Глубины океана

Солнце поднялось высоко над поместьем, освещая золотыми лучами серые камни и растапливая своим теплом снег, которой превращался в прохладные ручейки, бегущие вниз по выложенным мрамором дорожкам. Драко коснулся лбом холодного стекла, он наблюдал за Офелией: она сидела под его окном на лавочке, сжимая книжку в руках, изредка поднимая голову, убеждалась, что он все еще стоит там, и снова опускала взгляд на книгу. Девушка не приходила к нему, как и он к ней, но эти переглядки перед окном, не давали им обоим забыть, что они все еще нужны друг другу. Драко впервые за всю свою жизнь чувствовал связь с домом, с предками, которые его построили, и впервые в жизни был им благодарен. Воландеморт не вернулся в поместье вместе с Офелией, насколько он знал, в доме осталось только четыре человека, включая его. Так и должно быть. Он любил их. Их всех. Мама зашла в его комнату, не стуча. Парень не оглянулся, он отошел от окна. — Милый, — Здравствуй, мама. — Как ты тут? — она подошла к нему и положила руку на его спину, Он скучал. Скучал по ней, по ее нежной улыбке, теплым рукам, ее запаху. Она наконец вернулась, и все, что он пережил, стоило того, чтобы она наконец была счастлива. Женщина выглянула в окно. — Мы решили собраться узким кругом. Ты за? — Конечно. — кивнул Драко — Позовешь Офелию на ужин? Парень замер. — Мракс? — он закашлялся — Ладно, если ты этого хочешь. — Спасибо, милый. Мама ушла. Драко накинул пальто и вышел во двор. — Не замерзла? Ты уже долго сидишь. — Книга интересна, взяла в вашей библиотеке, если ты не против. Он потянулся к предмету, но Офелия захлопнула книгу и отложила обложкой вниз, ему не удалось узнать, что она читает, но его это не сильно волновало и он сдался. Парень присел рядом с ней. — Погода сегодня хорошая. — произнесла она, чтобы разбавить тишину, — Да, неплохая. — усмехнулся он. — Боюсь, Беллатриса появиться здесь с минуту на минуту. — Не появиться, с тех пор, как вернулся отец и перевез всех заключенных в их поместье, она сюда почти не заходит. — Как ему это удалось? — в ее тоне читалось удивление и уважение — Сам не знаю, тяжело, наверное, это было заслужить, не хочу об этом думать. Что не сделаешь ради любимой женщины? Но дышать стало легче, правда? — Точно. — Я только опасаюсь, что после этого тебя тоже переведут. — Вряд ли. Отец понимает, что мы переубиваем друг друга в этом случае. — девушка улыбнулась. — Мама пригласила тебя на ужин. — Меня? Не уверена, что смогу пойти. — Соглашайся, ну же, Она вопросительно посмотрела на него. — Ради меня. Я бы хотел хотя бы один вечер провести в кругу близких. И тебе это пойдет на пользу. Как давно ты была в компании людей, не желающих тебя убить? — А ты думаешь они это не хотят? — Нет. — Хорошо, тогда я приду. — произнесла она, вставая, и направилась к дому. Он посидел там еще чуть-чуть и, окончательно замерзнув, решил вернутся назад. На обратном пути Драко зашел в библиотеку. Просмотрев все книги о темной магии, он не нашел ни одного упоминания о крестражах, хотя был уверен, что здесь должно быть хотя бы что-то, затрагивающее эту тему. Парень даже открыл потайные хранилища, но и там ничего не было. Воландеморт уничтожил то, что может быть использовано против него, во время своего пребывания в Мэноре? Если так, то нужно отрыть список всех книг и проверить, что пропало, подумал Малфой. Парень пообещал, что займется этим завтра. Подходило время ужина, он пришел раньше. Мама раскладывала тарелки на стол, застеленный белой скатертью. — Не легче поручить это эльфам? — Тот, кто идет легкими путями, упускает множество возможностей, скрытых за кочками и пенками. — ответила женщина, не отрываясь от своего дела. — Например? — Почему тебе не пришло в голову, что мне просто приятно чем-то занять руки? Парень не ответил, он взял вилки и положил их по бокам тарелок. — Думаешь, все будет хорошо? — Ну, я думаю говядина должна получиться довольно неплохой. — Мама, я же не об еде, а о том, что будет дальше. — Милый, я не знаю. Сейчас же все хорошо, да? Так наслаждайся. — женщина хихикнула Когда отец спустился, Драко выпрямил спину, отложил посуду и отошел назад на несколько шагов. — Она придет? — мужчина посмотрел на часы — Нарцисса, я не понимаю, зачем ты это начала. Мама хотела объяснить ему, но