THV24/7

♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡

      Настроение уже вторые сутки было под ноль.       Наверное, так и происходит, когда рисуешь воздушные замки, которые не выдерживают реальностей жизни. И Чонгук даже не мог разозлиться на Тэхёна из-за падения своих, ведь тот пусть и виноват, что он нафантазировал себе невесть чего, создал идола, реальный образ которого не сошёлся с представляемым, но лишь косвенно.       Так что Гук мужчину не винил, да.       Однако слушать его озвучку перестал.       Это было вынужденным решением. Стоило узнать характер того, кто долгое время был центром твоей жизни, как во рту начал образовываться неприятный привкус полыни, едва Чонгук слышал въевшийся под кожу голос. Прежде он был уверен, что хотел встречи со своим кумиром, сейчас же всё бы отдал, чтобы отмотать время назад и ответить Юнги по-другому, отказаться от желанной возможности познакомиться.       Лучше бы и дальше витал в облаках и смотрел сквозь розовые очки, чем испытывать такое разочарование.       Поскольку слушать любимый голос стало больше невмоготу, натоптанную дорогу к YouTube-каналу thv пришлось забыть, чтобы лишний раз не морщить нос, вспоминая тот вечер. Однако именно в этот момент, когда Чонгук твёрдо намерился дальше идти без голоса Тэхёна, тот, словно издеваясь, впервые запустил на своём канале аудио-трансляцию, чтобы поболтать со своими подписчиками и поотвечать на некоторые вопросы. У Чонгука просто остановилось сердце, ведь прежде ничего подобного Ви не проворачивал, и всё же, с зубным скрежетом, он заставил себя отложить телефон в сторону и занялся домашними делами.       Противостоять желанию послушать было крайне сложно, но то потухало каждый раз, стоило вспомнить холодный взгляд и насмешки в адрес его статуса и «жизненных ценностей», брошенные человеком, который совершенно его не знает. Отсутствие привычного ритуала, когда он постоянно заходил на излюбленный канал, слегка выбивало из колеи, ведь руки сами так и тянулись к телефону, чтобы отработанными движениями запустить запись вчерашней трансляции. Из-за этого Чонгук лишь сильнее злился — подумать только, насколько зависимым он стал от чужого голоса...       А ещё злило то, что его посчитали беспринципным охотником за богатством, хотя он даже толком рта не успел открыть у Юнги. С чего этот Ким Тэхён решил, что Чонгуку интересен его кошелёк? По какому праву позволил себе так высказываться насчёт абсолютно незнакомого ему человека, не дав ему возможности узнать себя лучше? Единственная ошибка, которую Чонгук совершил — влюбился в голос и характер того, кого, похоже, в природе не существует, и что же, его за это наказывать?       От подобных мыслей всего за пару дней Чонгук умудрился заработать лёгкую мигрень и очередной приступ тошноты.       Хватит с него актёров озвучки, прячущих свои истинные уродливые личины за маской искренности.       Именно по этой причине одежду для сегодняшней смены в баре Гук подбирал с особой тщательностью. Прежде это всегда было что-то сдержанное, не привлекающее внимания, поскольку охочих до его задницы парней и без того хватало. Однако встреча с кумиром трансформировалась в безрассудное желание натворить глупостей, которое прятало свою уродливую морду где-то под пошедшим трещинами сердцем. Чонгук лишь два дня назад понял, насколько лживыми бывают люди. Ви все годы своей карьеры отлично прикидывался мягким и открытым человеком, в жизни оказавшись тем ещё циничным мудаком, и Чон был уверен, что тот далеко не единственный, кто вводил других в заблуждение.       Какого тогда чёрта Чонгук пытается выглядеть в глазах других лучше, если его априори считают меркантильной сукой?       — Тебе давно пора встряхнуться, — поддержал его желание выделиться Чимин. — Ходишь вечно, как выпускница института благородных девиц, аж смотреть противно...       — Какие ты умные слова знаешь, надо же, я поражён, — лениво язвит в ответ Чонгук, прикидывая к груди чёрный лонгслив и тут же отбрасывая в сторону.       В таком в баре будет слишком жарко.       — Тебе надо чаще слушать дядю Чимина, тогда и проблем в жизни поубавится, — пропускает колкость мимо ушей. — И вообще, какого хрена ты грузишься? Ну, подумаешь, кумир оказался тем ещё мудаком, тоже мне, неожиданность... Они там каждый второй подобного сорта, к этому нужно было заранее быть готовым.       — По голосу и поведению в сети в голове совсем другой образ сложился. Я думал, невозможно так искусно сыграть искренность и открытость. Оказалось, что Ви просто очень хороший актёр, и не только в плане озвучки...       — Слушай, я понимаю, ты долгое время по нему сох, и реальная встреча тебя морально потрепала, но жизнь-то на этом не закончилась. Он не последний мужик в ней. Тебе может ещё пара уродов подвернутся, прежде чем ты встретишь своего человека — того, кто будет бросать все дела, когда тебе понадобится его помощь, и в два ночи приезжать утешать тебя, ревущего над «Хатико».       — Ты сам рыдаешь над ним не хуже моего, — возмутился Чонгук, доставая с верхней полки запакованную футболку.       — Я и не отриц... оо, да, детка, ты просто обязан надеть сегодня эту прелесть!       Чонгук даже хохотнул на реакцию друга, поскольку понимал, чем та вызвана.       Хмыкнув, он выудил из шкафа чёрные джинсы с прорезями на коленях, которые обтягивали его задницу и бедра, словно вторая кожа, вызывая желание прикоснуться. Наверх надел чёрную футболку с прорезями на плечах, груди и животе и, честно говоря, та больше открывала, чем прятала, дополняя собой провокационный образ. Чонгук себя сорвиголовой или великим соблазнителем никогда не считал и не чувствовал, но именно сегодня появилось это желание выйти из зоны комфорта, примерить нетипичный для себя образ.       И результат ему более чем понравился.       До бара, что находился от его дома буквально в четырёх кварталах, сегодня было решено поехать на такси, хотя обычно этот путь он предпочитал проделывать пешком: как раз успевал разгрузиться и настроиться. Но сегодня какое-то непонятное предвкушение разливалось в груди, било фонтаном, вызывая на губах безумную усмешку — водитель наверняка подумал, что Гук чокнутый... Плюс с ним навязался Чимин, исполняя роль курицы-наседки, поскольку не хотел оставлять друга одного в потрёпанных чувствах.       А Чон и не возражал: будет хоть на кого отвлечься, если снова решит захандрить.       Клуб, как и всегда, встретил громкими битами и шумом толпы, что разделилась на три лагеря: кто-то ещё доходил до нужной кондиции у бара, кто-то за столиками уламывал девушек/парней поехать в более уединённое место, а кто-то отрывался на танцполе, выпуская накопившуюся за рабочую неделю усталость. Чонгук поздоровался с Марком, своим напарником, на ходу интересуясь, что пропустил интересного, и занял своё место за барной стойкой. Многие из здешних завсегдатаев заглядывали в клуб исключительно в смену Чонгука, поскольку он не покупался на флирт посетителей, знал, кому и когда подлить добавки или наоборот сказать "Тебе уже хватит", а когда выслушать.       За такое отношение девушки его обожали, даже зная, что им ничего в этом пруду не обломится, парни пытались подкатывать поначалу, но несколько хуков и не совсем приятная беседа с охраной быстро вправили мозги на место. Чонгук продолжал ловить на себе заинтересованные взгляды, однако подкатывать или распускать руки больше никто не пытался.       Знали, чем всё закончится.       К своему делу Гук относился ничуть не хуже, чем к учёбе в универе или помощи Юнги с кофейней, а потому сразу приступает к работе, изредка отвлекаясь на болтовню Чимина. Тот потягивал свой коктейль и заинтересованно осматривался, будто впервые здесь; Чонгук же искоса наблюдал за другом, поскольку Пак горазд искать приключения на свою пятую точку, но больше в мысли уходил, чересчур усердно натирая бокалы.       Ближе к полуночи в клубе стало оживлёнее — шумнее, если говорить словами Чонгука. Голодных взглядов, сосредоточенных на его теле, стало в разы больше, и с одной стороны это, безусловно, льстило, но он не чувствовал никакого удовлетворения. До недавнего времени ему было нужно внимание лишь одного конкретного человека, а чего желал теперь, ему даже ответить сложно.       Похоже, с долгосрочными перспективами пора заканчивать.       — Бокал "Хеннесси", будь так добр, — прервал череду невесёлых, несмотря на всеобщее веселье, мыслей голос.       Знакомый до боли, и настолько же нежеланный в эту самую минуту.       Чонгук поднял на очередного своего клиента взгляд, полный учтивой вежливости, как и полагается по долгу службы, однако глаза остались холодными. Общаться с тем, кто посчитал его таким пустым и недалёким, не было никакого желания.       