На грани

      Позднее закатное солнце расползалось красивой, словно шёлковое одеяло картинкой на белой стене кухни. Комната была наполнена тёплым весенним светом, а в воздухе летали небольшие пылинки, осторожно опускающиеся на поверхность гладкого пола.       Пальцы Кими дёрнулись, ощущая под собой гладкий и чистый пол. Солнце светило так ярко, что даже сквозь закрытые глаза оно всё равно проникало под веки. Тело жутко ломило и юноша даже не мог пошевелиться, но острое чувство тошноты и крови во рту всё-таки заставили его попытаться открыть глаза. Он не видел себя, но точно чувствовал, что его лицо явно увеличилось в несколько раз. В квартире Кими был совершенно один, поэтому сейчас ему даже не стоило ждать от кого-то помощи.       Глаза наконец смогли открыться полностью и он сфокусировал зрение на своих пальцах. Под аккуратными ногтями была видна засохшая кровь. Костяшки были сильно сбиты. Кими попытался пошевелиться снова, но на этот раз боль оказалась жгучей, чем до этого. Придя в себя еще больше, его будто бы прошибло током, как только он попытался пошевелить левой рукой. Кими пронзила острая боль, от чего появились мысли о переломе. Юноша ещё никогда не чувствовал себя настолько беспомощным, как сейчас. Всё тело было будто бы одной большой гематомой. Поняв, что двигаться бесполезно, он чуть двинулся и снова ощутил, как его глаза закрываются, теряя только недавно появившееся ощущение тепла весеннего солнца.       Пальцы снова дрогнули и на этот раз Кими смог открыть глаза быстрее. Голова жутко кружилась, а чувство тошноты продолжало нарастать. Юноша закашлялся и на пол упало пару капель крови, напоминающих о последствиях вчерашней драки. Он вздохнул, понимая, что ему нужно было собраться с силами, дабы преодолеть боль и хотя бы подняться с пола.       Левой рукой всё ещё невозможно было пошевелить и ему пришлось подниматься, используя всего одну, благо, он весил немного. Облокотившись на шкаф, стоящий в прихожей, Кими тяжело вздохнул. Перед взглядом всё ещё плыло, а начавшее всходить солнце резко ударило по глазам, заставив того поморщиться и прикрыть те рукой. Нащупав телефон в кармане, он достал его, глянув время, убрал на полку.       Мыслей в голове, кроме тех, что нужно поскорее добраться до аптечки не было. Мозг будто бы отключился и перестал воспринимать реальность нормально, фокусируя все внимание только на состоянии юноши. Зацепившись взглядом за открытую вторую дверь, Кими тут же зацепился за неё второй рукой, вставая наконец на ноги. Мышцы болели от долгого бега, но это не сильно его беспокоило, по сравнению с другими проблемами. Он внезапно пошатнулся и влетел поврежденной рукой в выступ двери, из-за чего по квартире тут же раздался наполненный болью вскрик.       На стол было высыпана куча таблеток, среди которых ему удалось найти нужные. Кими принял почти всю упаковку, надеясь, что это хоть немного снимет боль. Пустая палетка с характером звуком была откинута куда-то в сторону, а тонкие пальцы ухватились за полупустую бутылку воды на столе. Выпитые на голодный желудок таблетки, помимо нужного эффекта дали ещё большее чувство тошноты и его вырвало прямо на пол. От такого напряжения поврежденный торс тут же дал о себе знать.       — Гх, блять, – выругался юноша, снова плюхнувшись на пол.       В глазах сейчас плясали различные размытые фигуры и он с трудом различал даже бьющий в окна свет. Действие таблеток было довольно длительным и Кими снова начало клонить в сон, в основном из-за того, что дозировка обезболивающего была сильно превышена. Карие глаза последний раз взглянули на окно, перед тем как снова погрузиться в одинокую темноту.       — Какой ужас, – хмыкнул юноша.       Стянув с себя грязную футболку, закинул её в стирку. Сейчас он стоял полностью обнажённый перед большим зеркалом в ванной, осматривая своё тело. Конечно, оно оставляло желать лучшего: на плече левой руки появился огромный синяк, да и аккуратно двинув плечом, Кими тяжело вздохнул, видя, как из-под тонкой кожи выпирает плечевая кость. На спине была куча гематом, а на правом боку разрастался более яркий синяк, чем остальные, и стоило надавить на него, как Кими тут же согнулся.       — Блять, походу эти уроды сломали мне ребро, – фыркнул тот, убрав с лица волосы, осматривая его. Губы были сильно разбиты, особенно на уголках было много ссадин. Глаза опухли, а на щеке начал появляться яркий синяк. Нос был разбит, но по ощущения не сломан.       Во время того, как юноша принимал душ, телефон в прихожей начал вибрировать, а на дисплее высветилось «Даня». Вибрация осталась не услышанной, а на звонки так и не последовало ответа.

***

      — Сука! – выругался Даня, кинув телефон куда-то на кровать.       — Эй, вообще-то это мой телефон, давай аккуратнее, – возмутился Слава, но его больше волновало состояние друга, нежели сохранность своего телефона. — Может на работе запара или на учёбе? Он же и в сеть не заходил. Может уехал с родителями в какую-то глушь.       — Нет у него родителей, а в кафе я был, девчонка эта сказала, что не видела его уже 2 дня. – тяжело вздохнул, опустившись на скрипучую кровать в их убежище.       — Ты знаешь адрес, почему бы тебе не сходить к нему? – предложил тот, крутя телефон в руках.       На этот вопрос Даня не ответил, что заставило его друга забеспокоиться ещё сильнее. После появления Кими в жизни Белановского он стал всё больше открываться с другой стороны, которые не всегда были показаны Славе или остальным. Не то, чтобы это плохо, но непривычно видеть Даню таким.

