Нет покоя нечестивым

Шестнадцатого числа, утром понедельника все собирались за столом Райвенкло в уже привычной рутине. Найтмер потягивал кофе, скрывая улыбку чашкой, наблюдая, как Нотт клюет носом и дергается на каждый резкий звук. Черные пятна выдавали, насколько беспокойными для него были несколько последних ночей. Король с нетерпением ждал, когда у него начнутся галлюцинации. Очень любопытно, как волшебники справляются с безумием без психотерапии и таблеток. Его отвлекло появление троих из Гриффиндора. Киллер уже не привлекал так много внимания, расхаживая в юбке. Можно смело утверждать, что скоро он откажется от такого простого способа взволновать окружающих. Найтмер с легким раздражением вспоминает времена, когда взбалмошный убийца отказывался выходить на поле боя в чем-то, кроме откровенного косплея. В некотором смысле, это хорошо работало на отвлечение. Дрим и Блю не могли прекратить говорить о том, насколько беспечен Киллер к своей скромности, только подпитывая этим его странные идеи. Пока смертные не поймут, что надо просто не обращать внимание, Киллер не прекратит связываться с ними. Что необычно, так это идущие вместе с ними остальные братья Уизли. Не случилось ли чего? Но в эмоциях доминировали предвкушение и радость, так что это не может быть чем-то плохим. — С днем рождения, Гермиона! — воскликнули близнецы, обнимая Даста с обеих сторон и роняя ему на колени цветастый пакет. Тот даже не дернулся, когда его зажали в любовных тисках. — Представляете! Банни даже не подумал сообщить нам, что ему исполняется двенадцать! — праведному возмущению Киллера нет предела. Он хватается за сердце и в расстроенных чувствах падает на колени Хоррора. — Как я должен готовить сюрприз в таких условиях? А подарок?! — С днем рождения, — поздравил Перси, терпеливо выждав бесконечные шутливые поздравления Фреда и Джорджа, чтобы также обнять приемную сестру и вручить ей подарок. Книгу, как и ожидалось. — Лучше бы ты ему сказал. Он не перестанет ныть, — пожаловался Кросс, садясь от Киллера как можно дальше. — Это мой единственный шанс избежать дурацкого сюрприза, — полушепотом отозвался Даст, не желая оказаться на другом конце спора о том, что сюрпризы Киллера не дурацкие. — С днем рождения, — последним поздравил Рон, протянув ему небольшую коробочку. — Это ароматические палочки. Знаешь, от запаха пыли, — он неловко махнул рукой, указывая на то, что за Даста постоянно все цепляется, каким бы чистоплотным он ни был. — Отлично, прямо сейчас говорите мне, когда у вас дни рождения! — вскочив, потребовал Киллер, готовя ручку и тетрадь. — У Кросса — 30-го июля и 10-го октября. У Найтмера — 31-го июля и 21-го декабря. У Даста — 16-го сентября и 10-го февраля. У меня — 10-го и 5-го мая. У Хоррора — 4-го августа и… — 23-го июня, — ответил за него Найтмер. — Почему у вас по два дня рождения? — не понял Рон, полностью погрузившись в загадку. — У тебя их тоже будет два, когда переживешь собственную смерть, — пожал плечами Киллер. — Когда ты родился? — Эээ, 1-го марта, — растерянно ответил Рон, переводя взгляд с одного друга на другого, но не получая лучшего ответа. — Остался только Эррор, — Киллер задумчиво обернулся на стол преподавателей, где весьма заметно отсутствовал некий профессор астрономии. — Я отлучусь ненадолго, — сказал тот и вылетел из большого зала. Группа только покачала головами. Даже Рон уже знал, что ему достанется за такую выходку. День рождения Эррора совпал со старым — 4-го апреля.

