Эволюция

Коул вернулся в Уоррен и продолжил разбираться с Мусорщиками. После того, как на него вывалили ворох информации, ему нужно было выпустить пар. До сих пор он не понимал, насколько глубоко уходят корни происходящего. На самом верху стоял Кесслер — он хотел, чтобы курьер пользовался силами. Но зачем? Было очевидно, что не для того, чтобы перетянуть на свою сторону: ничего, кроме ненависти, Коул не испытывал. Но если не это, тогда что? Если же Кесслер хотел, чтобы курьер убил его, то дважды просить уж точно не пришлось бы. Он хмуро глянул наверх. Небо опять потемнело. Забавно. Ведь только что был белый день. Хотя когда тебе весело, то время летит быстро; особенно когда веселье приправлено хорошим количеством травм. Коул притормозил и мысленно вернулся к недавнему откровению. Все отреагировали на это по-разному. Сам курьер был более-менее готов ко всему этому благодаря вчерашнему разговору по душам с Мерсером. После того, как он узнал, что, фактически, тот — болячка, что угнала напрокат человеческое тело, удивить его было крайне сложно. Зик был крайне доволен. Конечно, когда вирусное супер-оружие приподняло его над полом, то он слегка растерял свой задор, но в результате это только подняло его настроение до небес. «Я выжил, когда меня схватил за шкирку тот самый Алекс Мерсер, Коул! — сказал он, вертясь в кресле. — О-о, этого я точно не забуду». Триш… курьер нахмурился. Вообще-то, она довольно хорошо восприняла все сказанное. В частности, то, что ее лучшая подруга была сестрой самого разыскиваемого на планете человека и опытным хакером, а ее собака и была самым разыскиваемым на планете человеком. Коул думал, что после него Триш больше ничем не ошарашить. Однако по дороге обратно в больницу она все же довольно сильно разнервничалась. Дана осталась у Зика, и вместе они занялись упорядочиваем данных. Курьер скривился и потряс головой. Все, что он узнал, невероятно четко показывало, насколько сильно мир вокруг слетел с катушек. Но чтобы не сойти с ума самому, оставалось только принять реальность и продолжать жить как ни в чем не бывало. Превратившись в ходячую розетку, Коул потерял все шансы на обычную жизнь. Нужно было остановить Кесслера и снять карантин. Тогда он сможет, хотя бы, притвориться, что все в порядке. Курьер раздраженно вздохнул и уселся на крышу больничного крыла, осматривая округу. Он вытащил из рюкзака бутылку и сделал большой глоток, смачивая подогретой водой пересохшее горло. Шею защекотало, но оборачиваться он не стал. — Мерсер, — поздоровался он, когда услышал за спиной шаги, слишком тяжелые для обычного человека. Их ритм на секунду сбился. — Алекс, — послышалось за спиной. — А? Коул слегка повернул голову в сторону выхода на крышу, из которого и вышел собеседник. — Алекс, — повторил он. — «Мерсер» звучит слишком схоже с оригиналом. Я — не он. — Просто «Алекс»? — Коул пожал плечами. — Ты извини, но так обращаются к соседу, чтобы обсудить погоду. Вирусная сущность лишь фыркнула. — О, можно и о погоде. Правда, там, где я — всегда кровавые осадки. — И то верно. Курьер все еще не мог принять то, насколько ему было все равно. В данный момент он разговаривал с генетически выведенной тварью, созданной исключительно для убийства людей, и это ему было абсолютно по барабану. — Телефон, — проскрипел Мерсер уже привычным тоном «заткнись и слушай». Коул вздохнул и снял трубку с лямки. — Зачем? — Мойя. Не хочу, чтобы она подслушивала наши разговоры. Если захочет высказаться — пусть звонит, как все нормальные люди. Курьер хотел спросить, о чем он, но в этот момент грудная клетка Мерсера растеклась в черную бесформенную массу. В памяти тут же всплыл эпизод превращения собаки в «человека». Но на этот раз это было не столько превращением, сколько мерзким копошением. Часть черных щупалец выскальзывали наружу и оставляла в руках Мерсера электронные детали, а вторая начала разбирать телефон курьера на части. — Э-э! — вырвалось у Коула. — Мужик, какого черта?! — Мне нужен доступ к внутреннему устройству твоего телефона, — просто ответил Мерсер, совершенно непринужденно втягивая внутрь своего тела батарею и шурупчики. Он нахмурился, вертя в руках разобранное устройство. — Мойя все еще способна подслушивать, пока телефон включен, — сказал он. — Чтобы это предотвратить, я дополню конструкцию своего рода прерывателем. Он не позволит никому слышать звуки извне. Брови курьера поползли вверх. — Значит, Мойя ничего не услышит, пока я не возьму трубку? — Это ­- основная идея. — А уверен, что сработает? — Я уже говорил, что технологии связи — не мой конек, — ответил Мерсер, — но я достаточно хорошо в этом разбираюсь. Раздалась череда щелчков, но увидеть, что именно происходило, Коул не смог — вид загораживала туча извивающихся щупалец. Так что он просто не мешал. Не дать Мойе слышать происходящее было бы полезно, да и представилась бы возможность таким образом показать ей увесистый фак. — Почему ты мне помогаешь? — Ты — мое прикрытие, — ответил Мерсер. — Мойя знает, что я здесь, определенный круг людей знает, что я здесь, а те, кому я не хочу показываться на глаза — пока что не знают, что я здесь. И я бы хотел, чтобы так все и оставалось, — он раздраженно выдохнул. — Однако вектор развития событий таков, что довольно скоро они могут здесь объявиться. Нам