Эволюция

Коул стоял в одиночестве на дымящихся руинах того, что некогда было Эмпайр. Куда бы он ни смотрел, все выглядело одинаково. Не осталось больше никого. Все вокруг горело или тлело. Он медленно зашагал вперед, лелея надежду найти кого-то или что-то, но он был совершенно один. Только он и пожарище. — Ну и зрелище, не так ли? — спросил голос за его спиной. Коул не оборачивался. Он знал, кто это; ведь он очень часто здесь бывал. — Я не хотел, чтобы это произошло, — тихо проговорил курьер, когда собеседник подошел к нему. — Но это произошло. Мужчина вышел вперед. Это был Кесслер. Как и всегда. С момента его смерти он постоянно появлялся здесь и насмехался. — Давай я покажу тебе кое-что, — продолжил старик и пошел вперед. Это отличалось от прежних встреч, так что курьер пошел следом. Они больше молчали, пока шли по разрушенному миру, но в один момент огонь и пепел исчезли, сменившись широким полем с высокой травой. — Где мы? — спросил Коул. — Скоро узнаешь. Снова наступила тишина, и спустя сколько-то времени старик остановился. Курьер увидел три креста, стоящих на полянке прямо перед ним. К двум поменьше были прикреплены жемчужные бусы, а к большому — фотография. — Здесь похоронены мои девочки, — проговорил Кесслер подавленным голосом. — Я так старался уберечь их, спасти их… — холодный взгляд принялся сверлить Коула. — И все равно я облажался. — Это не моя вина, — огрызнулся тот. Кесслер лающе хохотнул и прищурился. — Конечно, твоя. Ты был слаб, мягок. Ты бежал, когда должен был драться. Голова Коула закружилась, и он грохнулся на колени. Он знал это. Ощущал вину. Кесслер говорил о себе, но в то же время имел в виду и его. Эти могилы были как будущим Коула, так и прошлым Кесслера. Курьер знал, что чувствует другой «он». — Я хотел уберечь их, вот и все… — пробормотал он, когда пришло понимание произошедшего. Он знал, почему Кесслер так поступил. Знал, потому что сделал бы так и сам. Мелькающие в разуме воспоминания принадлежали Кесслеру, не ему, но в зеркале всегда было его отражение. Вспомнились образы его малышек… и Триш. — …Они были моими дочками и моей женой, — шептал Коул, пока на глаза наворачивались слезы. — И я любил их. Запоздало пришло осознание того, что он говорил о себе в первом лице. Он и Кесслер были одним и тем же, пусть даже курьер уже никогда не познает, что значило быть одной семьей с Триш. — Я уже говорил, — устало произнес Кесслер, — любовь — это роскошь, которую ты не можешь себе позволить. Не сейчас. Зверь идет, и он опасен и неудержим… Послышался гул, но Кесслер все говорил, понемногу исчезая во вспышке яркого света. — …Дорога вперед выстлана могилами, Коул… Голос старика начал перекрываться треском земли под ногами. Курьер попытался отскочить в сторону, но опора уходила из-под ног. — …И если ты собираешься сделать то, что нужно, то тебе придется игнорировать все эти могилы. Все. Неважно, чьи кости там лежат. Коул, испуганно вскрикнув, провалился под землю.

