Culpa (черновик)

      У всех с самого детства формируются свои принципы, понимание мира и его законов… У всех с самого детства формируется мечта. Маленькая или же большая. Тернистый путь героя, который начался с малых лет, вот такой была ее мечта. Приключения, испытания, которые она сможет покорить вместе со своими товарищами. Верный напарник в лице болтливого оруженосца, всегда готового подставить свое плечо в трудную минуту, дорога взывающая ее к новым местам. Это человечество не заслужило мечтателей вроде нее, но даже так, Бог не обделил ее. Он дал ей желанную тропу. Дал силы мечтать и начал он с самого начала, даже испытания для «юного героя» были подобраны исключительно сложные, чтобы закалить дух легенды. Всю свою сознательную жизнь проведя в изоляции, глядя на остальных с высоты своей башни, она читала книги и слушала истории от своих слуг о героях, которые покоряют все новые и новые вершины, сокрушают устрашающих мутантов и очищают земли от обелисков… И ей было желанно это приключение, этот путь. Повязки, скрывающие ее ужасные метаморфозы, они были словно цепи для заключенного. Книги, которые она перечитывала раз за разом, спасающие ее от медленной смерти, направляющие ее, не прекращающую верить в чудеса геройства. И вот в свое совершеннолетие, когда земля уже не могла терпеть и спросила с человечества за всю боль, юная принцесса в последний раз смочила бинты в священной воде, обжигающей ее тело словно раскаленные угли. Ей помогли перевязаться, дали броню из легких пластин, стянутых веревками на конечностях и на груди, а также повязали на ногах колокольчики, что будут оповещать других о присутствии «мертвеца». Она взяла в руки копье, лучшее из подчинившихся, названное ей «sueno» и вышла в залу замка. Ее слуги шли сзади, слегка придерживая одежду принцессы. Утонченно и элегантно, словно плывя по кровавой реке, она двигалась вперед к выходу по красному ковру. Когда ворота распахнулись, весь народ увидел… Девушку, осыпаемую розовыми лепестками под бой колоколов. Внутри нее был заточен ребенок с духом приключений, тайно желающий спасения от мучительного рока судьбы. Она хотела отыскать свой мир на краю этой земли и теперь, когда обряд ее «похорон» был исполнен, она вольна идти дальше, гонимая храмами и священнослужителями, медленно страдающая от проказы, мечтательная героиня своего собственного романа. Ее имя было стерто с архивных записей «чистой линии» родословной их семьи, чтобы укрыть позор. Портреты были сожжены или убраны в кладовую, а книги, читаемые только ей, брошены в старинную библиотеку. Этот мир забудет о ее существовании, однако еще не раз содрогнется от ее силы. Она станет героем, но никто никогда не услышит. Никто не узнает о Кихо — прокаженной принцессе, ставшей путеводной звездой в этом темном мире.       Она покинула замок и свобода, которая ей теперь была доступна казалась ей слишком необъятной. Столько путей по которым можно идти, столько мест, которые можно посетить. Столько людей и приключений и все это для нее. Невероятная награда за то, что ее заключили в клетку на такой долгий срок. Молитвы что она произносила перед сном помогли ей и теперь, ее собственный бог не оставит девушку. Она обойдет всю землю, пройдет на север и достигнет желаемого просвещения. Ничто не будет способно сломить ее, никто не будет способен остановить дикий дух, вырвавшийся из-за стен башни.

