Everlasting Devotion

       Мико была благодарна, что Эи быстро учится. На следующий день сёгун воздержалась от того, чтобы тревожить сон своего фамильяра с первыми лучами солнца, позволив кицунэ насладиться спокойствием хотя бы в вечном царстве иллюзий.        На повестке дня был путь в Мондштат и осмотр баллисты, о которой так живописно рассказывал Моракс. Собрав немногочисленные вещи в дорожную сумку Мико, Эи взвалила её себе на плечо. Она уже давно не пускалась в походы, поэтому ждала предстоящее приключение с нетерпением. Чего, однако, нельзя было сказать о кицунэ, которую не очень прельщала идея ночевать под открытым небом.        Эи отказалась открыть портал и доставить их напрямую в Мондштат, так как ей хотелось лично пройти весь путь. Мико, конечно, закатила глаза, но сёгун оставалась непреклонной. До постоялого двора Ваншу идти было примерно чуть больше суток, поэтому кицунэ старательно пыталась обнаружить на карте близлежащие населённые пункты.        Непреклонность была чертой Эи, которая, казалось, лежала в самом основании её личности. Даже после столкновения с Путешественницей в её Царстве Эвтюмии и разговора с Мико, Райдэн Эи тотчас без колебаний бросилась в затяжную битву с Райдэн Сёгуном. Из одной крайности в другую, и так целую вечность.        Мико хоть и рада была бы помочь, однако разве же её кто-то слушал? Страдания, которые приносил такой взгляд на вещи, Эи переносила с мужественной готовностью. Вбив себе в голову образ воина — всего лишь средства для достижения военных целей Инадзумы, она оградила себя от окружающего мира. И даже в те редкие мирные мгновения, когда они в блаженстве сидели под ветвями Священной Сакуры и Эи в очередной раз пыталась убедить Мико, что с деревом было что-то не так, кицунэ отчётливо чувствовала, как их отделяла стена, возведённая сознанием её самой близкой подруги.        — Ты правда собираешься ночевать на улице? — спросила Мико, когда они вышли из города.        Природа Ли Юэ была бесспорно прекрасна, но этого было недостаточно, чтобы заставить Мико, привыкшую к комфорту, от него отказаться.        — Да. Не вижу проблемы, — ответила Эи без задней мысли. — Я специально в первый день купила всё необходимое для того, чтобы разбить палатку. Я ведь знаю, что ты любишь комфорт. Может, я не умею готовить, но в этом деле на меня можно положиться.        Мико закатила глаза:        — Я и не сомневалась в ваших способностях, Ваше Превосходительство.        — Уже с нетерпением жду, когда мы дойдём до баллисты.        На лице Эи вновь появилось выражение, присущее скорее ребёнку, чем взрослому. Кристально чистая наивность её Бога, так редко присущая бессмертным существам, каждый раз наносила критический удар по Мико и заставляла отступать в любом споре. Члены трёх комиссий всегда перешёптывались о том, какой властью над сёгуном обладает верховная жрица Храма Наруками, однако обратное утверждение было бы не менее верным.        Когда до отмеченного на карте места оставалось всего ничего, на дороге показалось несколько мужчин. Они стояли, окружив повозку, запряжённую парой лошадей. Их лица тотчас обратились навстречу девушкам, и губы растянулись в дружелюбных улыбках.        — О, как же нам повезло! — воскликнул один из них. — А мы уж думали, что никто не придёт к нам на помощь.        Мико нахмурилась: Ху Тао предупредила их вчера о том, что рядом с горой Тяньхэн обосновалось множество охотников на сокровища и вымогателей, так что внезапное столкновение с толпой мужчин у черта на куличиках вызывало у неё беспокойство.        — Что у вас случилось? — Эи сделала шаг вперёд, пытаясь тотчас вникнуть в ситуацию.        — Да вот видите, колесо сломалось. Не можем теперь добраться до Ли Юэ, — самый высокий мужчина из группы ткнул пальцем в повозку.        — Что ж, здесь и вправду ничего не поделаешь, — изрекла сёгун тоном эксперта. — Мы собирались посмотреть на баллисту. После этого мы вернёмся на главную дорогу и известим Милелитов о происшествии с вашей повозкой.        — Погодите, погодите, милочка!        Мужчины тотчас замахали руками, не обратив внимание на то, как нрав Эи охладел от фамильярничания.        — Вы нас не так поняли! Мы и сами известим Милелит. Нам только бы немного денег на починку колеса. По дороге сюда на нас напали бандиты и отобрали всё наше добро.        Бровь Эи медленно поползла вверх в недоумении.        — Разве Милелит не починит вам колесо задаром?        — Это же земля контрактов, милочка. Какое тут задаром?        — Довольно этого обращения, — она наконец не выдержала. — Когда я сообщу им о вашей проблеме, я спрошу, смогут ли они починить бесплатно. Если нет, то заплачу им за вас.        Мико фыркнула и скрестила руки на груди. Можно подумать, что это были её собственные мора, которые приятно звенели в дорожной сумке. Тем временем мужчинам совершенно не понравилось это решение, о чём красноречиво говорили их переглядывания. Вдруг в воздухе эхом раздался знакомый звук, который обычно производит лезвие, нарочито медленно изымаемое из ножен.        — Не хотите по-хорошему? Тогда будет по-плохому, — ухмыльнулся главарь, выйдя вперёд и указав мечом в сторону девушек. — Давайте сюда всё ваше добро, и, может быть, мы вас не тронем. Хотя…        Его глаза заскользили по телу Мико, которая в отличие от Эи была одета в довольно облегающую одежду. Хоть её Архонт никогда особенно не обращала внимания на неземную красоту её человеческой формы, Мико всё ещё подсознательно старалась привлечь её интерес — подчеркнуть, что не только её крохотная форма фамильяра обладает шармом, заслуживающим доброго слова и взгляда.        — Давненько к нам не попадали в руки такие красотки. Так и хочется уже развести ваши ножк…        Главарь не успел окончить фразу — его рука, сжимающая рукоять меча, отделилась от тела и упала в траву. Кровь брызнула во все стороны, и мужчина завалился на колени, обхватив плечо рукой. Бандиты замерли, пытаясь сообразить, что только что произошло.        Копьё Эи блестело в лучах солнца, а в её глазах плескалась ярость. Скорость, с которой Электроархонт поражала своих врагов, не подчинялась смертному уразумению.        — Вам повезло, что эта земля не принадлежит мне, а иначе ваши головы бы уже лежали в грязи и пыли.        — Взять её живо! — проорал главарь, однако его подельники не двинулись с места.        В их взглядах застыл животный страх. Мало по малу они начали делать шаги назад, пока не пустились наутёк, сверкая пятками. Только главарь остался стоять на коленях, прикованный к месту чудовищной болью.        — Сука! Как ты могла?! Я, чёрт возьми, тебя на кусочки порежу! — Схватив меч оставшейся рукой, мужчина бросился на Эи.        Ей было достаточно одного решительного удара, чтобы его тело замертво рухнуло обратно на землю. Голова описала в воздухе дугу и с громким звуком грохнулась на пол, забрызгав траву багряной кровью. На лице сёгуна не дрогнул ни один мускул. Она убрала копьё, ощущая на себе взгляд Мико.        Кицунэ подошла к подруге, которая нерушимо стояла на одном месте. В глазах Архонта всё ещё горела ярость. Воздух вокруг неё был до того наэлектризован, что Мико кожей ощущала неистовство её Бога.        — Эи.        Сёгун не шелохнулась. Мико подступила ближе, взглянув на сжатые в кулаки ладони. Как бы ей хотелось сейчас взять их в свои руки и прижать близко к сердцу, однако вместо этого кицунэ слегка прикоснулась к напряжённым плечам. Сейчас Эи нужно было не это.        — Они больше нас не потревожат. Почему ты злишься? — Мико удивилась тому, насколько мягко прозвучал её голос. Казалось, что он принадлежал другому человеку.        — Мне просто ужасно не понравилось, как они на тебя смотрели. Эти мерзкие смертные взгляды. — Треск молний вновь раздался в воздухе.        — Это ведь всего лишь взгляды, — она пожала плечами. — Даже в Инадзуме многие рассматривают меня тайком, думая, что я их не замечаю. В конце концов, я же кицунэ — прекрасная и божественная.        Однако шуточный тон нисколько не разбавил напряжения:        — Кто посмел тебя рассматривать? — Тело сёгуна напряглось ещё сильнее.        — Эи, это совершенно не то, что я хотела сказать. Для смертных это обычное дело. Ты не должна на это так реагировать. Ты, конечно же, этого не замечаешь, но многие офицеры у тебя в подчинении тоже бросают на тебя заинтересованные взгляды, раз уж мы коснулись этой темы.        — Но… — сёгун не привыкла колебаться, но тем не менее почему-то помедлила. — Мне почему-то неприятно, когда на тебя кто-то так смотрит.        Ушки Мико дёрнулись от неожиданной радости, которая теплом разлилась у неё в груди. Однако уже в следующее мгновение она взяла себя в руки: это Эи, с кем она имеет дело, поэтому не за чем строить ненужных иллюзий.        — Да, именно. — Эи вернула твёрдость своему голосу. — Я не желаю видеть, как кто-то буквально поедает тебя взглядом.        Мико рассмеялась:        — Ваше Превосходительство собирается запретить своим подданным смотреть на меня? Неужели я теперь должна носить маску и ходить в плаще?        — Не стоит относиться к этому так легкомысленно, Мико.        — Эи, даже ты при всём своём могуществе не сможешь запретить смертным испытывать сексуальное влечение.        — С-с… влечение? — переспросила Эи.        Мико довольно ухмыльнулась. Сколько бы лет не прошло, а Эи по-прежнему не может произнести ни одно слово, в состав которого входит «секс». Всю свою жизнь Архонт проводила, оттачивая своё мастерство владения оружием. В редкие мгновения, когда ей требовался отдых, Эи уходила от шума и суеты мирского мира, погружаясь в медитацию для предотвращения эрозии своего сознания.        Мико всегда было любопытно, был ли в жизни её подруги кто-то, кто смог достучаться до её сердца — тот, кто сумел пробиться через стену, ограждающую её сознание. Однако она не решалась спросить, боясь услышать утвердительный ответ. Эи провела на этой земле более тысячи лет ещё до того, как Мико появилась на свет, поэтому шансы ощутить, как её сердце разрывается на части от грустной улыбки сожалений, появляющейся на губах Архонта, были слишком высоки.        — Абсолютно верно. Видишь ли, многие находят меня очень привлекательной, и именно поэтому так откровенно пялятся. — И несмотря на необъятное количество воздыхателей, единственная девушка, чей взгляд Мико нестерпимо желала ощутить на себе, всё же не была в их числе.        — Какое нахальство! Хочешь сказать, что они все хотят, ну… испытывают к тебе влечение? — Щёки Эи покраснели от смущения.        Такая детская реакция казалась сущей глупостью, если у Эи действительно был кто-то любимый.        — Ну не все же, как ты — обожают смотреть на какие-то баллисты. Простому народу нужно что-то более телесное, — Мико могла дразнить Эи целую вечность, однако всё же решила сменить тему. Такими темпами им точно придётся ночевать на улице. — Поэтому пошли. Пришло время тебе полюбоваться чудесами техники.        — Из твоих уст это звучит так, будто это что-то плохое — испытывать интерес к таким вещам.        