Эволюция

Мойя приказала курьеру двигать на квартиру друга и отдохнуть, сбросила звонок и нахмурилась. Повернувшись к одному из многих экранов на стене, она увидела, что сигнал Коула не двигался. Наверное, тот все еще приводил мысли в порядок. Хотя особо винить его в небольшой мозготряске после личной встречи с тем, кто взорвал Исторический район, она не могла, но это было крайне неудобно в отношении ее работы. Если у МакГрата случится нервный срыв — придется искать кого-то другого для поисков Уайта и Лучевой Сферы. План откатится на несколько шагов назад. Мойя злобно нахмурилась. Кесслер. Этот козел рушил все планы. У DARPA были большие надежды на его исследования, и они спонсировали его и Первых Сынов миллионами… и что в итоге? Нарушенное соглашение, несколько десятков мертвых ее подчиненных и кратер в центре Эмпайр Сити. Кесслер будет повержен, но перед этим было необходимо заполучить Лучевую Сферу. Мойя скривилась, зло защелкав каблуками по полу. — Мэм? — обратился к ней один из техников. — Что нам делать теперь? — Выясните, что он рассказал курьеру, — приказала та. — И пристально за ним следите. Нельзя, чтобы он снова исчез. Как вчера. Ее лично на месте не было, но были ее люди. Коул исчез, телефон валялся где-то на крыше, а прямо через улицу было место натуральной бойни. Мойя хорошо помнила его слова перед тем, как связь пропала. «Я с ним сам не справлюсь!» Курьер кричал, и в его голосе был слышен настоящий страх. По его словам, это был еще один проводник, по описанию — с когтями. И если оценивать то, как именно он расправился с толпой Жнецов, скорее всего, так и было. Серьезно, откуда повылезали все эти выродки? Кесслер сам по себе — проблема, Коул — следующий. Саша и Алден шли после: оба демонстрировали способности, которых у них до взрыва не наблюдалось. Потом те Жнецы-проводники, которых описывал Коул. А теперь еще какой-то хрен с когтями? Это уже перебор. По-видимому, Коулу повезло выбраться из той стычки живым. Если бы он погиб, тогда не оставалось бы ничего другого, кроме полноценного вторжения в город и захвата Уайта и Лучевой Сферы таким образом. Гражданским бы такой расклад не особо понравился, да и общественность начала бы выражать недовольство. Мойя хотела бы избежать такого исхода. Вторжения в американские города всегда были очень скользкой темой. Текущая ситуация могла принять оборот еще хуже. Мойя бросила взгляд на фото, что ее люди сделали на том месте и от вида которых несколько закаленных бывших морпехов блевали, как впервые напившиеся школьники. На лицо наползла крайне недовольная мина. Это непотребство было слишком кровавым для одного проводника, даже с когтями. Были обнаружены останки примерно дюжины Жнецов, мешок гильз, рассыпанных по асфальту, и покрытые остатками пороховых газов пушки. Напавшего расстреливали изо всех стволов, но отогнать так и не смогли. Кроме того, этот кто-то уничтожил грузовик с турелью, прошив его снизу… чем? Единственным подходящим аналогом были огромные шипы. Учитывая всех уродов со сверхсилами, шатающихся по городу, большого удивления это не вызывало. Но от конкретной ситуация веяло ощутимым дискомфортом. Сами масштабы бездумного разрушения… нет, подходило только одно объяснение. Мойя зло скривила губы. Это объяснение было невозможным. Та тварь должна быть мертва! Ничто не могло выжить после прямого удара атомной бомбы! Но она знала о слухах, ходивших после того, как Манхэттен накрылся медным тазом. Это чудовище… неужели оно действительно вернулось? Агент бросила взгляд на телефон на краю стола. Если это действительно было оно, то лучше всего будет сообщить тем, кто знает, как с ним разобраться. Черный Дозор. Название оставляло горький привкус на языке. DARPA основало его, а потом отпустило на все четыре. Они погрязли в секретах еще хуже, чем родитель, и набрали столько влияния, что даже президенту пришлось вытащить голову из задницы и искать информацию о них. Мойя нахмурилась. Но… Если Дозор и явится сюда, то захватит весь контроль над ситуацией и расстреляет все и вся, что будет выглядеть подозрительно, включая Коула. Фыркнув, она повернулась к стене экранов, вперив в них взгляд. Нет, звонить этим ублюдкам она не будет. Это ее работа, ее задание. Никто не заберет бразды у нее из рук. Кроме того, не было доказательств того, что это ЗЕВС. Пока что налицо была лишь сцена жестокой расправы. …Похуй. Даже если это и окажется ЗЕВС, сообщать Черному Дозору нельзя. Эмпайр Сити принадлежит ей, Лучевая Сфера принадлежит ей. Даже Коул МакГрат принадлежит ей. Никто не заберет у нее власть над ее собственностью.

