К черту планы!

      Юнги подозревал, что рано или поздно спалится перед Чонгуком и Тэхеном, но не подозревал, что это произойдет так скоро… Ну не виноват он, что его тянет к своему омеге невиданной силой, хочется его постоянно касаться, улыбаться ему, целовать и по углам зажимать, как будто им по семнадцать и у обоих сперма из ушей, и ничего он с этим сделать не может! У него тут чувства и гормоны бушуют и плевать он хотел, что ему тридцать два, они вместе уже полгода и вроде как пора научиться держать себя в руках. Рядом с Чимином это сделать невозможно! Но он, как минимум, ведет себя сдержаннее, чем Тэхен во время пьянки… хотя не сказать, что и Юнги было легко вот так смотреть на губы своего парня, которые тот вечно закусывал и облизывал, а еще и на грех напрашивался. Напросился, к слову… и спалился, представ перед Чоном в одной кровати с вроде как чужим омегой! И как теперь выкручиваться?       Окинув взглядом спящего Чимина, что крепко обнимал подушку и чему-то во сне улыбался, даже не подозревая, что их ждет сегодня неплохая встряска от друзей, Юнги быстро поцеловал плечико омеги, с которого сползла ткань широкой футболки, взял свои вещи и вышел из спальни, направляясь в душ. Уснуть он уже точно не сможет, а вот придумать, как отмазываться, чтобы лишних подозрений на себя не навести, очень даже надо. Юнги был уверен, что они с Чимином проснутся раньше, но кошачий стриптизер в виде лучшего друга успел сделать это до него, и теперь явно просто так не отцепится, еще и Тэхену наплетет с три короба.       Но, в целом, если так подумать… друзья ведь не в курсе, что они с Чимином знакомы, просто считают их теперь слегка легкомысленными изменниками, что решили погрузиться в прелести курортного романа, забыв о своих половинках, ожидающих в Сеуле. Ну… пусть так, главное, чтобы никто не прознал, что они тут сводниками заделались. Чонгук просто обидится и пару дней разговаривать с Юнги не будет, а вот от Тэхена, судя по вчерашнему, можно ожидать чего угодно, тут и с жизнью попрощаться можно, раз уж выяснилось, что у тихого-скромного ангелочка такой дьявольский нрав…       Быстро приняв душ и придав себе божеский вид уважающего себя альфы (нет), он вернулся в гостиную, быстро навел порядок после вчерашней попойки и даже успел сообразить какой-никакой завтрак из свежесваренного кофе и остатков закусок, которых Чимин заказал вчера с лихвой. Им тут еще на пару дней хватит, если недолюбовники, которые вчера то и дело друг друга сначала взглядами пожирали, а потом и губы к делу подключили, решат до конца отпуска больше из комнат не выползать, что вполне вероятно, судя по обычному поведению трезвого Тэхена и сегодняшнего растерянного и жизнью побитого Чонгука. Что же, несладко им придется в компании друг друга. – Малыш, просыпайся, – закончив с приготовлением завтрака, Юнги вернулся в свою спальню, укладываясь рядом с младшим и целуя его в мочку уха. – Давай, сладкий, пора вставать. – Ну, хён, – недовольно протянул Чимин, но голову все же повернул, подставляясь под нежные прикосновения, – еще пару минуточек… – Еще пара минуточек и от гнева наших друзей нас спасет только молитва греческим богам. Хотя и та не справится, потому что мы ее даже прочитать не успеем, – альфа перешел поцелуями на шею, заставляя Чимина перевернуться на спину и чуть откинуть голову в сторону, давая больше пространства мужчине. Такие пробуждения ему очень даже нравились. Каждый раз, когда он оставался на ночь у Юнги, то будили его именно таким способом, а затем еще и помимо основного завтрака кормили порцией утреннего секса, заряжая на целый