Немного о привычках Юры, ментрио
16 сентября 2023 г., 18:53
Юра отдаёт долги, как получается. Тратит всё, что выигрывает в казино на вещи, которыми и хвастается, заваливаясь в участок. Вот новое пальто, вот рубашка. Даже запонками обзавёлся, показывая их, как павлин — свой хвост.
И ничто его не тревожит. Жизнь слишком непредсказуемая, чтобы строить долгоиграющие планы. Пока жизнь подкидывает возможности — он пользуется ими, и не волнуется ни о чём.
Костя смотрит на него поначалу с лёгким прищуром, изучающе, потому что знает такой типаж людей. Доверять им опасно, но и обходить стороной не выходит. Юра внимание привлекает каждым своим приходом. И знает, как успокоить. Готов даже подставиться, если того требует чужая душа.
А у Кости требования большие и частые. Он бы кулаки стачивал о стены, если бы только никто не лез под руку, пытаясь его остановить. Вредить людям (невиновным) — дело последнее. А на виновных особо и не успеваешь отыграться. Их уводят, передают другим людям, и Костя с чувством справедливости один на один не выдерживает.
— Какая это справедливость, а, Федь? Его ж потом отпустят.
— А ты что хочешь? Придушить его своими руками? Наше дело маленькое — ловить. Дальше система справится сама.
— Да какая это система? Она скрипит и разваливается на глазах.
Федя молчит. Но разговор слышит Юра. И Юра после тянет его к закрытому архиву. Откуда ключ достал, он не говорит. Зато предлагает альтернативу.
— Хочешь, чтобы отпустило?
Эмоции. Они не отпускают на самом деле. Но Юра падает на колени. И тогда Костя понимает, что от него ждут.
В первый раз это выходит странно. Потом даже в глаза чужие смотреть дольше минуты страшно. Сразу вспоминается хватка на нижней челюсти. На то, какой умелый у Юры рот. Именно умелый. Иначе это не назвать. Ни разу не подавился. Может, немного задыхался, но не выпускал член изо рта.
Юра приходит в отдел будто бы не только вещами хвастаться, но и своими знаниями. Своим накопленным опытом в вещах, о которых в приличном обществе не говорят.
Он умеет по-разному. Даже отсасывает виртуозно, со вкусом и будто бы любовью к этому делу.
Хотя любви, конечно, там вряд ли наберётся, но обманываться получается.
И каждый раз Костя не спрашивает, а откуда ты научился такому? Вот, чтобы прям без рвотного позыва. Но если Юра и ответит, то только то, что «не хочешь, брат, ты этого знать».
Как списываются долги — это дело десятое. Это касается только Юры.
Костя знает, что он не один, кто отводит душу. Не один, кто понимает, как сильно же это всё расслабляет. На это подсаживаешься, как на наркоту.
Костя не ревнует. Во-первых, не имеет никакого права. Во-вторых, Юра же к нему вот как исправно возвращается. Порой даже лезет, когда Костя не зол. Тогда всё выходит чуть дольше и нежнее. Опрокинутым на стол, Юра выглядит даже красиво.
В архиве не остаётся мест, которые бы они не облюбовали собой.
И точно не ревнует, когда в архив идёт Федя, а Юра следует за ним.
Феде тоже нужно успокаиваться как-то. Точно нужно отпускать себя. Он же не только работу, но и выкрутасы Грома терпит. То есть, его выкрутасы.
Костя ждёт примерно полчаса-час, прежде чем постучать в открытую дверь. Архив открывается, а Юра в одежде. Федя в одежде. И они действительно сидят работают. И Юра только подмигивает ему.
— Ты какими судьбами? — спрашивает Юра. — Поработать или как?
Это или как звучит знакомо только им двоим. Архив занят, для других вещей им рано.
Федя смотрит на них и отворачивается обратно к целым заваленным полкам.
Костя понимает, что выдумывает лишнее. Много лишнего на самом деле. И как-то по-новому смотрит на Федю. Как тот успокаивает себя сам? Может, действительно сам. Медитация, дрочка, короткая память. Выбор-то так велик.
Порой он занимает архив, и если такое случается — Юра идёт за ним. Костя идёт следом, чтобы убедиться, что всё не так, как он себе представляет.
Разговор не для своих ушей он ловит на раз третий.
— Я бы мог помочь тебе расслабиться, Федь.
— Юр, я сказал, меня не интересует.
— Секс?
— Твоё унижение.
Юра смеётся. Мог бы обидеться, но он смеётся.
— Это не унижение, Федь. Особенно, если оба не против.
— Как видишь, я против.
— Я тебе нравлюсь, — уверенно заявляет Юра, будто он вообще не может не нравится. Приходит в отдел, чтобы хвастаться. Красоваться. Ловить завистлие взгляды. И жадные, жаркие. Такие, от которых всё нутро сжимается.