* * *

Он резко дернулся и больно приложился о пол; ноги запутались в старом одеяле. Тяжело дыша, Коул моргал, всматриваясь в полутьму и пытаясь сообразить, где он сейчас вообще. В их с Зиком квартире. Это был только сон. Курьер со стоном поднялся и оперся на диван, с которого слетел. — Черт… — пробормотал он, отирая лицо ладонью. — Опять. «Сколько я еще так протяну, пока кукуха наконец не поедет?» Еще один кошмар. Еще одна провальная попытка отдыха. Так больше нельзя. Тело разваливалось, но в то же время он запрещал себе сбавлять обороты. Мойя и Дэвид были где-то там, и это только самые очевидные проблемы. Коул навсегда лишился нормальной жизни, даже «самого себя», опуская обретение своих сил. Так продолжаться больше не может. Ощущения защекотали нервы, а по спине забегали мурашки. Он знал, кто еще был здесь. — Не думал, что ты притормозишь, — проговорил курьер, не поднимая головы. — Я говорил, что защищу тебя от Мойи и Уорнера, — ответил Алекс Мерсер низким голосом. — Поэтому я здесь. Коул выругался себе под нос, и уже было хотел поднять голову, но строгий голос приказал: — Не шевелись. Он подчинился и замер, но все же слегка сместил руку, чтобы глянуть на Алекса. Тот стоял у стены между двумя окнами. — Снаружи дроны, — сообщил сверхмутант, — и они следят за тобой. Не подавай виду, что с кем-то разговариваешь. Требовательный тон насторожил Коула. — Что происходит? — тихо спросил он, стараясь не шевелить губами. — Мойя выслала своих людей. Они будут здесь в течение нескольких минут. Они пришли за тобой. — Блядь… — Согласен, — Алекс выдохнул. — Слушай… Мне не отговорить тебя от попытки сразиться с Уорнером в одиночку для защиты друзей, но хотя бы выслушай меня. — Ты здесь поэтому? — фыркнул Коул. — Хочу предложить план действий, с помощью которого получится убрать с доски Мойю и Уорнера. «Одновременно, что ли? И каким макаром это получится? Стравить их, а потом добить того, кто останется после?» — Вот зачем я отпустил тебя — ты должен был остаться один. Чем меньше свидетелей, тем лучше. «Ась?..» Коул нахмурился, пытаясь понять, что Алекс имел в виду. Тот пожал плечами. — Мойя хочет тебя, так что мы дадим ей именно это, — курьер уставился на вирус, но заметил на его лице кровожадную ухмылку. — Вот только в обертке будешь не ты. До того, как курьер выдавил из себя хоть слово, Алекса оплело коконом из несметного количества щупалец, от чего его силуэт смазался, но уже через секунду все прекратилось. Коул зашипел и усилием заставил себя не двигаться, когда напротив него появился второй Коул. Хотя, вообще-то, чего-то подобного нужно было ожидать. Вот зачем Алекс сказал ему уходить: чтобы никто не знал о подмене. Напарник ухмыльнулся его лицом и слегка раскинул руки в стороны. — Просто следуй за мной, когда меня схватят, а Уорнер пойдет за тобой. Укрытие Мойи находится в Стил Харбор, и оно очень серьезно укреплено: это именно то, что нужно для уничтожения Уорнера. Он могущественен, но все еще смертен. В теории неплохо: заманить урода под огонь пушек, дать им хорошенько навтыкать ему, а в конце — прикончить; но план был чуток дырявым. Коул слегка покачал головой и поднялся, но отвернулся от Алекса и уставился на коридор, ведущий к ванной. — Не сработает. Вид у тебя правильный, а вот все остальное? У тебя нет пульса, дыхания и моих способностей, — он фыркнул. — Да еще и весишь тонну. Со стороны напарника раздался неразличимый звук, когда его форма начала меняться. — Знаю… — ответил мутант странно искаженным голосом. Коул не удержался и обернулся, после чего застыл, углядев черные жилы и щупальца, ползущие по потолку и стенам. Они заскользили по шершавой поверхности вопреки гравитации и шустро поползли в пустую ванную, перестраиваясь обратно в его двойника. — …Однако я способен имитировать работающий человеческий организм на определенное время. Копия будет не безупречной, но этого хватит, чтобы одурачить Мойю. Я предполагаю, что едва она схватит «тебя», то потеряет долю осторожности. Если нет, то я всегда могу проломиться внутрь грубой силой, хотя предпочел бы избежать такого исхода. Коул свел брови вместе, так как пока не был убежден, но прошел в ванную вслед за Алексом. Тот выдохнул и заговорил: — Послушай, Мойя — угроза. Я хочу добраться до нее и стереть с лица земли как можно быстрее. И я на это способен. Я могу удостовериться, что все, что она здесь натворила, никоим образом тебя больше не коснется. Я могу положить конец карантину. Я могу узнать все ее тайны и планы. Но для этого мне необходимо подобраться ближе, а это невозможно в обличье одного из ее солдат. Она задействовала манхэттенский протокол, и он критически затруднит попытки пробраться внутрь привычными мне способами. Но тебя она обследовать не будет, едва удостоверится, что ты под ее контролем. Это мой шанс. А ведь так и было. Если Алекс завалит Мойю, то окажется в самом сердце всей этой операции. Он сумеет уничтожить их изнутри и закончит этот дурдом одним махом. Но… Даже если Алекс скопирует его лицо и человеческое тело, то как быть с кое-чем еще? — Мои способности, — упомянул Коул. — Как быть с ними? Если проколешься на этом, то Мойя не купится. В ответ на непрямое согласие Алекс чуть расслабился. Он раскинул руки и ненадолго сосредоточился. Курьер хотел было спросить, что он вообще творит, и тут по рукам Алекса внезапно пробежало несколько искр. Коул выпучил глаза, потому что это было очень похоже на его силы. — Как?! — ошарашенно спросил он. — Ты же говорил, что не можешь их скопировать! — Электроплакс, — Мерсер ухмыльнулся. — Эти клетки можно найти у различных водных обитателей. Специализированная мышечная ткань, способная генерировать электрические разряды. Я слегка умаялся, так как мне пришлось переизобретать их с нуля. Поэкспериментировав еще, я добавил частицы металла к своей внешней оболочке: таким образом, искры имеют возможность перемещаться по ней. Это грубое решение, да, но достаточно близкое к природе твоих способностей. Это их убедит. Коула аж повело. Это выглядело идеально, но было еще одно «но». — А твой вес — с ним как? Ухмылка чумного слегка искривилась. — Я сжег большую часть своей биомассы; вынудил свой организм ее уничтожить, — он склонил голову набок. — Коул, слушай: я хочу помочь тебе. Я желаю Мойе смерти так же сильно, как и ты, и ради этого я готов пойти на определенные жертвы. Курьер нервно выдохнул. Из того, что он знал о своем союзнике, его вес равнялся его жизни. Раз он добровольно от него избавился, то всерьез включился в эту затею. Сказать ему «нет» язык не поворачивался: он слишком многое поставил на кон. — Добро, действуй, — сказал Коул. Мерсер расслабился. — Уже. Доверься мне, Коул. Однако ты обязан проследить за мной и выманить Уорнера на открытую местность и в то же время не показываться Мойе так долго, как получится. Едва доберешься до Стил Харбор — можешь разгуляться вовсю; я смогу использовать это как отвлекающий маневр и устроить внутри бойню. Но на это мне нужно время. Час, может быть, два. — Ладно, — Коул кивнул, отцепил телефон с лямки и передал его Алексу, — будь по-твоему. План самопальнейший, но ничего лучше у нас нет. Доверяю тебе поступить правильно. Тот взял его и отдал курьеру свой, но тут же резко дернул головой в сторону. — Они здесь, — рыкнул он. — Выберись отсюда как можно тише, а потом спрячься. Я ими займусь. Коул поспешил к окну, распахнул его и осторожно выглянул, выискивая дронов. Идея была ему не совсем по душе, но выходило так, что она могла принести нужный результат. Сейчас нужно хвататься за любую возможность хотя бы для того, чтобы сунуть Мойе под нос смачный такой фак. Могло не сработать, кто-то мог узнать его на полпути… но это была вся надежда, что у них осталась. Мойя должна исчезнуть, а Дэвида необходимо остановить. Они сильно рисковали, но это — единственный шанс. Коул решил бросить кости и молиться за успех. «Хоть бы все выгорело…»

* * *

Все реально выгорело. Вначале были сомнения, но сейчас Коул наблюдал из укрытия, как толпа солдат утаскивала замаскированного Алекса, не заметив подвоха. Удивительно, но напарник оказался предельно талантливым актером. Он ни разу не вышел из роли пока-что-Проводника, который оказался неспособен сопротивляться газу, которым его обдули. Небольшие искры и разбитое окно только подкрепляли простоту, с которой он вжился в роль. Хотя и его, и дверь надо будет когда-то починить, это было очень малой ценой. «Первый акт закончился, переходим ко второму…» Коул осмотрелся по сторонам, подкрепив все пульсом Радара. «Его» утащили вояки, дроны убрались восвояси, но главной проблемой были не они. А Дэвид. Алекс говорил, что он «чуял» Коула на генетическом уровне. Голова начинала болеть от самого понятия. Блин, надо дать напарнику пару часов на разборку с Мойей, но если тянуть слишком долго, то эта черная сволочь его выследит и открутит голову. Драться с ним один на один, может, и получится, но на одной удаче Коул долго не протянет. Нет, его надо притащить в Стил Харбор, и там вояки Мойи займут его достаточно долго, чтобы курьеру удалось его завалить. И для этого нужна помощь друга. Курьер крался вдоль стены, но остановился, когда заметил Хармса и Зика, с ненавистью пялящихся на вертолет, уносящий «его» прочь. Чуть позже разглядел, что Надзиратель взял в захват Зика, который постоянно брыкался и матерился. — Отпусти! Мы должны сделать что-нибудь! — Они убьют нас, Зик. — Да кому не похер?! — Мне, — вздохнул Коул, шагнув из тени и встав перед ними. Зик и Хармс резко обернулись и замерли. Курьер помахал им ручкой. — Они пойдут за вами, а потом нам всем хана. Пока что не лезьте под руку. — Коул?! — Какого… — Зик вертел головой между превратившимся в крохотную точку вертолетом и им. — Но… ты же… они же только что… Курьер весело фыркнул. — Они сцапали Алекса, а не меня. — Алекса? — Надзиратель нахмурился. — Но… тот парень выглядел как ты! Зик ошарашенно хекнул и прокашлялся. — Раз он умеет превращаться в собаку, то, наверно, несложно стать и тобой, верно? Хармс резко мотнул головой, а на его лице закрепилось выражение: «Я ни хера не понял». — В точку… Коул бросил взгляд через плечо в поисках появившегося бы в самый неудобный момент Дэвида. — …Но у нас мало времени. Надолго одурачить Мойю не выйдет, так что нам надо двигаться. — А куда?.. Думаешь, мы сможем разобраться с этим сами? — Я не об этом, — нахмурился курьер. — Помнишь ту черную штуку, что напала на нас? Она все еще здесь и гонится за мной. Надо выманить ее к базе Мойи под серьезные стволы, пусть месятся до посинения. Хармс свел брови вместе. — Мы с тобой. — Пасибо. Затея очень опасная, но нам надо хорошо пошуметь, дать Алексу шанс прихлопнуть Мойю и привлечь внимание той черной скотины. — Мы за тобой, Коул, — кивнул Зик. — Уверен, будет весело. Хармс вздохнул. — Ой, детишки… а почему бы нет? Нас выставляют из нашего дома — пора показать им свои зубы. Пошли наберем еще ребят.

