Танец наших душ

                        Standing in a crowded room                         But all I see is you                         Like a spotlight follows where                         you are                         Do you know I never want to                         leave you side                         Desire swallows up my pride                         I can’t say no, I want you,                         So I’ve got to see this through                   ‘Cos I just can’t fight this feeling                         We should be lovers. We should                         be lovers.                         Junior Caldera — Can’t Fight This Feeling       Прошло десять минут с начала урока, а Оксана так и не явилась. Ранее девушка была более пунктуальной и меня не просто напрягали, а, наверное, даже пугали столь значительные изменения в поведении подруги. Это могло значит лишь то, — как бы сильно я не отрицал данное понимание происходящего, всё равно стоит признать, — что причиной такого халатного отношения к учёбе послужил Сурков. Учительница математики, — Наталья Николаевна, максимально дружелюбная женщина, что весьма доходчиво и грамотно преподаёт свой предмет, — уже давно начала объяснять новую тему и, кажется, уже подходит к концу, как её неожиданно перебивает стук в дверь. Догадаться не сложно, кто является причиной шума.       — Извините за опоздание, можно войти?       Женщина отрывает взгляд от учебника и окидывает Оксану скептичным взглядом. Понимаю, что вывести Наталью Николаевну на негативные эмоции, можно сказать, невозможно, — даже малейшего намёка на гнев они никогда не покажет. Однако сейчас учительница действительно раздражена из-за поведения Окс. Монотонный голос с нотками злобы словно по кускам разрезает тишину кабинета:       — Фролова, ну сколько можно?! Твои опоздания слишком уж зачастили, мне стоит поговорить на эту тему с твоим классным руководителем?       — Извините, такого больше не повторится, — виноватым голосом даёт наверняка ложное обещание подруга.       Девушка ловко проскальзывает в кабинет, подобно змее в нору. Подруга является моему взору, и в этот момент моя нижняя челюсть, наверняка, была готова дотянуться до поверхности парты. Оксана надела довольно короткую для учебного заведения чёрную кожаную юбку, того же цвета топ, который подчёркивал собой то, что выделяться в школе не должно, а сверху накинута светлая укороченная рубашка. На ключице лежала тонкая серебряная цепочка, в центре которой был кулон. Концы волос аккуратно завиты, а лицо подчёркнуто слишком ярким макияжем, из-за чего мне было крайне непривычно видеть Окси такой. Учительница лишь закатывает глаза на такой развратный внешний вид. И я совершенно не против того, чтобы моя любимая Оксана выглядела женственно и привлекательно, но я вижу чёткую вещь, что она так старательно пыталась скрывать, — в таком облике они выглядит искусственной и ненастоящей, привычной «Окс» во всём этом маскараде увидеть невозможно.       Девушка проходит к своему месту, бросая мимолётный взгляд на сидящего позади меня Лёшу. По вмиг разочаровавшемуся лицу и поджатым губам могу предположить, что парень даже внимания не обратил на такой привлекательный вид Оксаны.       — Ну и что это? — Сразу спрашиваю шёпотом, когда Фролова присаживается рядом со мной. Подруга бросает на меня наигранный «недоумевающий» взгляд, а после отворачивается, тихонько доставая принадлежности из рюкзака.       — Почему я не могу выглядеть хорошо? — Пожимает плечами Окс и ставит подбородок на вытянутую ладонь, придерживая голову. Как бы она не старалась сейчас показать своё безразличие, я всё равно прекрасно понимаю, что она разочарованна из-за равнодушного отношения Суркова к ней.       — Обычно ты выглядишь хорошо, а сейчас, — молчу и обвожу взглядом силуэт Оксаны, прикидывая, как правильно выразиться, дабы не задеть, но сказать правду. Она выжидающе хлопает глазками, явно нуждаясь в моей правдивой оценке. — Очень выделяешься на фоне остальных.       