На этой тропе, она одинока, но и тропа эта лишь для нее одной

      Дорога была самой разной, но идти было лишь в удовольствие. Извилистая, прямая, в горку и даже на спуск с нее. Трава, песок, камни или же влажная земля. Она шла, бежала, прыгала, звеня металлическими колокольчиками на своих ногах, и все это казалось лишь сном. Когда девушка уставала, она могла остановиться где хотела и отдохнуть. Посидеть на камне, полежать около нескольких бревен, сваленных вместе, выпить талой воды с горного ручья. Все это было возможно теперь, а не лишь в ее воображении и она была благодарна за это. Девушка заливалась смехом, когда видела щебечущих птиц около себя, пыталась догнать дикого зайца, даже обогнать его. Знойный день длился так долго, а ей все не хотелось чтобы это прекращалось, однако у всего есть свой логичный конец. Вот и Кихо медленно подошла к окончанию дороги и ее глазам открылся вид, доселе неисследованный. Горы трупов, море крови и небо, стянутое тучами в ожидании слез. Холмы были усеяны еще свежими телами, а земля впитала в себя столько крови, что стала темно-красного цвета. Сотни людей лежали недвижимо, десятки знамен развевались на ветру. Птицы, ранее щебечущие ей в лесу, теперь выдирали глаза трупам и отщипывали куски плоти, не торопясь, ведь на этих холмах было настоящее пиршество. Мечи, пронизывающие тела, располовиненные и раздавленные люди, давно охладевшие. Девушка неторопливо шла вдоль бывшего поля боя. Запах крови не вызывал у нее отвращения, однако же вид стольких мертвецов не мог не озадачить путешественницу. Она исследовала это место какое-то время и в конце концов, ее зрение ухватилось за мелькающий силуэт среди горки трупов. То был не ворон и не обрывок знамени. Человек, обыскивающий или на разведке? Прокаженная довольно улыбнулась и двинулась вперед. Она подошла ближе и звук колокольчиков объявил незнакомцу о том, что здесь есть-кто-то еще. Перед Кихо из-под трупов встала невысокого роста фигура. Маска чумного доктора и слегка мешковатые одежды с рваным плащом. Вся в темных тонах, она почти сливалась с ландшафтом, пока врач стоял здесь и молчаливо смотрел на Кихо с ее короткими броскими волосами, желтоватыми, прямо как тюльпаны. Активная девушка была как мишень, просто ходила туда-сюда и громко заявляла о своем присутствии. Даже сейчас, начинающийся дождь не помешал ей и самоназванная звезда горделиво положила руку себе на грудь, пока другой опиралась на копье и начала представляться. — Я Кихо! Запомни это имя хорошо и надолго, незнакомец, ведь услышишь о нем еще не один раз! Однажды, ты услышишь о герое с именем подобно моему, и к великому твоему удивлению им буду именно я! — Девушка довольно хмыкнула и осмотрела своего собеседника. Он был слишком молчалив, словно и не обладал возможностью к говору. Казался нелюдим и не обращал внимание даже на капли дождя, после чего продолжил свою работу. Осматривая раны на трупах, чумной доктор делал заметки в своем журнале и небольшие зарисовки, непонятные с первого взгляда. Кихо подошла чуть ближе и посмотрела на занятие незнакомца, после чего снова начала говорить, ничуть не сбавляя тон с прошлой попытки. — О, так ты здесь для помощи! Хочешь помогать этим людям, добровольно избравшим смерть, хмм, а я вот ищу кое-что, мне для этого нужна команда, не хочешь вступить? — На секунду доктор замер, после чего повернулся к Кихо и видимо ожидал продолжения. — Смотрю, я немного тебя заинтересовала! Я направляюсь на дальний север, чтобы отыскать там невероятное и непостижимое! Множество преград на пути будут, но ведь я и ты, мой верный помощник справимся со всеми невзгодами! Ну как? Интересно ведь, да-да! — Однако подобное было не совсем интересно собеседнику, так что врачеватель отвернулся и продолжил заниматься своими делами. Кихо это сильно огорчило, но она не стала сильно расстраиваться, а лишь наоборот загорелась желанием завербовать такого человека в свою команду. Их прервала группа солдат, что двигалась в сторону бывшего поля боя, громыхая доспехами и размахивая вражескими знаменами. Доктор, заметив это быстро стал собирать вещи и уходить, но прокаженная была другого мнения. Она встала на месте и когда враги заметили ее, то девушка громко рассмеялась им в лицо, привлекая внимание солдат и поспешно бегущего доктора. Принцесса подняла массивное копье с клювом над головой и гордо заявила: — Я Кихо! И я — герой! Нет ничего такого, что было бы не под силу мне и «суэно»! — Занося вороний клюв над головой, девушка окрестила себя. Сейчас она была готова. Остатки бинтов, развевающиеся на ее руках и ногах, звонкая мелодия колокольчиков на ногах девушки, искусно орудующей названным копьем. Она дралась с поражающей ловкостью, смеясь над врагами и внушая страх своим лицом, закрытым за повязками. Однако, как бы искусна она ни была, врагов было больше, что доставило свои проблемы. Взмахивая своим оружием, она совсем выбивалась из сил, что привело к беззащитности. Когда ее полоснули по спине, проламывая подвижный, но хрупкий доспех, девушка не упала, а лишь слегка согнулась от боли, но быстро пришла в себя. Она продолжала звонко хохотать, выбивая мозги «вороньим клювом», но болезненные ощущения усиливались, заставив девушку упасть на колено. Руки дрожали, не давая разомкнуть пальцы, а ногами было трудно перебирать. Сильный удар сапогом отправил ее на землю к трупам, а ее оружие упало близ нее. Толчки и удары ногами не давали ей встать, а в попытке схватить «суэно», она лишь заработала себе лезвие ножа в руке, отчего сдавленный крик ее был слышен по всему полю битвы. Она попала в окружение солдат и быть милостивыми с ней никто не собирался. Девушкам тяжело приходилось на поле битвы, кровь и трупы плохо сказывались на хрупкой психике, но сильнее было насилие над самими девушками. Надругательство было худшим наказанием и исходом, так что обычно девушки старались убить себя перед попаданием в плен. У Кихо же такого шанса не было. Ее пластины брони были сорваны, старые одежды изодраны в тряпки, показывая солдатам тело, обмотанное бинтами повсюду. Когда один из них снял повязки с лица девушки, то все солдаты с криками стали убегать назад. Кихо слегка приподнялась, насмехаясь над ними и подтянула к себе поближе свое оружие. Она встала на ноги и тогда всем показалось лицо, раньше сокрытое за бинтами. Изуродованная проказой и волдырями на руках, с хищными глазами, желтоватого как и волосы цвета. Девушка была в бинтах с ног до головы и с трудом стояла на ногах, удерживая баланс копьем. Она слегка выровнялась, сквозь острую боль выпрямляя спину. Ладонь кровоточила так же сильно, но это не помешало ей сжать копье и снова поднять его над головой. — Героям не страшна… нгх, не страшна подобная участь… Героям не страшна смерть! — Боль делала голову светлой и чистой. Никакие дурные мысли не лезли, но память о «прошлой» жизни. То, как она еще была принцессой. Читала с отцом и сестрой. Ужасающие дни в кровати, кровь и отвращение в глазах смотрящих. Боль от наказания за уродство и отчаяние в поисках лечения. Изгнание как решение, как выход. Это все стало невозможно выносить, так что она с трепетом молила о свободе, об изгнании.       Она стала медленно приближаться, поднимая верное оружие и стискивая от боли зубы. Один из солдат посчитал себя достаточно храбрым и рванул вперед, выставляя меч, однако его шлем, а вместе с ним и голова были пробиты. Кихо стороной с молотом отправила неудачливого воина в горку трупов и продолжила подступать, она била с остервенением и неостановимой яростью. — Страшитесь меня! Я есть воплощение справедливости, я есть наказание и я буду той, кто отправит вас на другой берег!

