metanoia

Я — хуже, чем ты говоришь.

Но есть молчаливая тайна:

Ты пламенем синим горишь,

Когда меня видишь случайно.

Жизнь двигалась удивительным чередом. Нет, но ведь правда. Такой динамики в своем расписании Чимин не видел примерно никогда во время университета и, может быть, пару раз в школьные годы. Его каждодневная рутина перекрутилась наизнанку, а привычки на время пришлось закинуть на дальнюю полку. Они встречались с Чонгуком около недели. Возможно, чуть больше. Чимин не считал, потому что смысла это не имело: нечего было привязываться к конкретной дате, потому что годовщину отмечать они точно не собирались. Все равно их ненастоящие отношения должны были закончится совсем скоро. Чимин чувствовал, что уже очень скоро. Его жизнь наполнилась одновременно шумом и тишиной, о которой он безудержно мечтал уже долгое время. Но обо всем по порядку. Весь день Чимина крутился вокруг одноклассника и их игры в глубоко-влюбленных в друг-друга людей. Они даже попытались составить план их действий, которые должны были выполнять в тот или иной момент. Своего рода расписание в бредовом планере, в который не очень хочется залезать. Но таково было желание Чонгука. Чимин впал в глубокий ступор, когда услышал о некоем списке их игр на публику, куда они время от времени должны были заглядывать. У него возник тогда весьма ясный и очевидный вопрос: а нахрена это вообще? Как оказалось, голова Чонгука работала за них двоих, причем с удвоенной силой. Чимин бы до такого в жизни не додумался. — Планер нужен для того, чтобы ты был готов к определенным действиям. Во-первых, каждое утро ты точно будешь знать, какое дурацкое задание должен совершить с моим участием. Во-вторых, это позволит нам держать все в рамках разумного. Представь, что это сценарий к фильму, который мы медленно воплощаем в жизнь. Шаг за шагом, по чуть-чуть. И в-третьих, — в тот момент Чимин увидел едва сдерживаемую улыбку Чонгука, который старательно прикусывал губу, чтобы не рассмеяться во всю силу. — За любое отклонение от плана ты можешь бить меня по голове и обвинять во всех смертных грехах. За то, что я подрываю твое доверие. Чимин, как тогда помнит, нахмурился в недоумении. Если первые два пункта были весьма логичными, то третий немного не поддавался его пониманию. Какие такие отклонения предполагает Чонгук, что они уж могут помешать их плану? А потом, осматривая аккуратно напечатанный текст на бумаге, перечитанный вдоль и поперек, Чимин осознал. Это ведь для него дурака эдакого, что психует от малейшей детали, которая происходит не по его воле. Чонгук, наслушавшись его психов, предугадал даже такую мелочь. Вообще Чимин заметил, что его одноклассник был просто помешан на планировании. Он жил по графикам, его расписание было составлено на несколько месяцев вперёд, а голова кишела различными файлами и списками. В этом, к удивлению Чимина, Чон был страшно дотошным. Казалось, будто он записывал вообще все. Подсчитывал точный калораж еды, съеденной за очередной прием пищи, записывал число полученных очков во время тренировки. У него был лист со списком просмотренных фильмов, который тот быстро пролистал, список с именами, чтобы это не значило. Чимин бы не удивился, если бы увидел, как Чонгук подсчитывает количество молекул воды в каждой выпитой кружке. А ещё с вероятностью в пятьдесят тысяч процентов он вел дневник. И прятал его под подушкой. Чимин готов был поспорить. В итоге на его руках появился список. Который впоследствии Чимин перечитывал множество раз. На каждое число стояло одно или два действия, которые им для полноты картины их отношений приходилось выполнять. Ничего страшного в этом списке не было, что бы Чимин никогда в жизни не делал. Это были маленькие жесты вроде «обнять в коридоре, когда пройдешь с командой», «прикоснуться к волосам и погладить их в столовой». Чонгук распределил все так, что действия не шли в динамике от самого лёгкого до какой-то непонятной жести. Нет. Все дни, а их там было около тридцати, были заполнены безобидными задачками, которые смог бы выполнить любой пятиклассник. И они выполняли. Чонгук старательно следовал нужным пунктам, ни разу, вопреки его словам, не оттолкнувшись от собственного плана. И Чимина это подкупало. Потому что он точно мог доверять и знать: ничего из ряда вон выходящего, что парень сам лично не согласует, не произойдёт. Им не хватало только хорошего оператора для записи их дурацкой затеи. Но идея, как оказалось, получилась и не такой дурацкой. Потому что его преследователь внезапно замолчал. В конце дня Чимин всегда докладывал Чонгуку про сталкера и его возможные действия. Но ничего, кроме слов «сегодня нет», он не говорил. Незнакомец пропал. Был ли это внезапный испуг из-за ситуации или сталкер просто испарился? Никто не понимал. Но дышалось Чимину наконец свободней. Да, он все ещё ходил с предчувствием, что вот-вот сейчас увидит письмо, записку или очередную смазанную фотографию, и все снова вернётся на круги своя. Но с каждым последующим днём, когда ничего в его рюкзаке не появлялось, волнение отступало. Может быть, все действительно было не зря. Одно оставалось неизменным на протяжении всех дней этих ненастоящих отношений: Чонгук подвозил его в университет каждый день. С одной стороны, Чимину было очень удобно забыть про забитый общественный транспорт, но с другой — теперь каждое утро ему приходилось вести светские беседы с Чоном на банальные темы. — Это ведь будет странно, если я, имея машину, не буду подвозить на ней своего парня. Да и это самое яркое подтверждение отношений, — сказал тогда Чонгук, а Чимин не мог не согласиться. Каждое утро перед выходом из квартиры Чимин стоял перед зеркалом и думал, про что же может спросить его Чон. Он делал это скорее для того, чтобы предугадать свою же реакцию, а именно ее отрицательные оттенки, если вопрос будет дурацким. Чимин старался держаться спокойным все эти дни и не рыкать по многу на одноклассника. Потому что мало того, что Чонгук тратил на него свое время и помогал, хотя мог забить и ничего не делать, так ещё и пытался худо-бедно наладить их отношения. Но так называемая дружба у них складывалась долго и очень-очень пыльно. Поэтому общались они по большей части только в машине и то, на тему их фиктивных отношений. А если Чонгук и старался спросить про что-то отвлеченное от дела, то Чимин отвечал без особого энтузиазма, и разговор прекращался. Чимин знал, что так дела не делаются, и он отвечает на добро игнорированием, но по другому не получалось. С Чонгуком было неловко говорить о чем-то очень простом вроде фильмов, шутить странные и порой несмешные шутки, а затем не мочь прекратить смеяться. С Тэхёном он мог сделать подобное совершенно спокойно, потому что сам друг был немного не от мира сего. Но Чонгук будто был другого поля ягода. Со своими, иного рода, причудами. Парень привычно выбрался из дома в полдевятого утра, чтобы с комфортом доехать до университета. От дня он не ожидал ничего, только факт того, что это была пятница, радовал его хоть немного. Теперь Чимин сможет немного выдохнуть и отдохнуть от бурного потока его жизни. На улице бурлила предвесенняя пора и скоро должно было стать совсем тепло. Хоть немного, но все оживало. Вместе с природой и Чимин старался выбираться из тухлого, почти умершего состояния, из отсутствия сил на что-либо. Перед подъездом уже привычно стояла чужая машина. Чонгук никогда не опаздывал к назначенному времени и даже не заглушал двигатель, зная, что Чимин тоже выйдет в точно нужный час. Парень открыл дверь и забрался в салон. В нос сразу же ударил приятный и свежий запах лаванды, будто бы только собранный букет с французских полей, и выпечки. Если духи Чонгук часто выбирал разные и пах каждый день по-новому, из-за чего Чимин сильно удивлялся, то свежие угощения не исчезали никогда. Эта короткая ароматерапия была любимой частью поездки для парня. Потому что так Чимин на время расслаблялся, угадывая, что чувствует его нос, и думая, где Чонгук смог откопать именно такой запах. На утренние пары Чонгук старался особо не наряжаться. Он сам много раз говорил об этом, указывая, что после первой пары у него начинается тренировка, и стараться с образом ему не следует. Но какое же это было враньё! Что-что, а шмотки Чонгук точно подбирал, уделяя этому приличный кусок времени. Он смешивал пиджаки с джинсами, носил джинсовки и свитера разных фасонов, футболки на любой вкус и цвет, а одних синих джинс Чимин насчитал у него около пяти пар. И это все через притворство, будто бы образ с обложки Vogue сам выпал из его шкафа. Чимин же ограничивался двумя парами штанов, несколькими толстовками и футболками на весь гардероб, меняя их порядок ношения и сочетания. Ну и что, что он выглядел каждый день одинаково, зато времени уходило гораздо меньше. Вот и первое масштабное отличие, которое бросалось в глаза, наверное, всем. Чонгук старался выглядеть, пахнуть, вести себя так, чтобы нравиться людям вокруг. Чимину же на моду и его внешность было глубоко по барабану. Лишь бы самому чувствовать себя комфортно. — Как прошло утро? — спросил Чонгук, старательно удерживая руль. Такой вопрос сразу вызывал у Чимина ступор, как один из тех задаваемых, чтобы просто поддержать беседу. Чонгуку уж точно не было интересно, что и как он творил с утра. — Позавтракал, разобрал стирку, посмотрел видео, — скучающе начал перечислять Чимин, постепенно пытаясь влиться в диалог. Хоть так, но ему нужно было разговаривать с Чонгуком вне университета. Иначе их чудо-отношения перейдут в очень неловкую и странную фазу. — Ого, ты так много успеваешь! Наверное, тяжело жить одному и заниматься всем бытом самостоятельно, — пролепетал парень, будто бы в словах Чимина было что-то удивительное. А он всего-то делал наискучнейшие рутинные вещи, которые загоняли его в состояние пыльного скучающего червя. Но Чонгук так удивлялся всему перечисленному, что чуть не плясал за рулём. Внезапно он повернулся и посмотрел долгим взглядом Чимину в глаза. — А-а ты чем занимался? — Чимин очень надеялся, что расценил этот взгляд правильно, и, кажется, не ошибся. Потому что Чонгук только сильнее улыбнулся и крепче обхватил руль. Настолько был рад от того, что Чимин поинтересовался его жизнью? — Ну, я сходил на пробежку, разобрал почту, отвёз младшего брата в школу. И больше ничего не успел. Так-так, Чимин, кажется, попал в общество к человеку, который обладал серьезными навыками тайм-менеджмента и каждую секунду тратил с пользой. Скорее всего Чонгук жил в ярко-раскрашенной версии обычного утра, про которые Чимин иногда смотрел видео. Сначала встать с широкой кровати с белоснежным постельным бельем, надеть красивую форму и пробежать по близлежащему парку. После спорта сразу принять душ, съесть что-то вроде тоста с авокадо, яичницей и непонятными добавками. А затем попрощаться со всей семьёй долгими объятиями и пожеланиями о хорошем дне. Вот так должно быть выглядит утро Чонгука. — Я смотрю ты прямо-таки пестришь красками уже с самого пробуждения? И можешь так нагло говорить мне о том, что я много успеваю? Да я по сравнению с тобой дурью маюсь. Что в целом и делаю, — пробурчал Чимин, отворачиваясь к окну и рассматривая быстро меняющийся