Эволюция

Алекс вернулся в центральную клинику ранним утром, чтобы проверить, как там Дана. Он не хотел оставлять ее одну на опасной территории слишком долго и поэтому взял за привычку возвращаться каждую пару часов и приглядывать за ней. А приобрел он ее, когда оба покинули Манхэттен и осели в Майями. Некоторое время они обретались в недавно зачищенном логове наркоторговцев до тех пор, пока Дана не нашла нормальную съемную квартиру. Было опасно, да, но по сравнению с Неоном и его засильем Жнецов Майями был почти что мирным. Пока Алекс не снизит число мудаков в фуфайках до приемлемого уровня, надолго он свою сестру одну не оставит. Он прекрасно понимал, что его действия могут вызвать подозрения — настолько большая толпа народа просто так не исчезает — но текущая ситуация в городе была ему на руку. Он утопал в насилии и преступлениях, так что до тех пор, пока Алекс не начал открыто демонстрировать свои способности — он мог оставаться в тени. ЗЕВСу почти что нравилось положение дел. Конечно, раз происходящее окрестили «чумой», то рано или поздно Черный Дозор объявится для исполнения своих прямых обязанностей. То, что они не приперлись до сих пор, — просто чудо; Манхэттен они изолировали за несколько дней. Но здесь, в Эмпайр, Алекс не углядел ни одной черной униформы. Может, стоит позвонить Кроссу и разузнать, чем они занимаются, но тогда он рискует запустить закон Мерфи. Они никогда не общались без очень веских причин. Да и единственным методом получить вести от специалиста была нестабильная связь с Хеллером. Но Развитый был собеседником еще хуже Алекса. А это было уже показательным. Но скоро связаться с ублюдком все равно придется. Дана предложила ЗЕВСу проверить серийные номера на стволах с улицы и передать их Хеллеру на обработку. Алекс мало что узнал от своей недавней жертвы, а она была в куда лучшем ментальном состоянии, чем Жнецы. От солдата со Стэмптонского моста он выяснил только то, что у банд внезапно появилась серьезная огневая мощь, которой они не должны были обладать. Об этой Мойе Алекс тоже выведал немного. Было слегка обидно. И это значило, что либо Дане, либо ему придется взламывать защищенные базы данных. Не то чтобы сестра была на это неспособна — просто Алекс был опытнее. Кроме того, она была постоянно занята больными в клинике, так что можно было побыть добреньким и сделать все самому, и неважно, насколько скучным будет занятие. Но Дана обожала взламывать. Наверно, лучше дать ей выбрать самой. Алекс двигался по пока свободному коридору к офису-комнате Даны. Они лишились своего дома из-за взрыва, и он забрал все важное, что уцелело, из руин и перетащил сюда в клинику, где Дана облюбовала комнату для себя. Алекс остановился и прислушался. Из комнаты доносился второй голос, и он был ему знаком. Но обладатель голоса не был хорошо знаком с ним, ни одетым в куртку, ни без нее. Обычно он мало контактировал с людьми, кроме ополчения, так что большинство его бы не узнали. Алекс наклонил голову и распался на бесформенную массу извивающихся щупалец. Превращение не заняло больше секунды, и по окончании он уже был в маскировочном облике. Выждав еще мгновение и успокоив оболочку, он двинулся вперед. Легонько толкнув дверь, он вошел в комнату, ненадолго прерывая разговор и осматриваясь. Медсестра, Триш, была там вместе с Даной. Алекс пристально наблюдал за ней, чуть наклонившись. Ее глаза были красными и воспаленными, прическа превратилась в невесть что. Кроме того, она явно недавно много плакала. Да и Дана выглядела подавленно. Интересно, что тут произошло? Алекс вопросительно повернулся к своей сестре. Та вздохнула и повела Триш к дивану, на котором обычно спала. Медсестра уселась и снова вытерла глаза. — Это из-за хуйни, что несли по телику? — спросила Дана. Алекс вскинул голову и прищурился. Он прекрасно понимал, о чем шла речь. «Голос Спасения» показал кадры перед взрывом, на которых курьер цацкался с бомбой перед тем, как та взорвалась. Выглядело это крайне подозрительно, учитывая то, что парень обзавелся сверхспособностями, но все же: какой террорист будет устанавливать бомбу настолько открыто? Или вообще взрывать ее прямо у своих ног? Вынося за скобки смертников, разумеется. Курьер не казался ни тем, ни другим, поэтому Алекс не понимал, почему люди так быстро обвинили его во всем. Либо человечество за последние несколько лет отупело еще сильнее, либо ситуация в городе была куда хуже, чем предполагал ЗЕВС, и вела к полной мысленной деградации. Если у тебя имелась хоть извилина, то дыры в подобной логике были очевидны. — Слушай, я не думаю, что Коул мог записаться в шахиды, — нахмурилась Дана. — Блин, да он просто неспособен смастерить что-то, что смогло бы снести шесть кварталов подчистую. — Я знаю, — всхлипывала Триш. — Но… есть еще что-то, — она снова вытерла глаза. — Коул… он… он получил сверхспособности. Он говорил, что получил их после