Демисезон

      — Как твоя щека? — спросил Бажен уже в пятый, наверное, раз.       Щека болела. Не сильно, больше просто обозначая своё наличие и минимальную степень повреждённости.       — Да нормально она. Синяк вряд ли останется, — он не стал акцентировать внимание на том, что ещё кружкой прилетело — не стоило рассказывать такое Бажену за рулём.       — Последнее время мир прямо-таки настроен против тебя. Лужи, мачехи...       — Мозгов у этих мобов примерно одинаково, — съязвил Слава.       Через полчаса они подъехали к чёрному входу БДСМ-клуба «Лимит».       Громоздкое строение с плотно занавешенными окнами напоминало какой-то бункер или здание тюрьмы. В общем-то, выглядело соответствующе назначению и владельцу.       После терапевтических дней, проведённых в компании Бажена, Слава отчётливо уяснил, насколько каждый член его семьи нуждался в качественной психотерапии — он правда никому, вообще никому из них не мог доверять. Но в особенности Артуру. Артур нуждался в мозговой генеральной уборке больше всех, с этим никто не стал бы спорить.       — Кабинет на третьем этаже. Я один пойду. Если ты туда сейчас зайдёшь, все садисты разбегутся. Да и я не очень хочу, чтобы вы с ним пересекались.       — А я вот не прочь пересечься разок-другой, — прозвучало хоть и сдержанно, но по меркам Бажена весьма зловеще.       — Для них твой вид — это красная тряпка, серьёзно.       Бажен задумчиво потрогал фуражку, брошенную у сиденья. Волосы от беготни растрепались, и Слава поймал себя на порыве пригладить их. Немного поколебавшись, он так и сделал, чем заслужил непередаваемо сложный, долгий взгляд.       А ответил пожатием плеч, мол, ну погладил, да, ты бы тоже не сдержался.       — Мне не хочется оставлять тебя с ним наедине, — наконец, пояснил Бажен.       — Не поверишь, я с ним иногда и жил вдвоём. В пустой квартире. Если бы он хотел меня прибить, у него было как минимум сотня шансов.       Слава не мог не признать, что волнение Бажена ему нравилось и льстило — в этом и был секрет их коротеньких встреч, повторяющихся, задорных и злых. За него волновались. Раньше он просто не знал, что беспокойство самое настоящее, а никакой не «приказ начальства».       Теперь даже приятнее стало.       — Тогда я... могу подождать. Но не в машине. На первом этаже буду. И ты имей в виду.       — Договорились… Спасибо.       Выбравшись из салона и морщась от дождевых капель, они направились к чёрному входу — Слава знал, куда идти, и что эта дверь открывалась по звонку самим хренологом непосредственно. Через главный заходить не хотелось, хотя бы во избежание встречи с кем-то из персонала, охраны или посетителей.       Нажав на кнопку, он стал пялиться в камеру с недовольным видом озлобленного коллектора, который пришёл по душу очередного должничка.       Дверь распахнулась через минуту. Слава со вздохом шагнул внутрь, и Бажен мрачной сторожевой тенью скользнул за ним.       Слава очень редко сюда приезжал, как правило, только чтобы обменяться с Артуром чем-то материальным — собственно, потому что сам Артур с некоторых пор предпочитал большую часть времени торчать в клубе. От этого места за километр несло образом жизни, от которого Славу передёргивало. Все эти ребятки с чертятами в башке были ничем не лучше тех, которых он однажды встретил на той злополучной тусовке, и после которых история пошла по мрачной ветке сюжета...       Несмотря на отвращение, взгляд волей-неволей затягивало в глубину «омута».       Мрачное помещение как всегда ломилось от количества посетителей, разодетых в самые разные костюмы. Красный неоновый свет делал картину особенно пошлой. От тяжёлого запаха, наполненного парфюмом, потом, сигаретным дымом и чем-то алкогольным, неприятно свербело в носу. Тёмные стены, оклеенные бархатной тканью, полностью поглощали цвета и блики. Потолок выглядел как нагромождение грязных кубов. В дальней стороне была видна сцена, пилоны для стриптиза, клетки, подвешенные наверху, и уходящая наверх лестница балкончика.       