день. Вот и сейчас он ловил теплые прикосновения чужих губ и растекался пломбиром по кровати, предвкушая привычное пробуждение и игнорируя любые слова старшего. Упоминание лучшего друга ему секс уж точно не обломит, нет, нет и еще раз нет. – Малыш, я еще не успел ничего сделать, а ты уже потек? – хмыкнул Юнги, чувствуя, как комната наполняется кокосовым ароматом, смешиваясь с его запахом ананаса. Странно, что эта бдительная парочка еще не учуяла, что в доме стойко пахнет коктейлем Голубая лагуна, который получается от сочетания двух ароматов, и не сложила дважды два. Хотя, это странно и хорошо одновременно, иначе они бы спалили их еще в первый же день пребывания на острове. – Я не виноват, что ты так на меня влияешь, – нахмурился Чимин, все еще не открывая глаз и на ощупь находя голову своего альфы, чтобы подтянуть ближе и прижаться к его губам. Но мужчина не дался, уворачиваясь и утыкаясь в щеку младшего. – Чимин-а, ты знаешь, что я хочу тебя до скрежета в зубах, но уже утро, наши друзья вероятно не спят и нас вообще-то спалили, – виновато произнес Юнги, резко отшатываясь в сторону и падая с кровати, ведь лежал совсем на краю, потому как омега резко подскочил, распахнув глаза и, кажется, моментально проснулся. – Айщ, Чимин! – Прости… – проскулил Пак, наблюдая, как альфа потирает ушибленный зад. – Что ты сказал? Как спалили? – Недавно Чонгук заходил, когда мы спали. Он хоть и был еще пьяный и сонный, да и в мыслях у него было что-то поинтереснее омег в моей постели, но тебя он увидел четко, и, возможно, уже донес Тэхену, – поднимаясь на ноги, объяснил Юнги. – Так что вставай, пока твой друг не ворвался сюда и не выволок за шкирку в одном… – Юнги прищурился, приподнимая покрывало и рассматривая обнаженный пресс и все остальное ниже пояса. Футболка, которая каким-то чудом осталась на нем после ночи, сейчас задралась до груди и открывала прекрасный вид на стройное тело. – …без белья. – Черт, – пискнул Чимин, резко подскакивая на ноги и принимаясь собирать свои вещи, натягивая их на себя, – нам конец, если мы что-то не придумаем! – Я уже полчаса пытаюсь что-то придумать, пока в голову ничего кроме "комнату спьяну перепутал" не идет, но отмазка на троечку, особенно для твоего Тэхена, – Юнги наблюдал за своим парнем, чья идеальная фигура постепенно скрывалась под одеждой, и тяжело вздохнул, когда обзор на упругую задницу и тонкую талию закрылся. – Надеюсь, что у них очень сильно болит голова и им просто будет не до нас. Кстати, – он резко замер, нахмурился, а затем почесал голову, – а почему она у меня не болит? – Я бы радовался на твоем месте, дурачок, – хихикнул Мин, подходя к своему парню и мягко, но коротко, целуя его в губы. – Иди поднимай своего друга, а я схожу за Чонгуком, надо поесть, а дальше видно будет. – Но мы так и не решили, что скажем, почему мы… ну… вместе были? – Лучшая защита – это нападение, испытаем эту тактику, а дальше уже по обстоятельствам. Все, марш из комнаты занятого альфы, мне надо своему омеге позвонить, – хохотнул Юнги, подталкивая Чимина в сторону выхода, а затем звонко шлепнул его по ягодице, придавая ускорения. – Хён! – взвизгнул Чимин, прикрывая зад ладошками. – А ночью не жаловался, – чуть тише сказал Мин, так как дверь комнаты уже была открыта, и ушел в противоположную сторону за Чонгуком. Хоть бы он уже был без своего костюма кошечки, а то у Юнги до сих пор эти ремни перед глазами. Он-то в них Чимина видеть хотел, когда тщательно выбирал в секс-шопе, а тут… что-то пошло не так, и теперь, скорее всего, с ролевыми играми они завяжут, пока Юнги не проработает эту травму с психологом.

