Золотая бабочка

Ши Венлинг растерянно сделала шаг назад. По ее рукам резво запрыгали тысячи неприятных мурашек, а по ушам разлилась противная, дребезжащая мелодия пульса собственного сердца. С каждым новым стуком щеки небожительницы все сильнее алели, а разум наполнялся хаотичными, путающимися мыслями, которые, нарочно переплетаясь между собой, образовывали огромный клубок замешательства. Богиня смущенно притупила взгляд, то краснея, то бледнея, словно неумелый воришка, которого уличили в краже овощей и выставили на всеобщее посмешище. Повелитель Ветра, к удивлению для себя самой, заробела и притихла, выжидая развития дальнейших событий. Она не знала, как себя вести, что ей говорить и стоит ли говорить вообще. Безусловно, Его Высочество Наследный Принц произвел на небожительницу очень сильное впечатление: он был худоват, красив, достаточно бледен, как и полагается аристократам. Его шелковая кожа сияла чем-то высшим, неподвластным взору ни людей, ни демонов, ни божеств. Божественный отец Хуа Юна был самым дорогим и необычным произведеним искусства — его простота смело уживалась с обворожительностью, а добрые черты лица со спокойными, непоколебимыми глазами. В Се Ляне жила скромность, но так же жила и отвага. Истории и слухи о нем ходили как злые, так и добрые. Люди его уважали, демоны боялись, а небожители старались избегать любого упоминания о нем. Но для Ши Венлинг, с детства обучаемой своим отцом, Его Высочество Наследный Принц был своего рода мастером, героем, великим небожителем и самым верным приятелем бывшего Повелителя Ветра. Упасть перед ним лицом в грязь — значило опозориться перед отцом. К счастью или, наоборот, к несчастью, Его Высочество не успел разглядеть богиню так же хорошо, как и она его. Пей Айминь, чутко почувствовав смятение, охватившее небожительницу, резко выскочила перед богиней. — Ваше Высочество, — демоница уперла руки в бока, закрывая собой Ши Венлинг, — что вы здесь делаете?! Вышло достаточно грубо и громко. Со стороны могло показаться, что Пей Айминь нападает на врага, внезапно ворвавшегося в библиотеку. Се Лянь застыл на месте, смущенный ее неожиданным всплеском эмоций, затем, вздрогнув, обернулся и, пристально вглядываясь в суровый пейзаж улицы, осторожно схватился за кольцеобразную дверную ручку библиотеки. Его губы были плотно сжаты, а глаза твердо смотрели на Хуа Се и Пей Айминь. И Ши Венлинг на мгновение даже показалось, что Его Высочество все знал. Знал, что в библиотеке оказался чужак, знал, что с небес спустился «свой». И даже если не знал, то все прекрасно понял по нервному выражению лица демоницы и по беглому взгляду своего сына. Да и как он мог не понять, как мог не догадаться, если по всей библиотеке расплылся приятный благородный аромат, нежнейшая небесная аура, знакомая божественная Ци? Се Лянь осторожно закрыл за собой дверь, обеспокоенно оглядел Пей Айминь и мягко произнес: — Пришел проведать своих сыновей. По правде говоря, — бог потрепал свои волосы свободной рукой, — я целый день искал Хуа Юна и Хуа Фенга, но так и не смог их найти. Вот, подумал, что вы трое, — небожитель обратился к Хуа Се, — проводите время вместе здесь. Демоница громко фыркнула, когда Наследный Принца произнес последнюю фразу. Хуа Се расстроенно закачал головой. Ши Венлинг, которая до этого момента думала, что братья Хуа отлично ладят между собой, внезапно начала сомневаться в данном убеждении — по поведению демонинцы все было понятно. Небожительница подняла глаза на демона. Глаза юноши печально смотрели на отца, а губы грустно поджались и скрючились у самого носа. «Видимо, вражда Хуа Юна и Хуа Фенга — наконец-то я узнала его имя — зашла слишком далеко», — сделала вывод Повелитель Ветра. — «Интересно, что думает об этом каждый из братьев? Все же хорошо, что я в тот раз, передав подзатыльник Хуа Юну, не сказала ему, от кого он… Не хотелось бы лезть в отношения семьи Хуа, но, если демонический идиот вдруг начнет драку с Хуа Фенгом во время нашего сопротивления, мне придется разобраться и с одним, и с другим. Ну нет! И почему я постоянно влезаю в подобные передряги?» Небожительница закачала головой и еще раз взглянула на Хуа Се, ожидая увидеть тот же сбитый взгляд, однако выражение лица демона заметно изменилось: в его глазах больше не было грусти, они смотрели куда-то вниз удивленно и… снисходительно? Губы юноши раскрылись в доброй усмешке, и Ши Венлинг показалось, что он забыл о конфликте братьев — его отвлекло что-то другое. — Пей Айминь, — тихо позвал демоницу Се Лянь, и его бархатный голос разлился по всей библиотеке, окутав каждую полочку, разгладив твердые переплеты свитков и книг, — у тебя все хорошо? Ты выглядишь очень взволнованной и возбужденной? Пей Айминь дрогнула спиной, но Ши Венлинг была уверена, что лицо демоницы в этот момент было невозмутимо. Уверенная, яркая, слегка наглая, но способная переживать и бояться — такое мнение составила о ней небожительница. Да и, если говорить откровенно, Повелитель Ветра была бы не против подружиться с Пей Айминь или хотя бы наладить с ней отношения. Все-таки эта девушка не только спасла ее, но и помогла Хуа Юну и Ши Венлинг проворачивать миссии, хотя сама об этом даже и не подозревала. Повелитель Ветра смотрела на демоницу с уважением. И, если бы не предвзятое отношение Пей Айминь ко всем небожителям, за исключением Его Высочества Наследного Принца и собственного отца, Ши Венлинг бы точно удалось установить с демоницей теплые, а может даже и дружеские отношения. К сожалению, Пей Айминь все ещё недолюбливала небесных чиновников, а слепо бегать за демоницей, чтобы заслужить ее доверие, Повелителю Ветра не хотелось, да и она не видела в этом смысла. Плечи Пей Айминь напряглись, и небожительница поняла, что демоница собирается снова что-то провернуть или сказать, чтобы отвлечь Его Высочество Наследного Принца. «Нет. Так больше продолжаться не может», — твердо решила богиня и, преодолевая собственный страх, выпалила: — Приветствую вас, Ваше Высочество. Пей Айминь резко обернулась, и ее цепкий взгляд столкнулся с уверенным взглядом Повелителя Ветра. В глазах демоницы читалось недоумение и непонимание. Они открыто говорили: «Ши Венлинг, ты точно чокнулась». Небожительница показательно улыбнулась ей, отвечая: «Еще давно, если ты не заметила». Небесная чиновница резко перевела взгляд с Пей Айминь на Се Ляня. Теперь Повелитель Ветра была ему видна. Ши Венлинг прижала руки к груди склонилась перед небожителем в низком поклоне, как