Бажен поджал губы, но не стал комментировать увиденное. Как полицейскому ему тоже едва ли нравилось посещать места, где собирались, помимо обычных посетителей, потенциальные преступники всех видов, пород и направлений.       — У тебя не может случиться панической атаки? — тихонько спросил он.       — Я много раз тут был... один раз долбануло, а потом не повторялось, — быстро ответил Слава. — Побудь тут, ладно? Я быстро.       Кивнув, Бажен привалился спиной к стене так, чтобы видеть и выход на лестничную клетку и двери в зал. И напоследок коротко сжал плечо в жесте поддержки. Обмен взглядами придал ускорения — Слава практически взлетел по лестнице для персонала, выкрашенной в едкий красный цвет.       Артур словно специально делал так, чтобы ему приходилось заглядывать хотя бы раз в полгода. То документы надо передать, то вот ключи, то ещё что, то денежный вопрос вставал и отец внезапно что-то Славе отсыпал именно через Артура, потому что у него есть машина...       В «Лимите» всегда что-то происходило — то какие-то стычки, то шоу, то кто-то хныкал на этаже, где располагались комнаты для игр. Слава старался ничему не удивляться, особенно полуголым людям, дамочкам в сбруе или портупее на голое тело. Он просто шёл к своей цели, не глядя по сторонам, чтобы побыстрее оказаться в комфортабельной тюрьме с самым милым охранником на планете.       Кабинет Артура находился в дальнем углу. Если это можно было назвать кабинетом — скорее уж люкс-номером в отеле с личным джакузи.       Ненаглядный братец сидел за столом с ноутбуком, делая вид, что работает. Ключи лежали на видном месте — в центре столешницы, будто предлагая их схватить и бежать без оглядки.       Артур как обычно светился под лампами в своей белой рубашечке с наглаженными уголками. Злое, упрямое лицо, гладко-гладко выбритое, казалось уставшим и серым, словно бы ему тоже пришлось пару ночей провести без сна. Тем не менее уложить высветленные до полупрозрачности волосы времени и сил хватило. А значит, всё было в полном порядке.       Он поднял глаза, только когда Слава подошёл прямо к столу.       — Это от твоей, — на манер мамаши, без приветствия сказал он.       На самом деле забавно, насколько красивый и удачливый по генетике человек мог быть мерзок — Слава как художник всегда оценивал его внешность на высший балл, но всё остальное в Артуре казалось... гнилым-гнилым, до земельной черноты.       — А от вашей? — с некоторых пор для Славы существовали две квартиры — его и «их».       Артур демонстративно медленно открыл ящик стола, пошуршал чем-то.       — Тебе следует посидеть ниже воды, пока пыль не ляжет. На учёбу забить, всё такое.       — Какая ещё пыль?       Артур сощурил ледяные бесцветные глаза.       — Пыль, которая поднялась от устроенного отцом разъёба.       Наконец, он выудил нужные ключи и небрежно кинул сверху. Слава и их засунул в карман.       — Что вообще происходило, ты знаешь?       Подцепив глянцевую коллекционную ручку из тех, что дарят «дорогим начальникам», он откинулся на спинку стула с удовлетворенным видом — ему нравилось внимание, любое внимание, и ещё больше нравилось знать больше Славы.       — Есть один человечек, который держал несколько лабораторий и каналы поставок прекурсоров в наше захолустье.       Слава закатил глаза — все города меньше миллионников были для Артура захолустьями и деревеньками.       — Эту облаву готовили не год и не два. Кстати, ты с ним даже однажды близко познакомился, хоть и не помнишь об этом.       — Ты о чём?..       — В какой-то степени благодаря тебе всё это и началось...       Неожиданно привычная картинка засбоила. Лоск Артура подугас — наружу высунулся виноватый хмырь, которого Слава не узнавал.       — Мне?.. Что ты хочешь этим сказать?       — Когда... ну тогда, в тот раз. Когда тебе кое-что добавили в лимонад…       Застыв каменным изваянием, Слава неверяще поднял брови. Артур, после всех этих лет гробового молчания, решил-таки что-то рассказать?       — Наркотик из новых дизайнерских, — ещё тише прошелестел он. — Как раз этот человечек. Он тогда не был главным. Изучал и пробовал. Теперь я могу по крайней мере этим поделиться.       