Золотая бабочка

Ши Венлинг оступилась. Снова. Перед глазами замерцали тысячи картинок, унося небожительницу в далекое прошлое, туда, где она еще была человеком. Девушка заставила себя шагнуть вперед. Руки бешено затряслись, а ротовую полость наполнило привычное отвращение. Ради чего она собиралась вновь упасть? Ради чего унижалась и терпела непереносимую боль восстающего достоинства? Ради чего в которых раз выставляла себя в дурном свете? Ради спасения мира? Да, определенно. И хотя подобный ответ довольно очевиден и справедлив, он так же не был до конца правдив. — Почему? — спросит любопытный читатель. — И какой же будет верным? И я отвечу: «отчасти». Отчасти — какое глубокое и всеобъемлющее слово, достоверно раскрывающее весь ужас путаницы, возникшей в голове Повелителя Ветра совсем недавно, но успевшей стать значительной, весомой проблемой на ее пути, врагом пострашнее Ордена Синего Журавля. «Он». — подумала небожительница, незаконно стягивая открытый алый наряд с прилавка. — «Вся причина в нем». Почему он не остановил? Как ему в голову вообще пришла подобного рода затея? Ши Венлинг невольно, но с безразличием покосилась на меч, приготовившись снимать с себя как верхнее, так и нижнее ханьфу. «Не волнуйся: не смотрю», — смущенно раздалось у нее в голове, — «Я же не извращенец какой-нибудь, чтобы подглядывать за невинными девами». Повелитель Ветра горько усмехнулась. Синьши, милый Синьши. Они с Хуа Юном за короткое время смогли стать для нее родными, и она чувствовала, что и сама глубоко проникла в их души. Но все прекрасное, что богиня ощущала по отношению к этим двоим, разом перекрывал настоящий страх. Ши Венлинг боялась, что, если им удастся спасти мир, демон и его меч уйдут, оставят ее на Небесах. И хотя девушку окружало много замечательных небожителей и у нее имелись серьезные планы на тайное возвращение в деревню Красного Дракона, она никак не могла выбросить демонического идиота и его говорливое оружие из головы. Ей все время казалось, что Хуа Юн не будет долго горевать по ней. Высокий, беловолосый войн, сильный демон, претендующий на престол Призрачного Города, приключения и жизнь точно не оставят юношу в стороне. Он станет могущественным, добьется побед. Он повергнет в бегство любого, кто встанет на его пути. Но побежит ли союзник к ней, чтобы поделится своими свершениями? Станет ли навещать ее, справляться о здоровье? Будет ли помнить или жестоко и легкомысленно выкинет девчонку, случайно вознесшуюся на Небеса, из своей головы? «В конце концов для него я была все это время лишь союзницей, возможно, мне почти удалось достичь ранга приятельницы или товарища в наших отношениях», — Ши Венлинг понурила голову и, грустно заглянув в отражение лезвия Синьши, со странным принятием и спокойствием для самой себя отметила, что, несмотря на чрезмерную открытость и оголенность наряда, она выглядела довольно недурно. Хоть какое-то счастье — радоваться своей наготе. «Выглядишь, как…» — Не нужно продолжать. — закачала головой Повелитель Ветра, загораживая руками голую шею, ключицы и зону чуть выше груди, которую благородной девушке, да и любой девушке вообще, не следовало открывать. — Я и сама знаю, как непристойно выгляжу. «Я хотел сказать, что ты похожа на обворожительную демоническую танцовщицу». — обиделся Синьши и добавил: «Оскорбление дам не входит в рамки моего наглого юмора». Небожительница умиленно вздохнула. Для меча, не скованного правилами общества, не существовало большинства этических запретов и правил. Ну разве можно было объяснить невинному оружию, что как небожители, так и люди и демоны, увидев подобный наряд, сочли бы ее за девушку легкого поведения, а не за уличную танцовщицу. Красные ткани прилегали слишком плотно к телу, а грубые и заметные порезы и ссадины, которыми были расписаны все открытые части кожи, только усугубляли ситуацию, опошляя ее внешность и еще больше придавая богине вид девушки из публичного дома. — Прости, Синьши… — промямлила Ши Венлинг, заливаясь румянцем. «Что ты…? О, нет! Нет! Нет!», — завопил меч, когда небожительница закрепила его под платьем в зоне бедра. — «Черт! Могла бы хоть предупредить!» — Думаешь, мне это нравится? Но только представь, как отреагируют демоны, если их навестит полуголая девчонка с мечом в руках? «Откуда я знаю?! А-а-а-а! Нет! Я так не могу!». Повелитель Ветра нахмурилась. — Во-первых, пожалуйста, наполни пространство вокруг меня частью демонической энергии, которую ты все это время впитывал из своего любимого хозяина. Нам не нужны лишние проблемы. А, во-вторых, перестань драматизировать. Тебе видна лишь часть моей ноги и ткань. «И что? А ты вообще знаешь…», — но дальше богиня уже не слушала. Только почувствовав вокруг себя духовную энергию призраков, небожительница уверенно расправила плечи и храбро направилась к входу на кухню. Громадный, устрашающий стражник, заметивший выразительный внешний вид девушки и отметивший ее четкие и твердые шаги, с противной ухмылкой улыбнулся богине и без всяких слов пропустил ее внутрь. Читатель мог бы подумать, что Ши Венлинг, в отличие от своих союзников, слишком уж легко и без всякого напряжения проникла в логово врага. Однако если бы вы, мои дорогие, внимательно присмотрелись к нашей героине в тот момент, когда она вошла во дворец генерала Чэна, то невооруженным глазом заметили бы, как скривилось и содрогнулось лицо девушки, как только ее нога перешагнула порог.

***

Противный запах окутал все ее лицо, пробираясь через ноздри в голову и вызывая внутри Ши Венлинг полное отвращение ко всему, что происходило в той комнате. Непонятные блюда, состоящие из отходов и помоев, чужие пошлые взгляды, пожирающие богиню с ног до головы, мерзкая вонь, въедающаяся в нос до слез, — все это чуть не заставило Повелителя Ветра развернуться и сбежать прочь. Ноги богини подкосились. На кухне, наполненной страшными, изуродованными призрачными лицами, послышалось присвистывание и радостно-непотребный гогот. Девушка сделала над собой усилие, чтобы не упасть на колени и не взмолиться о пощаде. Ей так надоело жертвовать собой ради общего блага, уничтожать свои совесть, честь и достоинство. Неприятный ком подступил к горлу. Богиня тихо шмыгнула носом, опустила голову. — Это ефе фто за прелефтное фовдание? — донеслось недалеко от уха девушки. По телу сразу пробежали неприятные мурашки. Ши Венлинг подняла голову и увидела у самого своего лица противную, морду, раскрытую в «очаровательной» улыбке, в которой не хватало приличного количества зубов. — Ты, каветфя, окавалафь не в том мефте, маленькая потафку… — Довольно! — вскрикнула девушка и пронзила нечисть, тянущую свои грязные, пропитанные жиром и потрохами руки к ее груди, грозным взглядом. Богиня отшатнулась от демонов назад, тут же пожалела о содеянном и укорила себя. Как она собралась проникнуть во дворец, если уже пошла на поводу у своих эмоций, не сумев их обуздать? Ши Венлинг опасливо покосилась на толпу окружающих ее призраков, в чьих глазах горели злоба и странный, недобрый огонек. — Ах! Какие мы явыкафтые! — воскликнул беззубый демон. — Лефыла фофтлоить из фебя благолодную? Думаефь, лаз фмогла аккулатненько переклоить себе лифико, мовеф укавывать офтальным? Фнимательно флуфай, фто я тебе скаву, длянь. «Что за ничтожество? Давай разрубим его пополам, отрежем ему гениталии и…». — Идея прекрасная, но это нам сейчас не поможет. — прошептала богиня, успокаивая меч. Ноздри «шепелявого» самодовольно раздулись. Другие демоны захихикали, насмехаясь над ужасным произношением своего сослуживца и стремительно придвигаясь ближе к девушке. Повелитель Ветра настороженно осмотрела присутствующих. Ей срочно надо было исправлять то непростую ситуацию, в которую она сама же себя загнала. — Не внаю, вафем ты сюда прифла, но так плофто тебе тепель отфюда не фыблаться. Ши Венлинг сжала кулаки, вспоминая манеру речи Пей Айминь. Небожительница напрягла и задействовала каждую частичку своего разума. Ей нужно было стать демоницей. «Начни так…», — подсказал Синьши и зашептал ей в голове кучу интересных способов, как не только послать неприятеля, но и поставить его на место. Половину предложений Повелитель Ветра отмела сразу, а вот некоторые из них были совсем ничего так и отлично подходили под сложившуюся проблему. — Нифево фебе! — передразнила нечисть богиня. Демон тут же гневно