***

      В кухне повисло напряжение, которое уже начинало порядком давить, хотя прошло всего-то каких-то пару минут, как они таки все выбрались из своих нор и уселись за стол. Тэхен теребил край свободной футболки, не смея поднять взгляд на присутствующих (конкретно на Чонгука), Чонгук же дряпал кутикулу, норовя разодрать палец в кровь, за что получил от Чимина по рукам. Сам же Чимин наряду с Юнги пытались делать вид, что все хорошо, хотя и сами переживали, ожидая вопросов. Ему кое-как удалось избежать расспросов перед завтраком, просто запихнув Тэхена в душ и захлопнув за ним двери, а потом нагло сбежав вниз от греха подальше, но сейчас он точно не смолчит, Чимин друга не первый день знает. – Ой, да ладно вам, – не выдержал первым Мин, поднимая чашку и делая глоток уже успевшего остыть кофе, – ну, подумаешь позволили себе немного лишнего. Выпейте на брудершафт, поцелуйтесь и заройте топор войны в белых песках на берегу моря. Что вы как маленькие, чес-слово. – Да, Тэхен-а, давай там расслабляйся. В конце концов, это не ты вчера тут кошечкой прогибался, – не сдерживался Чимин, опуская голову в попытке скрыть насмешливую улыбку. – Йа, – возмутился Чонгук, нахмурив брови, – это ты виноват, твое желание было. Теперь будешь меня этим подкалывать? Лучше вон друга своего подкалывай, это он себя в руках держать не умеет. – Охренел? – вскинулся Тэхен, шипя на собеседника, который от внезапности даже чуть дернулся. – Ты? Да, – кивнул Чонгук, складывая руки на столе. – Не я к тебе целоваться лез, – набрался смелости младший альфа, пытаясь задушить собеседника если не руками, то хотя бы тяжелым взглядом. – Нехрен было мне наливать! – не унимался Тэхен, выискивая аргументы в свою пользу, но последний явно был против него. Ну, подумаешь, не умеет он себя контролировать, когда выпьет, особенно когда рядом такое тело любимой клюквой пахнущее, виноват он что ли…       Юнги с Чимином лишь наблюдали за этой перепалкой, поворачивая головы то влево, то вправо, как на теннисном корте, и совсем не понимали, что тут вообще происходит. До пьянки серая мышка Тэхен старательно избегал Чонгука, а Чонгук, напротив, всячески пытался омегу выводить из себя. Во время пьянки Чонгук оказался мальчиком-зайчиком-девственником, в то время как Тэхен раскрылся весьма опытным любовником и то и дело бросал Чонгуку вызов. А теперь же… теперь вообще ничего не понятно, потому что оба сначала смущались, а теперь кусаются так, будто и не они совсем недавно присосались друг к другу, как вантуз к унитазу, и хорошо, что никто из них мысли читать не умеет, а то неловко было бы… В общем, что происходило в этом доме, и, в частности, что было в той бутылке из-под виски, никто не понимал, но ситуация становилась все интереснее, особенно когда Тэхен крепче сжал палочки и сломал их одной рукой. Ой-ой… – Так, брейк, – встрял Чимин, слыша хруст бамбука, и поспешил отобрать холодное оружие из рук друга. – Накусались? Молодцы, а теперь пожмите друг другу руки и сделайте вид, будто ничего не было. Мы с Юнги тоже обещаем забыть то, чему стали свидетелями прошлым вечером. – Кстати, – внезапно спохватился Чонгук, забыв о Тэхене и вперившись взглядом в старшего альфу, который заметно сглотнул. – Ты ничего объяснить не хочешь? Не ты один, Чимин тоже, – он перевел взгляд на омегу, в чьих глазах буквально читалось: "Это не я, оно само, я лишь мимокрокодил". – Кстати, да. Чимин-и, милый, ты где ночевал сегодня? – мило улыбнулся Ким, корпусом разворачиваясь к Паку и беря в руки новую пару палочек для еды. Плохой знак, ой плохой знак… – О чем вы? – решил косить под дурачка Мин, лелея слабую надежду, что все само рассосется, но Чимин был в этом плане более сговорчив. – Где я сегодня ночевал? А типа ты не знаешь, – включив по максимуму свой актерский талант, которого у него, к слову, нет и никогда не было, он упер руки в бока и переводил недовольный взгляд с Тэхена на Чонгука и обратно. – Из-за вас двоих, решивших потрахаться, мне, занятому