* * *

Коул не мог унять тряску еще целый час. Не из-за осознания, что он встретился с Кесслером, не из-за того, что и тот был проводником, не из-за того, что он появился прямо перед его лицом и заставил застыть на месте как статуя. Из-за того, что курьеру показали. Образы. Запахи. Паника. Он никогда прежде не испытывал такого первобытного ужаса, хоть и понимал, что тот не был его собственным. Нет, это был чужой страх: будто Кесслер повытаскивал его из кучи людей и силой забил Коулу в глотку. И вызвал этим натуральный нервный срыв. Прошло около двадцати минут, пока курьер не осознал, что дышит, еще двадцать, пока не перестал трястись как в лихорадке, и еще двадцать, пока дрожь не унялась окончательно. Кесслер был виновен: он был причиной будущего, что он показал. Коул понятия не имел как ему вообще удалось ввязаться во все это, но четко знал, что Кесслера надо остановить. Нужно предотвратить это будущее. Во что бы то ни стало. Ради Триш. Не было времени жалеть себя. Коул с рыком поднялся на ноги, слегка шатаясь, когда те начали подкашиваться. Он фыркнул и силой мысли заставил молнии плясать на подрагивающем теле. Нельзя, чтобы это его остановило. Ему надоело бояться. Ему нельзя было бояться. Никогда больше. Курьер найдет Кесслера и остановит его. Для этого ему нужно больше мощи и, для начала, понять, где тот вообще находится. Кесслер точно был не в Неоне — значит, надо навестить другие районы. Но только после того, как Жнецы будут под контролем, а Неон — в безопасности. Пока же Коул отправится туда, где видел Триш и Кристин в последний раз. Их сведения пригодятся, чтобы найти гнездо Жнецов и узнать, как до него лучше всего добраться. И, возможно, хоть что-то про Кесслера и другие районы. Отыскались они довольно быстро: обе сидели на лавке и выглядели довольно потрепанными. Собака Кристин была рядом и подозрительно пялилась на проходящих мимо людей. Медики разошлись по округе и помогали пострадавшим, чем могли. Холодок все еще бегал по хребту курьера, но до тех пор, пока Триш была в безопасности, это было всего лишь остаточным ощущением. Он справится. Коул спрыгнул с крыши вниз, жестко приземлившись. Девушки нервно дернулись, но успокоились, когда он подошел. — Черт. Хорошая работа, Коул, — заговорила Кристин. — Что бы ты ни сделал — это остановило заражение. — Да. К бакам были присобачены канистры со смолой, — ответил курьер. — Пришлось их взорвать. — Так во-о-от почему ты весь такой модный, — в шутку бросила она. — Выглядишь так, будто искупался в этой дряни. Коул глянул на свой прикид и нахмурился. Он был заляпан по самое не хочу. Придется опять запихнуть все в стиралку. Оглянувшись вокруг и увидев, что много народу погрузили в скорые или лечили на месте, он тихо спросил: — Насколько все плохо? — Намного, — ответила Триш со вздохом. — Очень многие заболели от смолы. Клиники переполнены. У нас не хватает места на всех. Курьер нахмурился. — Я… могу чем-то помочь? Триш покачала головой. — Не думаю. Мы ничего не можем для них сделать. Остается только ждать, пока смола перестанет влиять на них, и смотреть, чтобы зараженные не навредили кому-то во время этого. Коул склонил голову набок. — А что насчет ранений? — спросил он. — Типа пулевых, порезов и прочего? Кристин пожала плечами. — Эти выблядки постреляли многих. Медработников слишком мало, лекарства нужны всем и везде. Эй, если ты знаешь, где можно достать еще, будем очень благодарны. Губы курьера слегка дернулись вверх, несмотря на все еще сжимающую внутренности панику. — Есть кое-что получше. Я могу помочь подлатать раненых — так у вас будет больше места на заляпанных смолой. — Ты, — с каменной мордой произнесла Кристин. — У тебя что, есть тайное медобразование, о котором ты никогда не упоминал? — Нет, — ответил Коул. — Вы же видели, как я сам себя излечиваю, так? Что, если я скажу, что могу поделиться этим с любым, кого коснусь? — Скажу, что ты спятил. — Вообще-то, это просто объяснить, — настаивал курьер, нахмурив брови. — Я могу усилить свою природную регенерацию, пока мне есть чем подпитаться. И могу сделать то же самое для других. Вчера у меня получилось: я подлечил пацана, которого подстрелили Жнецы, — он замолчал и поник. — Слушай… я просто хочу помочь. — Зачем? — спросила Триш. Коул подал плечами. — Не знаю. Может, хочу доказать, что я невиновен. Может, хочу заявить, что я не настолько плохой, как обо мне говорят. Это было не совсем правдой. Ему было плевать на то, что думают о нем остальные. Только мнение Триш имело вес. — Я знаю — ты думаешь, что я виноват во взрыве, но это не так. Прошу, поверь мне, — Коул схватил свой телефон и протянул медсестре. — У меня есть доказательства. — Я знаю. Курьер дернулся и уставился на Триш. Та вздохнула. — Я знаю, что это был не ты, Коул. Ты — курьер, твоя работа — доставлять посылки, — она подняла на него взгляд, но ее глаза были пусты. — Я не виню в произошедшем тебя. Но… — Триш замолчала и вздохнула. — Я видела, как в тебя стреляют. После смерти Эми… я не вынесу и твою тоже, Коул. Я не хочу видеть, как ты умираешь, — она сделала паузу. — И не хочу однажды узнать, что ты пал. Коул моргнул. — Пал? Что ты имеешь в виду? Триш отвернулась. — Теперь у тебя очень много силы, Коул. Что, если тебе надоест то, как с тобой обходятся? Что, если ты попытаешься исправить ситуацию, но в результате сделаешь все еще хуже? Я хорошо знаю тебя, но… власть развращает, — она покачала головой и сделала несколько шагов назад. — Я не злюсь на тебя, но в то же время — не знаю, чего ожидать. Я больше не понимаю, чему верить, — Триш посмотрела на него. — И пока я в этом не разберусь — я не могу быть рядом с тобой. Прости, Коул. А потом развернулась и молча ушла прочь, оставив курьера. Кристин неловко прокашлялась. — Эм, слушай… Коул глянул на нее, видя, как она с трудом подбирает слова. — Не принимай это на свой счет. Ты знаешь, что она все еще тебя любит. Но все произошедшее очень сильно ее подкосило; ей нужно время. Курьер выдохнул. — Знаю. Ты ведь присмотришь за ней, да? — Не парься. Она в надежных руках, — Кристин слегка ухмыльнулась. — Теперь: ты говорил, что можешь помочь, подлатав людей. Ты не шутил? — Нет. Но чтоб ты знала — я это делаю для себя. — Понимаю. Чем меньше народу хочет твою голову на блюдечке — тем лучше. Вопросов нет. Но еще ты говорил, что есть доказательства? Коул кивнул. — Аудиозапись. Некий Джон Уайт опознал Кесслера как виновного во всем этом. — Кесслер? — Кристин нахмурилась. — Я уже слышала это имя. Кажется, это босс Первых Сынов. — Ага. Но это все, что я знаю, — курьер склонил голову набок и насупился. — Если что-то о нем разузнаешь, то буду очень благодарен. — Могу попробовать, но могу я не так уж много, — ответила она и хлопнула его по спине. — Пошли. Провожу тебя в ближайшую клинику, и там посмотрим на твое джедайское вуду, — она запнулась. — Но для начала переоденем тебя во что-то чистое.