и требовал небесный этикет. «Что он скажет? Сразу ли поймет, кто я такая?» — девушка крепко сжала нежную ткань ханьфу. — «Глупая! Конечно, он сразу поймет! Он же не слепой». Повелитель Ветра начала медленно подниматься и еще медленнее поднимать глаза. Ши Венлинг сглотнула и резко вскинула голову, встретившись с мягкой, добродушной улыбкой. Его Высочество Наследный Принц смотрел на нее немного обеспокоенно, заботливо, а самое главное тоскливо. Глаза небожителя ярко и искренне сияли, и Ши Венлинг поняла, что Се Лянь немного соскучился по своим сородичам. Не по небесам, не по усыпанным роскошью дворцам — по богам, не лицемерным, не завистливым, не высокемерным, а по настоящим и искренним существам, по своим старым, замечательным друзьям. Небожительнице вдруг вспомнились веселые, наполненные приключениями истории, которые Ши Цинсюань рассказывал ей на протяжении смертной жизни. Интересно, что бы сказал ее отец, если бы узнал о встрече дочери со своим лучшим другом? Да и чтобы он сказал вообще, если бы узнал, что Ши Венлинг вознеслась? Повелитель Ветра стиснула зубы. За миг до того, как Его Высочество Наследный Принц открыл рот, чтобы ответить небожительнице, в голове богини зародилась беспросветная тоска и безконтрольная искорка гнева. Она. Должна. Встретиться. Со. Своей. Семьей. — Приветствую, госпожа, — согнувшись пополам, мягко прошелестал губами Се Лянь, словно боясь, что небожительница может раствориться в воздухе от одного лишнего и неверного движения. Ши Венлинг замотала головой и руками. — Не стоит так низко кланяться передо мной, господин. Я же не небесный император… — Да уж, не стоит так низко кланяться перед ней, — передразнила богиню Пей Айминь. — Она же не какой-нибудь советник Ордена или Цзюнь У. Повелитель Ветра негромко шикнула на демоницу, и та показательно закатила глаза. — Госпожа, прошу заранее простить меня за проявленную грубость, — начал было Се Лянь, но Ши Венлинг его перебила: — Нет, что вы, господин! Я понимаю, что мое присутствие здесь, в Призрачном Городе, вызывает много вопросов. Спрашивайте, что вам будет угодно. — Господин, госпожа, — буркнув, вставила Пей Айминь. Видно было, что демонице уже надоела подобного рода манера обращения. Хотя скорее всего — предположила Ши Венлинг — девушке просто неловко было находиться в окружении, где все за исключением нее соблюдают формальности. — Давайте-ка для начала все успокоимся и присядем, — ненавязчиво предложил Се Лянь. — Хуа Се, не мог бы ты заварить нам чай? Хуа Се моргнул и удивленно почесал подбородок, снова обратив свой взгляд куда-то вниз. — Что? — в своей манере спросила Пей Айминь и проследила за его взглядом. Ши Венлинг и Се Лянь последовали примеру демоницы. «О», — только и смогла произнести Повелитель Ветра, когда ее глаза увидели то, на что все это время так пристально смотрел Хуа Се, боясь заговорить и прервать их диалог. В библиотеке повисла неловкая тишина. Пей Айминь выгнула бровь, небожительница, растерявшись, просто смотрела вниз, Хуа Се безлично хлопал ресницами, но в его глазах была четко видна добрая улыбка, а Его Высочество, к руке которого были прикованы все взгляды, понимающе поднял брови и тихонько усмехнулся, потирая свой затылок. — Прости, сынок, я сейчас же все… — начал было небожитель, но Хуа Се, подскачив к отцу, перебил: — Не нужно. Все в порядке. Пей Айминь цинично усмехнулась, и Ши Венлинг недовольно шикнула на нее во второй раз. — Ну теперь то точно никто не сможет избежать этого важного разговора, — съязвила демоница, наблюдая, как Се Лянь крепко сжимает в руках ту самую кольцеобразную ручку от двери библиотеки. Его Высочество, не нарочно оторвавший важную состовляющую двери, их единственного выхода из библиотеки помимо небольшого окна, висевшего на противоположной стене, тяжело вздохнул и все-таки вручил предмет сыну. — Вы пока присаживайтесь, — кивнул Хуа Се, давно привыкший к невероятному «везению» своего божественного отца, — а я заварю чай и попробую починить дверь. Ши Венлинг прикусила губу. «М-да… Не ожидала я, что мое первое знакомство с великим небожителем пройдет в подобном духе. Хотя отец довольно часто упоминал о данной способности Его Высочества, я всегда думала, что он говорил это шутя… И зачем только Пей Айминь усмехнулась? Надеюсь, Наследный Принц не подумает, что я высокомерная хамка. О, Небеса! А вдруг я уже испортила первое впечатление о себе? Надо срочно исправить положение! Сперва отвечу на его вопросы, потом… Потом сама спрошу у него о том, что меня интересует и… Поймет ли он, что я дочь его друга?» — богиня начала незаметно дергать ногти на руках и, когда небожитель и демоница опустились на скамьи, расположенные с двух противоположных сторон стола, с облегчением, но не теряя вида, присела напротив Наследного Принца. Пей Айминь оказалась по правую руку небожительницы. Демоница недовольно покосилась на Повелителя Ветра. В ее взгляде до сих пор были видны немой упрек и сожаление о спасении небожительницы. Ши Венлинг постаралась не обращать на нее внимание. Да и, как вы уже могли догадаться, ей было некогда отвечать на уколы и выпады со стороны Пей Айминь. Богиня с замиранием сердца подняла голову и увидела перед собой знакомую чашку с бледно-зеленой жидкостью. Хуа Се доброжелательно кивнул ей и нарисовал в воздухе своими губами: «Не волнуйся. Он не кусается» Теплая и гордая улыбка демона так и говорила: «Мой отец самое доброе и прекрасное существо в мире. Ты скоро сама это поймешь». Ши Венлинг молча и едва заметно покачала головой. Хуа Се радостно улыбнулся, и небожительница отметила его сходство с Его Высочеством Наследным Принцем. Конечно, богиня знала, что братья Хуа — приемные дети этой интересной и удивительной семьи, и не отрицала внешнее отличие между членами семьи. Да, Хуа Се не был похож лицом на Се Ляня, но в его глазах, в его словах и даже в тихом, льющимся ручейком голосе жил Его Высочество Наследный Принц. Небожитель был началом, истоком, а его сын — продолжением, несущим в мир помыслы и доброту своего отца. Ши Венлинг стиснула чашку в руках. — Позвольте мне начать. Вам всем, наверное, интересно, как я здесь оказалась, — девушка недоверчиво покосилась на Пей Айминь. Демоница закатила глаза и подперла рукой подбородок. — Не волнуйся, я же не божок-пустослов, чтобы использовать твои тайны против тебя. Повелитель Ветра удовлетворенно кивнула и обвела остальных твердым взглядом. И хотя внешне девушка выглядела уверенной, за тонкой маской