захрипел, и в голове богини воцарился хаос. Такой злой, наглой и бестактной ей предстояло быть впервые. — А я-то думала, что могущественный генерал, о победах и успехах которого уже ходят легенды не набирает себе в прислугу не пойми кого! Впрочем, я так же была мнения, что он не будет обращаться к беспринципным дряням для удовлетворения собственных потребностей, но… Видимо, даже генералы иногда не прочь поразвлечься, если вы, конечно, понимаете, о чем я говорю. Беззубый демон заскрежетал последними зубами и уже хотел было кинуться на девушку, как кто-то из нечисти схватил его за шкирку и оттолкнул назад. — Ланью, брось ее, если не хочешь огрести от главного, — промычал один из призраков, как показалось Ши Венлинг, он был самым главным на кухне. — Ты не только нормальной речи, но слуха лишился, а? Не слышал, что она сказала? Эта распутная девка явилась к генералу. Думаешь, он обрадуется, если узнает, что ты с ней раньше него развлекся? — Фелт! — выплюнул Ланью. — Тебе повевло, фуфка. Но фнай, ефли мы фнофа фтретимфя… «Фуфка» выразительно захлопала глазами и победоносно улыбнулась. Так хорошо и плохо одновременно ей не было еще никогда. Богине хотелось распластаться по полу от радости и облегчения, широко раскинуть руки и заорать во все горло. Но до этого было еще очень и очень далеко. Ши Венлинг гордо вскинула голову, провела рукой по коленке, кокетливо выпадающей из-под огромного разреза, и, уверенно двинулась к выходу из кухни. Призраки опасливо расступились в разные стороны, однако не перестали бросать на девушку омерзительные, животные взгляды, вызывающие у богини тошноту не меньше чем запах и вид еды, лежащей на столах, если подобное месиво из отбросов вообще можно было назвать пищей. «Сделай-ка напоследок что-нибудь крутое! Например…», — предложил Синьши и начал восторженно перебирать все ругательства, скопившееся у него на языке непосильной ношей — о существовании некоторых из них небожительница даже понятия не имела. И хотя там, где богиня выросла, в повседневной речи было принято и даже поощрялось использовать непристойную лексику (обитатели Красного Дракона, как и другие деревенские жители, за исключением семьи Ши Цинсюаня, который с самого детства прививал своей дочери благородное поведение, что иногда ставило Ши Венлинг, в отличие от Ши Яо, в невыгодное положение перед местными, не славились особым красноречием), брань Синьши была намного жестче, резче и многограннее. «Многограннее — какой ужас… Неужели я в здравом уме называю ругань многогранной?» — подумала девушка. К вашему счастью или сожалению, дорогой читатель, автор нарочно пренебрег, пренебрегает и будет пренебрегать большинством непредсказуемых и индивидуально-авторских выражений меча. Вынуждена отметить, что ругательский стиль этого чудесного персонажа довольно уникален, красочен (пожалуй, порой даже излишне) и специфичен, поэтому обычные буквы, слова, фразы и предложения не смогли бы в полной мере не смогли бы в полной мере передать того объема яркости, вложенного в речь Синьши. Повелитель Ветра же решила пропустить идею союзника мимо ушей. Дрожащими руками, не оборачиваясь назад, откуда доносилось довольное хрюканье и улюлюканье, она приоткрыла дверь и выскользнула в просторную, освещенную комнату, скорее всего представляющую из себя приемную для встречи гостей. Тысячи блестящих убранств, обрамлений, золотых вещиц, расписанных ковров встретили незваную гостью с неописуемым сиянием и сверканием. Ши Венлинг прикрыла рукой глаза — у нее закружилась голова и помутилось сознание. Яркость и великолепие помещения впились в ее разум цепкой хваткой, заполняя его светом и блеском до краев. Богиня расфокусировано завертела головой по сторонам и, растерянно пятясь назад, врезалась спиной во что-то твердое. Эта была тонкая фарфоровая ваза, которая тут же закачалась и с треском упала на пол, расколовшись на мельчайшие кусочки. «Хреново», — воодушевляюще отметил Синьши. Небожительница огляделась по сторонам и к удивлению для себя заметила, что на нее уставились несколько пар глаз. Сгорбленные демоны, совершенно не отличающиеся внешне друг от друга и представляющие из себя серых, непонятных существ с тряпками и ведрами в руках, спокойно осмотрели богиню, пробормотав себе под нос нечто непонятное. Ши Венлинг замялась и хотела было сказать что-то в свое оправдание, но вдруг ей в глаза бросился снисходительный взгляд одного из демонов. Призрак покрутил ведро в руках и устало произнес: — Все как обычно. Когда это уже закончится? «Они реагируют так, словно моё появление — привычное, повседневное дело», — осознала богиня. Демон ткнул пальцем куда-то за спину девушки. Повелитель Ветра обернулась и впилась взглядом в большую вычурную дверь. Ши Венлинг смущенно захлопала глазами, встрепенулась, приходя в себя, и кивнула нечисти в знак признательности. Глаза призрака широко раскрылись, и теперь во взгляде каждого из демонов читалось недоумение. Девушка вздрогнула, выдавила кривую улыбку и, неловко отступая назад, выпрыгнула из зала, с грохотом захлопнув дверь. Богиня судорожно схватилась за заледеневшие плечи и шею. «Ты бы еще в пол поклонилась и назвала его господином — точно бы не догадались, кто ты такая». Ши Венлинг прижалась к стене, резко сползла вниз и, почувствовав кожей гладкую поверхность ледяного пола, тяжело выдохнула. «Повезет, если они подумают, что я пыталась крутить с ними», — обреченно подумала Повелитель Ветра, у которой с каждым мгновением оставалось все меньше сил и прибавлялось все больше головной боли. — Дай мне немного времени, — попросила она у меча. — Нужно отдышаться. «Успокойся и постарайся восстановить дыхание», — тихо посоветовал Синьши, и по его тону Ши Венлинг поняла, что им совсем некогда отдыхать. Богиня осторожно поднялась и оглянулась вокруг. Узкий, тускло освещенный коридор вел ее к широкой лестнице. Повелитель Ветра без промедления двинулась вперед. — Как думаешь, Чэн Джеминг успел вернуться? «Не знаю, но советую тебе не сильно полагаться на удачу». Небожительница кошкой заскользила по лестнице. Девушка аккуратно и тихо поднялась на второй этаж и осторожно приставила ухо к огромной массивной двери. За дверью послышалось шуршание, и Ши Венлинг с опаской отпрянула назад. «Плохо…», — девушка оглянулась по сторонам. — «Меня и так уже успели запомнить… Глупых извращенцев я-то смогла провести, но, если сейчас столкнусь с демоном ранга свирепого или непревзойденного или еще хуже с кем-то из Ордена, пощады мне не ждать. Нельзя рисковать — так я только собственноручно загоню себя в западню. Что делать? Что же мне делать?» Ее глаза бешено метались по сторонам, стремясь найти хоть какое-то спасение. Впереди — погибель, позади — выход. Но отступать нельзя, иначе конец. Иначе все рухнет, обрушится на три мира глыбой боли и страданий, изуродовав каждое существо, погрузив все и всех в беспроглядную тьму и слепое отчаяние. «Смотри-ка! Дверь!» — вдруг подал голос Синьши, прекрасно осознавший то непростое положение, в котором они оказались. Ши Венлинг повернула голову вбок. Чуть поодаль от кабинета виднелась небольшая устрашающая ручка, формой напоминающая пасть дракон, или тигра, или любого другого хищного зверя. — Думаешь, нам настолько везет? — шепотом спросила богиня. «Боишься, что там тоже может быть кто-то? Я не чувствую демоническую энергию с этой стороны». — Если ты о Хуэй Ми Дже, то нет. — она замолчала, собираясь с мыслями, а потом продолжила: — Я тоже не чувствую присутствие нечисти, за исключением той, что в кабинете. Повелитель Ветра схватилась за страшную ручку. По телу девушки поползли неприятные мурашки. Ши Венлинг сглотнула — ничего хорошего это не предвещало. «А у меня есть выбор?» — спросила у самой себя небожительница и, так и не получив положительного ответа, осторожно приоткрыла дверь. Не успела она сделать и шага, как в нос ей ударил едкий, дурманящий аромат. Девушка поморщилась. В небольшой, украшенной цветами и свечами комнате витала странная розовая дымка, напоминающая по запаху и по виду аромат благовоний. — Такое я вижу впервые… — фыркнула богиня и, задержав дыхание, зашла в помещение. Сама комната была вместительна, но невелика. Из-за размера ее можно было бы легко принять за большую кладовку со всяким тряпьем и хламом, путающимся под ногами, что, впрочем, было отчасти правдиво: через