***

Скоро рутина затянула. Не успели они оглянуться, как Хэллоуин приблизился к порогу. И все же есть, что рассказать о минувших днях. Найтмер столкнулся с препятствием в плане замучить Нотта кошмарами, когда ребенок начал получать от мадам Помфри зелье сна без сновидений. Каким-то чудесным образом это зелье отрезало человека от подсознания, тем самым не позволяя ни ему, ни Найтмеру связываться со смертным, пока тот спит. Король Кошмаров никогда не сталкивался с подобной мерой защиты от ментальной магии, и сейчас искал способы обойти ее. Пусть он и заинтригован, его эго не позволяет просто терпеть. В то же время Найтмер и Кросс работают с Хагридом и Кеттлберном над аргументами для пребывания Пушка на территории школы для слушанья в министерстве. Профессор УЗМС был крайне заинтригован и восторжен от перспективы работы с таким уникальным зверем, как цербер. Его десятилетия работы с волшебными созданиями и собственные столкновения с министерством магии оказались весьма информативны для прецедентов, однако из-за судимостей отправлять Кеттлберна в качестве адвоката не представляется возможным. Хагрид, как следующий претендент на эту роль, также негоден, поскольку недостаточно образован и собран. К счастью, закон разрешает выбрать представителя интересов из чистокровных, пусть он и несовершеннолетний. Найтмер отпадает по причине, что не воспитывался в магическом обществе и к нему не отнесутся серьезно, пусть он и мальчик-который-выжил. Остается Кросс. Трио времени убийств и Рон часто навещают Пушка, чтобы составить компанию и убедиться, что пес правильно питается. Иногда они приходят с Хагридом, чтобы избежать проблем, но чаще действуют сами по себе. Рон привыкает нарушать правила там, где никто не обращает внимания и все меньше переживет из-за этого. Даст и Киллер учат его собачьему языку. Младший Уизли впитывает все, как губка. У него явный лингвистический талант. Клуб кулинарии был закончен и начал работу в начале октября. Хоррору, как основателю, дана возможность устанавливать основные правила. Первое, никогда не выбрасывать еду, сначала осталось незамеченным, пока Хоррор не начал запугивать тех, кто собирался выкинуть свои не самые презентабельные попытки. Второе, никакой магии на кухне, отпугнуло чистокровных и полукровок, привыкших облегчать себе жизнь дома, а также маглорожденных старшекурсников, отвыкших от тяжелой работы. В целом, к концу октября в клубе осталось всего одиннадцать человек, из которых лишь один мальчик, да и только из-за того, что его родители повара. Хоррор не расстраивался из-за непопулярности. Его устраивала дружеская атмосфера и энтузиазм оставшихся детей. А детям нравилось, что они могут приглашать друзей пробовать свою еду. Самой большой проблемой для стабильной работы клуба стали не ремонт и привлечение участников, а нежелание домовых эльфов организовывать поставки ингредиентов. Сначала они полностью отказались сотрудничать, затем перекрыли доступ к складам под предлогом защиты от воровства. Их заимствованная магия позволяла строить такие барьеры. Самое неприятное, что эти карлики не боятся смерти и телесных наказаний, а потому угрожать им бессмысленно. Следом пошли жалобы МакГонагалл на препятствие реализации досуга от дюжины недовольных и расстроенных детей, что, в свою очередь, дошло до директора. Только когда Дамблдор напрямую дал приказ эльфам, клуб хоть как-то заработал. Но и тут не обошлось без проблем, поскольку поставляемые продукты были не первой свежести. Сьюзан Боунс, наученная у своей тети, во всеуслышание заявила, что домовые пытаются отравить их, и только после этого запросы Хоррора начали исполняться корректно. Не забыли и отметить старый день рождения Кросса, который, на удивление, прошел мирно. Хоррор приготовил шоколадный торт. Обошлись чисто символическими подарками в виде упаковок конфет. Только Киллер отличился, втюхав ему томик хентай-манги в самой отвратительной кричащей обложке. Кросс, конечно, любит аниме, и часть его тоскует по Эпику и его дурацким шуткам, но не настолько. Хуже всего, что ему пришлось извиваться под дружное хихиканье остальных, чтобы Рон ничего не увидел. Не стоит одиннадцатилетнему знакомиться со взрослой сферой удовольствий через извращенское творчество японцев. И вот, в преддверии хэллоуина Киллер внезапно