* * *

Алекс был по-настоящему удивлен курьером. Тот был напуган — от него так и несло адреналином, сердце стучало как отбойный молоток и конечности слегка подрагивали — но он очень старался не подавать вида. Вместо этого он явился в клинику, переоделся в хламиду медбрата, пока его шмотки крутились в стиралке и сушилке, и принялся лечить раненых гражданских. Хоть электричество было Алексу не по душе и вид электрических дуг, бегающих по пациентам, заставил его отпрянуть и немного пошипеть. Но после удара током все раны и ушибы попросту исчезали, затягиваясь почти мгновенно сродни его собственной регенерации. Это удивило Бегуна: он не знал, что можно передавать способности кому-то другому. Хотя это не было именно передачей: похоже, что курьер использовал текущую по его телу энергию, чтобы вывести человеческие способности залечивать собственные раны на новый уровень. Он занимался этим несколько часов кряду, латая в каждой клинике Неона всех, у кого были именно телесные повреждения, пока полностью не истощился и вернулся домой. Алекс призадумался. До сих пор жители города не дали Коулу ни единого повода помогать им, но вот он лечил их просто так; хотя, скорее всего, делал это, чтобы впечатлить свою девушку и найти хоть пару союзников в городе, жаждущем его крови. Ну что ж, кесарю — кесарево. Алекс не считал дружелюбность такой уж полезной. Но высмотреть в нем потенциального союзника было достаточно легко. Да, начали они не ахти — мотание человеком как куклой и угрозы его жизни не слишком способствуют развитию дружбы, — но была надежда, что курьер станет слушать, если дать ему что-то, что он хочет. Так получилось, когда с ним связался Кросс, и еще раз — когда он уже сам начал разговаривать с Хеллером. К счастью, Дане удалось накопать кое-что об этой Мойе. Кое-что, что гарантированно заинтересует курьера. Ей проводник не доверял еще больше, чем Алексу. Поэтому он дождался наступления следующего дня, порвал достаточно Жнецов и стащил так много стволов, как мог, и уже потом направился к дому курьера, который тот делил с толстяком, и немного понаблюдал за ним из теней. Проводник какое-то время побегал по крышам, а потом начал что-то химичить со спутниковыми тарелками. Алекс недолго побыл в недоумении, а потом догадался, что курьер собирал зашифрованные сообщение, кем-то в них оставленные. Подслушать было просто благодаря сверхусиленным чувствам. Большинство из сказанного было неинтересным: звучали описания и просьбы вытащить «его» отсюда, оставленные, скорее всего, агентом под прикрытием. Но когда Алекс услышал имя «Кесслер», то навострил уши — курьер упоминал, что этот человек был в ответе за взрыв. «Сегодня был представлен Кесслеру». Голос из записи звучал слегка взволнованно. «У него на правой руке вместо кисти — металлическое устройство, лицо покрыто шрамами, возможно, результат аварии». Алекс прищурился. Описание было полезным, хоть ему было достаточно просто добыть больше и более надежную информацию. «Охранник сказал, что Кесслер не один десяток лет возглавляет Первых Сынов, но часто надолго пропадает из виду». Голос сделал паузу и продолжил: «Первое впечатление от Кесслера — настоящий фанатик. У него есть четкий план, и он ему следует. Нужно выступить против него раньше, чем мы собирались». Алекс мысленно согласился с агентом. Фанатики, люди, ведомые собственными желаниями, опасны. Но до сих пор все, что он слышал, — попытки кого-то подточить секту. Было трудно поверить, что культ способен учудить то, что здесь произошло. Хотя… Возможно, этот Кесслер использовал культ как ширму. Воспользовался его связями и ресурсами для создания бомбы. Но все равно непонятно для чего. Чтобы наделить курьера способностями? Зачем? Если думать логически, то это было бессмысленно, потому что всего лишь создавало дополнительного врага. Алекс сильно сомневался, что был хоть кто-то, кто хотел создать себе противника, способного победить творца. Это — не часть человеческой натуры. И пока что Кесслер не пытался демонизировать курьера. Нет, пока что все выглядело как тренировочная зона для натаскивания Коула. Для чего? Смысл пока не был виден. Коул внизу нахмурился и заозирался, подозрительно поглядывая на крыши. Он заметил Алекса? Или просто выискивал Жнецов? Кстати, о них: банда стала вести себя гораздо тише со вчерашнего дня. Патрулей на улицах стало гораздо меньше, будто их намеренно отозвали. Собирались с силами, что ли? Учитывая, что и он сам, и курьер охотились за Жнецами и уничтожали их технику, Алекс предположил, что те решили не тратить ресурсы впустую. Какова бы ни была причина, она дала ему больше времени продолжить работу над своим планом, так как Дане больше не грозила прямая опасность. Удовлетворившись осмотром местности, курьер взялся за телефон и позвонил своему соседу. Стало понятно, что он планирует возвращаться домой. Алекс вздохнул: он бы хотел переговорить с ним без лишних свидетелей. Так что он просто вышел из-за укрытия и показался, заметив, что курьер на секунду застыл как статуя, а потом быстро принял защитную позу. ЗЕВС не хотел дать ему время связаться с кем-либо, поэтому быстро перепрыгнул на крышу к курьеру, тяжело грохнувшись на усыпанный гравием толь, и одновременно метнул в него Хлыст. Курьер, матерясь, отшатнулся назад, но не успел убраться из досягаемости щупальца. Посеребренные когти ухватились за телефон на лямке, и Алекс потянул назад, мельком на него глянув и сунув в карман джинсов, топя его в биомассе и отрезая от внешнего мира. Курьер нахмурился и зарядился, гоняя молнии по рукам, и Алекс медленно поднял руки. — Я здесь не для драки, — просто проговорил он. — Я хочу поговорить. Собеседник сощурился. — Ага, — проворчал он. — И поэтому напал, верно? — Мне нужен был доступ к твоему телефону, — ответил Мерсер. — Не хочу, чтобы твои связные слышали наш разговор. Если быть честным, то можно было снова снизить тон голоса, но на этот раз курьер не контактировал со смолой, и односторонний диалог гарантированно вызвал бы подозрения. Упрятать телефон было более простым решением. — Верну обратно, когда