нужно закончить здесь все, и чем раньше, тем лучше. Мерсер запнулся и продолжил собирать телефон обратно. — Кроме того, я не против компании людей, что не злоупотребляют своими способностями. Ваш вид слишком часто демонстрирует подобное, и я понемногу начал терять всяческое уважение к жизни в целом. Террорист вернул телефон Коулу, и тот повертел его в руках. Выглядел как обычно и работал как обычно. — Дана дала твой номер надзирателю, — негромко добавил Мерсер. — Хармсу. Он говорил, что знает тебя. Курьер нахмурился. Вчерашний полицейский тоже упоминал это имя. Мерсер сказал, что он знал Коула? Откуда? — Хармс… Хармс… Надзира… — он щелкнул пальцами, когда вспомнил. — Точно. Старший надзиратель колонии Иглпойнт. Как-то раз доставлял туда посылку; хорошо, что быстро оттуда смылся, — он сделал паузу. — А я думал, что всех копов и надсмотрщиков грохнули сразу, как Мусорщики захватили Уоррен. — Всего часть. Вообще-то, многие выжили. А когда увидели, что ты — и отчасти я — разбираемся со Жнецами и Мусорщиками, то решили внести и свою лепту. Хармс провел общий сбор, и им удалось захватить контроль над тюрьмой, — он пожал плечами. — Они также набирают добровольцев. Курьер нахмурился. — А ты откуда знаешь? — Я много чего знаю. Ты удивишься количеству информации, которой люди обмениваются, пока не осознают, что рядом есть посторонние, — слегка ухмыльнулся Мерсер. Точно. Он же мог превращаться в собаку. А так как обычное зверье не умело разговаривать, то большинство людей не считало нужным понижать тон рядом с ними. — Кроме того, я знаю то, что знали другие. Мусорщики в курсе многого, что происходит в Уоррене. По хребту Коула пробежал мороз, а пульс участился. Мерсер говорил, что умеет воровать человеческие воспоминания. Когда… съедает человека. По телу прошлась дрожь. Интересно, как это выглядело? Когда кто-то, выглядящий по-человечески, разрывает кого-то на части, отделяет плоть от кости и пожирает все это? Курьер сглотнул подступившую к горлу блевотину и попытался успокоить желудок. Нужно было срочно сменить тему, или сдержаться он не сможет. — А тебе нужно это делать? — спросил он с кислой рожей. — В смысле, есть людей? — А ты можешь сражаться без поглощения электричества? — внезапно спросил Мерсер. — Ты способен заменить это обычной пищей и сном? Коул заморгал, пока не понимая, куда он клонит. Но все же ответил: — Могу. Эм-м, что-то серьезное использовать не получится, но вокруг меня все время есть статическое поле, что меня защищает. Я сильнее, чем обычный человек, и могу скрутить любого, если реально захочу. Но когда я выматываюсь, то нет ничего лучше хорошего сна и плотного завтрака. Желудок опять запротестовал при упоминании еды, особенно в разговоре с чудищем, что завтракало людьми. — А я не могу, — сказал Мерсер. — Мне не нужен сон. Я не нуждаюсь в пище, — он почесал затылок. — Я уже говорил тебе: еда мне ничего не дает. Да, я способен вытянуть питательные вещества и конвертировать их в энергию… но Черный Свет для такого не приспособлен. Зараженные ткани — единственный доступный мне источник энергии и кормления, единственный способ восстановиться. Я добываю все необходимое из запаса биомассы, которую я получаю, инфицируя живую добычу. — Живую добычу… — эхом отозвался курьер. — А ей обязательно быть живой? — В принципе, нет. Я могу работать со свежими кадаврами, ранее убитыми мной жертвами, обезглавленными или погибшими другими способами. Мышцы подходят лучше всего, так как они полностью прекращают функционировать примерно через полные сутки после смерти. Однако мне проще всего поглотить их напрямую, не тратя времени на умерщвление, — Мерсер нахмурился. — Но я не «убиваю» их в привычном для тебя значении. Поскольку мертвая биомасса бесполезна для моего организма, все, из чего состояло их тело, остается живым, но уже как часть меня, — он пожал плечами. — Когда я забираю их воспоминания и лица, я становлюсь ими. Я — почти безупречная копия оригинала, обладающая всем, что делало поглощенного уникальным. Отличить меня от него поверхностным осмотром невозможно. Но я не являюсь им, и когда вбираю его в себя, то уничтожаю изначальный образец. Полагаю, это делает меня куда хуже любого убийцы. Повисла недолгая пауза, а потом Мерсер продолжил: — Я могу продержаться очень долго без поглощения, но любая фаза бодрствования зачастую связана с потерей биомассы из-за травм и быстро сжигает мой запас. Когда я сражаюсь, то теряю накопленное еще быстрее, но в то же время, противники служат источником дополнительной массы; это снижает общее количество врагов и сильно бьет по мотивации оставшихся. Коул побелел как мел. Мысли были до невозможности мерзкими. Но… — А тебе нужно убивать именно людей? — спросил он в надежде, что несколько проблем можно было решить, избегая новых кошмаров. Мерсер покачал головой. — Технически, я умею поглощать что угодно, но создавали меня именно против них. Черный Свет способен адаптироваться, но имеет свой предел. Чем дальше от первоначальной цели — тем труднее становится. Млекопитающие подходят хорошо, в частности приматы. Птицы тоже, но только потому, что они теплокровные, и поглощать их сложнее, чем предыдущих. Рептилии лучше, чем амфибии или рыбы. Беспозвоночные подходят плохо, и они не насыщают. Растения… из-за клеточных