* * *

Стил Харбор. Когда Мусорщиков оттуда вычистили, Мойя захватила весь район и засела в своей базе на авианосце «USS Вашингтон», чтобы присматривать за событиями. Судно большую часть времени оставалось посередине бухты, но несколько раз в день подплывало к доку. Прямо сейчас оно стояло около него на приколе. Зик и Хармс вместе с Коулом стояли на крыше здания и по очереди осматривали округу через бинокль. Курьер заметил, что бойцы убрали выстроенный Мусорщиками лабиринт из контейнеров, чтобы разместить охрану и избавиться от слепых зон. По импровизированному плацу шныряли солдаты. Но вокруг было достаточно домов, за которыми можно укрыться. Но сейчас этого и не требовалось. Коул фыркнул и стащил с себя куртку, в которую вырядился час назад. Он одолжил ее у самого вонючего бомжа, которого смог найти, пообещав, что вернет ее потом. Так он попытался спрятаться от Дэвида, который выслеживал его по запаху, в надежде, что вонь перебьет его собственный аромат и даст достаточно времени, чтобы все подготовить. До сих пор не было даже намека на присутствие черного Проводника. Пожалуй, этот раунд за ним. Однако сейчас настала пора действовать. Алекс получил достаточно времени; пришла очередь ему сделать что-то. — Так, — Коул похрустел пальцами и кивнул в сторону сторожевой вышки в дальнем восточном углу. — Сейчас я спускаюсь и начинаю херачить все, что попадется под руку. Вы, парни, приходите, когда я почищу местность, и выгребаете из продскладов и лазаретов все, что найдете. Зик ухмыльнулся. — С тобой не соскучишься. — Вот это по-нашему, — фыркнул Хармс. Коул быстро зарядился и поднял руки вверх, заставив небо почернеть. А когда опустил — громадная молния в несколько тысяч вольт обрушилась на вышку и оставила от нее только дыру в земле. Солдатов рядом расшвыряло во все стороны, и большинство поотключались. Пока статическое поле не рассеялось, курьер спрыгнул с крыши вниз. Те немногие, что остались на ногах, развернулись в сторону угрозы, но оказались недостаточно проворными. Коул повалил их всех чередой прицельных молний. После начала штурма копы под командованием Хармса начали стягиваться поближе. Они двигались все еще осторожно и старались не показываться на глаза, хотя центром всеобщего внимания стал курьер. Выставив перед собой щит, он помчался вдоль берега, закрываясь от летящих в него пуль. Его целью было не убийство солдат, а ловля Дэвида на живца. — Взять его! — проорал кто-то. — Заходить в тыл! Ага. Так он им и дался. Коул изогнулся и нырнул за ближние ящики с боеприпасами, из-за которых пошвырял несколько электрогранат. Они были маломощными; достаточно, чтобы посваливать солдат с ног и расчистить пространство. Когда стало чуть полегче, курьер взмыл из-за укрытия и расплевался молниями, поражая тех, что был поближе, и принялся вопить: — Мойя! А ну вылезай! Я знаю, что ты меня слышишь! Кто-то попытался протаранить его, но Коул моментально повалил армейца на землю. — Мойя! — снова завопил Коул. — Пора платить по счетам! Послышался свист ракеты, и курьер, развернувшись, отбил ее ударной волной; та полетела куда-то в сторону и взорвалась, не нанеся никакого вреда. — Мойя! — проорал он в последний раз. — Я тебе нужен?! Вот он я! Подойди и возьми! Солдаты принялись кричать в панике, и Коул, насторожившись от резкой смены тона, повернулся. Пустые глазницы сверлили его невидящим взором, а мышцы под абсолютно черной кожей напряглись для рывка. Курьер стиснул зубы и выгнул спину. — Ну, привет, Дэвид.