омеге, пришлось ночевать в комнате занятого альфы. Вам не стыдно?! – лучшая защита – это нападение, так говорил Юнги, и это, кажется, работало, потому что недопарочка непонимающе переглянулась, хмурясь. – А при чем тут мы и наше желание потрахаться? – уточнил Тэхен, а Чимин аж прозрел в этот момент, найдя за что зацепиться и перевести стрелки. – Ага, то есть ты не отрицаешь, что хотел его трахнуть, да? – Пак Чимин! Не меняй тему! – взвизгнул Тэ, стукнув ладонью по столу. Что же, не вышло переключить внимание, продолжаем придерживаться плана А. – А я и не меняю. В этом доме только три спальни и один диван в гостиной, одна спальня – Юнги-хёна, вторая – наша с тобой, третья – Чонгука, а держать вам свечку я не очень хотел, – продолжал напирать Чимин. – Не понял, – мотнул головой Чонгук, пытаясь сопоставить услышанное, но решение элементарного уравнения с одним неизвестным напрочь выскальзывало из головы, и на кой черт ему два высших экономических образования, если шестеренки крутиться отказываются. – Здесь на диване я лечь спать не мог, вы тут целоваться вздумали, пойти спать к себе или к тебе, – ткнул он пальцем в Чона, – тоже не мог, откуда я знаю, куда вы двое трахаться пойдете. Вот я и воспользовался помощью Юнги-хёна, который приютил меня. – Чимин, кстати, планировал и вовсе спать на шезлонге у бассейна, но стена в гостиную прозрачная и вас было бы видно. Так что постыдились бы, – поддержал игру Юнги, мысленно зацеловывая своего омегу за такую находчивость, – из-за вас двоих, не умеющих держать трусы на бедрах, нам пришлось спать в одной комнате. – Но… – попытался что-то возразить Тэхен, но быстро сдулся и перевел взгляд на Чонгука, одними глазами прося о помощи. – Могли бы просто нас прервать, от этого всем было бы лучше, – ляпнул первое, что пришло в голову, Чонгук. Тэхен сощурил взгляд, оставшись не особо довольным услышанным, но все же кивнул. – Ну, простите, вы нам инструкций перед пьянкой, что делать, если вы начнете лезть друг к другу, не давали, так что имеем, что имеем, – поставил точку в вопросе Чимин и принялся за завтрак, стараясь унять свои подрагивающие ручки с потеющими ладошками. – Ну, раз вопрос закрыт, предлагаю обдумать, чем займемся после завтрака, – выдохнул Юнги, также принимаясь за еду. – Я спать! – одновременно выдали Ким с Чоном и метнули друг в друга молнии искрящиеся недовольством. – А я на пляж, хочу наконец-то до него добраться, – ответил Чимин, облизывая пальцы после кусочка рыбы, которую только что съел руками, игнорируя палочки. – А я, так уж и быть, схожу на разведку, узнаю, какие развлечения здесь есть и чем можно заняться компанией, устроим тимбилдинг и попытаемся не убить друг друга до конца отпуска. – Отличная идея, Юнги-хён, – поднял вверх большой палец Чимин и оглянулся, что-то выискивая. – Что ищешь, Чимин-и? – поинтересовался Мин, так же осматривая помещение на наличие забытых на других поверхностях продуктов, но нет, все съестное уже стояло на столе. – Да мне интересно, нет ли у нас малинового варенья, захотелось с рыбкой попробовать, – буднично ответил Чимин и, не найдя искомого, вновь уставился в свою тарелку, в то время как на него самого уставилось три пары удивленных глаз. – Что..? – Рыба… с малиновым вареньем..? – озвучил Чонгук то, что крутилось на языке у всех, и скривился. Чимин лишь пожал плечами, мол, а что такого, и запихнул в рот кусочек шоколада, хотя до этого ел все ту же рыбу. – Я просто подумал, что к мясу ведь подают ягодные соусы, почему бы и с рыбкой не попробовать. Вы кушайте, кушайте, пока тут еще что-то есть, а то я очень голодный.       Решив просто игнорировать странное поведение Чимина, компания все же принялась за еду, а потом разбрелась кто куда: Тэхен с Чонгуком по своим комнатам, Чимин с полотенцем в обнимку – на пляж, а Юнги – на разведку, чтобы начать все же полноценный отдых. В конце концов, они в Грецию не бухать и трахаться приехали. Вернее, не только бухать и трахаться.

