Тень сестры

Юнги не находил себе места. Он мерил шагами гостиную, то и дело поглядывая на телефон. После ухода Тэхёна в квартире стало слишком пусто, а мысли о Чонгуке вызывали лишь одно желание — разбить что-нибудь. Ехидная улыбка не сходила с его лица, когда он вспоминал как воткнул нож в парня. Юнги был уверен, что устранил проблему. Вдруг тишину прервал резкий звонок в дверь. Юнги замер. «Тэхён вернулся?» — мелькнула безумная надежда. Он быстро подошёл к двери и распахнул её, но застыл на пороге. Перед ним стоял человек, которого он не ожидал увидеть здесь, в Сеуле. — Хосок? — Юнги едва не выронил ключи из рук. — Не ждал? — Хосок стоял, нахально ухмыляясь и держа в руках небольшую дорожную сумку. — Нью-Йорк надоел. Решил вернуться к старым друзьям. Юнги нехотя отступил, пропуская его внутрь. Воздух в квартире тут же стал тяжёлым. Они не виделись три года — с того самого дня, когда Юнги, не выдержав ревности к Тэхёну, на глазах у Таён засадил нож Хосоку в бок. Тогда его отец выложил огромную сумму, чтобы замять дело и отправить Хосока лечиться и учиться подальше от Кореи. — Зачем припёрся? — Юнги прошёл к столу и открыл банку пива, даже не предложив гостю. — Решил начать всё сначала, — Хосок обвёл взглядом дорогую квартиру. — Хочу снова дружить с Таён. Я её так и не забыл, Юнги. И прощать тебя за то, что ты сделал, я не собираюсь. Но ради неё — сделаю вид, что мы всё ещё «братья». Юнги ехидно рассмеялся, отпивая глоток. — Дружить? Ты хоть понимаешь, что Тэхён до сих пор думает, что ты уехал просто так? Он ничего не знает про тот нож. Если ты откроешь рот — тебе же хуже будет. Мой отец второй раз тебя спасать не станет. — А Тэхён? Ты ему уже признался в своей «особенной» любви? — Хосок прищурился, и его голос стал ядовитым. — Или всё так же прячешься за спиной его сестры? Юнги резко поставил банку на стол. Гул в ушах стал громче. — Не лезь не в своё дело, Хосок. Тэхён — мой. И тебе лучше не встречаться с ними. Тэ не поймёт, почему его «лучшие хёны» ненавидят друг друга. — Это мы ещё посмотрим, — Хосок подошёл к двери. — до встречи. Когда за Хосоком захлопнулась дверь, Юнги со всей силы швырнул пустую банку в стену. — Твою мать... — прошипел он. Юнги чувствовал, как земля уходит из-под ног. Слишком много людей стали мешаться под ногами: сначала этот Чонгук, теперь Хосок. «Ты всё равно будешь моим, Тэ... Даже если мне придётся избавиться от каждого, кто встанет на пути», — подумал Юнги, чувствуя, как внутри снова закипает та самая ярость, что три года назад едва не превратила его в убийцу.