спокойствия, умело сотканной богиней, скрывался страх — боязнь подставить своего союзника. Небожительница была уверена, что Хуа Юн так же, как и она сама, не стал посвящать своих близких в то, чем он занимался. Орден Синего Журавля не просто очень сильный, но и невероятно опасный противник, а когда цена одной малейшей ошибки настолько высока, что при допущении любой оплошности может пострадать твое окружение, лучше держать рот на замке и ни в коем случае не втягивать в свои проблемы друзей и родных. Небожительница легонько прикусила язык. К несчастью, ей пришлось рискнуть и выложить Пей Кай Хун все, о чем богиня так долго умалчивала. Ши Венлинг до сих пор жалела о том, что невинное дитя, проживающие самую беззаботную пору своей жизни, стало их верным союзником в борьбе с Орденом, но она так же понимала, что за девочкой охотятся их враги, желающие завладеть силой, таящейся внутри Пей Кай Хун. Скрывать правду от девочки было бы мучительно и невыносимо, а более того опасно. Ведь теперь, когда дочь Пей Мина, знала о кознях Ордена, она могла обезопасить себя и, кто знает, может, даже спастись, если их враги распознали бы в ней ту, которую искали. И пусть пока для Пей Кай Хун все это сопротивление и спасение мира выглядело увлекательным приключением, ее детство было обречено и разрушено. Просто сама девочка пока этого не понимала. Зато понимала Повелитель Ветра, которой с тех пор, как Пей Кай Хун узнала всю правду, в голову постоянно лезли подобные мысли: «Я уже сломала двух детей. Двух! Я вынудила их забыть о веселье и стать сильнее. Я заставила их повзрослеть, я разбила их сладкий и радостный мир, полный счастья и доброты. Ши Яо, Пей Кай Хун, надеюсь, вы сможете меня когда-нибудь простить…». Но вместе с тем богиня осознавала, что скорее всего эти двое — не последние жертвы ее отчаянной борьбы за существование мира. Ши Венлинг, Хуа Юну, Синьши и Пей Кай Хун предстоял долгий путь, наполненный потерями и утратами. В этом кроется главный ужас войны. Как бы ты ни старался всех уберечь, все равно кто-то умрет. Кто-то погибнет героем или жертвой. Кто-то лишится всего самого родного и драгоценного. А кто-то и вовсе потеряет себя и смысл существования в этом мире. «Но мы с Хуа Юном способны исправить положение и уменьшить количество жертв. МЫ. Верно. Сейчас, когда все зависит от нас двоих, лучше вести себя осторожно», — с тревогой подумала Ши Венлинг, готовясь отвечать на вопросы демонов и небожителя. — Я спустилась в Призрачный Город по собственной воле, использовав один из небесных артефактов. Как обладательница энергии инь, я не встретила никаких препятствий во время и после перемещения. Однако подобного рода артефакт я использовала впервые. Его энергия оказалась слишком… — Пей Айминь, обрадованная неудачей богини, громко усмехнулась, поднося чашку с чаем к губам, — слишком велика для меня. Мои внутренние силы были исчерпаны, я начала терять контроль над своим телом и, в конце концов, погрузилась в беспамятство. Не знаю, как долго я лежала без сознания… Когда я очнулась, то была уже здесь. Повелитель Ветра опустила глаза, и демоница продолжила за нее: — Я просто гуляла по рынку, а потом увидела, как двое демонов торгуют девчонкой, облаченной в благородные одеяния. Мне пришлось спасти бедняжку. — Пей Айминь нарочно выделила интонацией слово «пришлось». — Позже я поняла, кого именно я спасла. (Да, мы с ней достаточно хорошо знакомы). Хотела выбросить ее по дороге, но тут подвернулась библиотека Хуа Се, и я вдруг вспомнила, как ваш сын любит помогать страждущим и… Неважно. Это все. Ши Венлинг была готова поклясться, что демоница во время недолгой паузы шепотом произнесла слово «умалишенным». Его Высочество задумчиво нахмурил брови и окинул всех троих пристальных взглядом. Его глаза сфокусировались на лице демонов и небожительницы — было очевидно, что небожитель размышляет над чем-то важным. «Или над каким-будь опасным вопросом», — тяжело вздохнула богиня, собираясь с мыслями. И правда, Се Лянь поднял взгляд на Ши Венлинг и прямо задал вопрос: — Вы решили посетить Призрачный Город одни? Или же с вами был кто-то еще? — Нет, — соврала Повелитель Ветра, — я отправилась сюда в одиночестве. — Тогда… Могу ли я поинтересоваться, госпожа? — богиня утвердительно кивнула, и небожитель продолжил. — Почему вы решили посетить Призрачный Город? Пей Айминь хмыкнула и игриво обвела краешек чашки пальцами: — Разве наши с тобой сражения ничего не значили? Или тебе вдруг отшибло память и ты совсем забыла о том, что сейчас происходит между нечистью и небесными чиновниками? Ши Венлинг сконфузилась. Надо срочно было придумать правдоподобную ложь. — Я не забыла. Просто проспорила одному небожителю, — отлично. Теперь богиня не только слабачка, но и азартная дуреха. Ну и какой из нее тогда Повелитель Ветра? «Не хочется выставлять себя в плохом свете, но, если это поможет не выдать Хуа Юна, мне придется пожертвовать своей гордостью. Не знаю, делаю я это из чистых побуждений, из-за нашей миссии или моих чувств к нему, но я не могу его подставить», — пронеслось в голове у богини. — Так я и знала. Все вы, чиновники, одинаковые! — едко заметила Пей Айминь, и Ши Венлинг облегченно выдохнула. «Поверила», — радостно подумала она, но через мгновение вся ее радость испарилась. Хуа Се задумчиво стучал пальцами по столу. «Размышляет», — догадалась небожительница. А, как всем известно, размышление — первый признак сомнения. И если Хуа Се еще сомневался, то его отец ей и вовсе не поверил. Се Лянь сощурил глаза и то ли сочувственно, то ли обеспокоенно смотрел на богиню. У Ши Венлинг не осталось сомнений, что Его Высочество раскусил ее не очень искусную ложь, однако моральные принципы небожителя не позволяли ему нарушить личные границы богини. Се Лянь знал, что небожительница что-то скрывает, но, как казалось девушке, Наследный Принц не считал Повелителя Ветра за врага и не чувствовал угрозы от нее. Это было видно по его глазам, наполненным теплотой, и раслабленному корпусу тела. Если бы Се Лянь ожидал от Ши Венлинг подвоха, он бы точно был напряжен и скован, готовясь к внезапному нападению. — В любом случае, — подала голос Пей Айминь, — тебе пора возвращаться на Небеса. Краем глаза Повелитель Ветра заметила, как небожитель вздрогнул. Его глаза грустно опустились на чай. Через мгновение лицо бога войны приняло привычное добродушное выражение, и он подтвердил слова демоницы: — Это правда. Тебе довольно опасно оставаться среди нечисти, особенно