Звучанье сердца.

Мелкий дождик приятно стучал в окно. Солнечные лучи не светили в глаза, от чего сон становился сладким и более крепким. А погода на улице тем более улетучивала любое желание выходить из квартиры. Но всеми ненавистный будильник, рушащий блаженную дремоту, издевательски завопил. Утро, как всегда, началось с настырного пиканья. Казалось бы, на дворе XXI век! А сигнал будильника оставался все таким же отвратительным звуком, сводящим скулы. Неизменно. Словно для производителей часов это дело принципа — с самого утра заряжать народ негативными флюидами. Хотя есть и плюсы. Будь это приятная песенка, Павел Чичиков нежился бы в постели еще минут десять, с удовольствием наслаждаясь любимой мелодией. А с пиканьем такого не происходит. Оно безжалостно бьет по барабанным перепонкам, словно приговаривая: «Вставай, вставай! Время — деньги!» И мужчина распахивает глаза, с воем вскакивает с постели и, вырывая на себе волосы, ищет что-нибудь потяжелее, дабы зарядить в источник этого мерзкого звука, да посильнее! После такого взрыва адреналина разве заснешь?! Хотя и такие умельцы бывают. Кто-то вообще умудряется не слышать будильника, насколько бы гадким его сигнал ни был. Но сон Павла всегда отличался удивительной чуткостью, поэтому будильник для него — «враг номер один». Он со стоном поднялся с постели, хватаясь за гудящую от недосыпа голову, и зло посмотрел на черный голографический кубик, не слишком умело изображающий будильник XXI века. Только вот был этот будильник неосязаемым, а значит, что хоть закидай его кирпичами, раздражающий звук не прекратится. Лишь добравшись до кнопки выключения, мужчина наконец-то заткнул исчадие ада и хотел было уже вновь завалиться спать, наплевав и на адреналин, и на грядущий рабочий день, но вспомнил, как умело может отчитывать начальница-грымза. Воистину прекрасная и ужасная женщина. Она имеет дар своим гортанным голосом лишать слуха на ближайшие пару часов. Чичиков словно увидел кошмар, поэтому вскочил с постели. Начал искать носки, брюки, надел мятую рубашку. Потом хлопнул себя по лбу. А ведь обычно у Павла утро начинается с бодрящего душа, но воспоминания о голосе начальницы привели к умопомрачительному процессу не следования привычного плана на начало утра. Мужчина бросился в душ, попутно скидывая одежду. Холодная вода действует на него, как успокоительное средство против стресса и мигрени. Далее, опираясь на план действий, следовало побриться и почистить зубы, набрызгаться одеколоном, как от комаров, но только от химеры-начальницы, чтобы уж ненароком эта коварная женщина не подошла ближе. Чичиков выбежал из ванной комнаты, между делом натягивая брошенную одежду на пути к ванной. В холодильнике всегда пусто, поэтому открывать его нет смысла. Так… А вот полный чайник, вместимостью два литра. Придётся ждать аж целых шесть-семь минут. Чичиков заметно приуныл. Он опоздает и ждет его наказание. Это у него просто чайник старенький, которым он уже третий год пользуется. А у его друга, которого зовут Родион Раскольников, чайник новый, да и довольно известного бренда. Он правда объемом поменьше на пол-литра, но закипает за три минуты, причем налитый до краёв. Всё говорил Родион Павлу, говорил ведь купить новый чайник! Но не слушал он друга, а вспоминал только тогда, когда пользовался чайником. И все же, вскипятив зловещий чайничек, Павел налил в кружку с изображением великого литературного деятеля чай. Николаю Фёдоровичу Гоголю, судя по его натянутой улыбке от ушей до хвоста, не нравилось, так сказать, почётное место на чашке, но это никого никогда не волновало, в особенности Чичикова, который получил эту прекрасную кружечку в качестве сувенира от отца. Грех отказаться от такого-то подарка, но и грех держать в быту недовольного Николая Гоголя, поэтому ночью мужчина скатывал шарики из белого хлеба. Авось и не станет гневаться выдающийся писатель. Мужчина прильнул губами к кружке. Он настолько сильно любил этот приятно обжигающий горло напиток, что решил посвятить отдельную полку в шкафу чаю всевозможных видов. Некоторые манили своим сладким ароматом, другие же привлекали и дурманили голову своим незабываемым вкусом и оставляли приятный привкус. Но факт остаётся фактом, Павлу очень нравился чай в любом его виде. Время поджимало. Павел бросился к двери. Подъезд встретил мужчину запахами сигарет и спиртных напитков, но, к счастью, на лестнице он не споткнулся об алкаша-философа, чему чрезмерно