появилась Офелия и все замолкли. — Здравствуйте, — неуверенно протянула девушка, — спасибо, за приглашение. — Не за что, … Офелия. Я могу вас так звать? — уточнила женщина, — Думаю, уместнее будет «мисс Мракс», верно? — спросил Люциус — Нет, лучше по имени. Драко сел рядом с отцом, напротив Офелии. На столе появились салаты. — Очень вкусно, миссис Малфой. — похвалила Шафик, хотя она даже не попробовала, а только ковырялась в тарелке. — Это все эльфы. — Нарцисса махнула рукой и отпила вина. — В местах, где я жила раньше, эльфов не было, поэтому мне сложно к ним привыкнуть. — Как же вы обходились без них? Столько времени уходит на совершенно бесполезные занятия, а они делают все за тебя, очень удобно. — сказал отец — А вы попробуйте как-нибудь сделать что-то самостоятельно, просто ради интереса. — Офелия ухмыльнулась. Отец замолчал, он наверняка воспринял это, как упрек, но, зная Офелию, Драко мог утверждать, это был не он. Они с мамой переглянулись, она улыбнулась ему, на душе потеплело. Он перевел взгляд на Офелию. Ей было неловко, парень вытянул ногу и коснулся носа ее ботинка, она быстро взметнула на него глаза, ожидая чего-то плохого, но он попытался мысленно передать ей «успокойся». Драко бы хотел признаться родителям, что любит эту девушку, что собирается провести с ней всю жизнь, но он не мог. Интересно, что бы они сказали? Наверное, отец бы попытался его образумить: «ты не знаешь, о чем говоришь, ты не знаешь, что это за человек». Но он знал ее. Лучше всех на свете, может, даже лучше ее самой. И со всеми ее проблемами, и со всеми сложностями, Драко любил ее. Не мог не любить. Это ощущение… Все стоило того Того, чтобы эти люди сидели за столом и впервые не боялись. Они были свободны. — Драко, как твои успехи в квиддиче? Давно что-то ничего от тебя не слышно. — заметил отец — О, я бросил. — Почему? — Просто. — В этом году соревнования отменили, некоторые иногда собираются, тренируются, но на этом все. — Офелия вступила в разговор, не понимая до конца имеет ли она на это право. Драко был рад, что она не осталась в стороне. — Меня всегда этот спорт пугал, если честно. — присоединилась Нарцисса — Помню, наблюдала на скамье, как ты летаешь над полем на скоростной метле за этим маленьким мячиком и все скандируют «Быстрее! Быстрее!», а я молилась, чтобы ты чуть замедлился и был аккуратнее. Потом ты еще и Драко в это втянул и мне приходилось боятся за вас обоих. — Мужчине нужен спорт, настоящий спорт. — твердо отрезал отец, — Да, но Драко был всего лишь мальчиком, не мужчиной. — Нарцисса защищала его, ее, похоже, это сильно тревожило. — Он бы и не смог стать мужчиной без правильной закалки. — Спорт не закаляет. — все обернулись на Шафик, — Жизнь закаляет. — мрачно произнесла она, не отводя взгляда от тарелки. Никто не стал с ней спорить. К моменту, когда принесли десерт, атмосфера стала чуть менее натянутой. Наблюдая, как Офелия жадно проглатывает шоколадный пирог, забывая о правилах этикета, Драко не сдержал улыбку. Ужин кончился. Он догнал ее по пути в спальню, они зашли туда вместе. — Нужно отправиться в тот дом. — Хочешь сделать это сейчас? — Может завтра? Она задумчиво покачала головой. — Это магловский район, мы можем наткнутся на кого-то, лучше сделать это ночью. — Значит, сейчас? Офелия кивнула и натянуто улыбнулась. — Держись крепче, — он переплел их пальцы. Они рванули вперед и оказались посреди сада. Девушка обернулась на поместье, еле заметное из-за могучих деревьев. — При свете луны он особенно красив. — Придется пройтись немного, чтобы перейти антипарационный барьер. — Ладно, — Офелия, ты уверена, что там никого не будет? — У этого места не самая хорошая репутация, не думаю, что кто-то захотел бы его купить, после того, как там нашли мертвую женщину в окровавленной ванне, и расположение не самое удачное, если ты, конечно, не в бегах. Спустя минут пять ходьбы, все еще держась за руки, Малфой трансгрессировал. — Он? — Драко попытался разглядеть что-то в темноте, но видел лишь смутные очертания. Это был лес, а чуть впереди можно было заметить несколько домиков. Они приблизились к маленькому белому дому, Офелия остановилась и крепче сжала его руку. — Я не буду туда заходить. Он мягко высвободился из ее хватки. — Останешься здесь? — Да, я лучше