Everlasting Devotion

       Эи была слишком сильно привязана к прошлому, чтобы отбросить его в угоду настоящему. За образом всемогущего сёгуна, правителя Инадзумы, скрывался большой ребёнок, которому не хватало тепла и заботы. Мико чувствовала и понимала свою подругу лучше, чем кто-либо, а поэтому, как в старые добрые времена, приняла свою маленькую лисью форму фамильяра.        Так они и провели ночь: Эи в своей любимой медитативной позе, а Мико — свернувшись калачиком между её ног. Прохладная рука ласково почёсывала за розовым ушком, время от времени напоминая кицунэ о том, что её сон под надёжной охраной. Мико не чувствовала себя так хорошо и спокойно уже очень-очень давно.        Эи никогда не отличалась особенной внимательностью, и, конечно же, не могла понять, что гибель Сайгу задела не только её, но и воспитанницу белошёрстой кицунэ. Но Мико смирилась с утратой — она даже подавила грусть, чтобы не расстраивать Эи ещё больше и помочь той справиться с последствиями катаклизма.        Но, очевидно, этого было недостаточно.        Это была первая ночь, когда Мико наконец проспала до самого утра, не видя в своих снах ужасных картин прошлого. И, возможно, именно поэтому ей так сильно не понравилось, когда под утро Эи переложила её маленькое тельце на кровать, лишив кицунэ её насиженного тёплого места.        — Эи… — протянула Мико, приоткрывая свои глазёнки-бусинки.        — Солнце уже встало, — улыбнулась Архонт.        — Ну и пусть себе встаёт на здоровье. А я хочу ещё поспать.        — Не будь такой ленивой. У нас впереди исследование Ли Юэ. Мы обошли вчера совсем ничего.        Мико перевернулась на бок, осознавая, что заснуть уже не получится. И за что только судьба наградила её таким непоседливым Богом?        — Магазины ещё закрыты, — пробормотала она, попытавшись покемарить ещё несколько минут.        — Но ведь мы всё равно можем сходить и посмотреть гавань! Я разузнала от Путешественницы, что Моракс как раз живёт неподалёку.       — Думаю, он не особо обрадуется, если ты к нему заявишься вместе с лучами утреннего солнца.        — Мико, ну давай же! Ведь ты даже не нуждаешься во сне. Хватит валяться. Если Моракс всё ещё такой же, каким я его помню, то он встаёт рано.        Хвост Мико нервно стучал по кровати, пока она придумывала, как же получше наказать своего Бога за такое возмутительное нарушение её законного права на сон. Ведь это Эи хотела заняться исследованием технологий. Мико же совершенно на это не подписывалась.        Наконец план отмщения полностью созрел в лисьей головке. Мико встала на крохотные лапки, а затем превратилась обратно в человека. Эи, наблюдавшая трансформацию, тотчас зарделась, обнаружив свою подругу полностью обнажённой в довольно смущающей позе на кровати.        — М-мико! — воскликнула она с упрёком.        — Что такое? — кицунэ нарочно не спешила одеваться, чувствуя себя без одежды совершенно естественно.        — Ты бы хоть предупредила!        — Ох, Эи, сколько тебе лет, что ты всё ещё смущаешься обнажённого женского тела?        Месть удалась сполна. Ничто не забавляло Мико больше, чем её стеснённая подруга. Только подумать — Архонт Инадзумы даже после двух тысячелетий смущалась чего-то столь обыденного.        — Это просто нормы приличия, Мико! — Эи обхватила лоб рукой.        — Да ладно тебе. Ты ведь меня видела голой не один раз, — ухмыльнулась лиса. — Ты даже присутствовала во время ритуала, когда я впервые приняла свою человеческую форму. Видела меня даже ещё совсем маленькой девочкой…        — М-мико! — только и смогла промычать Эи, раззадоривая кицунэ только дальше. — Одевайся. Я снаружи подожду.        