***

      Второе пробуждение Тэхена началось с упрямого "Гав!" где-то совсем рядом. Неужели, соседский чихуахуёныш, как прозвал его Чимин, пробрался в квартиру и теперь уверенно заявляет свои права на жилплощадь, помечая каждый угол? Сволочь пакостная! Собаку бить жалко, а вот хозяев, что допустили подобное, прибить стоит.       Терки с соседским животным (это прозвище больше подходит хозяину, нежели его питомцу) у Тэ начались давно, примерно года два назад, когда он и поселился в своей квартире. Собака была максимально невоспитанной, постоянно лаяла и метила в подъезде каждую дверь и каждый угол, из-за чего стоял просто непередаваемый аромат. А еще и гавкала постоянно, ведь горе-хозяин часто напивался и игнорировал нужды своего четырехлапого. Зачем вообще заводить собаку, если не собираешься о ней заботиться?       Вот тогда-то Тэхен и невзлюбил собак, один из представителей которых сейчас не давал спать. Тэ дотянулся до подушки и запустил ее в сторону, откуда предположительно тявкал Цербер. Ладно, чихуахуа в сравнение с трёхголовым хранителем преисподней никак не идет, но позволять себе лаять, когда люди с перепоя выспаться пытаются, может только существо, пришедшее из Ада – Ким в этом уверен. Когда подушка с глухим стуком обо что-то ударилась и упала, а лай не прекратился, то парень все же поднял голову и осмотрелся. Так, он не дома – раз, собаки в комнате нет – два, собаки в доме быть не должно – три. Память начала медленно просыпаться вместе со своим хозяином и напомнила ему, что он – в Греции, живет на шикарной вилле с Чимином и двумя альфами, с одним из которых он вчера срамом занимался, а речи о домашних животных не было и близко. Тогда, откуда этот звук? Или это Чонгук решил из кошки в собаку превратиться? Или скорее в кобеля? Вторая сущность попросилась наружу в полнолуние и случайно задержалась?       Осознав, что уснуть в этом шуме, к которому еще добавился и громкий смех в довольно высокой тональности, он точно не сможет, Тэхен поднялся и выбрался из комнаты, почесывая голову и свешиваясь через перила, чтобы понять, что вообще происходит. А происходила весьма занятная картина: посреди гостиной на полу валялись Чимин и Юнги, а вокруг них весело носился пушистый пудель шоколадного цвета, заливисто тявкал и просился играть. – Пожалуйста, скажите, что мне это снится, – простонал Тэхен и не спеша побрел вниз по лестнице со все еще полуприкрытыми глазами. Пес, увидев нового человека в доме, сначала зарычал, потом подошел ближе, старательно обнюхивая, и в итоге запрыгал вокруг ног парня, выпрашивая ласку. Так-то Тэхену животные нравились, но не тогда, когда они действуют ему на нервы. Этот пес вроде даже ничего такой… ну, если бы разбудил немного позже. – Тэ, ты только посмотри, какая прелесть! – улыбался Чимин, вновь протягивая руки к собаке, принимая ее в свои объятия. – Вы где взяли это… животное? – решив не оскорблять собаку, ведь она все же не Чонгук, поинтересовался Тэхен, роняя свое бренное тело на диван, на котором еще совсем недавно они с… кхем… память, захлопнись! – Юнги-хён привел его, бедняжка потерялся, а хён его спас, – грустно ответил Пак, прижимая к себе пса, что, кажется, вообще не переживал о своей потерянности, в объятиях незнакомого омеги ему было весьма комфортно. – Возвращался в дом и он выскочил из кустов прямо мне под ноги. Вокруг никого не было, и я привел его сюда, – пояснил альфа, поглаживая кудрявую шерстку. – Он будет жить