подожду. — она отвернулась лицом к лесу. Прежде чем зайти, он наложил заклятие обнаружения. Пусто. Войдя в дом, он включил фонарик и быстро осмотрел помещение: пара разбитых окон, несколько старых надписей на стенах, два этажа, кухня, гостиная, три спальни, одна ванная. Белая, не грязная. Драко вышел и они вернулись обратно домой. Он сел на свою кровать, прислонившись спиной к изголовью, она устроилась рядом, подтянув к груди ноги и положив голову на него. Драко зарылся рукой в темные волосы и откинул их назад. Офелия была слишком тихой, его это насторожило. — Что с тобой? — мягко спросил он полушепотом — Я не знаю. Просто чувствую слишком много. — Расскажи мне, — Мне страшно, а еще я злюсь. Очень сильно, постоянно. — На кого? Она села, чтобы посмотреть на его лицо. — На Темного Лорда, на себя, … на маму, на всех и ни на кого конкретно. Во мне столько ненависти, столько злобы, но у меня нет сил, ее испытывать. У меня нет права злится, но я злюсь. Но ненависть никуда не уходит, она остаться во мне и гниет. Я боюсь того, во что она может превратить меня, я боюсь, что становлюсь его копией. Злость была во мне всегда, но сейчас, будто срок годности подошел к концу. У меня совсем не осталось на нее сил. Раньше все, что я делала было в угоду ненависти, она толкала меня вперед. Я мстила, но она меня не отпускала. Жажда мести держала меня на плаву, а когда в моей жизни появилось что-то еще, что-то большее, что-то светлое, … любовь. Я начала нуждаться в ней больше, чем в мести. — Так позволь себе испытывать ее. — Драко приложил ладонь к ее щеке. Она придвинулась к нему и очень медленно поцеловала его, будто подтверждая его слова. Он неторопливо ответил на поцелуй, сомкнул руки на ее спине, заставляя придвинуться ближе. Офелия сняла с него одежду, Драко последовал ее примеру. Парень целовал ее шею, сжимая в руке грудь. Она извивалась под его касаниями. Девушка легла на спину и он накрыл своим телом ее. Офелия была оголенная под ним, в его власти, принадлежащая ему. — Я доверяю тебе. Больше, чем себе, больше, чем кому либо. — сказала она, прежде чем снова поцеловать его. Драко заполнил ее собой. Она простонала ему в шею, не опуская руки, обнимающие его спину. Он приподнялся чтобы встретится с ее открытым взглядом. Драко начал двигаться медленно, размеренно, будто у них в запасе была еще целая вечность, предназначенная только им двоим. Она обвила его ногами. — Я люблю тебя, Драко. — по ее щеке скатилась слеза, — Я знаю. — выдохнул он и стер каплю с розовеющей кожи. Он действительно знал, всегда знал. Даже, когда она это не показывала, когда не могла сказать, когда злилась и когда плакала, она любила его. Не потому что чувствовала себя обязанной любить в ответ, а потому что сама любила. Парень запомнит это момент навсегда, оставит в вечности. Драко заполучил ее ранимую, слабую и хрупкую. Он собирался сохранить ее для себя. Офелия начала дрожать и сжиматься, прикрывая глаза, но не закрывая их. Драко сделал несколько толчков и по его телу разлилось наслаждение, он опустился на нее. Они перевернулись на бок, смотря друг другу в глаза. — Спасибо. — За что? — он легонько улыбнулся — За все. Просто потому что ты есть. Драко поцеловал ее в лоб, притягивая все ближе, хотя казалось, ближе уже некуда. Они так и уснули. Все утро Драко провел в библиотеке, занимаясь подсчетом, поиском и изучением книг. Его догадки оказались верны: все записи, в которых могла быть информация о крестражах исчезла, также вместе с ними пропала теория о магическом отпечатке, душе волшебника, философском камне, дарах смерти и пророчествах. Он прижал пальцы к переносице, пытаясь понять, что делать дальше. Малфой мог бы отправиться в общественную библиотеку в Косом переулке, но это было слишком рискованно, учитывая, что работников сразу насторожат его выбор литературы, если он вообще что-то там найдет, ведь вполне Темный Лорд мог изъять книги и оттуда. Драко даже восхитился дотошностью Тома Реддла к деталям, впервые он видел человека настолько сильно вцепившегося в жизнь. Это заставило еще больше возненавидеть его. Чертов параноик продумал все. С другой стороны, теперь они могли точно знать, какая информация имеет значение и, если Драко сможет отрыть где-то эти записи, у них появится хоть какое-то преимущество.