стен и отсутствия системы циркуляции они — кошмар, — он сделал паузу и нахмурился. — Даже не упоминай бактерии. Я способен поглотить и их, но потрачу больше, чем получу. Тут чем массивнее, тем лучше. Люди — самый простой выбор; никто не станет искать ту дюжину из семи миллиардов, что я поглощаю за год… Тут он замолчал, а его лицо стало отстраненным. — …Хотя есть пара трюков, которым я хотел бы научиться у животных. Тому, что я не способен изобрести сам. — В смысле? — Черный Свет не только заражает и поглощает — еще он делает копии. Копии генетической структуры. Мерсер поднял руку и уже в который раз превратил кисть в набор жутких бритвенно-острых когтей. — В самом начале я ими не обладал. Я поглотил Охотника и добавил его оружие в свой арсенал. Все мои другие трансформации, кроме щита и брони, — это адаптация позаимствованных мной Когтей. Мне нужны способности, и я нахожу то, что уже обладает ими, поглощаю это и заставляю свой организм их воспроизвести. Коул выпучил глаза. Черт, это значило, что Мерсер в теории может воссоздать что угодно, что было присуще только конкретному виду. Яд или токсин? Не смешите меня. Усиленные чувства, вплоть до видимости ультрафиолетового спектра? Да запросто. Полет? Тоже реально. Способности проводников?.. Он замер. — Способности проводников, — прохрипел курьер, едва узнав в прозвучавшем скрежете свой голос. — Ты можешь забрать и их… Черт! Ты мог бы охотиться на проводников, чтобы забрать их силы! — Мог бы, — спокойно произнес Мерсер, и по желудку Коула будто заехали кувалдой. — Я даже уже смог… Коул застыл как статуя, а в голове молниеносно пронеслись несколько сотен вариантов, как дать отпор. Ни один из них не давал больших шансов выжить в бою — способности террориста были слишком мощными. — …Но я бросил попытки. Курьер пока не знал, как к этому отнестись. Его лицо, видимо, было достаточно красноречивым, поэтому Мерсер продолжил: — Твой ген проводника — то, что и дает тебе твои силы — на меня не действует. Проводники Жнецов и Мусорщиков могут быть активированы исключительно после контакта со старшим проводником. А их я поглотил предостаточно. Кроме того, я провел много времени рядом с тобой — как видишь, никакого результата… — он ткнул в сторону Коула когтем. — И даже твоя ДНК ничего не дала. Для Черного Света ген проводника — мусор, а с таким он работать не умеет. К тому же, твой ген уже активирован. Мне потребуется проводник без сил, чтобы сравнить образцы и понять, в чем между ними разница. И я вполне уверен, что и мне будет необходим катализатор вроде того, что даровал силы тебе. — Еще один взрыв Лучевой Сферы, — прошипел Коул. Мерсер кивнул. — Я не стану этим заниматься. Нет гарантии, что это сработает. Несмотря на то, что я охочусь на людей и пожираю их, я не буду убивать настолько много без полностью гарантированного результата. Признаю, такие способности очень сильно мне бы пригодились, но я не нуждаюсь в них… Если для их получения требуется убить несколько тысяч — я их не хочу. Я и без них крайне силен, а желание бо́льшего — обыкновенная жадность, — он покачал головой. — Нет, Коул. Я не буду охотиться на тебя или других в попытке забрать ваши силы. Ты более полезен живым. Для меня и для Даны. Поняв, что прямо сейчас он не в опасности, курьер слегка расслабился. Ну как, он это и так знал, учитывая то, что если Мерсер и хотел его убить, то мог сделать это в любой момент. Но лично услышать, что тварь, умеющая воровать чужие способности, не интересовалась им и считала, что курьер приносит ей пользу, помогло снять нехилый груз с плеч. Было хорошо иметь союзников, что не норовят всадить тебе нож в спину. Конечно, причины Мерсера были такими же эгоистичными, как у курьера или Мойи, но, по крайней мере, он говорил об этом открыто. Хотя доверять «террористу» стоило меньше всего, он был одним из немногих, кто говорил ему правду. Блин, он полностью объяснил, почему именно так опасен, так что Коулу стоило бы проявить немного доверия и со своей стороны. Хотя бы для того, чтобы не оказаться съеденным. Или зараженным. Или что бы там он ни вытворял с людьми. Сущность Мерсера открывала безграничные возможности, хоть от нее и бросало в дрожь. Он мог принимать форму и забирать воспоминания других людей. Он мог проникнуть в любое место, получить любой секрет и рассказать курьеру все, что смог узнать. Такие способности было невозможно просто отодвинуть в сторонку. И все, что для этого требовалось, — позволить ему кого-то убить. Ну, ладно, убийство человека — или в данном случае, скармливание его другому — было неэтично, и Коул никогда бы над этим всерьез не размышлял. Но с тех пор, как случился Взрыв и все пошло по известному месту, до него дошло, насколько это было просто. Кроме того, Мерсер не рвал на части невинных. Нет, все, за кем он или курьер приходили, полностью на это заслуживали. Коул оставил себе мысленную заметку поговорить с террористом, когда все это закончится. Прямо сейчас его способности были слишком полезными, но после поражения Кесслера… Он нахмурился. После Кесслера оставалась Мойя. После Мойи… черт его знает, кто еще. Курьер покачал головой. Так не пойдет: если начать охоту за всеми, кто приложил к случившемуся руку, то эта чехарда никогда не закончится. Лучшим ходом будет прибить Кесслера и