Ты – мой сон

Госпожа Юн выходит из палаты своей дочери и достаёт телефон из скромного клатча. Глазами начинает искать в контактах номер своей сестры – тёти Соён. — Да, Дживон? — слышится голос по ту сторону трубки. — Слушай, ты не знаешь некого парня его зовут Чимин? — спрашивает она её, ведь с большой вероятностью она знает кто он. — Чимин? Это же парень Мины, а зачем он тебе? — Парень Мины говоришь? Отправь мне его контакт без вопросов. Я потом как-нибудь тебе объясню. — быстро проговаривает Юн. — Хорошо, сейчас отправлю. — сбросив трубку Дживон получает сообщение с контактом. Она открывает чат с этим контактом и вздыхает не решаясь позвонить. Руки начинают потеть, а в глазах словно мутнеет. Звонить ему сейчас – точно не лучшая идея. Она успеет ещё. Куда он денется? Поговорит она с ним позже. А сейчас нужно услышать окончательные диагнозы, которые поставил психиатр проконсультировавшись с её дочерью. Юн осторожно пробирается в кабинет Наёна. Та сидит на стуле с очками на глазах и что-то пишет на бумаге. Но услышав звук захлопнувшейся двери, она поднимает свой взгляд на Дживон. — Как вы? — взволновановавшись увидев Дживон в растерянном виде, спрашивает Наён. — Что-то случилось? — Всё хорошо, — отвечает Юн совсем не своим голосом. — Что с диагнозами? Наён вздыхает. — Госпожа Юн, — тихо, осторожно и как-то пугающе произносит она. — У неё зависимость от человека, — опускает она глаза, неужели вся надежда потеряна? — Она нездорово к нему относится. Дживон впадает в ступор. — Зависима кем? — лишь спрашивает она. — Чимином. — после этого, все ожидания госпожи Юн, подтвердились. — Она нуждается в нём, также, как в воздухе. Это шутка какая-то? Как она может шутить про такое? — Наён, если это шутка, то я её не заценила. — растерянно смотрит Юн на Наён. — Госпожа Юн, вы думаете у меня есть время на глупые шутки? — раздаётся её голос. — Она нуждается в нём. Нуждается в Чимине. — вздыхает она. — Это невозможно лечить. Дживон закрывает глаза. Она устала. Устала тут возиться. Устала от всего. Устала слушать этих врачей. Она больше не хочет их слушать. Больше всего на свете, она бы сейчас захотела забрать отсюда свою дочь и сбежать прочь. Как можно подальше. Чтобы всё было как раньше, когда у Соён не было никаких проблем с её здоровьем. Чтобы её улыбка была такой же яркой и искренней, как в те времена. Чтобы это всё закончилось. Она устала. В её словарном запасе ничего не осталось, кроме грустных вздохов. — Он нам нужен. — говорит Наён, пристально глядя на Юн. — Нужно его найти. — Если мы его найдём это что-то изменит? Соён станет разве что только хуже. — Нет госпожа Юн, он не будет светиться перед глазами Соён. — Наён встаёт со стула и подходит к Дживон. — Мы должны получить от него ответы на свои вопросы. * * * * * Дживон в ярости. Кто вообще такой Чимин? Почему Соён замолкает когда разговор начинает идти о нем? Почему Соён ничего о нём не рассказывает? В голове Дживон скапливались миллионы вопросов насчёт этого. Она с ужасом выходит из палаты психиатра и присаживается на диван расположенный в коридоре. Дживон хватается за телефон и открывает контакт Чимина. Тут же она нажимает на знак вызова и подносит к ушам. Каждый короткий гудок в этот момент кажется для Юн длинным и бесконечным. Но после нескольких казалось бы, бесконечных гудков, он всё таки берет трубку. Юн замолкает, словно рыба не умеющая разговаривать. Слюна во рту становится вязкой, а язык словно пятится назад в горло. — Да? — отзывается бархатный голос сквозь трубку. — Вас беспокоит Юн Дживон, могу ли я с вами поговорить? — стараясь говорить ровным тоном произносит она. — А могу ли я поинтересоваться кто вы? — спрашивает он. Юн закатывает глаза. — Я являюсь матерью Юн Соён. Мне нужно с вами встретиться господин Пак. — Что-то срочное? — равнодушным тоном спрашивает Чимин. — Да. Сегодня вы свободны? — В принципе, да. Приходите в кафе, адрес которого я вам сейчас пришлю. — Буду ждать, до встречи. — До встречи госпожа Юн. — отзывается его голос и отключается. Получив адрес кафе, Дживон