В лесу мерцающих желаний.

Энид снился лес, дом и девушка, что жила в нем. Она вспоминала запах горького, особенного кофе. Черная чашка не уходила из ее головы. Она вспоминала, как тонкие пальцы сжимали ручку, как незнакомка смотрела на тетрадный лист, как ее брови то приподнимались, то опускались. - Новый пластырь. - Йоко указала на средний палец подруги. Энид приподняла ладонь, растопырила светлые пальцы и кивнула. - Я рисовала лес. - Ты не умеешь рисовать. - Я попыталась. Ксавье посмотрел на девушек. Его волосы падали на плечи, на нем все та же мятая рубашка и черные брюки. А на носу голубой пластырь. Энид встретилась с ним глазами и вновь уткнулась в парту. - Я могу нарисовать тебе лес. - Он слегка наклонился в сторону, что бы девушка услышала его. - Нарисуй. - Она тут же выпрямилась. Парень молча кивнул. - Ты спала? - Йоко отложила ручку. - Не уверена. Не помню. - Как это? - Дивина ткнула ей в спину карандашом. - Я… просто думала. - Если ты всю ночь думала о нем, я подмешаю тебе в конфеты лакрицу. - Ты не можешь быть так ужасна! - Энид отодвинулась от подруги. - О ком идет речь? - Дивина глупо моргнула. - Не глупи. - Бьянка перевернула страницу и уставилась на доску. Учитель стер что-то, что было написано на сложном языке биологов. - Об Аяксе, конечно. - О нет. Я уже забыла этого… - Дивина притихла, не зная, как назвать парня. - Эту змею. - Шепотом подсказал Ксавье. - Да! Змею. - Не говорите так! - Энид оглядела друзей нахмуренным взглядом. - Он разбил тебе сердце. - Он не специально. Просто… просто не получилось. «Просто не получилось», «Просто не вышло». Так отвечала она каждому, кто был удивлен их расставанию. Они были близки, и никто не думал, что они когда-нибудь расстанутся. Когда они объявили об отношениях, никто не удивился. Удивление было в другом месте, Аякс сообщил о расставании на школьной дискотеке. Ни Энид, ни парень, до сих пор не признались, в чем действительно была причина разрыва. Но никто не пытался понять кто прав, а кто виноват. Вот так и бывает. Они знали тайны друг друга, клялись о любви на мизинцах. А теперь проходят мимо, даже не здороваясь. - Что это? - Йоко посмотрела на мятый лист, что дрожал в тонких пальцах. - Это… лист Уэнсдей. - Ты взяла его? Энид кивнула. Она соврет если всю ночь не перечитывала строки, что были на нем написаны красивым почерком. Она перечитывала их, но не понимала того, что хотела сказать девушка. - Я пойду в домик. - Сказала Энид, выходя из школы. - Зачем? - Хочу, там красиво. Никто не спорил. - Не забудь кофе. - Не забуду. Лес встретил ее запахом цветов. Она вновь прошла по тонкой тропинке и свернула, потерялась среди кустов и травы. Дом стоял все на том же месте, словно он мог куда то уйти. Все так же в траве, во мхе. Дверь так же легко поддалась и девушка вошла внутрь. - Не думала, что ты будешь здесь. - Энид удивленно оглядела девушку. Скинула рюкзак с плеч и прошла в комнату. - Я же сказала, я здесь почти все время. - Во сколько кончатся твои занятия? - Занятия? - Она удивленно посмотрела на нее. - Ты принесла кофе? - Да. - Она достала банку из сиреневого рюкзака. - Твои школьные занятия, в каком ты классе, что они так рано заканчиваются? Уэнсдей приняла кофе и поставила его на стол. - Нет. - Она развернулась к тетрадному листу. - Я не хожу в школу. - Не ходишь? Рюкзак был отброшен. Блондинка упала на мягкую кровать, та противно заскрипела. - Не хожу. - Почему? Уэнсдей отложила ручку и отодвинула лист. - Люди не любят меня. - Почему? - Я странная. Энид склонила голову на бок. Уэнсдей хотела закрыть уши, эта девушка слишком болтлива. - Почему? - Вновь спросила она и брюнетка сдалась. - Потому что я Аддамс. Энид кивнула, посмотрела в запотевшее окно и заметила, что кусочки стекла были склеены изолентой, скотчем, и даже клеем. Неужели это Уэнсдей следит за домом? - Не вижу связи. - Наконец призналась она. - Если будешь и дальше сюда приходить, поймешь. - Тогда я буду приходить. - Обычно, все наоборот уходят. - Она вернулась к банке кофе и оглядела ее. - Ты странная. Она встала на ноги. Сегодня на ней была все та же растянутая футболка. Уэнсдей прошла на кухню и огляделась. Затем взяла в руки чашку, открыла термос, что стоял на пыльном подоконнике и налила кипятка в чашку. - Я угадала с кофе? - Сейчас проверим. - Она поднесла чашку к лицу. - Пахнет вкусно. Энид сидела на кровати в клетчатых штанах и свитере. На пыльном покрывале с ромашками, лежала тетрадь и учебник. Она выписывала формулы, клетчатая бумага проминалась под ручкой с синими чернилами. Уэнсдей все так же, с ровной спиной сидела на шатком стуле и писала на листе строчки. Одну за другой. Затем перечеркивала и кидала на пол. - Что ты пишешь? - Не важно. - Это стихи? Или книга? - Это… то, что я чувствую. И замолчала. Больше она ничего не сказала. Не отвечала на вопросы Энид, которых было сотня. Отворачивалась, когда она пыталась привлечь ее внимание. Кофе давно остыл, а листы в мятой тетради кончились. Когда Блондинка уходила, Уэнсдей осталась в домике. Она не знала, во сколько девушка уходит от туда и во сколько возвращается. Она спрашивала сегодня, но та ей не ответила. И не ответила на еще многие вопросы. В спальне блондинки, на ее столе, были разложены смятые клетчатые листы. На каждом из них были разные строчки, такие странные и мрачные. Она пыталась их понять, но у нее не получалось. Но она пообещала, что поймет девушку в полосатой футболке.