***

В редакции было шумно, но Тэхён старался быть тише воды. Он быстро перебирал почту, чувствуя, как парик давит на виски. Спина всё ещё ныла, а в голове крутилась только одна мысль: скорее бы закончился этот день. Юна стояла у кофейного автомата вместе с Джессикой. Она не сводила глаз с «Таён», и её взгляд не предвещал ничего хорошего. Слой тонального крема на её щеке был слишком толстым, и это только злило её сильнее. — Посмотри на эту мымру, — прошипела Юна, сжимая в руке стакан с горячим латте. — Строит из себя недотрогу, а Чонгук за ней как хвостик бегает. Тэхён подошёл к столу, чтобы забрать папки, и в этот момент Юна резко двинулась навстречу. — Ой! — выкрикнула она, и в следующее мгновение горячая жидкость плеснула Тэхёну прямо на грудь и плечо. Тэхён вскрикнул, отпрянув. Светлая блузка моментально пропиталась коричневым пятном, прилипая к телу. Кожу обожгло, но страшнее было другое — мокрая ткань стала прозрачной. — Боже, Таён! Какая я неловкая! — Юна прижала ладонь к губам, но в её глазах читалась явная насмешка. — Прости, я споткнулась. Ты вся грязная... Тэхён молчал, сжимая кулаки. Он чувствовал, как капли кофе стекают по животу. Обида душила, но он лишь ниже опустил голову, пытаясь прикрыться руками. — Что здесь происходит? — голос Чонгука заставил Юну вздрогнуть. Он подошёл быстро, окидывая взглядом мокрую одежду Тэхёна и довольное лицо Юны. Чонгук не стал слушать оправдания. Он молча снял свою кожаную куртку и набросил её на плечи Тэхёна, полностью скрывая пятно и просвечивающее тело. — Юна, ещё раз увижу тебя рядом с ней — вылетишь отсюда в тот же миг, — холодно бросил он. Чонгук взял Тэхёна за локоть и повёл в сторону туалетов. Внутри он запер дверь и включил воду. — Сильно обожглась? — спросил он, помогая Тэхёну поправить куртку. — Нет... всё нормально, — Тэхён дрожал, не поднимая глаз. Куртка Чонгука была большой, пахла его парфюмом и приятно согревала. — Сними это, — Чонгук кивнул на мокрую блузку. — Я подожду за дверью, пока ты застираешь пятно. А потом я отвезу тебя домой. В таком виде ты работать не будешь. — А Сокджин-Хён? Рабочее время ещё не закончилось, — выдал устало Тэхён за дверью. — не волнуйся об этом. Я с ним поговорю и объясню ситуацию. — ответил вздохнув Чонгук. Он смущался представив что сейчас Таён раздевается и собирается надеть его куртку. Мысли о том что хоть и косвенно но соприкасается с кожей Тэ, немного заводили Чона. — я всё, спасибо тебе большое, — произнёс Тэхён, положив мокрую блузку в пакет и выйдя из туалетной комнаты. — а тебе идёт моя куртка, — с улыбкой Чон посмотрел на Тэ. Тэхён лишь с улыбкой кивнул смущаясь что он накинул куртку на голую кожу. — я вызову такси. Не волнуйся и отдохни хорошенько. — сказал Чонгук и проводил до выхода из компании.

