любимая призраком

Глаза заплаканные от солнца открываются. Поднимая корпус, приняв сидячие положение, я начала думать. Раздумывать. Воспоминания в голову лезут, не давая успокоиться. Дыхание будто срывается. Зазвенел телефон, от которого я вздрогнула. Взяв, там была Виолетта. —да,—выдыхаю прямо в трубку, почёсывая голову. —привет, тут короче проблема есть,— серьезный голос Виолетты насторожил. Сразу сон пропал. —какая еще проблема? что случилось?—руками вопросительно махаю. —тут Мишель.. короче, когда домой?— быстро тему переводя, у Малышенко голос вздрагивает. — завтра, так что с Мишель?— тревожные глаза побегали по комнате. —сама потом узнаешь... мне очень сложно говорить об этом.— Виолетта вздыхает.—да и дело тоже не мое, но я не выдерживаю, Лиз. — да что у вас случилось?— подрываюсь с кровати, крича в трубку. —Виолетт?— убираю телефон от уха, а звонок отключен. —вот сучка. Спускаюсь вниз, вся тревожная. Тетя Жанна снова у плиты стоит. Готовит что то. — Лиз, ты хоть по местности погуляй, Кристина тебе все покажет,—мило улыбается женщина, косясь на меня. Мои грустные глаза опускаются вниз и стыдно почему то становиться. —только все утро ее не видела.. только ночью мне спокойной ночи пожелала.— А та светятся. От нее луч солнца отходит. — с ней все хорошо, она скоро появится, не переживайте.— присаживаюсь за стол, поедая бутерброд. — хорошо, я жду ее.—она ставит тарелку с яичницей и выходит, улыбаясь мне в ответ. Гуляя по какой то дороге Германии, меня все таки привело в парк. Но думать о чем то другом не удаётся. Все о Кристине думаю. Это место как то успокаивает. На часах уже почти 4 часа дня. Все гуляют, проходя мимо меня, осматривая. Я же просто на лавке сижу, жадно пялясь в телефон. Фотка там детская. Кристина в детстве была таким солнышком. Ее глаза так же светятся, как и сейчас. Ее улыбка, ее добавляет. И она сама мягкая. Она не боится довериться людям или что то рассказать. Она открыта миру, хоть и возможности нет. Она чиста как будто, хотя я уверена, что она и реалтно чиста. Ей нечего скрывать. Ее искренность и доброта.. Иметь бы мне качества такие. Она просто как ангел, который может вывести из любой ситуации. -—девушка, я сяду?—парень рядом голосом приятным спрашивает. Я лишь киваю, продолжая написывать Мишель. Та просто в блок кидает, написав "оставь меня сейчас, а" Слёзы к горлу подошли. Одна за другой слезы падали. Чувствую, что парень жадно осматривает и голову отворачиваю. —у тебя все хорошо?— он не отрывая глаз продолжает смотреть. —да, все хорошо,— пытаюсь встать и голос предательски дрогнул. —а ну стой.— он берет за руку, поворачивая лицом к себе. Мои глаза вниз опущенные, осматривает. —пойдем. И мы идём по тихой дороге, где уже машины прекращают ездить. Время не знаю сколько, телефон вырубился. А он молчит, руку мою держа. —как тебя хоть звать?— он отпускает мою руку и жадно в глаза смотрит. —Лиза,— я на него смотрю. Высокий, брови черные. Внешность у него какая то особенная. Носик маленький, да и губки тоже. Волосы кудрявые. Почти глаза закрывают. —Я Стас,—он протягивает мне руку,— люблю кататься на мотоциклах, писать романы и рисовать картины. Он улыбается. Его улыбка теплая такая. — ого, ты крутой.—усмехнувшись, глазами веду. —да, вот к сестре приехал.—он смешно брови подняв, на лавку садиться. —а где сам живёшь? —я из Сельки,— смешок выдает.— там компания у меня, компания.. если так сказать,— смеется. —я тоже из Сельки.—давлю улыбку. —чего? серьезно?—он глаза расширяет, осматривая меня , но уже как то по новому. —серьезно. —так это круто очень! не думал, что найду здесь землянку!