пейзаж. — Ну, я правда не издеваюсь. Но все, о чем ты говоришь, звучит уютно. Долгие тихие минуты, когда никуда не надо спешить. Разве не прекрасно? — Чонгук улыбается, медленно поворачиваясь обратно к Чимину и заставляя того замереть. Всё-таки не может он привыкнуть к такой лыбе во все тридцать два. Чимин сглатывает и мнет край футболки, стараясь отвлечься и не думать. Не думать о том, что его сердце медленно млеет и растворяется под таким напором. Тысячи улыбок точно хватит, чтобы растопить его совсем. — Д-да, наверное. Но твоей продуктивностью там и не пахнет. Я все делаю через силу, — неловко проговаривает Чимин и возвращает взор куда угодно, лишь бы не на Чона. — Надо ведь быть собой, разве нет? Успел не так много утром — можно нагнать вечером, — Чонгук рассуждает, как типичный представитель людей, живущих по графикам. И никто не смеет его винить, потому что так тоже можно существовать. Так, наверное, действительно удобней. Но, а Чимину приятнее сидеть с прогорающими дедлайнами, ничего не успевать и тратить время на бесполезные вещи. Ему удобнее. — Сегодня яблочный пирог. Будешь? Чонгук протягивает парню бумажный пакет с теплым содержанием, и Чимин молниеносно переключается, с нескрываемым желанием заглядывая вовнутрь. Там находится слоёное тесто, в которое завёрнуты запечённые яблоки. Возможно, лучшее, что делают в пекарне, куда заезжает Чонгук. Но жаль, что не всегда такое лакомство в наличии. Чимин в восторге от выпечки из того места, и это по-настоящему то, за что стоит благодарить Чонгука. То, от чего Чимин своей радости не скрывает. — Ого, сегодня они заморочились и положили корицу. Пахнет, конечно, просто великолепно, — Чимин подносит к лицу пакет и аккуратно вдыхает, пытаясь случайно не высыпать содержимое. Хотелось бы вечно чувствовать такой запах. — Тебе тоже нравятся слойки? Уж больно часто покупаешь. — Я не ем мучное. Да и по твоему лицу видно, что эта выпечка тебе больше всего понравилась. У тебя глаза сразу загораются, — Чонгук указывает на свои зрачки, как бы намекая, что у Чимина они меняются и становятся больше. Парень сильно удивляется. Он, конечно, знал, что от еды на его лице появляется больше эмоций, чем когда-либо. Но не предполагал, что Чонгук это всё подмечает. — Я не слежу за тобой или что-то в этом роде. Но это правда очевидно. Чонгук поднимает одну руку в защитном жесте, краснеет и отворачивается от парня. Значит, всё-таки иногда подглядывает. Хоть и пытается показать, что это не так. Настроение будто бы кардинально меняется. Чимину хочется засмеяться от реакции Чона, потому что она по-настоящему очаровательна для взрослого и серьезного человека. Что он почти и делает. Чимин улыбается, издает какой-то радостный хрип и прикрывает лицо пакетом, когда Чонгук оборачивается. Тот с недоумением смотрит на бумагу перед лицом, потрясывающиеся плечи и немного не понимает. — Что такое? Ты смеёшься надо мной? Правда, смеёшься? — Чонгук пытается убрать пакет. Паркуется, хватает его двумя руками и отодвигает так, чтобы взглянуть на лицо Чимина. Но того начинает распирать ещё сильнее, и он правда старается сдержать свой смех и настроение. Но задушенные звуки становятся всё громче и громче, а попытки Чонгука увидеть это все упорнее и упорнее. — Чимин, да убери же ты пакет! Борьба продолжается ещё несколько секунд, после которых Чимин отстёгивает ремень безопасности и выскакивает из машины. Он никак не может сдержать смех, правда. Тот все душит и душит его. Потому что это смешно, как серьёзно Чонгук относится к мелким и совсем бесполезным деталям про Чимина. Его краснеющие уши и шея, когда речь заходит о замеченных привычках или романтическом подтексте. Казалось бы, такой популярный парень с наверняка обширным опытом, а смущается, если его ловят, фокусирующимся на Чимине. И его попытки отодвинуть пакет, который, кстати, так и остался в машине. Чимин медленно, пытаясь утихомирить улыбку, сбегает. Он трёт глаза руками, закрывает рот рукавом, но, когда вспоминает озадаченное выражение с приоткрытым в удивлении ртом и большими глазами, не может сдержаться, продолжая трястись в беззвучном смехе. Ещё несколько минут в таком положении, и придется вызывать бригаду медицинской помощи. — Чимин, подожди меня! Пожалуйста! — сзади большими шагами приближается Чонгук. А у Чимина перед глазами его лицо и серьёзные попытки сдержаться. Чонгук его всё-таки нагоняет, обхватывает одной рукой за спину, заставляя остановиться и наклоняется, чтобы заглянуть в лицо. Чимин хмыкает, стараясь, честно стараясь забыть все, что было несколько минут назад. Но он так давно не смеялся, тем более так долго, что не может сдержать беспричинное хихиканье. Парень улыбается, прикрывает глаза и мотает головой, пытаясь заглушить новый приступ. — Все-все, хорошо. Брейк, так брейк, — Чимин немного успокаивается и перестает трястись как сумасшедший, устанавливая зрительный контакт с Чоном. — Ну, и из-за чего ты так упорно смеялся? — говорит серьёзно Чонгук, смотря не менее серьёзно. Сейчас он выглядит настолько обиженно, что Чимину хочется дать ему в качестве вознаграждения конфету и погладить по голове. Парень вновь растягивает мимолётную улыбку. — Из-за тебя, конечно. Ты себя со стороны просто не видел. Мальчик-стальные мышцы, а краснеешь, как школьница на первом свидании. Ещё и моську такую состроил, я не могу. Очаровательно, — последнее Чимин говорит очень тихо, почти себе под нос, и не думая о вложенном смысле. В его голове это звучит, как похвала маленькому ребенку. Он продолжает идти вперёд, довольный собой и впервые не обращая внимания на окружающих. Ну и что, что Чимин лыбится, как дурак, а в его голове Чонгук, уменьшившийся до размеров маленького щенка. Только вот Чонгука похоже не устраивает такой конец разговора. Или у него появилась какая-то претензия. Он нагоняет Чимина и обходит на пару шагов, останавливаясь прямо перед парнем. Его лицо — спелый фрукт, а щеки наливаются молочным блеском клубничного мороженного. Чимин замирает, едва не теряя равновесия от внезапной остановки, но его поддерживают руки. Руки Чонгука, которые подбираются все ближе и ближе, обхватывая плечи. Родинка под губой становится все чётче, в тёмном свечении глаз он видит своё собственное отражение. А потом чувствует губы. Чонгук целует его. Почти напротив главного входа в университет, где по своим делам шастают студенты. И наверняка, отвлёкшись от своих дел, они придут в лёгкий шок, увидя такую картину. Одноклассник льнёт все ближе, наклоняет голову сильнее и, кажется, не собирается отлипать. А у Чимина в голове все мысли путаются и громко покрикивают нервишки. Он только жёстче сжимает чужую куртку в кулаке и едва шевелит губами, больше инстинктивно, чем действительно осознавая, что происходит. Вскоре Чонгук отлипает от него, напоследок царапая зубами губу. — Хочешь объяснить, что это сейчас было? — с трудом проговаривает Чимин, цепляясь хмурым взглядом парню за глаза. Это не по плану, такого не было написано в их расписании и тем более не согласовано. Можно ли считать это первым случаем, когда Чонгук обошел черту? — А это моя месть за то, что ты смеёшься надо мной. Так что не считается, — ухмыляется парень и нагловато стреляет глазами, облизывая губы. Как будто хочет доказать Чимину что-то своим положением. Но он действительно нарушил правила, которые сам же и установил. — Продолжай улыбаться, Чимин-а. Всем же будет лучше. — Следуй своему же плану, Чон, и будь паинькой. Не то в следующий раз откушу тебе язык к чертовой матери, — скалится Чимин и направляется вперёд, стирая с лица румянец и свое тупое удивлённое выражение. Вокруг уже собралось некоторое количество зевак, которые в упор пялились на них и шептались вполоборота, но парня это мало волновало. Он уже как неделю вызывал такой ажиотаж у студентов, и его прямо-таки пилили взглядом во всех уголках университетского корпуса. Да, свобода бесследно пропала из его жизни, но в то же время стало спокойней. Возможно, тот самый человек испугался приближаться со своими письмами и подкладывать их Чимину в вещи, потому что тот постоянно был на виду. И если он внезапно пожалуется на преследование, всегда найдется парочка людей, которые что-то да видели. А пока тишина с шепотом за спинами. — Ой, ладно тебе. Кто сможет сказать, что я противозаконно поцеловал своего же парня? — настигает его сзади Чонгук, но уже не машет своими конечностями вокруг, лишь протягивает забытый пакет с выпечкой и щёлкает по носу. — Рад, что у тебя хорошее настроение сегодня. Так что и выпечкой не забудь насладиться. Доброе утро, Ким Тэхён! Чонгук слабо машет в сторону стоящего на крыльце друга Чимина, салютует с веселой улыбкой себе за спину и скрывается в дверях университета. Знает же, что Чимин не собирается следовать за ним, а лучше уж проведет время с другом. Все равно рано или поздно они встретятся в университете. Тэхён в задумчивой позе подпирает спиной колонну и смотрит с укором на Чимина. Тот лишь разводит руками, мол он вообще здесь ни при чем. А на лице ни капли раскаяния. Новость о том, что у Чонгука якобы появился парень в лице того самого Пак Чимина, который поцеловал его на матче, долетела до Тэхёна отнюдь не от друга. От каких-то девчонок в столовой, когда он набирал себе перекус. И каков был его шок на лице, когда парень увидел в соседнем помещении стоящих рядом непозволительно близко Чимина и Чонгука, с рукой спортсмена на талии его же друга. Тэхён поднял очень громкий кипиш. И подойдя ближе, не переставал возмущаться минут двадцать. Не потому, что у его друга появились отношения. Его задел совсем не этот факт. А тот, что Чимин попросту не рассказал ему о такой важной вещи. Будто бы он каждый день вступает в отношения. Он, Чимин, мать вашу в отношениях. Пришлось объяснять Тэхёну ситуацию на ходу. «Вот так, да, встречаемся. Так получилось внезапно. Да-да, случайно поняли, что нравимся друг-другу и решили не терять времени. Но мы вместе не так давно, поэтому ты, Тэхён, ничего не потерял». Настоящую причину такого изменения Чимин, конечно же, не сказал. История получится длиннющая, да и вроде как подходящая к концу. Проще сделать вид, что Чимин просто сильно заврался в своих чувствах и внезапно что-то осознал. Тэхёну ведь ничего не оставалось, кроме как принять все и смириться. Он побурчал, побурчал и успокоился. Не впервой друг недоговаривал. А теперь у Тэхёна ещё и появился повод хвастаться тем, что это он помог Чимину и Чонгуку осознать себя как пару. Что было, конечно, далеко от реальности. — Будешь яблочные слойки? — Чимину приходится притвориться, что сейчас ничего не произошло и со спокойным лицом распаковать пакет с выпечкой. Хотя у самого сердце отбивало сто двадцать от внезапности и от ситуации вокруг. — Я, конечно, все понимаю. Но такого я не понимаю. Тебя что, подменили? — с укором произносит Тэхён, намекая на увиденный поцелуй, и проходится рентгеном по лицу друга. Тот и глазом старается не моргать, будто его взгляд действительно может что-то сказать. Сканирование продолжается минуту, пока Тэхён наконец не тянется к бумажному пакету за булкой. — Но хочу выразить Чону благодарность: с ним ты больше на человека стал похож. Живенький такой, улыбаешься. И щёчки