Он никого не спасёт

      Гарри проживает четырнадцатую жизнь. У него есть новый план по спасению своих друзей и игнорируемая им усталость. Гарри пять. Он живет в маленьком провинциальном городке со своим верным другом — Добби. А ещё он старательно избегает соседского мальчишку.       Марку пять, и он влюблен. У его любви зелёные глаза, мягкие чёрные волосы и напряжение в каждом движении. Его любовь живёт в соседнем доме. Его любовь носит имя Гарри. У его любви есть дядя, что часто уезжает по работе, оставляя Гарри одного. Из-за этого мама Марка часто заходит к Гарри, узнать не нужна ли помощь.       Марк приносит Гарри полевые цветы, что растут за городом. Гарри старается игнорировать эти подарки, он вовсе не хочет втягивать хоть кого-нибудь в свою борьбу за очередное спасение мира.       У Гарри тихое чувство безнадеги, которое он постоянно игнорирует. Он старается верить, что в этот раз все получится. Но у его веры плохо зажитые переломы и пустые глаза.       У Марка смешки взрослых за спиной, что говорят о его любви, руки, исцарапанные листьями полевых цветов, и вера в благополучное будущее. И даже то, что Гарри принимает его цветы без улыбки, не расстраивает его.       Гарри в очередной раз выпивает оборотное зелье, чтобы притвориться собственным дядей, когда слышит копошение за дверью. Тяжёлый вздох срывается с его губ. Марк. Упрямый мальчишка с лучами солнца в волосах. Мальчик — надежда. Кто бы ещё ему сказал, что Гарри неподходящая кандидатура для первой влюблённости. У него руки по локоть в крови, трупы друзей и врагов перед глазами и опыт множества прожитых жизней, за который он не успел повзрослеть.       Что он может дать этому мальчишке? Ничего. Если ещё успеет не навредить морально.       За, со скрипом открывшейся, дверью стоит Марк в грязных шортах, с ссадинами на коленях и ладонях и покрасневшими глазами:       — А Гарри нет дома? — Гнусавя в нос, произносит этот ребенок.       — Нет, он у репетитора, — даже в голосе прорывается обеспокоенность, которой не место для решившего держаться подальше. Но перед Гарри ребенок, который вот-вот расплачется, и он ничего не может с собой поделать. — Заходи.       — Нет, я… — новый поток слез начал собираться в опухших глазах ребенка.       — Заходи, — повышая голос и тут же одергивая себя, произнес Гарри. — Пожалуйста.       В доме прохладно и пахнет травами, Гарри тут же закрывает распахнутые окна.       — Сколько ты уже ждешь Гарри?       Марк жмет плечами и отводит взгляд.       И Гарри не может ничего сделать, кроме как дать обещание, о котором он ещё пожалеет.       — Давай ты попьешь чаю, согреешься, я обработаю твои ссадины, а завтра вы встретитесь с Гарри. Договорились?       В ответ он получает неуверенную слабую улыбку и такой же кивок.       Они делают так, как и сказал Гарри. И ему даже не жаль потерять этот вечер рядом с этим ребенком.       А на следующий день соседи с умиленной улыбкой наблюдают за двумя мальчишками. Один держит в руках подаренные цветы, смотря слишком умными для ребенка глазами. Другой улыбается ярче солнца, забыв о саднящих ещё вчера коленях.

***

      Марк становится тем, кто показывает Гарри, что же такое детство. Без ненависти со стороны тех, кто находится рядом с самого младенчества. Без гнета статуса Героя. Без тех, кто пытается убить. Простое, самое обычное детство. И Гарри счастлив.       Он все ещё уходит в магический мир, чтобы помочь, чтобы спасти. Но теперь возвращаясь домой, он становится обычным ребенком. Несмотря на все его прожитые жизни. Несмотря на его суммарный возраст. Несмотря ни на что. Он впервые проживает беззаботное детство, закрывая где-то в глубине души огромную дыру, на месте которой должно было быть его детство.