взрыва. Тысячи погибли… Эми погибла… а он выбирается из эпицентра взрыва с простыми ожогами и сверхспособностями! Она захныкала, вперив взгляд в свои ладони. — Я знаю, что он не виноват… но кто-то хотел такое сотворить. Из-за него умерла куча людей. — Но винить Коула нельзя. Он же не хотел самого себя взорвать, — убеждала ее Дана. — Знаю. Но… я не понимаю вообще ничего, — Триш уставилась на Дану. — Я так за него волнуюсь. Его кто-то подставил… я видела, как в него стреляли. Он всегда будет в опасности. Дана моргнула и понимающе кивнула. — Я так сильно его люблю, — призналась Триш. — Я не хочу, чтобы он пострадал. Алекс в недоумении склонил голову набок. Если она его любит, то почему бросила его? Зачем ушла, если могла остаться с тем, кто в ней так нуждался? Люди. Он никогда не поймет их. Но Дана, кажется, понимала. Она со вздохом скрестила руки на груди. — Ладно. Останешься здесь, со мной, пока мы во всем тут не разберемся. Она кивнула брату и жестом указала на дверь. Оба вышли из комнаты, оставив медсестру наедине со своим горем. — Что с ней не так? — спросил Алекс, глядя на Дану. — Она в офиге, — ответила сестра. — В полном. Представь: парень, которого она знала многие годы, не только выжил в центре взрыва, который убил всех остальных, но еще и обзавелся суперсилами. Взрыва, что убил ее маленькую сестру и еще кучу ее близких, друзей и знакомых… Ты должен понять, что Эми была всем, что осталось от ее семьи. Конечно, она была разбита. А когда Телехакер внезапно свалил всю вину на ее парня — мир вокруг просто рухнул. Алекс фыркнул. Дана вздохнула. — Я знаю, что ты ее не понимаешь. Но хоть попытайся. Сейчас она в шоке. Я попытаюсь ее раскачать, но реально поможет только время. И спокойствие. Не думаю, что она действительно винит Коула — но ей необходимо выпустить пар. Это Алекс понять мог. Напоминало ситуацию с Карен. Ее вынудили создать того паразита, и впоследствии она стала новой целью, когда от него получилось избавиться. Карен была всего лишь той, на кого можно было выплеснуть злость, но предавать Алекса она никогда не хотела. Страх за свою жизнь заставил ее делать то, что она не делала бы добровольно. Ей очень повезло, что Алекс смог это понять до встречи с ней; иначе в живых она бы не осталась. С курьером было то же самое: его попросту обвинили во всем произошедшем и сделали козлом отпущения, на которого можно было излить весь гнев. Алекс изогнул шею и посмотрел на Дану. — В том, что она сказала, есть смысл, — пробормотал он. — Взрыв не был просто случайностью. Курьер получил свои способности. Город поместили в изоляцию. Банды внезапно обзавелись высокой огневой мощью. И парень оказался в центре внимания, где каждый, у кого есть ствол, так и норовит снести ему голову, — глаза сощурились. — Очень похоже на… испытания. — Испытания? — Кто-то хотел наделить того парня способностями. И заставить его пользоваться ими, если ему хотелось выжить. Я видел это, Дана. Видел, как он сражается с целой толпой одновременно… и как выходит из боя победителем, — Алекс нахмурился. — Кто-то подготовил все до мелочей. Убил тысячи и подверг тебя опасности. И я его найду. Дана резко вдохнула. — Алекс, нельзя, чтобы тебя увидели. Вояки шляются по всему городу — Черный Дозор примчится сюда в мгновение ока. И ты знаешь, что они будут делать. Если не достанут тебя, то сотрут весь город в порошок ядерной бомбой, угробят миллионы и потом скажут: «А ничего и не было». Скорее всего, обвинят во всем Коула, как и тебя. Алекс нахмурился. — Не переживай. Дана немного расслабилась. Раз она попросила, то Алекс сдержит обещание, чего бы ему это ни стоило. — Дана, у меня есть просьба, — продолжил ЗЕВС. — Можешь накопать что-то о женщине по имени Мойя Джонс? Похоже, она заправляет всем здесь, — он сделал паузу. — Эм, если хочешь и сможешь найти время, конечно. Я могу справиться сам, но подумал, что ты будешь не прочь заняться. — Э, не забирай у меня законное право на незаконное времяпровождение, — Дана сверкнула кривой ухмылкой. — Чего ты ожидаешь от найденного? Алекс осклабился. — Информацию. Должность с властью. Связь с вышестоящими. У той женщины все это есть. И я это хочу. Дану слегка передернуло. Так бывало всегда, когда ей напоминали об истинной природе Алекса. Да, она согласилась пойти с ним, она знала, чем он был на самом деле: вещью, оружием, что требовало использования. Но удовольствия от ударов суровой реальностью по лицу она не испытывала. Одного отрицания надолго не хватит. — Не волнуйся, — заявил Алекс. — Все пройдет быстро и безболезненно. Дана отряхнулась и попыталась заново нацепить на лицо ухмылку. Выглядела она очень натянуто, и брови все еще стояли домиком. Алекс умел читать лица и язык тела: сестра пыталась не подавать виду, но его естество ее пугало. — Эй, — пробормотал он успокаивающе. — Не пугайся, хорошо? Ты же знаешь, что я никогда не наврежу тебе. — Знаю, но