закончим, — добавил он. Курьер все еще зло на него пялился, и его стойка была напряжена, но искрить пока что перестал. — Чего тебе надо? — прорычал он. Алекс склонил голову набок. — Что ты знаешь о Мойе Джонс? Коул дернулся и рефлекторно засверкал электричеством. Это был первый заданный Алексом ему вопрос тогда, на крыше. Очень жаль: на этот раз он ожидал ответа. — Полагаю, она сказала, что работает на ФБР, да? — легкое подергивание глаза курьера было достаточно красноречивым. — Что ж, для тебя есть новости: уже нет. Она работала на ФБР, где-то в верхних слоях, пока ее не заметило начальство кое-кого повыше, — Алекс сделал паузу и скособочился. — DARPA. Вот теперь курьер слушал. Он в недоумении уставился на собеседника. — DARPA? — Не удивительно, что ты о них мало что знаешь, — Алекс пожал плечами. — «Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США». Их работа — исследование новых технологий для правительства. В основном — оружия. Молнии исчезли, и выражение лица курьера стало удивленным. — Оружие? — тут его взгляд потух, до него начало доходить. — Вот почему ей так нужна Лучевая Сфера. — Лучевая Сфера? — Алекс нахмурил брови. — Та бомба? — он ненадолго задумался. — Если это и была бомба, тогда неудивительно, что она ее хочет. — А что ты знаешь о DARPA? — прорычал курьер. — С тебя станется и сказочки мне порассказывать. Алекс безразлично пожал плечами. — DARPA в ответе за смерть Манхэттена. Основную работу во вспышке вируса проделали они, хотя еще хуже ее сделала одна из дочерних контор, — он наклонил голову. — В любом случае, отдавать ей Лучевую Сферу нельзя. Курьер фыркнул. — До меня это уже дошло, — мрачно проговорил он. — Я скорее взорву ее к чертям, чем отдам им. По большей мере, чтобы позлить, — добавил он после секундных раздумий. Алекс ухмыльнулся. — Правильный выбор. Но предупреждаю: будь готов к последствиям. Мойя тебе не секретарша. — Знаю. Что-нибудь придумаю. — Спрятаться не получится. У DARPA везде есть ниточки. Они найдут тебя где угодно и когда угодно. Если хочешь, чтобы тебя оставили в покое — нужно вынудить их сделать это добровольно, — Алекс сделал паузу. — Шантаж вполне подойдет. Проводник нахмурился. — А тебе-то что? — Я уже говорил: твои способности любопытны. И опасны. Мне было бы спокойнее, если бы на подобной силе не было ошейника, — ответил Черный Свет. — И — мы похожи. — Похожи? Ни хрена подобного. Я — не такой, как ты. — Да, — промурлыкал Алекс. — Нет таких, как я. Последнее подобие он уничтожил собственными руками. — Но наши ситуации похожи. Нас обоих обвинили в катастрофах, случившихся вне нашего контроля, обоих назвали террористами, хотя мы и были просто случайными свидетелями, оказавшимися не в том месте не в то время. Курьер нахмурился и призадумался. Алекс пренебрежительно помахал рукой и продолжил: — Обоих заставили выживать, когда весь город ополчился против нас. И у обоих были способности, позволившие пережить то, что обычным людям не под силу. Он поднял одну руку и демонстративно превратил ее в Когти. При дневном свете процесс был хорошо виден, и оружие выглядело не так жутко, как ночью. Коул все же дернулся, но оставался на месте, осторожно осматривая органические клинки, видя, что Алекс не пытается напасть. — Ты проснулся в центре воронки. Я очнулся в морге, когда два врача пытались провести вивисекцию. «Эй, этот парень мне знаком. Он был в проекте «Черный Свет». — Я выбрался, но солдаты в масках попросту расстреляли меня, а я не понимал, где я и кто я. Мне удалось убежать. Позже я выяснил, что кто-то создал оружие. Оружие, убившее тысячи и даровавшее сверхсилы единственному выжившему — мне. Курьер дернул головой и уставился на Алекса. Желваки пару раз напряглись, но говорить он не спешил. Видимо, собирал картинку происходящего воедино. Тут их взгляды скрестились. — Как я и сказал: мы похожи больше, чем ты думаешь. — Ты не врешь, — голос курьера звучал ошеломленно. — Я понимаю, когда мне врут. От тебя я этого не ощущаю. — Не стану. Это слишком важно. — Чего ты хочешь? — Союз, — объяснил Алекс. — Ты можешь перемещаться по городу с куда большей свободой, чем я. Мне нужно скрываться, тебе — нет. Не совсем правда, но курьер не знал, что ЗЕВС может произвольно менять свою форму. И не нужно ему пока знать. — Нет никого другого, кто способен разобраться с происходящим, не потратив впустую кучу времени. Изоляция должна закончиться так быстро, как это возможно. Чем скорее карантин снимут, тем скорее мы разойдемся как в море корабли. — Да ну? — протянул курьер. — И ты этим занимаешься по доброте душевной? — Ни хуя, — фыркнул Алекс. — В жопу людей. Мне плевать, — он покачал головой. — Но весь город сидит на пороховой бочке. Неосторожная искра — и все взлетит на воздух, а мне этого не надо. Когда ситуация выйдет из-под контроля — сюда введут войска. В город войдут солдаты, перестреляют всех подчистую, скажут обществу, что это «для общего блага», и продолжат говорить до тех пор, пока ложь не заменит собой правду. Я этого не допущу: в таком случае они победят, а я не могу рисковать, чтобы люди узнали о том, что я все еще жив. Курьер нахмурился и глянул через плечо на улицу внизу. Алекс понаблюдал за этим и заметил, как его пальцы напряглись и снова расслабились. — Ладно, — скривился тот. — Допустим, поверил. Дальше что? — Ты останешься у всех на виду, но я буду подключаться, если потребуется помощь. Город слишком большой для тебя, но слишком открытый для меня. Ты заберешь себе «славу и почести», а я разберусь с закулисной работой, не привлекая внимания. Курьер фыркнул. — Ага, — его глаза сощурились а по плечам проскочило несколько искр. — Ты меня чуть не ушатал, а потом силой принудил подчиняться. Почему я должен верить тебе? — Не должен. Ни в коем случае не верь мне, — ответил Алекс с ледяной улыбкой. — Словами мне тебя не переубедить. Мне нельзя доверять, и я уже нападал на тебя, чтобы заставить замолчать. Ты едва не проболтался про меня Мойе. Я не мог этого позволить. Хотя поверь вот чему: если бы я хотел тебя убить, та давно бы убил. Но у меня нет желания, — он склонил