начинает поспешно надевать пальто и поправлять причёску. Попрощавшись со своей дочерью, она выходит на улицу и садится в свою машину. Быстро заведя её, она мчится со своей скоростью. Прибыв в нужное место, Юн выходит с машины громко хлопая дверью. Она плотнее запахивает пальто и направляется в огромное здание. Зайдя внутрь её встречают официанты с доброй улыбкой и первым делом, Юн ищет его, того, ради которого и пришла сюда мчась со всей скоростью. В далёком углу сидит молодой парень и она догадывается, что он и есть Чимин. Подойдя к нему поближе она осведомляет. Эти его аккуратные черты лица... Эти пепельные волосы... Эта идеальная, бархатная кожа, приводят госпожу Юн в восторг. Чимин заметив её присутствие встаёт со своего места и поклоняется в знак уважения. — Долго ждали господин Пак? — спрашивает Юн и садится на стул. — Я готов ждать даму столько, сколько понадобится. — он улыбается и поправляет пиджак. — Что вы хотели со мной обсудить? — вежливо проговаривает он. — Господин Пак, — направляет она свой взгляд на него, — Какие у вас были связи с моей дочерью? — Юн пристально вглядывается ему в глаза и прищуривает лоб. — Я имею в виду не простые. — Только дружеские. — он спокойно откидывается на спинку стула, тем временем в его голове прокручиваются те моменты. — Но если вы хотите знать правду, я не буду лгать. У нас с ней была связь и я вас уверяю, это было лишь один раз. И то, по желанию вашей дочери. Я сам её в постель не затаскивал. — Вот как, — поднимает она брови, — И сколько это продолжалось? — Госпожа Юн, вижу вы очень заинтересованы личной жизнью своей дочери, — усмехнулся Чимин. — Для чего вам эта информация? — Что вы сделали с ней, что она сходит с ума? — прищуривает Юн глаза, — Она сходит с ума господин Пак. Чимин непонимающе вглядывается в неё, и не может понять о чём она. — В смысле? — Она... — неуверенно начинает Дживон, но тут же жалеет что начала рассказывать ему о глупой влюблённости своей дочери. — Ладно, забудьте о том что я вам наговорила. — Госпожа Юн, с Соён что-то не так? — вырывается с его губ. — Что-то с ней случилось из-за меня? Дживон видит в его глазах искреннее беспокойство, искренние переживания и никаких фальшивых эмоций она не наблюдает. Так вот в кого влюбилась её дочь. Дживон его заценила. Чимин – действительно идеален. — Нет господин Пак, всё не так плохо как вы себе представляете, — в целях успокоить его произносит она, — Всё хорошо. Чимин слегка натягивает улыбку и смотрит на ролексы на запястье. — Знаете Чимин, — выговаривает Юн, на что Чимин кидает на неё внимательный взгляд, — Моя дочь очень сильно изменилась. Я это заметила после приезда из Анталии... Она раньше всегда была открытой, проще сказать, экстравертом. Она болтала без умолку, — еле заметно улыбнулась Дживон. — А сейчас, она почти всегда молчит. Нету прежней Соён, я так по ней скучаю... — хлопает она ресницами и опускает голову. — Думаю с ней это случилось после того, как она познакомилась с вами, — кивает она, — Вы как-то повлияли на неё. Я чувствую, что с ней что-то не так... Словно ей кого-то недостаёт, — она переводит взгляд на окно и наблюдает за людьми. — И я думаю что это вы, Чимин. — её голос окончательно снижается. Чимин практически не моргает, стоит словно застывший и не произносит ни единого слова. Пытается переварить всё то, что Юн сказала. Он прищуривает глаза и смотрит пристально, не зная что же ему ответить. — Госпожа Юн, — осторожно произносит он, — На днях я уезжаю в Канаду, — не отрывает он взгляд. — Я думаю... Что я больше сюда не вернусь. — вздыхает он и поправляет пиджак, — Я уеду и больше не вернусь. Дживон явно знает, на что он клонит. Он не может остаться, а значит, не может быть рядом с Соён. Дживон тяжело вздыхает и кивает в знак понимания. Тут нету чьей-то вины и Чимин тут тем более не виноват в том что с Соён случилось. Юн его не винит. И Чимин – действительно хороший человек. — Госпожа Юн был рад с вами познакомиться, — вежливо произносит он, — Не хотите ли вы чтобы я вас подвез? Дживон слегка