***

      Телефон Кими всё также лежал в коридоре, куда тот и положил его вчера утром. Он то и дело вибрировал, но юноша не обращал на это никакого внимания. После всей этой ситуации не было никакого желания или даже сил общаться с кем-то. В основном Кими просто слушал музыку и лежал в постели, заглатывая обезболивающее. Рука и головные боли никак не прекращали ноющую боль, несмотря на то, что плечо и торс юноша зафиксировал эластичным бинтом. От головы начал принимать обезболивающее. Его часто мучала рвота, головокружение и просто обычная головная боль. Есть не хотелось от слова совсем, но приходилось закидывать в себя хотя бы немного еды.       Кими лежал на постели и просто смотрел в потолок. Голова снова кружилась и пришлось закрыть глаза. В памяти постоянно возникала недавняя драка и юношу внезапно посетила фантомная боль в области груди, а также те чувства, что он испытал тогда. Он вытянул свою руку вперед, приоткрыв глаза, сжал ладонь так, как будто держал в них ножницы. Воспоминание об ударе тут же появилось яркой вспышкой в его голове из-за чего тело передёрнуло, а по коже побежали мурашки. Кими старался не думать о Дане, но как только его начало клонить в сон, лицо парня возникало в голове.       — Снова не смог постоять за себя? – хмыкнул парень, находясь прямо перед избитым юношей. — опять доказал, что всем на тебя наплевать, даже твоим собственным родителям, которые месяцами не появляются дома, лишь бы не видеть, какое отродье называется их сыном.       — Заткнись! Ты ничего не знаешь о моих родителях!, – возмутился юноша и попытался подняться, но всё тело тут же пронзила жуткая боль. —Ты.. Ты ничего не знаешь.., - всхлипнул Кими и тут же почувствовал, как сильная ладонь схватила его за лицо, подняв на себя.       — Ты ничтожество. Ты слаб. Жаль, что те ножницы не оказались в твоём сердце, - лицо парня тут же скривилось в довольной улыбке, пока на лице юноше смешивалась кровь и слёзы, а сердце билось так быстро, будто бы сейчас выпрыгнет. Кими проснулся в холодном поту. Глаза были мокрые и он резко проверил своё тело, а не найдя новых ран и очагов боли спокойно выдохнул.       — Просто кошмар... – произнёс юноша, но внутри всё равно осталось недоверие к самому себе, что это и правда было сном. Стрелка настенных часов неутомимо проходила круг за кругом, в глазах снова начало всё плыть, но Кими лишь снова закрыл их, погружаясь в одиночество и полнейшую темноту.       — Почему вы оставили меня, – тихо пронеслось в тёмной комнате. – Неужели настолько сильно ненавистна даже мысль о том, что у вас есть ребёнок? Сын, детские фотографии которого наполняли наш дом. Сын, которого обожали все бабушки и дедушки. Сын, первые шаги которого вы засняли на старую нокию. Мам, почему? – судя по всему из-за полученной травмы головы, всё то, что юноша так долго пытался забыть вырывалось наружу. — А ты, почему ты со мной? – юноша кинул взгляд в освещённый угол комнаты, в котором сейчас стоял высокий силуэт короткостриженого парня. На его лице была добрая улыбка, но он просто молча стоял. Кими, смотря на этот силуэт лишь чувствовал, как сильно сжимается его сердце, иногда будто бы совсем переставая биться.       — Эй , хватит! Даня, блять, успокойся! –рыкнул Слава, блокируя быстрые удары друга. –Сука, да перестань ты!– крикнул парень и в челюсть Данила прилетел несильный удар кулаком. Даня осмотрелся и понял, что загнал Славу в угол ринга и выбил из его рук вторую лапу для тренировок.       — Я...Извини, задумался, – вздохнул тот, подняв выбитую лапу, протягивая её Славе.       — Да иди ты на хуй, –парень грубо отпихнул большую ладонь. –Я с тобой в таком состоянии больше на ринг не выйду. Ты либо бабу трахни, либо к своему нефору домой сбегай, а то скоро будешь уже на людей бросаться, – фыркнул Слава, демонстративно кинув лапу в конец ринга.       Данил лишь тяжело вздохнул,вытаскивая телефон, снова набирая номер Кими, удержавшись от того, чтобы разбить дисплей после того, как снова наткнулся на автоответчик. В голове резко всплыл силуэт юноши на том видео с девушкой.       — Сука! – на крик обернулись все присутствующие в зале, а Даня лишь вышел из помещения, сжимая руки в кулаки.       Телефон снова вибрировал, заряда на нём осталось не так много, а на дисплее было уже около 30-ти пропущенных от одного и того же номера.       — Ты снова здесь? – хмыкнул юноша, увидев в углу ванной комнаты высокий силуэт. – Может уже скажешь, что тебе надо? – поинтересовался Кими, потянувшись к очередной палетке обезболивающих, но его тело тут же прошибла жуткая боль, из-за чего его снова стошнило.       За окном уже прилично стемнело и двор около дома Кими освещал единственный фонарь, в свет которого сейчас встал темный силуэт, направив свой взгляд прямо в закрытое тёмными шторами окно. Тихо чиркнула зажигалка, а в холодном воздухе поднялись клубы плотного дыма с запахом шоколада.       Тёплые струи воды падали на чёрные длинные волосы, а после мягко скользили на худое тело, не забывая прощупать каждую его частичку.       — Опять здесь? – задал вопрос Кими куда-то в пустоту, отодвинув шторку, встречаясь с безумным взглядом силуэта. Юноша замер, продолжая стоять под каплями уже чуть тёплой воды. Стоило только Кими поймать взгляд голубых глаз, как силуэт с бешеной скоростью двинулся на юношу. По ванной комнате раздался громкий вскрик, а после послышался звук удара. Юноша поскользнулся, ударившись затылком о крупную часть ванны. От повторной травмы в голове появилась яркая вспышка и мозг начал воспроизводить всю жизнь Кими в быстрых картинках, а на белом акриле ванны под головой юноши начали расползаться следы яркой крови.       Стоило телефону окончательно разрядиться в дверь неожиданно позвонили.       — Эй, Кими, это Даня. Ты не отвечаешь на звонки и... – стоило парню прислушаться, он услышал лишь какие-то странные звуки, но подумав о занятости хозяина квартиры, решил немного подождать, усевшись на ступеньку лестницы.       На двадцатой минуте ожидания, когда парню это надоело, он позвонил в дверь снова, но не услышал даже того, что говорило бы о наличии кого-то внутри. Схватившись за ручку он сильно подёргал её, будто бы надеясь, что дверь открыта.       — Это уже не смешно. – Данил снова нервно подёргал ручку и попробовал позвонить, но из-за двери снова не донеслось ни единого звука. — Ты либо сам откроешь эту ебаную дверь, либо я её выломаю, обещаю.       Голос у парня был громкий, поэтому на крики слегка открылись соседние двери, выпуская любопытных поглазеть. Даня сжал ладонь на дверной ручке ещё сильнее и рыкнув, всё таки принялся ломать дверь, благо, она была не железная. Вторая оказалась не заперта, поэтому переступив через вынесенную с хлипких петель входную дверь, Данил оказался в квартире , предварительно захлопнув вторую, ограничивая доступ соседям. Взгляд, быстро пробежавшийся по небольшой квартире, упал на разряженный телефон на полке, но больше всего Даню волновала включенная вода в душе, но постучавшись в неё, ответа не последовало.       — Я вхожу, – сказал Даня, дёрнув ручку, проходя внутрь ванной комнаты. Куча разбросанных пустых палеток болеутоляющего ввели парня в ступор, но он быстро вышел из него, увидев в ванной бессознательное тело.       — Блять! – вскрикнул парень, оказавшись рядом с Кими в считанные секунды. Наполненная небольшим количеством воды вперемешку с кровью ванна заставила Данила посмотреть на вены юноши, но быстро выкинув эти мысли из головы, он схватил Кими за вывихнутое плечо, что сразу же почувствовал, отдёрнув руку будто бы от кипятка, прижал его к себе, слегка приподнимая из воды.       