***

Вернувшись домой, Тэхён принял душ и переоделся в домашнее. Затем повесил аккуратно черную куртку Чонгука в шкаф. Запах его парфюма до сих пор приятно отдавалась в где-то сознании. Ким нежно погладил ткань и затем закрыл дверцы шкафа услышав голос сестры из кухни — ты чего там возишься? — я уже всё, сейчас подойду — громко ответил Тэхён посмотрел в зеркало на двери шкафа. Затем вышел на кухню. Таён уже немного передвигалась без кресла хромая с гипсом на ноге. И успела накрыть стол. Тэхён решил ей помочь и стал искать чайник. Но не успел парень поставить чайник, когда в прихожей послышался звонкий смех матери и чьи-то бодрые шаги. — Тэхён-а, Таён, смотрите, кого я привела! — мама буквально сияла, заходя в комнату. Следом за ней, нагруженный пакетами с продуктами, зашел Хосок. Он выглядел просто отлично: модная куртка, широкая улыбка и этот его вечный позитив, от которого в комнате сразу стало как будто светлее. — Всем привет! Ну и ну, Сеул — это просто большая деревня, — Хосок поставил пакеты на стол и со смехом развел руки в стороны. — Встретил вашу маму прямо у метро, она бедная с сумками мучилась. Я чуть не упал, когда её узнал! Тэхён замер с заваркой в руках, а потом на его лице расплылась искренняя улыбка. — Хосок-хён! Вот это да! Ты когда вернулся? Мы же думали, ты там в своей Америке совсем про нас забыл. Таён, сидевшая в кресле, тоже заулыбалась, хотя в её глазах промелькнуло мимолётное удивление. — Хён! Ты совсем не изменился, только прическа круче стала. Прости, что не встаю, я тут немного... в гипсе. — Вижу-вижу, бедолага, — Хосок подошел и легонько потрепал Таён по плечу, его взгляд на мгновение стал теплым и заботливым. — Мама рассказала про аварию. Ничего, до свадьбы заживет! Я теперь тут, так что буду заходить, развлекать тебя. Мама уже вовсю хозяйничала, выкладывая из пакетов вкусности, которые Хосок купил по дороге. — Тэхён, ну что ты застыл? Тащи кружки! Хосок-а, садись, рассказывай всё. Как Нью-Йорк? Как учеба? — Ой, тетушка, там всё по-другому, — Хосок уселся на табурет, привычно закидывая ногу на ногу. — Но честно? Скучал по вашим обедам и по нашим посиделкам. Юнги я уже видел, он мне сказал, что вы переехали, но адрес зажал, представляете? Типа «забыл». Ну, я его за это еще подколю. Тэхён принес чай и сел рядом, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от встречи со старым другом. Всё было как раньше — шутки, рассказы о жизни и этот уютный шум, которого им так не хватало в большом городе. — Хён, ты надолго? — спросил Тэхён, придвигая ему тарелку с печеньем. — Насовсем, Тэ-Тэ. Хватит с меня заграницы. Решил, что буду здесь делами заниматься. И вообще, нам надо наверстать упущенное. Столько лет не виделись! — весело говорил Хосок. Немного поболтав, мама ушла на кухню, чтобы разложить оставшиеся продукты, а Тэхён убежал в магазин за молоком, которое внезапно закончилось. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тихим гулом холодильника. Хосок перестал улыбаться и внимательно посмотрел на Таён. — Значит, авария, — тихо произнёс он, глядя на её загипсованную ногу. — Тэхён уверен, что это была случайность на дороге. Но я-то тебя знаю, Таён. Ты всегда была слишком рассудительной для случайных ДТП. Таён опустила взгляд на свои пальцы, нервно ковыряя край одеяла. Она знала, что от Хосока ничего не скроешь. — Я была в ярости, хён, — прошептала она, и её голос дрогнул. — В ту ночь я застала своего парня с другой. Мы собирались напиться всей компанией, он веселился с парнями... Ну, я так думала. А потом зашла в комнату и увидела, как на нём сидит эта Юна. Прямо там, у всех на виду. Хосок нахмурился, его лицо посуровело. — Юна? Та самая из универа? — Она самая. Я просто развернулась и решила уехать. Не могла там оставаться ни секунды. Схватила ключи со стола и выскочила на парковку. — Машина твоего парня? — спросил Хосок, подавшись вперёд. — Да. Я взяла его машину. Хотела просто сбежать, но... — Таён горько усмехнулась. — Не получилось. Я тоже была немного пьяная. В голове всё кружилось от обиды и алкоголя. Я не справилась с управлением на повороте. Врезалась в ограждение так, что искры из глаз посыпались. Машина в хлам, а я... сама видишь. Хосок тяжело вздохнул и покачал головой. — И ты позволила матери и Тэхёну думать, что в тебя просто кто-то врезался? — Так проще, хён. Если Тэ узнает, что я сама во всём виновата, да ещё и из-за того придурка... он себе места не найдет. И так на две работы пашет, чтобы оплатить всё долги за больничные счёта. Пусть лучше думает, что это злой рок. Таён облегчением грустно улыбнулась, чувствуя, как на душе стало чуть легче от того, что она наконец выговорилась. Хосок молчал несколько секунд, переваривая услышанное, а потом откинулся на спинку стула. — Мда, Таён-а... Ну ты и дала жару. Машину в хлам — это в твоём стиле, — он попытался разрядить обстановку слабой улыбкой. — Хён, — Таён подняла на него серьезный взгляд. — А как прошла твоя встреча с Юнги? Вы ведь виделись? Хосок заметно напрягся, его пальцы начали машинально крутить пустую кружку. — Виделись. Всё такой же угрюмый. Ничего не изменилось. — Он пугает меня, хён. С того самого дня... я как его увижу — внутри всё холодеет, — прошептала она, и в её глазах мелькнул настоящий страх. — Забудь, — Хосок мотнул головой, стараясь говорить уверенно. — Юнги просто тогда сильно разозлился. Алкоголь в голову ударил, плюс мои дурацкие насмешки про его ориентацию... я ведь тогда его за живое задел. Он сорвался. Но, слушай, он уже за всё заплатил. Оплатил мне лучшую клинику, учёбу в Нью-Йорке. Считай, мы в расчёте. Я не держу зла. Таён горько вздохнула. Она знала, что «расчёт» деньгами не лечит те шрамы, что остались у них в душах. — Знаешь, — вдруг произнёс Хосок, глядя в окно на огни Сеула. — Я ведь в Америке только о тебе и думал. Всё ждал момента, когда смогу вернуться и... признаться. Таён, я ведь всегда тебя любил. По-настоящему. Таён замерла. Она медленно перевела взгляд на Хосока и грустно улыбнулась. — Я догадывалась об этом, хён. Ещё тогда, в деревне. Прости, что не отвечала... Я ведь была по уши влюблена в Юнги. Дура была. Не знала, что он гей и что всё это время он смотрел не на меня, а на моего брата. Хосок криво усмехнулся и накрыл её руку своей. — Мы все были влюблены не в тех, в кого стоило. Но теперь мы здесь. И я больше не позволю никому причинить тебе боль. В коридоре послышался шум — это вернулся Тэхён с молоком. Хосок тут же отстранился и снова надел свою привычную маску весёлого парня. Таён позабавило такое поведение Хосока и она мило улыбнулась посмотрев на него.