с нами, – радостно сообщил Чимин, падая спиной на пол и позволяя щенку себя облизывать. – У него есть хозяева, которые будут за него переживать, так что его надо вернуть, – подал здравую мысль непонятно откуда взявшийся Чонгук. Тэхен вздрогнул и перевел взгляд в сторону лестницы, по которой спускался альфа. Видимо, пока он спал, если спал конечно, ему в голову пришла здравая мысль, что лучший способ дожить до конца отпуска, это игнорировать наличие проблем, а в данном случае игнорировать пьянку, после которой хочется провалиться сквозь землю. Тэхен с ним был в целом согласен, но неловкостью его все-равно с головой накрывало и на альфу смотреть не очень-то и хотелось. Вернее хотелось, но... не очень. – Да, собака у нас не останется, нам бы тут самим не погавкаться, куда еще этого пуделя, – еще одна вещь, с которой был согласен Тэхен. Что-то в последнее время он слишком часто с этим напыщенным индюком соглашается, непорядок. – Нет, не отдам, – взвизгнул Чимин, крепче прижимая к себе щенка, его глаза моментально наполнились слезами, готовыми вот-вот сорваться с ресниц. – Он останется у нас. Хён… – он перевел взгляд на Мина. – Ты ведь принес его, чтобы он остался у нас? – Вообще-то я думал, что мы все вместе сможем найти его хозяина, – почесал Юнги затылок, уже жалея о своем решении. Пудель был таким же ласковым и игривым, как и его омега, вот он и притащил его домой, чтобы показать Чимину, но вышло все немного не так, как он ожидал… – Мы не сможем его оставить, Чимин-и. – Но… – нижняя губа Пака задрожала и он все же заплакал, пряча личико в пушистой шерсти. Тэхен с Чонгуком уставились на парня, пытаясь понять манипуляция это или он в самом деле успел прикипеть к щенку за те пару минут, что лохматый здесь находится, а Юнги немного испуганно придвинулся ближе, обнимая Чимина и прижимая к себе. – Тише-тише, ну чего ты расклеился, маленький, – шептал он тихонько своему омеге, пытаясь успокоить. – Щеночек хочет домой, ему там будет хорошо, правда ведь? – тихо проговорил Юнги, покачивая младшего, а затем поднял взгляд на Тэхена. – Забирай щенка и тащи его отсюда. Ошибку осознал, выводы сделал, больше не повторю, и Чимина успокою. – Вы косячите, а разгребать Тэхену, – вздохнул Ким, через силу поднимаясь с кровати и подходя к лучшему другу. – Отдай мне щеночка, Чимин-и. – У-у, – замотал головой омега, но вопреки своим словам, или вернее издаваемым звукам, хватку разжал, позволяя животному выбраться на волю. – Чонгук, иди с Тэхеном, ты английский более-менее знаешь, вам вдвоем проще будет с этим справиться, – попросил Мин друга, который только хотел присесть в кресло. – Но… – Иди, – настойчиво повторил Мин, а затем проследил, как Чонгук с Тэхеном недовольно переглянулись, закатили глаза и все же вышли за дверь вместе с пуделем. – Малыш, ну чего ты? Ты так хочешь собаку? – Да я их вообще не особо люблю… – отстраняясь, как ни в чем не бывало пожал плечами Чимин и поспешил вытереть слезы. – Просто как-то грустно за него стало, да и плюс лишний повод столкнуть лбами этих двоих. – И откуда ты только свалился на мою голову, – наигранно недовольно вздохнул Юнги, цокая языком. – Тебе напомнить, в каком именно месте я свалился на тебя с ограждения? – Черт, я и забыл, что ты в самом деле свалился мне на голову, – засмеялся Юнги, опрокидывая своего омегу на пол и принимаясь его щекотать, а затем целовать и думать о том, что они-таки приехали провести отпуск в постели, а не на пляже.