Мойю, убедиться, что погони за ним не будет, а после отколоться от Мерсера, по возможности не раскрывая связи с ним. Друг он, союзник или кто — он все еще был самым разыскиваемым в мире человеком. Кстати, о нем — курьер заметил, что он полностью сосредоточился на Уоррене. Видимо, что-то привлекло его внимание. — Мерсер? Ты как, нормально? — Нет. Сирены. И выстрелы, — он сделал паузу и нахмурился. — Перестрелка полиции и Мусорщиков. — Черт. Коул перемахнул через бетонный обод крыши. — Пошли. Надо им помочь. Полетев вниз, он расставил руки в стороны и врубил Антиграв, паря к следующей крыше. Когда он приземлился, за спиной раздался сухой щелчок, а мгновением позже Мерсер тяжело приземлился рядом с ним. Бросив на курьера взгляд, он сильно оттолкнулся, с легкостью перемахнул расстояние примерно в полквартала, а потом наклонил тело, расправил руки и ноги… и полетел вперед на впечатляющей скорости. Коул только пялился, а напарник, слегка наклонившись в сторону, исчез за большим зданием. А, конечно. Он еще и летать умеет. Почему бы, собственно, и нет?! Спустя еще пару секунд курьер запрокинул голову и раздраженно простонал. Проклятье. Теперь надо двигаться еще быстрее, не то Мусорщиков для него попросту не останется.

* * *

У Алекса не было желания помогать копам, но он был всегда рад драке с Мусорщиками. Кроме того, люди, считающие его союзником, были тактической выгодой. Черному Дозору будет труднее к нему подобраться. Чтобы не позволить умереть слишком многим полицейским, Алексу нужно было торопиться, поэтому он оставил МакГрата позади. Тот двигался быстро, но Бегун был куда быстрее. Используя парение и рывки в воздухе, он мог пересечь весь Манхэттен за несколько минут, так что добрался до места, откуда слышались выстрелы, крайне шустро. Алекс прыгнул с высокого здания, ввинчиваясь в воздух, и глянул вниз на группу копов, прячущихся за наспех наваленной баррикадой, и толпу Мусорщиков, надвигающихся на них. Последние притащили с собой двух проводников, и стадо мусорных крабов уже неслось на стражей порядка. Внимание Бегуна резко сместилось в сторону приближающегося большого транспорта. Раньше это было автобусом, но Мусорщики обшили корпус листами металла и поутыкали его автоматическими пушками. Самодельные БТРы. Довольно эффективно. Изогнувшись в воздухе, Алекс повернулся вниз, одновременно перегоняя запас биомассы в голову и торс и увеличивая ее плотность. Он на мгновение завис в воздухе, а потом оттолкнулся от него и помчался вниз. Ветер сильно трепал его «одежду» и чуть не сорвал с головы капюшон, но полет оказался слишком коротким для этого. А вот эффект от приземления был мгновенным. Автобус, Мусорщики и кусок дороги попросту перестали существовать. ЗЕВС поднялся из центра созданного им кратера, восстановил тело и втянул внутрь биомассу, имитирующую куртку с капюшоном, а потом выпрямился и огляделся. Автобус превратился в рваный и расплющенный лист металла. Ближайшие Мусорщики больше не выглядели как люди, размазавшись по стенке ямы; те, что были подальше, сохранили человеческую форму, но крайне очевидно не двигались. Алекс непринужденно похрустел шеей и плечами и повернулся в сторону остатков группы, что находились на достаточном расстоянии от центра удара. Бегун разом уничтожил всех проводников, кроме одного. Да и тот уже не представлял никакой угрозы. Алекс метнулся вперед и прежде, чем бомж успел среагировать, пробил кулаком его грудную клетку насквозь, мгновенно убив. Пока тело сползало с руки, все оставшиеся Мусорщики бежали в ужасе. ЗЕВС прикинул, стоит ли ему за ними гнаться или нет, но когда вскоре учуял запах озона и пота, решил, что нет. Он вывернул шею в сторону, с которой ожидал прибытие курьера. На фоне темнеющего неба можно было различить синеватую ауру электричества, а через секунду ее обладатель спрыгнул со здания вниз, замедлив падение своими электрическими тягунами, и опустился на улицу. Мельком глянув на Алекса, созданное им безобразие и копов, он глубоко нахмурился. — Мужик, какого черта?! — рыкнул он. — Я просил помочь копам, а не превращать Мусорщиков в фарш! Среди группы полицейских Алекс приметил Хармса, который медленно опустил свое оружие и уставился на него в замешательстве. Бегун наклонил голову и скрестил свой бесстрастный взгляд со злобным Коула. — Я и помог. Мусорщики мертвы, а полицейские — нет. Курьер слегка сдулся, а потом обреченно выдохнул и повернулся в сторону полицейских. — Все в порядке, — окликнул он их, подняв руки. — Этот козел со мной. Он в целом нормальный, просто с нездоровой тягой к расчлененке. — Ничего себе тяга… — пробормотал один из полицейских. Фраза была произнесена слишком тихо для МакГрата, но Алекс сумел ее уловить. Хармс засунул пистолет обратно в кобуру и подошел ближе. — Спасибо за помощь, хотя она слегка… неожиданная и жесткая. Но пререкаться не буду. Ты спас моих парней. Бегун пожал плечами, и надзиратель повернулся к Макграту. — У него тоже есть способности? — Типа того, — ответил курьер и бросил взгляд на останки БТРа. — Что тут творится? Хармс вздохнул. — Мусорщикам не сильно понравилось, что мы пытаемся отбить у них Уоррен, и они прут на нас по всем фронтам. Нам остается только окопаться и молиться, но вы двое нам до сих пор крепко помогали, — он жестом указал на смятый автобус. — Теперь