Мико воздержалась от ироничного ответа, лишь подумав, что было бы совсем неплохо, если бы Всемогущий Сёгун время от времени обращала свой божественный взор на обыденные, мирские вещи.        Баллиста блестела в лучах солнца, отбрасывая блики от металлических частей. Эи подошла и внимательно осмотрела конструкцию. Мико же взобралась на обломок колонны и внимательно наблюдала за сменой эмоций на лице подруги. Пройдя путь от полного замешательства до разочарования и заключительного понимания, сёгун опустилась на колону рядом с Мико.        Что-то в задумчиво-мечтательном облике Эи напомнило кицунэ об их прошлых днях, когда она с нетерпением ожидала их встречи, стараясь поскорее закончить с обязанностями храмовой жрицы. Кагемуша терпеливо ждала её под Священной Сакурой, погружённая в свои мысли и задумчиво глядя вдаль — на море и бесконечный горизонт, скрывающий далёкие земли других божеств.        — Что-то не так? — спросила Эи, заметив перемену настроения подруги.        — Ничего. — Мико спрыгнула со своего места. — Готова двигаться дальше? До Мондштата идти прилично.        — Да, конечно. — Она улыбнулась.        Мико прикусила губу и отвернулась. Иногда её безмерно раздражало, что Эи совершенно не умела читать между строк. Она всегда велась на глупые смешки и ухмылки, совершенно не подозревая, что скрывалось за ними.        Путешествие обещало быть «весёлым». Буквально через несколько часов пути Мико надоело идти. Стопы неприятно покалывали. Она не выбиралась из храма последние несколько сотен лет, поэтому ей не доводилось путешествовать так далеко. После становления верховной жрицей ей довольно редко приходилось покидать стены Храма Наруками, так как с ритуалами вполне справлялись другие храмовые жрицы.        Под палящим солнцем Ли Юэ дышать было особенно непросто, из-за чего ей приходилось часто останавливаться, чтобы перевести дыхание. Постоянные хождения вниз и вверх по склону под конец совсем вывели Мико из равновесия, и она плюхнулась на пенёк, ругаясь на жару.        — Мико, мы идём всего четыре часа, — высказала своё недовольство сёгун.        — Мы идём уже четыре часа, Эи. Я больше не могу выносить эту жару!        Мико с недовольством осознала, что её одежда намокла от пота и теперь неприятно льнула к коже. Она пожалела, что купила не летний наряд, а облегающе-провокационный. И… конечно, не то чтобы изначальный замысел подразнить Эи как-то удался.        — Я тебе говорила надеть что-то более просторное, — сёгун пожала плечами, довольствуясь своим мешковатым нарядом, который буквально висел на её стройном теле. — Но нет ничего, чего я не смогу изменить.        Эи отошла в сторону. Она взметнула руку к небу, и вдруг из неё стрелой вырвалась молния. Она пронзила небеса, и уже через несколько десятков секунд набежали облака, угрожающе гремя. Ещё до того, как Мико успела что-то сказать, на их голову обрушился ливень. Влажная до этого одежда тотчас промокла насквозь.        — Какой великолепный ход, Эи. Прекрасная идея, особенно учитывая, что мы без зонтика.        — Тебе что так, что эдак не подходит, — нахмурилась Эи, и её лицо, обрамлённое прилипшими к нему прядями волос, стало особенно комичным.        Мико рассмеялась, чувствуя, что что-либо говорить в принципе бесполезно. Гром гремел, молнии освещали всё вокруг ярким светом, а её Бог стояла прямо посередине дороги полностью промокшая.        — Почему ты смеешься?        — Наверное, от абсурдности происходящего. Вот уж точно Всемогущий Сёгун.        — Как будто бы ты до этого не знала, что я так могу, — фыркнула Райдэн.        — Знала, но… ещё ни разу не видела, чтобы ты это делала прямо так — перед моими глазами.        — Ладно, жара отступила, так что давай двигаться дальше.        Всю дорогу до постоялого двора Мико пересказывала Эи события прошедших лет. Архонт терпеливо всё слушала, периодически удивляясь браваде смертных. Под конец, когда ноги уже отказывались идти дальше, Мико заставила Эи разрезать ткань пространства и переместиться в гостиницу напрямую. С едва заметной улыбкой на губах, Эи подхватила руку подруги и исполнила её пожелание. Иногда даже воля сёгуна не могла устоять перед просьбой её фамильяра.        Солнце клонилось за горизонт, погрузив постоялый двор в нежные оранжевые цвета. Множество людей удобно расположились за столиками, смакуя дивные блюда и крепкий алкоголь. От этого зрелища Мико ощутила, как её рот наполняется слюной. Эи внимательно осмотрела лифт, прежде чем наконец ступить на него, с опаской поглядывая на кицунэ.        — Это точно безопасно? Мы всё ещё можем пойти по лестн…        — И тащить тяжеленную сумку на плечах? Вот уж нет, — перебила Мико.        — Не то чтобы ты несла её… И не то чтобы она была тяжёлой.        Лифт тронулся, и Всемогущий Сёгун схватилась за перила, чувствуя, как в груди появляется незнакомое ей до этого чувство ускорения. Мико с улыбкой наблюдала, как Эи с опасением оглядывалась на современную конструкцию, пока они шли к хозяйке Ваншу. Верр Голдет поприветствовала путниц с широкой улыбкой на подкрашенных губах:        — Гости из Инадзумы — какая редкость! Однако, к сожалению, сейчас самый сезон торговли между Мондштатом и Ли Юэ, поэтому почти все комнаты заняты торговцами.        — Неужели у вас совсем ничего нет? — Мико, предвкушающая мягкость постели, прижала ушки, чувствуя, как все её мечты предавали у неё на глазах.        — У нас остались только одиночные номера с одной кроватью, — извиняющимся тоном проговорила хозяйка.        — В таком случае мы согласны, — вмешалась Эи. — Для нас не проблема спать вместе.        Мико знала, что будет жалеть до конца жизни, что не взяла в их путешествие камеру. Лицо хозяйки постоялого двора изменилось так драматически, что кицунэ была готова поклясться, что ещё ни разу не видела такой резкой смены эмоций.        — Ах да, и будьте добры самый роскошный номер, что у вас есть, — Мико приготовила мору, титаническими усилиями заставляя себя не рассмеяться.        — К-конечно, — пробормотала хозяйка, окончательно заливаясь краской.        — Мико, нам бы подошёл самый обычный номер. Не зачем так тратиться. Мы здесь всего на одну ночь.        — И именно поэтому я хочу, чтобы мы провели её в комфорте, Эи, — ухмыльнулась кицунэ, наслаждаясь повисшей атмосферой неловкости.        Оставив дорожные вещи в номере, который действительно оказался немного тесным для двоих, девушки спустились на нижний этаж, где во всю раздавались аппетитные запахи. Заказав свиной суп с бамбуком, нефритовые мешочки, голубцы с грибами и миндальный тофу на двоих, Мико удобно расположилась на стуле, чувствуя, как сильно устали её ноги за день пути.        Вдруг она почувствовала на себе чей-то внимательный взгляд. Она оглянулась, однако ощущение исчезло. Внимательно осмотрев толпу, Мико так и не смогла определить, что именно было источником её беспокойства.        — Ваш заказ, девушки! — К их столу подошёл официант, поставив перед ними горячие лакомства.        — Попробуй тофу, — Мико подставила Эи десерт, который на её вкус оказался слишком сладок.        — Слушай, Мико, а что это они делают за соседним столом? — полюбопытствовала сёгун, не сводя глаз с двух мужчин, сидящих напротив, и уминая за обе щеки приторный десерт.        — Разве ты не умирала с голоду? — Мико вскинула бровь, пытаясь понять, зачем один из мужчин по очереди трогал все пять коробочек, слегка их встряхивая.        