* * *

Алекс осторожно пробирался по коридорам «USS Вашингтон» в обличье Коула, и его настроение было превосходным. Когда его раскрыли, он действовал наверняка: взмахом Хлыста разорвал троих у двери и тут же поглотил, не дав им возможности даже понять, что происходит. Капитан был следующим — удар Когтями наотмашь по торсу мгновенно оборвал его жизнь. Пара ученых в панике вжались в угол. Они были легкой добычей. Но вот с Мойей он не спешил, все еще сохраняя измененный облик. Выражение ее лица, когда человек, которого она считала полностью в ее власти, обратился против нее и показал, насколько она была незначительной и бессильной, было настоящей усладой для глаз. Однако досадно, что она просто приняла свою судьбу, едва Алекс прижал ее к стене; он ожидал, что она будет сопротивляться до последнего. Возможно, она осознала критический изъян в стратегии размещения заслона из вирусных сканеров вокруг своей базы. Ведь такой заслон работал только против того, что пыталось пробиться по суше. Но Алекс позволил себя схватить и перенести поверх него, обойдя радиус сканирования. Она даже не озаботилась установкой сканеров внутри судна. Мойя совершила ошибку, недооценив Бегуна. И теперь извлекать из нее урок было поздно. Заполучив ее память, Алекс с легкостью нашел ее компьютер и залогинился, после чего принялся копировать все доступные данные на внешний жесткий диск. Так как это занимало некоторое время, он оставил процесс на самотек и направился вглубь авианосца. Было необходимо найти Сашу. В то же время нахлынуло беспокойство о своем напарнике. Все-таки Коул добровольно и открыто вошел на территорию, которая потенциально могла доставить трудности даже Бегуну. Но он верил, что курьер понимает, что делает. Текущая задача Алекса была не менее весомой, и только он мог ее выполнить так, как нужно. Сейчас он продвигался к зоне, где Мойя держала Сашу взаперти, однако полное отсутствие людей его настораживало. Что-то определенно происходило, и если Бегун хотел поучаствовать, то нужно было торопиться. Кроме того, Алекс хотел бы встретиться с Сашей лицом к лицу, поскольку единственные сведения о ней происходили из воспоминаний Кесслера и Мойи. Он подумывал вернуться к привычному облику, но пришел к выводу, что оставаясь в форме Коула, сумеет застать врасплох другого Проводника. Вероятность была большой, а если план не сработает, то Алекс всегда способен уничтожить все, что против него выставят. — Черт! Подкрепление! Подкрепление немедленно!.. Бегун повернул голову в сторону воплей и звука длинной очереди. Он только сделал шаг в направлении раздражителя, как один солдат выбежал в коридор спиной вперед, поливая свинцом что-то перед собой. — …Подкрепление, блядь! Эта бешеная сука вырвалась!.. Он влетел в Алекса, резко развернулся и выпученными глазами уставился на предполагаемо плененного Проводника. — О господи… Саша подобно гадюке набросилась на бойца, уцепившись когтями в его горло. — Отойди от него! — взбешенно прокричала она, и изрыгнула на его лицо поток черной смолы. Громкость воплей солдата поднялась в несколько раз и перетекла в агонизирующий вой, а через пару секунд он замертво свалился на пол. Алекс пытливо приподнял бровь и бросил взгляд на женщину-Проводника. Значит, она сумела освободиться. Жаль: теперь, чтобы поглотить ее, придется приложить немного больше усилий. Едва солдат испустил дух, лицо Саши мгновенно просияло. — Коул, мой любимый! — заявила она. — Ты вырвался из лап этой суки! Бегун прочистил горло и потер затылок, отыгрывая роль Коула. — Ага. Надо было быть более внимательной. В мгновение ока Саша оказалась уже на нем, обвив руками плечи и прильнув своими губами к его. Биомасса принялась извиваться под внешней оболочкой от нежелательного близкого контакта вкупе с воспоминаниями Кесслера о бывшей любовнице. Инстинкты требовали отрастить Когти и порвать безумного Проводника на лоскутки, но рациональная часть разума, наконец, поняла, что именно она делала. Она вторглась в его личное пространство. Она была отвлечена и не догадывалась, что он — не тот, кого она видит перед собой. Скорее всего, Саша знала об Алексе только с перспективы подконтрольных ей Жнецов, но не более того. Это значило, что о его способности менять облики ей было не известно. Прямо сейчас Алекс Мерсер все еще был Коулом МакГратом. Все еще играл его роль. И с легкостью мог одурачить эту женщину. Так, как одурачил Мойю. — Я люблю тебя, Коул… — пробормотала Саша, отлипнув от его губ и заглянув ему прямо в глаза. Алекс ухмыльнулся и ухватился ладонью за ее затылок, не позволяя двигаться. — Прости, что все закончится вот так, дорогуша, — прошептал он, ощутив, что сумасшедшая на долю секунды застыла. И до того, как она осознала, что он не тот, за кого себя выдает, Бегун дернул ее голову назад, без усилий ломая шею, в сопровождении громкого сочного хруста, разнесшегося жутким эхом по стальным коридорам судна. Саша обмякла в его руках. Алекс, склонив голову набок, наблюдал, как жизнь покидает ее взгляд. Он очень близко знал ее благодаря памяти Кесслера. Она была гениальна. Настолько, что привлекла внимание старого Проводника. Он никогда не любил ее, но она была полностью убеждена в обратном. Кесслер использовал ее в своих целях, ее руками создавал разнообразные технологии контроля, пока она не сумела разгадать его истинные мотивы. Разразился чудовищный скандал, который смогла лицезреть половина всей секты, после чего Саша ушла, пообещав обрушить на голову старика лютые кары. Но, в конце концов, она все равно играла по его плану. Она заставила Коула адаптироваться и стать сильнее, провела его по пути обретения мощи — делала именно то, что замышлял Кесслер. В каком-то смысле даже Алекс до сих пор был его марионеткой. Кесслер знал Бегуна, в его временной линии они были друзьями; выяснив, что тот самый Черный Свет находится в Эмпайр Сити, Кесслер подстроил цепочку событий, по которой Бегун должен был разобраться с Мойей, Сашей, Алденом и всеми остальными вместо него… Проклятье, факт того, что Первые Сыны использовали против Алекса красную смолу Саши, очевидно подтверждал это. Кесслер знал, что ЗЕВС адаптируется к субстанции, знал, что со временем выработает к ней устойчивость. В его разуме это было своеобразным даром Бегуну, который его усилит и даст возможность противостоять Саше. Кесслер чуть ли не за ручку провел Алекса по нужной тропке, а тот просто слепо подчинился. Эта мысль вызывала отвращение, однако в то же время пришло понимание, что только таким способом можно было защитить себя, Дану, Коула и других. Кесслер бесспорно был ублюдком, но ублюдком с крайне высоким интеллектом. Опустив собственные ощущения о том, что его использовали, Алекс все же уважал Проводника. План оказался гениален, и в результате все, кто должны были умереть — умерли, а все, кто должен был остаться в живых — выжили. «Кроме Триш», — мрачно подумал Бегун. Триш была жетрвой, которую он мог предотвратить, но поступил иначе. И это было больно; не физически, но ментально. Было трудно принять то, что смерть одного человека могла так сильно давить на подсознание. А она давила. И винить за это кого-то, кроме себя самого, Алекс не мог. Мазнув взглядом по трупу Саши, он шустро обвил его щупальцами и вобрал в себя. — М-мать!.. Бегун обернулся: резкий возглас исходил от отряда солдат позади. «Хм». Алекс наклонил голову, быстро сменил облик на обыденный, пока процесс поглощения добегал до конца, и полностью повернулся к отряду. Лидер выглядел знакомо: это был тот парень, что затащил его в вертолет; кроме того, хотелось что-то на десерт. Бегун ухмыльнулся и вооружился Когтями. — Извините, парни, но лишние свидетели мне не нужны, — проговорил он издевательски дружелюбным тоном. Группа разом отшатнулась назад и открыла огонь. Алекс действовал быстрее.