от таких презентов каждое утро появились. — Заткнись, пожалуйста. — Нет, ну а что, — мычит Тэхён с набитым ртом. — Отхватил себе Аполлона и радуется. У вас хоть что-то было, или вы пока ходите присматриваетесь друг к другу? — Я тебя задушу, честно слово. Тебе об этом точно знать не надо, — цокает Чимин и отворачивается. Его друг часто слегка пересекает черту, но делает это без явного зла. Тэхёну просто по-настоящему интересно. Чон Чонгук тот ещё персонаж в этой истории. Потому что Тэхён видел его много и часто с разными людьми, но он всегда отдавал мимолётное внимание Чимину. Друг замечал, как Чон вглядывался в проходящий силуэт, пока болтал с явно флиртующими с ним фанатками. И Тэхён мог уверить кого угодно, но в тот момент глаза парня немного загорались. Блестели даже в темноте, а позже, когда он возвращался к разговору, угасали вновь как ни в чем не бывало. Поэтому Тэхён хотел бы задать много вопросов Чонгуку. — Я просто надеюсь, что это все произошло из-за моего огромного пинка. И что Чон не мудак какой-нибудь, — рассуждает Тэхён, идя по коридору университета. — Если бы не я, вы бы точно ещё очень долго ходили вокруг да около. Чимин на такое утверждение неодобрительно хмыкает. Тэхён просто не знает, что это лишь хорошая актёрская игра их обоих и очень скоро им придется найти предлог, чтобы разойтись. Но отчасти друг прав: жизнь Чимина и вправду повернулась немного под иным углом с происшествия в спортивном зале. И появилось очень много слишком ярких, пятнистых моментов в его рутине. Грех жаловаться, если честно. По большей части, не считая огромной чёрной дыры в середине его жизни, все остальное можно считать очень положительными. И новое знакомство, которое очень похоже на улучшенное старое, и какие-то незначительные знаки внимания, и попытки играть спектакль своей лучшей жизни. Как бы Чимину теперь не забыться в таком ворохе событий. Он в целом понимает, что все появившееся в его жизни сейчас пришло на короткий срок. Как только проблема в виде сталкера потеряет актуальность, будни Чимина тоже вернуться на круги своя. У него исчезнет даже фейковый парень, который, как концепция, выглядит не очень. Но даже если реализация хромает, Чимин бурчит и не соглашается все больше и больше, он не может противиться маленькой части себя, шепчущей на ухо, что это весело, необычно и подарит ему хоть какие-то воспоминания о хорошей жизни. И на полку можно будет положить рассказ о самых странных, немного необычных, но довольно интересных отношениях за двадцать два года его жизни. — У меня появилось деловое предложение. Сегодня, мой дом, ты и я, чипсы и вечер встреч. Посмотрим что-нибудь, поиграем в игры, все как обычно, — Тэхён оборачивается на плетущегося позади в задумчивости Чимина и выдвигает свое предложение. Действительно, что-то давно они не собирались вместе, хотя раньше делали это постоянно. Если не на каждых выходных, то через них так точно. — Если, конечно, Чон будет не против. — Стоять. А почему он вообще должен быть против, и как это влияет на мое собственное решение? — недоумевает Чимин. Ему бы и в голову не пришло спрашивать у Чонгука разрешение идти к своему лучшему другу, чтобы зависнуть там на время. Даже минуя факт, что по-настоящему они не встречались. Даже если бы Чонгук действительно был его парнем. — Чими, ну что непонятного. Мы все парни, тебе нравятся парни. Я вроде как тоже представитель этой группы, а ты идёшь зависать у меня на черт знает сколько. Такие вещи обсуждают с партнёром, потому что чаще всего после вытекают проблемы в виде недоверия и ревности. Это же работает и в обратную сторону: ты должен знать, где, как и с кем Чон, а иначе ничего хорошего из этого не выйдет, — объясняет Тэхён. И в целом его рассуждения логичны. А эти вещи вроде как являются частью хороших и доверительных отношений. Но Чимину такой подход не нравится. — Сказать ему, я скажу. Но разрешение зачем спрашивать? Мы же взрослые люди, а ты мой друг. Я Чонгуку с тобой уж точно изменять не собираюсь, — хрипит Чимин с недоумением. Звучит все, как бред сумасшедшего. Чимин рассуждает об изменах, имея при этом Чонгука, с которым они запрет на секс с другими во время их притворства точно не записывали, и Тэхёна, с которым хоть одна мысль об отношениях, приводила его в ужас. Чимин просто не находил повода к беспокойству ни с одной из сторон. — Ну, значит тебе просто действительно повезло. Некоторые в отношениях превращаются в жутких ревнивцев и запрещают общаться даже с друзьями, угрожая расставанием. Если Чонгук относится к такому совершенно спокойно, то пусть. Я рад за тебя и жду в шесть часов на прежнем месте, — Тэхён улыбается, потрясывая друга за плечо. Он очень счастлив, что Чимин наконец обрёл что-то хорошее в своей жизни, но всё равно обеспокоен. Потому что опыт прошлых отношений будет держать друга в узде ещё некоторое время. И даже если Чимин не до конца понимает, как правильно поступать, то Тэхён готов ему с радостью ответить. Чтобы история не закольцевалась, не повторилась вновь. Но Чимин же не дурак в конце-концов. Он просто не может рассуждать об отношениях с Чонгуком как о реальных. Да, парень должен вести себя так, будто действительно встречается, его мысли должны быть забиты только отношениями и тем, что он боится их потерять, поэтому осторожно ступает на каждую новую ступеньку. Но как-то не катит. Чимину не хочется много врать своему другу, хоть он и так заврался. Поэтому стоит просто согласиться. Ему бы характер другой, да и язык помягче. Тогда бы никто не волновался за его отношения и не пытался бы их спасти. — Мне следует принести что-нибудь? — говорит Чимин и кивает сам себе. Значит, планы на вечер у него имеются. Теперь не придётся тратить время на бесполезные вещи в одиночестве. Он будет тратить время вместе с кем-то. — Свою задницу и желание провести со мной время. А с остальным разберемся на месте, — Тэхён смеётся и расслабляется, формируя у себя в голове точный план того, чем им следует заняться. А этих вещей бесконечный список. Фильмы, сериалы, новые игры, еда и в целом куча вопросов, ответы на которые Тэхён хочет выпытать у своего друга.

*

— И всё закончилось тем, что они разошлись. Но концовку можно считать просто-напросто слитой, потому что в книге все выглядит намного гармоничней, — после нескольких пар Тэхён решил высказать свое мнение о последнем фильме, который он посмотрел. Чимин же слушал его, пока пытался написать домашку. Под его бубнеж можно было заниматься чем угодно, так как по большей части парень не знал первоисточник того, про что рассказывал друг, и не мог ответить. А Тэхён и не требовал. Они занимались примерно ничем уже целый час. Сидели возле библиотеки и просто тратили время впустую. Чимин пытался погрузиться в незнакомый и пропущенный материал, который точно бы пригодился ему для экзамена. А Тэхён сначала тоже ковырялся в английском, после тридцати минут решив на него забить. Позже они переключили разговор на премьеры, которые хотели бы посмотреть, и на обновления в играх, которые стояли у них на паузе. — Ну вот хорошо. С тобой у нас вкус в фильмах одинаковый, и мы смотрим схожий бред. А что насчёт Чона? Чем он увлекается? — после длинной паузы задаёт вопрос Тэхён. Он долго сдерживал свой интерес от таких подробностей, но всё-таки ему хочется знать, что из себя представляет этот спортсмен. Какой он человек в конце-концов. — Ну, разные в целом. То одно, то другое, — уклончиво отвечает Чимин и отводит взгляд. Потому что он, черт возьми, не спрашивал. Ему было как-то не до интересов его одноклассника. Да и не делились они такой информацией вроде хобби и вкусов. Чимин видел несколько знакомых фильмов у него в списке просмотренного, но такая информация ничего не давала. Кажется, все на земле смотрели что-то вроде «Списка Шиндлера» или «Поймай меня, если сможешь», не отходя далеко от топа двадцати популярных фильмов. Так что, про вкус Чонгука говорить не приходилось. На первый взгляд он должен был быть обычным, если не углубляться. — А что насчёт музыки? Что он слушает? — Тэхён задаёт ещё один вопрос, уже смотря с подозрением на друга. В голову закрадываются сомнения насчёт характера их отношений. — Попсу. Американскую. Как и все, наверное, — врёт вдогонку Чимин, понятия не имея о вкусе Чонгука в музыке. Ответы говорит лишь бы сказать. И самые базовые, самые популярные, в которых ошибиться будет невозможно. Чонгук выглядит, как человек, который может слушать Джастина Бибера по утрам, а день заканчивает рейтингом десяти хитов по итогам недели. Тэхён ведь все равно не сможет проверить. — Его любимое блюдо? — не останавливается Тэхён. — Рамён и пицца. К чему этот допрос вообще? — недоуменно смотрит на друга Чимин. Это какая-то проверка, о которой он не знает? — Чимин, скажи сейчас честно. Вы же на самом деле не встречаетесь, а просто трахаетесь, да? Секс без обязательств и все такое? — хрипит парень и со всей серьёзностью смотрит на друга, постукивая по столу пальцами. Чимин медленно расширяет глаза. — С чего вообще такие выводы? — у Чимина надламывается голос, а по спине ползет струйка холодного пота, будто его поймали за чем-то очень непристойным. Вернее, поймали на лжи. Потому что, видимо, его ответы совсем неуверенные, неправдоподобные, и сейчас Тэхён поймет, что он врёт и врал все это время. — У тебя ответы будто по учебнику. Причем самые очевидные, — Тэхён даже не пытается расслабиться, следит, как бегают чиминовы зрачки и как он судорожно пытается придумать, что сказать. Наверное, работа мозга ведётся очень плодотворная. — А что я сделаю, если он такой человек. Обычный и делающий все, как все, — не отстаёт Чимин, все же находя варианты того, что можно ответить. — Ты же знаешь, что он типичный парень спортсмен. Вот и вкусы у него очень типичные. И мы не спали вообще-то. Пока что. Они играют в маленькую игру, кто первый моргнет. Тэхён сужает глаза почти до щёлочек и смотрит ровно прямо. Чимин медленно водит зрачками по чужим чертам лица. И моргает первым, отворачиваясь с громким вздохом в сторону. Получается сильно и натужно, будто его что-то беспокоит. — Ладно, так уж и быть поверю. Но только сегодня, — машет согласно головой Тэхён. — Ты что, переживаешь, что вы дальше поцелуев не дошли или что? — Тэхён! С тобой это я обсуждать не собираюсь! — почти кричит Чимин, изображая возмущение от того, что его друг лезет якобы не в свое дело. Но на самом деле ему все равно, в чём его подозревает Тэхён. Ведь такого нет. Чимин не думает о сексе с Чонгуком от слова совсем. Это не его заботы, не его сфера интересов и прочее. Но вроде как парня, у которого ещё не случился первый раз именно в этих отношениях, это может и заботить. Стоит немного поиграть в недотрогу. — Не волнуйся, все не бывает сразу. Вы же вроде всего около недели встречаетесь. Не переживай, — продолжает гнуть свою палку Тэхён. Он рассказывает с лицом мудреца, который прожил несколько столетий и, кажется, изучил всё на свете. Только вот у парня за спиной пару недолгих отношений и багаж просмотренных романтических комедий, которые он насилу показывал Чимину. Так что тот прекрасно знает, о чем ему бормочет друг. — Никогда не стоит начинать отношения с перепиха. Сначала