мгновение Повелитель Ветра чуть не оказалась на полу, зацепившись ногой за что-то мягкое. Ши Венлинг удивленно наклонила голову и поняла, что весь пол комнаты был устелен алыми, коврами, тканями, бархатными подушками и одеялами, на которых были разбросаны лепестки цветов, корзинки, наполненные фруктами, и бутылки с вином. Бесчисленные свечи ярким пламенем дополняли пространство и буквально душили, лишь отягощая и усугубляя и без того тяжелый запах. «Фу!» — воскликнул Синьши. — «Вот же старый…!» — Черт! Небожительница моментально развернулась и, не медля, выскочила в коридор. Облокотившись на перила и схватившись за бок, из которого прямо-таки сочилась кровь, Хуа Юн с трудом преодолел последнюю ступеньку лестничного проема. Повелитель Ветра замерла, наблюдая за юношей. Ее дыхание сперло, и девушке показалось, что это она истекает кровью, а не он. В животе яростно и беспощадно запульсировала боль. Юноша, кряхтя и сопя, медленно поднял голову. Каждое хромое и судорожное движение, которое он совершал, выглядело со стороны настоящей пыткой. Ши Венлинг приказала себе не смотреть, но, будучи не в силах даже двинуться, продолжила впиваться в него испуганным взглядом. Их глаза встретились: его, наполненные облегчением и радостью, и ее, отражающие в себе чужую боль. Богиня растерянно посмотрела на демона, не понимая, что ей следует сказать и сделать. Хуа Юн же застыл с улыбкой на лице, с каким-то странным озарением и блеском во взгляде, пронзающем небожительницу насквозь и отзывающимся приятным трепетом в ее душе. Повелитель Ветра раскрыла рот, собираясь прервать неловкое молчание, которое, к удивлению, решил поддержать еще и Синьши, но тут же услышала тихие шаги и опасный скрип половиц. «Кто бы это не был, он нас услышал!» — решила девушка и, резко подпрыгнув к демону, подхватила его под руку. Тяжелое мужское тело в тот момент словно превратилось в маленькую пушинку, а вот собственные руки богини налились бурлящей энергией, и ей почудилось, что она сможет унести все на свете на своих плечах и даже гору Тунлу. Быстро перебирая ногами, Повелитель Ветра втащила союзника в «алую» комнату и захлопнула дверь. Ши Венлинг усадила демона на подушки — Хуа Юн, никак не реагируя, молча подчинился и словно размяк в ее руках, позволяя делать с собой все, что ей заблагорассудится, — и достала из-под ткани веер, прикрепленный рядом с Синьши. Ее ноги и руки сами собой приняли боевую стойку. «Вот это скорость!» — одобрительно присвистнул Синьши, а потом заорал во все горло: «Ну и ну! Тебя вообще нельзя оставлять без присмотра! Каждый раз одно и то же: ты либо ранен, либо скрепляешь союз с очередным сумасшедшим ублюдком, который еще некоторое время назад пытался тебя уничтожить!» — Заткнись, — прошипел Хуа Юн. Краем глаза богиня заметила, как демон кусает губы, пытаясь сдержать болезненные стоны, и отчаянно хватается за бок. — И вообще, где ты? Решил спрятаться под чужой юбкой? «Заткнись? Фиг тебе, слабак! А за чужую юбку ты мне еще…» — Замолчите оба. — ледяным голосом процедила Ши Венлинг, с колотящимся сердцем сжимая в руках оружие. — Нам и без ваших разборок трудностей хватает. Тяжелые шаги раздались у двери, и по телу богини сразу же пробежал табун мурашек. В комнате и за ее пределами воцарилась гнетущая тишина. Не слышно было ни завывающе-улюлюкающего гула, доносившегося с кухни, ни нервных восклицаний Синьши, ни недовольного цоканья Хуа Юна, ни судорожных вдохов Повелителя Ветра. Время словно замедлило свой ход — каждое мгновение, окутанное страхом, тянулось вечность. Довольно странным и необычным, но все же правдивым оказывается тот факт, что в такие особенно гнетущие моменты нашей жизни мы обыкновенно вспоминаем и обдумываем все то, что нам не удавалось вспоминать и обдумывать в хорошие, светлые дни. Мы, погружаясь в отчаяние или готовясь встретиться лицом к лицу с погибелью, вдруг превращаемся в мудрейших, проницательных существ. Мы осознаем свои ошибки, мы понимаем свое счастье, мы принимаем свою печаль. Мы становимся пророками и философами, мы начинаем смотреть в самую суть существования и бесконечности. И Ши Венлинг, как девушка мечтательная и мыслящая, увы или к счастью, не стала исключением этой интересной и загадочной особенности. В голове небожительницы яркими, неконтролируемыми вспышками возникли сотни, тысячи воспоминаний, эмоций и мыслей. Вот перед ней сидит папа. Он тепло улыбается и нежно гладит ее по голове. Следом раздается задорный смех. И бледная худая девочка с голубыми глазами, измазанная в грязи, громко хохочет и бросает в сторону сестры комки противной, вонючей жижи. Дальше вырисовывается знакомая комната. Миловидная женщина с приятными морщинками над губами протягивает ей глиняную тарелку с ароматным рисом. Родительский дом погружается во тьму, и ему на смену появляется просторный, золотой город, украшенный высокими дворцами и прелестными прудами. Две невысокие девочки, причем одна из них с жабкой в руках, озорным, насмешливым взглядом озираются по сторонам. Рядом с ними возникают двое взрослых: высокая, уверенная женщина с заметными синяками под глазами и мужественный мужчина, лицо которого озаряет наглая, самодовольная улыбка. Они растворяются в чем-то светлом. Из этого сияния тут же возникает высокий, темноволосый юноша с приветливой улыбкой и щенячьим взглядом. Вдруг парень разрывается на части, и на его месте вырастает странная, неразличимая фигура, окутываемая белыми, почти искрящимися волосами. Повелитель Ветра делает вздох. Все образы мигом перемешиваются между собой и исчезают из ее сознания. В голове остается лишь одно слово: дом. Домой. Ей нужно домой. К отцу, к Ши Яо, к маме, в деревню Красного Дракона. «Ши Венлинг!» Небожительница подпрыгнула от неожиданности. «Где ты витаешь?» — спросил меч с некоторым раздражением в голосе. — «Этот чудик, который чуть нас не раскрыл, уже ушел». Повелитель Ветра выдохнула и схватилась за голову. Так страшно и тоскливо она себя еще не чувствовала никогда. — Ах! — небожительница выронила веер и резко развернулась назад. Ши Венлинг подскочила к демону и начала его осматривать. Ее трясущиеся руки осторожно коснулись его раны, и юноша зашипел от боли. Повелитель Ветра подняла голову, с тревогой впиваясь взглядом в мужское лицо. Серебристые, струящиеся волосы качнулись, закрывая его лицо. Девушка сглотнула. — Ты как? — мягко спросила она, потянувшись к ране, но не прикоснувшись к ней. — Я могу чем-нибудь…? — Нет. — спокойно отрезал он, а затем его лицо скорчилось до неузнаваемости. — Я восстановлюсь. Должен восстановиться. Просто… дай мне немного времени. «Отлично!» — воскликнул Синьши. — «Мы дадим тебе немного времени, чтобы ты рассказал нам, что ты тут забыл, почему ранен и где твой идиотский брат?!» Хуа Юн закатил глаза и вдруг удивленно застыл, осматриваясь по сторонам. — Мне кажется? Цветы и свечи? Ши Венлинг покраснела так, будто бы это она лично украшала комнату, подготавливая ее для особого случая. — Не обращай внимание. — смущенно отмахнулась она. — Тебе удобно сидеть? Я могла бы подложить тебе больше подушек или… Богиня резко оборвала себя на полуслове. Ну вот. Произошло именно то, чего она так одновременно и ждала, и боялась. Его черные, беспросветные глаза, словно утягивая девушку внутрь себя, в эту кромешную пустоту и темноту, впились в лицо небожительницы и пронзили его насквозь. Хуа Юн молчал, не отрывая от Ши Венлинг этого странного, мучительного взгляда. Повелитель Ветра содрогнулась. Ее сердце вновь бешено заколотилось, но уже далеко не от испуга. Ноги задрожали не от ужаса. О, небожители! Да, лучше бы они тряслись от ужаса. «Нет», — сглотнув, подумала девушка. — «Нельзя кормить себя ложными надеждами, дуреха. Ты для него ничего не значишь. Ничего такого, что ты сама себе придумала. Не обманывай себя. Иначе обожжешься. Погибнешь. Ранишь собственное сердце. Будет больно. Очень больно». Ши Венлинг опустила глаза, но перестала ощущать на себе его пытливый взгляд. Внутри богини разлилось что-то волнующее и трепетное. Неужели у нее получилось очаровать его? Неужели он наконец-то обратил на нее внимание? «Чего молчим? Языки проглотили?» — очень тактично влез Синьши, и небожительнице захотелось разбить оружие и разломать его на части. — «Так че там с Хуа Фенгом?» — Нужно что-то твердое. — первым прервал эту приятную тишину между ними