***

      Проходят годы. Гарри все также спасает этот мир, Марк все также показывает ему, как быть обычным мальчишкой.       Фильмы, комиксы, сладости, совместные походы в местную школу и выполнение домашних заданий и даже ласковые слова от родителей Марка — все это и ещё множество других мелочей становятся неотъемлемой частью жизни Гарри.       Марк для него как кислород, как яркое солнце, как тот, кто заставляет двигаться дальше.       У них бывают ссоры, за которыми следуют примирения со слезами и радостными улыбками. Бывают разногласия, когда каждый остаётся при своём. Бывает скука.       — Гарри, а ты знаешь … — так тот начинает свой очередной рассказ.       — Гарри, пошли … — так тот знакомит его с чем-то новым.       — Гарри, — тихо и ласково говорит он, словно раскрывая какую-то тайну.       Гарри чувствует будто впервые проживает свою жизнь правильно, а его вылазки в Магический мир кажутся ему лишь длительным сном, что повторяется каждую ночь.

***

      На столе стоят маленькие булочки, что приготовила мама Марка. За окном шумит их последняя осень здесь. Совсем скоро им обоим исполнится по восемнадцать, и они отправятся в университет.       Тогда же в Магическом мире вновь настанет мир. Вот только теперь Герой останется в тени. А статус Героя понесут на своих плечах другие.       Единственное, что беспокоило Гарри — его последняя вылазка. Все время, пока он разбирался с нападавшими на небольшую деревушку волшебников, за ним кто-то наблюдал. Пристально следил за каждым движением и жестом. Но и это ещё не все. Нападавшие не были Пожирателями Смерти. Кто же это был и зачем все это затеял?       Гарри не знал и не хотел об этом думать. Им осталось не так много времени здесь. Ему осталось не так много времени до двадцати. Хотелось забыть об этой проблеме, хотя бы на время.       — Чушь какая, — отбрасывает от себя комикс Марк, ложась на колени к Гарри.       — Чушь? Ты же любишь комиксы про супергероев, — откладывая точно такой же комикс и зарываясь пальцами в волосы Марка, произносит Гарри.       — Да, но этот чушь. Зачем они все заставили его становится Героем, но забыли о том, что ему будет нужно помогать? Только небольшая кучка людей пришла к нему на помощь и то половина из них оказалось работают на другого. Да, и конец. Серьёзно, смерть от наставника? Герой выполнил свою задачу, Герой больше не нужен.       Пальцы Гарри замирают в волосах, а лицо Гарри на мгновение каменеет.       Чушь? Что же это его жизнь. Самая первая, та что должна была стать единственной. Но стала лишь первой из череды точно таких же.       — Гарри?       Стряхивая наваждение, Гарри старается улыбнуться, чтобы с легкостью поцеловать того в висок.       — Нет, ничего.       — Точно?       — Точно.       Ничего. И в правду, ничего. Ведь скоро это закончится.

***

      Но это не заканчивается.       Гарри не знает почему именно сегодня они целуются по-настоящему. Не в щеку, нос, лоб, висок, а в губы. Не знает, почему они так долго тянули. Но поцелуй этот словно редкий экзотический фрукт, наполненный солнцем, волнует, принося ни с чем несравнимое удовольствие.       Они запомнили бы его надолго. Но запомнят лишь до вечера, когда огонь поглотит их маленький городок, когда умрут все его жители, когда Гарри впервые за эту жизнь взглянет в глаза своей старой подруги.       Какая же это чушь, его жизнь.       Зеленая вспышка знаменует конец четырнадцатой жизни и начало пятнадцатой. Уже без Марка, без мальчика-солнца.

***

      Гарри пять и он проживает свою пятнадцатую жизнь. И он ненавидит запах дыма, что преследует его повсюду.       Марку пять и он ещё не знает, что такое любовь. Он ещё успеет полюбить и стать счастливым. Странно только, что он уже немножечко влюблен в людей с зелеными глазами.