Набрать номер скорой помощи из-за трясущихся рук удалось только со второго раза, но и там парня ждали плохие новости. Не было свободных машин.       — У меня человек без сознания неопределённое количество времени, какие в пизду свободные машины!? – Даня явно был на взводе, руки жутко тряслись, пока он прижимал к себе мокрое обнажённое избитое тело юноши. – Девушка, пожалуйста, мне очень нужна помощь врачей, прошу вас. – он попытался успокоиться , а когда в трубке послышался женский голос, быстро назвал адрес.       На удивление, скорая приехала быстро. Врачей напрягла выломанная дверь, а после и дрожащий мокрый Даня. Он указал им на комнату в которую отнёс Кими, прижимаясь к дверному косяку. Губы парня от волнения были уже до крови обкусаны, а на руках появились покраснения из-за постоянного трения. Данил даже не с первого раза среагировал на вопрос врачей.       — Что? – растерянно послышалось со стороны, пока он продолжал кидать на Кими обеспокоенные взгляды.       — Паспорт, полис, хоть что-нибудь есть? – спросила девушка, в то время как фельдшер осматривал юношу.       — Я... Я не знаю, я поищу. – как-то расплывчато ответил Данил, что заставило обоих сотрудников нервно переглянуться. Он не был любителем шариться по чужим вещам, но сейчас занимался именно этим, пытаясь найти хоть какие-то документы. Ему повезло,что быстро нашёл паспорт, протягивая тот в руки девушки.       — Кем вы ему приходитесь? У него сильные повреждения, да и дверь на входе... – издалека начала девушка, явно намекая на то, что этим заинтересуется полиция.       — Я друг. Он не отвечал на звонки, а дверь была закрыта и... В общем, дверь признаю, а про побои я не знал.       Осмотр, во время которого Кими продолжал оставаться без сознания длился довольно долго, поэтому проводить какие-то манипуляции было сложнее.       — Черепно-мозговая травма, вывих левого плечевого сустава, многочисленные гематомы, повреждения большой площади лицевых участков, перелом ребра и... Судя по всему, несильно повреждены внутренние органы. Нужна госпитализация. Также мы обязаны доложить об этом в полицию, юноша несовершеннолетний. На этих словах Данил вздрогнул, ведь на такой случай точно сбегутся менты, а этого явно не надо было.       — А если нет? – неожиданно спросил парень, встретившись с фельдшером взглядом. — Я заплачу. – Данил явно был настроен серьезно и между мужчинами повисло неловкое молчание. Сотрудник цыкнул. Он знал, что Даня не причастен к избиению Кими, ведь на самом парне не было характерных отметин после такой драки. Да и волнение вперемешку со страхом выглядело очень правдоподобно.       — Деньги тут не помогут, если будут осложнения, повесят всё на тебя. Пиши отказ от госпитализации. Я укажу в рапорте, что вызов был на высокую температуру. Вот рецепт на лекарства и рекомендации, что нужно делать для восстановления. – мужчина всунул в руки Данила бланк и, забрав нужные бумаги, вышел из комнаты. Парень лишь облегчённо выдохнул, сжав в руке бланк, но тут же нахмурился, стоило перевести взгляд на юношу.       — Вепрев Александр, значит. – хмыкнул Даня, заглянув внутрь чужого паспорта.       Саша пришёл в себя спустя часа 3 после отъезда скорой. Голова жутко раскалывалась, но действия от лекарств фельдшера всё ещё заглушали основную боль. На торсе была эластичная повязка, больше походящая на корсет, а вывихнутое плечо было туго зафиксировано.Взгляд долго не мог сфокусироваться в одной точке, но как только это случилось, карие глаза наткнулись на сидящего в кресле Даню, а после и вовсе встретились с недовольным, явно рассерженным взглядом. Оба молчали, но напряжение между ними явно нарастало и Саша, не выдержав такого давления отвёл взгляд. В памяти снова всплыла вспышка из того кошмара и юноша потряс головой, стараясь выкинуть его из головы.       — Ты...Как ты вошел? – послышался тихий голос со стороны кровати.       — Через дверь. – Даня ответил довольно саркастично, ведь это было единственным логичным ответом в данной ситуации.       — И... Что ты тут делаешь?       — Сижу, очевидно. Может перестанешь уже переговариваться со мной и объяснишь, что произошло? Не отвечаешь на звонки трое суток, а потом я нахожу тебя в крови в ванной. – голос парня стал чуть громче и напряжение начало нарастать ещё сильнее.       — Да какая к чёрту разница! Ты ворвался в мой дом и теперь допрашиваешь меня, какого хуя!? – вспылил Саша, показывая в голосе всё своё недовольство.       — Какая разница!? Может та, что я переживаю за тебя, нет, не варик? Я все еще слушаю, чё, блять, случилось! – Данил также сидел на кресле, но уже явно готовился к тому, чтобы подняться.       — Иди. На. Хуй. Такой ответ тебя устроит? Шёл, шёл, очнулся – гипс! – снова пошел в агрессию Саша. Его можно было понять, ведь он так не хотел , чтобы Даня видел его таким... Таким беспомощным, жалким, избитым.       — Хуйню не неси. – рыкнул парень, сделав шаг, оказался рядом с кроватью, грубо схватив Сашу за подбородок. – Я повторю ещё раз, что произошло? Голубые глаза так пристально смотрели в чужие, будто бы прожигая взглядом насквозь, а ладонь на подбородке одновременно так нежно, но грубо сжимала пальцы. Саша рыкнул, вырывая лицо из чужой хватки закрылся волосами,опустив голову, но через минуту всё таки начал рассказывать.       — И... Я ударил его ножницами в бедро. Они повалили меня и избили толпой. Скорее всего меня ищут и явно так просто не отпустят. – выдохнув, сказал юноша.       — Что ты, блять, сделал? – Даня подскочил со стула, положив руки на свою шею. – Хочешь сказать, что ты пырнул одного из оффников ножницами в ногу? Чем ты думал? – Даня слегка повысил голос, но как только Саша вздрогнул, тут же выдохнул, успокаиваясь. – Я понимаю твои чувства, но давай в следующий раз ты просто позовёшь меня или, хотя бы, не будешь бить людей холодным оружием, не имея возможности дать отпор после этого? – вздохнул парень. Между ними повисло неловко молчание и он, чтобы разрядить обстановку, быстро обдумав ситуацию наконец продолжил.       — Не парься об этом, я разберусь. – он присел на край кровати так, чтобы оказаться на одном уровне с Сашей. –Тебе нужно просто сказать мне, как они выглядели и описать одежду там, или черты какие-то отличительные, хорошо? – Данил улыбнулся, что заставило Сашу немного успокоиться, но середине своего рассказа, когда он зацепил информацию о странных чёрных знаках на их одежде, юноша резко остановился.       — Зачем ты спросил это? – с некой опаской поинтересовался Кими, а стоило чужим губам расплыться в довольной улыбке, юноша сглотнул.       — Просто поговорю с ребятами, обкашляем ситуацию. Покажу им, какого это толпой гасить одного. – хмыкнул Даня. В глазах Саши резко блеснули страх вперемешку с волнением, но явно не за ту компанию оффников, а за Данила. Он опять защищает его. Опять подвергает себя риску из-за него.       — Ты же не сделаешь этого!       — О, поверь мне, ещё как сделаю. Они у меня кровью ссать будут, уроды, - рыкнул Данил, но поспешил перевести тему, чтобы успокоить без того напуганного Сашу.       — Блять, да почему ты такой упёртый! – юноша толкнул парня в плечо, пытаясь привлечь его внимание. – Заступаешься за какого-то нефора, даже если я сам виноват а, если они меня найдут, в этот раз я смогу дать им отпор! Я смогу, не впутывайся в это, ты тут даже не причём, как ты этого не понимаешь? – начал Саша, пока сердце заходилось в бешеном ритме, а в голове то и дело стали появляться самые ужасные картинки исхода событий, но юноша пришёл в себя, стоило чужим рукам опуститься на худые плечи.       — Да не ссы ты, просто верь мне. - улыбнулся парень, легонько толкнув Сашу обратно на кровать, а сам юноша только и мог накрыться одеялом с головой, будто бы пытаясь спрятаться от всего.