Вижу блеск в глазах напротив, и девушка смущённо мне улыбается. Понимаю, что ненароком попал прямо в цель, и мои слова прозвучали как комплимент. Медленно оборачиваюсь, бросая оценивающий взгляд на Лёшу, — парень что-то увлечённо конспектирует. Моя догадка касательно безразличия Суркова абсолютно подтверждается, и я внутренне даже слегка сочувствую подруге, — наверняка она всё утро провозилась с этими макияжем, укладкой и прочими сборами, а труды не были по достоинству оценены. Возвращаю взгляд назад на Окс, разложив в голове всё по полочкам: она всеми силами пытается привлечь внимание новенького, что меня слегка огорчает, ведь зацикленность на человеке, — вещь омерзительная, избавиться от которой невероятно сложно.       Понимающе улыбаюсь подруге, — наверняка она не хочет сейчас слышать нравоучений с моей стороны, поэтому решаю запихнуть собственную гордость куда подальше и заткнуть ангела с правого плеча. Конечно, я позже найду время и попытаюсь до неё донести, что это — не норма, однако сейчас я не хочу портить ей настроение до конца учебного дня, да ещё и создавать никому ненужный конфликт.       — Спасибо, — еле различимо шепчет она мне и отворачивается, пока я начинаю тихонько паниковать.       Говоря откровенно, дело это, по сути, не моё. Я вполне ожидал, что меня настигнет такое непривычное и новое поведение подруги, но не знал, в чем конкретно подобные изменения будут проявляться. Сейчас я вижу зацикленность на определённом человеке, попытки привлечь его внимание. Меня это пугает, но Оксане, думаю, очень важно понимание с моей стороны в этот период. Вероятнее всего, это вскоре пройдёт, ведь подобное увлечение для неё как успокоительное, однако я всё равно искренне надеюсь, что это действительно настоящие чувства, а не попытки забыть прошлого человека, причинившего достаточное количество боли. ***       Находиться в забитом первом зале, — что наполнить крайне сложно, потому что его размеры весьма немалые, — теперь максимально странно и до ужаса тревожно. Косые взгляды аланов словно прикованы ко мне намертво, отчего я ощущаю душащий дискомфорт. Жалею, что вообще высунулся сегодня из дома и припёрся в это ставшее в одно мгновение чужим место.       К тому же, я знаю, кто конкретно стоит прямо за моей спиной, поэтому силюсь не пересекаться с Арсением взглядами через зеркало, что весьма сложно, — он-то прожигает во мне дыру. Стараюсь скрасить ожидание начала занятия разговорами с Оксаной и это, в какой-то степени, выигрышный вариант, — мне действительно немного удаётся отвлечься и не думать о томных взглядах Попова. Даже падать в раздумья, касательно причин такого сильного внимания к моей персоне, не хочу, — кто знает, что в голове этого черта.       Не знаю на что рассчитывали Марго и Арина, — что мы будем лучшими подружками друг с другом? Глупо, ибо какая бы крепкая дружба не была между нашими тренерами, конкурентам крайне сложно будет найти общий язык, если не сказать, что невозможно. Все те конфликты, неуместные фразы и едкие словечки в памяти словно паяльником выжжены. Это доставляет сложности в данную ситуацию, что и так простой назвать язык не поворачивается.       Ребята из нашей команды крутятся в самом центре зала, обсуждая, кажется, всё на свете, однако тему аланов и нашего совместного номера принципиально избегая. Мы с Оксаной тоже плавно вливаемся в разговор, однако боковым зрением как бы «невзначай» пытаюсь разглядеть разбросанных по залу участников ALANTeam.       Меня пугают их холод и равнодушие по отношению друг к другу. Кто-то разминается, кто-то прогоняет номер, пытаясь отточить некоторые моменты до идеала, лишь некоторые из них могут перекинуться парой фраз. И конкретно такие чёрствые отношения безумно мешают гармонии в коллективе. Арсений единственный, кто хоть как-то контактирует с одним из участников. Он что-то весьма заинтересованно обсуждает с Нурланом, — довольно сильным танцором среди аланов. По светлой коже Сабурова небрежной россыпью были раскиданы метки, что горели синевой в полутьме зала, — уже нашёл своего соулмейта. Даже позволяю себе признаться, что слегка завидую парню, — я тоже, наверное, хотел бы отыскать свою родственную душу, дабы просто взглянуть в глаза и провести с ним большое количество времени. Однако на данный момент я совершенно не уверен в своих желаниях, — ведь у меня появился Эд.       