Он внезапно уверенно поймал взгляд Славы.       — Он просидит за решеткой до конца своих дней.       — Ты специально это всё?... — с ужасом выдохнул Слава.       Артур дёрнул бровью.       — Знал ли я, что он так поступит? Нет, конечно. Там вообще не должно было быть веществ... и он выбрал тебя случайно.       Бросив ручку на стол, Артур медленно поднялся.       — Короче, если вдруг интересно — человек, который это сделал, персонально он, был наказан. И все причастные.       Он теперь смотрел не мимо, а в упор, прямо в глаза, и Слава вдруг осознал, зачем на самом деле нужна эта встреча.       — Что ты хочешь от меня услышать?       Артур нервно повёл широкими плечами. Телосложение у него тоже было на зависть благодаря постоянной работе над собой. Холёный фасад, старательно слепленный образ идеальности. На поверку — полностью фальшивый.       — Я? Ничего. Просто сообщаю.       Странное чувство заворочалось в животе — вроде хорошая новость, но Артур едва ли заслужил хоть какой-то справедливой благодарности. Допустим, восторжествовала справедливость, только вот Слава ждал её торжества так долго, что уже не испытывал никаких эмоций. Кроме удивления, что ему всё же пояснили за лор.       — Расскажи, что они со мной сделали? — подумав, спросил Слава.       Артур сложил руки на груди, сразу уходя в защиту.       — Почти ничего. Ты галлюционировал. Из-за наркотика. Случился психоз, и нам пришлось тебя удерживать, чтобы ты себе нос не разбил и руки не сломал. Вполне возможно, что кислота попалась — потому и долбануло по башке так сильно...       Наверное, впервые за то время, что Артура приклеили к Славе в виде «брата», они смотрели друг на друга без пелены раздражения и презрения. Ощущалось странно. Непривычно.       — Я просто подумал, что ты захочешь узнать об этом, — сказал Артур.       Слава долго молчал, пытаясь сосредоточиться на собственном дыхании и поймать за хвост хотя бы одну мысль, среди сотен, летевших со скоростью спортивного болида. Ему казалось, что реальность ведёт себя как-то недостоверно — слишком уж открыто. Осталось только встретить Джорджа, чтобы тот заявил, что на самом деле является агентом ЦРУ из людей в чёрном.       Хотелось зацепиться хоть за что-то понятное.       Получилось — за мысль о поджидающем внизу Бажене.       И едва Слава набрался сил с Артуром распрощаться, раздался мерзкий, противный, оглушительный писк пожарной тревоги.       — Блядь. Опять...       Судя по относительно спокойной реакции Артура это случалось тут частенько, если не ежедневно.       — Опять?       — Свечи, — пояснил он. — Сейчас отключится.       Пусть Артур и выглядел безразличным, Славу окатила холодная волна страха — глубинного, неконтролируемого. Может быть, и срабатывает сигнализация по всяким глупостям, но Бажен-то об этом не знал.       И он...       — Так, — бросив неопределённый взгляд куда-то в потолок, буркнул Артур.       От Славы не скрылось напряжение, с которым он прыгнул к столу и стал клацать мышкой.       — Что ты делаешь?       — Смотрю по камерам… где она сработала.       — Зачем?..       — Чтобы врубить водянку только в нужной зоне. Если надо.       Его глаза быстро бегали по экранам, а потом остановились и очень наглядно расширились. Почти сразу появился и горьковатый запах палёного — хватило одного взгляда, чтобы обменяться впечатлениями.       Артур больше не копошился. С немалой дури распахнув один из ящиков, он что-то взял и ураганом пронёсся через всю комнату, схватив Славу практически на бегу. Хватка у него была ужасно сильная и болезненная.       Когда они оказались в коридоре, с другой стороны возник Бажен. Бажен — белый, как мел, с таким страшным выражением на лице, что от одного его вида хотелось немедленно потерять сознание.       — Баж...       — Отпусти его, — прорычал Бажен в сторону Артура.       Тиски на руке Славы разжались. Зато появились другие — крепкие, нервные, но куда более ласковые.       — Где-то возгорание, давайте на выход, — отчеканил Бажен, явно с огромным трудом сдерживая желание наорать как следует на них обоих за промедление.       — Так, успокоились все, — вмешался Артур. — Я видел очаг, штора загорелась. Надо включить водянку, она сама не сработает... отключили.       Бажен сжал плечо Славы в каком-то беспомощном жесте. Злость улетучилась, вернулся осмысленный взгляд.       — Откуда?       — Там, — Артур кивнул на нишу в конце коридора и стал греметь ключами, которые схватил в последний момент. — Сука... говорил же юзать подальше от штор — дебилы нахрен... прибью.       Пока он открывал небольшую техническую дверцу, запах стал плотнее. Сирена ни на секунду не затыкалась.       Оценив обстановку и риск, Бажен потянул Славу к себе, а потом подтолкнул в сторону лестничного пролёта.       — Иди вниз!       — И оставить тебя тут с ним?! Нет уж!       — Слава!       — Горит под нами, — пробормотал Артур, вглядываясь в схему вентилей. — Бляха, коридор тоже... пиздец!       Ударив сразу по двум кнопкам, он резко захлопнул дверцу. Им на головы из маленьких красных зонтиков, ливанула холодная вода, противно пахнущая чем-то химическим.       В этот момент Слава понял, что они собрали сраное бинго.       — Пригнулись оба, как можно ниже! — приказным тоном скомандовал Бажен.       Никто не стал перечить — они рванули по лестнице, зажимая носы ладонями и пригибаясь.       На уровне второго этажа запах был не настолько плотным — там даже удалось подышать, отплёвываясь от водянки.       — Нахрен комнат десять сразу, — шипел Артур, чем-то неуловимо напоминая свою мать. — Ремонт заставлю собственноручно делать, блядь...       Все выходы уже открылись: хоть где-то система сработала нормально. Артур вылетел первым и откашлялся, согнувшись пополам. Капли дождя после душа комнатной температуры показались маленькими ледяными кинжалами. От этого резкого контраста Слава чуть не споткнулся на лестнице крыльца, но Бажен успел подхватить его за локоть.       На улице уже топтались с десяток человек — через чёрный эвакуировался персонал и парочка гостей. Все они почему-то уставились не на злого начальника, а на Бажена. С нескрываемым интересом, будто на стриптизёра в разгар шоу.       — Свяжись с охраной, — жёстко скомандовал Бажен Артуру, игнорируя давящее внимание. — Выясни, все ли смогли эвакуироваться. Кто-нибудь вызвал пожарных?       — Они на сигналку приедут… — вяло отозвался паренёк, судя по форме, официант. — Но я видел, из большого зала людей выводили, там никого не оставалось.       После этого комментария Бажен медленно развернулся к Артуру и внезапно схватил его за грудки. Настолько опасным и профессиональным движением, что Слава искренне залюбовался, прежде чем испугаться.       Все ждали, что он начнёт отчитывать Артура за нарушение требований пожарной безопасности или что-то подобное. Но…       — Если ты… ещё раз… посмеешь подвергнуть его хотя бы малейшей, минимальной опасности… — заговорил он, выглядя при этом как терминатор, перешедший в режим уничтожения. — Я тебя убью. Ты понял?       Во взгляде Артура загуляло одновременно ехидство и страх.       — Понял, товарищ майор, — смиренно согласился он, удерживая на лице насквозь фальшивую улыбку.       — С этого дня, когда он будет тебе нужен, ты будешь поднимать свою задницу и ехать к нему сам. Лично. И если я услышу хоть одно слово в его сторону, которое мне не понравится, ты очень сильно пожалеешь, Артур.       — Хорошо, Бажен Тимофеевич, я вас услышал, — покорно пролебезил Артур.       Едва ли Слава когда-либо предполагал, что увидит нечто подобное. Странным было всё: и хитрый, покорный Артур, и переполненный гневом Бажен, и дождь, и недопожар, и атмосфера, и невольные БДСМ-зрители на фоне.       Руки Бажена разжались. Он отодвинулся, ничуть не изменившись в лице и отряхнулся, будто заляпался в грязи. Затем совсем по-другому, мягко, нежно приобнял Славу за плечо и повёл его к машине.       Слава мог только шокировано стучать зубами. Комментариев у него не нашлось. Ни единого.