от тебя все равно мурашки по спине, — выдохнула Дана, снова попытавшись ухмыльнуться, но на этот раз вышло еще более ненатурально. — Я до сих пор помню того парня, что вломился в наш дом в Детройте. Алекс шмыгнул носом. Как и он. Тот мужик пролез через окно, думая, что Дана жила здесь одна. И не ожидал, что на него навалится ходячее био-оружие. Алекс быстро с ним расправился, разнеся голову ударом колена, и поглотил остатки, включая пятна на полу, стенах и потолке. Он давно понял, что пока мозг оставался целым — память удавалось поглотить. Если она была ему не нужна — как в случае с грабителем — то не было и смысла сохранять центральную нервную систему, когда он кормился. Но вот зрелище разрывания взрослого мужика на куски и их пожирание прямо перед Даной было слишком сильным ударом по ее психике. Они не разговаривали несколько дней, так как Алекс посчитал нужным держать дистанцию. Дана понимала, что брату было необходимо охотиться, для него это было таким же естественным, как дышать — для нее; до тех пор, пока он пытался действовать скрытно и не охотился на невинных гражданских, она не могла выступать против его инстинктов. Это было не идеально, но вот так вот они и жили. А Алекс был осторожен в выборе жертв, тех, кто его видел и тех, кто о нем знал. — Теперь чем займешься? — спросила Дана. — Прогуляешься? — Не думаю, — задумчиво произнес Алекс. — Может быть, вечером, но пока побуду рядом. — Хорошо, — сестра хлопнула в ладоши. — Думаю, Триш тоже обрадуется. Ты ей очень нравишься, знаешь, да? Алекс фыркнул. — Ага. Интересно, как долго это продержится, когда она узнает, что я на самом деле. Кто ты на самом деле, — он бросил взгляд на сестру. — Если она не в состоянии справиться с фактом, что ее парень получил силы после взрыва, в котором его обвинили, то как она отреагирует на то, что ее лучшая подруга — единственный родственник террориста Америки номер один, и оба все это время ей лгали? — Мы никогда ей не скажем, — решила Дана. — Черт, нельзя ей это говорить. Это будет слишком опасно для нее. Алекс молчаливо кивнул.

* * *

Коул четко видел, что Зик из последних сил сдерживает эмоции. Он всегда был фанатом теорий заговора, поэтому, когда до него дошло, что его лучший друг во всех смыслах был ходячим образцом из «Файлов Икс», то стал взвинчен сильнее, чем терьер в бочке с крысами. Он чуть не подпрыгивал на месте, сидя на диване на их крыше и слушая пересказ Коулом слов Мойи. Курьер говорил на автомате и едва следил за течением разговора. Мыслями он был в совсем другом месте. Он вспоминал, как расстреливали людей на мосту. И едва не проблевался, но сумел взять себя в руки. В том, что они добрались так далеко, виноват был он, и из-за этого очень сильно горевал. Коул был причиной того, что десятки людей умерли прямо у него на глазах. Их смерти навсегда повиснут на его совести. С тех самых пор, как они с Зиком вернулись, в его голове безостановочно носилась одна мысль. Он найдет всех виновных — и он убьет их. Ярость была ему вполне знакома: он много раз срывался на отца, на брата, даже на учителей и боссов. Но осознание того, что теперь он располагает возможностью что-то сделать, было пугающим. Коул не был особо жестокой личностью. Да, его характер был вспыльчивым, но ему всегда хватало наорать на обидчика. На Триш — ни за что, но несколько перепалок с Зиком у него в прошлом были. Настоящая жесть начиналась, когда он замолкал. Но мысль реально кого-то убить у него никогда не проскакивала. Только вот после Жнецов он начал понимать, насколько это было просто. Жнецы — убийцы, наркоманы, похитители; они не заслуживали снисхождения, потому что сами не оказывали его никому. Принцип «око за око» жесток, но в сегодняшнем мире ничего больше не работало. Либо сражайся — либо утонешь с концами. А Коул тонуть не собирался. Он лишь надеялся сохранить свою человечность. Пасть было очень просто, а вот выбраться — уже нет. Пока он размышлял, рот самостоятельно выговаривал фразы. В какой-то момент он поймал себя на том, что объяснял Зику принцип действия Сферы. — …И поглощает нейроэлектрическую энергию. Ну и способ получить силы. Коулу хотелось бы, чтобы такой метод не забирал человеческие жизни, но случившееся уже в прошлом. Все, что оставалось — принять это и двигаться вперед. — О, я так и знал! — выпалил Зик. — Все, что я говорил — истинная правда, — он поправил очки на носу. — Правительство вступило в сговор с тайной организацией, а Лучевая Сфера… Черт, теперь все ясно. Его аж трясло от возбуждения, и он подпрыгивал на месте. Коул нахмурился. — Без нервов. Вредно для здоровья. — Лучевая Сфера дает силу тому, кто ей управляет, — заявил Зик. — Ты должен вернуть ее. Коул закатил глаза. Зик был в своем репертуаре. Эта штука угробила тысячи при активации, а все, о чем думал он: как через нее получить суперспособности. — Конечно, — пробормотал Коул. — И мне бы пригодился