учитывая последние обстоятельства. Пей Айминь победоносно ухмыльнулась, а Хуа Се, соглашаясь, закивал головой. Се Лянь же… Се Лянь же выглядел слегка подавленно и разочарованно. «Представляю, как ему не хочется отпускать меня», — с сочувствием поджала губы Повелитель Ветра, — «и как, наверное, сильно хочется поговорить со мной, вспомнить свою жизнь на Небесах и своих старых товарищей и приятелей». — Но ведь я сейчас здесь, с вами, в безопасности, — Ши Венлинг постаралась скрыть тревогу в горле и ужасный ком, подступающий к горлу. Нет. Она не могла вернуться обратно. Только не сейчас. — Разве есть что-то плохое в том, что я немного задержусь в Призрачном Городе? К тому же я уверена, что вам есть о чем меня спросить, господин. Пей Айминь выгнула брови и неодобряюще цокнула. — Ты хоть понимаешь, что если, о твоем существовании узнает Совет Демонов, тебя примут за вражеского лазутчика? — с укором спросила демоница. — Демоны хоть и не такие болтливые, как небесные чиновники, но я не уверена, что те двое, от которых я спасла тебя, никому не расскажут о девчонке, одетой в дорогое ханьфу. Тебе еще очень повезет, если остальная нечисть не насторожится и примет тебя за богатую человечишку. Небожительница резко обернулась к Пей Айминь и нахмурила брови. От всплеска эмоций ее отделяло лишь общество отца и брата Хуа Юна, в глазах которых она хотела показаться наилучшим образом. Демоница придвинулась ближе к богине, готовясь вступить в бой, ссору или драку — она еще понятия не имела, что выкинет Ши Венлинг, но уже была готова ответить небожительнице тем же. К ее разочарованию и удивлению, Повелитель Ветра просто положила ей руку на плечо и мягко потрепала демоницу за бледную кожу. — Мне очень приятно твое беспокойство, Пей Айминь, но я очень бы хотела попробовать немного развеять тоску Его Высочества. — богиня убрала руку и повернулась к Се Ляню. — У вас, должно быть, накопилось много вопросов, господин. Да и, не скрою своего любопытства, мне было бы интересно узнать, как вы уживаетесь бок о бок с демонами. Не думаю, что наш разговор займет больше, чем распитие одного кувшина вина. Ши Венлинг, умоляя взглядом, уставилась на небожителя, от которого зависела ее судьба, судьба ее товарищей и, что уж мелочиться, судьба всего мира. Черты лица Се Ляня разглядились. Казалось, что до этого момента он словно боролся сам с собой, принимая то одну сторону, то другую. Его Высочество Наследный Принц легко улыбнулся, и Повелитель Ветра чуть не завопила от счастья. У нее получилось! — В ваших словах есть истина, госпожа, — спокойно сказал небожитель, но богине удалось уловить крупицу радости и облегчения в его голосе. Богу войны небожительница была необходима ровно настолько, насколько он сам был важен для нее. — Пока вы находитесь здесь с нами, будьте уверены, что мы обеспечим вам безопасность и отходные пути. — Пей Айминь недовольно заскрежетала зубами. — Однако я вынужден просить вас об услуге: пожалуйста, пообещайте мне, что при первых признаках опасности или чужого присутствия, мы сразу же начнем выводить вас из Призрачного Города. Ши Венлинг энергично закивала головой и под столом «случайно» задела своей ногой ногу демоницы. Пей Айминь злобно зыркнула на небожительницу и скрестила руки на груди, признавая поражение.                         *** Ши Яо с грохотом свалилась на пол. Ее уши налились шумом, а рот наполнило чем-то горячим и неприятным. Девочка привстала на руках и уставилась вниз, на пол. Алые струйки крови медленно капали с губ в ритме сердцебиения, скатываясь по изможденным, впалым щекам и подбородку, образуя небольшие круглые лужицы на деревянном полу. — А-Яо, — раздался хриплый голос матери, — А-Яо, у тебя все в порядке? Ши Яо шмыгнула носом, подавляя слезы. Каждую ночь она плакала в постели, зажимая рот тканями и соломкой и заглушая свои стоны и всхлипы, чтобы больная мать не слышала ее страданий, страха и быстрее поправлялась. «Когда же она поправится? Я больше не в силах видеть ее мучения», — подумала Ши Яо, сжимая до посинения руки в кулаки. — Со мной все хорошо! — глаза девочки наполнились слезами, но она постаралась выдавить улыбку. — Не рассчитала равновесие и споткнулась. — а затем добавила: — Не переживай, матушка, — в конце концов, тетя девочки не была для нее ни тетей, ни даже матерью — она была намного больше, чем просто «мама», она была единственным спасением и надеждой, последней частичкой, напоминающей о прежней беззаботной жизни Ши Яо, — доктор сказал, если ты будешь слишком волноваться, твое состояние может стать хуже. Раздался тихий, но болезненный кашель. Ши Яо мгновенно вскочила, чуть не упав обратно, и судорожно поплелась из кухни в комнату матери. Половицы противно заскрипели, а под ногами раздался хруст проросших сквозь прогнившие от сырости доски растений. Каждый шаг давался ей в тот момент неохотно — Ши Яо боялась, металась в душе, со страхом и содроганием ожидая стать очевидицей наихудшего расклада событий: стать самой первой и скорее всего самой последней из своей семьи, кто увидит смерть приемной матери. Девочка вытерла рукой лицо и, преодолевая себя, шагнула в просторную комнату, служившую не только спальней, но и столовой для вечерних семейных трапез. «Жива», — медленно сползая по жесткой деревянной стене, подумала Ши Яо, когда ее глаза нащупали теплый, но зачахлый взгляд матери, пронзающий девочку в самое сердце.                         *** — Позвольте мне представиться, Ваше Высочество, — осторожно, прощупывая каждое слово, начала небожительница, — Я… — Новоиспеченная Повелитель Ветра, — окончила в манере Пей за нее демоница. Иногда небожительнице казалось, что всем носителям этой фамилии доставляет особое удовольствие поддразнивать и подтрунивать над своим окружением, особенно над Ши Венлинг. — Нечего на меня так смотреть, — возмутилась Пей Айминь, когда богиня смерила ее кислым взглядом, наполненным больше усталостью, чем злобой, — если вы продолжите в том же духе, не то что рассказать о жизни на Небесах, а даже представиться не успеете. — она снова повернулась к богине и, прищурившись, словно подозревая небожительницу в чем-то, спросила: — К чему такая робость и осторожность? Отчего ты медлишь? Намек демоницы был достаточно ясен и доступен. Почему Ши Венлинг, так отчаянно просившая небожителя уделить ей внимание и активно сопротивляющаяся возвращению к своим сородичам, теперь, когда все сложилось так, как она хотела, не договаривала чего-то и растягивала