осознал, насколько Хогвартс скуп на развлечение и досуг молодежи. С таким обилием пубертатной энергии в школе должны регулярно проходить мероприятия, дающие детям небольшую передышку от школьной рутины. Но все, что может предложить Хогвартс — это шесть матчей по квиддичу в учебном году. И будем честны, местные клубы тоже не помогают. Половина из них связана с учебой, а другая — кружки по интересам, где дети просто общаются. Что касается активного отдыха, есть только сборные команды по квиддичу, но в каждую из них не проходит больше семи человек со всего факультета. Они даже не тренируют игроков на замену! Что еще хуже, из творческих кружков доступны только хор и рисование, и только у первого есть профессиональное руководство в лице Флитвика. Два месяца спустя, когда новизна волшебной школы отошла на второй план, а основная занятость в виде ремонта себя исчерпала, Киллер начинает скучать. А от скуки, как известно, дуреют. Он достаточно промотал себе и окружающим нервы в поместье Малфоев, пытаясь найти, чем себя развлечь. В прошлой жизни Найтмер никогда не оставлял Киллера наедине с собой слишком надолго, придумывая сложные задания или насильно записывая на новые кружки, чтобы лучше внедряться в АВ и унять жажду новых впечатлений. Казалось бы, волшебная школа должна дарить незабываемый опыт, но увы. В своей сути Хогвартс еще более скуп на разнообразие, чем магловская школа. Итак, за несколько дней до тридцать первого октября Киллер решил, что если и не на вечеринку, разрешение на конкурс костюмов он получит. Начал он пропаганду с кулинарного клуба, оттуда переехал в гостиную гриффиндора, где его идею многие поддержали. На следующий день Киллер встал на стул, происхождение коего неизвестно, перед большим залом и со всей свойственной ему харизмой объявил о общем голосовании в пользу разрешения в хэллоуин надеть костюмы вместо формы. Хотя не все были довольны его подходом, Дамблдору идея понравилась, так что Киллер ушел победителем. Это был еще один вклад в борьбу со школьной формой. Тем не менее короткие сроки не позволили никому приготовить какие-то роскошные костюмы. Тридцать первого октября многие довольствовались гримом, масками и украшениями на голову. Некоторые более творческие смогли поколдовать над повседневной одеждой, чтобы придать ей необычный вид. Особенно отличились несколько конкурентоспособных чистокровных, успевших получить костюмы из дома. Даже парочка профессоров с удовольствием приняли участие в переодевании. Но не обошлось и без очередного скандала из-за отсутствия у Киллера чувства меры и приличий. Оделся этот умник особенно — в пожирателя смерти, распугивая детей, носясь по коридорам с маниакальным смехом, чем и схлопотал очередное задержание. Бежал он, к слову, от праведного гнева Кросса, которому нерадивый сообщник наколдовал собачьи уши и хвост. Горе солдата усугублялось тем, что остальные не хотели или не могли развеять это колдовство. Даст и Хоррор, которым достались кроличьи и петушиные атрибуты наблюдали из своего угла с тихим ликованием. Рона также не пожалели, частично трансфигурировав в ласку. Найтмер, единственный незатронутый, предпочел одежду, более подходящую его истинному статусу. Он может позволить Киллеру многое, но не подрывать свой авторитет в глазах смертных жалкими розыгрышами. В целом, день пронесся быстро и весело для обитателей замка, предвкушавших праздничный ужин, славящийся обилием блюд и сладостей. Десерты в Хогвартсе подают только по праздникам. К сожалению, банда не смогла вечером собраться вместе за одним столом, поскольку во время официальных мероприятий дети должны оставаться со своими факультетами, но и без этого они хорошо провели время. Как бы то ни было, Хэллоуин последнее десятилетие нагонял на Кросса некоторую тоску из-за судьбы, которая постигла Алису и Френка. Воссоединение с Найтмером и другими Сансами на время заставило его забыть, но теперь он снова думает об этом. Ему действительно стоит поговорить с Кошмаром и узнать, можно ли что-то сделать с их состоянием. Пока Киллер взрывал хлопушки с сюрпризом с близнецами Уизли и Джорданом, а Рон обсуждал с Дином и Симусом то, как их семьи отмечают день всех святых дома, Кросс неспешно жевал шоколад и исследовал взглядом зал. Хоррор слушал какие-то девчачьи обсуждения