Everlasting Devotion

       Утром Мико проснулась с нещадной головной болью. Пару минут ей понадобилось, чтобы вспомнить, чем закончился вчерашний вечер и сопоставить незнакомый потолок с апартаментами Эи. Архонт сидела на стуле прямо напротив кицунэ в своей любимой медитативной позе. Шуршание простынь привлекло её внимание, и она наконец открыла свои пурпурные глаза:        — Ты очнулась.        Да, Мико очнулась и вспомнила все детали прошедшего дня. Её лицо тотчас помрачнело, и она попыталась покинуть комнату настолько быстро, насколько это вообще было возможно. Больше всего ей сейчас хотелось, чтобы Электроархонт оставалась на месте, а не заграждала ей путь к отступлению.        — Мико, подожди, — Эи протянула руку до наличника двери, останавливая подругу.        — Дай мне пройти.        — Нам нужно поговорить.        — У меня болит голова, и нам не о чём разговаривать, — Яэ раздражённо положила ладонь на плечо подруги и грубо оттолкнула её в сторону.        Конечно же, у неё не было достаточно сил, чтобы сдвинуть Бога с места, поэтому Мико рассудила, что Эи наконец решила оставить её в покое, хоть раз правильно прочитав между строк. Однако не тут-то было — Архонт увязалась за ней следом, ступая по поскрипывающему дощатому коридору.        — Ты плакала вчера. — Эи, как ни в чём не бывало, продолжила нажимать на болевые точки своего фамильяра в несчастных попытках чего-то добиться. — Я хотела извиниться за то, что я вчера так грубо обошлась с тобой.        Мико резко остановилась, из-за чего Эи врезалась в её спину.        — Всё в порядке, Эи. Тебе не за что извиняться — я и вправду лезла не в своё дело.        — Это, конечно, так, но мне всё равно не стоило. Тогда, значит, между нами всё в порядке?        Мико прикусила губу: Эи вообще ничего не поняла. Между ними уже давным-давно всё не в порядке. И возвращение Эи из Эвтюмии только сильнее укореняло эту идею в голове кицунэ. Когда Путешественница ступила на землю Инадзумы, и когда ей наконец удалось сразиться с Эи, Мико впервые за долгое время воспряла духом. Она надеялась, что к Эи наконец придёт осознание того, какой важностью обладала она в глазах её фамильяра и как жестоко она поступила. Однако этому было не суждено случиться. Райдэн по-прежнему не видела ничего дальше своего носа.        — Да, всё здорово. — Мико готова была поклясться, что её голос прозвучал как натянутая струна, однако Эи даже не обратила на это внимания.        — Отлично! — Архонт воспрянула духом. — Тогда…        — Если позволишь, я бы хотела немного побыть одна. Голова просто раскалывается.        — Да, кон… — Однако закончить Эи не дал громкий звук двери, захлопнувшейся прямо у неё перед носом.        Воспользовавшись целительной силой заклинаний, Мико быстро пришла в себя и наконец ощутила, насколько она была голодна. Незаметно проскользнув мимо комнаты Эи, она вышла на улицу, намереваясь найти место, где можно было бы перекусить в гордом одиночестве. По наводке местных, кицунэ отправилась в ресторан с подходящим Мондштату названием «Хороший Охотник». Под конец своего пути она ориентировалась по великолепному запаху мяса, который привёл её прямиком к пункту назначения.        Мико была удивлена заметить вычурный наряд белого цвета и услышать знакомый писклявый голос, исходящий от одного из столиков. Путешественница в привычной расслабленной позе, уплетая за обе щеки Мондштатские оладушки, слушала очередные россказни Паймон.        — Так-так, кого я вижу. Разве это не очаровательные Путешественница и Паймон? — вернувшись в свою привычную игривую манеру, Мико села за их столик.        Люмин оказалась ещё более удивлена внезапным появлением Яэ Мико, о чем свидетельствовали широко распахнутые глаза.        — М-мико! — чуть ли не вскричала Паймон. — Что ты здесь делаешь?        — Конечно же, я соскучилась по вашему дружному дуэту и обошла весь Тейват, пока наконец не встретила вас двоих тут, поедающих оладушки.        Паймон под конец уловила иронию и нахмурилась, отодвигая свою тарелку подальше от ухмыляющейся кицунэ.        — Хм, кажется, теперь у Паймон появилась соперница за моё внимание, — протянула Путешественница, довольно осматривая кицунэ.        С того момента, как Мико попросила Люмин о помощи, эта девчонка почему-то начала считать, что они достаточно близки, чтобы позволять себе подобные реплики. Яэ была наслышана об остроте её язычка: некоторые даже поговаривали, что Путешественница не пасовала даже перед самыми сильными мира сего, позволяя себе меткие саркастичные замечания. Однако это была Яэ Мико, с кем она имела дело, и верховная жрица вовсе не собиралась допускать подобной динамики.        — Малышка, — протянула Мико, под столом соблазнительно проведя ногой по крепким икрам Люмин, — я уже обладаю безраздельным правом на твоё внимание. Разве не так?        Лицо Люмин покраснело, в то время как Паймон старательно пыталась понять, что привело к такому внезапному изменению настроения за столом. Кицунэ довольно усмехнулась — она обожала играть с Путешественницей, которая так ярко реагировала на любые прикосновения. Мико прекрасно помнила замешательство и смущение, проступившие на лице гостьи из других миров, когда она спасла её от Скарамуччи.        — Мико, хватит. Ты же видишь, что Люмин становится нехорошо от твоих речей?        — Поверь мне, ей очень, очень хорошо…        Однако, прежде чем Мико удалось завершить свой победный страйк, она замолчала, обнаружив приближающуюся Эи. Её брови поползли к переносице, когда сёгун остановилась перед их столиком. Выражение лица Архонта не предвещало ничего хорошего, особенно для Мико.        — Что здесь происходит?        — О, даже Эи здесь! — воскликнула Паймон. — Впервые вижу вас двоих в Мондштате.        Мико отдёрнула свою ногу от Люмин, всё ещё надеясь, что Эи ничего не заметила, хотя взгляд Архонта был красноречиво направлен под стол.        — Это и есть первый раз, когда мы оказались здесь вместе, — сказала кицунэ, чувствуя, как в воздухе щёлкает электро. — Эи надоело сидеть в своём подсознании, поэтому она умоляла взять её на прогулку.        — Ох, Эи, ты выглядишь страшно: прямо как Люмин, когда нас в очередной раз отправляют на комиссию «распространяя зло». Что-то случилось?        — Ничего серьёзного, — Электроархонт тоже опустилась за стол. — Просто Мико опять мне не сказала, что куда-то уходит.        — Не сказала? — Паймон удивлённо хлопнула глазами. — Паймон думала, что вы довольно близки.        — Куда больше меня интересует, что вы двое забыли в Мондштате. — Мико решила сменить тему, пока раздражение Эи буквально не проломило стол напополам. Она надеялась, что её Бог не так скоро обнаружит её исчезновение из номера.        — Оу, оу, Паймон и Путешественница получили задание от гильдии искателей приключений!        — Это я получила задание, а не мы, — поправила напарницу Люмин, доедая последний оладушек. Яэ всегда удивляло, как при таком здоровом аппетите ей удавалось поддерживать такую прекрасную фигуру. Будь Мико не помешанным на своём Боге фамильяром, она бы уже наверняка соблазнила привлекательную девочку. Она обожала играть с авторитетными личностями, смотреть, как они неизбежно оказываются в её путах и как признают своё поражение под её властным взглядом.        