Я… Кихо — неугасаемая звезда!

      Девушка пошатнулась. Ее собрались добить, используя численное преимущество, однако солдаты мешкали. Они боялись ее, одиноко бредущую вдоль тел, а вид множества трупов позади девушки заставлял даже ветеранов задуматься о бегстве. Моментом воспользовались и когда Кихо казалось бы уже упадет от бессилия, из-под тел встанет тот самый доктор и достав небольшую колбу из-под своего плаща, разобьет ее, разливая на трупы. Одним движением руки, вся жидкость вспыхнула и начался пожар, охватывающий соседние тела. Черный дым заставлял солдат отступать, а тех кто не успел, он забирал на тот свет, заставляя задыхаться и сгорать в муках. Чумной доктор шустро схватил Кихо и подобрал ее копье, после чего побежал в другом направлении. Девушка была без сил, но она продолжала смеяться, вся покрытая кровью и грязью. Ее спаситель молчаливо бежал с телом незнакомки на плечах. Кихо считала это победой и началом образования команды. Она была довольна, ведь внешний мир все-таки не так уж плох как ей говорили. Мир, ощущаемый через книги теперь для нее был реален и даже его бедствия и невзгоды, Кихо была готова перенести все это со смехом и улыбкой. Она, вероятно, давно сошла с ума, а ее уже успели записать в мертвых, от воспоминаний о девушке избавились. Но прокаженная еще верит, что сможет сделать так, что имя ее прогремит по всему континенту, вплоть до северных земель. Сквозь маску доктора, Кихо слышала тяжелое дыхание своего спасителя, однако на слова благодарности ей совсем нехватало сил. Глаза сами закрывались, а последним что она видела, была дорога, в конце которой был пожар, отдаляющийся все сильнее и сильнее с каждым выдохом доктора.

На этой тропе их двое, и двое назовут ее в честь себя