Дверь, наконец, распахивается, и в зал заходят Маргарита с Ариной, радостно переговариваясь, — видимо, они в предвкушении. Тут же виснет непривычная для ушей тишина в помещении, только лишь приглушенная музыка доносится из соседних залов, — во втором сейчас проходит черлидинг, а в третьем мой любимый контемпорари. Тренера приветливо улыбаются нам, становясь в центр, — на всеобщее обозрение.       — Итак, во-первых, хочу сказать, что очень рада вас всех видеть, — Марго до боли привычно хлопает в ладоши, дабы звуком привлечь к себе внимание. — Очень надеюсь, что мы все сработаемся. — Это высказывание, я уверен, было посвящено аланам, однако всё равно киваю для вида. Вижу, что Рита переживает до безумия — закусывает нижнюю губу, перебирает несколько аккуратных колец на тонких пальцах и вечно поправляет волосы. Оно и ясно — знакомство двух враждующих команд весьма волнительно событие, знаете ли.       — Да, — кивает Арина, наконец обозначая и своё присутствие в зале, — объясним для чего вообще мы затеяли это всё. Не стоит отрицать, что вы — самые сильные команды в школе, мы хотим поставить финальный номер, чтобы завершение отчётного концерта было грандиозным. По отдельности вы очень сильны, а вместе мы утроим настоящее шоу.       Виснет напряжённое молчание, что бьёт своей тяжестью по ушам. Оглядываюсь по сторонам, — на лицах каждого из присутствующих виднелись негодование и малость злобы, однако непонятно на что. На саму ситуацию, на тренеров, друг на друга, возможно, ведь никто не горел желанием заниматься чем-то максимально родным, тем, во что ты отдаёшь себя полностью и к чему относишься с максимальным трепетом, с врагами.       Касательно своего отношения к решению Маргариты и Арины решаю умолчать, поскольку в моём мнении, в принципе, никто из участников и тренеров не нуждается. Поэтому просто киваю на речь Арины и стараюсь, чтобы ни один мускул на лице не дрогнул и не выдал моих истинных эмоций и чувств. А испытывать мне есть что, — прямо за моей спиной послышались смешки Попова и Сабурова. Через зеркало замечаю, что Арсений жадным взглядом обводит мою фигуру, шепча что-то Нурлану. Даже думать не хочется, что конкретно он озвучивает своему дружку после своего действия.       На самом деле мне представить страшно, что будет происходить эти полтора месяца до новогоднего отчётника. В каком напряжении и ненависти друг к другу мы будем проводить каждое занятие. Все те едкие фразы, что были сказаны за кулисами на прошлом концерте, оскорбления и действительно обидные высказывания, что не будут давать ни дримерам, ни аланам покоя всё это время подготовки.       — И для начала, чтобы стать чуть ближе, мы устроим…       Маргарита томит, держа интригу. На неё выжидающе смотрят два десятка пар глаз, потому что всем действительно интересно, что придумали тренера для первого, «ознакомительного» занятия. Вероятнее всего будет что-то из рода импровизации, чтобы каждый из участников обеих команд показал себя в деле, выразил через танец свой характер и показал ту самую «изюминку», что хранится в технике движений каждого из нас.       — Танцевальный баттл*! — Радостно договаривает за неё Арина. Я был абсолютно прав, ведь баттл — выигрышная версия, потому что это действительно помогает сблизиться и, я уверен, даже сильным конкурентам это немного, да поможет. Слышу удовлетворённый гул среди танцоров. Оно и ясно, ведь танцевальный баттл, — вещь крайне редкая, потому и к нему относятся с большим трепетом. Ты сможешь показать себя во всей красе, а желание показаться лучше перед своим партнёром добавит остроты в происходящем, отчего движения будут выглядеть более чётко. Самое приятное для меня, — ты в неизвестности стоишь и ожидаешь музыки, а когда она начинает звучать, то эмоции зашкаливают, ведь мелодия крайне неожиданная. И под этот трек каждый танцует в своём стиле, со своими замашками и индивидуальными движениями, что словно были запатентованы лишь исполняющим их танцором. Оттого занятие, посвящённое баттлу редкое, но очень запоминающееся. Дефицит вызывает спрос, как говорится.       