демон. — Иначе я сейчас откинусь назад и… — Я поняла, — перебила его Ши Венлинг, не желающая слышать более бранных слов. Повелитель Ветра осторожно подхватила юношу под руки, демон приподнялся и помог девушке оттащить себя к стене. Хуа Юн оперся спиной о твердую поверхность, поднял голову и тяжело и громко выдохнул. «Эй! Хватит тянуть наше время!» Демон недовольно цыкнул: — Так ты за меня переживаешь? Ладно. Можешь не продолжать. У меня нет настроение ругаться с тобой. «Кто ты такой и что сделал с моим хозяином?» Небожительница и юноша пропустили эту шутку мимо ушей. Хуа Юн напрягся, вернул голову в прежнее положение и твердым взглядом, не таким, который заставил Ши Венлинг растаять, но таким, который огорчил ее и принудил посерьезнеть, посмотрел на союзницу. — Нам с Хуа Фенгом выпала честь познакомиться с Хуэй Ми Дже. «Что?!» — Что? Демон закачал головой и насмешливо фыркнул, наблюдая за их реакцией. — Этого стоило ожидать. А мы, идиоты, сглупили и вместо того, чтобы нормально что-то обдумать, полезли сразу на рожон. «Хочу заметить, что время — это излишек, которые мы, как ты сказал, идиоты, не можем себе позволить,» — важно произнес Синьши. — Плевать. Мы ошиблись, допустили оплошность, — пожал плечами Хуа Юн и тут же пожалел о содеянном, схватившись за бок. — Просто надо это признать. — Но что случилось дальше? Вы вступили с ним в бой? Это он тебя так ударил? Почему ты не дал себя поймать, как мы и планировали? — Ши Венлинг осторожно присела возле демона, так же, как и он, облокотившись о стену. — Хуа Фенга тоже ранили? Демон заскрежетал зубами, девушка опустила взгляд вниз — рана, к счастью, начала медленно затягиваться, зарастая бледной плотью. Повелитель Ветра поежилась и постаралась больше не пялиться на кровоточащий порез. Смотреть, как его бок восстанавливает сам себя, хлюпая кровью, — зрелище не из приятных. — Да. Нет. И нет. Хуэй Ми Дже оказался не так прост, как мы предполагали. Он очень хитер и смог обыграть нас, превратив свой недуг в козырь и погрузив нас в темноту. Понятия не имею, почему при первой встрече с моим братом он притворился слабаком, но это безглазое чудище — та еще заноза в… — Хуа Юн запнулся под осуждающим взглядом богини. — В общем, Хуэй Ми Дже силен. И, как мне удалось понять с его слов за то недолгое время слепого шатания во тьме, за несколько мгновений до то, как в мое тело впилось нечто острое, наш демон присоединился к Ордену и сбежал от Ци Жуна по своей воле, — а затем саркастически добавил: — Хотя за последнее я не могу его осуждать. «То есть ты хочешь сказать, что Хуэй Ми Дже который, оказывается, переметнулся на сторону врага, раскидал вас с Хуа Фенгом, как котят?» Демон показательно выгнул бровь и продолжил: — Нет. Он нас не трогал. И даже не сражался с нами. По крайней мере, физически. — Так тебя ранил Хуа Фенг, — изумленно произнесла Ши Венлинг. Девушка тревожно впилась глазами в свой веер. «А что бы сделала я, если бы оказалась в подобной ситуации? Удалось бы мне дать достойный отпор Хуэй Ми Дже? Или я пала бы жертвой его хитрых козней, как Хуа Фенг?» — задумалась богиня. «Ты ему вдарил в ответ, да же?» — с сомнением спросил меч. — Я, по-твоему, совсем больной на голову? «Тебе честно сказать?» — Вам заняться больше нечем? — Повелитель Ветра нахмурилась и несильно пихнула демона в плечо. — Лучше объясни: как тебе удалось сбежать и где сейчас находится твой брат? Хуа Юн усмехнулся: — Этот идиот, наивно решивший, что пронзил мечом врага, вытолкнул меня из чего-то наподобие коридора — было так темно, что я до сих пор не понимаю, где мы оказались. Я прокатился спиной, как мне кажется, по всему гребанному дворцу, встал и понял, что оказался у кухни. Из-за придурка-братца теперь половина первого этажа измазана в моей крови. Ши Венлинг недоуменно захлопала глазами: — Но, когда я тебя схватила на лестнице, крови не было нигде. — Что ж, как я УЖЕ СКАЗАЛ, я еще не совсем СОШЕЛ С УМА. Я решил, что ты направилась в кабинет к Чэну, схватил какую-то тряпку по дороге, вытер рану, запутал следы, проложив дорожку из крови к кухне, и тихо поднялся наверх. А потом увидел тебя. Небожительница опустила глаза на свое платье. Оно, как и кожа девушки, было полностью испачкано в вязкой жидкости. «Зато теперь оголенные части тела сливаются с платьем…» — подумала она и вдруг залилась благодарным румянцем. — «А ведь Хуа Юн ни разу не посмотрел на мой откровенный наряд, он не спускал глаз с моего лица». Губы Повелителя Ветра расплылись в теплой улыбке. — Они уже поняли. Не могли не понять, что в резиденцию пробрались посторонние. «Конечно, поняли!» — забурчал Синьши. — «Одна чуть не выдала свою личность, другой измазал в своей крови весь первый этаж, третий вообще ранил собственного брата. Кстати, ты уверен, что Хуа Фенг сделал это не нарочно?» Хуа Юн тихо рассмеялся. — Да. Но твоя версия более правдива. Его глаза медленно заскользили по комнате, а потом наткнулись на небожительницу. Богиня развернула голову, и вот они уже снова таранили друг друга странными, неподдающимися никаким разумным объяснениям взглядами. — Никогда не думал об этом, но… — вдруг слетело с губ демона. Правда, он тут же себя прервал и потупил взгляд, словно совершив постыдное. Ши Венлинг осторожно придвинулась ближе к юноше и мягко сказала: — Да? Хуа Юн мельком оглянулся на нее, а затем уставился куда-то вперед. Его глаза смотрели одновременно вдаль и в близь, на подушки и на потолок, и становилось понятно, что мысли демона находятся далеко за пределами этой комнаты да и всей резиденции в целом. — Ты же ведь долгое время была человеком… — он запнулся, насупился, а потом, расслабив брови и верхнюю часть лица, продолжил: — Как ты так быстро смогла привыкнуть к Небесам? Просто я — совсем другое дело. Все мои воспоминания о человеческой жизни размыты или разрушены. Я стал демоном в раннем детстве, как и мои братья, поэтому все, что у меня осталось от людского существования — пустые, нечеткие воспоминания. Я даже толком не помню свою семью. Ши Венлинг сочувственно кивнула и, обхватив свои ноги, положила голову на колени. Сбоку юноша показался ей еще прекраснее: измазанное алым лицо, взъерошенные волосы — что может быть прекрасней? Сама же девушка понимала, что выглядит в данный момент ничуть не лучше. И от этого ей становилось лишь приятнее и радостнее. Видеть друг друга раздавленными, потрепанными и несуразными, но при этом лицезреть душевную красоту и искренность в чужих глазах — вот все, чего она только могла желать. — Может прозвучать неправдоподобно, но, в отличие от меня, мамы и мэй-мэй, мой отец вырос в знатной семье. Когда-то он был богат. Хотя, по моему мнению, оказавшись в трущобах, он не утратил ничего драгоценного. Его знания, истории, воспоминания, манеры и этикет — все это папа передал мне, как старшей дочери в семье. Меня так заинтересовали его рассказы и учения, что я начала сама читать, заниматься искусством и развивать технику боя. Конечно, все мои навыки и познания не выходили дальше корешков немногих книг, хранящихся в деревенской библиотеке, но все же это очень помогло мне исключить множество ужасных ситуаций и происшествий, которые могли бы возникнуть на Небесах. Однако по началу я очень сильно путалась в званиях, а также в божественном этикете. Все же большинство небожителей — выходцы из высшего общества, а я… Я даже в городе не была. «Подожди», — вдруг вмешался Синьши, — «ты ни разу не покидала родной деревни?» Повелитель Ветра вздрогнула и так резко выпрямилась, чуть не взлетев на ноги, что Хуа Юн инстинктивно схватил ее окровавленной рукой за плечо, тревожно уставившись на союзницу. Девушка растерянно рассмеялась и нежно, но с неохотой похлопала демона по руке, говоря тем самым, что с ней все в порядке, и призывая его опустить ладонь. — Простите, — смущенно пробормотала она. — Я просто совсем забыла, что…! Но вообще-то вы и не спрашивали…? Или я все же должна была… «Ближе к сути». — Да, ты прав. — Ши Венлинг неловко улыбнулась. — Деревня, в которой я выросла, получила свое название не просто так. Пейзажи, реки, поля вокруг нее и сам Красный Дракон очень прекрасны, но в то же время и опасны. Вся эта территория наполнена маленькими алыми, взрывающимися камнями — «глазами дракона». Стоит только прикоснуться к этим залежам, и они тут же поднимают все вокруг на воздух. Размер взрыва