metanoia

Я к солнцу, к солнцу руки простираю

И вижу полог бледных облаков…

Мне кажется, что истину я знаю —

И только для нее не знаю слов.

Что такое борьба в целом? Для чего люди дерутся, объявляют войны и перемирия? Когда приходилось читать множество скучных исторических книг, где не было ничего, кроме сухих фактов и немного справок для «общего развития», Чимин с трудом понимал, для чего все эти люди бросаются в жаркий котёл и рискуют своей жизнью. Зачем проливать кровь ради пары клочков земли, тратить войска и годы жизни мирных жителей, если можно существовать так, как придётся. Может быть, бедно, грустно и едва находя средства для пропитания. Но так, как приходилось жить все свои долгие годы, не тратя много ума и средств на лучшее. Повезёт, если придёт божественное озарение и подарит счастье вместе с благами без единой пролитой капли крови. А пока лучше лишний раз не стараться. И так затрат выйдет больше, чем позже побед. Чимин не защищал военачальников, презирал любые столкновения и битвы, собираясь не вылезать из своей комфортной среды примерно никогда. Забился бы в скорлупу, видя только то, что захочется, да и умер бы точно также. Но потом в голове промелькнуло, что никто его не спасёт, Вселенная не поможет ему решить все насущные проблемы просто ни за что. Если привык жить по уши в дерьме, значит и продолжай в том же духе. Чимину надоело быть терпилой, а ещё слабаком и длинным набором других слов, которыми он обзывал себя годами. Может, он не гений, не красавец и не самый хороший человек. Но это же, в конце концов, не приговор. Тем более, когда из-за его неуверенности страдают другие люди. Он не объявлял никому войну. Это сделали за него почти два месяца назад, так же бессмысленно и внезапно, как это происходит по всему миру едва ли не столетия подряд. Но наставлять пистолет не значит обороняться. Поэтому Чимин имеет полное право делать всё что угодно. Пока нагнуть пытаются его, он может сделать это в ответ, не чувствуя ни капли сожаления и жалости. Против Даниэля парень танком пойдёт, собираясь сровнять его с землёй, насколько это вообще возможно. Если смешать с грунтом не получится, Чимин попробует приравнять его к запаху плесени, ржавчины и грязи, которую источают другие заключённые. Засадить его за решётку слишком просто, хоть это и самый законный из вариантов. Было бы славно, если бы он прочувствовал весь спектр того страха и стыда, который ощущал Чимин на своей шкуре все два месяца. Так и начинается контроперация по спасению всех вокруг. Чимин собирается освободить себя от лишних забот и волнения, потому что находиться в таком состоянии постоянно просто невозможно. Он собирается убрать сталкера от Чонгука и вернуть всё на свои законные места. Неважно, какие там у Даниэля личные мотивы и цели. Он не вписывается с ними в общий порядок, мешается под ногами и только приносит стресс. Такого просто быть не может. У Чимина в голове вырисовывается громадный план. Как такое можно сотворить в одиночку он не знает. Скорее всего, это невозможно и требует волшебства, каких-то запредельных знаний и скорости, которой парень, к сожалению, не обладает. Но оказывается, у Чимина тоже есть сила воли и желание показать Даниэлю изнанку его собственных действий. Всего немного и с маленького аспекта. Но это будет финальной точкой в концерте под названием «Сталкерство». А потом истории придёт конец, театр закроют, а актёров распустят на вольные хлеба. Так далеко Чимин пока не думает, но что делать, точно знает. Парень долго смотрит на календарь, висящий на старых обоях, пытаясь прикинуть, что ему следует сделать. Времени мало, дел много. Если не поспешить сейчас, прямо в данную минуту, не откладывая дела ни на секунду, то можно не успеть. Потому что за точными и целенаправленными действиями стоит долгое и упорное планирование, выявление всех фактов и разложение документов по полочкам. Пора начать операцию спецагента. Через три с половиной дня университет проводит вечеринку, завершающую год для старшекурсников, где обычно собирается добрая толпа людей. Туда прутся как выпускники всех факультетов и специальностей, так и все, кто желает поучаствовать в активном мероприятии, полном алкоголя, светомузыки и ноющей головы на следующее утро. Элиту университета приглашают на такие вечера обязательно. А так как спортивная команда является именно такой, она обязана быть там в полном составе. Чтобы проводить игроков и просто поддержать статус университета. Даниэль обязан быть там. Без него концерт не будет таковым. Чимин понимает, от чего он будет плясать всё это время. Вечеринка — отличное место, чтобы раскрыть весь свой план. Во-первых, там будет несколько сотен людей, не меньше. Да, половина из них будет пьяная и, кажется, не будет ничего соображать. Но это неважно. Чимину нужно количество, нужны глаза и уши этого университета. Он на собственной шкуре узнал, что такое слухи и скорость их распространения. А значит, стоит только рассказать десяти людям грандиозную историю, которая происходила в стенах учебного заведения, так количество знающих сразу увеличится до тысячи. А особо догадливые снимут всё на телефон. Значит, решено. У Чимина есть всего несколько суток, чтобы сделать всё то, что он хочет. Зрители просят хлеба и зрелищ? Значит, будет им, как по заказу. Он собирается сделать так, чтобы этот человек с позором покинул университет и никогда больше в него не вернулся. Из головы на бумагу постепенно кочует всё, что Чимин знает о Даниэле. С чего всё началось. С жуткого скрипа подошв на замёрзшем снегу, страха преследования и убийства. Тогда Чимин ведь по-настоящему думал, что его собираются грохнуть. Потому что совсем не подозревал, во что это может вылиться. Уж точно не в масштабные планы со слежкой фотографиями и слитым видео. А что было бы, если бы за Чимином в тот день погнался просто маньяк-убийца? Следом парень подробно расписывает, как было дальше. Он пишет о том, что всё с самого начала точно затеял Даниэль. Потому что даже спустя такое количество времени, Чимин понимает, что звал его никто иной, как он. Голос один в один, с низкой противной хрипотцой и загнанным дыханием курильщика. Даже спустя столько времени парень помнит это на фоне мелодии тёмной зимней улицы. На бумаге появляется описание всех фотографий, скрипты писем, которые когда-либо получал Чимин. Рядом он пишет все свои ощущения, настигшие его лавиной в те моменты. Пусть они останутся на листах и только на них, а не водоворотом будут жить в голове Чимина и мучить его кошмарами лет так через пять. У него впереди другой план. Чимин готовит множество документов и собственных записей, описывая встречи с Даниэлем. О том, как он впервые увидел его в раздевалке и уже тогда почувствовал опасность. Как дальше видел его множество раз и замечал длинные взгляды прямо в душу. Пишет о соревнованиях, поездке и о том, что тот говорил ему при одноразовых встречах. Парень вставляет слово о Чонгуке. Говорит, что ему Даниэль приносил не меньше вреда. Помнится, в самом начале сталкер вложил в его форму лезвие. О чём признался почти собственными словами. Чимин пишет, что знает, что Даниэль неровно дышит к Чонгуку и у него есть собственные цели, которые он собирается воплотить в жизнь. На бумаге появляются версии, размазываясь чёрными кляксами на чистоте листа. Даниэль никто иной как пустота, чернота страха. Ночной кошмар, который снился каждому в детстве, представляясь огромным монстром с длинными когтями и клыками, а потом, во взрослом возрасте, явившийся уже наяву. Чимин не экзорцист и не ведьма, но изгонять даже такую живую нечисть у него есть силы и желание. Теперь на его руках находится целый манускрипт всего того, что он знает о Даниэле, всего того, что он чувствует к нему. Его память останется только на бумаге, а потом будет отдана нужным людям. На душе становится легче. Правда. Как будто тяжёлый камень падает с плеч и дышать становится свободнее. Эта гниль теперь не находится в Чимине. Она не живёт в сердце, не ютится глубоко на подкорках сознания. Парень теперь не боится зимы, не боится темноты ночи и скрипа позади себя. Он не собирается бояться того, кто совершает кучу неоправданных и глупых действий. Пусть Даниэль хоть сто раз будет продуманным и умным человеком, со своей мотивацией, целями и прочим багажом, который могут использовать его защитники против Чимина, парень ему не поверит. Это не будет тем случаем, когда главный злодей оказывается просто харизматичным придурком со сложным детством и отсутствием любви и сострадания родителей. Чимин тоже может похвастаться такой историей. Только вот он не из тех идиотов, которые становятся преследователями и мешают людям жить свою жизнь. Позже Чимин понимает, что Даниэль так и не ответил на его сообщение с призывом поговорить. Можно подумать, он срывает план с самого начала и до конца. Но Чимин не боится. Он почему-то уверен, что парень придёт туда, куда нужно. В конце они встретятся. И наконец расквитаются со всем, что произошло. Чимин уверен, что тот просто пребывает в шоке от сообщения. Парень ведь прямым языком сообщил, что знает, кто он. И знал уже долгое время, даже тогда на последнем матче. Возможно, Даниэль бьётся в истерике и ломает мебель где-нибудь у себя в гараже от бешенства. Неприятно узнать, что цель, которую ты преследовал долгое время, на самом деле оказалась таким же хищником. Чимин легко может его сцапать и собирается сделать именно это. А с другой стороны, Даниэль мог догадываться, что Чимин всё знает. Это легко понять, если проанализировать последние несколько дней. Жертва не боялась, сама отвечала и лезла на рожон. Просто решила сообщить о своём знании в самый последний момент. И теперь Даниэль думает, что ему делать дальше. Можно следовать привычному намеченному плану, а можно воротить новую историю. В любом случае, что бы парень ни придумал, Чимин обязательно изменит всё в свою пользу. Из земли его достанет, осуществит то, что задумал. Он готов и вооружён до зубов. Правда на стороне добра. Чимин, конечно, такое из себя добро. Он больше похож на антигероя со своими тараканами в голове, которые сейчас пытается вытравить самыми сильными средствами. Местью, уверенностью в себе и в завтрашнем дне, трезвостью разума. Любовью. Чимин собирает все документы, переписки, фотографии скорее всего не для себя. Он промежуточная жертва истории, которую используют в качестве полигона для военных действий. Конечная цель — Чонгук. К которой Даниэль упорно и стремительно направляется шаг за шагом, делая хватку всё сильнее. Чимин готов ему все руки переломать и раскрошить кости в порошок, лишь бы он не довёл задуманное до конца. Не позволит. Он делает это для Чонгука и во имя его. Это попытка попросить прощение у самой Вселенной за ошибки, которые Чимин совершил. За то, что начал губить себя после первых отношений, за то, что всю сознательную жизнь был чёртовым грубияном и забыл о том, что другие люди чувствуют не хуже его самого. Прощение за то, что их история с Чонгуком, долгая и муторная, не получается с самого детства. Это попытка Чимина наладить всё спустя огромную кучу лет и попросить прощения за последние несколько месяцев. Он собирается исправить хотя бы это, подчистить тот мусор, который оставил за собой в жизни Чонгука. Чимин хочет сделать ещё многое, а сказать даже больше. Рассказать о том, почему он такой-сякой, объяснить, что тяжесть его характера — огромный минус, который тянется за его тенью вот уже двадцать лет. Признаться во всём, что он начал чувствовать во время их встречи и почему Чонгук не должен вспоминать всё то, что было сказано ранее. Чимин не в себе, дурак и самодур. Его таким не должно существовать. Но Вселенная повернулась к утопии задницей, выдавая планете справедливость. Каждому плохому свой хороший. Каждому неуверенному свой нарцисс. Каждому яркому свой тусклый. Каждому Солнцу своя Луна. Чимин с таким раскладом хочет бороться на подсознательном уровне. Да, он обратная сторона справедливости. Та, которую грех получить себе в пару. И именно поэтому контраст существует. Чтобы каждый плохой увидел хорошее. Если сказка мира такова, то любой из тени захочет превратиться в того, кто уверенно стоит в солнечных лучах. Теперь Чимин тоже хочет. Потому что он долгое время прятался где-то в глубине своего закрытого сознания, пряча те стороны, которые, кажется, не готовы были раскрываться. Не видели стимула. Чонгук и есть главный двигатель прогресса. Он тот, кто достанет Чимина из скорлупы, отдаст часть своей теплоты и солнечной улыбки, превратит неуверенность в смех, а тревогу сотрёт с лица Земли, чтобы этого и вовсе не существовало. И процесс уже запустился. Готов ли к этому Чимин, хотел ли этого Чонгук, но так уж получилось. Теперь будет нечто другое и новое. То, за что Чимин собирается бороться прямо сейчас. За спасителя. За Солнце, в лучах которого хочется купаться. За то, чтобы оно никогда не затухало.