Все две команды становятся в один большой круг, внимательно изучая друг друга взглядом. Голубые радужки Арсения, — коими я в тайне ото всех восхищался, поскольку, каких бы сильных негативных чувств я не питал к парню, всё равно признавался себе в своей любви к его цвету глаз, — внимательно изучали меня. Так уж вышло, что мы стоим друг напротив друга. Не прерываю зрительную перепалку, тоже гляжу в оба, заставляя того сдаться, и это действительно происходит, — Попов снисходительно улыбается моей дерзости и переводит взгляд, обращая внимание на Марго, что старательно и крайне доходчиво объясняет правила баттла. Пусть они всем и были известны, однако напомнить основную концепцию всё равно не мешало бы.       — Всё по классике: два человека становятся друг напротив друга, мы с Аришей включаем трек, танцуете по две импровизированные восьмёрки, — напоминает нам Марго, обводя всех изучающим взглядом, дабы понять, точно ли мы учли правила и не будет ли нарушений во время самого процесса — останавливать кого-то во время импровизации, идея так себе. Получив кивки и протяжное «да», она удовлетворенно моргает.       Нахожусь в томительном ожидании, так как устраивать баттл внутри команды — это одно, а между двумя конкурирующими ощущается совсем по-другому. Наверняка во время исполнения выдуманной на ходу хореографии будет навязчивое ощущение дискомфорта, ибо сейчас это будет не как задание на развитие импровизационных навыков, и конкретно борьба между дримерами и аланами.       Арина вытягивает обе руки в стороны, разглядывая крайне внимательно каждого из нас. Хитрый прищур говорил о том, что участников одной команды она выбирать однозначно не будет, что меня весьма расстроило. Указательный палец правой руки она направила на Окс, что сразу же воодушевилась, когда поняла, что её соперником является представительница женского пола, — так всегда работать легче.       Первой начинает Оксана, мне до безумия нравится её манера в танцах, — начинает грубо и резко, а после связка перетекает в более плавные и нежные движения, что создаёт имитацию использования разных стилей в одной хореографии. Я всегда изумлялся тому факту, что у каждого танцора есть свой стиль исполнения, что даже несмотря на синхрон и командный номер, каждый участник всё равно выделяется чем-то своим, благодаря чему нельзя выявить «сухости» движений.       Далее после подруги начинает Лиза — девочка из ALANTeam. Как я и ожидал, её движения максимально грубы, никаких пластичности и осторожности в танце, напротив — её исполнение выглядит резко, что и характерно для хип-хопа. Просто для меня танцы в этом направлении чужды, что и логично, — я, все-таки, можно сказать, всю жизнь танцую совершенно по-другому.       Музыка смолкает, движения завершаются. Поддерживаем всем составом привычным аплодисментами и в восхищении смотрим на исполнение следующих танцоров. Как и я предполагал ранее, выбирали двух людей из разных команд, но и в этом есть толк.       Не замечаю, как станцевавших людей становится всё больше и больше, а моя очередь всё ещё не настала. Знатно напрягаюсь, понимая, что Арсений также ещё не выходил в центр круга, и осознание самостоятельно настигает меня. Сомнений не остаётся, когда Марго с ехидной улыбкой указывает на меня и на Попова, давая ясно понять, что сейчас будет происходить шоу.       Решаю не робеть и уверенной проходкой двигаюсь в центр круга. Слышу восторженной гул, — толпа хочет видеть нечто зрелищное, вероятно, они ожидают лицезреть настоящую борьбу, которая даже рядом не стояла с заданием на импровизационные навыки. Это питает мою веру в себя и наполняет большими силами.       