эти съемщики штурмуют наши позиции бронетранспортом, а я потерял связь с некоторыми из своих ребят. Нужно их поискать, но пока я не могу отсюда уйти. МакГрат нахмурился. — Я поищу твоих парней. А мой… «друг» разберется с автобусами. Алекс заметил смену тона. Курьер не очень хотел называть его имя перед надзирателем и копами. И Бегун был ему за это немного благодарен. Большинство людей и так знали имя Алекса Мерсера, поэтому чем меньше народа было в курсе его текущего местоположения, тем лучше всем будет. Его прикрытие было и без того шатким из-за того, что он был здесь и сражался со Жнецами и Мусорщиками, но часть разума все еще держалась за обреченную надежду, что ситуацию можно как-то выправить. В этих аспектах Алекс не был силен, но ради Даны он хотя бы попытается. Хармс хмуро глянул на Бегуна. — Думаю, так будет лучше всего. Спасибо, Коул. — Без проблем, — ответил тот. — Постарайтесь удерживать контроль над возвращенными территориями, — добавил Алекс. — Нет желания как-то ночью наткнуться на психа с ножом. — Ты уж верни их, а мы сделаем все, чтобы удержать оборону, — ответил Хармс. — Вот здесь парни, с которыми я потерял связь, были в последний раз. Пожалуйста, поторопись. — Бегу. Коул быстро глянул на экран телефона с картой местности и умчался в нужном направлении. Но ненадолго остановился и бросил взгляд на Алекса. — Развлекайся с автобусами, но ради всего святого — не делай того, что ты сделал сейчас. Уоррен и без того трещит по швам, так мы его вообще не отстроим. — Успокойся, — ответил ЗЕВС, отстраненно чистя ногти. — Уничтожить БТР можно многими способами, а я не пользовался ими уже очень давно. Он пригнулся и усилием мышц взвился на несколько этажей вверх, а потом толчком сжатого воздуха сменил траекторию и умчался в сторону от курьера и копов. Алекс даже близко не был спасателем. Он специализировался на полном и безвозвратном уничтожении противников. А из-за того, что Мусорщики грозили безопасности Даны, они заняли очень высокое место в списке будущих жертв Черного Света. Вдалеке слышалось натужное рычание двигателя, грохотание автопушек и крики гражданских. Нужно с этим разобраться, и быстро. Кросс сообщал, что Мойя сделает все, чтобы не упустить Эмпайр из рук, но в случае, если высшее командование поймет, что здесь происходит на самом деле, то тут же заменит ее на кого-то другого. Алекс не мог этого позволить: не только потому, что о его присутствии станет известно лишним ушам, а еще потому, что Мойя могла скрыться. Пропахав ступнями глубокие борозды на крыше одной из высоток, Бегун остановится и быстро оценил ситуацию. Еще один самопальный БТР расстреливал все, что двигалось, внизу на улице. Оставшиеся в живых люди тряслись за останками машин и опорами железнодорожного моста. Потеря человеческих жизней не очень заботила Алекса. Но то, что творилось здесь, заставило что-то горячее сжаться в груди. Разум подсказал, что это называлось злостью. Отзвуком эмоций всех его предыдущих жертв. Алекс шагнул с крыши и грохнулся вниз на улицу, кроша бетон. Он бросился вперед, мчась на бронемашину прямо в лоб. Водитель, скорее всего, это заметил, потому что резко развернулся к нему увешанным автопушками боком. Даже МакГрат не пережил бы такой залп, но ЗЕВСа это всего-навсего раздражало. Невосприимчивое к кинетической энергии пуль тело было крайне полезным. Алекс ощерился и с разгона врезался в автобус, смяв бок и отшвырнув транспорт в сторону. Выстрелы резко прекратились, а изнутри послышались крики страха. Но этого было мало. По округе раздавались визжание шин и скрежет металла. Бегун рыкнул, вгрызся пальцами в стальные листы и разодрал их пополам как ветошь. Мельком дернувшись назад, уходя от взмаха рваного металлического лепестка, Алекс сразу же метнулся вперед и пролез в образовавшуюся дыру, на ходу превращая руки в Когти. Не тратя времени, он пробрался к месту водителя и мгновенно поглотил его, а потом занялся оставшимися пассажирами. Все закончилось до того, как успел пробудиться интерес; разрывание людей на куски в узком замкнутом пространстве было крайне простым и скучным занятием. Алекс выдохнул, втягивая заляпавшие его ошметки в себя и повернулся, сменив Когти на руки. Уничтожение этих было тривиальным, так как этика Алекса отличалась от человеческой: они забирали чужие жизни ради забавы, а, значит, потеряли права на свои собственные. Все просто. Бегун остановился и бросил взгляд на разбросанные ящики с патронами. Лучше разнести весь автобус, чтобы Мусорщики не смогли позже воспользоваться ни им, ни содержимым. Алекс присел возле одного и содрал крышку. Гранаты. «Великолепно». На его лицо наползала темная ухмылка, пока сонм щупалец хватал несколько штук, выдергивал чеки, а потом бросал обратно в ящик. Пинком снеся заднюю дверь с петель, Бегун вальяжно вышел из автобуса. БТР взорвался зрелищным огненным шаром, обдав всю округу раскаленным воздухом. Окна поразбивало, машины поотшвыривало прочь. Алекс, мурлыкая себе под нос мелодию, быстро определил направление следующей бронемашины, разъезжающей по Уоррену. Он помчался по улице, а потом ускорился, прыгнул на ближайшую стену и понесся на крышу, с которой быстро спрыгнул куда-то ввысь. Пока гражданские пришли в себя и поняли, что опасность прошла, Алекса уже и след простыл.