***

      Тэхен таким раскладом был явно не доволен, как и шагающий рядом Чонгук, одному щенку, кажется, было в кайф, что ему уделяют столько внимания. Он весело прыгал вокруг ног своих новых знакомых, вилял хвостом и задорно тявкал, поистине наслаждаясь отпуском, в отличии от альфы и омеги, которые того отпуска толком еще и не познали. Им нельзя оставаться наедине, это еще ни разу ничем хорошим не заканчивалось, и хоть технически вчера они начали целоваться в присутствии своих друзей, это совсем не умаляло ситуации. Они друг другу просто противопоказаны, и это нужно закрепить на законодательном уровне.       Чонгук за те пару часов, что проворочался в кровати, пытаясь уснуть, смог убедить себя принять ситуацию и в самом деле стараться делать вид, будто ничего не было и жизнь прекрасна. Правда, стоило увидеть омегу, что сегодня был на удивление в шортах (все еще свободных, но все же) и футболке, что слегка светилась, принятое решение тут же покачнулось и треснуло под напором воспоминаний. Не сказать, что неприятных, скорее наоборот, но все же… – Тебе не кажется, что нам, как минимум, стоило спросить, где именно хён нашел собаку? Не будем же мы по всему острову шариться в поисках неизвестно кого, – подал голос Тэхен, озвучивая здравую мысль. Мысли, бушевавшие в его голове, слишком давили и заставляли краснеть и бледнеть одновременно, а потому лучше отвлечься на разговоры. Правда, рядом не самый лучший собеседник, но выбирать, к сожалению, не приходится, ведь если бы пошел не Чонгук, а Чимин, то они бы этого пса никогда не вернули. – Вовремя ты об этом вспомнил, когда мы уже отошли на приличное расстояние от дома, – фыркнул альфа. – Отмотаем время назад, вернемся в прошлое и спросим? – А еще можно раскинуть мозгами, если таковые имеются, достать телефон и просто позвонить, – фыркнул в ответ Тэхен, зачесывая ладонью назад темные пряди и открывая лоб. – Если бы тебе было, чем раскидывать, то мог бы уже давно это сделать. – А если бы, – хотел было вновь укусить Тэхен, но пес перед ними громко зарычал, приняв готовую к нападению стойку. И ладно бы он где-то кошку увидел или еще что, но нет, он смотрел прямо на них двоих, скаля зубы. – Мы даже собаке надоели… – Да уж… – вздохнул Чонгук, потирая лицо ладонями и решаясь все же озвучить мысль, которая сегодня несколько раз посещала его голову, но он уверенно гнал ее прочь. – Слушай, давай подпишем пакт о ненападении? Хоть мы друг друга и раздражаем, но у нас, как минимум, есть дела поважнее – держать под контролем Юнги-хёна и Чимина. А как максимум, я не хочу портить себе отпуск, я его слишком долго ждал, чтобы вот так просрать. – Ты меня не просто раздражаешь, а очень сильно раздражаешь, – дернул Ким плечом, а затем, закатив глаза, все же повернулся к Чонгуку. – Но я согласен, как бы сильно ни хотелось это признавать. Я свой отпуск тоже кровью и потом выбивал, так что хотелось бы не беситься из-за твоей рожи, что каждый раз перед лицом маячит. – Ты снова начинаешь? Мы тут о мировой договариваемся или войну усугубляем? – Чон сложил руки на груди, внимательно глядя на Тэхена. Конкретно в этот момент омега казался ему до ужаса милым, было видно, что он не особо хочет кусаться, а делает это скорее из вредности. – Эта реакция на тебя уже вошла в привычку, ничего не могу поделать, – ответил он, а затем несмело протянул руку. – Я не