голову набок и пристально посмотрел на курьера. — Мое единственное желание — чтобы меня оставили в покое. А если город превратится в горящие развалины, мне этого не видать. Кроме того, не думаю, что ты будешь просто стоять в стороне и смотреть на смерть и разруху. Курьер с ворчанием покачал головой. — Нет, — он попялился на Алекса немного, но выдохнул и отвернулся. — Черт, я знаю, что Мойя использует меня, знаю, что хочет заграбастать Лучевую Сферу моими руками… но у нее карт-бланш. Только она может очистить мою репутацию. — Есть и другой способ, — сказал Алекс. — «Шантаж» ­- довольно грязный термин, но по своей природе Мойя труслива. Если ты пригрозишь выставить все, что она сотворила за время катастрофы, на всеобщее обозрение — она отступится добровольно. Главная трудность заключается в поисках того, что именно она похерила. — И что? Накопать что-то подобное мне будет очень непросто. — А вот здесь подключаюсь я. У меня получится: я располагаю своими методами и несколькими союзниками, которые с радостью влезут в базы данных DARPA и добудут то, что мне нужно. Мойя не заподозрит меня, пока не давать ей на это повода. — А мне чем заниматься? — Тем же, чем и сейчас. Подыгрывай, исполняй роль ее подчиненного и пытайся найти Сферу и Кесслера. Чтобы доказать миру свою невиновность, тебе нужны оба, — Алекс фыркнул. — Но в то же время я не могу действовать открыто. Схватить Кесслера должен именно ты. Взамен, я могу работать из-за кулис. Я могу быть там, где тебе не хватает времени, и полностью убрать оружие с улиц. Проводник фыркнул. — Значит, я — отвлекающий маневр? — В некотором роде. Мне плевать на Кесслера, Мойю и ситуацию в Эмпайр. Тут Алекс слукавил. Его все же волновало происходящее в городе. Потому что Дана была здесь, и она была слишком упрямой, чтобы просто уйти, а значит — остается и он. — Можешь забрать себе все заслуги, и я удостоверюсь в том, что Кесслер и Мойя достанутся тебе вместе с чистой репутацией. Алекс убрал Когти, вернув руку в обычное состояние, и засунул обе в карманы, глядя курьеру прямо в глаза. — Очень похоже, что я только что вытянул короткую спичку, — фыркнул тот. — Если ты о том, что тебе достанутся как слава, так и последствия за провалы, то да. Но я предлагаю тебе повысить шанс успешно выбраться из всего этого… Алекс запнулся и выудил дилинькающий телефон проводника из своей биомассы. — Коул, бери трубку, — Мойя натурально рычала. — Клянусь, если ты отложил его, чтобы потрындеть со своим жирным соседом, я приколочу тебя над своим камином! Алекс фыркнул и глянул на курьера, который уже протянул руку в жесте «давай сюда», а потом нажал на кнопку приема. — Остынь, — проговорил он в трубку идеально сымитированным голосом МакГрата в то время, как тот, отвесив челюсть, пялился на него. — Трудно говорить, когда я вишу на карнизе как обезьяна. — Я тебе сейчас поерничаю, — прошипела тетка. — Чего тебе надо? — На GPS твоего телефона загружено местоположение последней подстанции. Выдвигайся туда, как только сможешь. И обрубила связь. Бегун мазнул взглядом по телефону и бросил его курьеру. — Это твоя работа, — заговорил он, понизив голос до низкого рокота, чтобы подслушать его было нельзя. — Когда обдумаешь мое предложение — поговорим снова. Алекс развернулся и сиганул с крыши, оставляя курьера одного. Первый ход сделан, теперь остается только ждать.

* * *

Союз. С Алексом Мерсером. Тем самым Алексом Мерсером. С Террористом Манхэттена. Коул не мог поверить, что даже размышляет над этим. Мысль о совместной работе с этим парнем заставляла раздаваться в голове всем возможным и невозможным тревожным звоночкам. Черт, принцип их сотрудничества был предельно понятным, хотя замешательство и паника и пытались его задавить. Мозг был как в центрифуге, в частности из-за того, что снова пришла бессонница, но одно курьер понимал достаточно четко: ему реально не стоит соглашаться. Мерсер был опасным и непредсказуемым. А то, на что он был способен, должно было заставить Коула бежать сломя голову. Как минимум. Мерсер с легкостью украл его телефон, стоя на другом конце крыши, то, как его рука извивалась и менялась, когда превратилась в смертоносные когти, то, как он врал Мойе, используя его голос… Он будто старался отыгрывать роль мудака так ревностно, как только мог. Мало того — от присутствия Мерсера курьера натурально пробирало. Он заметил, как террорист засунул телефон в правый карман, но вытащил его из левого. Это точно был его телефон, но было абсолютно непонятно, каким образом он смог отсечь связь с Мойей, просто запихнув его в обычный карман. Но если вынести все это за скобки — его слова были разумны. Для одного человека Эмпайр был слишком большим, а банды постоянно усиливали свое влияние. Всего один Жнец-проводник был проблемой, и Коул понимал, что в других районах ситуация будет хуже. Работать с кем-то, кто может впитать любой урон, было правильным ходом. Но в данном случае остро стоял вопрос доверия. Хотя в меньшей степени, чем с Мойей. Коул нахмурился. Мойя. Она не пожелала рассказать, что работает на DARPA, и использовала его, чтобы заполучить Лучевую Сферу. Пока что он будет подыгрывать. Но как только он ее найдет, то тут же уничтожит. Никто больше ей не воспользуется. Кесслер, Мойя, Мерсер — все они думали, что что-то контролируют. Не в этот раз. Коул не позволит использовать себя как дешевый инструмент, который потом выкинут в мусорку. Этому не бывать. Если они желают ему навредить — пусть будут готовы к серьезному отпору. «Хороший мальчик» весь кончился. Курьер заставит их пожалеть, что они с ним игрались. Он разгромит любого, кто попытается отнять у него контроль. Он им еще покажет. Но для этого был нужен ток. И больше сил. Значит, нужно найти подстанцию. Курьер скривился и убрался с дороги на крышу, следуя за меткой GPS: рыболовной верфи на западном берегу. Он начал бежать вдоль дороги в сторону железки; добравшись, он вылез на пути и заскользил по колее. Откуда-то снизу звучали возгласы людей, когда он проносился мимо них, оставляя за собой дуги электричества. В целом, Коулу было на них