каждое слово, словно пыталась потянуть время? Что ж. У Повелителя Ветра был ответ на этот вопрос: «Да потому что я не хочу, чтобы кто-то помимо Его Высочества узнал, чья я дочь!» — мысленно проныла Ши Венлинг, которая надеялась, что сможет остаться с небожителем наедине и раскрыть ему всю правду о своей личности. К несчастью, Пей Айминь (ну вот, снова она!) даже неосознанно для себя умудрялась мешать богине и рушить ее планы. Небожительница понимала, что, если демоница продолжит в том же духе и случайно (а может быть нарочно) назовет ее имя и родовую фамилию, Его Высочество Наследный Принц сильно удивится и возможно от неожиданности произнесет что-то, что раскроет принадлежность Повелитель Ветра к семье Ши. Конечно, Ши Венлинг не сомневалась насчет Хуа Се и была уверена, что демоница сохранит ее визит в Призрачный Город в тайне, однако небожительница боялась, что Пей Айминь может ненароком рассказать о родственной связи богини с бывшим Повелителем Ветра сослуживцам или членам своей семьи. А, как всем было известно, хоть нечисть и бранит небесных чиновников за их особую извращенную любовь к сплетням, сами демоны не прочь обсудить последние слухи, а еще и рассказать об этих новостях всей округе, если подобного рода новости касаются небожителей. Плечо Ши Венлинг резко заныло, напоминая о прошедших страданиях, и Повелитель Ветра ужаснулась собственным мыслям: «Но, если все узнают, я могу потерять и без того крошечный шанс на встречу с семьей…». Богиня выдавила из себя улыбку. — Как новый член небесного общества, я слегка волнуюсь, ведь меня совсем недавно назначили на эту должность и у меня почти нет опыта… а Наследный Принц… Вы, Ваше Высочество, (пожалуйста, не примите мои слова за лесть), — искренне сказала Ши Венлинг, слегка заикаясь и путаясь в словах, — для меня великий герой, небожитель, на счету которого огромное количество военных побед и благодеяний мирным жителям. Повелитель Ветра залилась краской. Подобного рода смелое заявление о чувстве восторжения и восхищения тому, перед кем богиня благоволила, было для Ши Венлинг ужасным кошмаром и вместе с тем настоящим подвигом. Небожительница смущенно подняла глаза на Наследного Принца. Его Высочество закачал головой: — Великий герой? — пренебрежительно произнес он, словно отказываясь от всех почестей и похвал, заявленных Повелителем Ветра. — Я не сделал ничего особенного. Ничего такого, чтобы не совершили другие. — как только Се Лянь перестал говорить о себе и обратился к Ши Венлинг, его голос стал мягче. — Госпожа Повелитель Ветра, мне очень приятно с вами познакомиться. Прошу вас, не стоит представлять меня кем-то значимым, кем-то особенным. Вам также не стоит стесняться себя и своих способностей. Признаюсь честно, я много слышал о вас в последнее время. И, будьте уверены, среди этих рассказов не было ничего плохого. Вы, госпожа, слишком строги и критичны к себе. Пожалуйста, расслабьтесь и не беспокойтесь понапрасну. Повелитель Ветра была настолько поражена добротой, открытостью и скромностью небожителя, что ей захотелось восторгаться им еще сильнее. — Благодарю вас, Ваше Высочество! — с горящими глазами воскликнула богиня, не обращая внимание на закатывающую глаза Пей Айминь. — Ох, что же это я? — мысленно укорила себя Ши Венлинг. — Вам ведь, наверное, очень интересно, как поживают ваши старые знакомые? Глаза Се Ляня жадно уставились на раздираемую от восторга и благодарности богиню. — Как… Как дела у Линвэнь? — слегка дрожащим от любопытства голосом спросил небожитель. — У нее все так же много работы, как и прежде? Ши Венлинг энергично закивала головой. — Да! Она трудится днями и ночами. Даже когда я вознеслась, госпожа встретила меня со свитками и важными бумагами в руках. — А генерал Пей? — неуверенно спросил небожитель. — Вы с ним знакомы? Повелитель Ветра постаралсь не скорчить злобную гримасу. — Да-а-а, — протянула она, — у них с Линвэнь все замечательно. Пей Айминь хмыкнула: — Так это правда, что эти двое женаты? «Эти двое?» — недоуменно посмотрела на демоницу Ши Венлинг. — «Видимо, Пей Айминь ни разу не виделась со своим дядей. Ой! Она ведь, наверное, и не подозревает, что у нее есть младшие сестры!» — Женаты, — сухо ответила богиня, не горевшая особым энтузиазмом делиться с демоницей всеми подробностями. Для Ши Венлинг «небесные» Пей стали намного ближе и роднее, чем для Пей Айминь, поэтому небожительница чувствовала некоторое недоумение и осуждение по отношению к демонице, которая, несмотря на кровное родство, так и не попыталась за семнадцать лет узнать хоть что-нибудь о собственных родственниках. — Госпожа, — заметив небольшие искры в воздухе, решил переменить тему разговора Се Лянь, — вы уже видели Верховного Небесного Владыку? Ши Венлинг непроизвольно поморщилась, и Наследный Принц удивленно захлопал ресницами. — К несчастью. — К несчастью? Хуа Се, которого до этого момента было не слышно и не видно, и Пей Айминь навострили уши. — К несчастью. — подтвердила Ши Венлинг, а потом спросила: — Вы удивлены, Ваше Высочество? — На самом деле — да, — откровенно, и все еще удивлясь, признался небожитель. — Могу ли я узнать причину? — Он усомнился в твоих способностях? — с любопытством встряла демоница. Ши Венлинг нахмурилась. Такое могла спросить только Пей Айминь. А, нет — еще Пей Мин и Пей Кай Хун. — Нет. — Решил, что ты недостаточно напыщена и благородна для небесного общества? — Нет. — Ну что за чепуха? — Неужели… — осторожно подал голос Хуа Се, выдвигая собственное предположение, — небесный император испугался, что вы перейдете на сторону демонов? Демоны и небожитель настороженно уставились на Повелителя Ветра, ожидая от нее подтверждения или опровержения догадки Хуа Се. Небожительнице вдруг стал как-то неловко и неудобно. Ей не очень хотелось высказывать недовольство в сторону кого-либо из небесных чиновников, так как за последнее время у богини все же развилось чувство собственной принадлежности и она перестала быть на Небесах чужой. Ши Венлинг стала «своей», хоть и не такой любимой «своей», как Повелитель Воды или семейство Пей, первого из которых приняли так, словно Гэ Ханг проживал среди богов больше нескольких сотен лет и вернулся обратно после долгого путешествия, но все же «СВОЕЙ», а это, по мнению небожительницы, уже стоило многого. «Кто я такая, чтобы уподобляться другим небесным чиновникам и обсуждать их так, как они обсуждают меня?» — дыхание богини сперло, и Повелитель Ветра, сглаживая острые моменты и не