С этими словами сёгун, стараясь не смотреть на красивое обнажённое тело, вылетела из комнаты, при этом необычно тихо притворив дверь. Мико расхохоталась, подумав, что теперь никто не будет прерывать несколько сладких часов посапывания в подушку, однако сна уже не было ни в одном глазу.        Гавань Ли Юэ взаправду была зрелищем необыкновенным: по размаху она значительно превосходила размеры всех портов Инадзумы вместе взятых. Огромные корабли, полные лучшим добром, красовались своими яркими парусами, а торговцы и грузчики сновали туда-сюда, нагружая и разгружая их. Некоторые продавали содержимое почти сразу, едва ступив с палубы на землю.        Мико, конечно, сложно удивить, но настолько живой работы она не видела ни разу за всю свою жизнь. Девушка с любопытством глядела на привезённые из-за морей безделушки, чувствуя, как в ней медленно просыпается потребность что-то купить. Хорошо, что её хвост был надёжно спрятан внутри иллюзии, а иначе он бы точно вилял во все стороны, создавая поток воздуха, который бы смёл товары с прилавков.        — Сегодня в тебе больше энтузиазма, — утвердительно произнесла Эи, мило улыбаясь.        — Не понимаю о чём ты. — Мико отвернулась от стенда с ювелирными украшениями, сделав вид, что рассматривает корабль.        — Что-то присмотрела?        Эи подошла к жрице и с любопытством осмотрела товар.        — Никак гости из Инадзумы? — поинтересовался торговец, с наслаждением попыхивающий трубкой. — Как же рад я был, когда услышал, что Сёгун Райдэн открыла границы. Наконец-то можно поглазеть на милые девичьи личики. Ох, в Инадзуме самые красивые девчата…        Мико усмехнулась, наблюдая, как на лице Эи проскакивает недоумение.        — Везде есть свои красавицы, — парировала сёгун твёрдым голосом, который не терпел возражений. Однако торговец предпочёл развить диалог дальше:        — Дык ты только посмотри на свою подругу! — без тени смущения мужчина ткнул пальцем в сторону Мико. — Разве ж есть кто прекрасней? Эта фигурка — каждый б день смотрел и щупал! — огонь. А эти глазки, а… уши.        Он на мгновение умолк, пытаясь осмыслить своё внезапное озарение. Эи же нахмурилась, и Мико буквально кожей ощутила, как наэлектризовался воздух вокруг них. Она быстро схватила подругу за руку, но было поздно.        — Да как ты смеешь так говорить о верховной жрице Храма Наруками?        — Эи, он ведь не знал.        — В-вы… т-т-та самая Я-я-яэ Мико?! — закричал торговец. — Т-то есть девушка рядом с вами это…        Мико могла поклясться, что его загорелая кожа побледнела тона на три. Трубка выпала из его дрожащих рук, и он рухнул на колени, уткнувшись лбом в каменную кладку мостовой.        — Прошу меня простить, о Всемогущий Сёгун! Я не знал, что это вы и сама леди Яэ!        — Значит, ты считаешь такое поведение позволительным по отношению к другим девушкам?        Глаза Эи только ярче засветились электро, и Мико поняла, что пора покинуть это место, пока сюда не пожаловали солдаты миллелиты. Любопытные прохожие уже сплошь и рядом оглядывались на них, а торговцы начали перешёптываться.        Пока Эи вдруг не взбрело в голову применить свой Мусо но Хитотачи, Мико быстро подхватила её под руку и поволокла в переулок. Там ей пришлось отдышаться, потому что в отличие от своей подруги Мико не привыкла так быстро бегать.        — Мы же договорились не привлекать внимания! — возмутилась кицунэ, глядя на Эи, щёки которой покраснели скорее от негодования, чем от пробежки.        — Я не могу закрыть глаза на подобное нахальство! Ты хоть слышала, что он говорил?        — Может, я не такой атлет как ты, но со слухом у меня всё в порядке. И поверь, я бы поставила его на место, если бы ты не вмешалась и не была на грани разнести всю его лавочку. Ох, Эи, мы только приехали, а ты уже нарываешься на международный конфликт.        — Я не собиралась ничего разносить, — хмыкнула Эи. — Я просто хотела, чтобы он перед тобой извинился. Позволить себе подобное…        Глаза Архонта вновь загорелись праведным гневом, поэтому Мико пришлось прибегнуть к верному способу контроля. Пропетляв по улицам города, девушки вышли на площадь, где разносились заманчивые запахи знаменитой кухни Ли Юэ. Заказав Эи желе из закатника и ягод, а себе миндальный тофу, кицунэ элегантно опустилась на стул.        После нескольких ложечек желе ярость в глазах бога электро немного поутихла, однако Эи ещё долго не могла выбросить лицо нахального торговца из головы. Должно быть, после пятисот лет в Эвтюмии, сёгун полностью позабыла, насколько непочтительными бывают смертные.        — Пойдëм к Мораксу? — спросила Эи, заказав себе вторую порцию. Мико покачала головой — если бы Эи не была богом, то её пищевые привычки уже точно привели бы к лишнему весу.        — Как-то с пустыми руками некрасиво.        — Тогда давай я быстро схожу в Инадзуму, и попрошу Кудзё Сару принести что-то из местных блюд? — предложила сёгун, уже приготовившись открыть портал.        Идея действительно была неплоха, однако знакомое имя заставило ушки Мико дёрнуться от неудовлетворения.        — А что, кроме Кудзё Сары в Тенсюкаку никого больше нет?        — В смысле? Конечно есть, — в непонимании Эи склонила голову. — Что за глупый вопрос?        — Вот и попроси кого-нибудь другого, — сказала Мико тоном, не терпящим возражений. — Нечего её нагружать.        Пришёл черёд Эи хмуриться. Она опустила ладонь и скрестила руки на груди.        — Непохоже на тебя, так беспокоиться о ком-то. Мне казалось, тебе не очень нравится мой генерал.        Мико закатила глаза.        — И именно потому, что она мне не нравится, ты решила упомянуть её в разговоре?        — Мико, я не понимаю, почему ты злишься. — Эи, ощутив раздражение кицунэ, решила сдать на попятную.        — Так я и не злюсь. Давай, Эи. Раньше откроешь портал, быстрее вернёшься, — жрица встала с места, оглашая конец диалога. — Что-то мне захотелось ещё тофу.        Только когда Эи окончательно скрылась в портале, Мико наконец выдохнула. Положив голову на руки, кицунэ посмотрела на площадь. Сколько лет она не знала жизни, которой наслаждались все эти люди вокруг? Кроме храма, её жриц-воспитанниц и редких визитов куклы Райдэн на торжества, что вообще было в её долгой по смертным меркам жизни?        Сомнения. Они были неотъемлемой частью её существования, как только Эи уединилась в своей погоне за Вечностью. Мико не знала, что именно случилось в Каэнри'ах, да и разве же она могла об этом узнать? Эи почти никогда не рассказывала ей о своих тревогах, кицунэ приходилось самостоятельно читать между строк, выискивая в них вкрапления эмоций замкнутой девушки.        Поэтому Мико сомневалась. Она много раз подумывала сбежать от всего — бросить Инадзуму, Эи, их прошлое и возможное, но не обязательное будущее. И пока она никак не могла определиться со своими чувствами, Кудзё Сара, наоборот, предавалась слепой верности сёгуну — герою, которого Такаюки усадил в её глазах на трон всего мира. Сара никогда не сомневалась в своих чувствах к Райдэн, следуя даже указу об охоте на Глаза Бога, который полностью противоречил её естеству. Эта тэнгу, чьи чёрные перья всегда мозолили кицунэ глаза, никогда не сомневалась.        Было ли это полным отсутствием воли или же Сара действительно была глубоко предана сёгуну? Мико так и не удалось это понять. Однако она точно для себя уяснила, что видеть генерала армии рядом с Эи ей не нравится.        Жрица прикусила губу. Она всегда была единственным фамильяром и подругой Вечности, и она просто боялась, что ей найдётся замена. Мико всегда говорила, что Эи нужно измениться под стать новому миру, но в то же время её безмерно пугало, что у этой новой Эи не останется места для Яэ Мико — напоминания об их прошлом до катаклизма.        