***

      Убитые здания, непотребные граффити чуть ли не на каждой стене, стойкий и режущий глаза запах бензина табака, газов с заводов поблизости. Данил открыл дверь одного из ангаров, проходя внутрь. Банда уже сидела там, собравшись вокруг круглого стола посередине огромного помещения. Даня оглядел парней, сжав ладонями кожаный большой диван.       — Собери ребят, нужно кое-кого навестить. – сказал он Славе, чем вызвал удивление у всех присутствующих, ведь они давно не слышали от лидера такого. Многие напряглись, а на лицах некоторых появилась улыбка.        —Дань, мы же... –только начал Слава, как его перебили.       — Если вы зассали, то я пойду один. Разговор окончен. Вы нужны мне через 2 недели, я напишу,. – проговорил Данил, выходя из ангара. Компания лишь тяжело вздохнула, переведя взгляд на задумавшегося Славу, ожидая его решения.       — Похоже, кто-то серьёзно перешёл ему дорогу. Он так просто в толпу не лезет, –проговорил Лев, хлопнув парня по плечу,но Слава промолчал. Он понимал, что Даня ввязывается в это из-за Саши, но всегда поддержит друга, когда ему нужна помощь.       — Хватит трепаться, нужно подготовиться. Слышали, ребята нужны через 2 недели, пора бы уже растрясти булки.       Группа поддержала Славу молчаливым согласием. Такой настрой явно не сулил ничего хорошего и мирное небо тут же начало закрываться чёрными тучами, буквально крича о том, что грядёт сильная буря.