Но работа есть работа, и уже через пару секунд он ставит перед Тэхёном снифтер на салфетку, на два пальца наполненный янтарной жидкостью. Ещё одной девушке повторяет коктейль, смеётся с её шуток про то, как повезёт его будущему парню, который и дома намешает алкоголя, и отходит поближе к Чимину, который пристально изучает сидящего по правую руку мужчину.       — Сегодня ты не такой разговорчивый, как в прошлый раз, — задумчиво наклоняет голову Тэхён, глаз не сводя с Чонгука.       — Наверное, потому, что в прошлый раз мне ясно показали, кем меня считают, — будто бы безразлично пожал плечами он. — А я парень понятливый.       В конце концов, у него тоже есть гордость, и бегать за тем, кому не интересен, Чонгук точно не станет. Больно? Немного. Обидно? Чертовски. Но насильно мил не будешь, а с таким, как Ким Тэхён, не очень-то и хотелось.       — Даже если я скажу, что ты всё неправильно понял? — Мужчина точно не собирается оставлять его в покое.       Чонгук нахмурился, ненавидя себя за ту надежду, что гигантским монстром сейчас расползалась под кожей, отравляя кровь. Больше всего ему хотелось бы верить, что неутешительный исход того вечера — всего лишь последствия его неуверенности в себе, а его Ви на самом деле был именно таким, каким считал его Гук все эти полгода.       — Прости, что прерываю твои пафосные речи, — вмешивается в их диалог Чимин, — но по-моему, когда человек говорит "Катись к чёрту", он имеет в виду "Катись к чёрту", а не "Рад тебя видеть". И когда ты завуалированно назвал Чонгука меркантильной сукой, вряд ли хотел сказать, что он тебе нравится. Если я ошибаюсь, ты поправь меня.       Тэхён тяжело вздыхает, понимая, что поговорить здесь с Чонгуком спокойно не получится, но после того вечера было сложно уговорить Юнги даже адрес клуба, в котором младший работает, дать, не то что адрес квартиры.       А объясниться хотелось.       — Мы можем поговорить... с глазу на глаз?       Чонгук, едва не до треска стекла сжав в ладони натёртый бокал, резко вскидывает голову, намереваясь послать Ким Тэхёна куда подальше — в Марианскую впадину, например. Но стопорится, едва успев открыть рот, поскольку мужчина не выглядит ни самоуверенным, ни наглым.       Заломанные домиком брови и это умоляющее выражение, застывшее в глазах, рушат шаткую уверенность в отказе. Чонгук успевает лишь заметить неодобрение, застывшее на лице Чимина, когда просит Марка приглядеть за баром на десять минут и машет головой в сторону, прося Тэхёна следовать за ним.       В коридоре, ведущем к административным помещениям, скрытом от зала тяжёлой шторой и массивной деревянной дверью, абсолютно пусто в эту минуту, разговору ничто не мешает. Но несмотря на свою надежду, Чонгук просто не понимает, как Тэхён сумеет объяснить своё поведение.       Чонгук опирается спиной на прохладную стену и прячет руки в карманах.       — У тебя десять минут, после я... — начинает первым Чонгук, пряча за колючками волнение, но его тихо перебивают:       — Сходи со мной на свидание?       От удивления у него спёрло дыхание: совсем не это он рассчитывал услышать. Извинения, объяснения — продолжение того неприятного вечера, в конце концов, — но никак не приглашение на свидание.       — У тебя что, кризис среднего возраста? — ляпает от шока. — То намекаешь, что мне от тебя только деньги нужны, то встретиться предлагаешь... Ты не выглядишь старше тридцати, не рановато?       Тэхён смеётся — мягко и бархатно, и вот такое его поведение больше совпадает с тем портретом, который нарисовал в своей голове Чонгук.       — Просто скажи "да", и при следующей встрече я тебе всё расскажу, обещаю.       Чонгук щурится, чувствуя, как его отпускает напряжение.       — Шантажом попахивает...       — Это он и есть, — беспечно улыбается мужчина, тоже заметно расслабляясь. — Ну так что?       Облизав губы, чем на мгновение привлёк чужое внимание, Чонгук тихо выдохнул, вновь ненавидя себя за слабость.       — Свидание так свидание.       Тэхён сияет почище натёртой Чонгуком до блеска барной стойки, протягивая ему смартфон, куда парень забивает свой номер. Мужчина не позволяет себе иных вольностей, кроме лёгкого прикосновения кончиков пальцев к чужой, порозовевшей от смущения щеке, и, с улыбкой попрощавшись, покидает клуб. Чонгук ещё несколько секунд ждёт, пока предательский румянец исчезнет со щёк, только после этого возвращаясь к бару, где его ждёт с кучей вопросов Чимин.