Сьюзан и Ханны, но казался больше заинтересованным тарелкой перед собой. После выходки Даста у него больше не было проблем с хулиганами. Сам Даст лежал на столе совсем не заинтересованный праздником. Возможно, он вообще уснул. Найтмер, похоже, вел оживленную дискуссию с некоторыми старшекурсниками и зарабатывал себе очки популярности. За столом преподавателей также не происходило ничего особенного. Дамблдор появился в очередном безвкусном наряде, заставляя Эррора морщиться при каждом взгляде на старика. Многие преподаватели отсутствовали, предпочтя провести вечер праздника в кругу семьи. Помимо упомянутых, на пир остались только МакГонагалл и почти никогда не появляющаяся Трелони. Кросс только раз видел ее, разговаривающей со Спраут в теплицах. Умиротворенное торжество продолжалось лишь до тех пор, пока двери большого зала с грохотом не распахнулись и внутрь не вбежал запыхавшийся и дрожащий Квиррел, предупредив о тролле и рухнув в обморок. Пока дети паниковали, а директор призывал их вернуться в общежития, Кросс мог только с презрением думать о плане профессора ЗоТИ. Что он вообще делал в подземельях? И разве подобное поведение не выставляет его максимально некомпетентным для своей должности. Дамблдор будет полным болваном, если не уволит Квирелла в ближайшее время. Когда Перси начал оперативно собирать вокруг себя гриффиндорцев, Кросс дернул Киллера и Рона в конец группы, не собираясь следовать указу деректора. — Мне нужно забрать Бида из клуба любителей жаб, — предупредил он, незаметно отводя их в конец колонны хаффлпаффцев, где к ним также пробрался Хоррор. — Почему ты оставил его там? — нахмурился Рон, пытаясь вспомнить, упоминал ли Кросс что-то об этом. Он не может уследить за всем в жизни друзей, поскольку каждый занят чем-то своим, но старается. — Меня пригласили, как почетного участника, поскольку капибары практически всегда находятся в воде или рядом с ней. Я был не против, поскольку у них есть бассейн с подогревом, — пожал плечами Кросс. — Биду одиноко сидеть в ванной общежития, а жабы милые, поэтому я оставляю его там во время уроков. — Эй, разве нормально отправлять хаффлпафф и слизерин в их гостиные? Троль же где-то в подвале или подземельях? — риторически спросил Киллер, провожая взглядом учеников в желтом, когда квартет оторвался от них и свернул в сторону туалетов. — Старшекурсники должны быть… достаточно подготовлены, — безразлично отозвался Хоррор, хотя Рон выглядел неуютно при этой мысли. — Мы услышим, если что-то случится. — Давайте просто вернемся до того, как кто-то нас поймает, — смирившись, пробурчал Рон, не желая вляпаться в еще одно задержание. Он уже успел наслушаться от братьев об их разнообразии. — Кто-то идет! — тихо предупредил Кросс, затаскивая Рона и Киллера за статую большого грифона, Хоррор послушно спрятался в нише за гобеленом. Через несколько секунд мимо них, ничего не замечая, промчался профессор Снейп. Квартет вышел, когда мужчина скрылся из виду. — Куда он идет? Разве профессора не должны разбираться с троллем прямо сейчас? — спросил Рон, подозрительно глядя в конец опустевшего коридора. — Наверняка проверяет, не воспользовался ли кто-то суматохой, чтобы пробраться мимо Пушка, — отмахнулся от его мнительности Киллер. — Хмм, верно, — согласился Уизли и поспешил нагнать друзей. Они добрались до комнаты клуба без происшествий и Кросс даже не потрудился полностью войти внутрь. Одного насвистывания оказалось достаточно, чтобы пробудить Бида от дремы и заставить вылезти из бассейна. Капибара отряхнулась и подбежала к хозяину, издавая приветливый рокот. Он уже вырос настолько, что носить на руках не представляется возможным. Кросс ласково погладил его по голове, собираясь направить всех обратно в общежитие, как его толкнули внутрь. Остальные тут же вошли в кабинет выглядывая из приоткрытой двери. В комнату через щель проник наипротивнейший смрад, вслед за этим по коридорам разнеслось эхо рева и шарканье шагов. — Похоже, тролля так и не нашли, — Киллер не смог скрыть нетерпеливое хихиканье. Его руки характерно подрагивали, чтобы не схватиться за ножи здесь и сейчас. — Ничего, мы и сами разберемся. Может быть, нам даже баллов дадут за обезвреживание опасности для других детей, а то крошка Гони уже надоела со своими нравоучениями. — Профессор