К звёздам.

— Первый день — самый важный, чтобы сменить часовой пояс, — уже в номере Лиза раскладывает вещи по полочкам и развешивает костюмы — короткая, произвольная, показательный… Надо бы тоже заняться распаковкой чемоданов, но пока сил хватает только на то, чтобы сидеть на кровати и смотреть в окно. Вид красивый, зеленый парк, река, кусочек арены чуть подальше… Надо будет прогуляться. — Ты же никогда раньше не была за океаном? Трясу головой. И хоть Лиза и спиной ко мне, она замечает мое отражение в зеркале. — Ну так вот. Как говорится, в Риме будь как римляне. Следуй их режиму дня. И в первый день, как бы спать не хотелось, надо дотерпеть часов до девяти. Тогда и проснешься в нормальное время, не посреди ночи. А дальше уже будет легче. Тем более на тренировки всего три дня. Так деловито и серьезно. Сразу видно — готова рвать и метать. — Лиз… А как дела вообще? Лиза вдруг останавливается. Ловит мое отражение в зеркале. Отбрасывает стопку футболок в сторону и с улыбкой плюхается на мою кровать. Я тоже растягиваюсь рядом. Скрещивает руки на груди и переводит озорной взгляд на меня: — Хорошо. Я в Канаде. На чемпионате мира. Два года нас тут не было, а на последнем, в 2021 году, я взяла серебро. Точно. Два года без России на ЧМ. И теперь Лиза дождалась, вернулась. — Но и Монреаль — новый город, хочу посмотреть, что тут у них есть интересного. Ну и прикупить всякого барахла, желательно, уже на призовые. Смеемся. — Так что все хорошо, Маш, все отлично. А у тебя как дела? Такая простая фраза, но сколько всего в ее голосе. И волнение за мой результат, и мое состояние, и мою форму, и даже за мои впечатления от Канады. Как же хорошо я знаю Лизу. И как же хорошо она чувствует меня. — У меня тоже хорошо… в принципе. Ну, волнуюсь немного. Как-то не понимаю, что вот он — чемпионат мира. Не верится. Не осознаю. Лиза с заботой сжимает мою руку и встает с кровати, снова активируя режим старшей сестры: — Так и не успеешь осознать, как домой надо будет ехать. Время на соревнованиях с бешеной скоростью летит. Вливайся побыстрее. Кстати, ты же свои таблетки перед сном пьешь? Чувствую, как тело напрягается. Но Лиза знает, она не может не знать. Но все равно некомфортно. Сажусь на кровати и медленно киваю. — Сегодня выпей за три-четыре часа до. Все-таки резко менять режим приема из-за перелёта — тоже вредно. Устремляю тяжелый взгляд в пол, но Лиза снова выводит меня из мыслей. Она что-то листает в телефоне и вдруг восклицает: — О, Морис и сборная Грузии только что заехали! Пойдем вниз поздороваемся? Улыбаюсь. Лиза знает почти всех. — Иди, я догоню. Хочу хоть сходить в душ и переодеться с дороги. — Ну ладно. Если заблудишься — пиши. Подхватывает куртку и сумку. — И ещё, — склоняется надо мной с грозным взглядом, — Знаю, что хочется, но, Машка, даже не вздумай спать! — Да не буду! — игриво отпихиваю ее и встаю на ноги, — Буквально десять минут и встречу вас внизу. Сразу, как дверь захлопывается, я действительно направляюсь в душ. Горячая вода струится по коже, снова придавая жизнь телу. Все-таки после перелёта чувствую себя максимально странно. Будто бы в каком-то трансе, а в груди клокочет необъяснимая тревога. Подставляю лицо под горячие капли. Ничего. Вливаемся. Сейчас поболтаем с другими сборными в лобби, через час — на ланч, потом, может, успеем погулять и размяться в зале, потом ужин, а после ужина Алексей Николаевич собирает меня, Лизу и Женю для наставлений и плана подготовки. Может, если