—он опять смеется, пока я губы скалю. —землянку? я там не родилась,— смотрю, как его глаза меняют направление, а брови домиком. — да, я не там родилась, но это не меняет. Он отворачивается, информацию переваривая. —слушай, а пошли выпьем?- подрываюсь с места. Тьма на улице уже. —ты пьешь?— с усмешкой осматривает, и брови поднимает. —обычно нет, но сейчас да,—оскаляю зубки и иду за ним. —ну пошли, но смотри, я маньяк,— смеётся, а я улыбку давлю. По дороге темной идем, одни фонари светят на дорогу. Он все хочет что то сказать, но не может, молчит. Я на него голову поднимаю, на шею, где видна татуировка. —вау, у тебя есть тату?—глаза мои загорелись. —конечно, с такой компанией, как у меня и не тату получишь. —всмысле?—брови поднимаю, губы облизывая. —впрямом,— камень какой то с дороги понимает, продолжая в руках его вертеть.— компания моя чокнутая. Одни бухают, например Вилка, Мишель вместе с ней, а все остальные ебаные нарик. Глаза испугом залились. Я их округляю, и на него смотрю. — что? это правда. —да нет, дело не в этом.—двигаюсь дальше по дороге, больше не спрашивая. Мы заходим в бар и я бросаю взгляд на танцпол. Девка какая то сиськами вертит, юбку снимая. Фу, мерзость. По спине бежит холодок —пойдем на балкон,— кричит прям на ухо парень, от чего я вздрагиваю. По лестнице поднимаясь, держа в руке бокал шампанского, а у него вино. —а ты не боишься, что все ещё маньяк?—берет сигарету из пачки и покуривает.— вдруг изнасилую. — если был бы им, давно бы изнасиловал.—отпиваю немного и жидкость по горлу проходит и тепло становиться. —а где ты тогда родилась, что сюда переехала?—ядно выпуская дым. —в Нижнем. — ого, а зачем сюда переехала? там больше возможностей же.— он отпивает чучуть и присаживается на диван. Уже минут через тридцать, я выпила 5 бокала. Я чувствую, как по телу алкоголь идёт. Теперь я тело, что владеть им не может. —ну ты пойми, что я уже пьян и на утро все забуду,— мягко произносит парень, отпивая глоток. —ну ты подумаешь, что я тупая тварина.—паузу тяну.—да ещё и шизофреничка. — почему это?—он ещё одну сигарету закуривает из пачки. Слышно только, как кнопка щелкает, а потом дым выходит. —да потому что так все считают , и ты тоже. ты же нормальный человек?— я опять отпиваю. Стараюсь взять себя под контроль, но не получается. — сомневаюсь, что нормальный я, у меня есть справка от психушки.— смеётся. — чего? ты был в психушке?— переспрашиваю, и глаза округляю. Музыка на фоне в уши долбила. — был, иза компании своей добланутой. —почему до сих пор с этой компанией? можно же было найти новых друзей.—грустные глаза поднимаю и его рассматриваю. Что он сейчас чувствует? Мы так близки стали за одну ночь.. — да потому что там есть Артем.— он становится серьезным, отпивая глоток. —и что этот Артем? особенный? — хорошо, я расскажу.. но ты никому!— он глаза поднимает. —а кому мне рассказывать, я только твое имя, блять, знаю. И то наверное забыла уже. Стасик же? Он кивает и я киваю. —когда-то давно, примерно 3 года назад, мы собрались в поход. По отзывам он был хорошим, поэтому что-то потянуло туда Мишель.— тянет,—Она всегда любила адреналин, а там была крыша большая. Быть может из за нее. Ну и вот мы приехали туда, разложили все вещи, как помню ночь была, да и Виолетта тогда прицепилась к нам, начала просить пить, а у нас ничего с собой не был,о мы в поход же приехали, алкашку не брали.— у него как будто слезы сейчас пойдут. Я внимательно слушаю, не перебивая.—мы тогда в лес ушли с Артёмом,чтобы костёр разжечь, а когда вернулись, девочек не было. —что? куда пропали?