Сборник драбблов по баббл (не слишком ли много "б")

Когда всё это случается, Костя чувствует свою вину. В ушах оглушительно звучит «папа», а у него не хватает никаких сил ответить. Не должен был Игорь всё это видеть. Не должен. Костя даже не верит своим глазам. Просто не понимает, сколько проходит времени и как они все добираются до пустого и тусклого дома. — Ты бы свет включил, — бормочет Костя вместо «извини». И, конечно, Игорь его игнорирует. Моет руки от крови в темноте, смотрит на зеркало и, наверное, себя самого не узнаёт. Косте так жаль. Он снова испытывает вину, такую противную, как нескончаемый писк. Федя приходит чуть позднее. Он включает свет, и подсаживается к Игорю сам. Вот теперь будет легче, думает Костя. Федя подберёт такие слова, которые заставят Игоря на него хотя бы взглянуть. Он даже тихо Федю зовёт, но тот так занят попытками подобрать свои слова, что даже этого не слышит. И это справедливо. Костя заслужил. Да и в груди у него одна пустота. Зияющая дыра в том месте, где у других скрывается сердце. Ему жаль своей головой. Он вину осознаёт чисто на уровне воспитания. Никто же ему не рассказывал, как быть с собственным сыном на месте преступления. Что ему говорить. Что с ним делать. И что предпринимать, если он устраивает бойкот? И его лучший друг поступает не лучше, собирая чужие вещи. Костя пытается стоять у него на пути, но Федю никакими силами не остановить. Костя же пытается. А толку? Ночь. Самая её середина. Не поговорят сейчас — не поговорят потом. Просто не найдут на это время. Не найдут сил. Костя чувствует несправедливый осадок. Не он же Игоря туда потащил... он вообще ничего не знал! Кто-нибудь собирается его слушать, эй? Костя не хочет оставаться в этой квартире один. Костя тоже хочет поддержки. Ему тоже страшно, особенно от этой тишины и пищащей время от времени вины. Она будто бы вдыхает в него жизнь, а ему главнее просто разговор. Федя из прошлого ему говорил: «не надо нам туда». Федя из настоящего стоит у него за спиной и тоже смотрит на Игоря. Тот сидит на диване, опустив голову. И Костя хочет и боится его коснуться. Это больше чувств, чем он готов обработать. Ему бы поспать. Им бы всем поспать, а утром спокойно поговорить. — Костя, — начинает Федя. Ну наконец-то! Костя с облегчением оборачивается, чтобы ответить «Федь», но Федя приходит мимо. Он садится на диван и тянет Игоря в свои объятия. — Костя, — повторяет Федя. — Он будет в порядке. Слышишь меня? Врачи не дают никаких прогнозов, но он жив. И сейчас нам с тобой нельзя унывать, слышишь? Мы должны быть сильными. Пока он не очнется, ты поживëшь у меня. Вещи уже собраны. Пойдём?