*

Чимин намерен идти до самой победы. Даже если до главного пиршества ещё нужно пережить несколько дней. Он просыпается слишком возбуждённым, как будто ребёнок, у которого накануне день рождения и багаж подарков, которые нужно открыть. У Чимина слишком много сил, чтобы жить. Он готовит себе помпезный завтрак вместо чернющего кофе в заляпанной кружке. У него есть желание погладить чистую одежду, которую он давно не надевал, и прийти в университет не в мятом тряпье. Чимин каждый день ведёт себя странно, к этому уже можно было привыкнуть. Но теперь почему-то хочется улыбаться, смотря в зеркало, хотя ничего грандиозного не происходило уже давно. У Чимина нет и малейших сдвигов в личной жизни, всё застыло неприятным комком холодной каши. А он идёт по улочкам, приплясывая от глупой романтической песни в наушниках, которая попалась совершенно случайно между подборками грустных и депрессивных мелодий. Вокруг распускаются цветы, даря лёгким бодрящий сладостный аромат и чувство, что не всё потеряно. Даже сама природа намекает Чимину, что он делает всё правильно. Сегодня его день, завтра тоже, а потом и несколько месяцев, которые он проведёт в тёплом ощущении, будто под любимым пледом. Почему такое чувство — трудно сказать. Но парень пользуется им сполна. Когда на душе не скребёт — нужно пользоваться. Дышать, пока ноздри не затыкает смердящий ветер, а в глаза не заливается кислотный дождь. Чувствовать, пока чувствуется. Любить, пока любится. Улыбаться, пока улыбается. Страх потом. Ненависть, гнев, тошнота — этого в данную секунду для Чимина не существует. Даже университет и учёба не портит его настроение. Он идёт по коридорам слишком довольный, как никогда раньше в жизни. Конечно, парень не позволяет себе уж очень большую улыбку, но маленькая и незначительная усмешка на его губах всё же растягивается. Потому что всё самое большое спрятано у Чимина внутри. Он забегает в кафетерий, хватает два кофе, просто потому что хочет, и идёт в нужный кабинет. Тот почти пустой, только пару человек чем-то заняты. Тэхён один из таких. Парень сидит позади, увлечённо пялясь в телефон с длинным проводом наушника в ухе. Выглядит, как любой старшеклассник, когда выдалась минутка между уроками посмотреть обзор на видеоигру или порубиться в неё самостоятельно. Тэхён даже губу прикусывает, настолько он занят просмотром. Чимин заходит за его спину, пялясь в экран. И видит яркие картинки, сменяющиеся кадры и вереницу анимационных склеек. Он действительно смотрит прохождение недавно вышедшей игры и даже не намеревается готовиться к предстоящей паре. — Что это за маленький геймер? Даже не собираешься зубрить конспекты? — тихо посмеиваясь, говорит Чимин и садится рядом, протягивая стаканчик кофе. Тот отвлекается, смотрит удивлённо то на напиток, то на друга. — Бесплатный сыр только в мышеловке. Но сегодня я достал его для тебя. — Ты точно что-то принимаешь на досуге, пока не занят делами. Но спасибо, — хмыкает друг, выключая наконец телефон и хватая стаканчик, отпивая из него. Кофе бодрит, и сразу становится легче дышать. Даже Тэхёну, который вроде всегда в хорошем расположении духа, легчает, и он слабо улыбается, вертя в руках картон. Чимин ложится на парту, поворачивая голову в сторону Тэхёна. Смотрит на него долгим взглядом, изучая лицо как будто в первый раз. У него едва видная россыпь веснушек, которые слабым всплеском появляются каждую весну. Губы сжаты вместе, а на них несколько видимых ранок от того, что парень царапался по ним зубами. Каштановый почти смылся с волос и совсем скоро отрастёт привычный тёмный, прямо как у Чимина. Тэхён, с первого взгляда, такой необычный, как будто глаза смотрят на него впервые, а с другой стороны, он знаком уже несколько лет и почти ничего не изменилось. Чимин об его лицо обивал зрачки множество раз, но только теперь, кажется, готов признать у себя что-то далеко в груди. Тэхён тоже его незаменимая часть. Без него Чимин бы не выжил эти годы, точно превратясь в забитого в одиночестве парня, который не справился бы ни с депрессией, ни с расставаниями, ни с самим собой. Замкнулся бы окончательно и бесповоротно, с каждым днём всё больше кутаясь в себя с головой, чтобы в один из дней больше не встать с кровати. А Тэхён всё-таки его спас. Вызволил из собственной могилы под названием одиночество и своими же руками заставил встать на ноги. Даже когда было плохо и невыносимо, объяснил, что нужно отвлекаться и веселиться, как будто в мире никого не существует. Подсадил на игры, фильмы и редкие ночёвки, где можно ни о чём не заботиться. И всё это просто так. Чимин сожалеет, что пропустил так много времени, просто не ценя ничего вокруг. Его окружали неогранённые алмазы, а он принимал это как должное, чаще считая, что ему это не нужно. Нужно и ещё как. Больше всего на свете ему нужны были друзья, близкие. Те, кто поймут и никогда не осудят. Те, кто поддержат и дадут совет в самой дурацкой ситуации. И теперь, когда мир вокруг перевернулся и встал на руки, Чимин хочет от всего сердца ценить то, что имеет. — Знаешь, Тэхён, — говорит слегка хрипло Чимин, не поднимая голову, но зорко смотря прямо другу в глаза. Тот останавливается от поглощения своего халявного лакомства, ставит стаканчик на парту и приподнимает бровь в вопросе. Как будто готов к любой истине, которую приготовил для него парень. — Я люблю тебя. — Это ещё что такое? — Тэхён недоумённо косит глаза, впивается в лицо Чимина и замирает. В воздухе сгущается его непонимание, смешанное с коротким всплеском страха и более длинным интересом. Парень чувствует сердце за рёбрами, которое за последние десять секунд ускорилось и теперь желало услышать объяснение. Тэхён сжал руки на колене, ожидая, пока друг соизволит объяснить ход своих мыслей. Но слабый румянец вместе с жаром внутри горла уже начал появляться, заставляя хотеть выпить воды и остудить мозг. — То и значит. Я люблю тебя. Очень сильно, — Чимин чуть не прыскает, смотря на Тэхёна, у которого зрачки за секунду из обычных превращаются в блюдечки, а глаза сами по себе расширяются. Наверное, надо предупреждать о своих действиях заранее. Но у парня это заскок, внезапное желание, которое появилось потому что захотелось. Такой шанс выпадает раз в сто лет. До следующего Чимин может просто-напросто не дожить. Поэтому надо пользоваться возможностью и желанием в моменте. Пока оно не исчезло. — Спасибо. Чимин поднимается с парты, присаживаясь чуть ближе к Тэхёну, почти лицом к лицу, и обхватывая его плечи, прижимаясь к ним со всей силы. Обнимает большим и широким жестом такого важного в своей жизни человека. В один из периодов Тэхён заменил ему всех: отца, которого однажды и след простыл, мать, которая занята своей жизнью, и он её не видит, несуществующего старшего брата, которого моментами очень не хватало. Теперь Чимину хватало сполна. Он жмётся крепче, выдыхает в шею, даже не парясь, что они сидят в аудитории. Тэхён сначала стопорится. Не дышит и даже не двигается первые секунд пятнадцать, осмысливая происходящее и сказанное. Ничего не понимает, хотя проговаривает несколько раз. Пока подсознание не берёт всё под свой контроль. Парень тянет руки в ответ, кладёт куда-то в район лопаток и дышит чуть менее загнанно, чуть более плаксиво. Потому что наконец осознаёт контекст, смысл и своё место в этой ситуации. Выдыхает чуть сильнее, стискивая Чимина в объятьях. Этого признания не должно было существовать. Потому что они и так заведомо знали, что оно есть в них, безмолвно и тихо загорающееся при каждой встрече. Но услышать такое Тэхён никогда не мечтал. А теперь получил даже больше. Искренность, теплоту, любовь Чимина. И мог дать в ответ только взаимность. — Что на тебя находит в последнее время? — Тэхён говорит совсем тихо, отрываясь от парня и отодвигаясь назад. У него голос слабый и усталый, как будто внутри закончились все эмоции для борьбы и существования. Но это не значит, что он несчастлив. Очень даже, просто не знает как показать это, кроме как шоком на лице и выжатостью. — Честность. А ещё желание отблагодарить за все годы, — спокойно проговаривает Чимин, нацепляя на губы слабую улыбку. Он знает, что Тэхён сейчас в смятении, потому что такого никогда не происходило. Но это не значит, что парень не рад, не благодарен и вообще никак себя не чувствует. У Тэхёна всё по глазам видно. Они начинают гореть чуть больше, чем обычно. Светятся даже при полном освещении и блестят будто от слёз. Только он не плачет, по крайней мере старается и держится изо всех сил. Для него дикость слышать такое, но тем не менее это, кажется, самое приятное, что говорил ему Чимин. Тэхён наконец отвлекается, смаргивает несколько раз и возвращается к стаканчику с кофе, чтобы чуть подуспокоить нервишки. У Чимина сверхспособность доводить его каждым раз своими словами до крайности: неважно — хорошая она или плохая. Он это умеет, да и получается всегда на десять баллов. — Ты меня так в могилу загонишь со своими приколами. Как ни придёшь, так что-то новенькое. Слёзы, сопли, признания. Теперь только драки не хватает, Чимин, — хрипит парень, едва поглядывая на друга, больше смотря куда-то на свои руки. Не может от неловкости, до сих пор сжимающей сердце в несколько раз. Если бы можно было записывать воспоминания на кассеты памяти по уровню значимости, эти минуты у Тэхёна стояли бы в самом вверху. — Но спасибо. Правда, спасибо за это. — У тебя такое лицо, будто я тебе машину подарил и оплатил жизнь ещё на сто лет вперёд, — Чимин поскрипывает голосом, чуть не хихикает, опираясь на локти и смотря на Тэхёна, который не может унять собственное тело. Зрачки бегают от покрасневших щёк до губ, жующих друг друга, и вверх к кристальным глазам. У него на лице написано абсолютно всё. — От тебя такое слышать непривычно! Сам подумай, когда ты последний раз говорил что-то подобное вслух. Тем более признавался себе об этом внутри, — Тэхён закатывает глаза, как будто не соглашаясь с Чимином. Он говорит обо всём так просто, будто это ничего не стоит и парень делает признания каждый день. Чёрт с два. У него включилась бешеная эволюция в сердце, раз Чимин теперь может так легко и невинно говорить подобное, даже не моргая глазом. И не скажешь же, что Тэхён недоволен. — Но я тебя тоже люблю. Хоть ты большую часть времени просто противная пискля. — А вот обзываться не надо. Я про тебя ничего такого не говорил. Я не посмею сказать такое в лицо своему лучшему другу! — Чимин по-настоящему смеётся и мотает головой, издеваясь над Тэхёном сполна. Но они могут. Сейчас мгновение специально для веселья и беззаботности. Когда ещё им удастся поговорить вот так, если у Чимина настроение и дух внутри меняются каждый божий день. Они сидят и смеются обоюдным весельем, как будто вокруг никого нет. Как будто весь мир принадлежит только им. Мгновение радости дарит огромный поток эмоций, который начинает накапливаться далеко за рёбрами, рядом с душой. Для Чимина десять минут радости равны целой жизни, осознанию, что он теперь живёт не зря. Как оказывается легко не просто быть. Не ходить с угрюмостью на лице и не портить настроение всем подряд только своим выражением. А вдыхать запах весны, витающий вокруг, который напоминает, что после стужи приходят цветы и тёплый аромат успокоения. Чувствовать, что ты живёшь, оказывается, очень просто. Можно радоваться маленьким мгновениям, которые раньше были не так уж и важны. Можно не зацикливать голову только на темноте и пожирающем чувстве одиночества. Всё хорошее рядом — только руку протяни, подай голос. Тэхён с ним, весна с ним, Вселенная наконец с ним. Только он пока не рядом. — Видел афиши, которые расклеивают по коридорам. Что послезавтра будет ежегодная вечеринка по случаю выпуска этого года. Я вот ходил вокруг да около и, может, нам стоит потусить в этом году, — начинает свой монолог Чимин, чуть волнуясь и барабаня пальцами по столешнице, чтобы Тэхён оторвал глаза и уши от телефона и обратил на него внимание. — Мы же никогда не ходили прям вместе. Как думаешь, стоит посмотреть, что там происходит? — Когда это тебя начали интересовать вечеринки и большие толпы людей? Не припомню за три года, чтобы ты сам предлагал мне куда-то сходить, тем более на выпускной, — проговаривает Тэхён, сужая глаза в подозрении. Чимин никогда не выказывал огромного желания быть в толпе и веселиться совсем рядом с пьяными выпускниками и не только. Но парень мотает головой, смекая ситуацию, и щёлкает пальцами. — Хотя, нет. Даже не буду требовать ответ. Спрошу по-другому. Тебе помочь с одеждой? — Рад, что ты согласен и не требуешь от меня много информации, — Чимин выдыхает, понимая, что они с Тэхёном на одной волне. Того после всего произошедшего уже не удивишь и каплей происходящего в жизни парня. Даже внезапным желанием тусить и веселиться, как это делает большинство обычных студентов. Тэхён уже давно понял, что Чимин сам выбирает условия своей новой секретной жизни, поэтому даже не пытается узнать хоть что-то. — И я уже придумал, что собираюсь надеть. Не то чтобы дресс-код для меня требует чего-то необычного и импозантного. — Даже так. Сначала распланировал всё, даже свою одежду, а только потом решил спросить меня об этом? Ну-ну, кто-то научился жить самостоятельно и решать