узнаешь куплет в его любимой песне, который он иногда напевает в душе, только потом размер его члена. И жизнь у всех будет малина. В комедиях штуки, вроде отношений на ночь, могли и часто перерастали в отношения, но Тэхёна жутко раздражала вся эта тягомотина с выяснением своих и чужих чувств. Пары в фильмах просто утопали в драме вроде «любишь — не любишь» и весь сюжет строился на беготне, чтобы узнать, кто в кого влюбился первым и когда. Клише, проще говоря. Поэтому Тэхён для себя и для всех заодно решил, что сначала надо выпытать у партнера всю информацию: от любимого цвета до его родового древа, и какие прививки он делал в детстве. Познакомиться так скажем с реальным человеком, а не с образом, который померещился в томном и потном блеске глаз. У Чимина проносятся перед глазами маленькие смазанные картинки. Он был из тех, кто строил настоящие отношения исключительно в постели. По крайней мере, с последними двумя так и было. Потому что, как выяснилось, никому не нужны твои интересы, вкусы, любимое блюдо и утренние привычки. Самое главное — секс. Подходите ли вы друг-другу в кровати стало намного важнее того, схожи ли вы по темпераменту. И если когда-то Чимин хотел найти человека, которому захотелось бы рассказать все самое сокровенное, что царапает душу, то вскоре желания пришлось задавить здравым смыслом, который умолял не теряться в ненужных подробностях. Теперь-то Чимин был немного далёк от того, что ему объяснял Тэхён. Но в глубине души он знал, что это его. Полностью и цело. Только вот теперь не было ни желания, ни подходящего человека. — Господи, давай не о сексе, пожалуйста. Идем лучше поедим, а то что-то мы засиделись, — Чимин тяжело вздыхает, пытаясь перебороть мысли в голове, и встряхивается всем телом. Встает, сгребая все вещи в кучу, и дожидается друга, пока тот тоже собирается. Они наконец займутся чем-то новым. Не факт, конечно, что интересным. Они идут на привычное место, садятся и занимают стол, оставляя там вещи. Сегодня в столовой почему-то очень мало народу. Это радует, потому что в воздухе витает почти тишина: лишь несколько столов переговариваются между собой. А в миске у Чимина что-то странного вида, но приятное на запах. Хочется поскорее попробовать. Через несколько метров от них столик волейбольной команды. Спортсменам же тоже нужно есть, чем они как раз и занимаются. Чимин замечает своего прелестного ненастоящего парня, точнее верх его макушки, потому что голова сильно наклонена в тарелку. Он сначала не понимает, чем Чон занимается с таким упорством. Приподнимает бровь и смотрит, что так старательно делает одноклассник. Через несколько мгновений он понимает, что тот вылавливает помидоры из салата и перекладывает их в тарелку своего сокомандника. Еще немного и у него пар пойдет из головы. Чимин усмехается таким детским повадкам парня, хотя и не удивляется. Какая-то деталь должна была быть в Чоне, которая бы моментально сметала образ крутого татуированного спортсмена. Помидоры. Как же просто. Чонгук наконец разбирается со своим салатом, смотря на горку нелюбимых овощей в тарелке своего соседа и что-то отвечает на явные возмущения парня. Скорее всего это не впервые. Затем, кажется, очень довольный собой, он поднимает глаза и натыкается на смотрящий прямо на него долгий взгляд. Чимин даже не моргает. Чонгук начинает улыбаться и уже было поднимает ладонь, чтобы помахать, но его останавливает поднятая вилка. Чимин недолго копается в таком же салате и находит дольку помидора, накалывая ее следом. Смотрит шутливо и одновременно издеваясь над незрелостью Чонгука. Показывает, что он видел, как тот старательно колупался в салате и вытаскивал несчастные помидоры. Чонгук весь как будто сжимается и смотрит исподлобья. Наблюдает, как Чимин ловко крутил вилку в пальцах и отправляет дольку в рот, смакуя. Чонгук сглатывает. Это ещё что за представление такое? — Эй, Чими, что у вас за брачные игры за обедом? Ешь нормально, — Тэхён старательно машет рукой перед лицом Чимина, чтобы тот отвлекся и начал есть как следует. Парень наконец отводит взгляд и хмурится. А ему же так хотелось поиздеваться над вкусовой привычкой одноклассника. — Чонгук помидоры не ест, представь себе, — скорее себе под нос говорит Чимин и не может сдержать дурацкую улыбку. Это настолько странная и внезапная деталь, почти не вклинивающаяся в образ Чонгука, составленный у него в голове. Но как будто эта нелюбовь, детское пренебрежение добавляются недостающими кусочками пазла в общую картину. И Чимину будто бы именно таких деталей не хватает в людях: странноватых привычек, которые кажутся очаровательными. — А ты, можно подумать, главный едок. Тебе напомнить, что ты не любишь? — проглатывая кусок, произносит Тэхён, а потом засматривается на лицо друга. Так дело не в самих помидорах? Чимин улыбается, витая в своих мыслях и, кажется, подшучивая над чем-то в своей голове. Тэхён давно не видел, чтобы друг делал это настолько искренне, забывая про свою плотную корку и чужое мнение. Чонгук всё-таки хорошо влияет на него. Тэхён прокашливается, прикрывая рот, и старается отвести взгляд. Но честная реакция Чимина приковывает сильнее и мощнее, чем что-либо. Парень поднимает взгляд, фокусируясь на таком же взгляде Чонгука, серьезном и стеклянном, устремленном прямо на Чимина. В глазах Тэхёна Чонгук никогда не был просто популярным парнем в университете и успешным спортсменом. За его добродушной улыбкой для всех вокруг, мягким ответам на комплименты читалось иное, что-то намного глубже. Тэхён видел в Чонгуке загадку, тайну, которую кому-то следовало бы разгадать. И под руками как раз появился Чимин, который своим поведением, игрой в «отойди на два шага и дождись, пока я прикажу подойти на один», медленно вытягивал нужные карты из Чонгука. Они будто были катализаторами друг для друга. Заставляли вести себя же подвластно душе, а не здравому смыслу и голове, которая постоянно шептала про меры предосторожности. Тэхён всей душой хотел, чтобы Чимин разгадал настоящего Чонгука. Чтобы Чонгук достал Чимина из-под скорлупы, в которую он самолично и зарылся несколько лет назад. А он уже поможет и покажет правильный путь. — Эй, Чими, не сходишь мне за тортиком, пожалуйста? — лепечет через несколько минут молчания Тэхён и улыбается, стараясь выволочь Чимина из его ступора. Друг несколько раз моргает, а потом поворачивает голову и хмурится. — Почему ты сам не можешь сходить? — Ну ты мне друг или не друг? Ты почти все съел, а у меня еще целая тарелка. Ну, пожалуйста, — канючит Тэхён и складывает руки в молитвенном жесте. Чимин несколько секунд бурчит, матеря друга, который не дает ему спокойно посидеть и подумать, а отправляет через всю столовку ему за лакомством. Но в итоге он все равно встает и идет к стойке с десертами. Но не успевает Чимин и до середины зала дойти, как в него со всей силы врезается девушка, звеня подносом где-то на уровне его живота. Он рефлекторно стопорится на месте, обхватывая чужие плечи, и заставляет остановиться прямо перед ним. В ноги медленно, как в слоумо-съёмке, съезжает поднос, вашу ж мать, полностью наполненный едой. Точнее ее остатками. Остальные ингредиенты аккуратно прилипли к толстовке Чимина, размазываясь жирной кляксой по ткани. Он только сегодня вынул ее из стиральной машины. У кого-то глаза на задницу переместились? — Какого хера, — медленно выдыхает он, наблюдая как девчонка осматривает свою блузку и юбку на наличие пятен от еды. И, как назло, ни одного яркого загрязнения, даже брызга нет. Зато на Чимине и острый соус, и жирные остатки от курицы, россыпи риса и, черт возьми, заляпанные помидорным соком пальцы. Настроение не медленно, а стремительно летит в тартарары. — Тебе глаза дали для того, чтобы ты ими пользовалась, а не в мобильнике зависала! — Вообще-то, это ты в меня врезался! Это еще хорошо, что моя блузка не испачкалась, иначе бы тебе пришлось заплатить за нее. Она стоит столько, сколько тебе и не снилось, — визжит девочка снизу, расправляя кристально чистую, прямо-таки белоснежную рубашку. Да вы посмотрите на нее. Еще и врет, будто бы только Чимин тут виноват. — Ты что, блять, совсем не соображаешь? Поднос чей? Твой. Весь в твоей сраной еде кто? Я. Еще говоришь что-то про химчистку! Так не хочешь мне ее теперь оплатить? — Чимин наклоняется ниже, стараясь заглянуть прямо в глаза этой бешеной. Еще что она ему скажет? Что он должен убрать пол, вылизывая его своим языком? Не он не умеет ходить, смотря под ноги, отнюдь. Чимин хочет схватиться грязной рукой прямо за ее чистую макушку, но сдерживается. Крику после будет невообразимое количество. — Эта твоя тряпка и пяти баксов не стоила, так что не зазнавайся. Ей только и пол вытирать, чем, кстати, можешь заняться, придурок, — достаточно громко проговаривает девушка и крутит пальцами вокруг месива на полу. Чимина никогда не задевали комментарии по поводу выбора его недорогой одежды. Она такая была только с виду, хотя он старался покупать качественные вещи, которые выдержат сто стирок на шестидесяти градусах и не разорвуться по первому дуновению ветра. Тем более это была одна из его любимых толстовок: сбоку по шву шел еле заметный вышитый орнамент из желтых ниток. Что-то маленькое и незначительное на память. Но когда его вот так открыто макали в дерьмо, сдержаться было трудно. Тем более, Чимин не отличался спокойствием. Он бы даже не посмотрел, что это девчонка. Парень терпеть не мог людей, которые думают, что останутся безнаказанными из-за какого-то своего положения, поэтому могут творить полную херню и говорить в лицо, какой же ты отброс. У Чимина уже руки чесались макнуть ее лицом прямо в мусор, чтобы и макияж, и волосы покрылись жиром и грязью. Чтобы она не смела больше и слова кому-то вякнуть. Но перед его грудью внезапно возникла яркая цветастая куртка Тэхёна, а сзади поверх плеч его удерживала другая рука. Чонгука, как потом он понял, повернув немного голову. Подоспели они, конечно, вовремя. Ровно в момент, когда рука Чимина потянулась к волосам этой девушки. Парень мог бы почувствовать себя виноватым из-за того, что собирался сделать, если бы не раздражение, сочащееся из всего его тела. — Дамочка, давайте мы все успокоимся и найдем общее для всех решение, хорошо? — Тэхён выставил руки вперед в мирном жесте и старался утихомирить голос, чтобы звучать миролюбиво и спокойно. — Вот только есть несколько небольших проблем. Вся столовая видела, что это ты врезалась в моего друга, потому что что-то упорно печатала в телефоне и не видела, куда идешь. А еще пол и одежда моего друга полностью в твоей еде. Как думаешь, как будет разумно поступить? — Ты в порядке? Там не было ничего горячего? — шепчет почти на ухо Чонгук и поворачивается к Чимину лицом. Парень прислушивается к ощущениям, но никакого покалывания от кипятка не чувствует. Лишь брезгливость от собственной грязи. — Все нормально. Не трогай меня, пожалуйста. Я грязный, — Чимин аккуратно выпутывается из полуобъятий и становится поодаль, держа руки перед собой. Еда уже начинает засыхать и скоро превратится в цемент, который ни одна стиралка не сможет отодрать. Чонгук внимательно смотрит на него, что-то обдумывая. — У меня в раздевалке есть запасная одежда. Идем, ты