МакГонагалл спишет с тебя сотню только за это прозвище, — фыркнул Рон, пытаясь спрятать нервозность за юмором. — Тролли опасны чем-то, кроме своего запаха? — уточнил Хоррор, прикрывая нос и морщась. Его пять чувств работают лучше, чем у остальных. Он опустился на колени, чтобы дать Маффин выбраться из капюшона. Птица уже давно перестала быть очаровательным желтым комочком пуха, теперь наиболее приблизившись ко взрослой курице-несушке. — Хотя они глупы, физическая сила и крепкая шкура делают их опасными для неподготовленных волшебников. Если заклинание не обладает должной мощью, оно будет бесполезно против тролля, так что лучше проходит физический урон по уязвимым точкам. Глаза, уши, рот, шея, подмышки, задняя часть колен, ахилловы сухожилия, промежность, — выдал справку Кросс по привычке. — Тогда нам лучше спрятаться здесь, — предложил Рон, не совсем желая сталкиваться с такой опасной тварью. — Не получится. Его обоняние и слух очень развиты, он скоро придет сюда. От нас пахнет едой с пира, — разочаровал его Кросс. — Не переживай, Уизл. Мы не умрем из-за такой ерунды. Это будет для тебя хорошим уроком выживания, — жизнерадостно хлопнул по спине мальчика Киллер. — Все, что тебе нужно — острый нож и немного намерения убивать! — воскликнул он, всовывая растерянному и испуганному Уизли нож в руку. — Не учи его своим извращенным… путям, — нахмурившись, упрекнул Хоррор. — Ничего странного. Это просто необходимость, — не раскаявшись, пожал плечами Киллер. — Ты предлагаешь нам убить тролля? — Рон посмотрел на него широко распахнутыми глазами, полными недоверия и страха. Потными руками он сжимал рукоять ножа, неспособный избавиться от оружия. Почему-то клинок ощущался полезнее палочки, спрятанной в кармане мантии. — Нам не обязательно влезать в истории. Можно просто срезать путь, — авторитетно предложил Кросс, скрестив руки на груди. — Не превращайся в пай-мальчика в самый важный момент, — надул губы Киллер. — Пойдем просто разделаемся с ним по-быстрому. У нас давно не было хоть немного опасных противников. — Я тебя все равно не остановлю, — осуждающе закатил глаза Кросс, в тайне согласный с ходом мысли напарника. Вся эта мирная жизнь заставляет его чувствовать себя ржавым и застоявшимся. — Давай вынесем это в коридор. Мне нравится мое почетное место в клубе и этот кабинет. — Эй, вы же не серьезно?! — воскликнул Рон, погнавшись за выскочившей за дверь парой. Он остановился, наполовину спрятавшись за дверью, когда увидел приближающуюся из-за угла огромную уродливую тень. — Просто смотри и учись! — помахал ему Киллер, останавливаясь немного впереди и наколдовывая себе пару светящихся красных ножей. — Оставь их. Они знают, что делают, — посоветовал Хоррор, все еще прикрывая нос и рот. Похоже, от смрада у него начали слезиться глаза. Что бы ни хотел возразить Рон, это затерялось в удивленном реве тролля, наконец представшего перед ними. Кросс встал в боевую стойку, приготовив костяные мечи. У противника из оружия только дубина, но главную опасность представляют длинные руки с большими ладонями. Хотя тролль глуп и неповоротлив, он прекрасно может защищаться и атаковать, просто размахивая верхними конечностями. Придется быть решительнее в атаках, если рука схватит его или Киллера, но до тех пор можно сдержаться, чтобы не испортить тренировку. Тролль неуклюже побежал к ним, замахиваясь дубиной. Киллер и Кросс легко уворачиваются, но грохот от удара об пол разносится по замку, неминуемо привлекая учителей. У них не больше нескольких минут. Кросс проскальзывает за спину и точно перерезает ахилловы сухожилия. Киллер в этот момент продолжает маячить перед глазами противника, оставляя порезы на толстых пальцах, подобравшихся слишком близко. Тролль воет от боли и падает на колени, но руками машет только сильнее, беспорядочно ударяя по всем поверхностям дубиной. Теперь главным объектом внимания становится Кросс. Он избегает беспорядочных попыток захвата, краем глаза наблюдая за Киллером. Тот с разбегу прыгнул на плечи тролля и полоснул лезвиями за ушами, чуть не срубая ушные раковины. В этот раз голос существа звучал выше, когда он прижал руки по обе стороны головы бросив дубину. Собственно, они могли бы остановиться сейчас и спокойно уйти, но Киллер никогда бы не позволил веселым вещам закончиться, не