это быстро, еще раз получится вырваться на прогулку перед сном. Прямо в полотенце падаю на кровать. Надо хоть пару минут обсохнуть. Проверяю телефон, вчитываюсь в расписание тренировок, которое три дня назад там выслали по почте. Один лёд утром и один — вечером. Потом вижу, что друзья с катка желают нам удачи. Кто-то скидывает фотку, видимо, незаметно сделанную журналистами в аэропорту: мы с Петей и Лизой куда-то направляемся с каменными лицами, моя косичка совсем растрепалась, а взгляд обычно живых зеленых глаз устремлен в пустоту. Какие-то грустные. Надо хоть с лицом попроще ходить, тут каждый шаг на виду. Много уведомлений из инстаграмма. Хочу проверить, не написал ли Илья, но чувствую, как взгляд отказывается фокусироваться. Рука тоже отказывается держать телефон бессильно падая рядом. И я на секунду закрываю глаза. *** Когда я просыпаюсь, за окном темнота. Долго силюсь сообразить, где я, и когда понимаю, что проспала я, наверное, всё, приходит отчаяние. Вот чёрт. На часах девять вечера. Вот такой вот дневной сон длиною в пять часов. Ух. Хочется выть. Лиза же предупреждала. Теперь состояние из разряда ‘а какой сейчас год’. Голова трещит, тело ломит от слабости, а во рту пересохло. Открываю мини-холодильник и залпом осушаю две маленькие бутылочки воды. Не помогает. Надо спуститься вниз и взять еще. Может и ужин еще не закончился. Открываю чемодан и натягиваю первую попавшуюся майку и широкие белые спортивки. Беру телефон и ключ-карту, бросая последний взгляд в зеркало перед выходом. Ну и видок. Меня будто бы пожевали и выплюнули. Уже в лифте пытаюсь пригладить волосы и хоть как-то придать себе живой вид. Главное, никого не встретить. Но, конечно же, по всем законам вселенной… — О, Мария! Попав на нужный этаж, я замечаю Илью Малинина в другом конце коридора. Он уже несется мне навстречу, но, приблизившись, замирает: — Оу… А что с тобой? Действительно. Рядом с Ильёй мое состояние, наверно, заметно еще больше. Он-то прямо кипит энергией, глаза горят, улыбка озаряет лицо. Одет он в куртку сборной, темно-синюю, с тремя звёздочками на спине. Вроде бы до стартов еще жить и жить, а он уже готов побеждать. Тяжело вздыхаю и с улыбкой хватаюсь за голову: — Да не настолько же все плохо!.. Привет. — Привет. Ну, как сказать… Илья тянется обнять меня за плечи, но я все еще держу свою голову, поэтому получается неловко. Шутливо бью его по плечу: — Да нормально всё. Я просто уснула. И не понимаю, почему ночь, а не утро. Он смеется. — Ну конечно, после перелёта… У нас это называется jetlag. Я пытаюсь завязать волосы в хвост. — Ага, знаю… И кстати, почему Мария? Ты прямо как в паспортном столе. Наклоняет голову. — А как? Становится немного неловко. — Ну… Маша. Вообще-то. — Ааа… — Илья тоже поправляет волосы и задумчиво переводит взгляд в потолок, — Понял. Мог бы и догадаться. Я просто не одной Марии кроме тебя не знаю. То есть, ни одной Маши… Я улыбаюсь. — А ты когда успел приехать? Писал же, что еще день тренировок. — Сегодня. Потренировался и прилетел. Только что из аэропорта. Нам-то лететь совсем близко. Точно. Монреаль — хоть и другая страна — на карте всего лишь чуть-чуть севернее его Вашингтона. Наверно, два часа полёта. — Ты ужинала? — Как видишь, нет. Только проснулась. — Пошли вместе. Хочу улыбнуться, но сдерживаюсь. Конечно, это ничего не значит. Но вот просто взять и позвать на ужин. Там еще, наверное, будет человек сто наших знакомых и друзей, ну да ладно. — Пошли конечно.