плевать. Он подлатал раненых в клиниках, чтобы снизить нагрузку на припасы и показать Триш, что злоупотреблять своими силами не собирается. Он так-то был хорошим человеком, но его добрая половина пока была погребена под горой раздражения. Когда курьер добрался до обесточенной зоны, то стиснул зубы, пытаясь сфокусировать зрение. Мозги в черепе снова затрещали, но было не так больно, чем в первые разы. Может, зона была поменьше остальных, может, окружающие были запитаны, а может, он просто стал устойчивее к нехватке электричества. Хотя тупая боль и была терпимой, настроение все равно испортилось. Не тратя времени, Коул спрыгнул с рельс вниз в поисках люка. Найдя, он легко его поднял и прыгнул внутрь, уже в который раз наморщив нос от мерзкой вони. Он ткнул в телефон. — Я в канализации, Мойя. — Хорошо, — ответила та. — Для тебя есть сведения. Коул навострил уши и сосредоточился. Даже если она недоговаривала, любая информация была полезной, и из нее можно было собрать целостную картинку. — Лидер Жнецов — женщина по имени Саша. Фамилия неизвестна. Хм. «Саша» звучало не слишком угрожающе. Хотя злодею не обязательно иметь громкое имя на манер Виктора фон Дума или типа того. Мойя щелкнула языком и продолжила: — Вот кое-что интересное. Несколько месяцев назад она занимала высокое положение среди Первых Сынов. Руководила исследовательскими проектами. Курьер призадумался, переваривая новую информацию. — Думаешь, она знает, где Джон? — Откуда мне знать? — заявила Мойя. — Даже если нет, тебе придется устранить ее. Это единственный способ остановить чуму. Сообщу тебе, как только ее выслежу. И обрубила связь. Коул нахмурился и начал медленно продвигаться, балансируя по трубам, свисающим с потолка и перелезая через большие цистерны с обеих сторон. «Твою налево, да что с этим местом не так? Почему нет нормальных проходов»? Мойя была права. Чтобы остановить Жнецов, нужно уничтожить эту бабу. Она была ученой? Любопытно. Смола явно неестественная и вызывала галлюцинации. Возможно, Саша лично ее набодяжила. Если до нее добраться, то, возможно, получится остановить ее распространение. Но просто отпускать ее нельзя. Она ответственна за создание Жнецов и болезни и смерть многих людей. Именно из-за нее весь город наглухо запечатали. Нет. Ее необходимо убить и уничтожить все, что связано с ее исследованиями. Это было единственным надежным способом. Уголки губ курьера резко изогнулись вниз. Убийство Жнецов — это одно; они стреляли в него, а он отбивался. Это самозащита, что-то, что приходилось решать быстро и на месте. Но сейчас он обдумывал, или вообще планировал, намеренно и хладнокровно кого-то убить. И это ему не нравилось. Прямо перед Коулом неподвижно стоял массивный кран, чем-то похожий на огромное животное. Он огляделся: просто так его не обойти, но сбоку нашлась панель управления. Курьер шарахнул по ней несколькими молниями, чтобы зарядить, и стрела со скрежетом начала двигаться. Он подпрыгнул, ухватился за висящий на крюке швеллер и подтянулся наверх. Оттуда он смог увидеть слегка искрящий трансформатор. Коул спрыгнул и уцепился за вертикальную трубу, потом за следующую и так добрался до большого механизма. Было необходимо стать сильнее. Восстановление цепи было болезненным, но придавало курьеру мощи. Он подпрыгнул и ухватился за катушки, ощущая как прошивающая тело энергия прожаривает каждую клетку. Стиснув зубы и подавив едва не вырвавшийся крик боли, Коул сосредоточился на ощущении прошивающего его электричества. Было хорошо. Больно, но очень стимулирующе. Разжав хватку, он приземлился на корточки. Энергия шумно вырывалась из тела, смешиваясь с ревом заработавшего трансформатора. Курьер поднялся на ноги и отряхнул руки. Потом осмотрелся в поисках выхода отсюда и начал двигаться. Пришлось покататься на еще одном кране, потом попрыгать с трубы на трубу, чтобы добраться до технического люка. По пути наружу его Радар внезапно засигналил, и Коул быстро нырнул в укрытие. Послышалось фырчание Жнецов, и он слегка выглянул и прищурился. Их было едва видно в темноте. Очевидно, они тоже поукрывались за чем-то. «Хотелось бы видеть их почетче». Курьер прищурился еще сильнее, пытаясь точнее навестись. Глазные яблоки вдруг начали пульсировать и давить на глазницы, заставив его сжать кулаки от боли. За пару секунд все утихло, и он попытался снова сосредоточиться. Ничего. Коул моргнул и снова сконцентрировался на Жнецах которые, к счастью, его не заметили. Он опять сощурился и ощутил то самое давление на глаза. Время как будто замедлилось, а взгляд натурально приблизил изображение Жнеца как бинокль. Курьер удивленно застыл, но медленно поднял руку, нацеливаясь на противника. Молния, что он запустил в наркомана, была не привычной широкой дугой, а тонкой, ровной и будто более сжатой белой стрелой. Снаряд прошил Жнеца со щитом насквозь и повалил на землю, заставив его дружков засуетиться. Коул проморгался и попытался провернуть тот же фокус с остальными. Когда последний грохнулся вниз, курьер медленно поднялся на ноги, удивленно осматриваясь. Он только что обзавелся снайперской атакой. Шикарно. Так он продолжил путь, пользуясь дальнобойным ударом и Радаром и разбираясь со Жнецами, убежденными, что они хорошо спрятались. От продолжительного использования накатила жестокая мигрень, но ощущения были просто обалденными! Коул быстро разобрался, что прямое попадание в голову рубит любого наповал, позволяя не тратить время и энергию на концентрированный заряд впустую. Это было крайне удобно, но в горячке открытого боя лучше этим не пользоваться. Таким макаром он добрался до подстанции, матеря по чем свет стоит архитекторов канализации за то, что построили все это явно с расчетом на сверхчеловеческие способности. «Да кто тут вообще должен работать? Спайдермен?!» Зарядив подстанцию, Коул немного послушал умиротворяющий гул электричества с улыбкой на лице, которая, впрочем, быстро сползла, когда он вспомнил, что теперь надо как-то возвращаться. Мойе гарантирован подарочек в стиле «спасибо-тебе-тварь». Может, одна из самовзрывающихся батареек Зика.