вдаваясь в подробности, постаралась ответить на вопрос демона: — Вы правы. После того, как Его Высочество Наследный Принц, — Ши Венлинг запнулась, — покинул Небеса и присоединился к демонам, Цзюнь У стал внимательнее следить за небесным чиновниками, в том числе и за новоиспеченными небожителями. Быть может, у нас сложились бы другие отношения, — сказала она, имея в виду под словом «нас» себя и императора, а может быть и все небесное общество, — но, когда я спутислась к пещерам после своего вознесения… — Встретила нас, — задумчиво пробубнила под нос Пей Айминь. Хуа Се и Се Лянь непонимающе покосились на девушек. Демоница заерзала на месте, поняв, что сболтнула лишнего. Ши Венлинг снова поморщилась. Конечно, Повелитель Ветра не собиралась выдавать свои тайны, но и раскрывать чужие секреты она не горела желанием. Особенно чужие. Особенно, если это касалось Пей Айминь. Его Высочество Наследный Принц вопросительно и обеспокоенно посмотрел на демоницу. Во взгляде Хуа Се же читался небольшой упрек и неподдельное, но не злое возмущение. — Несколько недель назад мы спустились на землю по приказу Совета, — неохотно поделилась с отцом и сыном Пей Айминь. Демоница повернулась к Ши Венлинг, ее взгляд стал жестче, а голос наполнился гневными нотками: — Ответь мне: ты уверена, что ваши божественные детишки не свиньи? А то они довольно весело развлекались у наших пещер, похлеще, чем их родители на Небесах! — Кто это мы? — тихо спросил Се Лянь, не дав Повелителю Ветра ответить на колкость со стороны демоницы. Пей Айминь стушевалась, и Хуа Се ответил за нее: — Как же? — брови демона сошлись на переносице, и Ши Венлинг, заметив смятение демоницы, поняла, что Хуа Се было очень сложно и практически невозможно вывести из себя. — Пей Айминь, Хе Лин и Хуа Юн. «Значит, Пей Айминь, Хе Лин и Хуа Юн, до этого делившиеся всем с господином Хуа Се… (Почему я до сих пор называю его господином?)… скрыли от него задание Совета», — решила небожительница, и ее мысли тут же пошли дальше: «Наверное, они не хотели подвергать Хуа Се опасности. Или же не хотели, чтобы он видел жестокость настоящего боя. Почему-то у меня складывается ощущение, что Хуа Се ни разу не принимал участие в сражениях. Этот брат Хуа Юна — очень чистый, добрый и невинный демон. И я сомневаюсь в том, что он способен ранить кого-то, даже если этот кто-то — враг». Повисла неприятная тишина. Богиня тут же поспешила восстановить прежнюю непринужденную атмосферу. — Признаюсь честно, я не могу назвать поведение божественных детей у пещер приемлемым. Однако на Небесах считают, что эти пещеры принадлежат небожителям. Между нечистью и божествами возникло недопонимание, но обе стороны вместо того, чтобы сгладить ситуацию, лишь сильнее раздули огонь вражды. Ваше Высочество и господин Хуа Се, вам не стоит винить Пей Айминь и ее друзей в той вылазке… Да и переживать за них тоже. Им совсем не угрожала опасность. Божественные дети, как щенята — большее, на что они способны, — это лай издалека. Пей Айминь с благодарностью кивнула небожительнице. Повелитель Ветра улыбнулась ей кончиками губ. Богине вдруг почудилось, что взгляд демоницы стал теплее, чем прежде. — Это правда. Ваше Высочество, Хуа Се, вы оба знаете о том, чем мы втроем занимаемся. И я могу вас заверить, что то сражение у пещер не представляло из себя ничего опасного. Хуа Се вопросительно поднял брови: — Вы тогда сражались? Пей Айминь и Ши Венлинг переглянулись. Демон, нахмурившись, склонил голову. Через мгновение лицо Хуа Се разгладилось — юноша осознал, что имела в виду Пей Айминь. — Вы тогда сражались. Ты и госпожа Повелитель Ветра, — потрясенно выдохнул Хуа Се. — Да, но совсем недолго. Нам с Хе Лином пришлось покинуть людской мир раньше, — подтвердила демоница. — Надеюсь, Хуа Юн не доставил вам проблем, — извиниющимся тоном произнёс Се Лянь, — и не причинил боли. Небожительница активно замахала руками. — Нет. Что вы! — и Повелитель Ветра тут же вспомнила, как демон чуть не проткнул ей мечом лицо. — Наша схватка прошла очень быстро. Подоспели другие небожители, и нам пришлось разойтись. Вам не стоит переживать из-за этого, Ваше Высочество. Я прекрасно понимаю, что на поле боя, несмотря на то, что происходит между нами во время перемирия, мы на разных сторонах. Он, как и я, всего лишь защищал свой дом. «Вот только мой дом, разумеется, не на Небесах», — с тоской подумала Повелитель Ветра и продолжила: — Теперь вы знаете все подробности. А еще понимаете, что на Небесах некоторые чиновники воспринимают разного рода сведения по-разному. — богиня прикусила губу. Слухи, оскорбления, слуги, которые отказались повиноваться богине — все это завертелось в голове Ши Венлинг и неприятно забилось в душе с новой силой. «Все изменилось», — заверила себя Повелитель Ветра. — «Я больше не предательница для них — я получила похвалу Небесного Императора». Се Лянь недоуменно нахмурился, и небожительница поняла, что бог сомневается в ее словах. А точнее сомневается в Небесном Императоре. «Не мог же Цзюнь У измениться за эти семнадцать лет?», — подумала Ши Венлинг, которая была уверена, что такие же мысли посетили и голову небожителя. — Однако Владыка, как и другие небожители, больше не считает меня за предательницу. — заверила бога Повелитель Ветра. — Я не испытываю неприязни к Небесному Императору, как и он не испытывает ненависти ко мне. — соврала Ши Венлинг, пытаясь успокоить Се Ляня. Она не хотела доставлять ему хлопот и давать лишних поводов для мрачных раздумий. Да и то, что произошло между ней и Владыкой, казалось богине слишком личным. — Просто… Сейчас сложилась довольно сложная обстановка, и Цзюнь У делает все, чтобы обезопасить мир небожителей. Ши Венлинг неестественно вздохнула. Конечно, богиня изначально не собиралась откровенничать с Его Высочеством, но за весь их разговор ей удалось выстроить небольшую башенку из лжи, красиво оформленную, но такую хлипкую и непрочную, готовую рассыпаться от любого дуновения ветерка. Пей Айминь недовольно насупилась и замахала рукой, тем самым показывая остальным, что она не собирается говорить на темы войны и мира. Его Высочество Наследный Принц осторожно кивнул, как бы соглашаясь с демоницей, и задал Ши Венлинг другой вопрос, никак не связанный с враждой между демонами и божествами: — А что насчет бывшего Повелителя Ветра? Госпожа, вы случайно не слышали ничего о Ши Цинсюане? Сердце небожительницы неприятно екнуло, голова снова наполнилась бессвязными мыслями. Богиня напряженно