Ощутив прикосновение к своему плечу, Мико подскочила на стуле, резко оглянувшись. Сёгун с беспокойством крепче сжала острое плечо.        — Всё в порядке?        — Конечно, просто тебя слишком долго не было, — Мико тотчас натянула на губы насмешливую улыбку. Образ опечаленной брошенной девушки был совсем не к лицу верховной жрице Наруками. — Кудзё Сара так расслабилась в твоё отсутствие, что у неё снизилась скорость?        — Я попросила Исиду. — Эи показала Мико коробку из красного дерева, красиво перевязанную расшитым платком.        — Вот как. Ну что ж, тогда пойдём.        — Мико, с тобой точно всё в порядке? — переспросила её Бог, схватив кицунэ за запястье. В глазах, в которых обычно сверкали молнии, сейчас колыхалось море беспокойства.        — Всё в порядке, Эи. Этот тофу меня расстроил. В Инадзуме готовят значительно лучше.        Она лгала без капли стыда. Мико освоила в совершенстве множество вещей за полтысячелетия, и во главе этого списка по праву должнo стоять умение лгать.        Не сказать, что двери ритуального бюро были открыты для посетителей, поэтому Мико учтиво постучалась, тем временем оглядываясь по сторонам. Краска по бокам вывески слегка потрескалась, а на первом иероглифе красовалось какое-то пятно. Либо у Моракса не было времени, либо средств. Зная, что Эи часто сама забывает о необходимости иметь мору, Мико предполагала, что скорее второе, чем первое.        Неожиданно дверь перед ней распахнулась, и на пороге появилась девушка в мрачном наряде, но при этом с горящими глазами.        — Кто-то умер?!        — Никто не умер, — Эи прервала Мико до того, как она успела пошутить. — Мы пришли к Мораксу.        — А вы кто? — девушка окинула гостей взглядом, полным подозрительности. Не многие знали о том, что проживающий здесь Чжун Ли на самом деле являлся бывшим Геоархонтом.        — Неужели это малышка Эи? — в коридоре показался Венти, вероятно раскрасневшийся от нескольких бокалов вина. — Как я рад тебя видеть. Ты так выросла за это время…        — Мы виделись всего пятьсот лет назад, Барбатос.        — Ну будет тебе. А рядом с тобой кто? — Венти во все глаза уставился на Мико, заметив её только сейчас.        — Верховная жрица Храма Наруками, я полагаю. — Наконец в коридоре показался и сам Моракс. И теперь там стало тесно.        — Может, сначала пройдём вглубь комнаты? — предложила Ху Тао, почёсывая затылок.        Не прошло и пяти минут, как все оказались за столом. Эи вручила Чжун Ли сувенир из Инадзумы. Коробку с лучшими деликатесами островов водрузили в самый центр и без того состоявшегося пира.        — Поверить не могу, это и есть та самая лисичка, о которой ты так увлечённо рассказывала? — Венти щедро налил Эи и Мико вина, в то время как сёгуна больше интересовал свежевыжатый сок из закатника.        — Во-первых, не лисичка, а кицунэ, — поправила барда Эи. Она потянулась в центр стола, аккуратно подцепив палочками несколько аппетитных кусочков тофу. Уложив их в небольшую миску, она поставила её перед своей кицунэ. — И, во-вторых, я рассказывала о ней совершенно обычным голосом.        Иногда во время обеда Эи предавалась воспоминаниям о детстве Мико, когда она была ещё слишком маленькой, чтобы превратиться в человека. В те старые добрые времена кагемуша сама накладывала кицунэ её любимый жареный тофу, вызывая тем самым бурю восторга в глазах-бусинках.        Мико удовлетворённо приступила к еде под заинтересованные взгляды. Даже Ху Тао, до этого уныло глядящая в окно, обратила на девушек своё внимание. Эи никогда не понимала, что некоторые её действия, кажущиеся ей такими обычными и непримечательными, вызывали у других людей (и даже богов) недоумённые лица. Мико же напротив давно была в курсе слухов, блуждающих по улицам Инадзумы, о необычно тесной связи между ею и Всемогущим Сёгуном. И было бы непозволительной ошибкой предположить, что эти слухи ей не льстили.        