— пока он паузу делает, спрашиваю. —до сих пор не знаю где были, но минут через 30, блять, пришли. Ну они тогда с алкашкой пришли. Хер не ебу где нашли. Ну и крыша задания заброшки высокая была, мы тогда с Мишель поднялись. Сука.. лучше бы я хуй на нее забил тогда. Ничего не понимаю, но продолжаю слушать дальше,хмуря брови. — я тогда Мишельке нравился, она мне давно призналась, но ко мне блять Виолетта лезла.— слезы потекли ручьем. Я приобнимаю его, успокаивая. —мы там на верху...—думает и слезы вытирает. —по пьяне, Лиз, по пьяне.. блять, ладно, потрахались мы..— я глаза округляю, но продолжая слушать его. — а Артем тут причем?_ чувствую, что он за сигаретой тянется и освобождаю его. —а Артем это все блять видел. Ему тогда Мишель нравилась. Я блять тогда Виолетте отказал, она чуть с крыши не ебнулась. Поднимаю испуганные глаза, которые по его телу бегают. —теперь она по девкам, как и Мишель. А я гей блять. — я в шоке, Стас...—мне нечего говорить, но я сжимаю его ладонь. —он шантажирует мной блять теперь, что фотки сольёт. — блять, я в ахуе.. Я знаю Мишель и Вилку, но чтоб..— отпиваю уже, но с горла, водку. —стоп, ты их знаешь?— его заплаканные глаза на меня смотрят. В них непонимания читается. —Вилка подруга моя с детства, а Мишель девушка.— отпиваю очередной глоток и чувствую, что жидкость по телу разливается. Я уже перешла на вино, что Стасик пил. —зря ты... Вилка отличная, как подруга, но блять, Мишель.—он отпускает голову и руками волосы оттягивает. — Мишель очень милая.—беру в руку его стакан и отливаю себе. — и не говори, она в кровати очень кричала.—он издает грустный смешок. —и ты ее любишь?- он брови хмурит —не знаю,—и иду вниз. Я очень запуталась в себе, потерялась. Не зная, как это решать. И мы спускаемся вниз и проходим мимо всех. Выходя на улицу, я наконец то чувствую свежий воздух и дышать лучше стало. Но я все ещё шатаюсь от стороны в сторону и чувствую, что меня тошнит. — ты так и не рассказала, почему там оказалась.— мы идем по темной дороге, где почти нет людей. —да потому что моя мать тупая алкашка.—пытаюсь сбежать от него взглядом. —почему?—берет сигарету и опять закуривает, дым выдыхая. —да потому что,_ я присаживаюсь на траву и закрываю лицо руками. — теперь ты расскажешь о своем прошлом?—он тоже садиться меня за руку беря. —боюсь. —не переживай. я понимаю тебя, Лизок. Вдыхаю. —моя мать с катушек слетела, когда мой отец умер,— я голову вниз опускаю и слезы текут.—знаешь Кристину Захарову? — та, что умерла 5 лет назад?— он вопросительно бровь ведет. — та самая. —и что?—он грустно смотрит и руками разводит. —да потому что блять... не знаю как это сказать, я ебнутая шизофреничка!— на него взгляд поднимаю и грустно руку его беру, осматривая. —в каком смысле, Лизок? — да в таком! то что она ко мне блять приходит в роле призрака! и я блять что то чувствую к ней, мне страшно.— начинаю плакать, от чего камень в горле стоит. Он род раскрывает, закрывая руками его тут же. Его глаза забегали, и я чувствую, что его рука мурашками покрылась. — где она сейчас? — я нахуй не ебу. мы поссорились. я сдалась, потому что она мешает мне с Мишель. Я о ней думаю, а должна о Мишель, по логике.—мокрые глаза от слез поднимаю. —теперь ты думаешь, что я шизофреничка? — нет, ты чего. хотя... мог бы, если не знал, как больно тебе это дается.—он пачку сигарет достает и последнюю забирает. — ты не знаешь, почему именно ее видишь?