помощник. Такой, который принимал бы на себя удары. Блин, все его раны давно затянулись, но все равно было довольно больно. Кроме того, подшучивания помогали ему отвлечься от размышлений над тем, каким именно способом он убьет Кесслера, когда, наконец, найдет его. — А, черт возьми, — поворчал толстяк. — Зик Джедедайя Данбар — сам себе хозяин. Коул запнулся из-за абсурдности ситуации, но удержаться не смог: — Твое второе имя — Джедедайя?! — Именно так, — ответил Зик с ухмылкой. — Меня назвали в честь деда. Он был крепкий парень… для своего роста, — он сделал паузу и нахмурился. — Не знаю, откуда взялось имя Зик, но уверен… — Тебе нужно вздремнуть, — строго оборвал его Коул, натянув на лицо маску «старшего брата». — И помыться, — он глянул на темнеющее небо. — А меня ждут дела. Зик немного посверлил его взглядом, но вскинул руки вверх. — Ладно, — он поднялся с дивана. — Все веселье насмарку. Коул ухмыльнулся в спину удаляющемуся другу. Он понятия не имел, как это работает, но присутствие Зика всегда поднимало ему настроение. Тут зазвонил телефон, и он поднял трубку. Наверное, Мойя. — У меня есть для тебя пара зацепок, — сразу начала она. — Координаты я загрузила в твой телефон. Позвони, когда будешь на месте. И отключилась до того, как Коул смог произнести хоть слово. Кто бы сомневался. Никаких «Привет», никаких «Как ты там», никаких «Надеюсь, что ты пересек мост без особых проблем, потому что я — тупая властная сука и обожаю давать подсрачники своим рабам». Коул закатил глаза и глянул на экран телефона, высматривая сброшенные координаты. К его удивлению, метка была прямо перед ним, на верху здания на юге от его квартиры, если верить данным. Он приподнялся, высматривая крышу, тяжело вздохнул и начал двигаться. Стены дома были гладкими — было почти не за что ухватиться. Но на одной из них была лестница, рядом с крышей дома возле него. Сгодится. Коул спрыгнул с крыши дома Зика и после приземления ушел в перекат. Хотя падения больше не были для него болезненными, он все еще на автомате пользовался заученными на тренировках движениями. Он направился к пустой парковке, бросая взгляды наверх. Гладкое стекло, окружающее нижние этажи постройки, было очень некстати. Коул повернулся и побежал вокруг. Там нашлась водосточная труба, прилегающая к черному ходу, по которой он добрался до второго этажа без проблем. Чтобы дотянуться до крыши, ему пришлось спрыгнуть с трубы и уцепиться за его край. А потом подтянуться наверх. До взрыва, кстати, подобное ему бы не удалось. Его способности усилили его выносливость и стойкость, позволяя достаточно легко исполнять более сложные трюки. Кроме того, они усилили чувства Коула. На крыше был один Жнец, постреливающий в гражданских внизу. Курьер, не тратя времени, поджарил супостата молнией и сбросил вниз с третьего этажа. Никаких угрызений совести по этому поводу он не испытал и просто направился к поржавевшей лестнице, даже не глянув на недавнюю жертву. Взобравшись на два этажа наверх к крыше, он остановился, пытаясь понять, что же ему надо найти. Он обшарил взглядом ряды кондиционеров и антенну в поисках чего-то, что могло заинтересовать Мойю. Не увидев ничего, он набрал ее. — Так, что теперь? — Я ловлю странные помехи с какой-то крыши недалеко от тебя, — объяснила Мойя. — Выясни, что это за шум и откуда он. А Коулу казалось, что он должен искать этого дядьку, Джона Уайта. Хм. — И что мне искать? — Точно не знаю, — призналась Мойя. — Возможно, какой-нибудь передатчик. Позвони, когда будешь на месте. Коул фыркнул и перепрыгнул с крыши на другую, что была чуть дальше по улице и ниже, а потом вскарабкался на похожее на башню строение при помощи различных выступов и билбордов. Прежде такой уровень свободы был ему недоступен, даже когда он практиковал паркур в Нью Маре. Когда он добрался до плоской круглой крыши, то даже не запыхался. Коул выпустил импульс радара, и он вернулся к нему с сигналом об электронной помехе. Заинтересовавшись, он подобрался поближе и нашел… штукенцию, прикрепленную к спутниковой тарелке. Покопавшись в своей памяти, он вспомнил, как Зик называл такие устройства. Коул ткнул в телефон. — Нашел, — заявил он. — Похоже, к этой спутниковой тарелке подключено переносное аудиоустройство. Мойя цокнула языком. — Попробуй подключить к нему телефон. Коул нахмурился, вспоминая, что там об этих штуках рассказывал Зик. Это были своего рода тайники, по которым городские Бегущие передавали друг другу сообщения. Коул не был одним из них, но Зик водился с несколькими. Он часто предлагал Коулу присоединиться, так как он был почти лучшим бегуном в Эмпайр, проигрывая только девчонке по имени Фейт. Курьер с ней никогда не встречался, да и большого желания проводить еще больше времени, прыгая по крышам за «большое спасибо», у него не было. Ему нравился паркур, но его основная работа и так его здорово выматывала. Коул ткнул в кнопку