Желая подлить масла в огонь и распалить ситуацию ещё больше, Мико достала один из своих хвостов из иллюзии и обвила им талию Эи, кончик уложив на её острые коленки. Это был их обычный обеденный ритуал до катастрофы, поэтому сёгун даже и бровью не повела. Однако глаза окружающих, казалось, раскрылись ещё шире.        — Не знал, что вы настолько близки, — необычно тихим голосом проговорил Венти, отпивая ещё глоток вина, которое он изначально принёс Мораксу на пробу. Его глаза остановились на розовом пушистом хвостике, который так доверительно поглаживал Эи по бедру. — А ты, Моракс, уже знаком с Мико?        — Да, нам доводилось встречаться с леди Яэ, — проговорил Чжун Ли, подпирая рукой подбородок. — Помнится это было во время одного из вечеров в Ли Юэ, до начала действия указа сакоку. Леди Яэ прибыла по приглашению Гань Юй.        — Восхитительная память, Моракс. Даже после принятия смертной формы она ничуть не ухудшилась! — рассмеялся Барбатос, которому на сегодня было явно достаточно.        — Мы тогда пили вино из османтуса, выдержанного при особых температурных условиях. Благодаря этому оно приобрело столь нетипичные сладко-персиковые нотки, которые…        — Ну вот, приехали. — Ху Тао демонстративно закатила глаза.        — Что для одного камень, для другого — драгоценность, Ху Тао. Ты не понимаешь, насколько великолепным был вкус. — Моракс непоколебимо продолжал.        — Ты рассказываешь эту историю уже десятый раз.        Мико улыбнулась, наблюдая за взаимодействием Чжун Ли и его начальницы. Несмотря на то, что Моракс принял смертный облик, он остался таким же, каким кицунэ его знала. Пользуясь случаем, Эи расспросила его о последних новшествах в Ли Юэ. Геоархонт в точности изложил все последние достижения науки. Больше всего сёгуна поразил рассказ о нефритовом дворце — звезды амбиций Нин Гуан. Парящий благодаря особому минералу, величественный и купающийся в лучах солнца Ли Юэ, он стал вызовом, брошенным адептам и богам, достоянием человеческого труда и знаком могущества.        Эи не могла вообразить, как адепты позволили закрыть глаза на нечто подобное. Моракс пересказал историю о героическом сражении с Осиалом, в котором смертные проявили себя не хуже адептов, после которого Хранитель Облаков и другие приняли желание людей самостоятельно управлять землёй.        — В таком устройстве есть множество плюсов, — подвёл к концу свой рассказ Моракс. — Смертные получили свой шанс, но в этот раз в гармонии с адептами. Я с нетерпением жду, каких высот добьётся человечество.        Мико ощутила, как тело Эи напряглось. В глазах цвета электро отразилась боль, через которую они все прошли в Каэнри'ах, где человеческие амбиции привели к невиданной по масштабам катастрофе. Пройдя через ад, сёгун не смогла найти в себе силы, вновь довериться смертным.        Архонты за столом как будто почувствовали настроение Эи. Даже легкомысленная улыбка Венти померкла от воспоминаний о том дне. Мико коснулась кончиком своего хвоста сжатых в кулаки ладоней своего Бога. Немного помедлив, Эи расслабила мышцы рук и позволила своим пальцам утонуть в мягком шелковистом мехе фамильяра.        — Надеюсь, ты не пожалеешь о своём решении, Моракс, — произнесла Эи, оставляя не высказанным слишком многое.        — Тут недавно появилась одна карточная игра, — неуверенно начала Ху Тао, чувствуя знакомую похоронную атмосферу. — Может, перекинемся?        