***

      Саша проснулся от странных звуков откуда-то из коридора. Ему всё ещё было сложно вставать и передвигаться в повязке, но сейчас ему удалось медленно выйти из комнаты, опираясь о стены. Это оказался Даня, который ловко орудуя инструментами смог поменять дверь, которую выбил. Ему пришлось заменить дверной косяк, ведь он оторвал хлипкие петли с корнем, а после поменять и вовсе поменять их.       — Как новенькая, – хмыкнул парень, краем глаза заметив вышедшего из комнаты Сашу.       — А ты, я посмотрю, не только в самолетах разбираешься, – тихо посмеялся Саша, но тут же пожалел об этом, ведь этот смешок отдался болью где-то в животе. Не до смеха стало и тогда , когда Даня принялся одеваться. Саша замер, чувствуя, как сердце перестало биться, будто бы ожидая дальнейших действий от парня..       — Там на тумбочке лекарства, выпей их, а на кухне завтрак, я готовить не особо умею, но чет сварганил. Мне нужно будет уйти. Данил ушёл до того, как Саша сообразил, что к чему, поэтому растерянное " ты вернёшься? " улетело куда-то в пустоту.

***

      Дверь квартиры отвратительно скрипнула. На полку упала связка ключей с брелоком в виде плюшевого медведя, а на вешалке оказалось светлое пальто. Девушка обратила внимание на кроссовки в прихожей, да и свет в спальне горел.       —Дань, ты уже месяц обещаешь смазать петли на входной двери, может уже пора? –крикнула девушка, скинув ботильоны, проскользнула в спальню. Данил почувствовал на своём торсе нежные миниатюрные руки и остановил сборку вещей. Девушка проникла под худи парня и прижалась к широкой спине щекой.       — Сумка? Неужели мы всё таки едем на отдых? – хихикнула она, обвивая талию ладонями, постепенно ведя руки выше, ощущая, как кожа покрывается приятными мурашками.       — Я поживу некоторое время у Славы. У него появились проблемы и мне нужно быть рядом. —Данил знал, какой реакции ожидать, поэтому был спокоен. Девушка резко вытащила из-под чужого худи свои руки и сильно толкнула парня в спину, сделав несколько шагов назад.       — Какого хрена, Дань? Слава взрослый пацан и ему не нужна нянька, тем более в твоем лице. Он может за себя постоять, а попить пива и поиграть в приставку ты можешь и дома, со мной, – девушка явно была раздражена и расстроена тем, что сказал Данил. — Да и вся твоя банда не нуждается в тебе, как в отце или в лидере, вы все сами по себе, как ты этого не поймешь!? Нет никакого "мы", нет никакого " братства" , вы обычная кучка подростков, которые в детстве не наигрались в войнушку и все эти ваши движения и прочее - полная хуйня. Я как будто живу и трахаюсь не с тобой, а с твоей бандой.       — Заткнись. – довольно резко кинул Даня, но тема банды и друзей для него была очень щепетильной. — Ты хоть когда-нибудь интересовалась этим, чтобы утверждать, что связывает нас? Ты всегда считала нас кучкой отморозков, но как только надо было кого-то припугнуть, так мы сразу становились защитниками. - рыкнул Даня, схватив сумку, направился в сторону выхода.       — Даня, блять! – девушка тут же кинулась за парнем, пытаясь его остановить. — Если ты сейчас уйдёшь, это будет конец, я уверяю. Я приведу сюда любовника и трахнусь с ним прямо на нашей кровати, ты слышишь? – девушка чувствовала, как по её худым щекам потекли горячие слёзы, смешиваясь с тушью на ресницах.       —А у тебя разве сменился любовник? – Даня кинул озлобленный взгляд в сторону плачущей девушки и всё же не смог преодолеть многолетнюю обиду. —Передай ему, что пиво на прошлой неделе было неплохим и хоть обтрахайтесь на нашей кровати. Постельное постирать не забудь. Дверь квартиры хлопнула, оставляя Агату в одиночестве,а девушка с грохотом упала на пол, чувствуя, как её накрывает новая волна слёз.