начавшись. — Теперь, Рон! Целься в голову! — внезапно приказал он. Рон, не отдавая себе отчета, неуклюже бросил нож и зажмурился. Киллер же, воспользовавшись этим, использовал синюю магию и заставил клинок пронзить глаз тролля, дьявольски хихикая. При нормальных обстоятельствах неподготовленный первокурсник никогда бы не бросил оружие с такой силой. Однако обстоятельства не нормальные, и существо дернулось и беззвучно повалилось на бок, все еще сжимая кровоточащие уши. Кросс понимает, что делает его напарник. Хотя мировоззрение Киллера сильно искажено, он все равно очень компанейский парень и не любит обделять друзей весельем. Другое дело, что веселье в его представлении часто является чем-то аморальным. К примеру, совместное убийство врага — отличный досуг для сплочения. И из его головы, вероятно, напрочь вылетело, что Рон — одиннадцатилетний человек, никогда не осознававший убийства, чтобы поднять ЛЮБОВЬ выше единицы. Он мог убивать насекомых сотнями, но для него это все равно ничего не значит, в отличие от гуманоидного существа. Киллер забывает, что не все наслаждаются насилием так же, как он. — Отличный бросок, Уизл! — прокричал Киллер и залился смехом таким чистым, что мог бы сойти за невинного ребенка, если бы не кровь на руках. — Он… он мертв? — заикаясь, вымолвил Рон, побелев, как мел. — Типа, мертв-мертв? — Полностью и бесповоротно, — подтвердил Кросс, тыкая кончиком меча в спину тролля и не получая реакцию. — Пошли уже отсюда. Этот запах… сводит меня с ума, — Хоррор не выказывал никакого волнения из-за сцены. Он неохотно покинул помещение клуба, сжимая Маффин подмышкой. В тишине, наступившей после поражения тролля, квартет услышал хлопанье дверей и торопливые шаги преподавателей. На мгновение Кросс подумал смыться вместе со всеми и оставить это дело нераскрытым. Тем более, что все портреты и пейзажи все еще пусты, свидетелей нет. Но Киллер выглядел так, будто предвкушал реакцию, поэтому решил остаться тоже и рассказать более цельную историю, чем беспорядочный набор впечатлений напарника. Тем не менее, Кросс кивнул Хоррору, чтобы тот увел Рона. Ребенок и так много пережил за вечер. Только двое других исчезли в коротком пути, в коридор вбежали профессора МакГонагалл, Снейп и Квиррел. От театрального обморока последнего Кроссу хотелось презрительно закатить глаза, но он сдержался, чтобы поддержать образ примерного мальчика, не понимающего, как влипает в неприятности. Снейп склонился над троллем, морщась от отвращения к сцене. МакГонагалл же сверлила их взглядом ярости, кое как скрывая затаенный страх. — О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — холодно начала она, собираясь отчитать как следует, но Киллер прервал ее на первом же вопросе. — Почему вы злитесь на нас?! Он первый начал! — возмущенно воскликнул он, всплеснув руками, будто бы от праведного разочарования. — Мы защищались! — Почему вы не в спальне? Директор четко приказал возвращаться в общежития, — не дрогнула женщина, за годы столкнувшись с подобными реакциями слишком много раз. — Боюсь, это моя вина, — смиренно начал объяснять Кросс, не забыв нотки раскаяния и смущения в голосе. — Я хотел забрать Бида, так как боялся, что до ночи нам не дадут выйти из башни, — указал он на усевшуюся рядом капибару. — Поскольку тролль бродил в подземельях, а профессора так быстро отреагировали, я подумал, что ничего страшного не произойдет. — Это все равно недостаточное оправдание, — строго ответила МакГонагалл, но пояснение смягчило ее. Невилл же просто ребенок. Что с него взять? — Я понимаю, — опустил голову Кросс в смирении. — Прошу прощения. — Мы, вообще-то, за вас вашу работу сделали, — в противовес Киллер обиженно и высокомерно задрал подбородок, чем возродил погасшую ярость женщины. — За ваше безответственное решение не подчиняться указаниям преподавателей в опасной для жизни ситуации, я снимаю с каждого из вас по десять очков, — отчеканила она, словно готовила эти слова всю жизнь. Затем профессор вздохнула и продолжила спокойнее. — Но тем не менее не каждый первокурсник способен победить горного тролля. За это каждый из вас получит по десять очков. Я уведомлю директора и позже от вас будут ожидать подробного письменного объяснения. А пока можете быть свободны. Возвращайтесь в общежитие. Они так и сделали.