Genius Invokation TCG — ещё один из вестников прогресса разрушил стены мрачных настроений, и Архонты на несколько часов погрузились в напряжённые стратегические битвы. Мико отказалась играть, так как для игры нужно было чётное количество людей. Но подлинные мотивы её действий стали понятны немного позже, когда через несколько увлечённых партий Анемо- и Геоархонт начали прослеживать определённую закономерность между вмешательствами Мико и победами Эи.        Образ Райдэн Сёгун, так живописно описанный в новелле-хите «Пожалуйста, кицунэ Гудзи», был основан на реальных событиях, и именно поэтому Мико вызвалась в помощники. Эи с трудом переносила неудачи, поэтому жрице всегда приходилось присматривать за своим большим ребёнком.        — Это совершенно нечестно! — Венти в разочаровании скинул карты с руки. — Это всё из-за того, что Мико тебе помогает.        — Спокойно, Барбатос. — Непоколебимый Моракс в один ход разнёс построение Ху Тао, которая повалилась лицом об стол.        — Не понимаю, о чём ты, — протянула Мико, чуть ли не мурлыча, пока Эи нежно поглаживала её хвостик, радуясь очередной победе. — Всемогущий Сёгун не оставила тебе ни шанса.        — А как же.        Венти закатил глаза и опять потянулся к бутылке. Он всячески старался не обращать внимание на то, как близко друг к другу сидели девушки и как интимно Эи поглаживала хвост кицунэ. Возможно, ему бы стоило научить Двалина принимать человеческий облик.        Кицунэ потянулась, выглянув в окно. Теперь, когда она разнесла Архонтов и Ху Тао в пух и прах, можно было бы и отчаливать. Хоть Эи умела перемещаться в пространстве с невиданной скоростью и в миг могла бы доставить их в уютную комнату в отеле, Мико хотела насладиться вечерней атмосферой Ли Юэ.        Попрощавшись со старыми друзьями, девушки покинули ритуальное бюро и оказались на свежем воздухе. Мико, напоследок пригубившая вина, почувствовала, как её голова немного пошла кругом. Эи со своей мгновенной реакцией бывалого воина подхватила подругу, галантно подав ей свою руку.        — Давно не видела тебя в таком состоянии.        — Я, конечно, предпочитаю сакэ жаренный тофу, но иногда не против алкогольных приключений. А то в храме Великой Наруками как-то атмосфера не слишком располагает, чтобы выпить больше нужного, — ухмыльнулась Мико. — В конце концов это ты сюда приехала, чтобы учиться. Для меня же эта поездка — давно заслуженный отдых.        — Мико, — Эи улыбнулась, чувствуя, как руки подруги обвивают её собственную для сохранения равновесия, — никогда бы не подумала, что ты любитель, как Барбатос.        Если бы хвост Мико не был убран в иллюзию под конец вечера, то сейчас её розовая шёрстка бы топорщилась в недовольстве.        — Я не как Барбатос. По-моему, в отличие от него, я веду себя гораздо очаровательнее.        — Да, твою очаровательность не отнимет даже алкоголь.        Щёки Мико вспыхнули от неожиданного комплимента, который Эи произнесла с присущей ей легкомысленностью.        — Ты чего? — брови Архонта взметнулись вверх из-за неожиданно повисшей паузы.        — Ничего.        — Всё же ты не так часто пьёшь, — кивнула сёгун, придя к совершенно неправильному заключению. — Может, я лучше тебя понесу?        — Нет, Эи, подожди! — произнесла Мико на несколько тонов выше, чем изначально собиралась. Она так старательно работала над своим образом властной и хитрой кицунэ последние столетия, а Эи всегда умудрялась затронуть те струны души, принадлежащие ещё совсем юной храмовой жрице, воспитаннице Сайгу.        Когда Мико только приняла свою человеческую форму в присутствии электроблизняшек, она немного побаивалась Архонтов, из-за чего, как и полагалось храмовой жрице, относилась к богам с почтением и робостью. И к Эи особенно, потому что та, в отличие от Макото всегда вызывала в ней странное чувство. Стоило кагемуше коснуться её мохнатых ушек или просто произнести слова похвалы, юное сердечко Мико начинало трепетать, приводя девочку в смесь восторга и крайнего смущения.        