***

      Вернулся Данил поздно. Входная дверь снова была не заперта, на что парень лишь неодобрительно покачал головой. Свет был везде выключен из чего был сделан вывод, что Саша уже спит. Юноша в это время приоткрыл глаза, услышав как открылась входная дверь. Время было уже далеко за полночь, но он никак не мог уснуть, всё думая о том, вернётся ли Даня. Стоило только парню заглянуть в чужую комнату, Саша быстро притворился спящим, но все равно немного приоткрыл глаза, наблюдая за ним, пока тот, прикрыв дверь, вышел в коридор, зацепившись взглядом за заваленную коробками дверь, но после лишь тяжело выдохнул, двинувшись в сторону кухни.       Утро дало о себе знать довольно резко, когда с крыши многоэтажки упал огромный кусок льда, зацепив по пути все балконы. Саша подскочил от грохота, но тут же пожалел об этом, ведь сломанное ребро дало о себе знать. Даня на шум внимания не обратил, тонкие пальцы крутили в руке нож-бабочку, делая какие-то изящные движения. Лезвие, будто бы тонкая нить проскакивало между ладонью и пальцами, норовя оставить кровавые следы на руках, но парень каждый раз пресекал эти попытки, умело уводя его в сторону. Как только в дверном проёме показался силуэт, Даня ловко сложил нож и натянул улыбку. Он не спал всю ночь, но старался этого не показывать. Вся эта ситуация с бандой, Агатой, избиение Саши...Всё это так сильно сдавливало, постепенно увеличивая скорость сжатия, будто бы сдвигающиеся стены комнаты. Осталось совсем немного, как эти стены покроются кровавыми узорами.       — Я приготовлю завтрак, голоден? – с некой неловкостью проговорил юноша, двинувшись к холодильнику. Он заметил, что Данил какой-то подавленный, но не решился спрашивать об этом. Он лишь предположил, что это из-за вчерашнего.       — Я останусь у тебя, пока ты не поправишься. – это могло звучать, как вопрос, но Белановский просто поставил Сашу перед фактом. Возможно, это неправильно, но парень об этом не думал.       Саша подавился кофе, стоило ему это услышать. Он думал, что парень останется только на ночь или край, до утра, но то, что сейчас сказал Данил повергло его в приятный шок. Юноше никогда не нравилось быть одному, но он просто привык к этому. Ничего не ответив, лишь кивнул, чувствуя, как внутри расползается приятное и тёплое чувство радости.       Вместе с Даней дни пролетали очень быстро, можно сказать, юноше даже не хватало целого дня, чтобы насладиться обществом парня. На фоне него Саша выглядел как ребенок, которому впервые почитали сказку на ночь или просто весело провели время, но это было отнюдь не плохо, особенно, если нравится обоим.       — Дай сюда, – проговорил Данил, наблюдая за тем, как Саша пытается самостоятельно затянуть повязку вокруг торса. Юноша растерялся, под влиянием момента всунув в руки парня эластичный бинт.       Тонкие пальцы осторожно скользили по чужой коже, поправляя повязку и нанося на кожу заживляющую синяки мазь. Данил не заметил, как снова ушёл куда-то глубоко в свои мысли, в голове яркой вспышкой возникло, как парень осторожно касался бледной женской кожи, когда Агата впервые надела платье с открытыми плечами. Она была мягкой и приятно пахла каким-то маслом. Данил тогда думал, что касается дорогой фарфоровой куколки, настолько хрупкой была девушка по сравнению с ним.       Саша вздрогнул, когда чужая рука с плеч дотронулась до тонкой шеи, проведя лёгким касанием по ней. Ощущать такое было странно, но стоит признаться, жутко приятно. Юноша не стал сопротивляться и лишь прикрыл глаза, чувствуя, как его пальцы начинают слегка подрагивать, а сердце стучать всё быстрее.       «— У тебя мягкая кожа, – послышался низкий мужской голос, пока рука осторожно, будто бы боясь сделать больно двигалась к волосам.       — А у тебя руки, не думала, что они будут такими, – ответил бархатный голос, отозвавшись эхом где-то в узких стенах сознания. » Саша почувствовал касание к своим волосам и откинул голову чуть назад, поддаваясь действиям парня .       «— Волосы... Они всегда были такими короткими?» – задумался Данил, но на этот раз Агата уже ничего не ответила. Он не обратил на это внимание и направил руку ниже. Пальцы касались выступающих позвонков худого тела, аккуратно обводя каждый из них, но вскоре наткнулись на жёсткую ткань эластичной повязки.       «— Платье... Разве ты носила одежду на шнуровке?» – голос опять же ничего не ответил и Даня лишь коснулся пальцами предполагаемой шнуровки, потянув ту на себя. Саша вздрогнул, когда край повязки оказался отцеплен от основной.       — Сам же только зацепил... – хмыкнул юноша. Ему нравились прикосновения парня, но он не мог обернуться. Ему было до жути стыдно, из-за чего бледные щёки сейчас горели, словно Кремль в новогоднюю ночь, а сердце бешено стучало в груди, будто бы сейчас выпрыгнет.       Данил резко перевернул Сашу к себе, аккуратно взяв за подбородок. От неожиданности юноша вскрикнул, стоило ему только оказаться так близко к чужому лицу.       «— Почему я любил тебя?» – снова оставленный без ответа вопрос, а услышав где-то за горизонтом громкий звук, картинка большого цветочного поля с девушкой на нём рассыпалась на мелкие кусочки, оставив перед собой только боль, обиду и унижение.       « —Дань, это... Всё не так, как ты думаешь! – вскрикнула девушка, оттолкнув от себя до боли знакомого парня. — Мы... Мы...        —Мы трахаемся уже месяца два. – пожал плечами Крист, а на его лице появилась самодовольная улыбка.»       Сашу резко прошибла боль в области живота и он, резко спрыгнув с кровати, отправился в ванную. Его снова стошнило, а Даня вышел из прострации только тогда, когда услышал характерные звуки из ванной комнаты. Он глянул на свою руку, явно ощущая на ней остатки тепла, но решил подумать об этом потом.       — Уйди, блять... Не смотри. – рыкнул юноша, пытаясь оттолкнуть присевшего рядом Даню, который осторожно собрал чужие волосы в свою руку, убирая мешавшие пряди.       — Думаешь, я за 19 лет блюющих людей не видел? – Саша только хотел что-то ответить, как его прервал очередной позыв рвоты. — Так что не парься и блюй молча. –хмыкнул Даня, убрав упавшую на чужое лицо прядь.       Оставшийся день оба молчали о том, что случилось днём, а к вечеру неловкость и вовсе ушла, а остальное как-то отошло на второй план.       — Меня вчера вырубило и я не увидел, где ты расположился. Где ты спал? –поинтересовался Саша, пока в фильме была реклама.       — На кресле, я особо не прихотлив в том, где мне спать. – пожал плечами парень. Он только хотел что-то сказать, как Саша перебил его.       — Ложись на кровати со мной, мы оба парни, поэтому ничего страшного. – он понял, что ляпнул , только когда парень без проблем согласился, хоть с пола и не встал.       Ощущения перед сном были странные, юноша не помнил когда в последний раз спал с кем-то на одной кровати, поэтому его одолело некое волнение, а взгляд то и дело падал на слегка приоткрытую дверь ванной комнаты, в которой сейчас был парень. В голове то и дело крутилось « Чем ты думал!?», но это быстро сменялось на чувство спокойствия и какой-то глупой радости. Время незаметно перевалило за полночь, а Даня как раз вернулся из душа. Юноша сделал вид, что уже уснул, но его пальцы дрогнули, а тело покрылось мурашками стоило только кровати прогнуться под чужим весом. Саша выбрал место около стены, поэтому сейчас старался максимально вжаться в ней, чтобы , не дай Бог , случайно не коснуться парня во сне. Даня устроился на спине и даже не ворочался. Он явно не спал, дыхание было не очень ровным, сильно отличалось от сонного.       — Тогда... – начал юноша, всё таки перевернувшись на спину, а взгляды обоих в тёмной комнате были направлены куда-то в потолок. — В авиапарке, когда мы встретились первый раз, почему ты защитил меня? Я думал, такие как ты не заступаются за редан, а наоборот, убивают.       — Быть за какую-то из сторон – выбор человека, а не той субкультуры в которой он состоит. Да, андеграунд подразумевает щемить редановцев и прочих нефоров, но я предпочту защищать вас от этого, а не наоборот. Я знаю, какого это быть одному среди гиен, готовых накинуться на тебя в любую секунду и знаю, как тяжело проживать это в одиночку. – довольно спокойно ответил парень, пока в воспоминаниях проносилась их первая встреча, которая , как оказалось, была уже месяц назад.       — Твоя семья... – спросил Саша, понимая, что поведение Дани пошло именно из неё.       — А твоя? За всё то время, что я с тобой, ни разу не видел твоих родителей. Это настораживает. Саша тут же замолчал, понимая, что скорее всего задал очень некорректный вопрос и задел парня, но в его голосе не было ничего, кроме интереса и беспокойства. Юноша никогда никому не рассказывал о своей семье, но Даня почему-то заставлял доверять ему.       — Мы не виделись с прошлого года, они постоянно в командировках, да и это даже не их квартира, чтобы им хотелось сюда возвращаться. – разговаривать о своих родителях было странно, но он всё равно почему-то продолжал. — Честно, я даже не особо горю желанием их видеть, после того как дедушка уехал, мы... Нас больше ничего не связывало вместе. Я убрал все совместные фото, запирая эти воспоминания в комнате, в которой мы жили до их отъезда. Думаю, у них уже появился новый ребёнок или... Не знаю, мне всё равно. – голос предательски дрогнул, а к горлу тут же подступили слезы, которые вот-вот вырвутся наружу. Саша соврал, ему было не совсем всё равно на своих родителей, а мысли о новом ребёнке буквально разрушали его изнутри. Он не мог простить предательство, но иногда всё же вспоминал о хороших моментах, проведённых с ними. На чужие волосы тут же упала тёплая ладонь, погладив те.       — Не всегда семьёй можно назвать родственников. Моя банда – семья, а моя мать – надежда и опора, она нечто большее, чем просто семья. Она – моя жизнь. – хмыкнул Даня, чувствуя, как Саша дрогнул и с его стороны послышались тихие всхлипы. Парень лишь прикрыл глаза и, накрыв юношу одеялом, оставил руку в его волосах, перебирая мягкие и слегка кудрявые чёрные пряди.

