Я для тебя

Шелестящий рокот широкой струи, что ровным потоком вливается в помутневший пласт мыльной воды, бликует случайными цветными пятнами, впитывая отражение ярко-желтой губки позади на полке. Аомине неотрывно наблюдает за льющейся из крана водой совсем рядом, как та стекает вдоль эмалированной белой поверхности стеклянной дорожкой и скрывается в воздушных комьях вздувшейся пены. Та искрится подобно снегу в солнечный день, и Дайки отстраненно ощущает накатывающую ненавязчивой сладостью дремоту, без особой охоты отгоняя ту прочь. Когда Кагами, с недовольством потирая ноющую поясницу, закрывает за собой дверь ванной комнаты, Аомине обнаруживается погрузившимся в воду по самый нос, с умиротворенно прикрытыми веками - не замечающим, как пузыристая горка сверкающей пены настойчиво тычется ему в щеку. Тайга хмыкает небрежно, стягивая нижнее белье, и намеренно шумно опускается в воду напротив Дайки, упираясь спиной в обратную сторону ванной и грубо пиная уснувшего парня ступней в плечо, скрытое белесым слоем пены. - Эй, даже не думай захлебываться у меня в ванной, - заявляет Кагами порывисто вскинувшемуся Аомине, укладывая руки поверх глянцево-белых бортиков. Дайки бездумно моргает несколько раз к ряду, рефлекторно усаживаясь повыше и подбирая в коленях ноги, задевая при этом чужую щиколотку. - Не переживай, малыш, никуда я от тебя не денусь, - наугад хрипит смешок Аомине, постепенно возвращаясь к реальности и цепляя прямой взгляд карминовых глаз. Кагами фыркает, отворачиваясь, буркает под нос нечто вроде «вот еще», упираясь подбородком в подставленную ладонь. Дайки приподнимает уголки губ в ответ, не отрывая взгляда от хмурого красноволосого парня напротив, что неизменно вызывает в груди прилив странно успокаивающего тепла. Аомине знает Кагами взбалмошным, непокорным, порой даже буйным - во время баскетбола, например, это просто невероятное зрелище. Кипящим, как раскаленная лава, беспрерывно готовым к новым рывкам, движениям куда-то вперед, и сознание подобного неизменно отдает Дайки дурманящим хмелем в голову, подстрекая и подогревая поток инстинктов и мыслей. Аомине понимает, что загадочным образом упустил тот момент, когда они стали настолько близки. Насколько? Да абсолютно до невозможного. Настолько, что у Дайки зародилось желание засыпать с Тайгой в одной постели, молча наблюдать, как тот готовит ужин-завтрак-обед на двоих, принимать вместе с ним ванну, не наблюдая ничего пошлого, не предпринимая без конца бездумного напора, не несущего в себе ничего глубокого. Аомине все так же доставляет удовольствие секс с этим вспыльчивым, бунтливым парнем - нет, даже больше, чем в самом начале, - но это перестало быть единственным наполняющим их отношений. Дайки склоняет голову и слегка морщит нос, кривя губу с одной стороны и из-под полуприкрытых век наблюдая за непривычно тихим Кагами. Нет, их отношения никогда не были настолько пустыми. После того, как Аомине заметил Тайгу - не познакомился, а в самом деле заметил этот внутренний запал, направленный на самого Дайки, - сразу зародилось нечто… большее. Сложнее. Нечто несуразное и непостоянное, во многом противоречивое, но постепенно крепнущее и настойчиво заполняющее спектр чувств кардинально новыми оттенками. Вплоть до такой степени, при которой Дайки начал ощущать расслабляющий напряженные нервы покой рядом с ним. Аомине мысленно ставит жирную точку на внутреннем самокопании на сегодня и легко пинает Тайгу под колено. Тот плавно дергается всем телом, ощущая слабый толчок, с укором глядит на Дайки и отворачивается обратно. Форвард Тоуо пораженно фыркает. - Ты слишком тихий, - заявляет Аомине с негромким, но твердым полутоном недовольства, пиная Кагами в бедро так, что тот невольно накреняется в бок. - Зато ты чересчур бодрый, - цедит Тайга угрюмо, пиная чужую ногу в ответ. - Дай хоть ванну принять по-человечески! Дайки ехидно усмехается, давая ясно понять, что «по-человечески» для него - слишком скучно, и, вызывая всполохи мыльных брызг, принимается толкать Кагами поочередно обеими ногами, удерживаясь ладонями за бортик и вынуждая рыкнувшего Тайгу пинаться в ответ. Сплевывая соленые ошметки пены, Аомине заливается смехом, наблюдая, как жмурящийся Кагами утирает белесые комки с лица. Подлавливая как нельзя подходящий момент, Дайки ловит скользкие от воды ступни Тайги и, усмехаясь, дергает крепкие ноги на себя и вверх, с довольством наблюдая мелькнувшее удивление на ошарашенном лице Кагами. Парень соскальзывает под воду с головой, неловко дернув руками. Прежде, чем тот успевает прийти в себя, Дайки набирает воздуха побольше и без промедлений погружается в воду, различая размытые черты недоумевающего Тайги и накрывая приоткрытые губы своими.