Маленькая кицунэ долго не могла разобраться в этом странном чувстве и даже начала избегать Эи, приведя Электроархонтов и Сайгу в полное замешательство. Однако вскоре верховная жрица сообразила, что к чему, и дала Мико объяснение и своё напутствие.        После этого она перестала игнорировать Эи и потихоньку начала сближаться с таинственным и замкнутым Богом, отвага и храбрость которой заставляли кицунэ в трепете прижимать ушки к голове. Только после того, как они сблизились, Мико заметила, что её образ Эи был не до конца совершенным: кагемуша запиралась в себе не потому, что хранила какую-то загадку, а потому, что была уверена, что её навыки общения слишком отстают от навыков Макото; а необыкновенная любовь к сладкому делала её ещё более похожей на обычную девушку.        Именно после того, как Мико заметила, что её Бог только рада опустить титулы и стать друзьями, она начала понемногу менять своё отношение. Уважение и почитание на одинаково искажённых лицах страшили Эи, а дружелюбная, любопытная кицунэ, обожающая жаренный тофу, по-настоящему стала для неё светом в окошке.        Мико думала, что после ухода Эи она навсегда отбросила образ влюблённой юной жрицы, но, чувствуя прикосновение сильных рук, прижимающих к себе её тело, она невольно краснела прямо как раньше. Благо, Эи была слишком непонятливой, чтобы это заметить. Кицунэ обхватила руками тонкую бледную шею и прижалась к ней носом, вдыхая родной запах, которого ей так не хватало.        — Я тяжёлая, — пробормотала Мико в смущении прижимая ушки. — Я могу идти сама.        — Нет, ты лёгкая, как пёрышко, — улыбнулась Всемогущий Сёгун.        — Иногда я забываю, что ты буквально бог.        В руках Эи было невероятно уютно. Даже множество взглядов прохожих, удивлённых тому, как одна девушка несёт на руках другую, не могли разрушить приятное ощущение близости.        — Спасибо, что сегодня помогла мне выиграть, — неожиданно тихо произнесла Эи.        — Ох, Эи, неужели ты заметила мой вклад?        — Не говори так, будто я ничего вокруг себя не замечаю.        — Ну, практически ничего. — И это было абсолютной правдой. — Ну не дуйся, ты становишься такой милой, что я не смогу устоять.        Вино развязывало язык больше нужного.        — Милой? — сёгун приподняла бровь в недоверии.        — Конечно, Эи. Как только ты выходишь из образа Всемогущего Сёгуна, ты сразу становишься такой милашкой.        — Совершенно не понимаю, о чём ты. Ты определённо выпила больше, чем нужно. Твои слова не имеют никакого смысла.        — Может быть, — промурчала кицунэ, ещё сильнее прижимаясь к мягкой груди Эи.        В такие минуты она могла продолжить свои размышления о её размере. Мысли, подгоняемые алкоголем, ненароком сворачивали с праведной тропинки. Эи всегда слишком хваталась за нормы приличия, поэтому Мико ещё ни разу не наблюдала сёгуна в неглиже, и это только распаляло интерес. Кицунэ всегда считала себя обладателем внушительного размера, однако её чутьё подсказывало, что у Эи могут быть ещё больше. Сколь бы велико не было желание прикоснуться к этой манящей мягкости, Мико ещё была не готова испытать на себе силу Мусо но Хитотачи, поэтому ей приходилось наслаждаться только теорией.        — Давай завтра по дороге в Мондштат посмотрим на баллисту, о которой рассказывал Моракс? — предложила Эи. — Мне кажется, что было бы неплохо поставить такие сооружения в портах Инадзумы на случай морского вторжения.        Ответа не последовало, и она перевела взгляд на милое личико уже посапывающей кицунэ. Улыбнувшись про себя, сёгун ненароком прижала ближе к себе хрупкое тело подруги.        — Спи спокойно, — мягкие губы Эи коснулись прохладного лба.