто стоял в документах как “ответственный за этап 2”. Так вот как. Волки приютили тех, кто вовремя соскочил с ФЕДРА. А может, и не соскочил вовсе. Просто перекрасился. — Борт семьсот тринадцать, приём. Это «Сейнт Рейджес». Машины в пути. Подтверждаем. — Принято, — отозвался Хоул. Томми перевёл взгляд на Брукса. Тот уже смотрел на него и едва заметно кивнул. Он понял. — Лейтенант Хоул, — Томми перекрикивал гул лопастей. — Что? — пилот отвёл в сторону наушник. — Вы в Сейнт Рейджес задержитесь? Надо было выудить из него побольше. Спокойно, без давления. — Нет. Указание — доставить вас и сразу дальше по маршруту. — Куда? — Не имею право разглашать. Томми и Брукс обменялись коротким взглядом. В следующую секунду Томми резко перехватил ближайшего Волка за ворот, ударил лицом в металл и выбил у него винтовку. Брукс в тот же миг вломил локтем второму по гортани, одновременно выдирая у него пистолет. Противник дернулся, и пара пуль ушли в пол, прожигая дно вертолета. — Мать вашу! — закричал пилот. Вертолет дал крен. Томми выстрелил — раз, два, три, — по пуле в каждого из Волков. Четвёртого уложил Брукс. Те, кто успел отстегнуться, свалились на пол. Остальные так и сидели, мёртвые, пристёгнутые к креслам. Пилот едва удерживал курс. — Сынок, держи ровненько, — сказал Томми спокойно, перезаряжая пистолет. Он пошарил в карманах Волков. По лицу Хоула видно, что огрызнуться хочется, но пистолет у виска — куда убедительнее. — Ты уже подал сигнал, что мы тут побуянили? — Конечно, блядь, мужик. Ты меня за лоха держишь? — Я тебя держу за того мудака, что месяц назад вёз мою дочь. Ты мне сейчас всё расскажешь. Побеседуем оставшиеся... сколько там? Десять минут? И дальше полетишь милым галчонком. Только не вздумай играть в пилота-камикадзе. Хоул молчал. Только мёртвой хваткой держал штурвал, челюсти сцеплены. Брукс навёл на него пистолет. Томми вытащил из кармана измятый листок. — "Специальная транспортировка гражданской. Вертолётная площадка в Гордакс. Сопровождающие: сержант Уэллс, капрал Хирш, рядовые Альварес, Ричардсон, Васкес. Пункт временного размещения, сектор 'Рейндж-17'. Пилот — лейтенант Хоул." — Томми опустил лист. — Ты слушаешь, блядь? — Да, — глухо выдавил пилот. Брукс усмехнулся, прищурился: — Ну так давай, бро. Рожай резче. — Вы же пристрелите меня, как только я расскажу? Да? — Нет. Пилот у нас один. — Суки… Значит, когда мы приземлимся. — Ну тут надо подумать… И в этот момент Хоул дал резкий крен. Вертолет качнуло, воздух запищал от напряжения. Томми вцепился пилоту в плечо, другой рукой удерживая оружие. — Держи ровно, блядь! Ровно! Никто тебя не убьёт! — Пошли наааахууууй! — взвыл Хоул, но вертолет стабилизировал. — Брукс, — Томми не оборачиваясь. — Если он ещё раз дернется — стреляй в колено. Левое. — С удовольствием, бро. Я к левым слаб — они нежнее. Томми бы сейчас заржал, если бы не рисковал рухнуть с этой высоты в обломках вертолёта с кишками наружу. — Молодая девушка. Блондинка… — начал он, не сводя глаз с пилота, затем на секунду глянул вниз, за иллюминатор. Высота нехилая. — Да помню я! Да! Был такой рейс! — нервно выплюнул Хоул. — Ещё возили её? Где, откуда, куда? — Я — нет. Про других не скажу. Не в мою смену. Томми прижал дуло к щеке Хоула, резко, с нажимом. — Но, скорее всего, рейсом с ней было всего один. По виду зачуханная была, блядь. Из ебеней каких-то. Забрали — и вперёд. И тут Томми поймал взгляд Хоула. Что-то мигнуло в нём нехорошее. Слишком поздно понял. Тот дал резкий крен влево, вертолёт повело — Томми покатился на бок. — Сука! — заорал он, теряя контроль. Хоул рванулся вперёд, пытаясь выдрать у него оружие — пальцы сомкнулись на рукоятке, но Брукс среагировал раньше. Выстрел — слишком близко. Пуля оцарапала пилота по плечу, рикошет ушёл в пол. Вертолёт завыл и повел вправо. — Держись, блядь! — орал Брукс, вцепляясь в ремни. — Ложись, он сажает! — перекрикнул рев лопастей Томми, вжимаясь в спинку кресла. Пистолет всё ещё был у него в руке, сжатой до побелевших костяшек. Хоул пытался удержать машину. Вертолёт накренился, металл завыл, воздух заполнился визгом перегруженных механизмов и запахом горелой проводки. Волки, уже мёртвые, болтались в ремне, другие катались по полу. Брукс стиснул зубы. Томми держался изо всех сил, чтобы не вывернуло от перегрузки. Вертолёт тряхнуло в последний раз — и он врезался в землю с глухим ударом. Шасси сложилось, днище пропахало землю, и корпус завалился на бок. Секунды прошли в полной тишине. Потом Брукс заорал: — Живой?! — Да, — выдохнул Томми, потирая ушибленную грудную клетку. — Дверь… — Брукс рванул ремень, подтянулся к выходу, который теперь оказался сверху. Ударил створку — та поддалась с резким щелчком. Повалил горячий воздух и запах керосина. Пилот хрипел, но уже не вставал. Его плечо залито кровью, лицо в стекле. Ещё дышал. — Вылазь, Томми! — Брукс уже наверху, вытаскивает тело одного из убитых, чтобы расчистить проход. — Сейчас! — Томми дёрнулся — и понял, что нога застряла. — Сука, нет… — сквозь зубы. Он рванулся ещё раз. Безрезультатно. Его нога оказалась зажата между покорёженной рамой кресла и погнутой алюминиевой балкой обшивки, выдвинутой при ударе — металл сжал лодыжку, как капкан. — Давай, Томми, держись! — Брукс протянул руку вниз. — А-а-а! — Томми заорал от боли. — Не выходит. Всё. Застрял. Снаружи раздался стон. Потом второй. Потом характерный утробный рев. — Идут… — выдохнул Брукс. — Беги! — Томми резко протянул ему листок. — Передай это Джоэлу. Он поймёт. Быстро, Брукс! — Томми… Как же я оставлю тебя? — Легко! Иди! Это важнее меня! Тот замер. Взял лист дрожащими пальцами, кивнул. Залез выше и захлопнул люк за собой, прежде, чем спрыгнуть. Томми лёг боком, выровняв пистолет. Через разбитое окно уже видно, как к вертолёту бегут заражённые. — Начнём… — пробормотал, выстрелив первой твари в голову. “Я всегда опаздываю” — подумал он, всаживая очередную пулю в глаз заражённому.