Арсений стоит на расстоянии вытянутой руки от меня, ухмыляясь в своей привычной манере. Эта улыбка мне даже стала чем-то привычным, — настолько часто она предстаёт моему взору. Стараюсь не выглядеть слабым на фоне Попова, поэтому через силу тоже давлю улыбку, хоть и осознаю, что она выглядит максимально фальшиво и лицемерно. Парень указывает большим пальцем на себя, давая ясно понять, что начинать будет он, а я и не против, — будет больше времени настроиться. Даже питаю интерес к тому, что сегодня он станцует, — наверняка, что-то излишне пафосное, в своей манере, приложит все возможные усилия, дабы обыграть меня. Мысленно ухмыляюсь такой уверенности в себе, ибо чётко осознаю свои возможности и понимаю, что я ничуть не хуже этого индюка.       Играет всем привычная «Shape of You», под которую танцевать можно бесконечно и при любых обстоятельствах. Толпа поддерживает гулом, — в наших кругах эта песня всегда считалась чем-то особенным. Тренера переглядываются, словно специально оставили именно этот трек для нашего дуэта, дабы создать особую атмосферу нашего выхода.       Заводит Арсений базовыми элементами хип-хопа, но все присутствующие, наверняка, осознают, что ни я, ни он двумя восьмёрками не ограничимся, а зайдём куда дальше. Так что «кульминации» стоит ожидать ещё через восьмёрки четыре. В голове веду счёт и, как только Попов останавливается, считаю, — три, четыре, — и приступаю к выполнению. Тоже стараюсь «вкусненькое» оставить напоследок и начинаю с более нейтрального. Движения диафрагмой, заинтересованно блуждающие руки по телу, выполняющие немыслимые узоры на нём. Конечно, мой стиль далёк от стиля Попова, и я не могу объяснить его таких жадных взглядов в мою сторону, — неужели реакция на присущие мне сексуальность и женственность в танцах? Тем не менее, ухмыляюсь, не отводя взгляда от заинтересованных голубых радужек.       I’m in love with the shape of you       Замираю, в ожидании глядя на силуэт напротив. Зеркальный шар над головой отбрасывает блики по всему залу, погружённому в полутьму, — лишь подсветка у зеркала отбрасывает розовое свечение. Попов, кажется, хочет продолжить зрительную перепалку, потому, танцует глядя мне словно не в глаза, а прямиком в душу. По-другому не могу объяснить этого странного холодка, что, почему-то, пробежал под моей кожей. Это уже его третья восьмёрка, но никто из присутствующих нас останавливать не желает, что весьма предсказуемо, — мы творим что-то невообразимое. Марго начинает аплодировать в ритм, зазывая остальных следовать её примеру и танцоры действительно подхватывают, — теперь публика нам показывает своё восхищение.       We push and pull like a magnet do       Вновь наступает моя очередь, и теперь у меня появляется цель, — вывести Арса на эмоции. Не могу объяснить этого странного желания, что возникло будто из ниоткуда, однако отказывать себе не пытаюсь, — в танцах не имеет смысла думать о последствиях, главное, делать всё как хочешь именно здесь и сейчас. Поэтому позволяю себе раскрыться и просто взаимодействовать со стоящим телом Попова. Сначала обвожу ладонями свои бёдра, шевелю губами, беззвучно подпевая, а после подхожу к словно онемевшему парню. В игривой манере кладу ладони ему на плечи, не ограничиваясь двумя восьмёрками и выполняя больше положенного. Арсений заинтересованно поднимает бровь, ожидая продолжения. Оборачиваюсь, прижимаясь своими бёдрами к Арсу, трусь своей щекой о его, одну ладонь размещаю на его тазобедренной кости, а тыльной стороной второй руки веду по гладко выбритой скуле Попова, всё так же продолжая напевать давно заученные слова.       Although my heart is falling too       Кажется, какие-то рамки и правила баттла просто-напросто испаряются, потому что теперь двигаемся вместе, не давая друг другу времени на передышку. В зеркале замечаю, что мы действительно смотримся весьма гармонично, — столь грубый и чёрствый Арсений и нежный и плавный я. Яркий контраст в движениях создаёт невероятный итог, — танцоры из других залов тоже начинают хлопать, наблюдая за нами сквозь стеклянные стены. Окруженные вниманием и безмерным желанием двигаться в одном ритме, мы не останавливаемся. Попов прижимает меня к себе довольной близко, однако конкретно сейчас не испытываю от этого действия отвращения. Он вдыхает мой запах на шее, блуждая руками по моей груди в такт музыке. Я же строю из себя влюблённую и желающую получить его ласку дамочку, жмусь всё ближе, веду себя подобно игривой кошечке, словно притягивая к себе Арса.       