* * *

Коул был в беде. Только что поглощенные Алексом люди прибыли сюда для встречи с Мойей и получением новых приказов. Потому что они не знали, что делать дальше. Большинство солдат потеряли головы — некоторые буквально — когда появился Дэвид Уорнер. Тот попытался убить Коула, и они начали сражение. Алексу было необходимо торопиться, но данные Мойи не были загружены до конца, и осталось еще слишком много хвостов. Нет, на данный момент придется оставить МакГрата одного. Но была возможность прислать ему определенное подкрепление. Продолжить использовать его облик и дальше было провальной идеей: эффективность уже была никакой, учитывая, что настоящий Проводник дрался насмерть с Уорнером прямо напротив судна. Бегуну необходимо было поторопиться, поэтому он принял облик Мойи и поспешил вглубь «Вашингтона». Туда, где находились ее лаборатории. Челюсти самовольно сжались от злости. Мойе было недостаточно заполучить в свои руки Лучевую Сферу, о нет. Понимая, что план может закончиться — и в целом закончился — провалом, она провела собственные эксперименты. Отыскав между своих людей троих с необходимой группой крови, она ввела им образец неактивированной крови Проводника вместе со смесью других препаратов, одним из которых оказалась вариация «DX-1120», знакомого Алексу по событиям в Манхэттене, и погрузила их в питательный раствор, производя попытку вырастить собственных Д-КОДов. Искусственных Проводников. Процедура была составлена топорно, но по ней стало понятно, что она хотела того же, что и Черный Дозор — суперсолдат, подчиняющихся только ей. В течение последних двух дней у подопытных возросла мышечная масса, и их биологические системы сумели к ней адаптироваться, однако, по мнению Мойи, все происходило слишком медленно. Когда она впервые отдала приказ выпустить их, ученые предупредили, что субъекты мгновенно погибнут, как только покинут капсулы. Алекс фыркнул. Им и не нужно долго жить; всего лишь достаточно для того, чтобы снять часть нагрузки с Коула. Кроме того, таким образом Бегун саботирует следующую партию Д-КОДов, и это было совершенно приемлемо. Обнаружить доктора, корпевшего над искусственными Проводниками, было достаточно просто. Алекс нацепил самое рассерженное лицо Мойи, которое только сумел выудить из ее памяти, и подлетел к ученому вплотную. — Открывай гребаные капсулы, — зарычал он. — Все! — Они еще не готовы… — попытался возразить доктор. Алекс закатил глаза, вытащил из биомассы пистолет Мойи и уткнул его ученому прямо в лоб. — Я не спрашиваю, доктор. Тот ошарашенно отпрянул назад и разблокировал замки. Алекс наблюдал, как заполнявшая капсулы жидкость убывала, опуская восьмифутовые тела на дно. Он знал, что долго они не проживут, но для того, чтобы ослабить Уорнера, времени должно хватить. — Убедитесь, что Коулу не будет причинен вред, — сказал он трем чудовищно мускулистым фигурам. — Все остальные — расходный материал. Искусственный Проводник уставился на него, а через несколько секунд военная выучка дошла до изувеченных мозгов и все трое криво щелкнули пятками и отдали честь. После чего сорвались с места, оставляя позади Алекса и напуганных ученых. Тот выждал, пока эксперименты не скроются из вида, и повернулся к доктору. — Хорошая работа, доктор, — ухмыльнулся он, что выглядело на лице Мойи крайне непривычно. — Полагаю, что вас ожидает внеочередное повышение. — Мэм, вы понятия не имеете, что только что натворили, — парировал тот. Ухмылка Алекса стала еще шире. — О, нет, имею. Я только что уничтожил ваш небольшой исследовательский проект до того, как он успел принести существенные плоды… Доктор только немо пялился, и Алекс пожал плечами. — …И знаешь что? Я намерен продолжить. Но прежде всего, — его глаза сверкнули алым, а кисть превратилась в набор Когтей, — я удостоверюсь, что весь произошедший пиздец никогда и нигде не повторится.

* * *

Генерал Бриджес натурально исходил пеной, но Алекса это слабо интересовало. Он наблюдал за битвой в доках около «Вашингтона», смотря, как Коул пытается противостоять Уорнеру. Получалось у него не очень, и даже натравленные на мутанта Д-КОДы не слишком уравнивали шансы на победу. В данный момент Бегун выкрикивал приказы на мостике, подгоняя наводчиков готовить пушки. — Мойя! — рявкнул Бриджес, вынудив концентрацией ярости в голосе обратить на себя внимание. — На этот раз ты перешла черту! Алекс глянул на него, используя все свое актерское мастерство для отыгрывания роли взбешенного агента DARPA. А Бриждес продолжал надрываться: — Эта тварь только что спустила в трубу миллионы долларов на исследования, и все из-за твоего увлечения этим молокососом МакГратом! — его лицо стало лиловым, и голос подскочил на октаву вверх. — Я тебя арестовываю! «О, раз ты хочешь играть вот так…» Алекс снова выхватил пистолет и пустил пулю генералу точно между глаз, заляпав мозгами экраны и их операторов сзади него. — Никогда не знал, когда держать язык за зубами… — проворчал он. После этого Бегун развернулся, злобно сверля взглядом ошарашенных солдат и техников. — Слушаем меня внимательно! — рыкнул он, вскидывая руку перед собой. — Я хочу, чтобы каждый ствол, что есть на судне, стрелял в это чудовище. Если что-нибудь случится с Коулом, клянусь богом, я сама вас всех поубиваю! Командиры мгновенно принялись раздавать приказы. Но все равно это было слишком долго. Алекс развернулся и вышел; возможно, он двигался слишком быстро по человеческим меркам, но, к счастью, этого никто не заметил. Он грубо отпихнул солдата с дороги и поспешил вниз по трапу. Прежде всего нужно было забрать винчестер: данные были слишком ценными, чтобы позволить кому-то чужому наложить на него лапы. Но копирование было завершено только на девяносто один процент. «Хер с ним — этого хватит». Алекс завершил задачу на текущем прогрессе, а после раздробил центральный блок. Фигура Мойи начала искажаться и превратилась в силуэт Александра Джеймса Мерсера, который принялся хрустеть шеей. «Пора разобраться с этой слишком сильно подросшей лабораторной крысой».

