3
22 марта 2023 г., 14:26
«Когда с чаровницами погаными будет покончено, направлен будет меч огненный на головы нелюдей и чудовищ, ведьмаками именуемыми. Чтобы не разносили скверну по улицам чистым и освящённым Вечным Огнём. Чтобы глазами своими змеиными не нарушали покой добропорядочных прихожан. А то от такого взгляда бывает и молоко прямо в корове киснет и уроды родятся». Анонимный адепт Храма Вечного Огня
Новиград встретил его смрадом городских улиц, ворчливыми стражниками, дымом пылающих костров и криками сжигаемых на них людей и нелюдей. Не в лучшее время довелось ему приехать. Хотя сейчас любое время для тех, в ком есть хоть немного магии — не лучшее. Леви побывал в банке Вивальди. Обменял валюту на новиградские кроны. Взял немного, а остальные положил на счёт. Отправился на рынок и в кузню. Сменил сапоги, подлатал доспех, починил стальной меч. Когда проходил мимо Пассифлоры, то девушки недвусмысленно заманивали его и, кажется, даже обиделись, когда он прошёл мимо, одарив их лишь обычно хмурым взглядом. Но в Новиград ему нужно было не только для решения мелких вопросов. Некоторое время назад он получил письмо от Лютика и очень беспокоился не стало ли слишком поздно. Однако все, кто хоть как-то мог быть с ним связан, не знали где его искать. У него не было абсолютно никакой зацепки. Ведьмак направлялся в квартал ювелиров, когда солнце прибывало в зените, а с главной площади послышались людские улюлюканья и хохот. Всё бы ничего, да вот только вторил им пронзительный женский крик. Леви вздохнул, скрежетнул зубами, сжал руки и вопреки здравому смыслу развернулся, пошёл на площадь. На середине по обе стороны от фантана возвышались столбы, обрамлённые соломой и дровами. Девушка, что была привязана к правому столбу дико извивалась, кричала, молила. Вторая девушка гордо смотрела перед собой, не шелохнулась, хоть занимающееся пламя уже принялось лизать её голые ступни. Огонь полыхал, гудел. Толпа ревела. Проповедник проповедовал. Ведьмак злился. «Чаровницы эти, думали укрыться, бежать от суда праведного, от суда Вечного Огня! Когда разворошили гнездо их, Аретузу, когда воспылало на развалинах пламя чистое, пламя очищающее! Но не смогли они идти против Вечного Огня! В его свете видны все их прегрешения! За что и карает их пламя неугасимое! Женщина — существо порочное и грязное! Испокон века дьяволу служащее! Так смотрите же, что праведный огонь с ними, отродьями адовыми делает! И где их магия? А ничто она в свете Вечного Огня! Узрите же силу Вечного Огня!» Рука потянулась к клинку за спиной, но он осёкся. Что он сделает? Что он может? Он обещал вернуться... Леви отвёл взгляд. Последнее, что произнесла шумная девушка было: «мамочка». Никто не услышал этого жалобного вздоха, того, как напуганный ребёнок зовёт мать. Никто не услышал плача беспомощной девочки, простой ученицы Аретузы, которая хотела лечить людей. Она ведь больше разбиралась в травах и целительных чарах, чем в ворожбе. Никто этого не услышал за запальчивыми речами проповедника. Никто, только ведьмак, слух которого был чутким и слишком внимательным. Он хотел бы забыть этот всхлип, но не смог. «Да очистит священный Вечный Огонь всякую нечистоту, да сотрёт он с лица земли погань, чернь и дьявольскую ворожбу. Да будет попран всякий, кто оскверняет мир зловонным смрадом собственных богопротивных чар! Да горит вечным пламенем скверна дьявольская!» А толпа опьянённая жестоким зрелищем исходила исступлёнными возгласами, восклицаниями и диким смехом. Леви ушёл с площади. Последнее, что он слышал было разочарованное: «Слишком быстро сгорели».***
Он сидел в корчме. Смотрел перед собой. Думал. Вспоминал. Чай уже остыл. Хотелось выпить чего-нибудь покрепче. Жутко хотелось напиться. Но он поборол этот порыв слабости и только сжал кулаки. Как ему всё это надоело. Так ни притронувшись к еде Леви встал, оставил на столе плату и покачнувшись пошёл к выходу. Один из банды громил, что сидели у выхода на самом почётном месте с диваном, шлёпнул служанку по заднице, когда она наклонилась убрать стаканы. Когда испуганная девушка не отреагировала, только руки её начали дрожать, Кабан хотел принять более радикальные меры и потянул руку, чтобы ухватиться за более весомые её части. Однако не успел. Рука его была перехвачена настолько быстро, что Кабан не сразу сообразил в чём дело. А дело было в очень простом. Ему не повезло, что мимо проходил ведьмак. Ведьмак, который был зол. Очень зол. — Ещё раз так сделаешь и я сломаю тебе руку. Потом вторую. Потом позвоночник в трёх местах, — прошипел Леви так, что девушка отшатнулась и не замедлила скрыться. — Слышь ты, на драку нарываешься что ли, нелюдь? — сплюнул тот, что сидел на диване. Леви отпустил руку Кабана, который, по всей видимости, всё ещё не мог переварить произошедшего и тупо пялился в одну точку. — Да вы только посмотрите, это ж мутант! Глаза какие, а? Ха! — усмехнулась девушка, что сидела рядом с главным на диване. — А что там преподобный, не хочет, чтобы мы ему мутанта на сожжение привели? Вот зрелище-то будет! Эй, змеиноглазый, не хочешь немного подрумяниться? — Заткнись, Матильда! — рявкнул на неё третий, что до этого просто наблюдал и недобро щурился. — И то верно, нам неприятности ни к чему, — улыбнулся четвёртый и улыбка его была жуткой, словно улыбался мертвец. — Особенно от такого как вы, милсдарь ведьмак. Леви молчал. Наблюдал. — Бывайте. — Оборачивайся! — выкрикнула Матильда и рассмеялась истеричным, громким, одурманенным фисштехом смехом.***
Он довольна долго разглядывал жемчужное колье. Понравится ли? Его терзали сомнения. Но делать было нечего, он всё равно его уже купил.***
Он не сомневался, что за воротами города его будет ждать засада. — Эй, это ты тот самый выродок, который посмел встать у нас на дороге? Узнаю — ты! Смотри-ка приоделся! Хорошо — будет чем поживиться. В падлу только с трупа снимать! Были только трое. Того, кого он принял за главного и с настораживающей улыбкой в поле зрения не оказалось. Либо они не стали участвовать в этом, либо ждали где-нибудь в засаде. Ведьмак вынул стальной меч и покрутил в руке. Молчал. Былой гнев прошёл. Да и не хотелось ему пачкаться кровью. Она могла понять, что он убивал, а он не хотел её расстраивать. — Давайте так, если вы сейчас возьмёте жопы в руки и свалите, то я не буду за вами гнаться. Ответом ему был предсказуемый смех и блестящие палаши. — Никак вы, зараза, не научитесь.***
Бой был коротким. Очень коротким. В три удара. На удивление девица оказалась более прыткой, чем её дружки. Все трое корчились и ползали по земле. Ни одна капля крови не пролилась. У ведьмака не было настроения убивать.