сможешь переодеться и помыться, если захочешь, — парень кивает на выход и ждет, пока Чимин подумает над предложением. Но он почему-то стопорится и медлит, поглядывая то на стоящего рядом друга, то на грязь вокруг. — Тут просто, наверное, вопрос ещё не решён, — неловко лепечет он. — Чими, иди и переодевайся. Твой друг со всем разберётся, ещё и вещи сохранит. Не переживай, — Тэхён поворачивается к Чимину, видимо услышав его сомнения и только подталкивает к тому, чтобы он сходил и сменил одежду. Тем более, если есть такая возможность, то грех не воспользоваться. Косвенно это же случилось именно по вине Тэхёна. Он ведь послал Чимина за тортом. Так что ему и поручено разобраться со всеми возникшими неудобствами. Чимин последовал прямо за Чонгуком, который повел его по привычному маршруту до раздевалки. Вот же западня случилась. За одну секунду у него испортилось и настроение, и одежда. Да и планы поменялись. Сок застыл на руках, и их теперь неприятно стягивало от липкости. А от всего тела воняло столовской едой, из-за чего блевать хотелось еще сильнее. Чимин цыкнул, не сдерживая себя. Еще и какая-то малявка с ног до головы облила его дерьмом. Не подскочили бы Тэхён и Чонгук, она бы познала весь вкус еды с пола. — Ну и чего ты так завелся? Все хорошо. Сейчас переоденешься в чистое и будешь как новенький. А твой друг, я уверен, решит весь конфликт. Он договариваться умеет, — Чонгук слегка замедлил шаг и сравнялся в парнем. Он знал, что у Чимина сейчас мозг прямо-таки плыл от злости. Невооруженным взглядом видел набухшие вены на шее и желваки на лице. Хотелось хоть как-то, но поддержать его. Только Чонгук не знал, что такого сделать. Как бы ему потом не прилетело. — Я знаю, что все в порядке. Просто меня раздражают такие люди со звездой в голове. Чтобы признавать свою вину, не нужно быть гением. Провинилась — так извинись и делов-то, — все продолжал бурчать Чимин, попутно быстро вдыхая и выдыхая воздух. Вскоре у него даже голова начала кружиться от такого интенсивного дыхания, отчего он быстро забыл про злость. Эмоции немного поутихли. — Не принимай на свой счёт. И такие личности встречаются. Главное, что ты в этой ситуации прав, — Чонгук легко улыбнулся, наклоняясь немного к Чимину, и притянул к себе за плечо чуть ближе. Ладонью прошелся ниже по спине, прощупывая позвонки и лопатки. Теперь тело парня уже не так трясло, и выглядел он намного спокойнее. Хорошо, что они уже пришли. Чонгук пропустил Чимина вперед в раздевалку, сам следуя за его спиной. — О, Даниэль, ты все ещё тренируешься? Чимин, когда ещё только заходил, обратил внимание на парня, притаившегося возле дальних шкафчиков. Темноволосый расположился на скамейке, опираясь локтями на колени, и смотрел в пол. Но как только они вошли в раздевалку, он поднял взгляд, зацепившись им точно за глаза Чимина. Смотрел долго и внимательно, пока тот шел до шкафчика одноклассника. Чимин нахмурил брови и отвел взгляд. Слишком много к нему внимания. Только вот парень ни на миллиметр не сдвинулся со своего места, продолжая буравить глазами даже его спину. Странный какой-то. Чимин вообще его раньше не видел, хотя успел, кажется, перезнакомиться с каждым в команде. — У меня здесь чистая рубашка есть. Подойдет? — проговорил Чонгук, пока сам копался в шкафчике. Оттуда он выудил черную рубашку, на ощупь мягкую и из приятного материала. Чимин только хмыкнул, забирая вещь себе. — Будто у меня есть выбор, — он покрутил рубашку в руках и начал снимать свою толстовку. Но здесь появилась другая проблема. Когда Чимин снял с себя одежду, то принюхался к коже, узнавая едкий запах мяса. — Чёрт, я воняю, кажется. — Да нет. Просто это из-за того, что у тебя грязная толстовка в руках, — Чонгук подошел ближе и как ни в чем не бывало приблизился к телу парня почти вплотную, вдыхая запах. Чимин сразу же опешил от такого выпада и чуть отклонился назад. Не на людях же такое вытворять! Там, вон, этот странный тип сидит. Да и кому вообще придёт в голову нюхать другого человека. — Но, если хочешь, то можешь сходить в душ. Вон там. Чонгук махнул рукой в сторону одной единственной двери, не ведущей на выход. И в тот же момент, когда парень опустил конечность, тот самый названный Даниэль достал из своей сумки пакет с чем-то и прошагал в душевую комнату. Чимину что-то совсем стало не по себе. По голым рукам и животу прошлась череда мурашек, а пальцы слегка одеревенели. Непонятно из-за чего, потому что ничего в поведении того типа, кроме его молчания, не было странным. Ну не разговорчивый парень, и черт с ним. Но как же быстро он подорвался в душ, будто бы ждал момента, когда Чонгук укажет на комнату. Чимин ближе оттеснился к шкафчикам, соприкасаясь лопатками с холодным металлом. — Что-то я не видел этого парня в числе ваших игроков, — рефлекторно почти прошептал Чимин, будто бы тот парень мог услышать его с такого расстояния. — Он в запасе играет. И не каждый день. Возможно, его не было, когда я привел тебя знакомиться с парнями, — как ни в чем не бывало ответил Чонгук, складывая грязную одежду в пакет, чтобы отдать потом в химчистку или постирать. Он не замечал долгого взгляда Чимина на дверь. — А кто он вообще? Почему имя иностранное? — не унимался с вопросами Чимин, а сам следил за затемненной дверью и наличием видимого силуэта через полупрозрачные окошки. Но очертания тени там не наблюдалось. — На курс младше. Играл раньше в какой-то крутой школьной команде, но сейчас не сильно проявляет инициативу. Вообще редко вижу его на совместных тренировках, только если в конце, когда половина игроков уже ушли. Мы с ним на одной позиции кстати играем. Я, когда он ещё только пришел, хотел подружиться, но как-то не сложилось, — спокойно рассказывал Чонгук, несколько раз взглянув то на дверь, то на Чимина. — Историю такого имени не знаю. Он изначально представился Даниэлем. Но я думаю он хороший малый, только нелюдимый больно. Одиночка. Вот значит как. Одиночка. Только не читалось это все в его образе. Аура вокруг него была странная и неприятная: к таким Чимин старался не подходить. А во взгляде был не просто интерес к новому человеку в его поле зрения, а что-то личное. Как будто он знал Чимина до этого момента. Но Чимин-то видел его впервые. Он наверняка бы запомнил такого человека, если бы встретил его хоть раз. Но в голове было пусто. А ещё в душ в одиночку с этим парнем Чимин в жизни не сунется. Что-то подсказывало ему, что это плохая идея. — Короче, я передумал идти мыться. И так сойдет, вроде не сильно уж воняю, — протараторил Чимин, натягивая рубашку и наспех застегивая пуговицы на ней. Свалить бы быстрее, чем этот парень выйдет из комнаты. Чимин уже было хотел идти на выход, так до конца и не одевшись, но Чонгук остановил его рукой. — Не спеши, пожалуйста. А то выглядишь, как будто спер одежду у старшего брата, — спокойно проговорил Чонгук, опуская руки сначала к манжетам, чтобы до конца их зафиксировать, а потом к горлу, чтобы поправить рубашку и там. Она действительно была слегка велика Чимину. Но, учитывая все тенденции моды, смотрелось все довольно гармонично. Тем более Чон старательно поправлял рубашку там, где надо, чтобы смотрелось это еще лучше. Парень ведь точно знал, как носить подобные вещи. — У нас сегодня тренировочный матч. Не хочешь прийти посмотреть? Чонгук как раз поправлял воротник с задней стороны и ненарочно царапнул ногтем кожу на шее, из-за чего Чимин вздрогнул всем телом. Как вообще так оказалось, что они стоят насколько близко, почти вплотную, и беседуют о повседневных вещах? Чонгук удивлял очень много сегодня. Его выпад с поцелуем с утра, его мягкие прикосновения сейчас. А здесь ведь даже никого не было, чтобы играть в их театральную постановку. Но Чонгук делал всё нарочито нежно, трепетно и аккуратно. Чимин почувствовал, как начинает нагреваться тело, как по коже проходится пылкое дыхание человека рядом, и как он стремительно краснеет. Он постарался скрыть эту мимолетную слабость тем, что наклонил голову, но собственные уши его выдавали. И чего он вообще так реагирует? Сегодня его настроение меняется очень быстро и стремительно. — Не могу. Я иду к Тэхёну весело проводить вечер, — зачем-то шепчет Чимин и старается не поднимать голову, потому что Чонгук точно распознает в его мутном взгляде что-то неладное. Когда только в этой комнате стало так душно, что пот будто рекой течет со всего тела? — Не хочешь посмотреть, как весело твой парень будет заставлять другую команду встать на колени из-за проигрыша? — мычит Чонгук, и наконец останавливает свои руки где-то на уровне талии Чимина. Парень слышит усмешку сквозь губы и замирает от этой чужой внутренней вибрации. Сердце прыгает куда-то высоко, желая, наверное, вылететь из тела к чертовой матери. — Ты не мой парень, — на выдохе говорит Чимин. Пора заканчивать этот спектакль для несуществующих актеров. Иначе он вместе со своим телом сделает кульбит в нежелательную сторону. Когда Чонгук так близко, трудно вести себя адекватно. У Чимина будто что-то щелкает внутри. Он наконец уходит от объятий и прислоняется к холодной стенке, пытаясь перевести дух. — Не распускай руки. Этого нет в плане. — Я просто поправлял твою рубашку, — мнется в испуге Чонгук и моментально отворачивается, отходя в другой угол. Атмосфера и настроение вмиг лопаются. Кажется, пора валить отсюда. Они теперь задохнутся не только из-за спертости воздуха, но и из-за холодной неловкости, поселившейся между ними. — У меня тренировка через полчаса, так что я буду готовиться. — Д-да, конечно, я пойду. Спасибо за рубашку. Тогда увидимся позже, — Чимин стопорится на несколько секунд у двери, теребя ткань рубашки в руках, а потом все же выходит из раздевалки. Чонгук явно выглядел расстроенным и был не в своей тарелке. Чимин цыкнул. Он же на сто процентов знает, как испортить всем настроение одними лишь своими действиями. Ещё и успел забыться, только его коснулись как-то по-особенному. Даже смог Чона расстроить, хотя у того будто и функции такой не было предусмотрено. — Блять, блять, блять. Мне что, голову будет сносить от любых касаний? Чимин, придурок, веди себя нормально! Парень остановился возле ближайшего подоконника, опираясь на него и хлопая себя по коже на щеках. Дурак он, вот кто. Ему ласки не хватало видимо, вот он и млеет от всего подряд. Еще немного и мозг бы отключило. Да он бы сам Чона поцеловал просто потому что захотелось, а не потому что надо. Поддался бы моменту, потому что его потрогали аккуратно и ласково, а не пощёчиной и ударом по рукам. Ещё и смёл всю вину на Чонгука, будто бы это он ведет себя не так. А для него, наверное, это в порядке вещей. Чонгук тактильный, он просто поправлял рубашку. Чимин медленно сполз на пол, хватаясь за голову. Он стремительно начинает терять разум и здравый смысл. Ещё немного и их безобидная игрушка превратится в непонятную мешанину, состоящую из чиминовых чувств и желания полностью овладеть другим человеком. Не надо было всё это затевать. Чимин потихоньку начинает тонуть в трясине. Ему нравится узнавать что-то дурацкое о Чонгуке, его трепет к нему. А так быть, мать вашу, не должно. С этого момента следует быть осторожней. План есть план. Ни шагу вправо, ни шагу влево.