на устройстве и поставил свой телефон на запись. До его ушей дошли только помехи и искаженные голоса. Он фыркнул. — Какая-то абракадабра. — Это зашифрованное сообщения, — заметила Мойя и замолчала, защелкав по клавиатуре. — Но я не могу взломать код, — заворчала она. — Оглядись, нет ли поблизости такой же штуки. Коул вскинул брови. Мойя была требовательной и властной, но игрушки у нее были что надо. К тому же она очистит его имя, так что можно немного потерпеть. Он снова сосредоточился на своем радаре, ощупывая округу. Но поморщился на резкий всплеск электрического шума вокруг, хотя и нашел что-то, что дергало его за ощущения где-то. Еще один тайник? Коул посмотрел в направлении раздражителя и сфокусировался, пытаясь отсеять все, кроме того сигнала. Он взобрался на билборд и нахмурился. Сигнал шел где-то оттуда, в районе Неона. Бросив взгляд вниз на улицу, примерно на десять этажей вниз, он сглотнул. Потом вспомнил, что от прыжка вниз со статуи на Арчер Сквер он даже не почесался, и сиганул вниз. На мгновение он запаниковал, боясь распластаться кляксой на тротуаре, и замахал руками, но приземлился со смачным грохотом, не ощутив ничего. Коул моргнул и посмотрел на верхотуру, с которой сверзился. — Было… легко, — пробормотал он. Даже по зубам не отдалось. Коулу аж понравилось. Выпустив еще один импульс, он нашел следующий тайник на крыше другого здания дальше по улице. Он начал быстро двигаться, так как вокруг были люди. На данный момент его фотка разлетелась по всему городу, и почти все поголовно охотились за ним. Лучше пока держаться поближе к крышам. Подпрыгнув, он уцепился за подоконник правой рукой. Но вместо того, чтобы ухватиться и левой, он подбросил тело вверх, отпихнувшись ногой от стены, и уцепился за выступ над окном, потом снова рванулся вверх и взялся за следующий подоконник. Коул остановился и нахмурился. Он повис на одной руке, держался на окне внизу всего одной ногой и не испытывал по этому поводу никаких неудобств. Хех. Суперсилы. Круто. Коул никогда не карабкался по пятиэтажному зданию настолько быстро. Когда он перевалился на край крыши, то глянул вниз, чтобы убедиться, что только что был в самом низу. Он ухмыльнулся. В плечо больно вгрызлась пуля и заставила дернуться вперед с глазами навыкате. Жнецы. Здесь, на крыше. Нигде от них спасу не было. Коул хмуро уставился на них, пока рана на плече искрила, выдавливая пулю наружу и заживляя рану. Жнецов все это не смутило, и они продолжили наступление, но Коул выбросил руку вперед, обрушив на них ударную волну и сбросив с крыши. Без всякой жалости. Не считая нужным наблюдать за последующими ударами об землю, он побежал по крыше и прыгнул, уцепившись за билборд. Как и прежде, ухватиться пальцами за почти невидимую трещинку было достаточно для удержания твердой хватки. Метнув тело вверх, он добрался до его верха смехотворно легко. Направившись к металлической решетке еще одного ярко светящегося транспаранта, он зашагал по верхнему ребру. Прежде Коул заявил бы, что любой, кто вытворял такое в наступающей ночи без нормальной страховки, был самоубийцей… но теперь он наслаждался ощущением свободы. Легкий ветерок обдувал тело, пока он незаметно для людей внизу лез по стене. Для любого другого это было крайне опасно, но Коул был… просто счастлив видеть мир так, как не мог никто. Добраться до следующего карниза, а с него — на водосток, и карабкаться по нему вверх было просто. И снова — даже опасно балансируя на самом краю и глядя вниз, никакого страха он не ощущал. Ощущение свободы было слишком пьянящим. Словами это было не описать. Коул будто был под кайфом — и это было абсолютно охренительно. Он засмеялся, чувствуя на высоте порывы ветра. — Если ты уже закончил выделываться, может, вернешься к тому, что я тебе приказала? Коул клацнул челюстями и раздраженно глянул на телефон. Ну конечно, Мамзель Работай-А-Не-Веселись обломала весь кайф. Намеренно громко и четко пробормотав что-то матерное, курьер взобрался на последнюю крышу и подошел к еще одной спутниковой тарелке. Уши снова разобрали только обрывающиеся голоса, и Коул нахмурился. — Ты слышишь? — спросил он «напарницу». — То же, что и раньше. — Я прогоняю сигналы через программу-дешифратор, — пояснила Мойя. — Я почти взломала код, но мне нужен еще один образец, — Коул фыркнул, предвидя ее следующие слова. — Поищи еще такие же файлы. Ага. В яблочко. Коул повернулся, снова активировал радар и проверил местность. Следующий сигнал он засек дальше по кварталу. Курьер направился к высоковольтному проводу, свисающему между его крышей и следующей через улицу, и прыгнул на него. Провод закачало от веса Коула и порывов ветра, но сильно его это не беспокоило. Лениво выставив руки в стороны, он начал двигаться вперед. Курьер даже сомневался, что руки вообще хоть как-то помогают: его тело поправляло само себя в нужную позу, позволяя двигаться по проводу, даже