улыбается и радуется, что она познакомилась с таким безупречным человеком как он. — Что вы господин Пак? У меня есть своя машина, я могу сама доехать, но за предложение благодарю. — искренне улыбается Дживон и достаёт из кошелька пару купюр в целях поделить счёт. Чимин возражает ей и сам за секунду расплачивается за еду. Он встаёт со стула и идёт к стулу госпожи Юн помогая ей встать подав руку. У Дживон теплеет сердце. Она всегда мечтала о таком сыне и таком парне для своей дочери. Чимин помогает ей надеть пальто и приобнимает Юн за талию направляясь к выходу. Пак открывает перед ней дверь и улыбнувшись ей, рукой указывает пройти вперёд. * * * * * Придя в больницу Юн сразу идёт к своей дочери. Нет, она не будет говорить ей о сегодняшней встрече. Дживон не хочет говорить ей о нём, она и так каждый день о нём думает и этого с головой достаточно. Дживон будет молчать и ни слова ей не расскажет. — Мам, — поднимает Соён покрасневшие глаза, — Где ты была? Тишина. Юн не знает, что выплететь и выйти из этой неловкой ситуации. — Я была у врача, — открыто врёт Дживон. — Мы говорили о тебе. — И что он тебе сказал? — Что тебя скоро выпишут, — сообщила она вчерашние слова врача. — Мы скоро уйдём отсюда. Соён смотрит на свою маму и давит из себя улыбку. — И я снова пойду в универ? — Конечно, родная, всё снова будет хорошо, я обещаю. — подошла к ней Дживон и осторожно обняла, отдавая ей кружку свежесваренного кофе. — Я скоро вернусь. — промямлила Юн, плетясь к двери. Соён ставит перед собой кружку с недопитым кофе, отворачивается к окну, притворяясь, что очень увлечена видом серого неба, и, дождавшись, пока Юн, не вытянувшая из неё и слова, закроет за собой дверь, облокачивается о стол, пряча лицо в ладонях. Ей не нужен никакой психиатр, никакие таблетки, никакие врачи и никакая больница. Она не больна. И она не собирается никого пускать в свою голову. Там, в её воспоминаниях, живёт Чимин. Чимин, к которому у Соён, несмотря ни на что, самые светлые чувства, ради мыслей о котором она соскребает себя с кровати каждое чёртово утро. Которого всё ещё любит, как бы ни обманывала себя саму. За окном стремительно темнеет, небо затягивает большими тучами. Соён недовольно мотает головой, поднимаясь на ноги, выливает в раковину почти целую кружку кофе и, дошагав до больничной койки, плюхается словно зомбированная. * * * * * — Вы встретились с ним? — ошарашенно спрашивает Наён. — Встретилась. — без капли эмоций выдавила Юн. — Он ответил на все мои вопросы и я выяснила, что тут нет его вины. Наён побледнела. Кровь отхлынула с её лица. Дживон тоже замерла. Ни одна эмоция не отражалась сейчас на их лицах. Наён стоит и размышляет о том, что стоит открывать госпоже Юн, а что нет, и прогнать из головы озадаченность тем, что госпожа Юн слишком сильно беспокоится о Соён. О Соён, которой, вероятнее всего, уже поздно помогать. — Ей нужен человек, который сможет вытащить её из этой дыры. — твёрдо произносит Наён пристально глядя на Дживон. — А ты? Разве ты не можешь это сделать, Наён? — тихо спрашивает Юн. — Я не могу. У меня не получится. — говорит Наён, от чего Дживон приходит в шок. — Ничем, госпожа Юн, не могу ей помочь. Теперь злость госпожи Юн от её слов, вновь сменилась тоской и старые раны опять кровоточат. А в голове сплошное отрицание её слов: Что ты такое говоришь? Ты же психиатр! Ты же сможешь! Тебе ведь это слабо сделать! — Я уже перестала верить в то, что я ей чем-то помогу. — опускает она глаза на пол, — Ситуация слишком тяжёлая. Дживон прячет своё шокированное лицо, разворачивается и шагает в сторону выхода из палаты. Практически бесшумно выйдя из помещения, сразу направляется к лифту, ждущему её на третьем этаже. В её планы не входило портить сегодня настроение Соён. Дживон хотела уйти к себе домой, отправить оттуда сообщение врачам, чтобы они оставили её в покое, а после, напиться, как последняя тварь, забыв в процессе своё имя, свою жизнь, о своей дочери у которой непонятная, неизлечимая не до болезнь. Но всё, как обычно, пошло через одно место.