вопросы без проблем. Умница, Чими, — Тэхён мягко хлопает его по плечу, разглаживая складки толстовки, и озорно улыбается, кивая головой в согласии. — Только, пожалуйста. Не очень много чёрного. Там вроде тусовка намечается, а не похороны. Хотя зная тебя, всё будет в лучших оттенках темноты. — Может быть, а может, всё будет по-другому, — хмыкает Чимин, скрещивая руки на груди. Тэхён слишком хорошо его знает, как и помнит о его нелюбви выделяться. Даже сейчас, будучи чуть обновлённым человеком, он считает глупостью идти на какую-то вечеринку и притворяться, что праздник устроен ради него. Пусть яркость будет только у тех, кто хочет, и у виновников торжества. — Не забудь надеть свой любимый красный пиджак. Давно тебя в нём не видел. — Ты можешь хоть когда-нибудь забыть и не припоминать мне его? Два года прошло, он мне мал и валяется где-то очень далеко. Зачем ты заставляешь меня вспоминать его и возвращаться к страшному позору в моей жизни? — Тэхён чуть не хнычет, прикрывая глаза. Ему бы очень сильно хотелось не вспоминать ни о чём ярко-красном в своей жизни, но видимо каждый раз приходится. Потому что это, кажется, любимая история Чимина. Это была любимая вещь Тэхёна в далекие времена. Парень носил его постоянно и куда только можно, думая что безбожно красив в нём и неотразим. Пока люди просто не начали запоминать его как «красный пиджак», куда бы он ни ходил. У него отобрали имя, зато придумали тупую кличку. И это сыграло с парнем злую шутку, в которой он был лишь жертвой недоразумения. В одном и клубов, где Тэхён любил тусоваться на первом курсе, произошла неприятная туалетная история, о которой в подробностях лучше не упоминать. И людям так хотелось найти виновного, что они нацепили весь ущерб и обвинения на парня в красном пиджаке. Просто потому что Тэхён был ярким и запоминающимся. Хотел стать легендой, а стал посмешищем. После этого, когда слухи начинали расползаться слишком сильно, а после и появлялись новые и более постыдные истории, Тэхён решил снять с себя клеймо «красного пиджака» и больше его не носить. Так и получилось. А Чимина это постоянно забавляло, и он не переставал вспоминать об этом позоре всю их дружбу. Пока Чимин смеялся, снова и снова вспоминая у себя в голове подробности той истории столетней давности, Тэхён пытался его унять и заткнусь, стараясь не привлекать внимания. Иначе другие студенты начнут на них смотреть с удвоенной силой, а это уже будет более неловко и странно. Поэтому друг решил пойти ва-банк, задавая неудобные вопросы ему в ответ. — А зачем нам вообще идти на выпускной? Есть определённые цели, о которых я мог бы знать? — начинает Тэхён, прекрасно понимая, что Чимин ему не скажет. Он бы в жизни не пошёл на подобное мероприятие, не имея за собой какого-то волшебного стимула. Но ради того, чтобы отвлечь парня неудобной ситуацией, Тэхён готов и его поставить в неловкое положение. — Собираешься мириться с Чонгуком? Он как раз там сто процентов будет. А ты мне обещал всё с ним наладить. Чимин замер в неудобной позе, переставая смеяться и подвисая на лице Тэхёна. Вот же чёрт. Ещё и друг. Надо ему вспоминать такие подробности прямо сейчас, когда парень занят немного другими занятиями. Что Тэхёну сказать, Чимин не знает. У него в голове расписанный план и раскрытие тайны для всех и сразу. Послезавтра он будет обо всём знать вкратце, а потом, может быть, и во всех подробностях. Смысла говорить об этом сейчас — нет. Иначе план может сорваться, измениться и так далее по списку. Допустить провала реванша нельзя. Что сказать про Чонгука, он тоже не знает. Потому что Чимин очевидно собирается с ним поговорить. И помнит, как обещал Тэхёну закончить со всем за неделю, успокоив себя, Чонгука и его заодно. В данной ситуации лучше соврать и сказать причину, которая в целом не далека от истины. Как и от лжи тоже. — Может быть, и собираюсь. По крайней мере, хочу попробовать поговорить, — спешно отвечает Чимин, прикрывая лицо руками. Делает вид, что сгорает от неловкости и переживаний, а сам давит стыд. Хотя здесь нет ничего постыдного, на первый взгляд. Чимин готов к разговору, просто нужно подобрать удобный момент. — Я мечтаю, чтобы вы помирились, — спокойно говорит Тэхён, растягивая маленькую кроткую улыбку. Ему больше жизни хочется, чтобы во всех их судьбах наконец наступила белая полоса. И чтобы счастье было на троих, двоих, одного вместе и по отдельности. Тогда они точно станут лучшими версиями себя и не только. — Мне больно смотреть на вас, когда один вянет, а потом другой. — Я понимаю. Сам хочу поговорить с глазу на глаз и объяснить все моменты, — теперь Чимин говорит честно и от всей души. Так, как он разговаривал сам с собой перед сном, развивая сюжеты, которых могло никогда не случиться, с закрытыми глазами. Или когда лежал в ванной, раздумывая, что он мог сказать, а что лучше не стоило. И что бы из этого получилось, произнеси он на одно предложение меньше. — Но ты ведь всё понял? До конца? — коротко интересуется Тэхён, так и давя намёком на слова. Он выгибает бровь, сжимая пальцы на одной руке, и затапливает Чимина долгим и прозорливым взглядом. Понятным только ему. Хоть парень и не произносит нужного вслух, боясь, что скажет запрещёнку, но намекает всеми силами, зная, что друг его поймёт.        Чимин смотрит в его глаза в ответ. Знает, на что давит Тэхён. Знает, о чём на самом деле спрашивает. Догадаться не трудно. Это Чимин игнорировал и этого же боялся. А теперь не боится, и Тэхёну сказать не боится. Потому что наконец сам верит и знает.        — Понял. Я всё знаю, — сипло отвечает ему Чимин. На его лице расплывается мягкая усмешка. Как у человека, который верит, надеется. И ещё совсем чуть-чуть.        Тэхён удовлетворён ответом. У них диалог на несколько слов, а на самом деле взгляды делятся целыми томами подробностей. Толстой не смог написать столько произведений, сколько сейчас произнёс Чимин одними глазами. Они делят одну мысль и одну правду на двоих. Оба понимают, что без слов и так понятно. Им понятно. А другой человек должен будет услышать весь сборник сочинений, который ему приготовил Чимин, и дать своё хорошее или плохое мнение в ответ.        Тэхён рад видеть Чимина таким. Живым и настоящим, которого он потерял давным-давно в страхе и одиночестве, в тёмных ночах и дрожи где-то в области сердца. У Чимина внутри теперь цветет и пахнет, радуя всех и себя прежде всего. Даже если он волнуется и о чём-то переживает, даже если всё ещё беспокоится и не уверен в себе. Выглядит парень так, будто познал самое сокровенное и готов за это бороться. И Тэхён видит, что он готов и теперь наконец-то не отступит ни на шаг, ни на десять назад.        Чимин рад подарить Тэхёну знание о том, что он в порядке. Что он теперь умеет и не боится чувствовать. Готов говорить и раскрывать правду о том, что скрыто у него в глубине души и на сердце. Теперь Чимин наконец повзрослел, но чудом сумел сохранить в себе подростковую веру и детское желание быть счастливым. Которое теперь трансформировалось в уверенность в себе и своём счастье.        У него в запасе несколько дней для паники, переживаний и стресса. Больше он себе такого не позволит. Постарается сейчас — и больше никогда не будет страдать. Даже если всё получится не так, как он захотел. Даже если не выйдет мечта с розовым замком и принцем на белом коне. Чимин добьётся желаемого, задушит занозу, которая преследует его чёрт знает сколько времени, а потом позволит себе дышать полной грудью. Вдыхать по-настоящему тёплый и освежающий запах свободы.       

*

День, которого Чимин ждал, кажется, всю жизнь. Часы до того, как случится то, что он намеревался сделать. Парень ждал этого момента, как главного подарка в жизни, как праздника, которого ему не хватало. Он потратил множество часов, чтобы просто подготовить всё, что ему нужно, купить то, чего недоставало. Чимин залатал дыры в своём плане, стараясь продумать всё до миллисекунды.        На улице начинал созревать вечер. Это значило только то, что скоро следует выдвигаться к главному месту для его мести. Чимин ненадолго застыл на кровати, прислушиваясь к ощущениям внутри себя. Он долго думал и гадал, будет ли ему страшно перед тем, как он пойдёт. Но внутри не было ничего сродни тому, что он чувствовал месяц или два назад. Никакой тошноты, никаких трясущихся коленей с руками и спёртого дыхания. Чимин дышал ровно, полной грудью, прислушиваясь к себе. Да, он не был самым смелым человеком на Земле. И не мог им стать за долю секунды. Поэтому парень всё равно волновался, понимая, что это нормально для его организма. Он может позволить себе неуверенность и потные ладони.        Его больше подбадривало то, что сегодня всё закончится. Всей ситуации придёт конец. Чимин даже не задумывался, что может не получиться. Даниэль может отказаться и не прийти, что-то в его плане может перевернуться и последовать в другую сторону. Наконец, надо было учитывать человеческий фактор. Круг людей на вечеринке не сужается только до него и сталкера. Кто угодно может просто прийти и разрушить всё запланированное за долю секунды. И Чимин потеряет свой самый совершенный в жизни план.        Но какая-то сила просто тянула его вперёд. Не бояться, потому что это то, чем ты занимался все двадцать два года. Не робеть перед страхом и не проглатывать язык, когда нужно доказать свою правоту. «Ты сегодня герой, Чимин. Теперь твоя очередь говорить и жаловаться. Сражаться и побеждать». Поэтому ему не оставалось ничего, кроме желания идти и делать.        Парень встал с кровати, подхватывая свой пиджак, который он специально достал с самой верхней полки. Возможно, в нём была некая несуразность. Купленный давным-давно, слишком тёмный, странно-шелковистый и на размер больше. Подобные вещи Чимин не надел бы просто так, обойдясь рубашкой и брюками. Но дело требовало такого дресс-кода. На внутреннюю сторону, туда, где находилась подкладка, он нацепил совсем маленький диктофон, который можно было незаметно включить и оставить запись. Чимин планировал записать всё, что он сможет выцепить из разговора с Даниэлем. Каждое слово, буквочку и запятую. Чтобы не было слов о подмене, лжи и провокации. Правда будет не на стороне нападавшего.        Его приготовления быстро закончились. Чимин поправил одежду на себе, спрятал ладони в длинных рукавах кофты и почти выдвинулся в университет. Он должен был работать не хуже швейцарских часов. На глаза попала коробочка маленьких таблеток, которые Чимин пил время от времени, чтобы успокоить нервишки в самые трудные моменты. Кажется, сейчас они бы не помешали просто для профилактики. Он достал из упаковки две штуки, наскоро проглатывая их и вышел из квартиры. Теперь точно всё будет хорошо. Даже нервозность, которая могла бы схватить его в самый трудный момент, не сможет остановить дело.        Уже на входе в университет было понятно, что происходит. Повсюду висели украшения, стояли специально наряженные люди, которые указывали, в какой из залов нужно пройти. Они весело всем улыбались, махая руками в разные стороны и отвечая на самые странные вопросы. Чимин прошёл мимо них, слабо кивнув, потому что знал, где находится зал для торжества.        Он шёл мимо кабинетов, в которых постоянно проводил своё время на парах. Мимо столовой, где они с Тэхёном обсуждали всякую всячину и глазели на окружающих, мимо лестницы в библиотеку, где он уединялся и старался скрыться от реальности. Чимин улыбнулся. Почему-то именно за эти два месяца его жизнь всколыхнулась, поднимая весь осадок, который скопился в сознании, и превращая его в неопознанный водоворот. Поменялось слишком много, и парень с трудом поспевал за всем.        Он даже заглянул в кабинет, где, кажется, всё началось. Просто сейчас, в моменте, наткнулся на давно забытое помещение, где парень уединялся и выделял себе время на подумать. А ведь Чимин и забыл о таком из-за ненадобности. В последнее время он ведь так и был окружён разными личностями, новыми и старыми. В один из моментов Чимин забыл, что его комфортной зоной было одиночество. Им стал Чонгук, с которым он жил и спал в одном доме, делил одежду и быт. Не было нужды уединяться в богом забытом пыльном помещении на твёрдой парте, от которой кости ломило только так. Он по-настоящему больше не нуждался в таком.        Наконец Чимин увидел большую стрелочку, указывающую на вход в зал. Даже сейчас оттуда была слышна музыка и видны слабые огни разноцветных ламп. Он зашёл туда неспешно, почти крадучись и так, чтобы не акцентировать на себе много внимания. Но в целом очень многим было просто всё равно на ещё одну появившуюся тёмную фигуру в дверном проёме.        В зале собралась уйма людей, точно несколько сотен громких и веселящихся студентов, которые в этот вечер собирались забыть обо всех тревогах и просто расслабиться. Кто-то нашёл себе место за столами в самом дальнем углу зала, кто-то веселился прямо в центре, подпевая новой песне, которую то и дело меняли. Кто-то пил, кто-то просто переговаривался, обсуждая последние новости в университете. Кажется, теперь Чимин подкинет им пару тем для разговоров.        