***

В офисе кипела работа — до завершения стажировки оставались считанные дни. Тэхён сидел за своим столом, сосредоточенно вычитывая макет статьи. Парик немного давил на виски, и он привычным жестом поправил выбивающуюся прядь, не замечая, как в этот момент из своего кабинета вышел Чонгук. Чонгук направился прямо к нему. Он не стал звать «Таён» к себе, а просто наклонился над её столом, опираясь руками на край столешницы. — Таён-а, посмотри вот этот абзац, — тихо произнёс он. Его голос, обычно холодный и деловой, сейчас звучал непривычно мягко. Тэхён поднял голову, и их взгляды встретились на расстоянии нескольких сантиметров. Чонгук был так близко, что Тэ почувствовал тонкий аромат его парфюма — смесь дерева и свежести. — Да, я... я как раз его правлю, — прошептал Тэхён, чувствуя, как щеки начинают гореть. Чонгук не спешил уходить. Указывая на экран, его пальцы на мгновение накрыли руку Тэхёна, лежащую на мышке. Это было мимолётное касание, но Тэ буквально ударило током. Чонгук задержал взгляд на его лице, а потом мягко улыбнулся — той самой особенной улыбкой, которую приберегал только для него. В паре метров от них, у кулера, Юна и Джессика застыли, наблюдая за этой сценой. — Ты видела? — прошипела Юна, с силой сжимая пластиковый стаканчик. — Он на неё смотрит так, будто в комнате больше никого нет. Даже не скрывается. — Да уж, — Джессика скептически скрестила руки на груди. — Наш «ледяной принц» поплыл. Посмотри, как он к ней льнет. Это уже не просто стажировка, это какой-то сериал. Субин, стоявший неподалеку и делавший вид, что изучает документы, слышал каждое слово. Он видел, как Чонгук что-то тихо сказал Тэхёну, отчего тот залился краской и уткнулся в монитор, а Чонгук, явно довольный произведенным эффектом, легонько потрепал его по плечу перед тем, как уйти. — Проиграешь ты свой спор, Субин-а, — ехидно бросила Джессика, проходя мимо него. — Чонгук её уже застолбил. Можешь готовить деньги. Субин сжал зубы. Ярость и азарт перемешались внутри, не давая дышать. Он понимал: если так пойдет дальше, он не просто проиграет спор, он станет посмешищем для всего отдела. Через час, когда в офисе началась суета перед обедом, Юна и Субин незаметно вышли в курилку на заднем дворе. Юна нервно крутила в руках сигарету, а Субин, прислонившись к стене, сверлил взглядом асфальт. — Видел теперь? — Юна выпустила струйку дыма, прищурившись. — Он из-за этой выскочки меня в упор не замечает. — Мне плевать на Чонгука, — процедил Субин. — Я на деньги попал. Она даже на свидание со мной не идет, всё время с ним. Юна резко повернулась к нему. В её глазах блеснул недобрый, холодный огонь. Она медленно залезла в сумочку и достала маленький прозрачный пакетик с белым порошком. — Держи, — она протянула его Субину. — Это твой пропуск к победе. Субин осторожно взял пакетик, нахмурившись. — Это что? — Это то, что сделает её очень... податливой, — Юна злорадно усмехнулась. — На финальной вечеринке в клубе будет шумно. Подсыплешь ей в стакан. Она сама попросит увести её куда-нибудь в тихое место. А там делай с ней, что хочешь. Выиграешь свой спор, а я избавлюсь от конкурентки. Чонгук никогда не посмотрит на ту, которая в первую же ночь прыгнула в постель к другому. Субин взвесил пакетик на ладони. На его лице медленно расплылась самодовольная, хищная ухмылка. — По рукам, — Субин спрятал порошок во внутренний карман. — На вечеринке нашу «Таён» ждет очень жаркий финал.