***

Рон был настолько обеспокоен тем фактом, что сам убил тролля, что не заметил, как Дадли привел его к портрету Полной Дамы. Он не запомнил даже подъема по лестнице, хотя всегда устает, когда разом поднимается до башни. Его сердце все еще бешено колотилось, когда Уизли, едва осознавая, попрощался с Дурслем и назвал пароль недовольному портрету. В гостиной все еще было людно и шумно из-за продолжающегося праздника. Никто не заметил его появления, кроме Перси, нервно стучащего ногой и сверлящего проход в ожидании. Стоило Рону появиться в поле его зрения, как старший брат налетел на него с нетерпеливыми расспросами. — Где ты был, Рон? Где Невилл и Драко? Почему вы отбились от группы? Я так волновался! Вы не наткнулись на тролля? Тебе надо было предупредить меня. Если это было что-то важное, я бы сходил с вами, — слова лились из его рта без остановки. Знакомство голоса и навязчивой заботы почему-то напомнили Рону маму. Не отдавая себе отчета, он обнял Перси и закрыл глаза, позволяя себе немного отойти от пережитого. Поняв, что не добьется сейчас ответа, старший Уизли отвел их в сторону и усадил в кресло, гладя голову младшего так, как это делала бы Молли. В этом комфорте он позволил себе подумать о произошедшем. Честно говоря, тот факт, что он убил тролля, пугал его меньше всего. Его напугала готовность Невилла и Драко причинить кому-то боль, когда этого легко избежать. Его напугал вид крови на их руках и и жалостливый вой тролля в конце. Его напугало безразличие Дадли, будто он наблюдал подобное тысячи раз. Его напугали холодная точность Невилла и безумный азарт Драко, выражающийся в неконтролируемых смехе и улыбке. Его пугает, что они всегда были такими, а он никогда не придавал этому значения. Привыкнет ли он к чужой боли, если продолжит дружить с ними? С Гарри и Дадли? С Гермионой? Научится ли их путям? Будет ли наслаждаться, как они? Правильно ли это? Но ведь его друзья не только причиняют вред окружающим. Они помогают Пушку и Хагриду. Они создали целый клуб, чья идея в том, чтобы готовить и делиться результатами с другими. А Гарри пишет учебник по истории магии, чтобы улучшить их образование. Грубо говоря, они даже близко не настолько ужасны, чтобы сравниться с темными магами. Они просто… делали из всего игру. Часть Рона боялась учавствовать в ней, поскольку он не знает правил. Но другая, жаждущая приключений и впечатлений, не могла удержаться, чтобы не сунуть нос. Все их секреты так интриговали. Любой дурак заметит, что с группой что-то не так. И единственный способ узнать все — стать одним из них. Рон клянется, что не сделает ничего, чтобы перейти черту своей человечности, но отказывается разрывать то, что успел построить за эти два месяца. Тем более, что он отказывается покидать Гермиону. Размышляя об этом, мальчик не заметил, как уснул.

***

На следующий день, когда они все расслаблялись после обеда во дворе, к ним подошел Эррор, всем в своих движениях демонстрируя, насколько он недоволен. Рон тут же поднялся из лежачего положения, удивленный тому, что профессор астрономии сам пришел к ним. Это первый раз за все время. Он напрягся, не привыкший к такому грозному виду, но остальные проявили только немного интереса, оторвавшись от своих дел. — Вчера ваша шавка укусила Северуса, — прорычал Эррор, словно сам их собирается покусать. — Если это повториться, я устрою раннюю кастрацию. Ваши игрушки не должны портить то, что принадлежит мне! — Мы тебя услышали и позаботимся о том, чтобы Пушок знал свои манеры, — миротворчески заверил Найтмер, не прерывая зрительный контакт. — Вам лучше, — Эррор угрожающе сощурился, фыркнул и ушел туда же, откуда пришел. — Они с профессором Снейпом встречаются или что? — робко предположил Рон где-то через минуту. — Пфф, нет! — посмеялся Даст, не отрываясь от рисования формул в тетради. — Просто Эррор называет своим все, к чему привязывается. Он не знает, как выразить это иначе.