Как же Мико иногда жалела, что была фамильяром сёгуна. Многие храмовые жрицы смотрели на неё с таким обожанием и уважением, что Яэ не могла не возжелать утешить своё абсолютное одиночество их молодыми стройными телами. Но так как кицунэ несла на себе печать Архонта, ей приходилось удовлетворять свои потребности лишь чтением и написанием бесстыдной прозы. Все эти долгие годы ей регулярно приходилось страдать наедине с самой собой, когда по весне её тело сковывала похоть.        — Это всё детали! — воспротивилась Паймон. — В общем, Путешественницу попросили разобраться с внезапным восстанием хиличурлов к востоку от города. Уж слишком близко они подошли.        — А что, у Ордо Фавониус не хватает сил, чтобы разобраться с ними? — хмыкнула Мико.        — Ордо Фавониус заняты тем, что отбивают наступление на западе.        Паймон аж подпрыгнула на стуле от неожиданно раздавшегося голоса у неё над головой. Позади неё стояли две женщины, которых Мико вчера встретила в таверне.        — Джинн, незачем было так подкрадываться. Ты испугала Паймон до смерти!        — Тогда я не понимаю, почему ты ещё разговариваешь, — ехидно отозвалась Путешественница, приветливо помахав рукой.        — Ты всегда так жестока с Паймон, но всегда так дружелюбна ко всем остальным, — проскулила она грустным голосом. — Это нечестно.        — Паймон, когда кто-то к тебе груб, иногда это значит, что ты нравишься этому человеку больше всех, — сказала Лиза, бросая взгляд на Люмин.        — Это правда? — крохотное лицо просияло вновь зародившейся надеждой.        Если бы это действительно было правдой, то Эи должна была бы уже жениться на Мико. Люмин пробормотала что-то в ответ, успокоив Паймон. Тем временем Джинн переставила два стула от соседнего стола, и они с Лизой присоединились к компании.        Повар «Хорошего Охотника» был явно рад множеству поступивших заказов, и уже через несколько минут на столе появилось множество самых разных аппетитных блюд. Мико сознательно заказала Эи сладких оладушков, чтобы хоть как-то попытаться снять её раздражение. Однако над её головой по-прежнему будто зависло грозовое облако. Видимо, в этот раз Мико не удастся так просто улизнуть от разговора.        Пока Джинн объясняла Люмин, как обстоят дела с наступлением хиличурлов, кицунэ мельком поглядывала на Архонта, которую, как казалось, не интересовало ничего, кроме Мико. Эи не сводила с неё взгляда, с убийственным видом поедая свои оладьи. Яэ нравилось раздражение, проступившее на лице подруги, и именно поэтому она решила подлить масла в огонь, включившись в беседу и придвинувшись к Люмин ближе, чем этого требовала ситуация.        — Малышка, судя по рассказу Джинн, там слишком много хиличурлов. Даже тебе, наверняка, будет сложно справиться в одиночку, — протянула Мико, наслаждаясь румянцем на бледных щеках.        — М-мико, неужели ты предлагаешь мне свою помощь?        — Не обманывайся моим внешним видом. На самом деле я одна из самых могущественных ёкаев.        — Какая досада, я тоже задумалась над тем, чтобы предложить милашке свою помощь. — Вдруг в диалог включилась Лиза. — Думаю, хиличурлы будут совсем не против электротерапии, особенно от нас двоих. — Библиотекарь подмигнула Мико.        — Лиза!        — Мико!        Видимо, ни Эи, ни Джинн не оценили добровольного предложения о помощи, о чём говорили их хмурящиеся лица. Однако Люмин более чем понравилось это предложение: Мико ещё ни разу не видела такой довольной ухмылки. Малышке явно льстило внимание одних из самых влиятельных особ Инадзумы и Мондштата.        — Ваша помощь бы определённо пригодилась.        — Мико, мы приехали сюда не за этим, — сказала Эи, скрестив руки на груди.        — Это ты приехала сюда не за этим, — передразнила подругу кицунэ. — Кстати, магистр Джинн, не могли бы вы по свободе устроить Эи урок технологического просвещения?        Джинн удивлённо вскинула брови:        — Технологического просвещения?        — Ну да, Эи ведь просидела пятьсот лет в изоляции, — Паймон почесала затылок увидев недоумение Лизы и Джинн. — Вы ведь в курсе, что Эи Электроархонт?        Мико хлопнула себя по лбу. Ей нужно было заранее предупредить Путешественницу и её разговорчивую напарницу о том, что окружающим вовсе не обязательно знать о том, что Эи является Архонтом Инадзумы. Однако момент был упущен: Джинн и Лиза уставились во все глаза на Райдэн.        — Так вы и есть Всемогущий Сёгун? — первой пришла в себя Джинн. — Прошу прощения за неподобающее поведение…        — Я пришла с неофициальным визитом, — впервые за долгое время губы Эи сложились в подобие улыбки. — Поэтому обращайтесь ко мне как к равной.        Мико едва сдержалась, чтобы не расхохотаться: Эи, которая ходит по улицам так, словно они принадлежат ей, просит окружающих относиться к ней как к равной?        Несмотря на небольшую неловкость в разговоре, вызванную статусом Эи, Мико всё же удалось расслабленно побеседовать с двумя самыми важными персонами Мондштата. Джинн в сдержанной и краткой манере описала последние новшества в городе, о которых Гудзи спросила специально для своей подруги. С Лизой она тоже обнаружила много чего общего: от любви к литературе до пристрастия к электротерапии.        Затем Джинн пришлось вернуться к работе, однако Люмин и Паймон, необременённые какими-либо обязанностями, любезно устроили экскурсию по городу гостям из Инадзумы. Мико всё никак не могла понять, как Путешественница настолько спокойно беседовала с ней и Эи — звонко смеялась с её шуток и хмурила брови с саркастичных ремарок. Будто бы для Люмин совершенно ничего не значили статусы.        Ночь опустилась на Мондштат незаметно — она бесшумно подкралась, окутав город в тёмные тона, и зажгла фонари. Привычный гул стих, и город погрузился в таинственное молчание. Лишь ветер свободы иногда давал о себе знать, насвистывая в переулках. Звёзды рассыпались по небу, осветив своим холодным светом мощёную дорогу. Мико и Эи простились с Люмин и Паймон. Яэ шла немного впереди Архонта, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Ей даже не верилось, что Мондштат может быть таким спокойным. Эи следовала за ней в торжественном молчании. Кицунэ чувствовала на себе пронзительный взгляд пурпурных глаз.        — Не похоже на тебя предлагать помощь смертным, — наконец сёгун неловко нарушила тишину.        — Путешественница многое для меня сделала, и я посчитала нужным вернуть должок. — Мико пожала плечами, наблюдая, как Эи наконец перестаёт идти позади и делает несколько решительных шагов, сокращая расстояние между ними.        — И что же она такого для тебя сделала?        Мико улыбнулась, вглядываясь в родное лицо Архонта. Конечно же, Люмин вернула ей самого дорогого человека, однако, конечно же, Яэ предпочла сказать совершенно не это:        — Она ведь мой самый лучший автор. Её «Удивительные приключения Путешественницы» принесли нам небывалую прибыль.        — Хм, не знала, что она писатель.        Мико тихо прыснула. Конечно же, не знала, потому что Люмин лишь высказала пару идей. Всю остальную работу за неё доделала талантливая команда, в которой Яэ собрала специалистов своего дела.        — Завтра я пойду с тобой, — сказала Эи, сменив тему разговора.        — В этом нет никакой необходимости. Я уверена, что мы обойдёмся без тебя, — ухмыльнулась Мико. Её сила, конечно, не шла ни в какое сравнение с мощью Электроархонта, однако её будет более чем достаточно, чтобы разобраться со сбродом хиличурлов. — Разве ты не хотела узнать о последних новшествах в Мондштате?        — Так-то оно так, но… — её Бог всё ещё не хотела уступать.        — Ох Эи, неужели ты думаешь, что я не смогу за себя постоять? Тебе ли не знать, что я больше не наивный ребёнок, которого можно с лёгкостью соблазнить жаренным тофу? — усмехнулась кицунэ. Когда ей на самом деле нужна была её защита, Электроархонт предпочла уединиться, позабыв о её существовании.        — Я не хочу оставлять тебя одну. Мы ведь приехали сюда вместе, поэтому я не хочу разделяться, — голос Эи не звучал ровно, как обычно. В нём отчётливо слышалось беспокойство.        — Боишься заблудиться на больших улицах Мондштата как обычная деревенская девочка? — спросила Мико с издёвкой.        — Дело не в этом. — Архонт даже не обратила внимания на оскорбление. — Мне казалось, что ты тоже хочешь провести немного времени вместе.        Мико ненавидела себя: почему ей было достаточно услышать только одной милой фразы от Эи, чтобы вновь понадеяться на то, что Архонт хочет видеть её в своём будущем не просто как подругу? Гудзи всегда считала себя самой рассудительной и здравомыслящей среди всех, с кем она когда-либо имела дело. Однако, как только речь заходила об Райдэн Эи, её здравомыслие словно сухой песок — сыпалось сквозь пальцы.        — Мы ведь не виделись целых пятьсот лет. Неужели тебе гораздо важнее помочь Путешественнице, чем хотя бы немного наверстать упущенное со мной?        Мико осклабилась, чувствуя, как всё внутри неё закипает от злости. Она была готова стерпеть многое, но уж точно не обвинения в свой адрес.        — Ты ожидала, что я, как раньше, продолжу всюду таскаться за тобой? — кицунэ больше не могла сдерживать свои эмоции. Обвинительный тон Архонта стал той последней каплей, которая прорвала старательно выстроенную плотину в хранилище чувств. — Возможно, для тебя эти пятьсот лет пролетели словно мгновение, но для меня, Архонт подери, прошло чёртовых полтысячелетия! Я ждала пятьсот лет, чтобы после всего этого ты даже не извинилась за то, как жестоко обошлась со мной. И теперь ты смеешь обвинять меня в том, что это я не хочу проводить с тобой время? Даже твоему узкомыслию есть предел.        — Мико, я не знала, что ты так по мне скучала, — растерянно произнесла Эи. Судя по её выражению, Архонт действительно никогда не понимала глубину чувств своего фамильяра.        — Я считала тебя, Макото и Сайгу своей семьёй, Эи, — сказала Мико с сожалением. — Но, увы, ты видела наши отношения иначе.        — Я тоже считала тебя своей семьёй! — Электроархонт схватила своего фамильяра за руку.        — Если бы ты правда так думала, то не оставила бы меня в одиночестве.        Мико выдернула своё запястье из её хватки и пошла вперёд. Эи последовала за ней в мрачном молчании. Конечно же, ей нечего было ответить. Яэ хотела заплакать, однако слёзы никак не подступали к глазам — наверное, она уже выплакала всё, что могла. Вдруг она ощутила, как её запястье опять крепко стиснула чья-то рука. Электроархонт никогда ещё не смотрела на неё такими глазами: в них смешалась боль, сожаления и страх.        — Прошу, Мико, постой. Мне вправду жаль, что… что я оставила тебя одну. Мне было слишком сложно принять смерть Макото и Сайгу. Я знаю, что это не оправдание, но я не могла поступить иначе. Прости меня за то, что я не смогла справиться с потерей, — она помедлила, подбирая слова. — Я больше никогда тебя не оставлю. Мне очень жаль. Ты — моя единственная семья.        Мико горько усмехнулась, высвобождая свою руку:        — Прости, Эи. Но как я могу поверить тебе? Даже сейчас ты извиняешься, только потому что я упрекнула тебя.        Мико не стала дожидаться, когда её подруга наконец придёт в себя, и направилась обратно в гостиницу. Завтра ей предстояло рано встать, чтобы помочь Люмин с её заданием. Сейчас ей не хотелось ничего, кроме как разнести в пух и прах сотни хиличурлов.