Он прошёл в самое затемнённое место, складывая руки на груди и осматривая собравшийся народ. В большей степени это были незнакомые ему студенты, либо те, кого он видел лишь единожды. Они были заняты каждый своим делом, разбредаясь по кучкам. Чимин посмотрел ещё, находя в толпе капитана волейбольной команды, окружённого какими-то девчонками и наряженного в яркую цветастую футболку. Вот именно для тех самых выпускников и создавался дресс-код. Парень говорил, что-то бурно обсуждая и потягивая какую-то смесь из бокала.        Чимин вспомнил, как Чонгук говорил ему, что для спортсменов всегда выделяются дни, когда они могут расслабиться, вспомнить, что они обычные люди и насладиться алкоголем. Видимо, в жизни капитана был как раз такой день. Потом Чимин заметил в его окружении ещё несколько спортсменов, которые также отрывались и отдыхали душой. Он по-настоящему был рад этому, потому что в их жизни появлялись перемены и скоро взрослая жизнь должна была захватить сполна. А пока был шанс расслабиться и вспомнить свои прежние студенческие годы.        Чонгука вокруг них, конечно же, не было. Хотя эта интонация непонятна. Парень — центр внимания и сближения всех людей. Нельзя вот так просто взять и выкинуть его из жизни. Даже если он не хочет, стоит поступать как взрослые и решить проблему. Они ведь все провели так много времени вместе, почти сроднились. А теперь из-за одной ошибки его откинули в ненужных игроков, даже не пытаясь вернуть назад. Где он? Что с ним? Как он вообще себя чувствует? Так же ли ему плохо?        Чимина интересовало его состояние и положение. Он долгое время не видел Чонгука, ещё больше не общался. Если с ним всё ужасно, возможно, Чимину придётся корить себя за это остаток жизни. Он хочет вымолить у него прощение прямо на коленях за то, что ужасно повёл себя, за то, что сказал, и скрыл очень многое. Надо только подобрать нужный момент. Тэхён постоянно торопит его и говорит, что с ссорой надо завязывать. Они не дети малые, чтобы не мочь решить проблемы самостоятельно и используя язык с мозгом параллельно, а не наперекосяк, как обычно это делает Чимин. И он знает, что не может больше оттягивать. Как только представится возможность поговорить после того, что он натворит, парень обязательно это сделает. Заставит Чонгука сесть и слушать его речи, даже если уши постепенно начнут вять от количества текста.        Парень вертит головой в разные стороны ещё несколько минут, близоруко изучая толпу. Чем больше в помещении светомузыки, тем больше Чимин страдает от отсутствия хорошего зрения. Он подслеповато глядит на людей, пробегаясь глазами от одной стены к другой. Рядом с импровизированным баром Чимин находит знакомое до ужаса и радости лицо Чонгука. Он всё-таки здесь и не пытается отсиживать свою апатию в четырёх стенах. Пришёл, хоть и не веселится со всеми остальными.        Чонгук равнодушно следит за толпой, пробегаясь зрачками от одного человека к другому. Ему не то чтобы интересно, но это единственное, чем можно заняться. Он чуть попивает сок из стакана, выслеживая в людях знакомые выражения. У него и бровь не дёргается от громких звуков, визгливого смеха на фоне и диких танцев подвыпивших студентов прямо перед глазами. Когда-то Чонгук тоже мог веселиться, натянув дурацкую улыбку на всё лицо и не заботясь ни о чём вокруг. Мог проживать жизнь, окружённый людьми, которым, как теперь ясно, он совсем неинтересен. И они ему не то чтобы когда-то были интересны. Сейчас парень чувствует себя познавшим жизнь, посмотревшим на мир чуть под другим углом. Не таким радужным и солнечным, каким он пытался сделать его для себя. Не таким комфортным.        Чимин смотрит на него не моргая из тени помещения, следя за лицом, не выражающим ничего. О чём сейчас думает Чонгук? Много ли он проклинает Чимина в своей голове? С одной стороны, парень хочет, чтобы его ненавидели всей душой, бранили за все грехи и смотрели, сжимая зубы от злости. Но с другой стороны, Чимин хочет слышать Чонгука, видеть, что тот ещё умеет чувствовать и жить по-прежнему. Он может позволить кричать на себя, ругать да хоть кусать со всей силы. Но только лишь бы лицо парня показывало хоть какие-то эмоции, кроме равнодушия и полного принятия всей ситуации.        Ему хочется рвануть в ту сторону, обнять и объяснить всё, что он считает нужным. Но Чимин всеми силами останавливает себя, понимая, что сейчас не время. У него минуты тикают по собственному задуманному плану, который прямо так разрушить нельзя. Даже ради Чонгука. Даже во имя его. Парень сжимает руки в кулаки, тяжело выдыхая. Это мгновение нужно просто перетерпеть и забыться на чуть-чуть. Отвлечься.        — Так ты даже не соврал, что придёшь? Решился всё-таки?        За спиной материализуется Тэхён, как по взмаху волшебной палочки, и закидывает руку на плечо друга, чуть тяня его на себя. Он не растягивает лыбу до ушей, просто спокойно смотрит на Чимина, пытаясь понять, чем тот встревожен. Парень ведь следил за ним некоторое время, прежде чем подобраться ближе, и невооружённым взглядом видно, что с ним опять что-то не так. Чимин чуть хмурит брови, понимая, что Тэхён смотрит на него дольше положенного, и поднимает глаза.        — У меня что-то на лице? Я вроде пытался выглядеть как можно лучше, — он хмыкает, одной рукой проходясь по щеке и поднимаясь к волосам, чтобы быстрым касанием поправить их. Либо Тэхён снова включил его мать и волнуется попросту, либо друг просто забыл, как Чимин выглядит.        — Просто мне кажется, что ты не в своей тарелке. Волнуешься из-за того, что пришёл? — тихо спрашивает Тэхён, опуская губы к уху друга, чтобы пересилить громкую музыку. Он слабо и подбадривающе хлопает парня по спине, хотя и не знает из-за чего тот тревожится. Может быть, внутренне понимает, но не осознаёт до конца. — Может, это из-за Чона?        — Что с ним не так? — Чимин обводит глазами Тэхёна, а потом возвращается в толпу, как будто ничего не происходит. Он не чувствует как таковой тревоги или волнения, о которых говорит Тэхён. Всем телом Чимин спокоен и сосредоточен, потому что в данный момент нужно думать об одном и фокусироваться на своём плане. У него просто случилась минутка нытья и грусти, потому что он заметил Чонгука.        То, что заметил Тэхён в его взгляде или позе, нельзя назвать никак, кроме слабости, которую он проявил в моменте. Чонгук всё же его самая главная ошибка и глупость. Проблема, которую он никак не может решить, хоть и хочет всем сердцем. Если бы Чимину сказали, что на Земле есть одна вещь, которая сможет изменить его настроение на противоположное и сделать его положение до невозможности слабым, он бы точно указал на Чонгука без единой секунды на раздумывание. Такова была тяжёлая правда, которую парень старался принять. Хоть он и пытался жить без слабостей, но как только всем чувствам дали зелёный свет, они сразу появились.        — Ты собирался помириться с ним. Я думал, что это произойдёт сегодня. Других же причин приходить сюда нет, — удивлённо говорит Тэхён, как будто его мысли не совпали с реальностью. Но так и получается. Он думал, что Чимин идёт на выпускной, чтобы встретиться с Чонгуком, а парень отвечает так, будто это наглая ложь.        — Сейчас не могу. Ну, в смысле в данную секунду. Чуть позже, может, под конец, — Чимин мысленно пытается попросить друга помолчать и не мешать. Он не просто так тянет время и выжидает минуты в углу помещения. Нужно, чтобы прошёл час или более, чтобы парень наконец начал действовать. А теперь Тэхён будет надавливать на него, потому что ему нужно поговорить с Чонгуком.        — Ты что, снова трусишь? Чимин, сейчас самая возможность! — Тэхён говорит чуть громче, слегка повышая голос и машет рукой в сторону Чонгука. — Он стоит один-одинёшенек, а ты никак не можешь собраться с мыслями. Мне казалось, что ты уже готов.        Чимин закатывает глаза. Он прекрасно понимает, что Тэхён желает ему и им двоим вместе только самого хорошего, но он уж слишком начинает напирать со своими действиями, пытаясь заставить друга действовать. И всё ясно как день. Просто Чимин не может ему сказать, что он здесь по своим личным причинам. И во вторую очередь, уже потому что ему нужно поговорить с Чонгуком. Чимин хочет и сотню раз себя глупо отдёргивает из-за сталкера, с которым нужно покончить. Так, наверное, они бы с Чонгуком уже давно поговорили и что-то бы для себя решили.        — Тэхён, я повторяю, что я поговорю, но позже. Я не отказываюсь, просто оттягиваю немного времени. Думаешь, мне не страшно говорить с ним после всего, что произошло? Я просто волнуюсь, — слабо шипит Чимин, отходя от Тэхёна и сбрасывая его руку, чтобы тот не мешал ему. — Не дави на меня. Я поговорю, обещаю.        — Извини, если я мешаю тебе. Я просто переживаю. И не хочу, чтобы ты врал мне, — Тэхён наконец сильно выдыхает, растягивая на лице грустную полуулыбку и смотрит на отошедшего от него Чимина. Возможно, он действительно перегибает палку с заботой и волнением. Чимин всё-таки взрослый парень и вроде как сам осознаёт, что ему нужно. По нему было видно, когда он говорил, что хочет всё исправить. Тэхён просто не может не волноваться, когда смотрит на них двоих.        — Спасибо. Я пойду пройдусь. Хочу отвлечься перед ответственным шагом, — тихо говорит Чимин почти себе под нос, одним махом прощаясь с Тэхёном. В данную секунду он действительно говорит правду. Ему нужно отвлечься и подождать ещё немного времени для рывка в свободу. Тэхён соглашается с ним и отступает, позволяя делать всё, что требуется.        Чимин бродит по помещению, по второму кругу рассматривая людей и всё происходящее. С начала выпускного прошло, наверное, минут сорок, и ему нужно ещё где-то полчаса, чтобы в зал вошло как можно больше людей. У Чимина план расписан поминутно, а время действий выбраны не случайно. Если что-то уже с самого начала пойдёт не так, у парня случится приступ тревожности и сделать он ничего не сможет. Вот и приходится коротать время, надевая на себя маску общего веселья и желания выпить и расслабиться.        Последние десять минут Чимин тратит на финальные приготовления. Просит диджея поставить его музыку через несколько минут, потому что уж очень хочет и здесь насладиться своими аудио. Парень за стойкой смотрит на него через хмурые брови и непонимание, говоря, что с музыкой вроде и так всё прекрасно. Чимину приходится включить потерянное обаяние и добрые пять минут потратить на уговоры диджея, доводя до его ума, что будет лучше разнообразить музыку на разные стили. Уверяет парня, что файлы на флешке собирали многие выпускники и попросили его побыть амбассадором от них всех. Парень за стойкой долго молчит, а потом всё-таки соглашается, забирая флешку. Но он делает одолжение в первый и последний раз.        Это и был тот человеческий фактор, о котором последнее время думал Чимин. Что если бы не получилось уговорить человека поставить то, что ему нужно? Не зря ведь он корячился ради этого несколько дней, чтобы прямо в моменте ему отказали. Чимин со спокойной душой выдохнул, понимая, что в этой части своего праздника он победил. Парень ещё раз проверил обстановку, осмотрел людей, проследил подключены ли провода к огромному экрану посреди, а также к колонкам. Дело оставалось за малым.        На часах было почти девять вечера. Без пяти минут. Чимин долго смотрел в экран телефона, крутя его в руках и тыкая на разные иконки. Последний рывок, который держал его вдали. Парень выдохнул, стараясь унять лёгкую дрожь и волнение на дне живота. Пальцы быстро забегали по клавиатуре, набирая сообщение и закрывая телефон. Всё. Дороги назад больше нет. Если он, конечно, решится прийти, а не проигнорировать. Второй человеческий фактор, который может сработать. Но Чимин надеется, что это не про Даниэля.        pkjimi: пять минут. возле спортивной раздевалки.        Дышать становится чуть проще. Дело сделано. Остаётся только пойти и встретиться со страхом лицом к лицу. И тогда все остальные беды перестанут существовать. Чимин выдыхает, в последний раз осматривая помещение. Видит часть волейбольной команды, собравшейся вместе и что-то бурно отмечающей, видит Тэхёна, переговаривающегося с каким-то незнакомыми студентами. Замечает и Чонгука, который сдвинулся только на несколько шагов и пребывал в своих мыслях. Чимин бы попрощался с ними всеми на секунду, да только пора идти.        Он ускользает из громкого помещения, в котором никто и не заметит его пропажи. Выходит в тёмный коридор, чтобы проследовать к месту встречи. Чимину идти недолго, но он почему-то растягивает этот момент, замедляя шаг и рассматривая свой едва видимый силуэт через потемневшие окна. Спортивный зал с раздевалками всего-то находится через два пролёта и один коридор, но парень идёт до туда с улиточной скоростью. Хорошо, что он выпил успокоительное. Оно, кажется, было сейчас очень кстати. Без него Чимин завалился бы прямо тут с гулко бьющимся сердцем и шокировано раскрытыми глазами.        Он заворачивает за угол в знакомый коридор, моментально стопорясь в проходе. Или зрение его обманывает, или этот тёмный силуэт действительно тот, кто ему нужен. Чимин осматривает его сквозь черноту коридора, пока он смотрит на него в ответ. Это точно Даниэль. Даже в темноте у него бешено горят глаза, наливаясь кровью от одного только моргания. Руки засунуты в карманы штанов, как будто парень не выражает никакого интереса. Но Чимин знает, что это не так. Даниэль сам много раз упоминал о встрече, вот она и случилась. Две невозможности стояли в одном помещении, молча смотря друг на друга.        