К звёздам.

Оказывается, ресторан для спортсменов другой, на этаж ниже. Илья устремляется вперед по лестнице, а потом и по коридору, показывая дорогу. — Кстати… А познакомишь меня с остальными? — С кем? — Ну я знаю только Гуменника. Кондратюк и… Семененко, да? А ну и Туктамышева, и Трусова… То есть Саша! Любит Илья всех как-то слишком официально называть. Но вдруг он резко останавливается и достает телефон. — Кстати, я скачал телеграмм! Расскажи, как тут все работает. И добавишь свой номер? Вот теперь я не выдерживаю и заливаюсь смехом. — Илья, а ты прямо с козырей зашёл! И поужинать, и номер дать… Все еще хохочу, но Малинин выглядит немного растерянно. — Что… С каких козырей? И вообще, что… Да это я не в этом… — Да поняла я, конечно. Просто забавно получилось. Давай сюда, ты можешь просто мой ник ввести. Пару секунд вожусь с его телефоном. — Ну вот. Сейчас стикеров тебе накидаю, у меня целая коллекция. И ты можешь их добавлять. — Это как? — Разберешься. Полегче, чем четверные прыгать. — О, какие люди! Когда слышу голос Лизы, вдруг понимаю, что мы просто стоим посреди коридора. Мгновенно отдаю оба телефона Илье и несусь в ее объятья. — Лиза, Лиза! Я не знаю, что произошло, правда! Я просто моргнула и прошло пять часов. Прости, вы, наверное, меня ждали… Лиза, хоть и чуть ниже меня, но все равно обнимает меня крепко-крепко, прижимая к себе, как ребёнка: — Да ну ничего, нам и без тебя было весело, — смеется, а я пытаюсь снова в шутку ударить её по плечу, — Ты, главное, иди поешь, скоро уже ужин закончится. Но уснуть ночью теперь тебе будет непросто… Лиза отпускает меня и оборачивается. — И еще, через пол часа мы у Алексея Николаевича собираемся. А это, должно быть… — Илья, — Илья протягивает руку, широко улыбаясь. Совсем по-американски. — Лиза. Очень приятно. — Взаимно. Лиза почему-то переводит взгляд на меня и едва заметно вскидывает бровь. Отпускает его руку. — Илья, а открой, пожалуйста, секрет. Четверной аксель мы увидим? Он все с той же улыбкой пожимает плечами. — В программе? Посмотрим после короткой. Но на тренировках, конечно же, будет. Так что приходи смотреть. — Ну что ж, удачи. А сейчас бегите есть. И, Маш, через полчаса наверху. — Разумеется. За столом не усну, обещаю. Лиза в последний раз сжимает мою руки и направляется в противоположную сторону. — Ой, Маш, чуть не забыла! Дай карточку от номера, я свою где-то потерять успела. Я тебе потом занесу. — Лови! Кидаю Лизе электронный ключ и машу на прощание. Мы направляемся дальше, а Илья снова выглядит удивлённо: — У тебя ее карточка? — Нет, да, ну, моя. У нас с ней один номер. Илья удивленно поднимает светлые брови: — Правда? — Ага. А ты с кем? — Ни с кем. У нас у каждого отдельный номер. Теперь уже моя очередь удивленно вскидывать брови и театрально закатывать глаза: — Ну извини меня, не у всех настолько богатая федерация! Смеемся. — Так напишите в ISU, они могут проспонсировать. — Зачем? Вдвоём-то даже веселее. К тому же, они и так нам костюмы финансируют. — Так нам тоже. — Твои костюмы и финансировать не надо. Это реально печальное зрелище, Илья. Одна твоя просто-черная рубашка на прошлом чемпионате мира чего стоит… Обиженно поднимает руки и запрокидывает голову назад, отбрасывая волосы: — Да хватит, все пошутили уже раз сто. В этом сезоне костюмы лучше, согласись. — Ну хорошо, и правда лучше. Но есть, куда расти. Помнишь, какие были у Юдзуру Ханю? Или хотя бы как у Кевина Аймоса… — Нет, ну такое я точно не надену… — Это еще почему? Но мы уже подходим к ресторану, где у входа стоит стол для регистрации спортсменов. Милая девушка в маске озаряет нас потоком канадской гостеприимности. — Good evening! Are you here with ISU? За ту секунду, которая требуется мне, чтобы обработать информацию, Илья уже бодро кивает. Девушка берёт со стола длинный список и ручку: — Сan I get the names and room numbers, please? Уже хмурюсь, силясь собрать последние остатки сознания для восприятия английской речи, но у Ильи уже все схвачено. Он загадочно улыбается и делает жест рукой, мол, сейчас всё будет. Замечаю, что даже тон его голоса меняется, когда он переходит на свой второй родной английский: -Ilia Malinin and Mariia Vishnevskaia. Rooms 715 and… -поворачивается ко мне и с улыбкой щелкает пальцами, — У тебя какая комната? Но я уже поднимаю палец вверх и многозначительно смотрю на Илью. Как говорится, I got it. — Two thousand… and seventeen. Вот так вот я умею. Двести семнаднадцать. Смотри. Он действительно с улыбкой поднимает брови. — Ну, молодец… Маша… Девушка еще пару секунд вчитывается в список, но потом все-таки ставит галочку напротив моего имени и выдает нам две тарелки. Уже подходя к шведскому столу, замечаю, как Малинин пытается сдержать улыбку. — Что такое? — Ничего. — Нет, рассказывай. Молчит. Вертит тарелку в руках. Бросаю на него последний любопытный взгляд и все-таки направляюсь к столу с ужином. Пока я открываю крышку с горячим, Илья вдруг подходит сзади, наклоняется надо мной и шепчет, совсем тихо: — Вообще-то… Правильно two hundred seventeen. Почти инстинктивно и как можно незаметно заряжаю ему локтем под рёбра. Чувствую, как он сгибается пополам, скорее от неожиданности. Я оборачиваюсь. — Вообще-то, для меня вообще-то достроили отдельный двадцатый этаж с номером 2017. Смеется. — Ну, это мы проверим.