рад. Снаружи ветер будто пронизывает одежду, обнажая тело перед ледяной пустотой. А внутри будто тысячи точек холода, отчего мужчина старательно закутался в плащ. Небо посерело, обернувшись в черный цвет. Казалось, что лица людей тоже помрачнели, слившись с погодой, что так портила настроение и вызывала меланхолию. Вороны, летающие по городу, которых раньше не наблюдалось, лишь усугубляли надежду на появление радуги и солнечного света, но Павел шёл по мокрым улицам, наслаждаясь моментами свободы. Шел с весёлым настроением, напевая какую-то песенку и поглядывая по сторонам. Мужчина приближался уже к знакомой и полуразвалившейся остановке. Скоро подъедет грязная электричка, и уже через полчаса Павел окажется на «любимой» работе с любимой начальницей, увидит длинноносого друга и пожалеет, что вообще когда-то познакомился с Родионом и его шутками за триста. Возможно, именно из-за некачественного юмора порой Чичиков отказывался именоваться другом Родиона, но в этом вся и прелесть неподражаемого Родиона Раскольникова — задорность и болтливость, характеризующая его как человека открытого, готового бескорыстно действовать на пользу другим, всё-таки эти качества друга Павел любил и ценил их наличие, пряча симпатию к личности Роди под щепоткой некого безразличия. Чичиков же был человеком правильным, любил порядок. Имел консервативный взгляд на жизнь, работал офис-менеджером или, как бы его сейчас назвал Родион, канцелярской крысой. Он абсолютно ничем не выделялся из серой массы таких же людей. Однако купить зонтик — это та же история, что и с электрическим чайником. Чичиков временами забывал, а вспоминал лишь тогда, когда холодные капли дождя падали ему на лысую макушку. Возможно, всему виной стремительно растущие цены на злополучные зонтики. Вы вообще видели, сколько стоит приличный зонтик? Вот и Павел не видел… Дождь, как назло, хлынул стеной, с силой стуча по асфальту. Укрыться было негде. Чичиков стал проклинать свою неудачу, видимо, встал не с той ноги, но купить зонтик надо бы. Чёртова электричка все не подъезжала. В таком темпе несчастный и продрогший до костей мужчина опаздывал на работу. Отчаявшись, он красочно представлял, как грымза-начальница станет его отчитывать, а Раскольников от смеха станет краснеть и заливаться слезами, ведь для него обычное дело. Но как же устал Чичиков. Сейчас бы вернуться домой, выпить чая и забыть про все. Мужчина вздохнул, рассматривая серые тучи и быстро падающие капли дождя. Неожиданно все стало красным, да и бедная макушка перестала мокнуть. Павел несколько раз недоуменно моргнул, дабы развеять мираж, пока не услышал робкий смешок. Он перевел взгляд на источник смеха и встретился с ясными пронзительными глазами, как чистейшее небо, в которых спрятался бездонный океан. Девушка отвела от него взгляд куда-то то в сторону, прекрасно осознавая, что выглядит очень глупо в данный момент, с учётом того, что она буквально ощущала, как её щеки пылают. Блондинка, с интересно вьющимися кудрями, еще раз издает нервный смешок, с силой кусая свои губы. Чичиков же продолжал наблюдать за неожиданно появившейся девушкой с красным зонтиком. Ему было интересно наблюдать за тем, как она смущается под его взглядом. Нос мужчины сморщился, брови приподнялись вверх в немом вопросе. Но ответы и не требовались, все невероятно просто. И сложившаяся ситуация, хотя и казалась обыденной, вызвала в Павле некий трепет от такой приветливой незнакомки, которая, набравшись смелости, укрыла его от дождя. Но в то же время она такая кроткая, краснеющая от ответного взгляда, так умиляла своим поведением и лучезарной, кажется, отчасти даже виноватой улыбкой, словно она нашкодивший ребенок. Он с вопросительной ухмылкой на губах ждал, когда она заговорит, изучая её лицо, вспыхнувшее яркой краской волнения. Затаив дыхание, девушка следила за развитием действий, но, не выдержав гнетущей атмосферы, она решила развеять вопросы, которые возникали у Чичикова. — Вы казались таким грустным, а ещё и без зонтика мокнете. Извините, если я вам помешала и вторглась в ваше личное пространство. Я знаю, у вас, наверное, возникло множество вопросов, но можете меня просто поблагодарить. — Тонкие губы блондинки растянулись в улыбке. А этот милый и очаровательный голос… В его хрустальном чистом тембре есть что-то трогательное, сердечное, детское. — Примите искреннюю благодарность за то, что не остались в стороне от моего горя, — Чичиков театрально махнул рукой, слегка