стиснула зубы, но тут же себя одернула, стараясь не хмуриться, да и вообще не подавать признаков своего волнения. — Точно, — неожиданно встряла Пей Айминь. — У вас ведь с бывшим Повелителем Ветра даже одинаковые фамилии? Три пары глаз выжидающе уставились на Ши Венлинг. Повелитель Ветра рассеянно завертела головой по сторонам. Ее уши наполнились громким гулом и страшным стуком собственного сердца. Небожительница чуть поддалась вперед и незаметно зашевилила губами, пытаясь откопать в своей голове ответ на вопрос или же зарыть его как можно глубже. Богине вдруг стало тяжело дышать, молчание затянулось, и остальные уже начали беспокойно осматривать ее снизу-вверх. «Ну же! Говори!» — приказала сама себе Ши Венлинг, но слов не последовало. Повелитель Ветра задержала дыхание и постаралась представить, что бы ответили ее друзья и близкие, если бы они сейчас сидели за столом вместо нее. Пей Кай Хун и Ши Яо бы выложили всю правду, Пей Инь и мать богини неприступно замолчали, Пей Мин пронзительно захохотал и напал в ответ. «А что если так?», — задорно спросил бы он. Линвэнь… Что ж, говоря откровенно, небожительница не знала, как бы она поступила. Ши Цинсюань, озорно подмигнув, весело бы пропел: «Это секрет». Он всегда отвечал подобным образом, когда Ши Венлинг спрашивала о чем-то, чего ей знать не следовало. Например, о брате Повелителя Ветра и бывшем Повелителе Воды. Все, что богине было известно о своем дяде: как Ши Уду умер, какой он был хороший брат и каким неприятным небожителя считали на Небесах. «А Хуа Юн?» — пронеслось в голове у Ши Венлинг. Но богиня тут же отмела эту идею. Повелитель Ветра и раньше плохо понимала демона: то он был хитер и осмотрителен, то напорист и самоуверен, а то и вовсе агрессивен и груб. С появлением же чувств к демоническому идиоту Хуа Юн превратился для Ши Венлинг в настоящую загадку, стал нерешимой задачкой и извечной проблемой. Небожительница уже готова была отчаяться и раскрыть свою тайну при Пей Айминь и Хуа Се. Однако, как это часто бывает в трудные и напряженные моменты, в ее голове появилась странное, необычное решение. Оно не просто возникло среди хаоса, бессвязных оборванных нитей мысли — оно родилось из самого сознания и, словно младенец, истошно, но по-родному прокричало: «Мама, теперь у тебя есть я!» Повелитель Ветра не смогла бы ответить так, как бы ответили ее союзники, но она все же могла схитрить. Как делал враг, когда ему нужно было «предупредить» определеннного небожителя или демона? Как Орден Синего Журавля через слова угрожал одному так, чтобы другие не поняли? Ши Венлинг непринужденно сложила руки на столе. Пей Айминь, Хуа Се и Се Лянь все еще смотрели на нее с любопытством. Вот только, если в глазах демонов был заключен простой интерес, во взгляде небожителя читалась не только заинтересованность, но и тревога. — Не думаю, что смогла бы рассказать вам что-либо о бывшем Повелителе Ветра, даже если бы я вдруг оказалась его родной дочерью. — Ши Венлинг многозначительно посмотрела в глаза Наследному Принцу. В ее взгляде перемешалось многое: немая мольба, решимость и волнение. — На Небесах вот уже семнадцать лет порицаются родственные связи между небожителями. Пей Айминь скорчила лицо. — Как же вы, небесные чиновники, любите говорить «красиво», растягивая каждое слово, и добавлять в ответ лишнее. Сразу бы сказала, что не знакома с бывшим Повелителем Ветра. Демоница заносчиво усмехнулась, и Повелитель Ветра с радостью отметила, что Пей Айминь не поняла ее намека. Как и Хуа Се, который спокойно и тихо сидел, вслушиваясь в разговор. Лицо Наследного Принца не изменило своего выражения. Ши Венлинг смяла губы — богиня начала сомневаться, смог ли небожитель понять ее завуалированный посыл. — Я понимаю. — как и прежде, приятно улыбаясь, сказал Се Лянь. Но, как только бог войны наклонился чуть вперед, Повелитель Ветра разглядела в лице Его Высочества взрыв эмоций, восторженный трепет. Наследный Принц улыбнулся глазами, и внутри небожительницы все замерло. «Догадался? Или я себя обманываю?» — гадала мысленно она. — «Может, стоило сказать напрямую?» Но все сомнения богини испарились, когда Се Лянь с небольшой, едва заметной дрожью в голосе произнес: — Было бы опасно, если бы кто-нибудь посторонний узнал. Ши Венлинг захотелось схватить небожителя за руки или вскочить со скамьи, безудержно кружась и хохоча. Сердце богини забилось еще сильнее, но уже не от страха и предвкушения, а от наивной, детской радости, наполнившей Повелителя Ветра с ног до головы. Небожительница от счастья схватила веер, небрежно оставленный ей на столе. Его Высочество Наследный Принц тут же обвел заинтересованным взглядом оружие. Сначала глаза Се Ляня ищучающе осмотрели его, а после ласково заискрились, словно говоря богине: «У твоего отца был точно такой же». К несчастью, внезапно возникшая живость Ши Венлинг не укрылась от цепкого взгляда демоницы. Пей Айминь склонила голову на бок и с подозрением сощурила глаза, впиваясь в расширенные зрачки небожительницы. Демоница приоткрыла губы и уже собиралась что-то сказать, как Хуа Се резко вскочил из-за стола. Се Лянь и Ши Венлинг моментально обернулись в его сторону, и Пей Айминь недовольно фыркнула, словно демон оборвал ее на чем-то важном. — Демон? — беспокойно спросил Его Высочество Наследный Принц и, получив в ответ утвердительный кивок от сына, уже тише и осторожнее произнес: — Теперь и я чувствую. После чего добавил: — Похоже на энергию генерала Чэна. Пей Айминь выругалась себе под нос. Три пары глаз озадаченно уставились на демоницу. — Ладно. Чего еще я ожидала, находясь в обществе, где «господин», «госпожа», «прошу прощения за мою наглость» используются чаще, чем другие слова? — риторически прошептала она. Ши Венлинг быстро встала из-за стола и осмотрелась вокруг, пытаясь оценить проблемность положения, в котором она оказалась. — Я его отвлеку, — вызвался Хуа Се, — и уведу подальше от библиотеки. Его Высочество закачал головой. — Уверен, господин Чэн уже почувствовал мое присутствие — он не уйдет просто так. — Ну, если бы Хуа Се оставил ручку сломанной, он бы вообще не мог войти, — с иронией вставила Пей Айминь. «Это здесь вообще причем?» — негодуя и все еще стараясь не терять рассудок, подумала Повелитель Ветра. Тут же внимание богини привлекло небольшое окошко, расположенное на стене, находящейся за стеллажами с книгами напротив двери. Небожительница прикусила язык. О, нет. Нет, нет, нет! Глупая идея. Выглядеть это будет