не шатаясь. Ощущение равновесия было нечеловеческим. Он, поди, смог бы стоять на одном пальце на острие иглы и шмалять в народ молниями не шелохнувшись. Коул остановился на середине провода и прищурился. Он мог различить следующую тарелку вдалеке; как и четырех Жнецов вокруг нее. Под искусственным освещением снизу виднелись отблески от оружия и два полицейских щита. Коул фыркнул и на последних футах провода перешел на бег, спрыгнув с провода на другую крышу на пике рывка, уходя от выстрелов. Приземлившись, он ушел в перекат и помчался в сторону стены комплекса со спутниковым передатчиком. Ухватившись за кирпичный выступ, он метнул тело сразу на два этажа вверх. Жнецы уже сменили позицию, пытаясь достать курьера сверху, но в этот момент он ответил. Свободной рукой он начал швырять разряды, отбрасывая нападающих назад, что позволило ему вовремя долезть до крыши и схлестнуться с четверкой. Не медля, Коул выбросил руки вперед, накрывая Жнецов ударной волной и сбрасывая всех вниз на погибель. Тайник теперь был доступен. Коул опустился на колено и включил запись, снова прослушивая неразборчивый бред. — Это последний. — Подожди минуту, — Мойя замолчала, и снова послышалось щелканье клавиатуры. — Да, этого должно хватить. Загружаю алгоритм расшифровки в твой телефон. Теперь ты сможешь прослушивать сообщения. Коул моргнул. Он понятия не имел, что его мобила была способна на такое. Он нагнулся и включил запись. «Я не смог помешать Кесслеру взорвать Лучевую Сферу», — задыхаясь, произнес мужской голос. Коул услышал резкий вдох Мойи. Может, она и была властной сукой, но, видимо, очень беспокоилась за мужа. Это можно было понять. При мысли о Триш его сердце болезненно сжалось, но если и был способ доказать свою невиновность, то только с помощью Мойи. «Чертова дрянь разнесла шесть кварталов, убила много народа, — продолжал говорить Джон. — Я нашел Лучевую Сферу в воронке взрыва, рядом с каким-то пареньком. Не знаю, жив он или нет, проверять было некогда». Коул поморщился. Вот черт. Этот мужик был рядом с ним. «Мне нужно срочно скрыться. Если меня кто-нибудь слушает, прошу немедленно меня забрать». Голос прервался, будто мужчина к чему-то прислушивался. «Прошу, найдите меня раньше, чем это сделает Кесслер». Запись оборвалась. Коул нахмурился. — Ты что-нибудь понимаешь? — Не могу поверить, — прошептала Мойя. — Это Джон. Он использовал тайники, чтобы передавать сообщения тем, кто его нанял. Коул моргнул. — Кхм, не понял. Послышался вздох. — Это значит, что в городе могут быть еще такие штуки. Надо найти как можно больше — вдруг они укажут на Лучевую Сферу. Режим властной твари активирован. Зашибись. — Найду Джона и Лучевую Сферу, — подытожил Коул, — И я свободен? — Я помню условия, Коул. — Просто напоминаю. Телефон снова замолчал, но она, разумеется, подслушивала. Хм. Курьер почесал голову, думая, что делать дальше. Вернуться к Зику? Ушел он не так давно, а работы все еще было много. Можно было проверить свои силы. Ночь ведь все еще молода. Немного похмурившись, Коул решил проверить клиники в округе. Взрыв не был его виной, и теперь у него была запись из тайника, чтобы это доказать. Он мог бы показать ее Триш, раскрыть ей правду и попытаться начать заново. А если он ее не найдет — Жнецы начали превращаться в настоящую угрозу. Теперь у Коула были способности, так что он мог хорошенько обломать им рога и заставить убраться с Неона, ну, или хотя бы снизить количество постоянно летящих в него пуль. Коул фыркнул. Махачи со Жнецами были для него личным делом, но если это заставит и остальных отвалить от него — будет и то лучше. Если перемочить достаточно бандитов, то это может припугнуть местных жителей и не давать им действовать. Хотя ни эти идиоты, ни их мнения Коула не волновали: во всем городе было целых два человека, к которым он прислушивался, но один из них, похоже, не желал его никогда больше видеть. Курьер начал двигаться, падая вниз на улицу и сразу же взбираясь на здание на другом ее конце, чтобы оказаться в безопасности на крыше. Он наткнулся на нескольких Жнецов, что палили по улице почем зря, и быстро с ними разобрался. Большинство не замечало его приближения до тех пор, пока несколько тысяч вольт не обрушивались на них и сбрасывали вниз с верхотуры. Когда Коул приблизился к одной из клиник, то отчетливо услышал звуки пальбы. Он сместился в сторону, меняя направление, и помчался к источнику шума. Курьер пронесся по крыше, потом по проводу между двух домов, вскарабкался по фасаду здания и перепрыгнул несколько кондиционеров. Он двигался достаточно быстро и нашел группу гражданских с серьезными стволами, что пытались отогнать отряд Жнецов. Пару секунд Коул думал над тем, откуда они взяли оружие, но быстро заметил, что стрелять ни один из них не умеет и скоро их задавят числом. Он спрыгнул вниз, заряжая тело током. Когда он грохнулся о землю прямо перед