* * *

— Ну, привет, Дэвид. Черный Проводник выпрямился во весь рост; по рукам Коула забегали молнии. Дэвид секунду на него попялился и молниеносно набросился. Курьер уже присел и отклонился в сторону, пытаясь следующим движением убраться как можно дальше от щупалец, но в тот же миг пришло понимание, что прямо за ним следовал отряд морпехов. Как только Дэвид приземлится — им всем хана. Поэтому Коул прекратил движение и сгорбился, долбя электричеством вокруг себя в надежде, что это хотя бы притормозит летящий на него живой таран. Ощущения были как во время некогда влетевшего в него грузовика; курьер невольно и резко выдохнул, когда из легких жестоко выбили весь воздух. Вражина его не отпустила, сдавив грудь щупальцами и грохнув его об землю. «Ай». Дэвид с фырчанием разжал хватку, когда о его шкуру застучал рой пуль, развернулся, на ходу превращая щупальца в руки, и разодрал несколько неудачливых морпехов на куски. По иссиня-черной коже забегали пурпурные искры, затягивая раны на теле. Он вытянул из солдат жизненную силу, тем самым прикончив. Коул с рыком бросился к громадному Проводнику и долбанул его модифицированной молнией. Тот даже не почесался. Снова фыркнув, Дэвид наотмашь хлестнул его рукой и отшвырнул на несколько ярдов назад. Из горла курьера вырвался стон, но он быстро встал на ноги, снова заряжая тело. Черный уставился на него, бешено рыча, но не двигался. В его бок влетело несколько очередей, и он, дернувшись в сторону, порвал еще несколько человек. Коул тут же швырнул в Дэвида пару шаровых молний, выбив того из равновесия. — Дебилы! — заорал он на солдат. — Сваливайте от него, мать вашу! Черный Проводник взревел и прыгнул прямо на курьера. Проглотив матюк, тот бросился в сторону и принялся улепетывать от монстра. Большого желания махаться с Уорнером не было: эта тварь была гораздо сильнее его и уже один раз чуть не убила. Коул просто хотел, чтобы его оставили в покое, чтобы, наконец, появилась возможность закрыть гештальт по поводу всего, что случилось за последние две недели. Но нельзя было просто позволить Дэвиду, желающего Кесслеру смерти, громить округу. Курьер понимал его, правда: его ведь не по своей воле бахали Лучевой Сферой тридцать раз подряд. Он знал те самые чувства ярости и ненависти, знал жажду мести, которые направляли черного Проводника. Коул хотел уничтожить Кесслера за то, что он с ним сотворил. Он желал — и сумел — стереть старика с лица земли, отомстив за гибель Триш. Но тут начиналась загвоздка. Когда Коул бросился во все тяжкие, кроме Кесслера и Первых Сынов не пострадал больше никто. Дэвид же убил несколько дюжин людей без каких-либо угрызений совести. Ему было все равно, были это бойцы Кесслера, просто напуганные гражданские или солдаты, пытающиеся защитить население — Уорнер просто убил их. Такого Коул простить не мог. Он сам слишком долго убегал. И от родителей, и из колледжа, и с работы, и от самого себя. Это должно закончиться. Он защитит Эмпайр Сити. Пусть даже город ничего для него не сделал; курьер не мог отдать его на растерзание Уорнеру. Он не мог так поступить с Триш. Все-таки придется принять удар. На запястьях сформировались электроклинки, и Коул с оттягом резанул по спине Дэвида. Тот мгновенно оставил морпехов в покое и переключился на текущего обидчика. Отпрыгнув назад, курьер вознес руки и тут же опустил, заставив небо затянуться тучами. Огромная молния обрушилась на Дэвида; рев электричества и гром перекрыли изданный им вопль боли. Морпехи в страхе отпрянули. Хармс, маячивший на краю зрения, одобрительно поднял большой палец. Коул еще немного поддержал атаку, пока не посчитал, что сумел зажарить ублюдка. После чего в изнеможении отпустил заряд и шумно выдохнул, отворачиваясь от во́ни паленого мяса и смолы. Сбоку от него появилась группа людей: две женщины и мужчина как раз выбрались из канализационного люка и во все глаза пялились на него. Одной из женщин была Рэйчел — она вызвалась добровольцем для помощи медикам в собранном на скорую руку лазарете, но двое других не были Коулу знакомы. Он наклонил голову и мельком посмотрел на замешкавшихся солдат, которые не понимали, что им делать. — Вам, — сказал он прибывшей троице, — тут не место. Уходите, быстро… — КОУЛ! — прервала его Рэйчел. Но было поздно: пара толстых щупалец обвила грудь курьера и жестко сдавила. У курьера была буквально доля секунды на понимание того, что ему кранты, после чего Дэвид дернул его назад и впечатал в асфальт, оглушив. «Да как так?.. Даже Кесслер после этого не выстоял!» Дэвид взревел и подтащил его к себе. Коул задыхался, но все же попытался призвать свои силы. В ответ щупальца сдавили его посильнее, и статическое поле сошло на нет в сопровождении снопов пурпурных искр. Курьер с усилием дернул головой, наблюдая, как раны Дэвида начинают затягиваться, в то время как его собственное тело понемногу немело. Черный Проводник подтянул Коула в упор, пялясь на него пустыми глазницами. Тот, шипя и чертыхаясь, пытался вырваться, но руки и ноги его не слушались. Он вспомнил, что Уорнер поглощал нейроэлектричество. И прямо сейчас он подпитывался курьером. Дэвид прямо сейчас убивал его, и он ни черта не мог с этим поделать. Коул хрипел и дергался, но силы уже почти покинули его. — Иди к черту… — только и смог выдавить из себя он. Но Уорнера что-то резко отбило назад и заставило разжать хватку, позволив курьеру мешком повалиться на пол. Все тело ломило и ощущалось иссушенным. Он со стоном слегка приподнялся и смог разглядеть, что на Дэвида накинулись три каких-то здоровяка. Под темной кожей бугрились мышцы, а из черепов торчали провода. «Да что происходит?..» Уорнер зашипел и попытался отшвырнуть одного подальше, но двое других накинулись с боков и заставили его отпрянуть. Коул сумел ухмыльнуться, пусть даже тело вопило от боли. — Хе-хе, — проскрипел он, — думаю, ты разозлил кого-то не того… Один гигант обрушил на лицо Уорнера сокрушительный удар, от чего голова того резко мотнулась в сторону, а ударная волна даже оттолкнула Коула подальше. Дэвид ответил ему своим лазерным взглядом, в то же время надвигаясь на него, а потом пробил дезориентированному противнику череп своими щупальцами. Пока подоспевшие Зик и Хармс оттаскивали его подальше, курьер в ужасе пялился на то, как у пробитого начали дымиться глаза и сгорать плоть на голове, после чего здоровяк повалился на землю и больше не двигался. — Черт побери! — прошипел Хармс. — Что это за херовины?! — панически пропищал Зик, помогая другу подняться. — Вероятно, поделки Мойи, — прохрипел Коул, откашлявшись. — Черт. Надо вытащить тебя отсюда, — заявил Надзиратель. — Нельзя… Коул сделал небольшой шаг вперед, чтобы проверить, держат его ноги или нет. Получилось, но с трудом. И то хлеб. — …Если побегу, то он попрется за мной. Надо это закончить. Рев Дэвида привлек его внимание. Один из здоровяков взял его голову в захват сзади, а другой пытался кулаками проломить ему грудную клетку. Уорнер задергался и сумел ухватиться за него щупальцами. Одним титаническим усилием он потянул и порвал его пополам, после чего повернулся в сторону последнего. Коул только немо пялился во все глаза. Всего один Проводник обладал вот такой мощью? Как он был должен побеждать это?! Хармс что-то кричал ему, но смысл слов где-то терялся. Курьер просто стоял и смотрел. И пришло понимание: если он не сможет завалить этого дядьку, то о драке со Зверем и речи быть не может. Глаза сощурились, из тела вырвался пучок молний. Больше нельзя бояться. Больше нельзя быть слабым. Из-за этого Триш погибла. На руках снова появились электрические лезвия, и Коул бездумно бросился в атаку, со всего маху рубя по Дэвиду. Его нижняя правая рука, отрубленная у плеча, упала на пол, а сам Уорнер завыл от боли. Он был уязвим. Он был смертен. Пока небо чернело, курьер проорал: — Вот так! Хочешь мою голову? Подойди и возьми! В ответ Дэвид пинком отшвырнул его через весь причал. «Ладно, это было больно…» Краем глаза он увидел, как Уорнер прикончил последнего здоровяка, затянул раны — хотя бы рука не отросла обратно, уже хорошо — и бросился на Коула. Тот стиснул зубы, смотря врагу прямо в лицо. — Ну, мы продолжим или как? Загрохотали пушки, разнося целые куски причала в пыль. Курьер бросился в сторону, Дэвид заревел. Земля под ногами взорвалась.

