Сорочка

      — Ну чё, — Малина усмехнулся и пыхнул сигарой, — ты уже все проебал, Колян. Ваще всё. Но я сегодня добрый, поэтому предлагаю выгодную сделку, — он полюбовался, как посветлело лицо горца. Один в один Алька, только мерзотность зашкаливает, — ты можешь идти, спроса с тебя не будет. Но девку свою оставь.       Ферзь выпучил глаза. Хорошенькая, печальная девица, которую он притащил с собой «похвастаться» — то ли невеста, то ли жена, то ли просто молоденькая финтифлюшка с Девятого канала, желающая с помощью знаменитого певца получить либо роль, либо ещё чего — и без того бледненькая, сделалась совсем белой, как полотно.       — Ч-чего?.. — неуверенно проблеял Ферзь.       Малина закатил глаза.       — Бабу твою хочу, чё непонятного? Бабло, так и быть, требовать не буду. Ей расплатишься. По рукам?       Малина первый протянул руку.       Ферзь поколебался, но пожал — пальцы у него были липкие, влажные. Малина дёрнул щекой.       — А… А забрать… Когда?..       Малина грузно поднялся из-за стола, вразвалочку дошёл до Ферзя и по-дружески хлопнул его по спине. Тот чуть носом по столу не проехался. Девка молчала, низко опустив голову. Волосы у неё были по-модному короткие, тёмно-рыжие. Личико чистенькое. Платье… Шлюшье какое-то. Малина подцепил загорелыми, крепкими пальцами с выцветшими следами татуировок, подбородок и приподнял. Несильно сжал щёки. Рассеянно погладил бархатистую кожу.       В глаза она не смотрела.       Боялась, вестимо.       — Никогда. Это типа… Насовсем. Может, как надоест… А может и нет.       Он наклонился, приобнял ее и легко водрузил на плечо. Подмигнул Ферзю. Небрежно хлопнул добычу по заднице, обтянутой зелёной тканью.       — Но… Но…       — Бывай, Колян. Комар тебя проводит.