и ущерб зависит от размера так называемого ока. Именно поэтому лишь немногие из местных выбираются во внешний мир. Они торгуют с людьми из других поселений, привозят нам разные вещицы и продукты, хотя в речке, расположенной рядом с деревней, в общем-то, полно рыбы, да и звери, несмотря на смертельную опасность, никогда не покидали наших лесов и даже научились приспосабливаться к подобным трудностям. С одной стороны мы оторваны от мира и подвержены повседневному иску, с другой — защищены от разбойников, демонов и прочих ненастий. Хотя… В один день одному призраку все же удалось как-то пробраться в деревню. «О! Можешь не продолжать дальше!» — радостно заверещал меч. — «Я все знаю! Ты схватила этого демона, надрала ему зад и спасла деревню. А затем вознеслась! Ну? Как? Я молодец?» На лице небожительницы пролегла тень, которая, к счастью, не укрылась от зоркого взгляда демона. Юноша сжал губы в плотную полоску, а затем осторожно спросил: — Не все так прекрасно, как должно было быть? Гоготание Синьши вдруг оборвалось, и меч совсем затих, вслушиваясь в каждое слово. Богиня вяло кивнула головой и поморщилась. — Какого ранга он был? — Не знаю. — Ши Венлинг уткнулась подбородком в колени. Не совсем приличное поведение для юной особы, а особенно для небожительницы, но девушке на мгновение захотелось забыть о всех тонкостях и правилах поведения, захотелось открыть ему сердце. Она словно оголилась душой, обнародовав всю боль и печаль, что скопились за это время на подкорках ее разума и никак не могли выбраться наружу. — Я помню лишь, как он выглядел: высокий, с тигриным лицом и хвостом… «Чего?!» — завопил от неожиданности Синьши. Хуа Юн прищурился. — Как ты сказала? Тигриное лицо? Повелитель Ветра удивленно перевела взгляд на юношу с собственных ног. — Ты знаешь его? — Имел удовольствие познакомиться. Совсем недавно… «Кхм! Кхм!» Демон всплеснул руками. Его рана почти зажила. — Ну да. Да! Я «навестил» любимого дядюшку. Мы подрались, а потом в пещеру ворвался Орден. Так я наконец имел честь познакомиться с главой Журавлей. Верховного ублюдка сопровождал твой демон. Ши Венлинг сцепила зубы. Конечно, девушка понимала, что все дело было в легкомыслии и самоуверенности демона, но она все равно ощутила себя потерянной после его слов. — И ты говоришь мне это только сейчас? — ее глаза жалобно и с детской обидой впились в отводящего взгляд юношу. Небожительница прикусила нижнюю губу и заставила бурю эмоций, бушующих в ее сердце утихнуть, призвав на помощь строгость и серьезность разума. — Никаких секретов, помни. Последнее было сказано настолько неуверенно и жалко, что богиня сама не поверила в собственный настрой. Недоумение не прошло, а лишь усилилось и развилось в ней. — Прости. — Хуа Юн отвернул от девушки свое лицо. Его уши стыдливо дернулись, а кулаки сжались. Ши Венлинг тяжело вздохнула. Уж лучше бы он заявил, что не обязан ничего ей докладывать, чем впервые признал свою неправоту. Ведь Повелитель Ветра прекрасно знала: за этим извинением последуют еще тысячи, сотни и десятки недомолвок, тайн, секретов. «Эээ, не хочется прерывать ваши разборки и вспоминать о плохом», — вдруг влез Синьши, — «но ты, кажется, не договорила?» — Верно. — обида, злость и негодование быстро сменились чем-то более тяжелым, увесистым. Это чувство отразилось на ее лице побледневшей кожей и синеющими губами. Глаза небожительницы наполнились горячим, а в горле образовался неприятный ком. Она помнила все сейчас так же ясно, как и в тот злосчастный день. — Моя сестра убежала в лес. Охотиться на мелких животных. С собой у нее был только Ястреб. Так Ши Яо называла свои лук и стрелы… — девушка сглотнула и заморгала, стараясь заставить слезы исчезнуть. — Я отправилась за ней. Нашла. Ее глаза… Искрились от счастья. И она смеялась. Громко. Слишком громко. — Ши Венлинг остановилась. А потом продолжила свой рассказ. Вот только, если раньше девушке мешали лишь слезы, теперь же ее рот не желал более ничего говорить. Каждая буква, каждое слово давалось Повелителю Ветра с особым трудом. — Демон нашел нас. Не знаю, что он забыл в нашей деревне. Хотел ли полакомиться вкусными человечками. Или выполнял приказ Ордена, а мы с А-Яо волей судьбы оказались на его пути… Но он жаждал убийства. И ему удалось достичь желаемого. Синьши и Хуа Юн слушали, не перебивая. Как только богиня окончила свое повествование воцарилась тишина. Была ли она неловкой? Нет. Была ли удушающей? Нисколько. Но в каждом мгновении этого молчания словно гудящим ветром проносилось безмерное горе, завывала глубокая тоска. «Клянусь, если мы снова встретим этого демона, я сделаю с ним все, что он сотворил с твоей сестрой», — решительно выпалил меч, обрывая затишье. Ши Венлинг тихо рассмеялась. Порой Синьши был слишком отважен. — Не хочется разбивать твои надежды и стремления, но Ши Яо жива. — успокоила оружие богиня. «Я раскромсаю его на мелкие кусочки, а затем…!» — Так ты пожертвовала собой? — глаза Хуа Юна странно сузились. «Что?! Как? Но он же убил твою сестру?» — Ты вообще ее не слушал, да? — закатил глаза демон и повернулся к девушке, осторожно прикасаясь к ее руке. — Он убил тебя, и ты вознеслась. Повелитель Ветра застыла, а потом резко встрепенулась. Холод его руки отразился страшным стуком в ее сердце. — Нет. Мы убили друг друга. И я вознеслась. Юноша убрал руку. Его брови вздернулись, и, немного помолчав, он недовольно сказал: — Не волнуйся. Я отплачу ему сполна. «Он будет корчиться от боли и умолять нас его пощадить!» Ши Венлинг по-доброму усмехнулась: — Можешь не продолжать, мой герой. Синьши важно и довольно захихикал. Хуа Юн почему-то остался равнодушен и даже как-то холодно покосился в сторону. Повелитель Ветра резко перестала улыбаться и стыдливо поджала губы. «И над чем я только смеюсь? Над собственной гибелью? Как же глупо и несерьезно!» — богиня взволнованно обвела взглядом ногу в том месте, где находился веселящийся меч. Ей вдруг стало неловко и совестно, и она, изумившись, поняла, что большинство ее чувств теперь целиком и полностью находятся в холодных призрачных руках. — «О, нет! Что я делаю? Что же он делает со мной?» — Я отвлекся на Хуа Фенга, забыл о нашем уговоре и не дал страже Чэна нас поймать. Нас встретил и обхитрил Хуэй Ми Дже. Действовать, как мы решили больше не выйдет. План пошел к черту, — сухо констатировал юноша. «План пошел к черту!» — радостно повторил Синьши, которому совсем некогда было становиться серьезным. Ши Венлинг закачала головой и чуть сама уныло не сказала: «План пошел к черту», но вовремя сумела воздержаться. Хуа Юн резко вскочил на ноги. Повелитель Ветра подняла глаза и с недовольством и грустью заметила, что рана на теле юноши уже полностью зажила. Небожительница тут же укорила себя за подобные мысли. В ее разуме четко рисовалась тропа, ведущая девушку к спасению мира и встрече с родными. Однако душа богини восставала и бунтовала — в ней жило нечто другое, неподвластное трезвому зову рассудка. Повелитель Ветра уже собиралась подняться вслед за юношей, как перед ее глазами возникла бледная ладонь. Сердце Ши Венлинг екнуло. Богиня с удивлением и тревогой уставилась на словно зачарованную руку демона. — У нас мало времени. Ши Венлинг осторожно подняла взгляд. Хуа Юн поднял брови, ожидая хоть какой-то реакции девушки, а затем, увидев на ее лице смятение, улыбнулся краешками губ. Улыбнулся. И все вокруг пропало. Она в беспамятстве схватилась за его руку и поддалась вперед, не понимая, что происходит. В лице богини одновременно читалось все и ничего. Оно на мгновение одновременно стало и красочным пейзажем, и белым листом в тот момент. — Находим Хуа Фенга и уходим. Хуэй Ми Дже у нас забрать не получится. Слишком много ошибок мы допустили, да и, признаться честно, пока нам рано встречаться с ним лицом к лицу. — демон выждал паузу. — Надеюсь, этот идиот цел. Ши Венлинг кивнула. Она не слышала ничего из того, что сказал демон. Богиня была счастлива просто чувствовать холод его костяшек. — Меч? — попросил Хуа Юн, и девушка свободной рукой осторожно, как бы не желая разрывать их ладони, открепила оружие и передала демону. Юноша двинулся вперед и, подхватив веер, вернул его богине. Затем они вышли из комнаты и начали спускаться по лестнице. Ши Венлинг задержала дыхание. Все это время Хуа Юн, не разжимая их руки, вел небожительницу за собой.