совершенно нелепо. Да и для того, чтобы пролезть в такое крошечное отверстие, придется снимать верхние ткани ханьфу, и хорошо еще, если ничего помимо них. — Пожалуйста, отвернитесь. Ши Венлинг схватилась за рот. Это не мог быть ее голос. Это не могли быть ее слова. — Что? — раздался с удивлением позади то ли голос Наследного Принца, то ли голос его сына. Небожительница прикусила нижнюю губу. Все ее существо восставало, боролось с предстоящим позором и унижением. Душу Повелителя Ветра рвало, измельчало на малейшие частички, и богиня чуть не расплакалась от накатившей досады и чувства собственной низости. На что она готова была пойти, чтобы сохранить союз с любимым, а заодно и жизнь трех миров? Этот вопрос Ши Венлинг задавала себе каждый день с кражи записки из кабинета Сян Циня. «Сначала воровство, а теперь еще и это!» — презирая себя, подумала Повелитель Ветра. — «О, да! Мне точно удалось произвести впечатление на Его Высочество. К счастью, за всю свою жизнь он еще не видел ужасную лгунишку, вылезающую в нижней одежде из окна библиотеки, принадлежащей его сыну!» Богиня уже готова была отказаться от позорной идеи, как в ее голове вспыл нечеткий образ худой бледной девушки с сухим безжизненным взглядом. Ее глаза мрачно смотрели на небожительницу, проскальзывая Ши Венлинг в самое сердце и заполняя его жалостью и болью до краев. Ши Яо по-мертвецки застонала в разуме у своей сестры и потянула к ней свои руки. Повелитель Ветра представила, как девушка полностью окутывает ее сознание, как становится с родственницей одним целым. Шум в голове прояснился, и Ши Венлинг решительно обернулась к остальным. — Ваше Высочество, — уверенно прошептала она, — если я останусь и спрячусь здесь генерал Чэн поймет, что в библиотеке присутствует еще один небожитель. Однако, — нахмурившись, произнесла Повелитель Ветра, — если я сейчас уйду… — Через окно? — самая первая отреагировала Пей Айминь. Демоница задумчиво почесала нос. Ее глаза быстро забегали по библиотеке, то останавливаясь на небожительнице, то продолжая прыгать по книжным стеллажам. Через мгновение Пей Айминь остановилась, развернулась к Се Ляню и Хуа Се и скомандовала: — Отвернитесь. — и, выдержав небольшую паузу, добавила: — Пусть кто-то из вас отвлечет генерала. Скажите, что в библиотеке сломана дверь и вы пытаетесь ее починить. Его Высочество Наследный Принц виновато, словно это он, а не Ши Венлинг, озадачивал остальных, кивнул девушкам и легонько похлопал Хуа Се по спине, призывая сына развернуться и помочь ему задержать незванного гостя. Демон мгновенно поспешил к двери и ровным голосом произнес, плотно прижимаясь к проходу, чтобы Чэн Джеминг не смог попасть в библиотеку: — Генерал Чэн, это вы? Чэн Джеминг что-то громко ответил, но Ши Венлинг уже не слушала — к богине подскочила Пей Айминь, которая закрыла небожительницу своим телом и начала помогать Повелителю Ветра стягивать ханьфу. Небесная чиновница остановила демоницу, резко схватив ее за руки, и благодарно сжала чужие холодные пальцы. Демоница фыркнула, опустила руки и затрясла ими в воздухе, повторяя под нос: — Быстрее, быстрее! Ши Венлинг, снимая с себя одежду, даже не успела подумать, насколько Хуа Се и Наследный Принц стали благороднее, добродетельнее и возвышеннее в ее глазах. Повелитель Ветра была счастлива, что никто не смутился и не принял ее поступок за нечто позорное и отвратительное. К несчастью, времени на разудмье совсем не оставалось — Чэн Джеминг безысходно, но старательно стучал в дверь, ломясь в библиотеку, и небожителю вместе с демоном давалось все труднее сдерживать пыл генерала, а также его нарастающее нетерпение. Повелитель Ветра скинула верхнюю часть ханьфу, и Пей Айминь небрежно подтолкнула богиню к стенке. Окошко находилось довольно высоко, так что демонице пришлось слегка присесть и подставить свои руки, чтобы богиня смогла взобраться к окну. Ши Венлинг скинула свои башмачки, подхватила подол ночной сорочки и, наступив на руки Пей Айминь, подтянулась вверх, хватаясь за небольшой выступ перед оконцем. Повелитель Ветра распахнула бумажную створку, обрамленную, как ей показалось, чистым золотом, и нырнула в отверстие. Демоница, удостоверившись, что богиня крепко держится и без ее помощи, опустила руки, хватаясь за голые стопы небожительницы и проталкивая ее в окно. Ши Венлинг почувствовала, как мгновенно теряет равновесие и летит вперед. Повелитель Ветра с грохотом приземлилась на твердую землю лицом вниз. Сзади послышался хлопок — это Пей Айминь выкинула следом башмачки богини и закрыла окно. За ним последовал другой звук. Неприятный и очень громкий. А это уже Ши Венлинг разбила собственный нос. Теплая струйка крови потекла по подбородку богини, и Повелитель Ветра недовольно промычала. Небожительница уже почувствовала, что ее лицо полностью разодрано, но звенящая ломота в ноздрях затемнила ее разум, вытеснив из головы все чувства, за исключением режущей боли. Ши Венлинг тонко всхлипнула, и в ее голове безжалостно загрохотал чужой голос: «Сестра, сестра, сестра!» — кричала ей Ши Яо. Повелитель Ветра сгребла землю. Ногти богини наполнились черными песчинками. Небожительница, сделав еще один всхлип, впилась губами в язык, заставляя себя встать. «Бежать, бежать, бежать!» — вторил голосу сестры теплый, но беспокойный шепот матери. Небожительница мучительно скорчилась и задрожала. «Родная, родная, родная», — эхом отозвался отцовский смех. Повелитель Ветра, кряхтя, поднялась на руках. Богиня качнулась назад, пытаясь сесть на колени, и, к счастью, у нее это получилось. Ши Венлинг отрывисто задышала и подняла голову вверх. Лицо обдало прохладным ветерком, и небожительница улыбнулась. «Как странно», — подумала она, — «еще мгновение назад я готова была разрыдаться от боли, а теперь… Улыбаюсь?» Повелитель Ветра удивленно вздохнула и открыла глаза. Яркие огни размыто заиграли в ее зрачках. Но не успела богиня и сосредоточить внимание, как почувствовала, что на нее что-то падает сверху. Мягкая ткань окутала лицо и тело небожительницы, закрыв ее от остального мира. Ши Венлинг испуганно распахнула глаза и обнаружила, что она полностью накрыта белой простыней. В голове богини вдруг раздалось: «Эй, кажется, у нее сломан нос!» — Наконец-то мы ее нашли, — зазвучал надменный голос, который Повелитель Ветра до этого момента слышала лишь раз в своей жизни, но все же успела отчетливо запомнить. — Заткнись, — огрызнулся Хуа Юн, и Ши Венлинг почувствовала, как ее глаза наполняются слезами.