***

      Несмотря на то, что Данил был на хорошем счету в своём универе и имел хорошие отношения с преподавателями, что позволяло ему безнаказанно не появляться на парах некоторое время, работы всё равно надо было сдавать, как и посещать пары хотя бы иногда.       — Данил, задержись на минуточку. – проговорил преклонного возраста мужчина, направив взгляд в сторону парня, а получив кивок, вернулся к лекции.       На стол перед парнем упал планшет с включённым видео драки в торговом центре.       — Думаю, ты понимаешь, что будет если это видео дойдёт до декана? Конечно, я смогу защитить тебя и в этот раз, но... В последнее время ты не сдал ни одной работы, нужных для получения зачёта. О чём ты думаешь? Эти 2 года ты уверенно шёл на красный диплом, а сейчас что?       — Дядь Паш, – начал Даня, но стоило ему встретиться с строгим взглядом, он тут же поправился. – Павел Викторович, эта драка... Я виноват, признаю, но что мне надо было сделать, стоять и ждать пока парня толпой запинают? Мужчина тяжело вздохнул и лишь покачал головой, захлопнув чехол планшета.       — А работы... У меня сейчас не особо есть удобное место, чтобы складывать оригами, я досдам всё, как только разберусь с квартирой. Обещаю. – парень всегда держал своё слово, но Павла больше напрягли проблемы парня с жильём.       — Оставайся у нас, Славка подвинется, – предложил тот, но Данил лишь вежливо отказался. — В общем, как только принесёшь мне долги, я закрою глаза на эту драку и видео до декана не дойдет.       Данил улыбнулся и, взяв задание, пожал мужчине руку на прощание. Павел лишь тяжело вздохнул, сняв очки, потёр переносицу. Видео он так и так удалил, просто решил припугнуть парня, чтобы дать тому хотя бы небольшой стимул возвращения к учёбе.

***

      Делать хрупкие модельки в ангаре банды было невозможно, слишком шумно, да и парни частенько во время шуточных драк задевали их. Вот и сейчас, Лев и Костя случайно задели и без того хлипкую модель ИЛ-62. Они успели вовремя словить ту, но шасси, сделанные из картона, всё ещё не до конца засохшие отвалились. Данил резко поднял на обоих взгляд и взрослые парни тут же вздрогнули, встав по стойке «смирно».       — Блять, бегите, суки, – рыкнул парень, оставив на столе кружок «очумелые ручки», сорвался с места.На ребят он не злился, всё таки это были его проблемы, что он остался бездомным.       Саша услышал, как в двери поворачивается ключ и улыбнулся. На столе уже был готов ужин, а сам юноша выскочил в коридор, хоть и быстро убрал довольную улыбку, принимая обычную сдержанную эмоцию. Количество пакетов в руках Данила заставили Сашу выгнуть в удивлении брови.       —Ты что, бабульку по дороге ограбил? Или забыл где макулатуру принимают? – послышался тихий смешок, пока он пытался рассмотреть то, что лежало внутри.       — Ха-ха, – саркастично протянул парень, отдав в руки Саши небольшое количество пакетов. — В универе загрузили, надо бы сделать, чтобы не вылететь.       Сквозь упаковку Саша разглядел что-то похожее на самолёт и, пока Даня разувался, краем глаза заглянул внутрь. Зрачки тут же расширились, а в голове всплыло воспоминание, как дедушка рассказывал ему об этом самолёте, пока они собирали очередную модель, делая чертежи. Саша почему-то решил умолчать о том, что он немного в этом понимает и лишь отнёс всё в комнату.       Собирать модели Данил не очень то и умел, обычно ему с этим помогала Агата, её руки были более приспособлены к склеиванию или складыванию маленьких деталей, поэтому со стороны парня иногда слышались тихие недовольные ругательства.       Саша иногда поглядывал на сидящего за столом Данила, иногда замечая какие-то мелкие детали самолётов и это зрелище заставляло юношу улыбаться. Такой мужественный парень, как Данил, ругается на бумагу, которая не хочет складываться и на клей, который не хочет клеить. Было видно, что парню тяжело даётся такая работа, но Саша не вмешивался.       — Блять! – громко выругался Данил, когда модель в очередной раз не захотела нормально склеиваться и корпус развалился. Данил только хотел приступить к переделыванию, как на его плечо упала рука, а рядом оказался Саша.       — У тебя с левого края бумаги больше, чем с правого. Нет баланса корпуса, поэтому он не склеивается и разваливается, на чертеже это было бы различие стенок обшивки в толщине. – проговорил юноша, взяв со стола листки бумаги, начиная ловко складывать нужную деталь.       Данил даже не успел ничего сказать, но противиться не стал, ему и правда нужна была помощь. Голубые глаза внимательно следили за тем, как аккуратные тонкие пальцы легко складывали маленькие детали, помещая их в открытый корпус модели.       — Я думал, ты программист, а ты ещё и в технической части авиации что-то понимаешь? – хмыкнул Данил, складывая ещё одно крыло из прочной бумаги. Их части самолёта довольно сильно отличались, у Саши было более аккуратно, чем у Данила, но это совсем не страшно. Они зафиксировали крылья в модели, а после приступили к заключительному этапу – покраске.       — Дедушка был инженером-конструктором, частенько в детстве собирал с ним модели по его чертежам, вот и научился, – улыбнулся Саша, разводя густую краску.       — Нравилось? – спросил Данил, осматривая готовую модель Ту-154. Саша задумался на какое-то время, продолжая размешивать краску. Он ненадолго перенёсся в детство, вспоминая проведенные с дедушкой моменты.       — Да.Видишь, всё таки пригодились данные знания, - хмыкнул Саша и протянул парню кисточку.       Они просидели всю ночь. Спорили, смеялись, пачкались в краске. На полу было огромное количество смятой бракованной бумаги, лежали испорченные детали или даже некоторые небольшие готовые модели. Один раз они даже поссорились, когда не смогли разобраться, какой же правильный размер у одного из самолётов. Даже в интернете были разные значения, но они всё таки смогли прийти к компромиссу, рассчитав среднее значение. Закончили уже под утро, но Данил уже не участвовал в сборке, лишь наблюдал за тем, с каким интересом Саша прокрашивает последнюю готовую модель.       Юноша даже не заметил, как у него вылезло несколько прядей, но вздрогнул, когда чужие пальцы осторожно заправили их за уши, коснувшись тех подушечками пальцев. По коже неожиданно побежали мурашки, а внутри всё отдалось приятным чувством.       — У меня в детстве была большая коллекция самолётов, дедушка каждый раз приносил с работы копии чертежей, какие-то небольшие детали, фотографии с аэродромов, – начал Саша, когда парни уже лежали в кровати, готовясь ко сну. — Больше всего мне нравились фотографии прямо с аэродрома, тогда, когда самолёты были ещё не использованные, только с завода. Почему-то мне казалось, что в этом есть какая-то определённая красота, когда ты первым видишь такой тяжёлый труд людей. –улыбнулся в темноту юноша, а Данил в свою очередь промолчал, слыша, как одинаково бьются их сердца.