***

Ши Венлинг оперлась на разрушенную стену и закашляла. После того, что произошло в резиденции, когда богиня и демон снова встретились с Хуа Фенгом, все было окутано в едком пепле и противной пыли от обломков погромленного дворца. Девушка, прищурившись и закрыв рот рукой, постаралась различить хоть какие-то очертания через эту густую и непроглядную дымовую завесу. Где-то вдалеке, скорее всего на улице, вырисовывался высокий черный силуэт, который продолжался длинной и острой тенью. Был ли это кто-то из союзников или врагов, Повелитель Ветра не знала и не могла определить — туман, словно нарочно утягивающий девушку в здание песком, кусочками камней и нефрита, плотно застилал все пространство, не оставляя богине ни малейшей подсказки для оценки ситуации и даже запутывая ее еще сильнее. Небожительница сдавила рукой раздраженное горло и, медленно оседая на пол, перебирая руками по отколовшимся частичкам резиденции, попыталась нащупать свой веер. Когда пальцы девушки коснулись знакомого предмета, Ши Венлинг с облегчением выдохнула и чуть не повалилась на груду острых обломков. Подцепив рукой оружие, она, шатаясь и содрогаясь от боли, — ей показалось, что она неслабо ушибла себе ребра, — широко распахнула веер и махнула рукой. Безумный порыв ветра заскользил драконам сквозь пепел, с завыванием разбивая крепкие ряды противного смога, и потянул струйки пыли в противоположную дворцу сторону, унося за собой побежденного врага. Богиня, глаза которой все еще были наполнены дымом, поспешила протереть их и прояснить свой взгляд, готовясь к возможному нападению. Небожительница ожидала увидеть снаружи все, что угодно. Она готова была с тревогой подскочить к союзникам, направить оружие на генерала Чэна и даже вступить в бой с Хуэй Ми Дже. Повелитель Ветра ожидала после произошедших событий любого их развития и даже готова была вступить в серьезный, неравный бой на благо богов, нечисти и смертных. Однако вот чего уж Ши Венлинг точно не могла предположить, так это то, что открылось перед ее затуманенным взглядом. Девушка выронила веер, затрясла головой, не веря представшей картине и словно стараясь убедить себя в том, что все происходящее — неправда. Повсюду была размазана кровь: алая, голубая, фиолетовая, зеленая, она была самых разных оттенков и цветов. На земле валялись десятки демонов, изрезанных и изрубленных на мельчайшие полоски. Среди тел катались мелкие, едва заметные песчинки, не похожие по виду и по форме на прежний дым. И хотя Повелитель Ветра видела «это» впервые, у нее не было сомнений в том, чем являлись эти крупицы. Ши Венлинг с ужасом сжала веер и кинулась к мертвой нечисти. Ее посетило то же отвратительной чувство, которое она ощутила в Шигуэйчже, когда демоны Призрачного Города жестоко и беспощадно расправились со всеми призраками деревни, уничтожив не только их самих, но и то, из чего они могли бы восстать. Но если тогда небожительница лишь знала об участи нечисти, то теперь видела все лично, своими глазами. Ши Венлинг ощупывала трупы. На лице каждого рисовались страшные, изуродованные гримасы. Богиня непроизвольно вздрогнула и затряслась. Теперь убийство человека-тигра казалось ей таким жалким и несущественным на фоне того, что происходило сейчас. Коварный демон, пробравшийся в Красный дракон, был злом и исчадием тьмы — он нападал, Ши Венлинг защищалась. С нечистью генерала Чэна все было по-другому. Наверняка многие из этих призраков даже не подозревали о планах Ордена и просто устроились на службу, чтобы защищать СВОЕГО генерала, демона, которого они считали заступником и спасителем Призрачного Города. Защищать. Они защищались! Повелитель Ветра смятенно завертела головой вокруг. В центре отвратительного месива на горе из поверженных демонов стояла знакомая фигура с белоснежными волосами. Небожительницу тут же затошнило и скрутило. Богине показалось, будто кто-то с силой огрел ее по голове, а затем перевернул все внутренности наизнанку. С сияющего сталью лезвия капала жидкость, а точнее мерзкая смесь из различных цветов. У Ши Венлинг закружилась голова, и она осела на пол. Девушка уже давно позабыла о своем вульгарном внешнем виде, о том, что она была измазана собственной и чужой кровью. В ее голове не осталось больше ничего, кроме дребезжащего, повторяющегося вопроса: Как ОН мог? Как ОН мог? Как ОН мог? Как ОН мог? Как ОН мог? Как ОН мог? Как ОН мог? — По… Ши Венлинг растерянно осмотрелась по сторонам. Откуда это донеслось? Вдруг ногу в ногу богини вцепилось что-то липкое и вязкое. Небожительница обернулась. — По…мо…ги… — прохрипело существо, лишенное одной руки и двух ног. Повелитель Ветра вздрогнула и встретилась с испуганными глазами, наполненными ужасом, таким бесконтрольным и огромным, который девушка видела впервые в своей жизни. — Пожалуйста, — застонал демон, и богиня вздрогнула. Ши Венлинг протянула к призраку руку, но, остановившись в цуне от нечисти, поджала губы и посмотрела на бедолагу в замешательстве. — Прошу! Повелитель Ветра осторожно ухватилась за демона и подняла его, усадив перед собой. Призрак удивленно шмыгнул носом. В его глазах скопились слезы, а на лице появилась слабая улыбка. Ши Венлинг улыбнулась ему в ответ теплым и сострадающим взглядом. — Не бойтесь, я с вами. «Что мне делать? Что мне с ним делать?» — небожительница настолько погрузилась в раздумья, что даже не услышала тяжелого, приближающего, хлюпающего звука. Плюх. Нечисть заскрипела и непонимающим взглядом обратилась к девушке. Богиня опустила глаза. Тело демона пронзило острым мечом, кончик оружия непринужденно выглядывал из чужой плоти. «Он тебя не ранил?» — виноватый голос Синьши раздался звенящим гулом в ее голове. Он тебя не ранил? Тебя не ранил? Не ранил? Ранил? Ши Венлинг ошеломленно отпустила демона и качнулась назад. Призрак с содроганием всхлипнул, затрясся и беззвучно повалился на бок. Меч с неописуемым, громким треском вырвался из бездушного тела. Хуа Юн вытер рукой лицо, и богине удалось заглянуть в его глаза. На небожительницу отчужденно смотрели пустые, черные, безличные крупицы, которые еще час назад казались самыми глубокими, самыми душевными, самыми родными. Повелитель Ветра спустилась взглядом к рукам юноши. Испачканные в чужой крови и прахе, они теперь напоминали ей беспощадное орудие карателя, невозмутимого палача. Губы девушки мелко затряслись и на одном дыхании прошептали: — Зачем? — Зачем?! — со злостью и странным выражением неприязни переспросил демон. Его губы скривились в плотную, извивающуюся полоску, а лицо побледнело еще сильнее. — Эти демоны — клинки, уши и глаза Ордена. Их глаза наполнены ненавистью и слепым приказом. Распоряжением убивать. — Хуа Юн присел на корточки, сверкнув глазами, и Ши Венлинг испуганно отшатнулась назад. Брови девушки сложились домиком, а ее взгляд удивленно и вместе с тем умоляюще проник в лицо демона. Юноша дрогнул, его взгляд на мгновение потускнел, погрустнел и наполнился страхом. Однако это длилось недолго. И вот демон уже снова безжалостно и бессердечно пытал богиню отрешенным и убийственным мраком своих глаз. — Если бы мы не остановили их, если бы не заставили сломиться и исчезнуть, то вся эта нечисть и даже он, который с невероятной жалостью просил и умолял тебя помочь, — парень ткнул пальцем в поверженного в грудь призрака, — без промедления вонзил бы тебе меч в сердце. Думаешь, им есть дело до того, кто мы? Герои? Какая жалость! Повелитель Ветра и сын их главного господина? Плевать! Или ты решила, что эти ничтожества не в курсе, кто я такой? Тебе пора перестать делить этот мир на черное и белое, пора стать настоящим, истинным небожителем, жестокой, беспощадной богиней. — Хуа Юн замолчал, а затем продолжил. Его голос теперь слегка подрагивал. — Перестань быть такой наивной и доброй. Разве ты не понимаешь, что все эти небесные ублюдки лишь пользуются тобой? Ши Венлинг сжала кулаки и закачала головой. — Нет, Хуа Юн! Прошу, послушай меня. — Повелитель Ветра потянулась руками к напарнику. Демон недоверчиво посмотрел на протянутые ладони, но не двинулся