Чимину не хотелось отступать, всеми силами. Но видя это тело и тень, раскрывающуюся за спиной Даниэля, желание убежать было сильнее. Если парень захочет, то переломает ему шею или позвоночник в два счёта. Не потому что Чимин слабак и не сможет постоять за себя, а потому что Даниэль способен на всё и, может быть, даже на самое страшное. Он из тех, кто становится невыносимым, если его разозлить. Но Чимин не уверен, что тот хоть единожды станет довольным. Даниэль сегодня ничего не получит от него. Для него нет никакого подарка.        Чимин делает шаг вперёд, тогда как Даниэль не отрывается от стены и прожигает парня глазами. Это больше похоже на игры жертвы и добычи, где слабый сам лезет на рожон и пытается чего-то добиться. Но если Чимин не постарается на последнем этапе, его можно будет смело называть трусом и безалаберным человеком. Потому что он даже не смог защитить сам себя. Как парень собирается добиваться Чонгука, если боится своей главной проблемы. Даниэля, который стоит всего в двух метрах от него.        — Не хочешь ничего сказать? — надрывно начинает Чимин, сужая глаза и впиваясь ими в парня напротив. Он не пытается напугать Даниэля, потому что это не кажется ему возможным. Чимин старается показать, что он такой же человек, что он не боится и готов отвечать на любые провокации и издевательства. Он повышает голос. — Что, так и будешь молчать, будто тебе язык отрубили? Или я чего-то не знаю?        — Я бы на твоём месте сбавил обороты. Не обязательно лезть на рожон, Чимин. Я же знаю, какой ты трусливый.        Даниэль прорезает тишину хриплым низким голосом, скалясь куда-то в сторону и отлипая от стены, также делая шаг вперёд. Смотрит сверху вниз долгим взглядом, пытаясь напугать даже сейчас. Но Чимин стойко держится, ни капли не страшась и не вздрагивая. Не время отступать, когда самая главная опасность уже перед тобой. Стоит только напасть в ответ.        — Тебя я боюсь в последнюю очередь. Иначе бы не пришёл сюда самостоятельно, — Чимин хмыкает, не зная, хочет ли он вывести Даниэля на эмоции или нет. Пока тот стоит истуканом и даже не проявляет всей своей ненормальности. Ему похоже весело смотреть, как Чимин из кожи вон лезет, чтобы не страшиться парня. — Разве ты не удивлён, что я узнал тебя?        — Удивлён. Потому что ты был глупым маленьким мальчиком, который умел только трястись и плакать у себя под одеялом. Или на плече у своих драгоценных. А здесь ты проявил безграничный уровень способностей и показал, что не такой уж тупой. Хотя я не прятался от тебя с самого начала, — отвечает Даниэль так повседневно, будто готовил эту речь давным-давно. О чём он думает, Чимину непонятно. Только вот напуганным ни капли не выглядит. А так хотелось.        — Значит не надо было прятаться за записками и сообщениями. Каким же надо быть мерзким, чтобы преследовать человека и написывать ему свой сумасшедший бред, — Чимин начинает раздражаться. Даниэль думает, что это всё игра. А он невинный человек, который просто шутки шутил, а не доводил Чимина до состояния перманентного страха и нежелания показываться где-то, кроме своей кровати.        — Я не прятался, Чимин. Первым делом, я хотел с тобой познакомиться, — Даниэль усмехается, сжимая зубы, и подходит чуть ближе, почти вплотную, оставляя между собой и Чимином метр безопасности.        — Это было не знакомство. Ты преследовал меня. И даже права не имеешь обелять свои поступки, как будто делал это ради меня. За сталкерство предусмотрен арест на пять лет. А ещё можно вспомнить мои слитые видео и фотки. Может быть, шантаж, посягательство на моё пространство и жизнь моих близких, — Чимин начинает перечисляет всё то, что помнит за два месяца. Он знает, что по кодексу за это всё следует наказание. И знает, что Даниэля должен испугать срок в тюрьме. Хотя если он сумасшедший, то это мало поможет делу. Тогда парень не будет чувствовать ни страха, ни вины за содеянное.        — О, брось. Это тебе всё показалось! Я из чистых и светлых намерений хотел с тобой пообщаться, — Даниэль даже не выглядит встревоженным. Он что, действительно не понимает масштаба сотворённого собственными руками? Да ему клетка два на два светит, а парень продолжает улыбаться так, будто он реально в дружбу собирался играть. — Твой блеф меня ни капли не тревожит.        — О чём ты вообще говоришь? Блеф? Ты что, издеваешься? — Чимин позволяет себе ядовитую усмешку непонимания. Если бы он придумывал все события из головы — это одно. А так ведь, всё происходило на самом деле, изо дня в день, каждый раз подкидывая Чимину новый повод для волнения и страха. Парень хмыкает, почти тыча Даниэлю рукой в грудь. — Зачем ты преследовал меня? Признайся наконец в настоящей причине.        Чимина было не унять. Он не собирался наслаждаться этими бессмысленными речами, которые подкидывал ему Даниэль, чтобы отвлечь от самого главного. Парень ни за что бы не поверил, что ему показалось, что его преследовали всё это время. Он знал, о чём говорит, знал, что представляет из себя сталкер и как может воздействовать на него страхом. Даниэль видимо умел лить речи, не заботясь о том, что он вообще несёт. Только Чимину нужно было лишь словесное признание и открытие всех причин совершённого. Дальше с этим разбираться будет уже не он. Со словами сталкера парень точно сможет дойти до полиции, написать заявление и передать все свои знания, собранные в одной папке на бумаге всем вышестоящим инстанциям.        Даниэлю это, кажется, порядком поднадоело. Чимин не обращал внимания на его речи, даже не отвлекался ни на секунду. Из трусливой замарашки тот превратился в человека, желающего докопаться до правды любой ценой. А это противоречило взглядам самого Даниэля. И терпеть такое становилось всё сложнее и сложнее.        Чимин всё заладил и заладил: «Скажи правду, скажи правду, иначе люди с мигалками за тобой примчатся сию минуту!». Даниэль только закатил глаза, отходя на шаг назад, порядком подуставший от этой бессмысленности. Он-то думал, что разговор со своей жертвой сможет принести ему великое удовольствие. Что Чимин забьётся в угол, только завидев его и сделает всё, если только попросить. Последние недели Даниэля были не такими уж и весёлыми, исключая только падение Чонгука. Там-то всё шло как по маслу и в соответствии с планом. Но Чимин. Этот мальчишка оказался тёмной лошадкой.        Даниэль хмыкнул, проводя рукой по волосам, собираясь соображать всё на месте. Так много думать не хотелось. Он только сжал руки, смотря по сторонам, пока на него пытливо пялился Чимин, прожигая взглядом снизу вверх. Мысли сами собрались одна в одну, заставляя тело двигаться в полутрансе, выкидывая всякий здравый смысл, которого и так было мало.        Парень хватает Чимина за плечи, одним сильным движением заталкивая того в тёмную раздевалку и с грохотом придавливая к шкафчикам. Сам же Даниэль наваливается сверху всем телом, заставляя прекратить всякие попытки вырваться и сбежать. Но Чимин крутится в руках, ёрзает, собираясь любой ценой сбежать. Маловероятно высвободиться из хватки огромного спортсмена, у которого руки — самое сильное оружие, а в голове ни одной здравой мысли. Только Чимин всё же не оставляет попыток выбраться, пытаясь оттолкнуть его руками и всем остальным телом. Даниэль только хрипло смеётся где-то сверху, явно скалясь и понимая, на чьей стороне сила.        Проходит, кажется, секунд пять бессмысленных попыток Чимина выбраться из хватки парня, прежде чем Даниэль наклоняется к нему совсем близко. Всё понятно, что произойдёт. Чимин резко расширяет глаза, чувствуя влагу у себя на губах и во рту. Даниэль действительно с катушек слетел, притягивая его ближе к себе и проворно облизывая рот парня изнутри. Как будто так и нужно, как будто нет никаких барьеров. И смотрит же при этом прямо в душу, большими глазами, не моргая несколько секунд.        У Чимина ощущение, что его сейчас вырвет. Ему противно всё. Чужой язык, руки, сдавливающие его плечи со всей силы, дыхание на своём лице, да даже запах Даниэля. У него спирает дыхание, а к глазам чуть не подступают слёзы. В эту короткую секунду Чимин думает, что его жизнь пошла крахом, а к насилию вернулось насилие. Так, как это было далеко в прошлом, но как же, мать его, похоже. Те же ощущения, тот же тремор глубоко в желудке, граничащий с ощущением скорейшей смерти и тошноты. Слюнявое лобызание, не находящее ответа, которое и не требует его. Насильникам никогда не нужно чувствовать, что их жертва наслаждается действием. Самое главное — это их собственное удовольствие.        За долю секунды Чимин понимает, что чем дольше здесь находится, тем сильнее возвращается в свою былую жизнь. Туда, откуда он выбрался, слепо выползая на свет. По пути мимо насилия, тошнотворных ощущений и депрессивно-подвешенного состояния. И если тогда тело Чимина замирало от любых действий в его сторону, соглашаясь на всё, то сейчас такого допустить нельзя было. Даже если страшно и невыносимо, даже если нет никаких сил. Чимин уже не тот, кем являлся совсем недавно.        Непонятно где и как, но парень находит в себе силы ответить. Он, как только может, сжимает зубы, прикусывая язык Даниэля со всей силы, и в ту же секунду отталкивает его от себя руками. Тот, конечно, отходит на несколько шагов назад, наклоняя голову, чтобы прийти в себя от внезапной боли. Если бы Чимин захотел, он бы смело откусил ему язык, но его задачей было только защититься. Отлепить от себя Даниэля, не позволяя ему издеваться над собой и мучить. Чимин дышит загнанно, прижавшись спиной к шкафчикам и сплёвывая на пол чужую слюну. После он обязательно промоет рот с мылом, чтобы убить эту вонь и помои из собственного организма.        Даниэль замирает на несколько секунд, чувствуя стекающую по подбородку кровь. Не знает, откуда она идёт точно, но понимает, что явно его. У него искры плывут от неожиданности и боли, которую вызвал укус. Он совсем не ожидал, что Чимин сможет ответить, да ещё так. Чтобы мальчишка посмел его кусать? Такого позволять нельзя. Даниэль чувствует, как ярость, ранее заблокированная в сознании, начинает распространяться по всему телу, делая его ещё сильнее и опаснее. Это должно было стать для него очередным развлечением, а оказалось, что Чимин не собирается ему подчиняться, а тем более слушаться.        — Какой позор! Личная шавка Чонгука умеет лаять! — рычит тот, приближаясь к Чимину и обратно тяня к нему руки.        Чимин долго не думая, бросается в другой угол, пока парень окончательно к нему не подскочил. Но тот оказывается проворнее, закрывая телом варианты для манёвров. Игры в кошки-мышки начинаются, закончившись за секунду. Чимин остаётся зажат между стенками без шанса проскользнуть, не задев Даниэля. Тот окружает его одними руками, шаг за шагом приближаясь ближе. Пока Чимин судорожно бегает глазами по раздевалке, не зная за что ему хвататься, парень уже сцепляет ладони у него на шее придушивая и скалясь.        Человеческий фактор. Чимин не учёл, что Даниэль псих и решится забавляться с ним в опасные игрушки. И плана у него никакого не оказалось, разве что быть задушенным своим собственным сталкером. — Отпусти. Меня, — Чимин похрипывает, стараясь держать дыхание и пытаться хоть как-то отпихнуть Даниэля от себя. Но у того видимо катушки окончательно слетают от злости и ненависти, которую вызывает ситуация.        — Может, мне тебя убить? Раз соблазнить не получается, — смеётся Даниэль где-то выше, до куда не достают глаза Чимина. Он только слышит его тяжёлое протяжное дыхание, цепочку трясущуюся прямо на груди и чувствует давление пальцев на своей шее. Воздух всё ещё проходит, но очень с трудом. Даниэль сам контролирует, что и как он собирается сделать.        — Тебе же. Я. Не нужен? Я прав? — чуть медленнее говорит Чимин, понимая, что хватка не ослабевает, а только сильнее сдавливает его горло. Чимин ёрзает в руках Даниэля, пытаясь найти позицию удобнее и уйти от удушения. Но сталкер только сильнее задавливает его в углу, прижимая к стене и приближаясь самостоятельно. — Чон. Гук? Я прав?        — Слишком ты догадливый стал в последнее время. Лучше бы ты думал, что просто нравишься мне, — Даниэль хрипло смеётся, приближаясь к лицу Чимина и смотря долгим взглядом ему в глаза. Он поднимается выше, проводит носом по его волосам, задерживаясь возле ушей и начинает дышать глубже и сильнее. Как будто пытаясь вдохнуть Чимина без остатка. — Ты просто жертва ситуации, Чимин. Можешь винить Чонгука во всех своих грехах. Чимин дышит слабо и поднимает глаза на Даниэля, едва переставляя мыслями, чтобы понимать о чём он говорит. Ничего не понятно. Может, из-за недостаточного количества кислорода, а может, потому что Чимин сходит с ума. Чонгука нельзя винить ни в чём, тем более в появлении сталкера. Они даже не общались с ним до этого, так как он может? Даниэль просто сумасшедший и не понимает ничего. Он хочет заставить Чимина ненавидеть Чонгука, поэтому говорит такие вещи. Сам не понимая, как тупо это звучит.        — Он. Ни при чём, — Чимин едва дышит, перебирая слова на языке. Борется с кислородом на равных, вдыхая в два раза меньше, чем положено. Наверняка, у него уже и лицо красное, и руки немеют где-то внизу, хотя он пытается схватить Даниэля, слабыми пальцами держась за рубашку и пытаясь оторвать его от себя. Бессмысленные попытки. — Ты. Виновен.        — О, ты так думаешь? Глупый ты, Чимин, — Даниэль хрипло смеётся у него над ухом, чуть расслабляя хватку, но не отпуская парня окончательно. Чимин валится назад, прижимаемый чужой грудью к стене. Даниэль сильнее напирает, свободной рукой приподнимая лицо парня за волосы, а другую также удерживает на шее. — Чонгук тот, кто одержим тобой.        Чимин удивлённо расширяет глаза, слыша такую формулировку от Даниэля. Это не то, что ожидаешь услышать от собственного сталкера в сторону человека, который тебе нравится. Чонгук ни капли не похож на одержимого. Особенно сейчас, когда он охвачен только апатией и желанием не отсвечивать нигде на Земле. При чём тут вообще Чимин, если они в близких отношениях пробыли лишь эти два месяца, а раньше никогда и не общались больше нескольких слов, не считая маленького клочка времени в детстве. Парень не понимает, к чему ведёт Даниэль. Да, Чонгук занимал огромное место в жизни сталкера, но при чём тут его одержимость. Кто вообще выбирает подобные слова?        — Не понимаешь? Чимин, да брось, — Даниэль только хмыкает, издевательски шарит руками по телу парня, обратно фиксируя ладони на его шее и играючи сжимая её. Для него это всё больше похоже на забаву, чем на серьёзное дело. — Все знают, что Чонгук по уши в тебя ещё с момента его появления здесь. А ты об этом не в курсе? Брось, вы же встречались.        Чимин задушено хрипит, не понимая, почему в такой ситуации его сердце начинает неистово биться внутри его тела, как будто не от страха, а от желания, растопившего все ограждения. Он сам еле дышит, сил хватает на маленький вдох и такой же стонущий и хрипящий выдох. Даниэль смотрит на него сверху вниз, непонимающе кривя губы в темноте.        — Чему ты удивляешься? — он странно хмурится, совсем не догоняя, что Чимин не понимает так же. Крестики не стыкуются с ноликами в голове. Почему теперь они оба выглядят удивлённее некуда, хотя никто не сказал ничего необычного. Всё это были факты, лежащие на поверхности.        — Кто. Сказал, что. Я ему. Нравлюсь? — хрипит Чимин, судорожно сжимая пальцы на запястье Даниэля, прозорливым взглядом смотря ему в глаза. Его же собственные начинают слезиться от перенапряжения и нехватки воздуха, как будто сталкер пытается высушить его изнутри.        — Чимин, ты меня надурить пытаешься? Или ты настолько тупой и недалёкий? Два плюс два сколько? — Даниэль прямо-таки рычит ему в ухо, вытряхивая из тела все силы и ударяя спиной о стену позади. Нет, Чимин точно пытается довести его и издевается даже в таком состоянии. — Он сам трындел о тебе постоянно! На каждой грёбаной тренировке! Минуты и часы!        Быть не может. Он снова врёт, чтобы выбить у Чимина эмоции. Потому что теперь это работает. Чимин слушает, поглощает, большими глазами смотря в глаза Даниэлю.        — Хотел встречаться с тобой! Ныл, что боится тревожить тебя! И всё равно выигрывал каждые соревнования, хотя ни секунды не затыкался о тебе, вместо того, чтобы работать, как все! — Даниэль начинает заводиться дальше, злясь не на шутку. Он теперь трясёт Чимина, как тряпичную куклу, совсем не думая, что в его руках человек. Хрипит, пышет злом, оставляя видимые синяки на коже. — И всё равно он был таким же неудачником! Всё получалось. Кроме тебя единственного!        Чимин в моменте перестаёт дышать. То ли из-за рук на собственной шее, то ли из-за слов, которые только что выслушал от Даниэля. Он понимает и одновременно ничего не осознаёт. Не могло это быть в Чонгуке столько времени. Да он даже не показывал ничего такого! Какое «постоянно нравился»? Но звучит это так легко и правильно. Как будто правда. Как будто Чимин знал это с самого начала.        — И что ты думаешь? Я решил опередить его. Сначала заберу его самую большую слабость, а потом и отберу всё остальное: место в команде, славу, овации, победы! — Даниэль ядовито хрипит ему на ухо, ухмыляясь и давя на тело всеми силами. — Угадай что? Он начал разваливаться сразу же, как только понял, что ничего не получилось! Мне даже интересно, что такого ты ему сказал, что Чон, бедный, аж сразу поплыл! Проиграл, разругался с командой, тренером! Отказался участвовать во всех играх в следующем году!        Вот он секрет. Лежал на поверхности всё это время, прямо у Чимина перед носом. На его месте мог быть кто угодно. Любой парень или девушка, главное, чтобы нравились Чонгуку. Даниэль ухватился за него только ради того, чтобы забрать все лавры Чона себе. Что у него страшно получилось. Потому что ситуация складывалась именно так, как он и хотел. Чонгук в апатии — Даниэль получает все победы и место в команде. А Чимин где-то в стороне выкинут за ненадобностью.        Только его ошибка, что он не принял за внимание то, что Чимин влюбится в Чонгука. Что соберётся докопаться до правды, а не запрётся где-то у себя в квартире, плача и трясясь от страха. Что у Чимина будут силы на противостояние с Даниэлем и защиту Чонгука. Он трупом ляжет, но изменит всё на то, что было. Пока они здесь разговаривают, всё уже меняется. Процесс запущен.        — Придурок. Его место. Никогда не станет. Твоим, — Чимин задушенный, едва не потеряв голос и возможность думать, шипит слова Даниэлю прямо в лицо, растягивая слабую, но уверенную ухмылку. У него всё продумано. И теперь сталкер никогда не будет на несколько шагов впереди. Чимин его давно обогнал.        — Сука! Да что ты знаешь. Я же тебя просто убью, и ты никогда ничего не узнаешь! — Даниэль кричит от злости, сжимая руки на шее крепче. Вот они — секунды до самого конца. Парень теряет разум окончательно, собираясь пойти до конца. У него спирает дыхание от гнева, а ладони охватывает невероятная сила.        Чимин чувствует, что ноги начинает косить от нехватки кислорода, а сердце заходиться в агонии от того, что кровь теперь мечется во всём теле. Он видит Даниэля перед собой совсем размыто, чувствует его тошнотворный запах, сравнимый только с вонью самой страшной помойки. Мозг начинает отключать.        Перед глазами огоньки звёзд. Агония. И родной голос на задворках умирающего сознания. Кажется, Чимин действительно умирает. Раз слышит его.        Но на душе становится так легко. Может, это и есть рай.       

*

Вечер в главном зале продолжался. Уже без Чимина. Никто на самом деле не заметил его небольшого отсутствия. Везде гомонила музыка, студенты были заняты выпивкой и желанием обсудить как можно больше общих тем, потанцевать и расслабиться перед очередными экзаменами. Едва ли в темноте и приглушённых огнях можно было заметить пропажу одного не самого важного человека, который и так не любил выделяться.        Тэхён занимался своими делами, встретив пару ребят с курса постарше, и начал спрашивать об учёбе и других незначительных подробностях про преподавателей. Он не забыл про Чимина, просто дал ему время на отдых, раз тот попросил оставить его в одиночестве. Тэхён знал, какой его друг, и прекрасно понимал, что тому надо настраиваться на разговоры. Возможно, на тот, который должен был стать самым важным в его жизни. Поэтому он позволил ему повеселиться, сам стараясь отдыхать и не следить за парнем, словно его вторая мама.        Вмиг музыка на секунду затихла, прерывая мелодию заводной песни. Те студенты, кто танцевали, замерли в неудобных позах, уже поворачиваясь к человеку, кто руководил музыкой. На их лицах выразилось недоумение, перемешанное с раздражением. В зале не должно было становится тихо и на секунду. Тэхён скучающе обернулся, проверяя, что происходит, и почему стало так тихо. Но самопровозглашённый диджей замер у стойки, не двигаясь и не пытаясь что-то исправить. Люди просили музыку, а он не мог ничего сделать. Лишь с удивлённым лицом смотрел куда-то в свой экран.        Внезапно на огромном экране зала появилась картинка, которая буквально через секунду начала двигаться. Из колонок пошёл звук. Это была не заводная и ни капли не развлекающая музыка. Это был личный блог, записанный на камеру. Тэхён за мгновение повернулся к экрану, едва заслышав знакомый тембр. Чимин собственный персоной сидел на кровати в своей комнате, со слабой улыбкой что-то рассказывая.        «Думаю, кто-то всё же будет знать меня. А для кого-то я останусь парнем на экране актового зала, который поведает вам странную историю. Меня зовут Пак Чимин. И я хочу донести до вас маленькую историю. Которая, тем не менее, оставила большой след на моём существовании».        Чимин на экране замер, переводя дух и нервным движением поправляя футболку на теле. Тэхён в это тихое мгновение отвлёкся от разговора со студентами, быстрым шагом подбираясь ближе к экрану. Все люди вокруг тоже замерли, не двигаясь и замерев, смотря на фигуру парня. Диджей только прибавил громкость, желая услышать дальше.        «Я могу быть знаком некоторым по одному из дней в университете. Помните особенное видео, которое на время появилось в ваших телефонах вместе с разными фотографиями на стенах в главном холле? Так вот, я тот самый главный герой.»        «Не подумайте, что я искал таким образом внимания. Нет. Это случилось не по моей воле, и я благодарен тем, кто скрыл это видео из сети и тем, кто перестал его распространять. За это вам моё личное и огромное спасибо. А если говорить об основной истории. С начала февраля меня преследовал сталкер».        Тэхён в этот миг потерял возможность дышать. Его охватил жар осознания того, что на самом деле произошло с его другом. Вот что он так тщательно скрывал от него. Два чёртовых месяца! Как Чимин вообще умудрился так долго прятать от него такой факт и не проболтаться. Значит, и Чонгук знал? Это было их причиной для ненастоящих отношений, в которых, они продержались некоторое время?        Тэхён развернулся, смотря по сторонам и ища высокую фигуру. Чонгук стоял буквально в двух шагах от него, огромными глазами смотря на происходящее на экране. Стакан в его руках едва не лопался от эмоций, которые пребывали в его теле в данный момент. Чонгук на мгновение повернул голову, встречаясь глазами с Тэхёном. Он слабо моргнул, подтверждая догадки парня с первого взгляда. Чонгук точно также не знал о существовании этого видео.        «И наверное, многие сейчас думают: почему этот парень занимает время своим бессмысленным монологом и мешает нам веселиться. Сходи к психологу да проработай травму. Ничего особенного». Чимин слабо улыбнулся, качая головой, чтобы вернуться взглядом к объективу камеры.        «Всё дело в том, что сталкер — студент нашего университета. И я бы очень хотел обезопасить вас в дальнейшем. И, конечно же, предать эту историю огласке. Не только, чтобы вы знали, что подобные вещи происходят. Да, даже с парнями такое бывает. Но и чтобы ублюдок знал своё место, потому что он, кажется, потерял всякую совесть и святость».        «Хочу лично обратиться к капитану волейбольной команды». Чимин хмуро посмотрел в камеру, чуть приближаясь к ней. «Недавно вы сделали фатальную ошибку. И пригрели у себя на груди змею. Потому что тем, кто издевался надо мной, слал огромное количество сообщений, писем, преследовал возле дома и делал ещё много чего, даже не касающееся лично меня, был Кан Даниэль. Ваш новый золотой игрок».        Зал вмиг ахнул, затаив дыхание, как в фильмах, претендующих на Оскар. Кто-то выкрикнул про доказательства, кто-то просто стоял с раскрытым ртом, не веря в услышанное и происходящее. Тэхён не знал, что думать. Он не знал никого с именем Даниэль, не понимал, как ему стоит реагировать. Но очевидно парень сильно волновался и переживал за друга. Другое дело Чонгук. Сказанное имя гулким звуком отразилось в его груди. Он неверяще крутанул головой, чувствуя, как злость разгорается в груди, а желваки на лице начинают плясать всё сильнее.        «Вы спросите про доказательства? Солидных и наглядных у меня для вас нет. Мы, к сожалению, не в фильме про хакеров, крутых агентов ЦРУ и не в Мстителях, если хотите. А я не супер умный чувак, который сможет разложить всё по полочкам и показать уйму картинок, где наглядно видно, как Даниэль проебался».        Некоторые разочарованно вздохнули, понимая, что не получат ничего специфического, вроде фоток и материалов, заставляющих их руки потеть, а сердце биться в несколько раз быстрее. Но волейбольная команда пристально держала глаза на экране, а Чонгук не позволял себе моргать. Вот и слова Чимина о том, что у него есть подозреваемый. Он знал всё аж с того момента? Почему не сказал ему? Было так трудно назвать одно имя?        — Замолкните! Дайте дослушать! — это был голос Тэхёна, которым он рявкнул на всех, кому уже было неинтересно видео. Слова были адресованы тем, кто хотел интриг и расследований, тем, для которых эта история, слава богу, не являлась личной. Но тем не менее все вокруг притихли, ожидая продолжения.        