***

Девочка бросает розовый рюкзак в сторону и запирает дверь на все замки, как учила мама. — Привет, солнышко, — женщина появляется в коридоре — мне нужно поговорить с тобой, ладно? Ее тон мягок, она спокойна. Золотистые волосы завязаны в тугой хвост, одежда чистая и выглаженная, пальцы сплетены друг с другом, осанка натянута ровная. Офелия замечает, что в доме прибрано. Они садятся за круглый стол на кухне из светлого дерева. Девочка ждет, пока Вероника начнет, пауза длиться довольно долго. Женщина несколько раз открывает рот и немного поддается вперед, но слова будто отказываются выходить из ее рта, она тяжело вздыхает и откашливается. — Я должна тебе в кое-чем признаться: я врала тебе. — Вероника дергается, как бы приводя себя в чувства — То есть, наверное лучше начать с другого. Прости, я не знаю, как тебе лучше это преподнести. Ладно. Это правда, у меня был парень в школе много лет назад Карл, но он не твой отец. — Как это? — Офелия поднимает брови, ее охватывает нарастающая злость — Прошу, солнышко, все вопросы потом. Мне нужно, чтобы ты выслушала меня очень внимательно, молча, иначе я собьюсь и не смогу рассказать все, как должна. Я любила его, но это история не о нем. После школы я вступила в Орден Феникса — это группировка, которая создана для борьбы с Вола… — ее голос дрогнул — с Темным Лордом. Этот человек начал магическую войну, он хочет поработить всех маглов, он убийца. Он монстр. Когда я пошла на задание, мы проиграли в бою и меня взяли в плен. Именно в этот момент Темному Лорду пришла идея о том, чтобы произвести на свет наследника. Женщина замолчала. Понимание начало потихоньку пробираться в сознание Офелии, но она отмахнулась от него, надеясь, что мама сейчас приведет ее к другому финалу. — Он выбрал меня в качестве матери. И… и через какое-то время на свет появилась ты… Ужас пробежал по телу девочки, она сжалась руками в стол. Офелия хотела закричать, но мама приказала ей слушать и молчать, так что она приросла к стулу и не двигалась, изображая из себя статую. — В один день он ушел и больше не вернулся. Начался хаос и мне удалось сбежать. Поэтому мы жили так изолированно, мы прятались от всех. Если бы волшебники нашли бы нас, они бы отобрали тебя у меня. Им нельзя доверять, понимаешь? Никому нельзя. Если бы они узнали, чья ты дочь, кто ты, они бы… они… Это опасно. Мама заплакала. Офелия видела ее слезы много раз, но этот отличался от других: она плакала очень тихо, изредка поднимая взгляд на дочь. В горле появился ком и она сжала кулачки под столом. — Мне жаль… — всхлипнула женщина Через несколько минут девочка поняла, что Вероника плачет не из-за себя, а из-за нее. Это длилось долго. Офелия принесла ей стакан воды, мать поднесла его ко рту дрожащими руками, выпила его залпом и вскоре почти успокоилась. — Мне очень жаль, солнышко. Я не хотела для тебя такой жизни. Я не всегда смогу быть рядом, мир очень жестокое место, поэтому ты должна научиться защищать себя самостоятельно. Когда-нибудь они узнают правду и ты должна будешь сохранить свет. Свет — это то, за что стоит бороться. Они попытаются изменить, сломать тебя, но помни, кто ты на самом деле. Будь сильной и тебе удастся победить тьму. Ты обязана победить тьму. Помни обо мне и я буду помогать тебе справляться… Не забывай обо мне, ты обещаешь? — Обещаю. — Что бы не случилось, не поддавайся тьме. Борись с этим, чего бы это не стоило. — Я обещаю. Мама крепко обняла ее. — Спасибо, Офелия. Много из того, что было сказано, еще не обрело смысл для девочки. Она не понимала, зачем ей давать эти обещания. Но кое что она усвоила хорошо — Темный Лорд был воплощением тьмы и он был ее отцом. Новое клеймо выжгли на коже маленькой девочки. Злость разлилась по ее телу. Внутри что-то щелкнуло, будто открывая запертую дверь и, сама того не осознавая, Офелия впустила в свою жизнь, вшила в свою судьбу Воландеморта. Не смотря на то, что на не знала о его существовании до этой минуты, он вклинился в каждый ее день, напоминая о себе каждый миг, так, что Офелия уже не представляла себя без него. Раньше девочка смотрела в зеркало и видела глаза матери и черты отца, которого так желала узнать, теперь же, смотря на себя, она видела человека, чью судьбу сломали, и того, кто это сделал. Ее лицо не давало ей забыть о Темном Лорде и о том, что он сотворил. Он стал ее заклятым врагом.