* * *

Следующий автобус патрулировал доки. Алекс обрушил на его крышу Клинок, порвав надвое, и забросил в салон несколько подобранных гранат перед тем, как спрыгнуть вниз. Запах жареных Мусорщиков напомнил ему о приятном эпизоде в Манхэттене, когда он реквизировал танк с термобарическими снарядами. Четвертый разъезжал у парка Валентин. Алекс нагнал его, поднял на руки и, вытащив его на крышу высотки, швырнул его куда-то в Уоррен. Он восторженно наблюдал, как броневик с силой грохается об асфальт, убивая всех пассажиров. Остался еще один… где же он? Алекс зажмурился и попытался расслышать звуки выстрелов. Он довольно быстро нашел нужное направление и направился туда. Автобус ехал в сторону больницы. Алекс оскалился и спрыгнул вниз, мгновенно ускорившись после приземления, чтобы добраться до больницы быстрее Мусорщиков. Асфальт под ногами сминался как бумага от развитой им дикой скорости, а все вокруг превратилось в смазанные силуэты. Вход в корпус экстренной помощи напоминал муравейник: устроенная Мусорщиками бойня убила и покалечила очень многих. Где-то в толпе Алекс углядел Дейли и резко затормозил, пропахивая в дорожном покрытии глубокие рытвины. Врачи и медсестры в испуге уставились на новоприбывшего. Хмуро окинув их взглядом, ЗЕВС обернулся и злобно посмотрел в сторону надвигающегося БТРа. Тот мчался на всех парах, и обычные люди не успели бы уйти от удара. Мысленно тяжело вздохнув, Алекс сощурился. Не было никакого желания раскрываться перед еще большим количеством людей, но остановить автобус вовремя и не допустить новых жертв без использования своего арсенала будет проблематично. Нельзя, чтобы Дейли или еще кто-то случайно пострадали. Женщина проявила достаточную крепость духа и не убежала в панике, когда Бегун показал свое естество. Оказанное доверие не стоит предавать. Алекс уставился прямо на Дейли и слегка наклонил голову. — Ложитесь на землю, — обратился он к ней и к остальным. — И накройте головы руками. Не дожидаясь выполнения приказа, он резко развернулся, изгибая руки и плечи и превращая их в смертоносную конструкцию из щупалец, шипов и когтей. За его спиной послышались напуганные возгласы, но внимания они не заслуживали. Целью ЗЕВСа был автобус, а не люди. Алекс сделал несколько шагов вперед, не выказывая никакого волнения по поводу несущегося прямо на него автобуса, опустился на одно колено и с силой вогнал одну кисть в асфальт. Поток биомассы устремился вниз и вперед, летя волной в сторону надвигающегося броневика и выгибая поверхность. На лице Бегуна заиграла мрачная ухмылка, а секундой позже дорога раскололась. Огромные черные шипы высотой в добрые пятнадцать футов резко вылезли наружу. Отвердевшая биомасса, созданная из материала, сродного с его Когтями, с легкостью прошила БТР насквозь и приподняла над землей. В тот же момент стрельба прекратилась. Алекс чуть наклонил голову и влил в них еще немного биомассы, поднимая автобус повыше, а потом втянул все обратно в себя. Броневик тяжело грохнулся на асфальт, ломая рессоры под собственным весом и дробя и так разбитую дорогу. ЗЕВС поднялся и расслабленно зашагал к автобусу. Содрав дверь с петель, он вошел внутрь, проверяя наличие выживших. Пол превратился в решето, и почти каждый Мусорщик был пробит шипами насквозь, хотя нескольких всего лишь зацепило. Пусть и сильно. Алекс усмехнулся и зашагал к ним, выпуская из спины и плеч пучок щупалец. Незачем тратить впустую свежий биоматериал. Мусорщики были не в состоянии бежать или хотя бы кричать, но обладали достаточно полезными сведениями. Некоторые детали могли вполне заинтересовать МакГрата. Бегун прищурится и сосредоточился на чем-то остром, выглядывающем из одного из ящиков в салоне. Оно было длиной с ладонь и окутано светящейся фиолетовой аурой. Недолго удивленно поглазев на это, Алекс протянул руку и коснулся. Но, ощутив электрический укол, убрал ее. Хм. Статическое электричество. Может, МакГрат сможет с этим что-то сделать. ЗЕВС вытащил из своей биомассы телефон, одновременно запихивая внутрь осколок, и вышел наружу, где Дейли уже стояла перед автобусом. — Они… они все мертвы? — Да, — ответил Алекс, убирая Когти и беря телефон обычными человеческими руками. Медсестра с болезненным любопытством наблюдала за процессом, но потрясла головой и вернула внимание на Бегуна. — Это был последний? — Да. Всего было пять автобусов, и этот — как раз пятый, — он взвесил трубку в руке. — МакГрат захочет об этом узнать. — Где он? — Надзиратель послал его проверить своих людей. Дейли выпучила глаза. — Одного? Но в Уоррене опасно! Алекс не удержался и негромко похмыкал. — Он крепкий. Куда крепче