* * *

Курьер, сыпя проклятиями, наконец, выбрался на поверхность. В носу все еще стоял смрад канализации, руки горели от постоянного свисания со всего сразу, а голова раскалывалась от чрезмерного использования Радара и снайперской атаки. Просто хотелось заползти в кроватку и заснуть. Солнце уже садилось, так что пора возвращаться домой. Запиликал телефон и вырвал у Коула изо рта полусъеденный мат. Ну Мойя, чтоб тебя… — Коул, это ты? Курьер резко вдохнул и проглотил колкую тираду. Это была не Мойя. Это Триш. И звонила она по собственному желанию. Челюсть сама собой отвисла. — Триш? — С самолета сбросили ящик с лекарствами, — проговорила она с тревогой в голосе. — Кто-то должен защитить его от Жнецов. — Ты, — Коул сглотнул. — Хочешь, чтобы это сделал я? Сердце пропустило несколько ударов, и настроение поднялось аж до небес. Триш негромко хохотнула в манере, которая так ему нравилась. — Ты здесь единственный с суперспособностями, — напомнила она. — Встретимся на месте. Звонок закончился, и Коул пулей помчался по улице. Он понятия не имел, где именно точка сброса, но она должна была быть где-то рядом. Обычно самолеты не долетали до центра города для сброса грузов. Он заметил парашют, свисающий с крана на рыболовной верфи и раскачивающийся от бриза с бухты. Как и кончик красного капюшона, поэтому курьер быстро набросился на него, свалив двух Жнецов, что приближались к ящику. Разобравшись с ними, он осмотрелся, оценивая ситуацию. Оказалось, что сейчас Коул не в самой выгодной позиции: кран находился на открытой складской зоне для морских грузовых контейнеров с тремя неприкрытыми направлениями. Значит, Жнецы могли появиться почти откуда угодно. По округе начало раздаваться злобное фырчание. Курьер нахмурился и твердо встал прямо перед краном, напрягая мышцы. Подпускать кого-то близко к ящику он не собирался. Как говаривал один старик: «Ты не пройдешь!» Первый Жнец, показавшийся из-за стены грузовых контейнеров, мгновенно получил в харю молнию прежде, чем успел что-либо сделать. Да и пачка следующих тоже долго не продержалась. Коул опустил руку и призадумался. Его мощь многократно возросла; на данный момент обычные молнии почти не стоили ему никакой энергии. Если стоили вообще. Клево. Большая группа начала наступать, прикрываясь от молний забором из рабицы. Пофиг. Коул занес руки назад, поочередно создавая гранаты и швыряя их через забор в толпу, поджаривая всех разом. С другой стороны высыпала еще толпа, но курьер, резко обернувшись, быстро повалил и их. Тут его чувство опасности завопило и заставило его резко грохнуться на землю как раз вовремя, когда почти цельная нить из пуль вспахала асфальт. Коул ошарашенно застыл. «Это что, был миниган»? Из боковых аллей послышалось нарастающее фырчание. Коул нахмурился и сосредоточился пока на мужике с миниганом, свалив его снайперским снарядом. Потом резко вскочил на ноги и обернулся в сторону ближайшего скопления противников. Взгляд отвердел, и по телу забегали разряды. — А ну, — прорычал он. — Кто на меня?! Две толпы Жнецов услужливо рванулись вперед. Курьер взмахнул руками, обрушивая на них ударную волну, но свалить смог лишь часть. Еще и телефон зазвонил. — Братан, есть минутка? — зазвучал голос Зика. Коул не ответил, сосредоточившись на прожарке трех ближних противников. — У меня созрели кой-какие идеи, хотел с тобой обсудить — У меня малость руки заняты! — огрызнулся курьер, схватив двух Жнецов за головы и сочно приложив об стенку контейнера, вырубая. — Тут повсюду Жнецы! — проорал он, уклоняясь от удара прикладом. — Эти придурки все равно от тебя никуда не денутся, — заявил Зик. Чего, блин? Прямо сейчас они всем скопом перли прямо на Коула. Вооруженные до зубов. А меж толпы можно было разглядеть парочку Жнецов-смертников, так что пришлось разобраться с ними в первую очередь. Ценой за это стали пара дырок в груди и сеть молний, обрушенная на ближних наркоманов. — У меня важное дело. — Зик! — проорал Коул, схватив одного наркомана и прикрывшись им как щитом. — В общем, насчет твоего умения запульнуть чувака в небо и расстрелять его в полете. Я подумал, что надо его как-то назвать. Курьер подавился вдохом. Серьезно? Зик думал про названия его приемов? Это ему не аниме какое-то, чтоб его. Не нужны никакие названия. Не будет он орать их прямо в лицо своим противникам. — Слушай, сейчас не время! — огрызнулся он, отпустив живой щит и засыпая наступающих гранатами. — Назовем это умение Живодеркой, — совершенно серьезно продолжил толстяк, будто не понимал, что сейчас Коул дерется насмерть с прущей на него ордой. — Ну, в смысле, что живым не удерешь. Можно выпустить футболки с названием — срубим кучу бабла! Мы команда, чувак! Ты — сила, а я — мозг! — Зик! Я сейчас немного занят! — заорал Коул во всю глотку и сбросил звонок, перепрыгивая через ударную волну Жнеца-проводника. Метнувшись к нему, он схватил его за голову и пропустил через нее несколько тысяч вольт, мгновенно убив. Через какое-то время курьер остановился, отдуваясь и осматриваясь. Он был почти по колено в трупах и бесчувственных телах Жнецов. Голова ощутимо болела и он знал, что это еще не конец; все тело ломило, одежда превратилась в сито, а тело было испещрено ранами. Коул с натугой добрался до щитка на стеле и быстро его высосал, излечиваясь. Но из-за количества ран большая часть ушла на починку тела, а не в резерв, а следующая толпа Жнецов уже выбегала из-за угла. Курьер простонал. Да откуда они все взялись? «Ну, хотя бы теперь я знаю, куда они все было подевались: просто поджидали момента, чтобы меня поиметь». Группа Жнецов с фырчанием бросилась в его сторону, хотя пока что между ними было достаточно расстояния, чтобы еще немного подпитаться электричеством. Впрочем, ближе они так и не подобрались. Нечто… черное схватило всех шестерых, плотно обвилось вокруг их тел и резким рывком утащило куда-то из вида. Коул замер, когда тревожное фырчание сменилось болезненными вскриками и звуками раздирания плоти. Потом наступила тишина. Секундами