***

Офелия дернулась. Внизу были какие-то крики, шум. Она схватила палочку и спустилась в гостиную. Первого, кого она увидела была Белатрисса, позади нее стоял Драко, его взгляд был направлен в пол, он глубоко погрузился в свое сознание, слева от него находились несколько егерей. Следом за ней в комнате оказались Нарцисса и Люциус Малфой. — Ну же, Драко, подойди. — произнесла тетка сладким тоном. Наконец она опустила глаза ниже. Офелия была в ужасе. Ей показалось, что все ее тело превратилось в тяжелую глыбу льда. Рон. Гермиона. И Гарри. Видимо, на нем было наложено жалящее заклятие, так что лицо исказилось и стало почти неузнаваемым. Лейстрендж подвела Драко вплотную к Поттеру. — Скажи, это ведь он, да? Он метнул взгляд на девушку. На самом деле, ему не нужно было даже смотреть на Гарри, чтобы убедиться, что это он. Она начала перебирать идеи в голове, чтобы понять, как им выбраться из этой ситуации. Но мысли хаотично метались в ее голове, не давая нужных ответов. Они обречены. — Нет. Твердый ответ Драко вырвал ее из размышлений. — Ты… ты уверен? Посмотри получше, Драко. Ты знаешь, как Темный Лорд отблагодарит нас, когда мы предоставим мальчишку прямо в его руки? — Это же мы нашли его! — крикнул один из егерей, но Белатрисса пропустила его замечание мимо ушей. Вот оно. Мужчина, рывшийся в сумке Гермионы, достал оттуда меч. Офелия взметнула вверх палочку и заклинание ударило в егеря, привлекая внимание Лейстрендж. Женщина вскрикнула от удивления и послала в него еще несколько заклинаний. — Девчонка… — прошипела женщина — Отведите их в камеру. К тому, времени, как я разберусь с ней, с лица мальчишки уже сойдет проклятие. Драко связал парней заклинанием и направился к лестнице. Женщина повалила Гермиону на пол, пытая Круциатусом. Весь дом, ранее прибывавший в почти могильной тишине, озарил истошный крик. Офелия крепче сжала палочку в руке, попыталась отвернуться от происходящего и направиться вслед за Драко. Он закрыл темницу. Офелия протянула ему руку и почти дотянулась, если бы не услышала голос. — Драко, — тон Нарциссы был на удивление мягким, но взволнованным — нужно поговорить. И… ты тоже мне нужна. Женщина привела их в другой просторный зал и закрыла за ними дверь. Люциус, сидевший на кресле, увидев их, резко поднялся и потер лицо, заросшее щетиной. — Драко, ты знаешь… я потеряла сестру…. Она начала издалека, очень медленно и неуверенно. Офелия занервничала, она думала о Гермионе внизу, чей крик в этой часте здания не был слышен, но все еще отражался в ее сознании. — Нарцисса, зачем все это? — Наверное, мужчина тоже не понимал, что происходит Девушка почувствовала себя, будто подслушивает чужой личный разговор, и отступила несколько шагов назад. Драко наблюдал за матерью, его вращение лица было нечитаемым, казалось, но понял что-то, что она была не в состоянии. — Я потеряла сестру из-за этой войны. — ее голос дрожал, — Я не хочу потерять еще и сына. — О чем ты? — продолжал мужчина — Драко, вам нужно уходить. — твердо произнесла женщина, она повернулась к мужу — Мы с тобой сделали много ошибок, любимый, мы больше не можем претворяться, что сможем это преодолеть. — Все же хорошо. Тебе не нравились заключенные — я от них избавился, не нравились чужие в доме — они ушли. Я сделал все, чтобы ты была счастлива. Я не понимаю. — Мне нужна свободы для счастья, — она положила ладонь на его щеку — мне нужно не бояться за тебя и за сына. Я больше не хочу жить так. — Нарцисса, — взгляд Люциуса был прикован к Офелии, прижавшийся к серой стене — мы обсудим это позже. Девушка уже собиралась что-то ответить, но как только она открыла рот, ее опередил снисходительный тон женщины. — Любимый, думаю, нам можно не остерегаться на ее счет. — Почему? В ответ она слабо улыбнулась ему и посмотрела на сына. — Я не понимаю… — Он еще раз бегло осмотрел всех присутствующих. — Драко… и… Его жена подняла брови и медленно качнула головой. — Драко, ты не понимаешь, с кем связываешься. — в его словах просачивалась нарастающая паника — Отец, — жестко произнес он — не лезь в это. — Сейчас совсем не об этом речь, милый, вам нужно уходить, и как можно скорее. — Мама, ты можешь быть свободна, нам есть, куда идти. Есть место, где он нас не найдет. — парень подошел к ней — Драко… — Там всем хватит места. Мы переждем какое-то время и найдем что-то получше. — Драко, я не буду скитаться по чьим-то домам, в поисках укрытия. — Да, он не соответствует твоим привычкам, но это только на первое время, потом… — Я не буду никуда убегать. — Но почему? Это же самоубийство. — спросил он умоляющим тоном — Это мой дом. Это место, где я вышла замуж, где я родила и вырастила сына, где я любила, здесь я прожила