здешних. Не волнуйся, — слова не сильно ее успокоили, поэтому он добавил: — Я все равно собирался ему звонить. Хочешь спросить что-то? Женщина покачала головой, и Бегун набрал нужный номер. — МакГрат. — Мерсер? Ты как узн… А. Ты же в нем копался. — С моей стороны все кончено. Что у тебя? — Немного. Отследил Алдена до его логова. Похоже на какой-то палаточный город. Алекс сощурился. Он знал, где именно скрывался лидер Мусорщиков, и знал, как много противников там было. Палаточный город старика был хорошо укреплен и вооружен. — МакГрат, — предупредил он. — Не входи внутрь. Там тебе потребуется поддержка. Курьер немного помолчал и спросил уже другим тоном: — Враги? — Без числа. Обычный человек не продержится и секунды, да и ты тоже подпишешь себе смертный приговор. — Ну, ты у нас эксперт по этой части. Ладно, подожду. Алекс завершил звонок и повернулся к Дейли, что с хмурым лицом слушала разговор. — Я удостоверюсь, чтобы он вернулся в целости. — Спасибо. Бегун кивнул и направился к ближайшему зданию, оперся ногой о стену, а потом резко рванулся вверх и помчался по стене на крышу, в мгновение ока пропав из вида.

* * *

Коул ушел по поручению надзирателя и полицейских вскоре после Мерсера. Хотя, судя по дикой скорости, которую тот мог развить, и способности иметь законы физики во все щели, он уже, поди, был на другом конце Уоррена. С этим тягаться курьер не мог, так что к ребятам Хармса добирался медленнее. Да, он мог зажарить кучу народа довольно зрелищным и куда менее кровавым способом. Но это не было состязанием. Мерсер делал то, что было присуще ему, Коул — то, что ему. Вместе они смогут спасти Эмпайр. Уберечь его от Жнецов, Мусорщиков, Первых Сынов, Мойи, Кесслера и всех остальных. Уберечь Триш. Курьер остановился на крыше невысокого здания и нахмурился. Округа была чересчур спокойной. Будто никого здесь не было, однако… Он сосредоточился и начал выискивать электрические сигналы вокруг. Люди нашлись, но никто не двигался. Все были напуганы до смерти. Значит, что-то случилось. Скорее всего, Мусорщики. Внизу можно было разглядеть собранную из мешков с песком баррикаду. Видимо, копы держали оборону там. Но никого живого там не было. Только трупы. Много трупов. Коул матернулся и спрыгнул вниз с пятиэтажки, уходя в перекат, и, не сбавляя скорости, помчался вперед. До огороженной территории он летел полновесным спринтом. Он опоздал. Курьер снова не смог сдержать язык, когда увидел масштабы бойни. Восемь полицейских, все мертвы. Когда до него дошло, что их не просто убили, пришлось сглотнуть подступившую к горлу желчь. Нет, их что-то раздавило. Догадаться, чем, было просто — неподалеку валялась убитая в ноль машина, заляпанная кровью, ошметками внутренностей, мозгов и осколками костей. Будто кто-то взял ее как дубину и забил ею копов до смерти. Похоже на работу Мерсера, но нигде поблизости его точно не было. Рыкнув, курьер огляделся и нашел одно тело с еще целой головой. Мозг, к счастью, тоже не пострадал. Коул ухватился за парня и пропустил через череп небольшой заряд, чтобы увидеть последние мгновения его жизни. «Алдей Тэйт, не двигайся! — прокричал полицейский, когда увидел старика. — Ты арестован!» Алден только нахмурился и поднял машину, швырнув ее в парня, убив и его, и его напарников. Коул сощурился и медленно поднялся на ноги, уставившись на точку, где стоял нападавший. Алден Тэйт. Он прикончил копов. И прикончил с радостью. Этому хрычу конец. Только вот как именно? Курьер был уверен, что полиция с удовольствием сцапала бы лидера Мусорщиков, так как от него в Уоррене было больше всего проблем. Тут он с удивлением запнулся. Был еще один вариант, который он проглядел. Мойя. Она, наверно, волосы на голове рвала из-за того, что не удалось подслушать оборванный Мерсерами разговор. Но оставлять Алдена в Уоррене нельзя: его хватка над Мусорщиками была слишком сильной. Мойя была единственным вариантом. Коул набрал ее номер и подождал гудка. — Коул? — ледяным голосом проскрипела она. — Что тебе нужно? — Алден Тэйт, — фыркнул курьер. — Я отдам тебе Алдена Тэйта. — Действительно? — теперь она звучала заинтересованно. — Я слушаю. — Он убил несколько хороших человек и чуть не убил Триш, — низким голосом продолжил курьер, краем глаза наблюдая за остатками биополя Алдена. — Можешь забрать этого козла себе. — Да ну? — Да. Но тебе нужно убрать его вон из Эмпайр. Нельзя оставлять его рядом с Мусорщиками. — Рада, что ты снова решил сотрудничать, — ядовито прошипела Мойя. — Но нам нужно провести беседу на тему «Кто кем командует». — Мне плевать, — рыкнул Коул. — Я позвонил тебе, потому что ты — единственная, кто