Чимин вмиг стал серьёзным, но лишь на секунду, дальше продолжая давить странно-нервную улыбку. Он был не в своей тарелке. «У меня есть основания думать, что это Даниэль. Вам ничего не докажешь, а я знаю. И в данный момент. В данный для вас, я скорее всего работаю над тем, чтобы получить явные доказательства и подтверждения своих слов. Если меня нет в зале, скорее всего я выбиваю признание у Даниэля лично».        Тут уже Чонгук не сдержался. Как только он услышал, что Чимин пошёл разбираться с Даниэлем самостоятельно, у него сердце ушло в пятки, а затем захотелось выругаться. Что парень и сделал, громко крича и пробираясь через толпу к выходу. Чимин что, настолько дурак, чтобы лезть к сталкеру в одиночку? И почему ему вечно нужны проблемы. Тэхён сиганул за Чонгуком, не понимая, куда тот так резво бежит, но зная, что теперь это и его проблема.        Чимин показал в камеру папку, раскрывая её на некоторых страницах. «А для тех, кто хочет ознакомиться, у меня есть парочку сообщений и писем, чтобы показать их. Не волнуйтесь, их содержание уже заверено и подделать будет невозможно. Наслаждайтесь».        Чонгуку уже было глубоко всё равно, что там Чимин показывал в камеру. Он видел все, или почти все, сообщения от сталкера, поэтому ему было не до этого. Что-то подсказывало ему, что происходит полная неразбериха. Зачем Чимин попёрся куда-то лично и что он этим добивался? А если он в опасности? Нет, не если. Рядом с Даниэлем он точно в опасности.        — Эй, ты не знаешь, куда он мог пойти? Чимин ничего тебе не говорил накануне? — Чонгук остановился в одном из коридоров, смотря по сторонам быстрым взглядом и пытаясь найти какую-то лазейку. Угадать, как и куда мог пойти парень. Ничего не приходило на ум. У Чимина всегда были свои планы на жизнь, а тем более на поимку сталкера. Он мог быть где угодно. Даже за пределами университета. Что было ещё ужаснее.        — Нет! Он шлялся тут, по залу, я видел его час назад, потому что он хотел побыть в одиночестве. Я даже не знаю, в какой момент он исчез, — Тэхён панически прижался к стене, мотая головой и пытаясь сдержать мысли в куче. Сейчас, смотря на рыскающего Чонгука, который моментом подорвался с места, он понимал, что дела плохи. Тэхёна начал одолевать страх, который непрекращающе расползался у него в груди. — Чонгук, скажи, что ты знаешь, куда идти! И что он будет в порядке!        — Не знаю! У него в голове черти пляшут! Чимин может быть вообще где угодно, — Чонгук хрипнул, дальше следуя по коридорам. Были у него мысли, куда стоит заглянуть в первую очередь. Очевидные для встречи места, о которых мог подумать и Чимин. Всё-таки должна была быть у него голова на плечах. Лишь бы он не успел к худшему.        Чонгук побежал в сторону спортивного зала, смотря по сторонам в поисках фигуры где-то в закутке. Будет очень смешно, если сейчас он волнуется и боится за человека, которому к чёрту не сдалась его помощь. Но Чонгук должен все силы вложить в то, чтобы помочь. Даже если не надо, даже если он злится на Чимина. Злится и прямо сейчас. За то, что тот устроил такое шоу, скрыл абсолютно всё от него и в одиночку бросился в чан с лавой. Даниэль! Какой чертовски очевидный выбор. И буквально опасный.        Тэхён бежал следом, едва поспевая. Но Чонгук двигался со знанием дела, а значит ему можно было доверять. Тэхён в любом случае доверял бы Чонгуку, потому что ничего больше не оставалось. Он подозревал, что его друг сумасшедший. Но чтобы устроить такое и пойти в одиночку ловить собственного сталкера! Это надо быть только Пак Чимином, а ещё послать весь страх к чёртовой матери. Не прикольно, не смешно. Ни капли.        Чонгук нёсся, только набирая скорость. Чувствовал, что если не успеет, то будет поздно. Как бы очевидно это ни звучало, но Даниэль может сделать всё что угодно. А Чимину всё равно — он бесстрашный.        Спортивный зал — какая ужасная банальщина. Но об этом месте можно подумать если не в первую очередь, то почти сразу. Они вдвоём остановились в коридоре, прислушиваясь. Тэхён тяжело дышал за спиной, пытаясь совладать с дыханием и волнением, а Чонгук жестом показал быть тише и замереть. Прислушивался. Как знал, что надо. Успокоил сердце, чтобы оно не билось на всей громкости в груди и полностью затих. Если что, они всегда могут побежать дальше.        Через секунду их двоих остановил крик. Даже не крик на повышенных тонах, а рык одного человека, явно очень злого и не в себе. Чонгук покрутил головой, пытаясь понять, откуда идёт звук. Перед глазами всего одна чёртова дверь. Как тривиально. Ему хватило секунды, чтобы двинуться в ту сторону со всей скоростью. Тэхён чуть медленнее, но побежал за ним, понимая, что вот она опасность, прямо перед глазами.        Чимина никто не слышал. Это не был его голос, даже намёка на знакомый тембр. Зато крик был гулкий и сильный. Такой, что мог с лёгкостью полопать перепонки или стекло где-то неподалёку. Человек явно пребывал в ярости. А учитывая все обстоятельства, кто ещё может быть в тёмной раздевалке поздно ночью в разгар вечеринки? Чимин и его проблемы.        Чонгук почти рывком открыл дверь, сразу встречаясь глазами с темнотой. Ему потребовалось пару миллисекунд, чтобы привыкнуть к отсутствию света в помещении, а потом увидеть один силуэт в самом углу. Угадайте кого. У Даниэля была слишком широкая спина, за которой не сразу можно было увидеть Чимина. Чимина, который извивался и из последних сил пытался вырваться из его рук. А тот старательно держал ладони на шее, со всей дури пытаясь сжать её до конца. Чтобы наконец сломать все кости и перекрыть доступ к кислороду окончательно.        Даниэль, кажется, не ожидал, что в раздевалке к ним присоединятся гости. Он не сразу заметил кого-то у себя за спиной, крича что-то едва понимающему Чимину в лицо и продолжая крепко держать его. Как будто вообще не боялся кармы и думал, что ему всё сойдёт с рук. На что он вообще рассчитывал, убивая человека прямо в университете? Что никто не узнает? Псих. Самый настоящий сумасшедший.        Чонгук налетел на него со всей силы, отрывая руками от Чимина и толкая к противоположной стене, сразу занося кулак для удара. Он бы не пожалел и капли своего здоровья и мощи, чтобы прибить парня прямо здесь и сейчас. Даже если комплекция была у них одинаковая, даже если силы были распределены поровну. Выигрышность положения Чонгука была в том, что Даниэль не видел его и явно не ожидал получить рукой прямо в лицо со всего размаху, сваливаясь на пол.        — Уёбок, прибить тебя мало будет! — Чонгук опустился на пол, нанося удар за ударом куда только видел, лишь бы покалечить Даниэля в ответ. Не жалея ни себя, ни руки, которые теперь пачкались в крови, что текла из носа парня. Кажется, сломанного.        Тэхён тем временем очнулся от ступора, который заморозил его на несколько секунд. Он следил за Чонгуком, за его криками и размахиваниями руками, пока не понял, что в другом углу был Чимин. Господи, хоть бы живой! Пусть только не насмерть!        Парень проскочил через проход, кидаясь к Чимину, осевшему на пол, потому что его больше никто не держал. На шее багровели следы от удушения, лицо почти посинело от недостатка воздуха. У Тэхёна задрожали руки, когда он увидел бездыханное тело друга, не способное двигаться. Он бросился на пол, поднимая парня к себе на колени и начиная прислушиваться к его сердцебиению. Собственное сердце разгонялось в груди за двоих, из-за страха мешая услышать тихое, едва ли живоё друга. Но Тэхён провёл по груди руками, поднимаясь ближе к трахее. Приложил дрожащие в треморе пальцы, замирая на секунду. Как будто мир остановился. А потом он услышал тихий писк, медленное, но живое сердцебиение. И мир начал дышать снова.        — Чимин! Чимин, солнышко, только живи! Всё хорошо, всё теперь в порядке! — Тэхён медленно, но нервно потрясывал его тело, пытаясь привести в чувство. Может, его отключило от страха и нехватки воздуха. Но главное, что сердце билось, а грудь медленно, но вздымалась, вдыхая кислород. — Только дыши! Медленно, вот так.        Тэхёна в прямом смысле трясло, едва ли не пробивало на слёзы, но он пытался держаться. Ради Чимина, ради его жизни и благополучия. Нужно быть сильным и поддержать его. Привести в чувство и услышать, что он в состоянии. Но так хотелось рыдать навзрыд, и обнимать его, и сделать хоть что-то, чтобы Чимину стало лучше.        Чонгуку было порядком всё равно, что будет с Даниэлем. Ещё до этого он хотел прибить человека, который шлёт Чимину письма и донимает его. И вот он в его руках, прямо под ним. В крови и с попытками отмахнуться от Чонгука. Как только Даниэль пришёл в чувство и вообще понял, кто его бьёт, он захотел ответить. Даже пару раз попал Чонгуку по губе, но уже не мог здраво мыслить и видеть из-за разбитого носа и кровищи вокруг. А Чонгук продолжал, желая стереть его в порошок. Злость — единственное, что он чувствовал в моменте. Все лишние мысли ушли, приливая кровь к ушам.        Тэхён всё трясся над Чимином, пытаясь привести его в чувство и нашёптывая слова, чтобы тот очнулся. Он слабо трогал его, шлёпал по щекам и следил за тем, чтобы тот дышал. Через пару минут дыхание Чимина начало приходить в норму. Теперь грудь поднималась не на чуть-чуть, едва глотая кислород, а полноценно. Следом, вдохнув пару раз глубоко, парень медленно разлепил глаза, смотря вверх на Тэхёна. Он молчал, только моргая с пустотой в зрачках. — Чимин? Ты в безопасности. Просто дыши, медленно. Вот так, — Тэхён едва ли не слезливо промычал, проводя пальцами по лицу Чимина и поглаживая его. Живой. Дышит. Значит, уже всё хорошо. — Ты в порядке? Что болит? Видишь меня?        — Не. Бойся. Нормально всё, — Чимин с трудом сглотнул, прикрывая глаза на секунду. Снова открыв их, он наконец мог различать предметы перед собой и Тэхёна, который выглядел слишком обеспокоенным. Чимин выдохнул, поднимая руку на свою шею и трогая её. — Где. Даниэль?        Тэхён наконец вспоминает о ком-то, кроме Чимина у себя на коленях. Он смотрит по сторонам, замечая Даниэля на полу, а над ним возвышающегося Чонгука. И как парень не слышал, что они вообще-то были здесь не одни? Чонгук не останавливался ни на секунду, и было страшно от того, во что вообще превратился Даниэль под ним. Но он всё ещё пытался оттолкнуть парня о себя, слепо махая руками и дёргая его за рубашку из стороны в сторону. Они всё-таки были в одинаковом положении и здесь выигрывал тот, у кого желание отомстить сильнее. Только вот Даниэль заведомо проиграл, потому что им двигала власть и собственное положение, а не высшие чувства и борьба за другого человека.        — Чонгук, прекрати! Пусть с ним дальше полиция разбирается! Не-то переборщишь! — Тэхён крикнул, собираясь остановить парня от нанесения ударов. Тот слушать особо не хотел, собираясь выбить ещё несколько хриплых вздохов из Даниэля за всё то, что происходило с Чимином на протяжении месяцев. — Чимин, очнулся. Давай заканчивай.        Чонгук магическим образом замер, поднимая окровавленные ладони кверху и слез с Даниэля, корчащегося на полу, мешая свой голос с кашлем и хрипами. Тем не менее он всё ещё шептал какие-то ругательства и слова о мести, хотя встать было уже трудно. Ноги абсолютно не держали, а глаза заплыли собственной кровью. Больше не рыпнется. По крайней мере, до приезда полиции.        Парень, явно уставший, но злой от этой драки, подошёл к Тэхёну, смотря на него и Чимина сверху вниз. Он только проверил его состояние, видя, что тот дышит и видит перед собой. Смотреть на такого обессиленного Чимина было невозможно: со следом на шее, хриплыми вздохами раз в некоторое время, абсолютно не готовому встать в данную минуту и с подслеповатым зрением. Сердце замирало от жалости и других чувств, но Чонгук не мог просто так сдаться. Сейчас в нём бурлило больше злости и ярости, чем чего-то другого, поэтому нужно было успокоиться прежде чем делать что-то иное. Главное, что он был жив и визуально в порядке. Это было на первом месте, а их личные проблемы оставим на потом.        — Он в порядке? — пробормотал Чонгук Тэхёну, как будто Чимин не находился прямо возле них. Зачем нужно было это посредничество — только Чонгуку известно. Возможно, он боялся сорвать свою злость ещё и на парне. Тем более Чонгук был не в меньшей ярости от того, что Чимин пошёл решать проблемы в одиночку, даже не прибегнув ни к какой безопасности.        — Да, отойдёт через некоторое время, — неуверенно произнёс Тэхён, всё ещё поглаживая Чимина по волосам. Одновременно, чтобы успокоить и его, и себя. Чимин-то был удивительно покладист и почти никак не реагировал, а у Тэхёна сердце заходилось в конвульсиях, до конца не понимая, что всё закончилось.        — Пойду вызову полицию и скорую. Буду за дверью. Ублюдок всё равно не встанет в ближайшие полчаса, — Чонгук сказал более чем равнодушно, выходя за дверь, чтобы позвонить.        Лежавший всё это время Чимин вообще до конца не понимал, что здесь делает Чонгук. Его тут по факту никак не могло оказаться. Здесь был он и Даниэль. А как так произошло, что теперь Чимин лежал на коленях у Тэхёна и слышал голос Чонгука над собой он не понимал. Одно было ясно. Тэхён шептал тихо и успокаивающе, что всё закончилось. Значит, всё действительно закончилось. Чимин справился. Самое страшное позади.        Он жив, а значит всё в порядке.       