Жнецами, то отбросил примерно половину в сторону. Остальные задергались и направили на него оружие. Коул сощурился и немного поплевался молниями, поджаривая несколько человек и в то же время быстро двигаясь к невысокой стенке. На этот раз он оказался достаточно проворным, и пули его не задели. Курьер на мгновение замер, посылая импульс радара на исследование местности. Все Жнецы направились в обход стенки для занятия лучшей позиции, но все двигались в одном направлении. Коул, ухмыльнувшись, зарядился и просто выжидал. Едва вся банда показалась из-за угла, он запустил в них массивный разряд, сбив всех с ног. На ногах не устоял никто, и Коул поднялся и отряхнул одежду. Гражданские пялились на него с выпученными глазами, дрожащими руками сжимая оружие. Коул нахмурился и сделал шаг в их сторону. Все как один отшатнулись и навели на него пушки. Он остановился. — Пока что я добренький, — проговорил курьер низким голосом. — Выстрелы мне ничего не сделают, но тогда я захочу вас отмудохать. Толпа напуганно отступила. — Вот и славно, — проворчал Коул. Быстро осмотрев сборище, он выцепил одного, который выглядел как командир. — Ты. — Я? — Ты, — Коул поманил его пальцем. — Подойди-ка сюда на минутку. Мужик насупился, бросая взгляды на искрящиеся руки курьера. Тот вздохнул и подавил разряды. — Слушай, я просто хочу кое-чего спросить. Мужик все еще сомневался, но все же медленно подошел. — Чего тебе? — Пушки, — спросил Коул. — Откуда вы их достали? — Были жнецовскими, — пояснил «командир». — Серьезно? — курьер склонил голову набок. — А у вас как оказались? Эта толпа была такой же эффективной, как мешок котят, в конце-то концов. — Какой-то парень притащил. — «Какой-то парень»? — Да. Слышал, что он тут всякую работу делает: добывает оружие Жнецов и дает нам для защиты. Иногда помогает, если кому-то нужно. И стреляет как боженька. Наверно, вояка. — Как он выглядит? Мужик подал плечами. — Не амбал. Тощий, высокий, темноволосый, слегка курчавый. Белая рубашка. Джинсы… Коул зашипел. — Голубые глаза? — Ага. Это он. Отлично. Тот самый, что уничтожил двух Жнецов за раз. Курьер надеялся, что больше с ним не встретится. Но все-таки… — Где он теперь? — нахмурился Коул. Парень вроде него мог быть полезен в отвоевывании Неона. — Без понятия. Когда он заканчивает, то просто исчезает. Блеск. — Есть идеи, куда? — Говорят, к другим клиникам. Коул сделал паузу. Может, тогда все-таки стоило проверить. Он уже развернулся, но давешний мужик прокашлялся. — Ты… ты тот парень из телика? — А что, если так? — прорычал курьер. Собеседник слегка дернулся. — Ну… знаешь, если интересует мое мнение — то все это выглядело как туфта. Парень вроде тебя не может же быть плохим, да? Коул нахмурился наполовину зло, наполовину удивленно. Мужик даже половины всего не знал. Но если был один, кто так думал, то должны были быть и еще. Может, помощь людям и давала что-то. Чем больше народа видело настоящую натуру Коула, тем меньше ему надо было волноваться о доморощенной инквизиции. Но доверие — ценная штука. Те люди могли и замышлять что-то. Лучше пока одному. — И не говори, — проворчал курьер и пошел прочь.

* * *

Дана и Триш отправились в клинику. Всех врачей и медсестер вызвали и приказали быть в полной готовности. Случилась какая-то дрянь, и несколько человек внезапно и жестоко заболели. Алек остался позади. Подождав, пока большинство персонала не уйдет, он начал двигаться по коридору. Из-за того, что Дана работала в центральной клинике, она была защищена лучше всех. Очень небольшое количество Жнецов рискнуло бы нарваться на Алекса. А значит — здесь было больше всего оружия. Оружия, что ЗЕВС поотбирал у банд Эмпайр. Оружия, которого тут вообще не должно было быть. Быстро оглядевшись на предмет случайных наблюдателей, Алекс сменил облик на свой привычный, минус куртка с капюшоном. В этом обличье его знали как парня, что помогал отбиваться от Жнецов. Несколько раз у него спрашивали имя, но он никогда не отвечал. Он просто приходил, отдавал оружие, патроны, еду и припасы или подстреливал парочку бандитов и снова исчезал. Так что никто к нему не приставал, когда он шатался по клинике. Скорее всего, думали, что он пришел проверить запасы. Чем он, собственно, сегодня и занимался. Алекс направился в ранее пустую кладовку в подвале. Прежде она была забита старым и редко использующимся медицинским оборудованием, но теперь переделана в небольшую оружейную, когда здесь все достаточно укрепили. Перед дверью дежурили два вьетнамских ветерана. Они и несколько других вызвались добровольцами для охраны склада и тренировки ополченцев. Когда Алекс подошел достаточно близко, оба щелкнули каблуками и отдали честь. — Сэр. — Вольно, — хрипло пробормотал ЗЕВС. Когда бы он ни приходил, ему всегда отвечали по знакомому Алексу до зубного скрежета военному уставу. Иногда он задумывался, что бы они о нем думали, если бы знали, что