может воздать этому хрычу по заслугам. Я бы хотел, чтобы его скрутили копы, но в Уоррене ему не место. — Ладно, — ответила она. — Мы еще к этому вернемся. Сделай так, чтобы он оказался за решеткой, а я пришлю за ним отряд конвоя, — курьер фыркнул и уже было хотел оборвать звонок, но тетка заговорила снова: — И, Коул, сделай так, чтобы твой дружок Мерсер и близко к нему не подходил. — Попытаюсь. Он ткнул кнопку и начал следовать за эхом Алдена. Нельзя дать ему скрыться. Он не позволит ему скрыться. Улицы были пустыми, поэтому образ было четко видно. Пробежав через парковку и следующую улицу, курьер направился в парк. Вернее, туда, где раньше был парк. Когда на глаза показались стальные листы и колючая проволока, огораживающая гору погрузочных контейнеров, палатки и сторожевые вышки, Коул затормозил и осмотрелся. Это было чем-то вроде… палаточного города. Хех. Курьер прекрасно понимал, что идти внутрь было бы самоубийством, но Алдена нужно было достать. Хм, может поискать своего чрезмерно кровожадного союзника? Но тогда след Алдена мог остыть окончательно. Зазвонил телефон. — МакГрат. От хриплого голоса по шее Коула пробежался табун мурашек. Легок на помине… — Мерсер? Ты как узн… «…ал мой номер?» — хотелось спросить, но до курьера дошло довольно быстро. — А. Ты же в нем копался. Ну да. Мерсер разобрал его трубку по винтикам. Было вполне возможно, что он как-то сам вычислил его номер, может, Дана ему сказала, а, может, вообще Триш. — С моей стороны все кончено, — сообщил напарник. — Что у тебя? — Немного. Отследил Алдена до его логова. Похоже на какой-то палаточный город, — сказал Коул. Очень хотелось спросить, не желает ли он немного помочить помоечников, но в то же время не хотелось звучать нуждающимся. — МакГрат, — показалось, что Мерсер звучал озабоченно. — Не входи внутрь. Там тебе потребуется поддержка. Значит, он уже бывал внутри. Или обладал памятью тех, кто бывал. А, значит — знал, что именно там наворотили. — Враги? Это уж точно. Причем — много — Без числа, — подтвердил напарник. — Обычный человек не продержится и секунды, да и ты тоже подпишешь себе смертный приговор. Ага, как он и думал. Стил Харбор была напряжной, а это — штаб Алдена. Кроме того, Мерсер умер воровать воспоминания, как бы жутко от этого ни было. Коул пожал плечами. — Ну, ты у нас эксперт по этой части. Ладно, подожду. Союзник сбросил звонок, и курьер облегченно выдохнул. Хорошо, что он сам позвонил — не придется искать его по всему городу. Коул всегда был твердолобым, и ему было очень тяжело просить о помощи. Он привык разбираться со своими проблемами самостоятельно и считал обращение за поддержкой к кому-то другому ударом по своему достоинству. Так что курьер просто сделал вид, что он был вынужден разделить любимый досуг с кем-то еще — что, в принципе правда, но Коул самоубийцей не был — и ждал, пока не услышал над головой уже хорошо знакомый щелчок, когда вирус-супермутант приземлился где-то на крыше. Заметить удалось только тень, но потом фигура перемахнула через край, вогнав пальцы в кирпичную стену, и заскользила вниз, не слишком громко приземлившись. — Что разузнал? — с любопытством спросил Мерсер. — Алден — там, — ответил Коул. — Я проследовал за его эхом с места, где убили копов, и уверен, что он все еще здесь. Напарник нацепил на лицо свою многозубую жуткую ухмылку. — Предлагаю пойти и поздороваться. — Ага, — Коул покрутил плечом и добавил, заставив Мерсера остановиться и сощуриться: — Но есть одно «но». Не убивай Алдена. — Почему? Курьер выдохнул и собрался с духом. — Я позвонил Мойе. И предложил ей забрать его. — ЧТО?! От громкости и злобного тона Коул дернулся назад, но быстро выпрямился и попытался успокоиться. — Что слышал, — проговорил он и очень надеялся, что голос не дрожал, так как Мерсер пугал его до чертиков. — Я сказал, что она может сцапать его себе. Бросим ей подачку, чтобы она занималась им, а не нами. Мерсер нахмурился еще сильнее, поэтому Коул, нацепив довольно фальшивую ухмылку, быстро прибавил: — Есть плюсик: если Мойя не сумеет справиться с Алденом, то это будет ее проблемой. А не нашей. Ледяные голубые глаза еще немного посверлили его, но в конце Мерсер сдался и вскинул руки вверх. — Хорошо, — он ткнул пальцем в Коула. — Впоследствии тебе это вылезет боком, но я подыграю, так и быть, — он бросил на курьера взгляд через плечо. — Есть план? Курьер честно признался: — Только один: вломиться, мочить Мусорщиков, пока не доберемся до Алдена, дать ему по башке и отдать копам. Мерсер снова уставился на него, но повернулся в сторону и похрустел пальцами. — Хм. Пожалуй, соглашусь с ним. На этот раз.