***

      — Ну, Данька, можешь же, когда хочешь, – хмыкнул Павел, смотря на заваленный моделями стол. — А вот это не ты делал, – мужчина улыбнулся, чем тут же заставил Данила вздрогнуть. — Слишком аккуратно, да и куча мелких деталей, а у тебя руки не из того места растут, чтобы сделать так. Агата делала? Парень прикусил губу и кивнул. Павел всё ещё думал, что Данил живёт вместе с девушкой.       — Агате привет передавай! – проговорил мужчина вслед уходящему парню, на что получил улыбку.Сегодня Данил сел на другой автобус, не тот, который идёт в сторону дома Саши.       В замочной скважине несколько раз повернулся ключ и Данил оказался в квартире девушки. В нос тут же ударил резкий запах сигарет и знакомого парфюма, но сейчас его это не интересовало. Проходя мимо спальни, Данил увидел разбросанные мужские вещи, а взгляд зацепился за кастомную футболку банды, на что он лишь хмыкнул, проходя дальше. Ему нужно было забрать некоторые вещи и он планировал управиться за несколько минут, но открывшаяся входная дверь нарушила все его планы. На пороге появился высокий парень, а заметив гостя, расплылся в улыбке.       — Могу я поинтересоваться, что ТЫ делаешь в МОЕЙ квартире? – задал вполне логичный вопрос Крист, скинув кроссовки.       —То, что ты живёшь с моей девушкой и трахаешь её, не значит, что это твоя квартира. Мне нужно забрать кое-какие вещи. – ответил Данил, но он тоже не горел желанием разговаривать с Кристом больше, чем несколько секунд. Быстро запихнув в рюкзак нужные вещи, Данил уже потянулся за выступающий край толстого альбома, как его грубо схватили за запястье.       —Руки убери, – рыкнул Данил, не отпуская альбом даже тогда, когда Крист сжал запястье ещё сильнее.       — А то что? – хмыкнул Крист, кинув взгляд на то, за что держится парень, не то, чтобы эта вещь была ему нужна, но сам факт того, что её заберёт Данил раздражал.       — Я тебе руку сломаю, серьёзно говорю. Дай я просто заберу свои вещи и уйду. – Данил постепенно выходил из себя, всё таки встреча была явно не из приятных.       — Прости, что? Твои вещи? А с каких пор в квартире моей бабы лежат шмотки её бывшего? Я думал, что я уже всё выкинул.       Крист явно нарывался на конфликт, а стоило ему выхватить из рук парня альбом, в лицо тут же прилетел хорошо поставленный удар. Парень пошатнулся и, не успев даже среагировать, в лицо снова прилетел второй удар, только уже более сильный и с другой руки. На светлый пол брызнули тёмно-бордовые капли, а Данил, подняв запачканный кровью альбом,с отвращением вытер о Криста запачканные его же кровью руки, покидая квартиру. Всю дорогу до Саши парень чистил обложку от пыли и крови.       Саша снова приготовил ужин и, как только в замочной скважине оказались ключи, юноша спрятался за второй дверью.       — Блять! – вскрикнул Данил, когда на него неожиданно выпрыгнул Саша, выронив альбом, который держал в руках.       Юноша среагировал довольно быстро, поймав увесистую вещь в руки. Он осмотрел её, замечая, что обложка украшена различными стикерами, наклейками и вырезками из каких-то журналов.       — Что это? – как-то растерянно спросил Саша, протянув парню альбом, но Даня почему-то его не взял.       — Твой подарок. Я, конечно, не твой дедушка, но может хоть небольшое совпадение будет, – хмыкнул парень и, скинув кроссовки, отправился в ванную , оставив Сашу наедине со своими чувствами и подарков.       Стоило ему открыть альбом, внутри тут же всё передернуло, а глаза слегка намокли.       — Это же... – Саша принялся нервно листать гладкие страницы альбома, рассматривая фотографии, различные зарисовки, чертежи и записи. Занятый подарком, он даже не заметил появившегося в дверном проёме парня. — Это же взлёт Ту-154 семьдесят второго года!Тогда он впервые вышел на гражданский рейс! А это Ил-96 и... Ещё куча других моделей, тут даже чёрно-белые фотографии есть! И изображения знаменитых конструкторов и... С полётов, прямо с такой огромной высоты.       Данил с улыбкой наблюдал за тем, как Саша восторженно рассматривал то, что парень с таким трудом собирал чуть ли не всю свою жизнь. Он наконец-то нашёл того, кто сможет так искренне обрадоваться такой «обычной» вещи.       — Я правда могу это оставить себе? – Саша ненадолго отвлёкшись от просмотра, получив кивок, тут же крепко обнимая парня. Данил чуть пошатнулся, удивлённо распахнув глаза, но быстро сориентировался, аккуратно погладив юношу по спине.       — Да не за что, по сути то... – тихо пробормотал парень, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее. От волос Саши приятно пахло чем-то сладким и Данил мог лишь прикрыть глаза. Как только тепло перестало согревать тело парня, он приоткрыл глаза и вздохнул, заметив Сашу уже за столом около альбома. Почему-то потерянное тепло ощущалось так странно..       На утро Саша проснулся раньше.Сквозь небольшие просветы в шторах в комнату попадал свет яркого утреннего Солнца, а из-за погоды в комнате было слегка прохладно, вследствие чего юноша закутался в одеяло сильнее. Даня всё ещё спал, на что Саша и обратил внимание. Большая футболка чуть сползла вниз, открывая довольно приятный глазу вид: накачанная красивая шея, бледная кожа и небольшой кусочек худого плеча. Юноша подвинулся чуть поближе, как его резко накрыли странные, можно сказать даже непонятные ощущения от близости к чужому телу. Щёки снова покрылись лёгким румянцем, а рука невольно потянулась к шее. Саша аккуратно коснулся кончиками пальцев кожи, вздрогнув. Трогать кого-то вот так было очень приятно, а через несколько секунд движения стали смелее и юноша провёл рукой по всей длине, опустившись к плечу. Тонкие и холодные пальцы сейчас, словно паучьи лапки, ощупывали кожу аккуратно поглаживая ту. Саша нервно выдохнул и осторожно продвинул руку назад, скользнув пальцами под ворот футболки, но кровать тут же прошибло громкой для утренней тишины вибрацией, что заставило быстро выдернуть руку, а после и вовсе вскочить с кровати, закрыв раскрасневшееся лицо ладонями.       Даня же открыл глаза только через минуту после уведомления, а разблокировав телефон, тут же нахмурился. На дисплее высвечивалось сообщение от Агаты, на что экран был выключен, а сам парень поднялся на кровати , отметив, что Саши рядом нет.       — Ты сегодня весь день на эту комнату смотришь, о чём думаешь? – поинтересовался Данил, допив свой кофе.       — После нашего разговора, да и просто то... Я решил, что вместо того, чтобы обижаться, мне нужно принять это и отпустить. Просто не держаться за прошлое, а жить настоящим, поэтому чего комнате пропадать? – хмыкнул Саша.       — Я помогу, – на этих словах юноша вспомнил о том, что Даня сказал вчера. Это очень напоминало синдром старшего брата, но... Почему бы и нет? Лишь улыбнулся в ответ и, поставив свою кружку в раковину, отправился к комнатной двери вслед за парнем.       Коробки оказались довольно тяжёлыми, но вдвоём они управились довольно быстро. Честно, Даня впервые увидел, как хрупкий и смазливый по внешности парень тягает тяжеленные коробки, но всё же помогал, хоть и не заметно, все таки раны ещё не до конца зажили, а напрягаться лишний раз явно не стоило.       — А комната ничего так, – хмыкнул парень, когда дверь открылась. На полу было довольно много разбитых фоторамок с сохранившимся в них фотографиях. Отряхнув одну от стекла и стерев большой слой пыли, поднял ту, осматривая. Судя по всему, Саше тут было около 10-ти лет, а вот лица родителей были закрашены чёрным маркером.       — Я так понимаю, это был просто склад каких-то вещей? – спросил он, а взгляд зацепился за кучу женской одежды. « — Неужели его родители уехали даже без вещей, настолько ненавидели своего ребёнка?» – задумался Данил, но его из прострации вырвал голос.       — Можешь помочь? – Саша указал на коробки, стоящие на верхней полке шкафа и парень, хмыкнув, отложил фоторамку, отправляясь к юноше.       Уборка в этой комнате заняла весь день и сейчас парни раскрывали последние коробки. В основном в тех, что уже были разобраны, лежали старые вещи:книги, посуда, какие-то безделушки, в некоторых даже были картины. Коробок с какими-то фотографиями было очень мало, а каких-то сохранившихся фото Саши и его родителей ещё меньше. Парни нашли всего 3, лица родителей на которых были не закрыты.       —Ты занимался баскетболом? – хмыкнул Даня, вытащив из коробки медали, грамоты и некоторые фото с соревнований. — Даже тогда мелким был, – это была обычная дружеская насмешка, но Саша сразу же нахмурился.       — Отдай! Это... Это слишком старое фото, я там выгляжу как ботан! – юноша поднялся и хотел забрать фотографии, но Даня не отдал их, чем только раззадорил его.       Во время шуточной драки, когда Саша упал на парня, прижав его к полу за плечи, тот увидел под диваном какой-то альбом, покрывшийся огромным слоем пыли. Он аккуратно отодвинул радостного и слегка взбешенного юношу от себя, ловким движением пальцев вытаскивая альбом, смахнув с него пыль.       «Наше солнце » – так был подписан альбом. Судя по всему, это были детские фото. Даня протянул альбом Саше и прикрыл глаза, ожидая действий. Ворошить не самое хорошее прошлое не хотелось, но...       — Убегать от воспоминаний и прошлого всегда невозможно, может сейчас ты осознаешь, почему они так поступили, а может и возненавидишь их ещё больше. Толстая корочка альбома аккуратно открылась, а после слышалось шуршание глянцевых листов.       — О, а это мы были в Анапе,– Саша указал на одну из фотографий. — Тогда дедушка учил меня плавать, а папа арендовал целый детский бассейн и у меня даже получалось.       Даня обратил внимание на то, что родителей Саши на фотографиях было очень мало, в основном он был с дедушкой или бабушкой. Очевидно, мальчика не любили с самого рождения, просто из-за давления общества и стереотипов пытались казаться хорошими родителями. И к чему это привело?       — А это мы впервые полетели на самолете! Я тогда жутко боялся, но дедушка подбадривал меня, хоть у него и не очень получалось. « Сашка, не ссы ты, хоть эта ректальная свеча и вызывает недоверие, но даже если мы будем падать, я найду для тебя парашют» – Саша спародировал голос дедушки, сразу засмеявшись. Оказывается, когда он смеётся так открыто, его голос звучит звонко, а на щеках появляются небольшие ямочки. Даня молчал, позволяя ему насладиться воспоминаниями и хотя бы в мыслях снова оказаться в беззаботном детстве, внимательно рассматривая каждую фотографию и самого юношу, иногда даже не отрывая взгляда.       —Это... – глянцевая страница снова перевернулась и перед парнями оказалась большая фотография. — Мы ездили в Одессу, последний раз, когда я видел своих родителей.       На этой фотографии Даня заметил, что бабушки на фотографии больше нет, а родители стоят от Саши отдельно, как и от его дедушки, хотя они оба выглядят такими счастливыми, несмотря на то, что стоят отдельно от всех. — Мама сказала, чтобы мы летели без них, а они приедут позже, но... Они так и не вернулись. Дедушка явно что-то знал, но он тогда считал меня слишком юным для этого…Слишком юным для того, чтобы узнать, что мои родители бросили меня. – Саша снова пролистнул весь альбом, вытащив все фотографии со своим дедушкой, отдал тот в руки Дани. Руки юноши дрожали, пока он сжимал в пальцах стопку своих детских фотографий, а на его ладони тут же упала другая, аккуратно её сжав. Данил был рядом. Он помог Саше наконец разобраться со своим прошлым и понять его, а не просто бессмысленно и по детски обижаться на своих родителей.       В коридоре квартиры сейчас были развешаны некоторые детские фотографии, а дверь в столь печальную для Саши комнату сейчас была распахнута. Перед глазами возникали воспоминания, как он играл тут с отцом в приставку, как мама нехотя отвлекалась от сериала и читала сыну сказку, и как Саша впервые в жизни собрал в ней первую модель самолёта с дедушкой. Все эти воспоминания были будто бы те ножницы. Невозможно забыть, но можно запереть где-то в глубине своего сознания. Дверь с тихим скрипом закрылась и юноша вернулся в комнату. Контраст комнат будто бы показывал две разных стороны и сейчас Саша наконец смог разобраться, на какой же он останется.       — Что ты там нашёл интересного? – хмыкнул Саша, присев на кровать. Даня в это время снова просматривал детский альбом.       — Просто решил получше разглядеть детские фото, – улыбнулся Данил, захлопнув переплётную крышку, переведя тему разговора, но в голове всё ещё крутились записи «На момент рождения ребёнка матери было 17 лет, а отцу 21 год, молодые родители написали от мальчика отказную и ребенок был передан в опекунство бабушки и дедушки новорожденного» – судя по всему, дедушка Саши оставил эту запись внутри, чтобы когда-нибудь рассказать юноше об этом.       Уснуть Даня не мог, Саша уже шёл на поправку, хоть ему всё ещё нужна была помощь в перевязках и покупках. Стычки между оффниками и редановцами участились, поэтому парень не хотел рисковать и ходил в магазин сам.Юноша часто с этого бесился, но его ребро и рука всё ещё не до конца зажили, давая о себе знать, но парня беспокоило не только это. С каждым днём восстановления Саши приближается и драка с теми оффниками, что его избили. Слава сообщил, что они уже нашли ребят и в полной готовности, осталось только дождаться нужного момента. Данил тяжело вздохнул и повернул голову в сторону лежащего рядом юноши. Шторы были закрыты не до конца, поэтому на бледное лицо падал слегка приглушенный свет откуда-то с улицы. Перед глазами неожиданно всплыл его звонкий смех, мокрые волосы после душа, рожки из макарон, которые Саша сегодня в шутку сделал, пока готовил ужин. Всё это вызывало какую-то теплоту глубоко в душе и желание защитить и отгородить его от жестокого мира. Данил осторожно коснулся коротких прядей, которые отстригли во время драки и прикрыл глаза, ведя руку дальше, чувствуя как обрывается длина. Большая ладонь оказалась на чужой щеке, аккуратно погладив её, возвращаясь на волосы, накрыв Сашу одеялом.       Совместная жизнь открыла для обоих какие-то новые чувства, но не только радостные. Она оставила между ними какую-то недосказанность, небольшую неловкость и заставила задуматься о том, как продолжится их дружба, начавшаяся со страха, непонимания и недоверия. Они оба остались наедине со своими мыслями и чувствами, явно не понимая, что и как с ними делать.