почти всю свою жизнь. — Но… но… — Мое место здесь. И я не уйду. Я готова столкнуться с тем, что мне уготовано лицом к лицу. Примкнуть к Пожирателям смерти была нашим с отцом решением. Мы ошиблись, мы поставили на неправильные убеждения. Но ты в этом не виноват, я не могу позволить тебе разрушать свою жизнь из-за наших ошибок. У нас было право выбора, я даю его тебе, сынок. Если мы сбежим вместе с тобой, это будет означать, что ты будешь нести ответственность за нас, бояться, а так не должно быть, я не хочу сковывать тебя, сынок. Ты больше не будешь спасать нас. Прости меня. — Тебе не за что извиняться, мама. — Прости меня за все. Бегите отсюда, пока можете. Вы ведь еще дети… — она снова посмотрела на Люциуса, он был очень бледен, почти сливался со стеной — Мы бы не смогли продержаться вечно. Всему приходит конец. Пришло время расплатиться за свои решения. Мы слишком долго обманывали себя. — Нарцисса перевела взгляд на Офелию, — Береги моего сына. — она обняла Драко — Я люблю тебя, мой мальчик. — И я… и я тебя люблю. Пока мать тихо всхлипывала на его плече, Драко казался невозмутимым, он надел на свое лицо ледяную маску, будто превратился в статую из мрамора, сродни тем, что стоят в саду. Однако Офелия даже боялась представить, что твориться в его душе. Наконец они выпустились из объятий друг друга и парень побрел к отцу. Он протянул ему руку, но вместо того, чтобы пожать ее, мужчина притянул его к себе за плечи. — Мне жаль. Мне так жаль, папа. — прошептал он. Но отец не смог ничего ему ответить, он лишь прижал сына ближе к себе. — Идите. — кивнул мужчина Офелия направилась к выходу. Ей хотелось что-то сказать, поблагодарить их, извиниться, но она будто потеряла голос, она бы пожелала раствориться и не быть здесь. — Я люблю вас. — сказал Драко перед тем, как покинуть комнату. Возможно, ей надо было как-то утешить его, выделить на это минутку, но в ее голове тикали часы. Она включила расчетливую часть своего мозга и отложила эмоции в долгий ящик. Офелия понеслась в свою комнату и, забрав оттуда все необходимое вернулась в гостиную, где на полу все еще лежала Гермиона. Она испугалась, что девушка умерла, что они не успели, но это прошло, когда она услышала, что ее тихий плач. Мракс вытащила палочку из кобуры, готовясь к бою. — Освободи мальчиков. — прошептала она, — Прекрати. — холодно сказала Беллатрисе — Что? — Ты слышала. Хватит. — Смеешь указывать мне? — женщина отпрянула от Гермионы и направилась к ней, — Думаешь, имеешь на это право? — Думаю, да. Ты слишком много себе позволяешь. — ее слова сочились злостью, казалось, она собирается убить ведьму. Грейнджер осталась лежать на полу, ее силы покинули ее. Это усложняет ситуацию. Она должна узнать ее по голосу, понять, что ей нужно бежать. Офелия услышала, как Драко поднимается по лестнице. — Ты забыла: ты всего лишь ученица Темного Лорда, а я его дочь. — не дав Беллатрисе ответить, она послала в нее заклинание и палочка волшебницы с треском ударилась о каменный пол. Драко послал еще несколько заклинаний, она смогла отскочить от некоторых, но одно все же попало в нее и она отлетела назад. Офелия отливитировала тело Гермионы к себе и схватила руку парня. — Ты безумная тварь, недостроенная жизни. — Мракс не удержалась от оскорбления — Я убью тебя… — крикнула женщина, кидая в девушку кинжал. В этот момент Драко трансгрессировал их к антиппарационному барьеру. Девушка ощупала свое тело, раздумывая над тем, где оказалось брошенное оружие. Они услышали болезненный стон и как что-то тяжелое упало на траву. Это был Рон. Офелия метнулась к нему, желая помочь. Кинжал пронзил его бок. Навыки девушки в целительстве были ничтожны, она прикоснулась к его окровавленному животу, но тут же отдернула руки. — Что делать? — она оглянулась Гарри стоял в стороне, в ужасе наблюдая за происходящим, Гермиона, похоже, упала в обморок. — Если оставить клинок там, то он перережет все его внутренности при аппарации, но если вытащить его, есть вероятность, что Уизли истечет кровью. У нас нет времени лечить его. Он опустился рядом с ней на колени и резко выдернул кинжал из тела Рона. Оглушительный крик заполнил весь лес и вернулся к ним в виде эхо. Тело Офелии пронзила дрожь и она прижала ладонь ко рту, пытаясь успокоиться и оставив на щеке кровавые отпечатки. Драко же оставил при себе холодный рассудок, он орудовал палочкой с удивительной точностью, ни один мускул на его лице не дрожал. Парень призвал бинты и обмотал ими Рона, который сильно побледнел и, казалось, скоро потеряет сознание. — Перенеси Грейнджер, я займусь им. Офелия коротко кивнула. Когда она пересекли барьер, снова взялись за руки, но Гарри остался в стороне. — Поттер, живее, — рявкнул