именно он поверг Америку в хаос и толпами косил их боевых братьев. Попытаются ли они напасть? Алекс фыркнул. Старики и неопытные гражданские. Они не выстоят и минуты, даже если он будет играться с ними. Черт, да он перемелет целую улицу врагов одним взмахом Хлыста. Люди против него бессильны. — Нужна новая винтовка? — спросил один из охранников. Алекс так и не удосужился запомнить их имена. — Нет, — ответил он. — Просто нужно кое-что проверить. Ветераны кивнули, и он вошел в кладовку, закрыв за собой дверь. Потом осмотрелся. Штурмовые винтовки, дробовики, охотничьи ружья, снайперские винтовки и широкий спектр пистолетов были сложены у стен. Что ж, добыть такое оружие было до смешного легко, особенно в Америке, где оно было чуть не под кустами разбросано, но в таком большом количестве ­- невозможно. Кто-то снабжал бандитов. Вопрос — зачем? Снова фыркнув, Алекс цапнул ближайший ствол. Им оказалась М16, вполне знакомая ему модель. Даже слишком знакомая, потому что пули из этого оружия первыми прошили его грудь после пробуждения в ГЕНТЕК. Славные времена. Алекс перевернул оружие и быстро разобрал. Пользуясь памятью и навыками сотни поглощенных им солдат, он разнял винтовку на части и осмотрел каждую деталь. Все они были новехонькими, чуть ли не в масле, что противоречило тому факту, что модель все же была старой. ЗЕВС сощурился и мазнул взглядом по серийному номеру, вытравленному на стволе. Для него он ничего не значил, и возможности проверить у него не было, но кое-кто мог этому поспособствовать. Алекс подозрительно посмотрел по сторонам, будто выискивая кого-то затаившегося в темном углу, а потом включился в Разум Роя. Мир окрасился в темные тона красного и коричневого, а сам Алекс сиял неестественной белой аурой. Разум молчал. Не как в Манхэттене, где миллионы голосов орали одновременно. Теперь осталось только два. Его собственный, громкий как буря и гораздо более тихий голос Развитого. — Хеллер. Алекс ощутил, как человек на другом конце дернулся. Они очень редко общались, хотя ни один из них не любил одиночество. Кроме того, оба ненавидели друг друга и избегали совместного времяпровождения. Алекс и Хеллер были подобно мангуст и змея. — Ебаный в рот, Мерсер, — процедил Хеллер по ментальному проводу. — Че тебе надо? — Знаешь, что творится в Эмпайр Сити? Ненадолго повисла мысленная тишина. — Да. Террористы снесли полгорода, остальное власти закатали в колючую проволоку, людям самолетами поставляют припасы. Есть слухи. — Что говорят новости? — Черт. Люди в порядке. Просто в порядке. Алекс коротко хохотнул. Его мало чем можно было развеселить, и Хеллер занервничал. Еще бы. — Ага. А люди, умирающие от голода на улице, мне просто привиделись. — Блядь. Новый Манхэттен нарисовался, что ли? — Пока все не так плохо, но вполне похоже. — Ебаный в рот. — Я к тебе не по этому поводу. — Нет? — Слушай. На улицах слишком много оружия. Причем такого, за какое вы все там уссаться готовы. Штурмовые винтовки, РПГ, все от А до Я. Я хочу знать, откуда оно здесь появилось, но местные стрелки мало чем могут мне помочь. Хеллер вздохнул. — Серийник есть? — Есть. Алекс поднес ствол поближе и глянул на номер. Пришлось его проговорить, ибо для передачи образов по приглушенной сети Разума Роя им следовало быть ближе друг к другу. — Хорошо, посмотрю, — сказал Развитый. — Но нужна причина. На меня будут косо пялиться, если я вытащу какой-то серийник словно кролика из ебаной шляпы. — Займись, — ответил Алекс и на секунду замолчал. — Есть еще кое-что, Хеллер. Тот фыркнул. — Говори давай. — Кто такая Мойя Джонс? — Мойя Джонс? Первый раз слышу. — Кажется, она заправляет делами в Эмпайр. — Посмотрю, что удастся накопать. Вопрос: а чего это ты не расчехляешь свою мозгоебку и сам не ищешь? — Не хочу показываться на глаза Черному Дозору. Нет желания смотреть, как еще один город сгорает в ядерном пламени. — Угу. Уебки, все до последнего, — Хеллер словно пожал плечами. — Ладно, разберусь. Алекс кивнул сам себе. — Хорошо, — он запнулся и нахмурился. — И… Дана передает привет. — Скажи ей, что предложение все еще в силе, — ответил Развитый более мягким тоном. — Майя скучает. — Ни за что, — ухмыльнулся Алекс. — Не хочет выпускать меня из вида. — Умничка. А то ты, урод, такой хуйни наворотишь — мама не горюй. ЗЕВС закатил глаза. — Сделай мне одолжение: засунь себе ствол в жопу и нажми на курок. — Сразу после того, как в твоей будет термобарический снаряд, сучара. Развитый обрубил связь. Алекс положил винтовку туда, где взял, и вышел из сети Разума Роя. Одной проблемой меньше. Как бы он ни ненавидел Хеллера — тот был надежным и со своей задачей справится. Теперь нужно только ждать. Вот только зачем ждать здесь? Всегда можно поохотиться на Жнецов; тем более, что время позднее — много народу на улицах не будет. На лицо наползла ухмылка, и Алекс повернулся и вышел из комнаты. Самая пора поточить коготки.