* * *

Уорнер так сильно сосредоточился на Коуле, что не ощутил присутствия Алекса. Платой за это стали прошившие его насквозь и приподнявшие над полом Земляные Шипы. Черное создание взвизгнуло от боли и заизвивалось в попытке освободиться. Бегун скривился и выдрал лапу из земли, втягивая Шипы обратно и заставляя Уорнера тяжело грохнуться на растрескавшийся асфальт. Проводник уже регенерировал, и Алекс тут же на него напрыгнул, на лету меняя Когти на Руки-молоты и вдалбливая существо в землю в попытке раздавить его. Уорнеру это, очевидно, не понравилось. Он приподнял тело и выстрелил в ЗЕВСа потоком лиловой энергии, пробивая в торсе того существенное отверстие. От неожиданности Алекс немного отпрянул, но Уорнеру этого хватило, чтобы дернуться вверх и протаранить его, отбрасывая назад. Бегун тяжело рухнул вниз и по инерции немного проехал чуть дальше, пропахивая в асфальте глубокую борозду. Прошло достаточно много времени с тех пор, как на него обрушивались удары такой силы; Первыми были Д-КОДы в Манхэттене, после них шел Высший Охотник, а последним был Хеллер. Однако дробящие удары были неэффективны против Черного Света. Они только дезориентировали, и вернуться в устойчивое положение было до смешного просто. Но Уорнер, несущийся прямо на него с целью уничтожить, был проблемным по другой причине: позади Алекса находилась группа гражданских, и уйти из-под удара не представлялось возможным. Он узнал в одной из женщин Линду Кауфман, репортершу «USTV», да и зрители тоже были помехой. В обычных обстоятельствах жертвы среди населения Бегуна не беспокоили, но здесь и сейчас набор союзников был критически важен, а Кауфман обладала влиянием. К сожалению, из-за нежелательных свидетелей Алекс не мог использовать свои способности в полной мере. Ментально издав тяжелый вздох, ЗЕВС уперся в асфальт, заставив его затрещать, и превратил руки в широкие щиты как раз вовремя, чтобы встретить лобовую атаку Дэвида. От мощности удара пол растрескался еще сильнее, но Алекс выстоял. Отведя одну бронированную конечность в сторону, он ударом наотмашь ошеломил Проводника, а другую в тот же миг сменил на Клинок и с разворота отрубил ему еще одну руку. Бегун целился в гораздо более критическую точку, но Уорнер отшатнулся слишком далеко и сумел избежать смертельного увечья. Проводник дернулся назад и заскрежетал от боли, и Коул тут же метнул в него несколько молний. Мутировавшее существо вскричало и резко отпрыгнуло в сторону от напарников, после чего помчалось на группу солдат неподалеку. В разуме Алекса раздался тревожный сигнал: он узнал маневр, так как сам пользовался им достаточно часто даже в бою, поэтому он рванул наперерез, встретившись с Проводником на полпути к морпехам и тяжелой таранной атакой сумев оттеснить его в сторону. Уорнер рычал и извивался, но Бегун, немного утопив ступни в пол, сменил руки на Мышечную массу и потащил его прочь. Существо отчаянно вырывалось и все же сумело освободиться от захвата; подобное свершение удалось очень немногим. Дэвид еще раз попытался добраться до людей, но на этот раз его перехватил Коул, отогнав точной молнией по корпусу и вынудив пока что бросить свою затею. — Э, а что происходит? — требовательно спросил курьер. — Я думал, он за мной гоняется! — Так и есть, — согласился Алекс, прищуренно наблюдая за проводником-мутантом. — Но он не идиот. Как мне и тебе, ему необходимо пополнять резерв для полноценного функционирования организма. Уорнер злобно фыркнул и сгорбился еще сильнее. Коул недоуменно глянул на Алекса. — Стой… пополнять… в смысле, людьми?! — Да. Его силы на исходе. Ему необходимо подпитываться для выживания, и если мы сможем этого не допустить… — …То сможем прикончить, — закончил курьер и резко мотнул головой. — Авианосец. Нужно заманить его туда, лучше в самое брюхо. Тогда я взорву его к чертовой матери. — Идет. Алекс был почти уверен, что бесконтрольные мутации Уорнера сделали его «непригодным к употреблению»; кроме того, поглощать при свидетелях было недопустимо. Но выяснилось, что противник не бессмертен. Бегун набросился на Проводника с Когтями наперевес. Лезвия кромсали кожу и плоть одинаково просто, но Уорнер парировал такую стратегию, регенерируя слишком быстро. Сзади раздались крики Коула, требовавшие от военных «убраться, нахер, подальше», а после и он сам присоединился к забаве, засыпая мутанта молниями. Уорнер брыкался и ревел, и чем больше усиливалось давление на него, тем злее он становился. Хорошо — слепая ярость подавляла рациональное мышление. Побочным эффектом станет всплеск мощи, но в то же время он начнет пренебрегать своим физическим благополучием. Однако Алекс не собирался выжидать: выродка необходимо убрать из поля зрения. Отрастив Мышечную массу, он просто схватил Уорнера за бедро, вскинул над головой и долбанул затылком об асфальт, на секунду оглушая. Этого оказалось достаточно, и Бегун, сменив позу, оттолкнулся от земли, утаскивая существо за собой. Фырча и извиваясь, Уорнер достаточно быстро сумел освободиться из захвата, но Алекс мгновенно метнулся в сторону в воздухе. В тот же миг в черного Проводника влетела усиленная молния Коула и заставила распластаться по взлетной полосе «Вашингтона». Стволы пушек быстро нацелились на существо и открыли огонь. Алекс хмыкнул, рванулся вверх, сжимая тело, и, оттолкнувшись от воздуха, помчался вниз на врага подобно ракете. От жестокого удара авианосец затрясся целиком, и оба, Алекс и Уорнер, полетели вниз во тьму, пробив палубу насквозь. Алекс, оскалившись, набросился на оглушенного Проводника как раз в тот момент, как запищала тревога. Уорнер зашипел и, собрав энергию в пучок, выстрелил в Бегуна энергетическим лучом. При столкновении в биомассе были прожжены дымящиеся сквозные дыры. Из-за ограниченного пространства внутри судна уклониться не получилось, и у Алекса не осталось выбора, кроме как грудью встретить атаку. Благо массы у него было предостаточно. А Дэвид был ослаблен и один. Вспышки разрядов осветили тягучую тьму, влетев в Уорнера и опаляя его. Коул нырнул в нутро корабля и на ходу бросал в него электрогранаты, заставляя метаться по сторонам. Тот попытался метнуть в него щупальце и пришпилить к стене, но Алекс схватил конечность в полете и просто крутанул, ломая кости в щепки. Мутант завыл от боли и отшатнулся назад, перевернув бочку. Бочку ракетного топлива. На лица Алекса и Коула одновременно наползли широкие маниакальные ухмылки. Получив от курьера быстрый кивок одобрения, Бегун, сменив руку на Хлыст, широким замахом пробил столько контейнеров, сколько сумел. Воздух быстро наполнился вонью керосина. — Посмотрим, как ты справишься с этим, — прорычал Коул, поднимая руки. БУ-БУ-У-УХ! В замкнутом пространстве раскат грома был болезненно оглушительным, а яркая вспышка ненадолго лишила Алекса зрения. Но ход оказался предельно эффективным. Дэвид сорвал голос и корчился в агонии, пока горящее топливо безжалостно поглощало его изувеченное тело. Хмыкнув, Коул обрушил на проводника вторую молнию, и уже эта буквально стерла его с лица земли, оставив после себя только обугленные кости и опаленную плоть.