*

       Полиция и скорая прибыли на место почти моментально. Работа проходила очень быстро. Когда в университет зашла куча людей в форме, строго следуя до нужного коридора, некоторые студенты не понимали, что происходит. Многие по началу просто не сопоставили видео и происходящее у них прямо перед глазами. Когда все обступившие увидели, как Даниэля под руки выводят из раздевалки, толпа ужаснулась. Кто-то закричал, кто-то просто выдохнул в страхе. Полицейские просили не создавать панику и не мешать людям делать свою работу, иначе это создаст очевидные помехи.        Капитан волейбольной команды не мог поверить своим глазам, удивлённо смотря перед собой. Даниэля выводили двое полицейских, а на его руках бренчали наручники. Как из триллеров, которые показывали по телевизору. Он не смотрел по сторонам, только в пол, как будто был действительно опасным преступником. На лице запеклась кровь, обрамляя нос и губы неаккуратными кляксами. Поэтому он и выглядел таким устрашающим. Люди делали несколько шагов назад, смотря, как его выводят. Они не могли сдержать удивлённых возгласов, пока его не заперли в полицейской машине. Только тогда толпа ненадолго выдохнула.        Пока не увидела ещё троих, выходящих следом вместе с несколькими медиками. Это была действительно странная и удивительная картина, которая ну никак не могла произойти на выпускном вечере. Впереди шёл Чонгук, стараясь проложить путь через обступивших людей, как будто парень был охранником. Он выглядел более чем равнодушно, но многие заметили на его руках и костяшках кровь, которая очень хорошо соотносилась с разбитым лицо Даниэля. У них была потасовка?        Следом Тэхён прямо на руках вынес Чимина. Тот слабо упирался и говорил, что может идти сам, но друг настаивал на своём, говоря, что он сейчас явно не в состоянии, а ему несложно. У Чимина было обвязано горло, а кожа всё ещё отдавала синюшным оттенком. Он слабо сопротивлялся, пока медики позади уговаривали его сидеть тихо и не перенапрягаться. Парень сейчас был явно не в состоянии для борьбы и пререканий. Ему было бы славно успокоиться и лечь на обследование. Но ночь, к сожалению, для всех не заканчивалась. Нужны были показания потерпевших и свидетелей. Не позднее нескольких часов.        Все настоятельно рекомендовали Чимину не ехать в участок, а отправиться в больницу на обследование и провести допрос там. Но парень начал только сильнее упираться и говорить, что он в полном порядке. Какая больница, если его ждёт самый важный период в этом деле. Он не для того старался, чтобы к нему пришли пару следователей и спросили несколько вопросов. Чимин заткнул всех, даже Тэхёна, говоря, что сейчас они едут в участок, а дальше как получится. Чонгук, видевший это всё со стороны, в перепалку не вступал, только закатил глаза, находя упрямство Чимина в данный момент неуместным. Его чуть не убили, а единственное, что его по-настоящему волнует, это дача показаний и свидетельствование против Даниэля. Конечно, его посадят. Тут даже общие слова Чимина не нужны.        Ещё больший шок возникает у людей в участке. У Чимина оказываются все доказательства на электронном носителе, а ещё есть полная запись разговора в раздевалке на диктофоне. Следователи пребывают в шоке, забирая материалы к себе, пока остальные ведут допрос непосредственно про место происшествия. Чимин рассказывает всё в огромных подробностях, не скрывая ни одной детали. Со стороны кажется, что он запомнил каждое событие поминутно и знает абсолютно всё. Ему всё ещё трудно говорить, поэтому парень больше хрипит, пока следователь фиксирует всё на компьютере. Но слов слишком много, даже для такого дела. Всех доказательств уже хватает.        Редко попадаются такие продуманные потерпевшие. А Чимин действительно готовил материал, видимо подозревая, что будет не в самом лучшем состоянии, когда окажется в участке. Так и получилось. Но хорошо, что большая часть обошлась и парень осуществил задумку. Даже если пришлось немного пострадать и испугаться.        Остальных тоже допрашивали. Тэхёна, о том, что он знал по делу до этого и что видел за сегодняшний вечер. Ничего подробного он, конечно же, сказать не мог. Парень всё ещё пребывал в шоке и рассказал только то, что они с Чонгуком помчались в раздевалку, когда увидели видео. Дальше он просто помогал Чимину.        Чонгуку выписали штраф, как только он признался в том, что все раны на Даниэле были его рук дела. Сказали, что это больше официальная часть, и на бумаге он должен понести наказание, потому что бил Чонгук не в целях самообороны. Парень только усмехнулся, соглашаясь со всем. Да пусть хоть десять штрафов ему выпишут, его долгом было поколотить Даниэля. Жаль, что на том заживёт всё как на собаке. И жалеть придурок слишком сильно не будет. Потому что эмпатии у него нет и капли.        Но при даче показаний Даниэля не было. Его сразу отвезли во временное место заключения, чтобы ждать официального наказания. Но никто и не хотел его видеть, слушать его собственные домыслы и слова о том, что парень не виноват. Следователи только сказали, что обычно все, кто занимаются сталкингом, проходят проверку на стабильное психическое состояние. И он может оказаться просто неадекватным, из чего следует, что ему светит психушка, а не тюрьма. Чимину в моменте было уже глубоко наплевать. Решётка или койка, какая разница? Главное, что он больше никогда не осуществит свой план по получению всех лавр и триумфа. Теперь весь университет будет галдеть о произошедшем несколько дней, а то и недель, а Чимин наконец будет в безопасности. Оправдался ли его риск? Определённо. Хотелось ли Чимину сделать так, чтобы всё обошлось без травм? Тоже очень очевидно, что да.        Вечер плавно перетёк в ночь. Чимину выдали плед и оставили отдыхать на кушетке, пока всех остальных заканчивали опрашивать и собирать показания. Как только с Тэхёном должны были закончить, они вместе собирались поехать домой. Хоть друг и настаивал на больнице и полном обследовании, Чимин говорил, что с ним всё отлично. Да, он немного хрипит и горло всё ещё побаливает. Но в остальном парень в полном порядке. Даже лучше, чем могло бы быть. Всё закончилось. Это ли не лучшая награда и радость?        Но сидеть и ждать в участке Чимину тоже надоело. Он подобрал полы пледа, кутаясь в него сильнее и прошмыгнул к выходу, пока никто не видел. Хотелось вдохнуть воздуха и немного освежить голову, пока она слишком занята разными мыслями. Чимину хотелось наконец расслабиться, положить голову на подушку и понять, что конец страданиям. Всё получилось. Но пока шла официальная часть его приключений, оставалось только вдыхать кислород и давать голове передышку.        На улице по-весеннему морозило. Чуть обдувал холодный свежий ветер. Но так было намного легче, чем в душном участке, где все носились с бумагами и занимались делами. Чимин вышел на крыльцо, поднимая голову к чернеющему небу, где уже высоко поднялась полная Луна. Такая же, какой был парень сейчас. Он наконец вернул себе все чувства и ощущения, возвращаясь в несколько месяцев назад. Без страха, стресса и лишних мыслей. Он только слабо улыбнулся, выдыхая холодную струйку воздуха из лёгких. Пусть этот день запомнится ему как один из самых страшных и один из самых прекрасных.        Внезапно в отдалении Чимин услышал короткий кашель. Он повернул голову в направлении звука, замечая там спину Чонгука. Тот стоял, засунув руки в карманы, тоже высоко подняв голову, и смотрел на Луну, как это делал Чимин. Парень тоже многое пережил за этот день. Возможно, если бы не Чонгук, Даниэль бы сделал задуманное и на Земле стало на одного человека меньше. Интересно, он действительно собирался его задушить до конца? Или это всё был блеф?        Чимин, повинуясь порыву, сошёл со ступенек, делая несколько шагов вперёд, пока не достиг фигуры рядом с собой. Он мягко постучал по руке, желая, чтобы Чонгук повернулся к нему и обратил внимание. Тот так и сделал. Развернулся сначала корпусом и сильно удивился, когда заметил, кто перед ним стоит. Но Чонгук видимо не разрешал реагировать себе слишком бурно, поэтому постарался скрыть удивление, и выглядел почти незаинтересованным. Хоть сердце и пропустило удар, видя перед глазами уставшее, но расслабленное выражение Чимина.        — Хочу сказать тебе спасибо. За то, что вовремя пришёл и помог. Правда, — Чимин говорит совсем тихо, почти неловко смотря в глаза парню. У него сердце начинает биться чуть быстрее от того, как давно он не видел Чонгука вблизи. Рассматривает каждый клочок его кожи, пока есть такая возможность. Разглядывает мерцающие в свете глаза, чуть сведённые вместе брови, сжатые губы. Ему бы всегда смотреть на парня, лишь бы позволили.        — Я не сделал ничего, Чимин. Не нужно никакой благодарности, — Чонгук цедит почти сквозь зубы. Он не хочет грубить, но выходит так, как получается. Потому что он всё ещё не отошёл от произошедшего и не знает, как реагировать на Чимина. Не кричать же на него из-за того, что тот сунулся к Даниэлю в одиночку? — Тебе лучше пойти отдыхать. У тебя был слишком длинный день.        Чимин стопорится. Не знает, что ему дальше говорить и как реагировать. Чонгук всё ещё обижен, поэтому совсем не хочет находиться рядом с ним. Наверное, Чимин разрушил его волшебный миг под Луной и полез со своими словами. Парень сглатывает, на секунду отводя глаза, и обдумывает. Но потом решает попробовать ещё раз.        — Я хочу поговорить с тобой, — похрипывая, произносит Чимин, неловко сжимая пальцами плед, и замирает. Ждёт реакции. Следит за мимикой и малейшим проявлением эмоций. — Нам нужно поговорить.        — Сейчас никто разговаривать не будет. Мы оба устали, Чимин. Тебе очевидно нужно просто лечь и расслабиться.        Чонгук отрицательно качает головой, почти закатывая глаза. Что у него в голове? Чимин боится, чувствует жар страха внутри груди и пересохшее горло. Как будто здесь всё идёт не по плану. Чимин так долго решался, собирался с мыслями. Он так много узнал про себя, про Чонгука, в конце концов, а теперь парень собирается его развернуть. Чимин прикусывает губу, опуская взгляд. Понятно. Значит, может не всё идёт так, как он хочет. В голове всё ещё кипит лава, мешая здравые мысли с паникой. — Чимин, — начинает Чонгук сквозь тяжёлый вздох, едва схожий с разочарованием. На самом деле это больше похоже на сочувствие и просьбу успокоиться. Он кладёт одну руку на плечо Чимина, слабо сжимая. — Я отказываю тебе не потому что не хочу. У всех был тяжёлый день, полный всем самым ужасным и негативным. Чимин, мы не будем разговаривать на эмоциях, непонятно где. Однажды уже поговорили — больше так не хочется. В другой раз, не сейчас. Отдыхай.        И он уходит, слабо кивнув головой на прощание. Шагает к своей машине неподалёку, быстро растворяясь в огнях ночного города и ритме бьющегося сердца Чимина. Он остаётся стоять посреди улицы, под лунным светом, завёрнутый почти с головой в плед. Остаётся думать и чувствовать, топчась с ноги на ногу.        Значит, вот так всё. Чонгук не не хочет говорить. Он собирается найти для этого подходящий момент и не выдавать всё на эмоциях. Чимин согласен, почти полностью. Потому что он не умеет разговаривать. Все слова резко превращаются в эмоции, граничащие с истерикой и криками. Ему обязательно нужна спокойная обстановка, удобное место. Что-то успокоительное, вроде чая и печенья, под рукой. Чтобы отвлекаться и не зацикливаться на непрошенных мыслях.        Но Чимин не согласен с равнодушием Чонгука. С его растерянностью и отрешённостью. Обидой, в конце концов. Он всё понимает, всё признаёт, но видеть его таким не хочет. Стереть недопонимание хочется как можно скорее. Пока Чимин готов, пока он способен на конструктивную беседу, а не оры и крики.        Столько всего нужно обсудить, спросить, узнать. Рассказать наконец правду о себе прошлом и себе настоящем. Что он чувствовал тогда, что чувствует сейчас. Сказать, что Чимин хочет от жизни и как желает Чонгука в ней. Рассказать, что он вообще любит делать и спросить парня о том же.        И главное — ему надо выяснить сколько правды было в словах Даниэля. Почему тот так уверенно говорил о влюблённости Чонгука? Почему Чонгук сам никогда не упоминал о ней. И не выглядел влюблённым. Это тоже Чимин хочет спросить. Потому что от этой части сердце начинает заходиться в лихорадке, как будто ответ уже очевиден. А мозг сам отказывается верить в обратное.        Чимин до собственного посинения будет ждать разговора. Держать себя в узде, чистить мозг от непрошенных мыслей каждую секунду и записывать конструктивные на листочек, чтобы обязательно их спросить. И тогда все тараканы будут вытравлены, голова очищена, а на их улице наконец будет Солнце. Вместе с довольной Луной, очевидно.        Чимин слабо улыбается, смотря на пустующую улицу. Может, пора действительно отдохнуть. Разгрести кашу в голове после произошедшего и лечь, чтобы уснуть долгим и крепким сном впервые за последнее время. И проснуться не с лихорадкой в голове. И жить счастливую жизнь.        После маленькой победы над Даниэлем должна наступить другая. Большая, масштабная, связывающая. И обязательно обоюдная. Вместе с Чонгуком.        Чимин за это ещё поборется. Но только в последний раз.