*

Вечера у Тэхёна были отдушиной после тяжёлого дня. Чимин мог не думать о плохом, забыть о всех переживаниях и просто погрузиться в вереницу сюжетов, которые предлагал ему Плейстейшен, Нетфликс и прочие сервисы. Мог поесть вредной еды на пару, пошутить иногда совершенно несмешные шутки, за которые его никто бы не осудил. Сколько бы Чимин ни бурчал о том, что лучшего друга у него нет, а Тэхён — это просто удобный человек рядом, всё это было неправдой. Не было в мире ещё одного такого парня, который понимал бы его с полуслова, разделял все интересы, проводил время, когда этого требовала душа Чимина, и не просил ничего взамен. Тэхён был его лучшим, а оттого и единственным другом. Несмотря на все их пререкания, разговоры, похожие на ссоры, и сами ссоры, они были друзьями. И Чимин знал, что если Тэхён в один момент решит его оставить, то парень больше никогда не найдет себе такого же близкого человека по духу. Потому что перестанет искать. Друг уже минут десять зависал на кухне за приготовлением бутербродов, пока Чимин сидел на полу, уткнувшись в экран телевизора с большой надписью «Game over». Они играли, наверное, уже часа два, за которые парень успел победить около четырёх раз. Тэхён забирал все лавры победителя себе. И это даже не потому, что Чимин был полным лузером в играх и не знал, на какие ему кнопки жать. Дело все было как раз-таки в Тэхёне. Он умудрялся вытворять такое, что Чимин просто закрывал глаза и мысленно сдавался с первой же секунды. — Ну и чего грустим? Все ещё дуешься из-за своего проигрыша? — в комнату зашёл парень с тарелкой аккуратных бутербродов с сыром и кружкой чая для Чимина. Он потрепал его волосы и, поставив еду на столик, свалился на кровать, распластываясь там подобно звезде. Чимин сидел в тишине, подперев подбородок коленями и молчал. Тэхён посмотрел на него ещё раз в недоумении. — Что уже случилось? С Чоном что-то не так или что? Ты с самого прихода витаешь в облаках. — Ничего не случилось, — как ни в чем не бывало сказал Чимин и принялся медленно поглощать принесенную закуску. Здесь он точно не собирался думать о Чонгуке, хотя в голову то и дело закрадывался нервный червячок с напоминанием произошедшего в раздевалке. Да, Чимин никогда не был силен в построении отношений с людьми. Он говорил неправильные вещи, получал за это, и все заканчивалось. С Чоном он видимо тоже вести себя нормально не мог. Сначала смеётся над ним, как дурак, несмотря на то, что тот не сделал ничего смешного, дразнит черт знает как, а потом отстраняет от себя, хотя у Чонгука видимо и в мыслях ничего такого не было. Чимин все сам себе и придумал. Да он даже нормально плану следовать не может, который нужен только ему и для него. Чонгук просто тратит своё время и помогает бескорыстно. А он, а он-. Думает, что можно вести себя как заблагорассудится с человеком, который только и делает, что творит добро. Чимин снова поплыл. За что ему все эти эмоциональные страдания, люди вокруг, от которых хорошо и плохо одновременно. Лучше быть одному, лучше контролировать только себя и ситуацию, возникающую прямо в моменте. Никакой лишней рефлексии, мозгового штурма и тремора в руках. — Не думаю, что наши отношения продлятся долго, — тихо произносит Чимин, зарываясь носом в воротник чужой рубашки. От нее приятно пахнет кондиционером для белья. Чимин так себя успокаивает: вдыхает химозный запах чистоты и растворяется в нем. — Так что-то всё-таки успело произойти. Что уже случилось? С чего такие выводы? — Тэхён вмиг переворачивается на кровати и свешивает голову вниз, чтобы найти глазами нервного Чимина, сжатого в комок и зарывающего себя глубоко в мысли. — Не знаю. Мне просто кажется, что мы не вытерпим долго вместе. Наиграемся и разойдемся, — Чимин говорит четкую правду, которая висит у него в голове уже некоторое время. Даже врать не приходится. Тэхён все равно не поймет, что значит наиграться для Чимина. — Так он что-то сделал или что? Когда вы уходили из столовой, мне показалось, что все было хорошо и без лишней неловкости между вами, — Тэхён лишь недоуменно смотрит на друга и ничего не понимает. Тот снова видимо копается в несуществующей проблеме и только нервы тратит попусту. — Я не знаю, как тебе объяснить, но мне просто кажется, что это будут недолгие отношения. Это всё скорее эксперимент, театральная постановка, ведомая лишь диким интересом. Только не бей меня за мои же слова, которые я произнесу в сотый раз: но теперь мне действительно кажется, что у нас немного разные взгляды на жизнь и характеры. — Чимин, ты опять успел себя накрутить. Вы встречаетесь очень мало, чтобы уже думать о расставании. Ещё успеете лучше узнать друг-друга. Я же видел, как Чон на тебя смотрит. Пока ты тут думаешь, что вашим отношениям конец уже на старте, он, может быть, размышляет о далёком будущем, — Тэхён старается успокоить Чимина так, как вообще может. Потому что за долгие годы выучил мышление друга досконально. Он никогда никому не верит, всегда сомневается, а если после хорошего сразу наступает плохое, то корит себя за любую, значительную в его глазах, оплошность. — Нет, все правда так, как я говорю. Ты просто кое-чего не знаешь- Внезапно телефон Чимина начинает вибрировать, и он останавливается на полуслове, сбитый звонком. Тэхён тоже с интересом поднимает взгляд на вещь. На экране всем знакомое имя. Чон Чонгук. Без смайликов или лишних значков рядом. Но почему он вообще звонит? Никогда же этого не делал. Да Чонгук даже сообщения писал ему раз в несколько дней с какой-то общей информацией. А теперь настойчиво звонил уже несколько секунд. Что-то случилось? — Эм, я пойду отвечу, — Чимин сконфуженно поднимается, берет телефон и направляется в другую комнату. Тэхён только активно кивает, говоря вслед, что надо обязательно ответить. Пока Чимин доходит до кухни, он молится всем богам, чтобы звонок оборвался и ему не пришлось бы выяснять, к чему это все. Но как назло телефон все ещё вибрирует, а парень начинает волноваться ещё сильнее. — Алло? — хрипит Чимин прямо в трубку, после того как долго молчал, не зная, что сказать. Из динамика слышен треск, какой-то посторонний шум и тишина в ответ. — Чонгук? — Ты сейчас у Тэхёна? Скинь адрес сообщением, я приеду, — через помехи слышен знакомый голос парня. Он видимо едет в машине, потому что динамик находится где-то далеко и лучше слышны поворотники, чем его слова. Но Чимин все равно распознаёт, что говорит Чон, и впадает в ступор. — Зачем? — хватает его только на удивление. Что Чонгук тут собирается вообще делать? Они вроде как не дружили настолько, чтобы уже ходить друг к другу в гости. — Что значит зачем? Ты, как и я, думаю, тоже чувствуешь между нами неловкость. Мне кажется, нам нужно побыть вместе в более расслабленной обстановке. Побыть друзьями, в первую очередь, — говорит спокойно Чонгук и отключается, не давая Чимину и возможности возразить. С одной стороны, Чонгук, может быть, и прав. Они ведут себя максимально неловко вместе, особенно после момента в раздевалке. Но что, черт возьми, он собирается тут делать? Они с Тэхёном друзья много лет, с Чонгуком — фейковая пара. Это ж получится сборная солянка из непонятно чего. Тэхён сможет легко догадаться что к чему, если Чимин не будет обжиматься с Чоном, а он это делать не собирается. Чимин деревянными пальцами печатает адрес в сообщении и сидит на табуретке ещё несколько минут. Не может поверить и собрать в голове полную картину. Цирк приехал, и клоуны сейчас подтянутся. Затем он следует обратно в комнату, где останавливается в проходе и смотрит на Тэхёна, уставившегося в приставку с бутербродом в зубах. Как ему сказать, что они теперь будут не одни? — Сейчас Чонгук приедет, — громко говорит он, стараясь обратить внимание парня на себя. Тэхён и вправду сразу отвлекается от жевания и долгим взглядом смотрит на Чимина. — Зачем? Он тебя заберёт или что? — Сказал, что хочет провести время вместе. И с тобой, наверное, познакомиться ближе, — произносит Чимин и присаживается на свое прежнее место, оставаясь при этом в неловкой позе ожидания. Он ведь не знает, где парень находился во время звонка. И как долго ему до сюда ехать. — Так это же замечательно, Чими! Что и требовалось доказать. Он хочет проводить больше времени вместе с тобой. И ни о каком расставании тут и речи не идёт, — Тэхён расплывается в лучезарной улыбке, почти повисая на недовольном друге. — Правда, у нас тут не очень красиво и бардак. Здесь немного не вечеринка в пентхаусе. Тэхён начинает быстро сгребать в кучу грязные вещи, убирает мусор со стола, переодевает футболку на более свежую и чистую. Чимин наблюдает за трепыханиями друга молча, лишь судорожно считая секунды у себя в голове. Чувствует, что Чонгук будет с минуты на минуту. Так и получается. Спустя десять минут после телефонного разговора раздается звонок в дверь. Тэхён, стопорясь на запихивании одежды в комод, несется в прихожую. Чимин медленно поднимается и следует за ним. Чонгук уже стоит в квартире, в руках держит большой пакет и добродушно здоровается с Тэхёном, пожимая ему ладонь. Чонгук приехал сюда после тренировки. Чимин это знает и видит. Он всегда надевает одну и ту же огромную толстовку с капюшоном, пряча в нем мокрые волосы, не успевшие высохнуть за поездку в машине. Замеченная привычка. А Чимин не знает, как себя вести. Он выглядывает из комнаты, смотрит на парня и ловит на себе серьезный взгляд. Улыбка тут же пропадает с его лица, и теперь Чонгук выглядит суровей обычного. Чего он ждёт от него? Тэхён тоже оборачивается и не понимает, почему Чимин медлит. Чонгуку остаётся лишь развести руки в стороны, намекая на объятия. Если Чимин решит не подходить, то между ними образуется ещё большая дыра из непонимания. А Тэхён точно подумает на друга что-то неприемлемое. Поэтому Чимин выходит из своего укрытия, медленно крадучись, и попадает в объятья своего якобы парня. Обвивает руками широкую спину и замирает, переставая дышать. Чонгук поступает точно также, оставаясь в таком же положении. — Ну, я пакет разберу, хорошо? — неловко хмыкает Тэхён и уходит на кухню, чтобы не мешать. — По прежнему скажешь мне, что и это не по плану? — шепчет Чонгук, но руки не размыкает, лишь проходится пальцами по шелковистой ткани рубашки. Чимин только мычит, не зная что и говорить. — Это ведь ты тот, кто этот самый список и составлял. Клялся мне, что ни на шаг от него не отойдешь. А сам, — Чимин пытается вырваться наконец из вынужденных объятий, но Чонгук позволяет отклониться лишь на несколько сантиметров. Парень только сильнее хмурится и поднимает взгляд на искристый напротив. — А мы разве сейчас не играем? Всё-таки твой друг тоже