—он приобнимает меня, жадно в глаза напротив смотрит. — Стас, я не знаю. Мои чувства к ней не меняются... может быть она сейчас в Германии останется, и я забуду ее. — Лиз,—он выдыхает дым, который пах каким то вкусным, и меня к себе прижимает. —чтобы не случилось, знай, что всегда есть выбор.. и если ты выбрала Мишель, то будь готова. — к чему?—вопросительно бровь веду. — сама узнаешь, а теперь давай я тебя до дома провожу. Мы встаём и идем по дороге. " мысли о сказанном сегодня ночью, ее мучали. Теперь она не знает, что ей делать и правильно ли она поступила. Чувства к Кристине не изменились, как и к Мишель, но она что то к ней чувствует? Любить- это же наверное доверять и уделять больше внимания, чем другим людям. Любить- это когда бабочки в животе замучили. Любить- это когда ты без ума от этого человека, ты хочешь его видеть, обнимать, целовать. Любить- это не обязательно говорить"люблю". Но Любить- это не значит страдать, верно?" —этот же дом, Лизок?—я ничего не слышу, звон в ушах стоит. —хочешь поиграть в молчанку? Лиз, скажи что нибудь!— он заметно начал паниковать и начал потрясывать меня. -—все, тише, тише—я прихожу в себя, жадно воздух глотая. Дыхание тяжёлое. —ну иди дальше, я сама справлюсь.— поднимаюсь на ступеньку, и падаю прям носом. Чувствую, что кровь из носа хлещет. Руками нос трогаю и как будто ничего не чувствую. —боже, Лиз, у тебя кровь!— он берет меня на руки и тащит в дом, тихо двери открывая. Он тащит меня в зал, а сам бежит за аптечкой. Обыскав все полочки, он всё-таки нашёл аптечку, в самой последней. —давай сюда свой носик,— подходит и видит, что я отрубилась. —какая же ты умная блять,—улыбку давит и кровь, что почти высохла вытирает. Тащит меня на второй этаж, заводя в чужую комнату, которую я никогда не видела. Открыв глаза, я больше не видела парня, а большую комнату. —что ты тут делаешь? забыла, где комната твоя?_ знакомый голос сзади, дал проснуться. По телу пробежались мурашки. —Кристина, ты?— я темноту разглядываю, и наконец ее нахожу. —я, а ты изменяешь Мишель, уже?—с ухмылкой произносит.— определись блять кто ты. ебнутая лесбиянка и все же любовь к членам есть. — никому я не изменяю, боже, что ты несёшь, Кристин?— смотрю в ее глаза, и пытаюсь найти там хоть чуточку добра. Где та самая девочка, что свет приносит за собой? — конечно, Лиз. Нос разбила—он дотащил, прикольное зрелище.— она подходит ближе и зло смотрит.— пизда болеть будет, он тоже отлижет? —боже, Крис! я не просила его! тут нет ничего такого! —а то, что в мою комнату? ты ему рассказать забыла, блять,где твоя?— она смешок давит. —Крис, давай не начинать, прощу— из моих глазах хотят выльется слезы. —а что? плакать будешь? ты ни капли не сильная. Все та тряпка, что 5 лет назад.—она зло смотрит и переходит в ухмылку. — ну хорошо тебе оставаться, Лизонька.— она выходит жадно меня провожая. Мое дыхание сбилось, а сердце на куски сломалось. Слова Крис в памяти остаются. Больно вспоминать, ведь часть ее слов правдивы. После смерти отца, я плакала каждый день, не смотря на маму. А потом на нее внимание обратила и легче не стало. Она тоже добивала, и теперь я очередная психичка, шизофреничка и плакса. Слезы с лица текут, а я себя ненавижу. Подхожу в окну и открываю его. Конечно хотелось бы прыгнуть, но воздержусь пока. Ради Мишель и Виолетты. По щекам бью, чтобы слезы не текли. — плакса, плакса, плакса!!!!— шёпотом не разбирающим шепчу, продолжая по щекам бить. —фу! позор, лиза! фу!—не слышу никого, не вижу ничего, бью без остановки, ничего не чувствую, потому что тело немеет. —в руки себя возьми блять, плакса.— зло произношу, ложась на кровать. Щеки от ударов горели, но не обращала на это внимание.