Эи быстро расправилась с едой, направившись к столу с незнакомцами.        — Право слово, и за что мне столько мороки?.. — пробормотала Мико, неохотно поднимаясь вслед. Она бы с гораздо большим удовольствием посидела на одном месте, наслаждаясь закатом вместе с Эи.        — О, решили попытать удачу? — один из мужчин чуть ли не подскочил на месте.        — Удачу? — переспросила Эи, наблюдая, как второй с поникшим видом покинул своё место.        — Именно! Если угадаешь, в какой шкатулке нефритовое кольцо, то отдам его и плачу десять тысяч моры.        — Вот так просто? — Эи опустилась на опустевший стул и с умным видом принялась рассматривать деревянные шкатулки.        — Конечно! За одну попытку всего одна тысяча моры.        — Нет, Эи, ты не участвуешь, — остановила подругу Мико, когда та уже была готова запросить названную сумму.        — Но ведь, Мико, я выиграю девять тысяч и кольцо! Это выгодно.        Мико закатила глаза, наблюдая первое столкновение Архонта Вечности с азартными играми. Спустя пару минут пререканий, кицунэ всё же отступила, уплатив торговцу. Эи долго трогала шкатулки, пытаясь понять, какая из них всё же содержит кольцо. Наконец сделав свой выбор, она указала на одну из них, и торговец открыл шкатулку. Брови Эи взметнулись вверх в недоумении — в ней было пусто.        — Наверное, я где-то ошиблась, — немного расстроенным голосом проговорила Райдэн. — Давайте ещё раз.        Через пять попыток и пять открытых пустых шкатулок Мико решила вмешаться. Она работала до синяков под глазами в издательском доме вовсе не для того, чтобы так глупо расставаться нажитыми мора.        — Эи.        — Ещё разок, Мико. Я теперь точно уверена, где кольцо.        — Ага, как и в прошлые пять раз.        Мико тяжело вздохнула.        — Время показать мастер-класс.        Эи уступила Мико место, приготовившись наблюдать. Яэ точно так же, как и она до этого, потрогала все шкатулки, а затем нарочито громко вздохнула.        — Ну что, определилась? — спросил торговец, самодовольно ухмыляясь. Больше всего Мико не любила таких как он — высокомерных смертных, которые считают, что им удалось обхитрить всех вокруг.        — Да, откройте эту, — кицунэ указала пальцем на самую невидную шкатулку.        — Вы уверены? — переспросил мужчина.        — Абсолютно.        На его лице возникла гримаса неудовольствия. Глаза Эи раскрылись шире, когда она увидела внутри нефритовое кольцо.        — Но… как?        — Ох Эи, секрет в том, — Мико наклонилась ближе к уху подруги, — чтобы выбирать самую непримечательную шкатулку. Он рассчитывает, что ты выберешь самую тяжелую и бросающуюся в глаза.        — Так вот, как это работает. — Сёгун почесала затылок, все ещё не сводя глаз со шкатулки. — А ты очень хорошо понимаешь, как смертные мыслят.        — В любом случае, — Мико стало почему-то неловко от комплимента, — кольцо теперь наше.        — Не хочется это признавать, но да, — согласно кивнул торговец. — Вот мора и шкатулка с кольцом.        — А как же «приходите ещё»? — ухмыльнулась кицунэ, однако торговец сделал вид, что не расслышал её слов.        Стоило им отойти от стола, как Мико вновь ощутила сильное беспокойство. Чужой взгляд в этот раз заставил её испытать мурашки по спине. Но наблюдатель был не в толпе, а иначе опытная кицунэ тотчас бы его обнаружила. Глаза Мико стремительно изучали лица людей, пытаясь выказать хоть какую-то зацепку, но тщетно.        Девушки вернулись в номер. Эи подошла к окну, уперевшись руками в подоконник и наблюдая объятые мраком холмы Ли Юэ, едва освещаемые светом одиноких звёзд. Мико подошла к ней, в кармане сжимая выигранную шкатулку с кольцом. Она так и не решилась подарить её Эи.        — Если хочешь, я могу сделать так, чтобы мы сразу оказались в Мондштате, — вдруг произнесла Эи, оторвав свой взгляд от созерцания природы и оглянувшись на свою кицунэ. — Я иногда забываю, что не все привыкли к таким длительным походам.        — Какое заманчивое предложение, Эи, — ухмыльнулась Мико, подсаживаясь рядом на подоконник. Вид из окна действительно выдавался захватывающий. — Даже не знаю, смогу ли я устоять. С чего же вдруг такая перемена в настроении? Ты же, кажется, хотела пройти весь путь самостоятельно.        — Да, но, — она помедлила, — я и так вытащила тебя в эту поездку, а теперь ещё и требовать от тебя идти до изнеможения…        — Я устала, но не до такой степени! — Ремарка подруги прозвучала обидно. Мико вздохнула. — Впрочем, я бы с удовольствием побродила по долинам Мондштата, однако уже после того, как мы поселимся в городе.        — Как пожелаешь, — улыбнулась Эи. Она спрыгнула с подоконника и расположилась на кровати. Сёгун похлопала рукой по своим бёдрам в пригласительном жесте.        «Для нас не проблема спать вместе» — пронеслось в голове Мико. Она без лишних слов приняла свою миниатюрную форму, выбираясь из-под кипы одежд и запрыгивая на кровать. Эи коснулась прохладными пальцами мягкого хвоста, перебирая шёлковую шерстку. Вдруг Мико ощутила, как её крохотное тельце подняли в воздух.        — Мико… — Эи притянула кицунэ к своему лицу, касаясь своим носом маленького, слегка влажного носика лисички. Это настолько застало Яэ в врасплох, что она чуть не превратилась обратно.        — Эи, пусти меня! — воспротивилась она, размахивая лапками и пытаясь увернуться от нежностей своего Бога.        — Мы ведь и раньше так делали, ты не возражала, — отметила Эи.        — Это было раньше. А теперь я возражаю, — кицунэ с трудом вырвалась из объятий, в которые её заключили сильные руки сёгуна. — Честное слово, Эи. Я уже не ребёнок.        Пробормотав несколько жалоб, кицунэ всё же вернулась на своё законное место между ног Эи и свернулась там калачиком. Хорошо, что она была в своей лисьей форме, потому как, будь она в человеческой, её щёки бы пылали огнём. Но даже так её сердце громко трепетало внутри груди от счастья, которое дарили ей мгновения, проведённые с её Богом. Прикосновение Эи было в её жизни беспримерным — через него Мико безошибочно определяла, в каком душевном состоянии находилась её подруга. Оно было нитью, связывающей их сердца, и порталом в бесконечно далёкое подсознание Архонта.        Именно благодаря ему Мико чувствовала её беспокойство и отдалённый шум отчаяния. Тихий шторм безмолвно бушевал в душе Эи с того самого момента, как она навсегда простилась с Макото и приняла для себя существование нового мира, бесконечно меняющегося, однако в то же время вечно хранящего пламя человеческих амбиций.        И Мико чрезвычайно хотела оказаться вместе с ней в бесконечном царстве новых возможностей, но сомневалась. Благополучие Архонта в какой-то момент стало самым важным в жизни кицунэ. Стремясь помочь, Мико вероятно упускала самое главное — что именно ей следовало оставить девушку, чтобы у Райдэн Эи наконец появилась возможность расцвести самостоятельно и почувствовать красоту собственных стараний.        Их история была долгой, достаточно долгой. Мико была рядом в самые тяжёлые моменты, но даже так ей ничего не удалось изменить. В их истории у неё была конкретная роль, границы которой она каждый раз пыталась переступить — прыгнуть выше свой головы, стать равной Богу Вечности, взвалить на себя часть бремени, которое несла Эи как Архонт. Однако пришло время смириться с непреходящей ролью фамильяра.