здесь. Расслабься, Чимин. Наш план прекрасно работает, а значит мы все делаем не зря, — Чонгук напоследок мягко улыбается и отпускает руки, стягивая кроссовки с ног, чтобы через мгновение уйти на кухню за Тэхёном. Вот и выяснили все тонкости дела. Теперь они видимо будут притворяться почти на каждом шагу. Чимин почему-то не сильно удивлен, когда уже полчаса наблюдает за активной беседой его друга и Чонгука. Тэхён сразу оценил подарок парня в виде приготовленного стейка, сваренного риса и десерта, подобного торту, который он так сильно хотел. Поэтому теперь за вкуснейшей в мире едой они могли обсудить последние новости и каких-то общих знакомых. Чимин таких подробностей университетской жизни не знал, поэтому медленно поглощал мясо под наблюдение за парнями. — Чонгук, а ты чего торт не ешь? Сам купил и даже не попробуешь? — Тэхён уже дотянул свои ручонки до сладости и даже нарезал ее на кусочки, начиная поглощать. Чимин лишь посмотрел долгим взглядом на шоколад, отрезая себе небольшую порцию. Сегодня что-то кусок в горло не лез. — Ешьте, я вам купил. Мне такое нельзя, у меня строгая диета насчёт сладкого, — Чонгук отмахивается от тарелки как может и давит дружелюбную лыбу. Чимин задумывается, почему он просто не может сказать четкое нет. Ещё и Тэхён напирает со своим: — От одного кусочка ничего не случится. Никто же не узнает, — парень усердно продолжает напирать со своим лакомством под мягкие отказы Чона. — Он тебе сказал нет. Значит, нет. Его диета явно отличается от твоей «сегодня ем только правильную еду, а завтра забиваю», — Чимин вклинивается в их разговор и своей же рукой отодвигает тарелку с тортом от Чонгука, подтягивая ее ближе к себе. Хмурится ещё сильнее, будто это было не в шутку, а на полном серьёзе. — Хорошо-хорошо, не настаиваю. У меня просто не такая большая сила воли, — бурчит Тэхён и цепляет внимание на своей тарелке с тортом. — Тогда потом не жалуйся, что у тебя один большой кубик вместо желанных шести! Тэхён шуточно возмущается и щелкает Чимина по лбу, пока тот решает выпить свой чай из стакана. Парень вмиг поднимает суровый взгляд и просто молча смотрит на друга под его весёлый смех, который следом дополняется ещё и чонгуковым. Он прямо-таки заливается, прикрывая рот рукавом толстовки и не сдерживаясь. Теперь картинка выглядит ещё комичнее: два парня чуть не падают под стол от неконтролируемого смеха, пока смотрят на другого, растерянного и ничего не понимающего. — Придурки, — качает головой Чимин, сам едва сдерживая слабую улыбку, которую он старательно пытается заесть десертом. Как вообще вышло так, что они сидят втроем на кухне и пытаются не лопнуть от смеха. Чимин, который отказывался от друзей и отношений, сидит рядом с лучшим другом и парнем. Хоть и ненастоящим. — Чонгук, ну-ка, расскажи о себе. Семья, учеба, интересы, хобби? — после длительного веселья с набитым ртом проговаривает Тэхён и фокусирует взгляд на парне. Может, так он поможет Чимину узнать о собственном парне хоть немного больше. — Ну, я сейчас живу с родителями. У меня есть младший брат, который учится в средней школе и занимается футболом. Учусь на факультете социальных наук со спортивной стипендией. Еще, как все знают, я блокирующий в нашей волейбольной команде, — рассказывает Чонгук. В основном это очень общая информация, которая доступна всем. По крайней мере, это то, что знает Чимин о своем ненастоящем парне. — А есть какие-то хобби, кроме волейбола и прочего спорта? — не унимается Тэхён. И Чимин впервые благодарит его за настойчивость, потому что сам он никогда бы не решился задать такие банальные вопросы. — Мне нравится гулять с собакой. Я, наверное, как и многие, люблю просто ездить на машине, слушать музыку, читать комиксы, — говорит с улыбкой Чонгук. Он оказывается обычным парнем с обычными занятиями и интересами. Но Чимину все равно кажется, что эти хобби у него для галочки. Он уделяет этому малую часть своего времени. Потому что Чимин уже выучил график парня, состоящий почти полностью только из тренировок. — У тебя есть собака? Тебе надо заставить Чимина прогуляться с тобой, — Тэхён указывает на парня, который отвлекается от рассматривания скатерти на столе. — Он вообще в восторге от собак. — Правда? — Чонгук смотрит с мягкой улыбкой трогательными яркими глазами и выжидает реакции Чимина. Тот медленно кивает и поднимает уголки губ, соглашаясь. — У меня огромный золотистый ретривер. Я думаю, вы можете поладить. Они болтают ещё некоторое время, и Чимин узнает некоторые маленькие подробности о жизни парня. Она очень цветная, покрытая почти золотым блеском. Типичная собака для большой семьи, два ребенка, богатые родители и прилежный старший сын-спортсмен. Он все ещё идеальный парень, с какой стороны не посмотри. Не такой, как Чимин. Скорее, полная противоположность, даже если у них есть схожие интересы. Через время Тэхён тащит припрятанную на черный день бутылку вина и заставляет всех выпить хотя бы по стакану. На этот раз Чонгук уже не отнекивается, а охотно соглашается и пьет. Все трое перемещаются в спальню Тэхёна: он с Чонгуком усаживается на полу перед телевизором, а Чимин на кровати сверху. В итоге получается так, что около двух часов Чонгук и Тэхён рубятся в приставку, где одноклассник Чимина стремительно выигрывает. Они даже успевают вылакать несчастную бутылку вдвоем и теперь валяются на полу, тихо о чем-то рассуждая. Чимин уже давно устал наблюдать за ними и просто лежал на кровати, едва открывая глаза. Он скорее спал, различая лишь обрывки некоторых фраз. Пока речь не зашла о нём самом. — Эй, Чонгук, а ты когда вообще понял, что влюблен в нашего Чиму? — хрипит Тэхён с пола и наконец привстает, чтобы заглянуть в глаза Чонгуку, опирающемуся на кровать с противоположной стороны. — Давно. Очень давно, — начинает Чонгук тихим голосом, и Чимин мгновенно открывает оба глаза, прислушиваясь к их разговору. Вот теперь точно интересно послушать, что там парень придумал. — Почувствовал притяжение ещё в школе, хотя до конца не понимал, что это влюбленность, а не желание просто дружить. Тогда все как-то забылось, поменялись школы и прочее. Но мы встретились в университете, и я точно понял характер своих чувств. Он очень мне нравится. И я рад, что наконец мои чувства не односторонние. Чимин впивается губами и носом в подушку, стараясь не дышать. Потому что его горячее дыхание точно сможет нагреть комнату сполна. Он краснеет от ушей до пяток, выглядывающих из-под одеяла. Понятно, что это придуманная наспех история пьяного мозга Чонгука. Но всего одна мысль о том, что он мог нравиться Чонгуку ещё с их двенадцати лет, приводит его в страшный трепет и восторг. Вы вообще видели Чимина? Этого нелюдимого болванчика. Он начинал свои отношения с обещаний вроде «я полюблю тебя настолько сильно, что не отпущу». Но, конечно, такого никогда не случалось. А тут, прямо сейчас, Чонгук произнёс его маленькую постыдную мечту о долгой любви на протяжении нескольких лет. — Тебе следовало намекнуть ему раньше! Мучались бы ещё сто лет, если бы я вас не спас, — гордо и с пьяной полуулыбкой произносит Тэхён, заваливаясь обратно на спину. Кажется, последние мозги у него точно отшибло. — Пойду дыхну свежим воздухом на балконе. Что-то у меня голова кружится. Парень уходит, оставляя их вдвоем. Чимина, который упорно притворяется спящим и старается тихо дышать в подушку, и Чонгука, смотрящего в почти погасший экран телевизора. Тишина нарушается только скрипом половиц в соседней комнате, тиканьем часов. Через несколько мгновений пол скрипит уже возле кровати, а матрас прогибается совсем рядом с Чимином. Он чувствует замершего рядом Чонгука и старается не дышать. — Я знаю, что ты не спишь, — шепчет парень, приближаясь ближе к его уху. Чимин чувствует себя пойманным с поличным и не двигается ещё несколько секунд, пока не чувствует прикосновение к своей спине. Только тогда он переворачивается и впивается взглядом в мутно-расплывающийся силуэт Чонгука в темноте. — Хей, привет. — Привет, — также шепчет Чимин и наблюдает, как расширяется улыбка на лице парня. Как всегда мягкая и только для него. Чонгук касается его волос на макушке, проводя пальцами между прядями, и почти ложится рядом. Чимин инстинктивно чуть отодвигается, освобождая больше пространства. — Ты хороший лжец, Чонгук. У меня даже что-то ёкнуло в груди от твоего рассказа. — Ты даже не можешь поверить, насколько хорошо я умею лгать, — непонятно к чему произносит Чонгук, становясь серьёзным всего на мгновение, но Чимин не придает этому значения. Значит, он действительно умеет создавать красивую сказку своими словами. — Приятно думать, что ты нравишься мне больше десяти лет? — Если скажу, что да, то что. А кому не нравится, — честно признается Чимин и зарывается поглубже в одеяло. Чонгук смеётся ему на ухо, распространяя вибрацию на всю кровать. — Почему ты никогда не задаёшь мне вопросов? Не спрашиваешь обо мне, потому что не интересно? Твой друг спросил больше за вечер, чем ты за всю неделю. Это правда. Чистейшая и жестокая для Чимина. Он хотел бы ответить честно и так, как думает об этом у себя в голове. Чем больше он будет знать о парне, чем больше нитей будут связывать его с этими отношениями, тем сложнее будет их закончить. А разорвать их связи в скором времени точно придётся. Поэтому приходится черпать информацию маленькими порциями случайно и в разговорах с другими. Только так Чимин узнает хоть какие-то крупицы. — Так получается. Я думаю, что ты как на ладони. Слишком понятный, — тихо поясняет Чимин и вторит своим же рассуждениям. Чонгук обычный, предсказуемый и типичный из самых типичных представителей его класса. — Так думаешь? Хорошо, тогда угадай, какую песню я чаще всего слушаю в машине? — задаёт вопрос на засыпку парень, прекрасно осознавая, что просто так угадать будет невозможно. Перед Чимином тысячи и миллионы вариантов, но раз уж он утверждает, что все слишком клишированно, то пусть попробует. — Угадаешь исполнителя, будет уже прекрасно. — Легко. Сейчас ты поразишься моим экстрасенсорным способностям, — с вызовом говорит Чимин и задумывается на несколько секунд, перебирая немногочисленные варианты. Хотя у него уже есть пару идей. Он сводит брови вместе, цепляется взглядом за одну точку и замирает, пока в голове не загорается лампочка. — «Stay» Джастина Бибера. — Совсем не угадал, — тянет Чонгук и легонько хлопает лежащего парня по лбу. Он начинает смеяться, замечая ступор Чимина, и собирается пояснить. — Если тебе кажется, что я похож на спортсменов, которых показывают в подростковых сериалах, то ты немного ошибаешься. Я слегка отличаюсь от образа популярного качка. Не хмурься. Это