с места. — Ты не прав. Точнее прав, но лишь отчасти. Быть может, я и правда не понимаю твоих действий и серьезности нашего противостояния, но! Но это не повод рубить мечом всех подряд. Эти демоны… Ты мог бы объяснить им. Тяжело? Почти невозможно? Пожалуй. Но такова цена мира. Мир — это не поочередное истребление друг друга. Мир — это умение находить компромисс и путь к сотрудничеству. И еще. Не все божества так уж и плохи, как ты думаешь. Пей Мин, Линвень, Гэ Ханг, Пей Кай Хун, Пей Инь — все они мои самые добрые и отзывчивые друзья на Небесах. И без них я не могу представить, как бы я справилась с тем, что произошло со мной за это время. Как и не могу себе вообразить свою жизнь без тебя. — глаза демона удивленно раскрылись и загорелись чем-то странным, от чего внутри богини все возликовало. Ей удалось пробить возведенную юношей стену жестокости и безразличия. — Хуа Юн, по правде говоря, ты мне отнюдь не безразличен. И не потому, что ты мой союзник, такой же, как и Синьши, а потому, что ты особенный, некто важный… Очень важный для меня. Демон вздрогнул. Его глаза растерянно уставились на девушку, прожигая ее собственным смятением. Небожительница ласково улыбнулась и прикоснулась к его лицу. Этот жест нельзя было истрактовать неправильно. Ты покорил мое сердце. В воздухе что-то просвистело и пронеслось между богиней и призраком. Ши Венлинг и Хуа Юн повернули головы. В обломках дворца красовалась золотая стрела, на которой был выгравирован дракон. Сердце Повелителя Ветра сжалось. Подобное оружие было чуждо и далеко демонам — оно выражало своим наконечником и хвостиком богатство и пафос, которые были присущи лишь одному виду созданий среди трех миров. — Нет! — воскликнула девушка и бросилась к демону. Юноша, проследив за мыслью небожительницы и испуганно стиснув челюсти, кинулся к богине так же быстро и отчаянно, как и она прыгнула к нему. Их безумные, наполненные страхом взгляды встретились и слились воедино. На глазах обоих выступили слезы и немое понимание: как бы Ши Венлинг и Хуа Юн не были различны, какими бы разными путями не шли и какие бы ужасные, отвратительные ошибки не совершили бы, они не могут друг без друга. Ши Венлинг улыбнулась сквозь наполняющие глаза океаны горести, отрады и тоски. Ее руки внезапно стали такими короткими, а каждый шаг растворился в бесконечности. И хотя тела двоих, божественное и демоническое, были разделены всего двумя чи, но их взгляды давно уже проникли в души друг друга и, отразившись в родном тепле и счастливом осознании, возвратились обратно в глубину слез каждого. Повелитель Ветра радостно всхлипнула и с надеждой прикрыла веки, уже собираясь погрузиться в чудесную сладость объятий любимого существа, как ее талию резко зацепило что-то грубое и твердое и с невероятной силой потянуло назад. Небожительница безысходно раскрыла рот и глаза и, все еще не веря в происходящее, вытянулась вперед, стараясь поймать руки демона. Хуа Юн растерянно и с исказившемся на лице беспокойством протянул к ней ладони и…! … и упустил ее нежные пальцы. Мгновение — именно столько не хватило им богине и демону, чтобы наконец обрести свое счастье. Порой крупицы времени настолько жестоки и беспощадны, что им удается стать злее и ужаснее на фоне тянущихся волнительных часов. Ждать долгое, мучительное время в беспамятстве, но после убийственного ожидания почувствовать усладу и все прелести жизни или окунуться в сменяющиеся с бесконечной скоростью песчинки течения жизни, а затем остаться ни с чем и утонуть во мраке? Если бы Ши Венлинг могла, она отдала бы многое для того, чтобы выбрать первое. Она променяла бы небесную службу, она отказалась бы от духовной энергии, она продала бы свои дорогие одежды, она даже согласилась бы обратиться нечистью. Все эти лишения казались богине сущим пустяком и такой бесполезной, крохотной мелочью, когда она смотрела в удаляющееся от нее, наполненное страхом и тревогой лицо Хуа Юна. Послышался хлопок. Все вокруг закрутилось и завертелось. Воздух наполнился жжением, и у небожительницы закружилась голова. «Нет! Не смей терять сознание!» — приказала сама себе Повелитель Ветра, с ожесточением и болью цепляясь за чужие крепкие руки. — «Ты должна выдержать. Ты должна выдержать, а затем обязана вернуться к нему!» Ши Венлинг стиснула челюсти. Давление на ее тело, мысли и душу только росло. Девушка сильно зажмурила глаза. Ее словно перевернуло и вывернуло наизнанку, и следом наступило облегчение. Повелитель Ветра ослабила хватку. Теплый ветерок бережно обвил ее испачканное в крови лицо. Где-то далеко послышался знакомый детский голос и странные звуки, похожие то ли на кряканье, то ли на кваканье. Голова богини опустела, и через мгновение в нее ворвался громкий звон. Ши Венлинг схватилась за плечи и с трудом разлепили глаза. Ее взгляду предстала роскошная, мраморно-нефритовая комната с огромной кроватью и бесчисленным количеством оружия, прикрепленного в виде трофеев к стенам, столам и прочим убранствам. — Повелитель Ветра! Небожительница вздрогнула, почувствовав навалившуюся сверху тяжесть, которая вопреки всем ожиданиям богини сгребла возвратившуюся в удушающих объятиях. Ши Венлинг покачнулась и, теряя равновесие, полетела назад. В процессе полета ей удалось разглядеть темные волосы и слезящиеся глаза, которые обычно выражали суровое упрямство и решительность. Повелитель Ветра сдавленно охнула, ощутив спиной пол. Через мгновение она уже застонала от отвращения — в лицо Ши Венлинг прилетело что-то липкое и не менее склизкое. Нетрудно догадаться, что последнее, не самое приятное приветствие принадлежало Сяо Бай. — Пей Кай Ху-у-ун! — взвыла небожительница, руками отталкивая от своей груди острый подбородок. — Больно! — Вы хоть раз можете сделать вид, что рады меня видеть? — девочка обиженно отпрянула от богини, вскакивая на ноги и хватая на руки жабу. — И зачем ты только волновалась за эту ворчунью, Сяо Бай? Рептилия надулась и издала глухой звук, больше напоминающий скрежет, нежели кваканье. И хотя Ши Венлинг не умела разговаривать с животными, она с уверенностью могла бы возразить, что представительница последних нисколько не переживала за ее жизнь и более того даже не вспоминала о богине, лакомясь кусочками фруктов со стола хозяев. — Я очень признательна тебе, Пей Кай… Хуа Юн! — Да, заметно. Имя вы мое тоже помните. Какой интересный у вас наряд, однако! А про кровь на ваших руках я вообще молчу… — закатила глаза ученица. На ее лице проступила самодовольная насмешка, которая вскоре, впрочем, сменилась чем-то серым и бледным. Девочка поджала губы и осторожно указала глазами и бровями куда-то в сторону. Повелитель Ветра проследила за ее взглядом, и все в ней мигом наполнилось жгучей злостью и досадой. Богиня со злобой стиснула кулаки, а из ее ноздрей уже почти начал валить дым. Пей Мин показательно выгнул бровь и скрестил руки на груди. За его спиной рисовалась блестящая тетива. Небожитель окинул Повелителя Ветра равнодушным взглядом и качнул дочери головой, призывая ее покинуть комнату. Девочка встрепенулась. От былых игривости и язвительности не осталось и следа. На смену им пришло негодование и некая обида. Во взгляде Пей Кай Хун так и читалось: «Я все знаю. Я на ровне с вами». Бог войны отрицательно завертел головой. Послышался громкий топот — это Пей Кай Хун с Сяо Бай на руках вылетела из комнаты, нарочно издавая как можно более раздражающие звуки. — Зачем вы это сделали, генерал? — слепой гнев вытеснил все прочие чувства из головы Ши Венлинг, и небожительница разом забыла о своих верных помощницах, а также об упреке, таящимся у нее глубоко и давно внутри по поводу сложившихся нелегких отношений между членами семьи Пей. — Зачем. Вы. Это. Сделали? Пей Мин скучающе закатил глаза. — А что? Надо было позволить ему пронзить ваше сердце? Повелитель Ветра сморщилась и тихо, но уверенно и с мрачным холодком выпалила: — Он бы никогда не совершил того, что вы сейчас имели неосторожность выдумать. — Знаю. Он бы никогда не позволил себе тронуть вас, навредить физически. Вы двое за