* * *

НЕТ! НЕТ! Это не должно так закончиться! То, что Кесслер сотворил со мной… во что превратил меня… волею Господней я использую это против своего мучителя. Кесслер должен умереть…должен умереть… но Лукавый был его соратником и оберегал его. Я не смог сломить Лукавого, не так, как Кесслера. Когда я попытался убить мучителя — тот едва смог устоять перед моим могуществом. Я уничтожил бы Кесслера, очистил бы мир от его зла, но нас прервали. Это была женщина, которой Кесслер лгал? Возможно, да — ведь она тоже лгала. Лгала Кесслеру, лгала своим людям. Она желала Кесслера, желала его сил. Для себя. Для своих покровителей. Кесслер убил мою жену. Убил мою дочь. Он не может уйти безнаказанным. Но Лукавый… Лукавый всегда был на стороне Кесслера. Я не мог победить мучителя, пока Лукавый оберегал его. Лукавый был слишком силен. Сейчас я сгораю, не сумев остановить ни того, ни другого. Но должен был… «Не нужно сражаться». Голова сама собой повернулась, а взгляд узнал мою жену. Она улыбнулась мне… но ее улыбка была полна печали. «Прекрати бой». Не могу. Кесслер… Кесслер все еще жив. «Он уже не важен». Он убил тебя. Он лгал тебе. Он использовал тебя! «Я знаю». Он должен ответить! «Он уже ответил. Кесслер мертв. Ты сражаешься с воспоминанием о нем». Но… Но я осознал ужасную истину. Я убил так много… убил, ибо не видел другого выхода… чтобы добраться до Кесслера… «Ты страдал. Ты был в неведении. Господь простит тебя. Я уже простила». Ты… «Мы любим тебя, Дэвид. Пожалуйста, вернись к нам». Ее рука потянулась ко мне. Такая мягкая, такая теплая. Такая любящая. И сразу закончилась вся боль. Не нужно больше сражаться. Не нужно больше ненавидеть. Я взял ее за руку и позволил свету окутать себя и забрать с собой…

* * *

Коул выдохнул и со стоном согнулся пополам. — Черт… Наконец-то все закончилось. Алекс мельком оглядел обугленный труп. — Закончилось. Уорнера больше нет. — А что Мойя? — Круп у нее аппетитный, — ухмыльнулся Бегун. Коул скривился и уже собирался что-то сказать, но его прервал тяжелый скрип, разнесшийся по всему судну, и они оба резко развернулись. Звук рвущегося металла ударил по ушам, а в следующий миг «Вашингтон» начал переворачиваться. «О…» Что-то сломалось, и вода начала прибывать на нижние палубы. Алекс ругнулся и схватил Коула за руку. — Пора выбираться отсюда, — фыркнул он. — Быстрее! Сейчас корабль затонет! — Да что ты говоришь, — спокойно пробормотал курьер, цепляясь за сломанную балку над головой и карабкаясь к дыре, которую пробили ЗЕВС и Уорнер. «Вашингтон» быстро тонул; скорее всего, один из ударов молнии пробил отверстие в корпусе. Коул и Алекс поспешили наверх, и как только выбрались на взлетную палубу, со всех ног помчались по наклоняющейся поверхности. Добравшись до края, оба прыгнули вперед и, приземлившись на мощеный док, продолжили безумный забег в сопровождении морпехов, пришедших к аналогичным выводам. Авианосец стонал и выгибался как раненый зверь, а когда полностью перевернулся на бок, то начал погружался еще быстрее. Вода ревущим потоком окатила Стил Харбор. — Коул! Алекс! Оба резко повернулись в сторону Зика и обнаружили его стоящим на плоской крыше двухэтажного здания. Они мгновенно сменили направление, добежали до постройки и быстро выкарабкались наверх по стене. Для Алекса все произошедшее было безудержным весельем. Он желал еще: больше разрушений, больше хаоса, больше движения. Все же он был создан именно для этого. Но для Коула это было выматывающим. Эффект выброса адреналина закончился, а общее количество полученных ранений и увечий истощило расшатанный организм. Данбар перетащил его через край, где он тут же, застонав, распластался на крыше. — Не скоро я на ноги встану… — пробормотал он слабеющим голосом. — Но это было охренительно! — задорно воскликнул Данбар. — Чуваки, вы зажарили ту тварь до хрустящей корочки! А еще — целый авианосец. Вы обалденные! — Вот только Дядя Сэм этому не обрадуется, — буркнул Хармс, понуро провожая взглядом тонущие останки судна. — Прошу, — бесстрастно фыркнул Алекс. — Он надавил на Эмпайр, а Эмпайр показал Дяде Сэму, насколько выше головы он попытался прыгнуть, — он скрестил руки на груди. — Однако теперь Мойя и Бриджес упразднены. Я способен справиться с чем угодно, что может случиться в дальнейшем. «Разве что кроме Черного Дозора. Но разбираться с этим я буду, когда они все же сюда явятся». — Ага, — отозвался Коул со своего жалкого положения вниз лицом, после чего перекатился на спину и уставился в небо. — Больше никто не будет к нам прикапываться.