действительно так. Ты думаешь, что я не могу смотреть аниме и сериалы в свободное время, подобно тебе? Я вырос на спортивной манге и только из-за «Haikyuu» пошел серьезно заниматься волейболом. А ты еще скажешь, что мы ничем не похожи. — Серьезно? Так ты просто был фанатиком комиксов? — в удивлении выдыхает Чимин, даже привставая, и изумляется ещё больше, когда Чонгук активно кивает на его слова. — Я думал, таких людей в реальной жизни не существует. Ну, таких, которые посвящают свою жизнь чему-то лишь из-за прочитанной книги или просмотренного фильма. Хорошо. Ладно, допустим ты зависаешь на Нетфликсе и смотришь то же, что и я. Что насчет музыки? — The Neighbourhood мои любимые. Всю их дискографию до дыр заслушал, — ошеломляет Чонгук еще больше. Чимин никогда бы не подумал, что в этом, казалось бы далеком и незнакомом человеке, может быть собрано столько всего необъятного и похожего на него самого. — А «The Beach» моя самая любимая. Часто ловлю себя на мысли, что песня будто про меня написана. — Серьезно? Вот такую музыку ты предпочитаешь? — подскакивает парень с неприкрытым восхищением, сам не понимая, чего он так резко обрадовался. Ну, похожие у них вкусы, и что с того? Но Чимин находит в этом немного свободы, маленький глоток воздуха в этой необъятной духоте. — Я не слушал у них все и не до дыр, но они явно очень крутые. Заделался в клуб горячих мальчиков, что ездят на джипах и слушают хорошую музыку на полную громкость? — У тебя на каждую человеческую характеристику припасён шаблон? Ну, если тебе так уж хочется отнести меня в какую-то группу, то пускай. Эта явно мне по душе больше просто спортсмена. Теперь я хоть немного приблизился к твоему идеальному типу? — Мечтай, мистер мускул. Одни общие вкусы тебя не спасут, — из вредности хмыкает Чимин, а сам тихо и упорно радуется в душе, что сможет найти немного общих тем, чтобы разбавить их неловкие разговоры. Возможно, он даже сможет лучше понять Чона и общаться с ним станет легче. — Но, можешь порадоваться. Пару очков в карму ты всё-таки заработал. Чонгук шутливо радуется, слабо поднимает руки вверх, и несколько минут они спокойно лежат на одной кровати, поглощенные тишиной и теплым дыханием друг-друга. Интимнее атмосферы быть не может. Только когда в другой комнате хлопает балконная дверь, Чонгук сползает с матраса на свое прежнее место на полу, а Чимин обратно зарывается в подушку, будто ничего и не происходило. Только маленькая революция все же произошла у Чимина в понимании Чонгука. На несколько долгих мгновений он почувствовал себя очень близким к однокласснику, будто бы они могли стать теми, кто понимал друг-друга с полуслова. Из-за дерьмового характера и собственной бесячей маски Чимин не замечал маленьких мелочей, связывающих их вместе. Теперь скорость чонгуковых пальцев по кнопкам джойстика не казалась такой удивительной. Он явно некоторое время прозябал время за компьютерными играми. И их бессмысленные разговоры с Тэхёном наверняка были о чем-то вроде нового сериала. Друг заметил схожести еще давно, только упорно не мог показать их Чимину. Впервые за последнее время это был хороший и спокойный вечер, плавно перетекающий в ночь. Чимину по-настоящему захотелось снять с себя маску сноба, ежа с колючими иголками и хоть немного раскрыть личину себя истинного. Как сделал это совсем недавно Чонгук. Лично для него.

*

Чимин отключился очень внезапно посреди очередного захода в игре между Чонгуком и Тэхёном. А проснулся так же внезапно, когда мутные стрелки на часах показывали два ночи или около того. Он приподнялся на локтях с кровати, вглядываясь вниз. По обеим сторонам от столика спали парни. Тэхён даже умудрился заснуть с джойстиком в руке, громко сопя и развалившись в позе огромной звезды. Чонгук же сжался возле ножек кровати, подложив под голову локоть. А ему они позволили спать на двуспальной кровати и даже не разбудили. Этот вечер вообще не должен был превратиться в ночёвку. Но получилось то, что получилось. Чимин осторожно встал. Пришлось пройти целую полосу препятствий, чтобы выйти из комнаты. Кроме Тэхёна и Чонгука, на полу валялась еще и куча упаковок от еды, несчастная бутылка и какие-то вещи. Чертов тетрис в темноте получился. Чимин постарался как можно ловчее проскочить на кухню. Хотелось пить, не зря же он проснулся так рано. В окно светила луна, и Чимин расположился прямо под ней со стаканом воды, в задумчивости попивая из него. На душе был прямо-таки штиль, и ничего не должно было потревожить парня. Умиротворение обволакивало его со всех сторон. А осознание, что в соседней комнате находились два довольно близких ему человека, успокаивало еще больше. Экран телефона, который, как оказалось, лежал все это время на кухне, зажёгся ярким светом и тут же погас. Пришло уведомление. В два часа ночи. У Чимина все социальные сети максимально стояли на беззвучном и ничего ему обычно не приходило. Это теперь даже было интересным. Чимин потянулся к телефону через весь стол, сразу же снимая блокировку. Странно, ему пришло сообщение и даже не в мессенджер. Обычно на телефон отправляли рассылки и бесконечное количество кодов и паролей от социальных сетей, но никогда не сообщение от реального человека. Тем более поздней ночью, если только никто не работал в рассылках так поздно. Чимин с интересом открыл диалог, сразу отмечая, что номер выдавало незнакомый и к тому же неопределенный. А сообщением висело одно лишь видео с пустым превью, сливающимся с тёмной темой телефона. Такие штуки не могли не настораживать Чимина. Если только никто не ошибся номером и по случайности не закинул видео ему в диалог. Палец сам нажал на play. Несколько секунд картинка не менялась. Тот же чёрный фон и отсутствие звука не напрягали. Может, это действительно какой-то баг и видео появилось у него в телефоне случайно? Чимин так думал, пока тишину кухни не оглушил громкий и протяжный стон, возникший прямиком из динамика телефона. Вначале ему показалось, что кто-то просто скинул ему порнушку. И это было ошибочным суждением. Потому что вслед за звуком загрузилось изображение. Ракурс съёмки казался очень неудобным. Камера стояла явно далеко от происходящего, некоторая часть картинки была закрыта тёмной тканью. Но в целом было видно все то, что надо было. Это было плохое домашнее порно. Видео иногда разъедало на пиксели, но в один момент изображение стало настолько четким, что Чимин встретился сам с собой с глазу на глаз. Все тридцать секунд он слышал свои собственные стоны, хлюпанье и дрожащий скрип старой кровати. На видео ему было девятнадцать или около того. Потому что именно в тот период времени он, ведомый модой, перекрасился в блонд и убил волосы к чертям. Но дело это ничуть не меняло. Это все также было порно с его участием. Где были видны все личные и сокровенные подробности: и его полностью обнаженное тело, и ярко-алые синяки на некоторых частях кожи, и член, и звуки, и вереница подробностей. И бывший, и грязный мат, выходивший непроизвольно, и неловкие открытые позы, и его плаксивое лицо почти в центре кадра. Все как на ладони. Чимин никогда не позволял снимать себя во время процесса, потому что был озабочен именно такими вещами, вроде видео, фотографий, которые могут попасть в руки к кому угодно. Видимо, боялся и переживал он зря, потому что его все равно сняли. Видео все равно появилось на свет и длилось целых двадцать минут. Чимин еле смог осилить его до конца. С каждой минутой он начинал трястись все сильнее, а под конец вообще почти отключился. В голове крутилось одно: почему это оказалось у него на руках? На телефон почти сразу после конца видео пришло ещё несколько сообщений. Кто-то как ждал, пока Чимин досмотрит и обратит внимание на диалог ниже. UNKNOWN: давно не виделись, чимин! я много наблюдал за тобой эту неделю. думал, что в один момент ты одумаешься, вспомнишь мои слова. только вот почему-то ты решил сделать еще хуже. отношения с чоном? похвально. как бы ты потом не пожалел. UNKNOWN: такое замечательное видео с твоим участием. хороший компромат, не считаешь? у меня еще и парочка интересных фотографий есть. хочу оставить их на некоторое время у себя. UNKNOWN: но процесс запущен. таймер затикал, чимин. не буду ставить никаких условий, пытаться договориться с тобой. с тобой же, блядь, это не работает. просто дождись, когда весь университет посмотрит порно с твоим участием. и твой несравненный чон, и дружок, который носится за тобой хвостиком. и три тысячи других людей увидят какой же ты уродец и внутри, и снаружи. UNKNOWN: я заставлю всех ненавидеть тебя. за порочность, за слабость, за пошлость. а потом ты сам прибежишь ко мне по первому же зову. дрожи в страхе, чимин. ты уже ничего не сможешь сделать. Это был он. Все это время, пока Чимин думал, что все закончилось, ничего на самом деле не кончалось. Сталкер просто наблюдал из-за угла, примечая каждое его движение и слово. И Чимин смог конкретно его разозлить, потому что, кажется, теперь он точно не собирался останавливаться только на слежении. Чимин не хотел думать, как видео попало к сталкеру в руки. Не хотел воображать, что будет, когда его увидит весь университет. Это точно надломает его душу, если не раскромсает полностью. Постыдные вещи, спрятанные за семью замками не должны внезапно появиться на свет. Не этого Чимин желает, не за этим он налаживает свою жизнь. У него дрожат руки, скребет в груди, а желудок хочет выпустить все съеденное наружу. Блять, что же делать? Он не знает, какой шаг ему предпринять, что сотворить, чтобы успокоиться. Потому что в этой ситуации не существует спокойствия. Нет даже такого понятия, состоящего из одиннадцати букв. Должен ли он рассказать все Чонгуку? Он ведь просил говорить ему обо всем, что происходит со сталкером. Но как такое вообще можно показать, как объяснить ситуацию? Это стыд, это срам и чертова пошлость. Голая и полная шрамов. Чимин роняет горячие слёзы, не сдерживаясь, и тут же растирает их по щекам. Он не заслужил такую жизнь, не заслужил минуты таких мучений, после приятного вечера, робких разговоров и немного раскрытых душ. Кто-то снова хочет закрыть его в темной коробке, залить бетоном и изваять такую скульптуру, которая будет удобна, будет подходить только ему одному. Чимин не живой человек. Он мягкий пластилин в руках страшного человека. Человека, который на ступень выше, на шаг быстрее. Чимину не хочется больше так жить. Его будущее — карточный домик, который он старательно собирал по крупицам, куда сегодня доставил несколько новых карт, рухнул в один миг без права на восстановление. В тот момент Чимин совершенно не знал, что делать. Теперь он захотел сдаться.