позже из аллеи показался Мерсер во всей красе. Он снова нацепил толстовку и куртку и вальяжно зашагал в сторону курьера. Сонм щупалец, растущий из его плеч, а не из рук, был в новинку, а те в предвкушении извивались в воздухе, пока не перетекли обратно в трехпалую конечность. Фырчание Жнецов, доносившееся с другого конца аллеи, привлекло внимание обоих и заставило Коула выматериться от перспективы последующей драки. Но Мерсер оказался быстрее: он прыгнул с места в центр толпы одним движением. Троих Жнецов попросту расплескало, остальных окатило остаточной ударной волной. Руки террориста в одночасье превратились в безумную паутину, что мгновенно и с легкостью оплела всех наркоманов. Плечи дернулись — и все схваченные распались на кусочки, орошая округу кровью и внутренностями. Курьер еле сдержал проклятье, когда Мерсер резко крутанулся на месте и грохнул щупальцами об землю, выдирая из асфальта целые куски и разбрасывая вторую пачку. В следующее мгновение появилась еще одна группа, выбежавшая с третьей стороны. Коул мигом повернулся к ней и засыпал молниями, как вдруг услышал за спиной звук, будто что-то сместилось. Повернувшись в ту сторону, он обнаружил, что и тела, и кровь попросту исчезли, а по телу Мерсера ползали щупальца, сосредотачиваясь в руках и сплетаясь обратно в обычные человеческие конечности. — У меня все было под контролем, — прошипел курьер. — Незачем было превращать всех в фарш. — Вообще-то, я тоже хочу повеселиться, — ответил Мерсер в таком тоне, будто говорил о погоде с соседом. — Если ты начнешь убивать их быстро и безжалостно, то есть шанс, что остальные сделают определенные выводы и перестанут нарываться. Коул лишь фыркнул в ответ и отвесил оглушенному Жнецу пинок, вырубив его. — Это были все? — Не совсем, — сказал Мерсер, мотнув головой через плечо. С боковой улицы вырулил грузовик с турелью и помчался прямо на них. Курьер застонал. — Только не этот. Террорист склонил голову набок. — Этого я сам, — обронил он. Коул не успел ответить, так как этот психованный просто бросился наперерез машине и врезался в нее с такой силой, что смял весь передок вместе с двигателем в гармошку. Потом кулаком пробил бронированное лобовое стекло, схватил водителя и вышвырнул его прочь из грузовика как куклу прямо в стену, о которую тот успешно разлетелся на части. После просто раздавил стрелка, выдрал турель на кузове из креплений и отбросил в сторону как мусор. Второй и третий грузовики едва успели показаться, а он уже мчался к ним. Мгновенно преодолев дистанцию, Мерсер огрел вторую машину, заставив ее отлететь к третьей и врезаться в нее. Немного проскрежетав по асфальту, оба грузовика замолкли. Коул во все глаза пялился на Мерсера, который с места рванул прямо вверх, гораздо выше окружающих многоэтажек, а потом просто рухнул вниз как мина, обрушиваясь на обе машины и фактически стирая их в порошок чудовищной силой удара. Вся верфь затряслась как лист, осколки стекла, металла и резины градом летели от центра образовавшегося кратера. А секунды спустя, этот мужик как ни в чем не бывало поднялся на ноги, отряхнулся и даже, блядь, не запыхался. Коул несколько раз вхолостую открыл рот, пока, наконец, не смог выговорить себе под нос: — Когда-нибудь довыпендриваешься. Мерсер только усмехнулся. — Коул! Курьер обернулся и увидел Триш, еще одного врача и пару ополченцев, приближающихся к месту баталии. Медсестра остановилась и завороженно осмотрела ошметки грузовиков и жнецовские тела. Немного помахав рукой в воздухе, она смогла вспомнить, как разговаривать: — Ух ты, Коул. Это было… жестко. Тот было завертел головой в поисках «напарника». Как он и думал — исчез. Значит, курьер сам по себе. Ну, ладно. — Ага. Эм, пришлось немного побуянить, чтобы отогнать этих дебилов, — наступила короткая пауза, и сопровождающие сумели оторвать взгляды от разрушений. — Э… не парься. Это были только Жнецы, и я защищался. Играть в бога желания нет, все пучком. Коул повернулся к трем парням, что-то шаманящих над ящиком. — Может, тебе помочь донести? Триш покачала головой, но на лице играла легкая улыбка. Курьер для себя решил, что такой она ему нравится больше всего. — Все путем, — заявила она. — Спасибо за помощь. Его глаза засверкали. — Мы опять разговариваем? Триш усмехнулась. — Да. «Благодарю тебя, господи». Коул метнулся к ней, заключил ее в объятья, полностью игнорируя протестующий писк, и прильнул губами к ее щеке. В этот момент ему было наплевать на абсолютно все. Триш снова была с ним — больше ничего не нужно. Но на сцену, к сожалению, вылезла Мойя. — Разлепитесь, — проскрежетала она ледяным голосом, заставив обоих вздрогнуть. — На отдых у тебя времени нет, Коул. Тот злобно выдохнул, отпустил Триш и вдавил кнопку приема. — Мойя. Какого хрена тебе надо сейчас?! — Ой, какие мы злые, — безмятежно проговорила баба из DARPA. — Начинай двигать булками. Я выследила Сашу. Коул невесело нахмурился. Саша верховодила Жнецами, и лучше бы заняться ею раньше, чем позже. Мойя это знала. Поэтому медленно выдохнув и вытряхнув из головы желание придушить эту тварь, он заговорил: — Где? В трубке послышалась усмешка. — В тоннеле Джефферсона. Отправляйся к точке, отмеченной на GPS, я выйду на связь, когда доберешься. Звонок оборвался. Коул хмуро уставился на телефон. — Сука. Триш пытливо глянула на него. — Твой босс? — Ага. Гоняет по трубам и заставляет чинить свет в Эмпайр, швыряет, как гранату, в толпы Жнецов и сыпет приказами по поводу и без, — курьер бросил взгляд на свою девушку. — Но делать нечего. Если я буду слушаться, она пообещала вернуть мне доброе имя на всех официальных каналах. — Что за Саша? — Главарь Жнецов, — Коул покачал головой. — Слушай. Я должен ее остановить, должен не дать ей навредить еще кому-то. — Ну, вперед и с песней, — кивнула Триш. — А что ты? — На пределе, — улыбнулась она. — Как только доставим припасы в клинику — я сразу на боковую. — Значит, увидимся завтра? — Посмотрим. Может, твоя начальница разрешит тебе немного развлечься.