Федя говорит: да. Федя говорит: да, ты мне нравишься.
— Именно поэтому, — продолжает он, — я не хочу видеть тебя на коленях, слушать, как ты задыхаешься, захлёбываешься и делаешь то, что ты привык делать. А не то, что тебе на самом деле нравится.
Откуда ему вообще знать, что нравится людям, а что — нет.
Юра не отвечает некоторое время. Потом по теням видно, что Юра и Федя оказываются лицом к лицу. Костя прислушивается к тихим голосам.
— А как, по-твоему, мне нравится?
— Мне кажется, что ты и сам не знаешь, как тебе на самом деле нравится. Ты за последние годы пробовал хоть что-то для себя, а не для выгоды?
— Для выгоды — это и есть для себя, — говорит Юра.
— Может быть.
Разговор то продолжается, то начинается заново. Костя не видел, чтобы Юра так за кем-то гнался.
Следующий разговор он слышит через дверь такой:
— Так что мне нравится, ты не ответил.
— Я не могу знать за тебя, что тебе нравится.
— Но ты легко говоришь о том, что мн-мне не нравится.
— Потому что это я вижу. Я знаю, о чём ты просишь. И я знаю тебя с этой стороны. Если бы я услышал что-то ещё, я бы мог понять. Но пока я, — Федя замолкает. — Пока мне нечего добавить. Подумай как-нибудь о том, почему ты терпишь к себе плохое отношение. И почему его требуешь. Может, это просто привычка и другого ты не видел?
Разговор прерывается снова. Следующее, что Костя видит, чуть приоткрыв дверь (он собирался войти, да остановился, потому что Юра потянул Федю за плечо), так это их двоих.
Юра, который смотрит впервые серьёзно. И Федя, который смягчается и гладит Юру по щеке.
Это не поцелуй, даже близко на него не похоже. Федя просто прижимается к уголку чужого рта, и когда Юра отмирает и приглашающе раскрывает свои губы, Федя только выдыхает ему на язык и отстраняется.
И Костя впервые видит, как Юра тянется, как Юра просит, едва отдавая себе в этом отчёт. Как он стоит растерянно с приоткрытыми губами.
Это не поцелуй.
Это что-то новое в его жизни.
Никакой страсти, романтики, ненависти, желания. Никаких чувств.
Федя занимается работой. Юра идёт помогать. Костя заходит спустя минуту, чтобы поинтересоваться, как идут дела.
Всё хорошо, говорят они оба. И для Грома находится, что переставить с места на место.
Федя уходит первым. Юра остаётся, просто потому что там остаётся Костя. И если бы он не слышал их разговор, он бы ничего не понял.
Юра, в общем, спрашивает:
— Как думаешь, что мне нравится больше всего?
Костя бы мог уверенно ответить: когда тянут за волосы. Когда отвешивают пощёчину. Когда хватают за шею.
Но теперь он не уверен.
Костя же не плохой человек, что не видит сразу тайное? Ему показали, как надо, показали, что он может, и он пользовался этим без суда и следствия.
Юра подходит к нему и тянется поцеловать. Костя отвечает на автомате. Пытается даже погладить нежно по пояснице, но Юра руку его кладёт на шею.
Сжать не хватает никаких сил.
Костя не может. У него не выходит. Он Юру от себя отстраняет, и качает головой. «Не сегодня». Явно не сейчас.
Косте казалось раньше, что он видит в этом юрином взгляде страсть, но теперь он видит, что это чистой воды отчаяние. И ненависть к себе, замаскированная под желание получить немного боли.
Был бы этот мир другим, Костя бы, наверное, как человек приличный, предложил бы Юре отношения. Возможность жить под одной или двумя крышами. То там, то здесь.
Но мир не такой.
И что-то Косте подсказывает, что Юра бы на отношения не согласился. По крайней мере не с ним. Наверное, они бы оба выбрали Федю, которого бы поначалу назвали скучным, а потом бы вцепились и не отпускали.
Плохое тянется к хорошему.
Хорошее отвергает плохое.
Костя выходит из архива последним. Юру он видит только спустя две недели. В новой одёжке, живого и радостного. И Костя знает, какой вопрос не должен задавать ни себе, ни ему: как он всё это себе позволил. Как расплатился с долгами. Как он так может.
Костя не спрашивает, потому что боится услышать вопрос в ответ: а чем ты от них всех отличаешься, Кость?
Всё повторяется почти что всегда.
Механизм работает, даже через неполадки и исключения.
Когда Юра заглядывает к нему в следующий раз и опускается на колени, Костя тянет его обратно наверх. Просто целует и уводит перекусить. Там же Федя. Может, Костя и не знает, что нравится Юре.
Но он знает, кто ему нравится.