I’m in love with your body.       Напоследок взмахиваю руками в воздухе, проворачивая излюбленную собой бабочку, выполняю последние, завершающие движения и зачем-то напоследок кладу руки на щёки Арса, прижимаясь своим лбом к его. Наши тела близко настолько, что я словно готов почувствовать своей грудью его сердцебиение. Два дыхания сливаются в одну попытку набрать как можно больше воздуха в лёгкие, дабы хоть немного снизить частую отдышку. Зал замирает в немом восторге, в после взрывается истеричными аплодисментами и шокированными возгласами. Улыбаюсь, глядя в голубые глаза, что так близко находятся к моим и, как только получаю неловкую улыбку в ответ, задумываюсь, — а есть ли у меня ещё поводы ненавидеть Арсения и его команду?       Дримеры подбегают ко мне, облепив в объятиях со всех сторон. С неохотой отхожу от Арса, принимаясь вести активные обсуждения произошедшего в зале только что. Аланы удовлетворённо хлопают Арсения по плечу, пожимают руки и, кажется, тоже довольно удивленны таким эмоциональным и гармоничным танцем. Тренера дают друг другу пять и сообщают о завершение занятия. Оборачиваюсь напоследок, прежде чем выйти из зала и ловлю взгляд Попова. Неуверенно ему улыбаюсь, получая такую же смущённую ухмылку в ответ. ***       Покидаем танцевальную школу мы вместе с аланами. Воздух с каждым днём становится всё прохладнее, намекая на приближение зимы. Лёгкие словно изнутри покрываются корочкой льда, а пар клубами выходит из ноздрей и рта. Арс и остальные участники ALANTeam плетутся где-то позади дримеров.       Чуть поодаль от школы замечаю знакомую фигуру, безошибочно определяя, что это Эд. Уголки губ приподнимаются в улыбке, когда Выграновский поднимает руку в воздух в приветствии, — я действительно до безумия рад видеть здесь своего парня.       — Не забывай о моих словах, кис. Этот тип себя позже покажет и, поверь, далеко не с самой лучшей стороны. — Раздаётся мне очередное предупреждение от Арсения, касательно Эда. И, знаете, сколько бы я не пытался игнорировать такие ярые попытки Попова донести до меня то, что Выграновский грязный человек, в моей голове всё равно закрадываются подозрения. Конечно, Эду я верю больше, нежели Арсу, однако уже чисто на подсознательном уровне стараюсь быть начеку.       Подхожу к Эду, он обнимает меня в качестве приветствия, пока я смотрю на удаляющийся силуэт Попова сквозь его спину. Пребываю в смешанных чувствах, — это жужжание Арсения над ухом насчёт моего парня, вероятно, очень повлияло. Решаю не томить и задать ему волнующий меня длительное время вопрос:       — Слушай, а почему мы всё время встречаемся в этом месте?       Эдуард смотрит на меня скептичным взглядом, будто прикидывает, что является причиной моей заинтересованности. Стараюсь состроить максимально невинное лицо, словно задаюсь вопросом чисто из любопытства, но Эд, кажется, не планирует вестись на мою уловку.       — Хочу встретить тебя с танцев, что в этом такого? — Явно догадавшись о моих подозрениях начинает объяснять мне Эд. Верится слабовато, поэтому предпочитаю уже развить эту тему до конца, дабы в конечном итоге закрыть её:       — Ты это делаешь, чтобы вывести на эмоции Арсения?       Выграновский по-доброму усмехается и щёлкает меня по носу. Я вновь оказываюсь в чужих объятиях, что теперь кажутся чем-то успокаивающим и желающим внушить лишь позитивные мысли. Расслабляюсь, позволяя своим чувствам открыться, и обнимаю Эдика в ответ.       — Я знаю, Тош, как всё это выглядит со стороны. Однако я правда люблю тебя, а Арс — давно в прошлом. — Убеждает он меня, а после целует в щёку. В очередной раз расстраиваюсь, что так и не почувствовал заветное жжение на коже щеки, говорящее о родстве наших душ.