***

Вечер в районе был тихим. Тэхён медленно шёл от остановки, потирая ноющую спину. Парик ужасно надоел, а каблуки впивались в кожу, но до дома оставалось всего пара дворов. Вдруг из тени деревьев прямо перед ним выскочил Хосок. Тэхён от испуга чуть не выронил сумку. — Опять ты, хён! — выдохнул он, прижимая руку к груди. — Ты зачем меня так пугаешь? И что ты тут делаешь в такое время? — Да вот, решил проверить, как наша «бизнес-леди» добирается до дома, — Хосок весело усмехнулся и, не спрашивая, забрал у Тэхёна тяжёлую сумку. — Ты чего такая замученная, Таён-а? Совсем тебя там загоняли в этом твоём журнале? — Работы много, — Тэхён попытался улыбнуться, поправляя парик, который слегка съехал набок. — Скоро финал стажировки, надо выложиться по полной. Хосок подошёл ближе и, по-дружески приобняв Тэхёна за плечи, начал поправлять ему воротник блузки. — Смотри, совсем расхристанная. Мама расстроится, если увидит тебя в таком виде. И кстати... — Хосок прищурился, заметив блеск на шее. — Что за кулон? Раньше не видел. Кто это у нас такой щедрый? Тэхён густо покраснел и накрыл украшение ладонью. — Просто подарок, хён. Не начинай. Они стояли под светом тусклого фонаря, Хосок продолжал что-то весело рассказывать, активно жестикулируя и то и дело приобнимая Тэхёна. Он вёл себя как настоящий хён, но со стороны это выглядело как свидание. В паре десятков метров, в тени переулка, стоял чёрный «Порше». Юнги сжимал руль так, что кожа на костяшках натянулась до белизны. Он наблюдал за этой сценой уже пять минут. Видел, как Хосок касается плеч Тэхёна, как тот смущённо опускает голову. Ревность жгла изнутри, превращаясь в тупую ярость. Юнги не выдержал. Он резко заглушил мотор, вышел из машины и, громко хлопнув дверью, направился к ним. Его шаги по асфальту звучали как удары молота. — О, а вот и наш угрюмый хён пожаловал! — Хосок заметил его первым и, вместо того чтобы отстраниться, специально притянул Тэхёна к себе ещё ближе. — Юнги-я, ты что, в детектива решил поиграть? Следишь за нами? Юнги проигнорировал Хосока. Он остановился в шаге от них, глядя Тэхёну прямо в глаза. Его взгляд был тяжёлым и тёмным. — Таён, иди домой, — процедил он сквозь зубы. — Мать тебя ждёт. — Юнги-хён, мы просто разговаривали... — начал было Тэхён, чувствуя, как между парнями искрит воздух. — Я сказал — домой, — Юнги перевёл ледяной взгляд на руку Хосока, лежащую на плече Тэхёна. — Сейчас же. Тэхён, понимая, что если он останется, случится взрыв, быстро забрал сумку у Хосока. — Ладно, я пошёл. Пока, Хосок-хён. Спокойной ночи, Юнги-хён. Когда Тэхён скрылся в подъезде, Юнги подошёл к Хосоку вплотную. — Ты что, бессмертный? — тихо спросил он. — Я предупреждал тебя не лезть к нему. — А то что? — Хосок дерзко ухмыльнулся, ни на сантиметр не отступив. — Снова нож достанешь? Давай, попробуй. Только в этот раз Тэхён всё увидит из окна. Думаешь, он оценит твою «заботу»? Юнги замахнулся, но в последний момент сдержался, лишь с силой толкнув Хосока в грудь. — Проваливай отсюда. Пока я ещё могу себя контролировать. — Бесись дальше, Юнги-я, — Хосок поправил куртку и пошёл к своей машине, насвистывая под нос. — Но помни: я больше не боюсь твоих угроз. И Тэхён — он слишком хороший для такого психопата, как ты.