кивнув головой и захихикав. А у незнакомки перехватило дыхание, хотелось закрыть смущённое личико руками. — Меня зовут Софья, — ответила девушка, протягивая руку для рукопожатия. — Очень приятно, Софья, я Павел. — Он крепко и при этом нежно сжал её руку. Сердце Софьи ухнуло вниз. Их пальцы встретились, внутри будто какой-то горячий ток проскочил в жилы от этих изящных белых пальцев. Рука, державшая её, казалась такой надёжной, теплой. Появилось по-детски невинное желание рассматривать этого странного мужчину без зонта в такую дождливую погоду, его глаза и смешную макушку, неправильно завязанный галстук и вдыхать аромат причудливого одеколона. Все в этом мужчине казалось таким родным, безмятежным и теплым, как зимний вечер у камина. — Софья, а вы всех незнакомцев берете под свое крыло? — спросил Чичиков, улыбнувшись. — Нет, только тех, кто без зонтиков, –ответила девушка и рассмеялась, а от смеха засмеялась и ее красота. На удивление, она сразу поняла его шутку. Потом наступила тишина, а через один десяток ударов сердца дождь усилился. Но этот звук не нарушал тишины, лишь придавал среде некую изюминку чего-то волшебного и душевного. Падающие капли приятно барабанили по зонту, но вот уже пальцы начинали дрожать от осеннего ветерка, а электричка не спешила забрать продрогших пассажиров. «Ну все, опоздал!» — смотря на наручные часы, подумал Чичиков, и эти слова звучали как смертный приговор. Жаль, что ему не удалось избежать наказания. Выговор от начальницы притягивался к нему магнитом, словно нечистая сила. И размышлять на тему своих несчастий Павел мог вечно-бесконечно, если бы не стремительно убегающая Софья. Чичиков совершенно растерялся и не знал, что делать. Но, к счастью, она остановилась у дорогого автомобиля и крикнула: — Через три дня на этом же месте и в это же время я буду здесь, и вы сможете отдать мой зонтик. До свидания, Павел! — Софья мило улыбнулась и помахала ему на прощание. Дверь машины неожиданно открылась. Рядом с девушкой появился статный мужчина в черном пальто, на вид казался лет тридцати. Его худое и бледное лицо выражало какую-то глубокую печаль, но глаза блестели хитрым огнем. Чичикову даже показалось, что один такой опасный взгляд мужчина метнул в его сторону. А затем он по-собственнически притянул к себе блондинку, пылко целуя ее. Влюблённая пара целуется под дождём. Как романтично, только вот атмосфера в глазах потрясенного Павла романтикой не блещет, ведь Софья вырывалась и пыталась оттолкнуть от себя настырного мужчину. И он все же отпустил Софью, позволяя ей сесть в машину. Теперь уж сомнений не было, мужчина точно запугивал Чичикова. Стало так пусто и шумно. Павел услышал и доносящиеся до его слуха голоса, и стук собственного сердца, и даже звуки дождя, которые в присутствии Софьи не замечал… Все же она удивительная девушка, но сцена, минувшая в присутствии Чиновника, показалась ему очень странной. Через какое-то время приехала и электричка. Если бы она не опаздывала, то Павел не встретился бы с Софьей, которая, пусть и на такой неуловимый миг, но украсила его серый день приятными воспоминаниями. «Значит, встретимся еще…» — Он взглянул на зонт и едва заметно улыбнулся своим мыслям. Надежда ещё теплилась. Улыбка девушки вспоминалась перед его глазами, а в ее глазах плескалась воодушевлённость. Мужчина сам не понимал, почему от взгляда голубых глаз этого человека что-то живое и горячее струилось в его крови. Но эффект эйфории быстро «сошёл на нет», стоило только вспомнить занудливую начальницу и Раскольникова и ожидающие Чичикова шуточки. Павел тихо вздохнул, рассматривая быстро проносящие перед глазами улицы, людей и стекающие по стеклу капли. И всегда, когда идет дождь, он любил перебирать те моменты, с которыми он ассоциируется у него. Иногда это радостные воспоминания, иногда не очень. Но в целом, дождь за окном вызывал у мужчины чувство уюта, словно он общается со старым другом. Кто-то возразит: как можно говорить с дождем? Но у дождя есть свой голос, и, кстати говоря, совсем не монотонный и скучный, как принято считать. Всякий раз у него своя интонация и свой посыл. Смешно, но когда Раскольников выпивал пару лишних рюмок алкоголя, то превращался в философа, который нес на душе огромное бремя. Чичиков очень любил слушать дождь ночью. Тогда ему кажется, будто он тихонько нашептывает ему что-то на ухо. Прямо как сейчас: взять все и бросить, исчезнуть. Да, сегодня дождь навевал только тоску.