на него Драко. Гарри огляделся и, сжав левый кулак, накрыл правой ладонью их руки. Они рывком перенеслись в другую часть Лондона. — У тебя есть кровоостанавливающее зелье? — парень снова склонился над Уизли Она быстро качнула головой и начала рыться в своей сумке. Он выхватил ее из ее рук и, взмахнув палочкой, призвал пузырек, который ловко поймал. Драко вылил жидкость на рану, и они вместе завороженно наблюдали, как дыра в теле друга затягивается. Рон кричал от боли, Офелия додумалась наложить на них заглушающее заклинание. От ее сердце отлегло, когда он начал кричать. Если он кричит — значит еще жив. Со временем крики затихли, парень без сил прикрыл веки, его дыхание почти выровнялось. Резко Офелия вспомнила про Гермиону, все еще лежавшую без сознания, она влила ей в рот укрепляющий раствор, которым сама часто пользовалась после пыток. Девушка проснулась. Она попыталась что сказать, но ее голос пропал, видимо, девушка не понимала, что происходит, забыв последние несколько часов. Все ее тело было мокрым от пота и дрожало. Гермиона оставила идею разобраться в происходящем и, кажется, заснула. — Нужно идти в дом. — сказал Драко уставшим голосом, он встал и отряхнулся, — Что вы задумали? — вдруг спросил Гарри — Вы переждете в убежище какое-то время, пока будете восстанавливаться. — Мы не куда с вами не пойдем. — Гарри, у вас нет выбора. — мягко сказала Офелия и сделала несколько шагов к нему навстречу, но на полпути остановилась. — Я. Никуда. С тобой. Не. Пойду. Она услышала, как Драко встал позади нее. — Я понимаю, как это все для тебя выглядит: по-твоему я постоянно врала тебе; но, поверь, для меня это было взаправду. Я всегда хотела только лишь помочь тебе. — Не поверю не единому твоему слову. — Она спасла тебя, придурок. — парень обошел ее и приблизился к нему. — Мы спасли вас, Гарри. — А спасли, ли? — Ты хоть знаешь, чего нам это стоило? — Драко сверлил его взглядом — Чего? Вас не заботит ничего, кроме собственной выгоды. Вы прогнившие, злобные люди. В этот момент будто прорвалась плотина и ярость вылилась на них обоих. Драко накинулся на Гарри. Все происходило так быстро, что вряд ли кто-то успел сообразить, что происходит. Она никогда не видела Драко таким, за одну минуту его лицо исказилось, а взгляд стал убийственно холодным. Офелия почти чувствовала боль от его ударов. Злость придала ему нечеловеческую силу и с каждым новым замахом все разрасталась, не собираясь заканчиваться. Ее было слишком много. Драко не мог с ней справиться, он передавал ее Гарри, но парень, прижатый к мокрой земле, не мог ему ответить, он был изнеможен, наверняка, сильно голоден. Наверное, Драко бы мог убить его. Отравленный эмоциями и задушенный вулканической яростью Драко Малфой не собирался останавливаться. Он бы хотел закончить свое дело до конца. Офелия присела рядом и попыталась коснуться его, но Драко случайно ударил ее, задев локтем. Она не оставила попыток и каким-то образом обхватила его запястье, парень попытался откинуть ее, но она вцепилась в него и не отпускала. Он остановился, его взгляд отравлял. Офелия положила ладони на его лицо. — Прошу, прекрати, Драко. — прошептала девушка. Она гладила большими пальцами его скулы, пытаясь добраться до него и утешить. Постепенно шторм в его радужках сменялся туманом и он таял под теплом ее рук. Когда парень полностью обмяк, она приподнялась и поцеловала его в лоб, разглаживая морщинки. — Я со всем разберусь. Ты должен отдохнуть. Он придвинул ее к себе, не желая отпускать, но она медленно высвободилась из его хватки. Его взгляд был собственническим, он был смесью между сильнейшей злостью и детской уязвимостью. Офелия наколдовала пару носилок и положила на них Рона и Гермиону. Им повезло, что была уже ночь, иначе бы их увидели соседи. Она направилась к дому, но дойдя до входа, остановилась. Он выглядел иначе. В ее воспоминаниях дом и так был небольшим, но сейчас стал еще меньше, а еще грязнее, белая краска потрескалась и почти слезла с фасада здания. У нее перехватило дыхание, девушка не хотела туда идти. Ей оставалось все лишь повернуть ручку двери сделать шаг вперед, но она не могла это сделать, предпочтительнее было вернуться в Мэнор. Ей потребовались усилия, чтобы наконец ступить за порог. Призраки обрушились на нее. Она чуть не выронила палочку, когда увидела, как дом выглядел изнутри: бедная грязная лачуга. Возможно, раньше тут было приятнее. Она удивилась тому, что почти не помнила, каким он был. То что она постоянно прокручивала в памяти разительно отличалось от действительности. Ее мозг улучшил, облагородил и залатал старые воспоминания. Ему уже нельзя доверять. Офелия оставила ребят в прихожей и поднялась по