последнее время стали очень близки, ведь так? Ши Венлинг удивленно попятилась назад. — Что? Что вы имеете в виду? Безразличный смешок ворвался в уши небожительницы раздирающим гулом. Повелитель Ветра с изумлением впилась глазами в бога. — Наивная. — констатировал Пей Мин. — Такая же наивная, как и отец. Вы правда думаете, что я, опытный небожитель, возглавляющий небесный совет, мог пропустить мимо себя демонического мальчишку, который гостит среди небесных чиновников чаще, чем бывает у себя дома? — небожительница прижала руку ко рту. ОН знал. ОН все знал с самого начала. Пей Мин же продолжил убивать ее новыми разгадками тех тайн, о существовании которых она даже и не подозревала: — Как считаете, почему ни Небесный Владыка, ни глава Ордена Синего Журавля, ни кто-либо еще до сих не поняли, с кем водится новоиспеченная, молодая, подающая надежды Повелитель Ветра? Благодаря кому вы оба до сих пор не наказаны? Хо-хо! Я, безусловно, не имею права даже сомневаться в хитрости и умелых навыков вашего приятеля. Нет! Невозможно сдержать смех! Знали бы Небеса в чьего отпрыска влюбилась наша дорогая Ши Венлинг, точно бы сошли с ума и лопнули от безумства. Богиня схватилась за край стола, совсем удачно подвернувшегося под руку, не в силах удержаться на ногах. Все былые события, победы и успехи перемешались между собой, и с глаз будто бы сошла приятная, но фальшивая пелена, и окружающий мир предстал перед девушкой совсем в другом, более темном свете. — Несколько лет назад, — бог войны победоносно подошел к небожительнице, а затем, смутившись своей гордости и спеси, осторожно и неловко потрепал ее по плечу и накинул сверху какую-то бледно-голубую ткань. — я невольно стал свидетелем странного происшествия. — Ши Венлинг уставилась в стену тупым взглядом. Она больше не ощущала боли в руке, а все происходящее теперь казалось ей невозможным, одной большой выдумкой. — За два года до твоего вознесения, в один прекрасный день, я был вызван во дворец Верховного Императора. Цзюнь У изначально позвал меня под предлогом новой освободительной кампании, но, когда же я остался с Повелителем наедине, он пожаловался мне на постоянные головные боли, а также заявил, что в некоторые моменты теряет над собой контроль, словно кто-то другой обретает власть над его телом. Повелитель Ветра растерянно нахмурилась. «Неужели глава Ордена настолько силен?» Все начало вставать на свои места, становясь для понимания девушки более ясным и понятным. — Он попросил меня помочь. И я помог. Провел расследование, нашел виновных. Я справился на отлично со своей задачей. Вот только мне не удалось выяснить, как именно коварным «птичкам» посчастливилось подчинить себе Верховного правителя, каким способом эти выродки затуманили ему разум. — Пей Мин выдержал паузу. — Я сразу же направился к Владыке, чтобы доложить ему обо всем, но, увы, было уже слишком поздно. Сознание Цзюнь У изменилось. Он не помнил значительных деталей и мелочей, в том числе и нашего с ним разговора. По одному только взгляду в его прежде ясные, а затем холодные и черствые глаза я понял — Орден смог обойти своего сильнейшего врага и главную угрозу. Мне пришлось сделать вид, что ничего не произошло и по-настоящему отправиться воевать за смертных. И хотя Журавль еще не до конца подчинил себе Цзюнь У и Повелитель пока лишь одурманен их влиянием, но злодеи это прекрасно понимают — данная проблема временна. Не знаю, сколько сил, жертв и дней им на это понадобиться, но медлить нельзя. Орден в установленное и непродолжительное время использует Императора как свои уши и глаза, но определить, когда на троне «не Цзюнь У» очень сложно. Поэтому нам приходится действовать тихо и осторожно. Я, Линвень, Му Цин, Фэн Синь — мы все участники противостояния. Нам неизвестны точные цели Ордена, нам неизвестны их методы и средства для достижения желаемого. Но мы точно уверены, что враг затеял нечто масштабное и ужасное, что затронет спокойные жизни всех трех миров. Нам также известно, что у Ордена Синего Журавля есть свои союзники среди демонов, подогревающие враждебность и ненависть между небесными чиновниками и нечистью. Ши Венлинг стиснула рукой ткань и застыла в задумчивости. «Мы не одни», — то ли с радостью, то ли с напряжением подумала девушка. — «Сопротивление против Ордена во главе с генералом — это замечательно. Я так счастлива нам есть, чем поделиться друг с другом, даже несмотря на то, что нам с Хуа Юном удалось лучше узнать врага и его планы! Не могу поверить. Я, Хуа Юн, Пей Кай Хун, Хуа Фенг — мы справились лучше, чем опытные, почитаемые воины, имеющие в запасе не только важные знания, но и высокое положение на Небесах! Хотя, наверное, их статус и являлся самым главным препятствием. Когда ты ведущее божество и член совета, за тобой следят сотни, нет, тысячи глаз!» — Точно! Хуа Юн! — Повелитель Ветра подлетела к небожителю, чуть не сбив его с ног. — Нужно срочно сообщить ему, что… — Нет. Небожительница оторопела. Нет? Что значит «нет»? — Нет. — повторил Пей Мин. — Обойдемся без помощи демонов. Ши Венлинг возмущенно подняла брови, и генерал недовольно цокнул языком: — Вот скажите, как по-вашему? Что сделает Хуа Чен, когда его призраки обнаружат небесную стрелу? Смею предположить, раз у вас в руках нет веера, ваше оружие осталось в Призрачном Городе? Богиня яростно сверкнула глазами. Небожитель вздохнул и схватился за переносицу. — Ох уж эти юные сердца! Да. Я заметил, что семейный артефакт пропал. И, как мне довелось понять, без участия Пей Кай Хун тут не обошлось, но к этому мы вернемся чуть позже. Недолго поразмыслив и не обнаружив вас на Небесах, я догадался, куда вы делись. Мне пришлось сильно постараться, чтобы покинуть общество божеств по действительно «веской» причине. Благодарите Повелителя Воды, у которого скопилось для меня бесчисленное количество вопросов, за то, что я не прекратил это раньше и не предотвратил то, во что вы вляпались, госпожа. А еще скажите «спасибо» мне. Из-за той неразберихи и погрома, что вы с демоном там устроили, к дворцу генерала Чуна… — Чэна, — поправила богиня. Пей Мин хмыкнул и почему-то снисходительно качнул головой. — Да. Вас начали окружать демоны. Представляешь их удивление, когда бы на их глазах начали обниматься окровавленные демон и небожительница, восседающие среди мертвой нечисти? Ши Венлинг растерянно отвернула голову. — Вы бы могли просто предупредить нас и… — Перестаньте играть с огнем, Повелитель Ветра. Мы узнали, что Орден хочет сделать вас и Повелителя Воды своими пешками. В ближайшее время к вам будет проявлено повышенное внимание, затем последует предложение… «Предложение уже было», — отметила про себя девушка, но генерала перебивать не стала. — …и вы с Гэ Хангом вступите в Орден Синего Журавля. Небожительница потупила взгляд. Глупо было бы ожидать другого — сама небожительница рассматривала подобную возможность. — Но почему нельзя…? — Нельзя. — отрезал Пей Мин. — Члены Ордена — не идиоты. Вам нужно оборвать все связи с демоническим миром. — генерал скривил губы. — И с тем парнем тоже. Последние слова врезались в сердце Ши Венлинг и растерзали его на мелкие кусочки. Девушка прикусила губу. Ну почему, когда все начало складываться, когда она почувствовала тепло в его взгляде, все должно было закончиться? Душа небожительницы была разгромлена, задушена, убита. Повелитель Ветра опустила голову, чтобы бог войны не смог разглядеть ее уничтожения. И теплых, наполненных опустошением слез, ручьем стекающим по ее подбородку. Мир или любовь? Спокойствие небес, демонов, людей и ее семьи или призрачный мальчишка с темными, непроглядными как сама тьма глазами? Ши Венлинг всхлипнула. Выбор — вот, что беспокоило ее на протяжении долгого времени. — К тому же ваш «демонический идиот» — главный противник врага. И вы, моя дорогая, прямо сейчас расскажете мне о причине. А также поведаете об остальном, о всем, о чем мне следует знать. Небожительница закрыла руками лицо и зарыдала в голос. Пей Мин рассержено зашипел и неумело похлопал Повелителя Ветра по спине. Она выбрала.