***

- Тайга, - задумчиво произносит Аомине, с удобством лежащий на спине и пронзающий взглядом ночной комнатный мрак. - Хн, - невнятно мычит Кагами, завозившись под одеялом. Ну почему этого самовольного парня пробивает поговорить исключительно после полуночи? - Ты серьезно думаешь, что я принимаю тебя за пустое место? - тянет форвард Тоуо с примесью странного любопытства в приглушенном голосе. - Когда ты молча сваливаешь посреди разговора - да, - ворчит сонно Кагами, желая поскорее заснуть. - Бакагами, я спрашиваю серьезно. - Я тоже серьезно, - огрызается недовольно сейриновец и отворачивается на другую сторону, зарываясь в одеяло с головой. После горячей ванны тело словно облепило приятной дымкой жаркого пара, и это несказанно клонит в сон. Хотя Дайки, похоже, так не считает. Сильные руки рывком опрокидывают Кагами обратно на спину, выбивая из зажмурившегося Тайги удивленный выдох. Кагами рычит, собираясь выругаться, но распахивая веки, замирает, увидев над собой залитое тенью лицо Аомине, сердитое и в самом деле серьезное. - Тайга, - твердо произносит он и, на этот раз, ощутимо громче, - я серьезно. К горлу отчего-то подступает першащий комок, и Кагами спешит его сглотнуть. - Чего ты к этому прицепился? - осторожно спрашивает тот. - Ответь, - коротко требует Аомине, так и замерев. Кагами задумывается. Почему-то под пристальным взглядом Дайки глаза в глаза это оказывается несколько сложнее обычного - мысли путаются одни с прямо противоположными. - Не знаю, - пытается выдать за ответ Кагами, беспомощно уводя взгляд, но Аомине прицыкивает языком и раздраженно насупливается, встряхивая парня за плечи и вынуждая посмотреть на себя вновь. - Так подумай. Тайга на секунду замолкает, после словно отпуская собственные спусковые крючки. - Иногда я не понимаю, что творится в твоей голове. - Мы же закрыли эту тему, - недовольно ворчит Дайки, но Тайга коротко его обрывает. - Нет, я серьезно, - с уверенной выдержанностью говорит он. - Брось, - фыркает Аомине, с недоверием изгибая бровь. - Разве так сложно понять, что я имею в виду? - Представь себе, - огрызается Тайга. Этот парень рассуждает как ребенок! - Я не умею залазить в головы и читать чужие мысли, как Куроко. Я не пойму, пока ты не скажешь мне, как есть. - Но ты понимаешь, - хмуро тянет Аомине. - Обычно ты понимаешь. - О чем ты? - переспрашивает Кагами с недоверием и настороженным непониманием. Аомине обводит внимательным взглядом укутанное сумраком лицо Тайги, выискивая там след одному ему известных эмоций, отчего сейриновцу начинает становиться немного неуютно. Что уж говорить о сне - тот явно отступил, не удержавшись перед напором Дайки. Наконец Аомине устало вздыхает и, сгибая руки, падает всем телом на лежащего под ним парня. - Не бери в голову, - шепчет тот на ухо и вдруг отчего-то усмехается, коротко чмокает куда-то за ухо. Кагами приокругляет глаза в легком недоумении, от непривычно легкого, отдающего бархатной щекоткой прикосновения. Дайки перекатывается на бок, спиной к Тайге, и, натягивая на плечи одеяло, кидает, как ни в чем не бывало: «Спокойной ночи» - через несколько минут уже глубоко и ровно сопит. Кагами с несколько долгих секунд наблюдает за мгновенно погружающимся в глубокий сон парнем и досадливо чертыхается, отводя взгляд к по-ночному черному потолку. Умеет он весь сон перебить.

***

На утро Тайгу будит неясный шум - как выясняется позже, создаваемый возней на кухне, где без стеснений (да и, в некотором роде, уже привычно) гремит посудой Дайки. Кагами сонно трет глаза, подавляя упрямый зевок, Аомине же, напротив - оказывается на удивление бодрым и на редкость в хорошем расположении духа. Он усмехается, болтает какую-то ерунду, а после, глянув на часы, довольно быстро уходит, шлепнув Тайгу напоследок по заднице и игриво подмигнув, обернувшись на пороге. Кагами (которому, в отличии от некоторых, не удалось выспаться так же хорошо) ощущает то самое зудящее навязчивостью чувство, что тебя в чем-то надули, искусно разыграв яркую обманку. В чем кроется подвох, Тайга понимает только спустя полчаса, с досадой хлопая себя по лбу - засранец Дайки так ничего и не рассказал. И телефон у него - естественно! - оказывается отключен. Правда, немногим позже, убираясь в гостиной, Тайга обнаруживает тот за диваном абсолютно разряженным, на что недолго сверлит мобильник напряженным взглядом, а позже коротко прицыкивает языком - это все равно ни капли Аомине не оправдывает! И Кагами обязательно объявит ему эту мысль, когда тот наконец додумается заявиться к Тайге следующий раз, что, несомненно, должен состояться достаточно скоро. Безрезультатно прождав весь день и, плюнув на все, увалившись спать пораньше, Кагами никак не ожидал, что его разбудит в итоге визгливый дверной звонок. Тайга, плетясь к входной двери, ни на секунду не сомневается, кого именно обнаружит по ту сторону, но, распахивая дверь, Кагами интуитивно проглатывает все недовольства - достаточно одного взгляда. Каменно-непроницаемое лицо Аомине, в хмуро прищуренных глазах которого читается только иступленный, какой-то отчаянный гнев, поднимает внутри волну беспокойства - почти что страха. Дайки, замечая на себе чужой пристальный взгляд, криво усмехается, нагнетая своим видом все больше. - Я ушел из дома. И Тайга не находит, что сказать в ответ.