бешу тебя, ты не бесишь меня, не попадаешься на глаза, не говоришь со мной, не смотришь на меня и даже не дышишь со мной одним воздухом. – Вот в данный момент ты меня очень сильно бесишь, сходу нарушая договор, – улыбнулся альфа, а затем и вовсе засмеялся, не веря, что они, взрослые люди, ведут себя сейчас как дети. Пудель у ног тявкнул, подгоняя их к какому-то решению, и Тэхен все же сдался. – Ладно, мир, но только до конца отпуска. Если я увижу тебя в Корее, то обязательно наступлю тебе на ногу! – Тэхен, – Чонгук уже откровенно смеялся, чем только смущал омегу, но ему это было лишь в радость, он смущался вчера – Ким сегодня, все честно. – Молчу, – окончательно принял поражение Тэ, пожимая крепкую руку и позволяя себе шальную мысль о том, как приятно эти руки вчера сжимали его собственные бедра и ягодицы. Черт… – Вот и отлично. А еще пристально следим за нашими друзьями. У хёна прекрасный омега и я не позволю твоему Чимину испортить их отношения, ты же слышал, как он вчера отзывался о своей паре во время игры, – Чонгук двинулся дальше по дорожке, всматриваясь в мимо проходящих людей и надеясь, что хоть кто-то из них ищет гавкающую потеряшку. – У Чимина тоже отличный альфа, наконец-то нормальный попался, и твой хён ему в подметки не годится, так что наедине их оставлять нельзя. И нужно контролировать, чтобы ночи они проводили каждый в своей спальне! – Тэхен семенил следом, чувствуя, как его настроение постепенно приподнимается. Все же кусаться тоже порой утомляет. – И пока мы тут поисками занимаемся, они там, кстати, вдвоем остались… – Так что, звоним хёну, узнаем, где он нашел пуделя, быстро его возвращаем и спешим домой? – Чонгук резко развернулся, отчего Тэхен вписался в его грудь, но резко отшатнулся, потирая ушибленный нос. Дистанцию им все же стоит держать… – А еще можно посмотреть, что написано на медальоне собаки, заботливые хозяева обычно предоставляют информацию на такие случаи. – Ты, оказывается, можешь быть гением, когда коготки прячешь, персик, – улыбнулся альфа, присаживаясь к собаке и изучая надписи на висящем золотистом медальоне. – Его зовут Холли и здесь есть номер телефона!       Пока Чонгук звонил и о чем-то разговаривал на английском с предполагаемыми хозяевами, Тэхен пытался скрыть свой румянец, который залил даже кончики его ушей после услышанного обращения. Стоило один раз не выпить блокаторы, как этот наглый альфа унюхал его природный аромат и теперь использует эту информацию против самого же Кима, заставляя смущаться. Нет, оно конечно приятно, но черт возьми, нельзя же вот так! – Я все выяснил, пойдем. Их вилла находится почти рядом с нашей, Холли выскочил через открытую заднюю дверь и пошел прогуляться. – Надо лучше за собаками следить, они вообще-то не игрушка, – пробубнил Тэхен, разворачиваясь в обратном направлении. – Да хватит тебе бухтеть, персик, тебе пока еще по возрасту не положено. Это хён пускай бухтит, ему уже на пенсию пора, а тебе, молодому и красивому, рано еще. – Это ты что сейчас, – Ким развернулся, нахмурив брови, – комплимент мне сделал? – Я? Тебе послышалось, – улыбнулся Чонгук, убегая вперед вслед за псом, который, кажется, внезапно вспомнил дорогу домой. – Бесишь, Чон Чонгук! – прошипел Тэхен, уходя следом и стараясь скрыть нагло просящуюся на лицо улыбку. Черт бы побрал этого альфу, который… который… бесит который, вот!