лестнице. Сначала она вошла в свою комнату. Матрас все еще был на месте. Она быстро очистила спальню магией и достала из сумки подушки и комплект постельного белья. В маминой комнате, кажется, ничего не помялось, она сделал там тоже самое и спустилась. Рона Офелия положила в свою кровать, а Гермиону — в мамину, дала им обоим снотворное. Вернувшись за мальчиками, она обнаружила их обоих, сидящих на земле и уткнувшихся взглядом в свои ноги. Девушка опустилась на корточки рядом и положила ладонь на предплечье Гарри. Он не дернулся и не откинул руку, но глаза не поднял. — Я отведу тебя, ладно? Они поднялись и Офелия положила его руку на свои плечи. Он прихрамывая дошел до гостиной и сел на диван. — Что с твоей ногой? Он промолчал. — Я все равно не сильна в лечебной магии, поэтому тебе придется самому. Офелия протянула ему свою палочку, Гарри принял ее и пробормотал заклинание. Послышался тихий хруст, он сморщился и отдал ей палочку обратно. Девушка взяла ее и вручила ему пару склянок взамен. — Это мазь от внешних повреждений и снотворное зелье, если понадобиться. Я бы помогла тебе, но, думаю, ты не позволишь мне лечить себя. Офелия уже отошла назад, но оглянулась. — Я… я рада, что встретила вас. Я скучала. Выйдя в коридор, ее глаза уткнулись в стену, на которой краской из баллончика была нарисована звезда в круге, а над ней «Добро пожаловать в ад». Офелия простояла несколько минут, не отводя глаз от испорченных обоев и прикусив губу, так сильно, как только могла. Девушка нашла на кухне ведро и тряпку и принялась оттирать давно засохшую краску, которая почти ей не поддавалась. — Свиньи — услышала она разозленный голос за спиной — те, кто это сделал. Я хотел вернутся сюда без тебя и навести тут порядок, чтобы ты этого не видела, но я не ожидал, что нам придется бежать так скоро. Прости. — Ничего, Драко, ты не виноват. Это дети развлекались. — ответила Офелия, не поворачивая на него головы — Поднимись и найди самую левую дверь. Я пока не успела там убраться, к сожалению. Ты устал, сегодня был очень тяжелый день, тебе нужно поспать. У меня в сумке есть зелья, возьми что-нибудь, если тебе нужно. — А ты? — Я закончу с этим и, наверное, поднимусь к тебе, если не найду еще какое-нибудь дело. Вряд ли смогу сегодня уснуть. Он подошел к ней и, обняв за талию, притянул к себе. — Нам обоим нужен отдых. Идем, прошу. — прошептал Драко ей на ухо — Мне нудно отмыть это, нельзя, чтобы кто-нибудь это увидел. Когда поднимется солнце дом, станет еще более жутким, а если будут еще и эти… каракули… — Я помогу, — он попытался забрать тряпку из ее рук, но она не поддалась. — Я сама. Я хочу сделать это сама. Драко кивнул, собираясь уходить, но раздался болезненный крик, заставивший его остановиться. Он направился туда, откуда исходил звук, в гостиную. Ей показалось, что ее голова вот-вот разорвется, внутри образовалось сильное давление, будто что-то материализовалось прямо в затылке, она чувствовала оглушительные удары прямо изнутри. От резкой боли она стукнулась зубами и упала на колени, схватившись за голову. Зрение помутнело. Кто-то коснулся ее плеча, но это касание обожгло ее и она откинула руку. Змея на шее плавила ее кожу и душила ее. Где-то раздавался голос Драко, девушка не смогла разобрать, что он говорит. Ее глаза были открыты, но перед ними стояла только серая пелена, она увидела очертания лица парня, склонившегося над ней. В момент что-то щелкнуло и пелена сменилась ослепляющим красным светом. Офелия подумала, что это кровь затекла в ее глаза, но со временем поняла, что ошиблась. Это был огонь. Она чувствовала его жар и нехватку кислорода, Офелия начала задыхаться. Ей казалась, что она сгорает заживо. Но девушка была не в эпицентре пожара, она стояла и издалека наблюдала за пламенем. Что-то горело, что-то очень важное. Ей нужно понять что-то. От этого зависит ее жизнь. Нет. Не ее. Ее будто тащили куда-то, будто она сопротивлялась порыву ветра, но стоило ей поддаться, как боль немного ослабевала. Однако Офелии нужно было бороться. Девушка не помнила зачем, но это мысль глубоко засела в ней. Она отображала всю суть. Офелия с трудом стояла на своем, не позволяя взять вверх над ее разумом, и спустя какое-то время боль прекратилась так же внезапно, как и появилась. Это было, как снова обрести способность дышать. Офелия оказалась у Драко на руках, он сидел на полу, прижимая ее к себе. Парень не сразу понял, что она пришла в себя, все еще обеспокоено изучая ее. Ее кулаки были сильно сжаты, так что на ладонях остались царапины от ногтей. Пряди прилипли к лицу, а вся кожа оказалась покрытой холодным потом и мурашками. — Драко, — она откашлялась, поперек горла встал ком. — Мэнор сгорел.