Добро пожаловать домой

(Его глаза сверкают. Золото — литое и поблёскивающе, как спесь снежинок. — Что я рисую? — Голос дрожит от смущения. — Нас. На полу рисунок — кривые, пёстрые линии и небрежная шероховатость. Две фигуры, держащиеся за руки. Попытка спрятать проваливается — он вырывает лист из рук, заглядывая. И его губы растягиваются почти в кошачью ухмылку, глаза заглядывают прямо в чужие — дыхание теряется. — Мне нравится, Лю Эр. Судорожный вдох). Свет неприятно щиплет глаза. Макак просыпается. За окном давно утро — солнце пробирается через занавески на стол, играя причудливыми линиями теней по конфетнице и скатерти. Спутывая зрение. Он моргает и потирает лицо. И только затем достаёт телефон, чтобы проверить время, видя на слишком ярком дисплее около девяти часов. Бай Хэ, видимо, ещё не встала, судя по тишине с зала. Макак оглядывается по сторонам и тело ломит от неприятной боли — тянет. Не помнится даже, когда уснул, тем более, почему на кухне. Но попытка встать проваливается. Утро начинается обыденно. Единственный плюс — выходной день, когда будильник не бьёт по слишком чувствительным ушам и Макак может полностью выспаться, а после посвятить день быту. Он умывается, стоя перед зеркалом. На лице ещё краснеет след от руки, на которую опирались всю ночь. И Макак почти смеётся, зачёсывая чёлку назад. Он зарос. Среди чёрных косм волос начали проявляться настоящие, белые. Не говоря уже о заметной щетине, которую Макак потирает, прежде чем полезть за бритвами, которые кончились, а последняя и вовсе покрылась лёгким слоем ржавчины. Видимо, придётся снова сходить в магазин. В гостиной слышится шум телевизора. Бай Хэ уже направляется в ванную, когда Макак заканчивает умываться. С отточенной ловкостью зарисовав шрам над глазом тональным кремом и скрыв уши за волосами. Теперь он больше походит на обычного человека, чтобы спокойно начать новый день. На завтрак Макак стряпает две тарелки обычной глазуньи. Ещё не до конца проснувшаяся Бай Хэ клюёт носом, но аниме на телефоне Макака быстро её будит. Они вместе едят под фоновый шум с телефона Макака и под щелканье пальцев Бай Хэ, что отвечает в своём на сообщения. После завтрака ещё час занимают собственные дела — они как зомби ходят по дому, пытаясь окончательно проснуться и только после Макак принимается за домашние хлопоты. Бай Хэ помогает загрузить стиральную машину и убирается в комнате, прежде чем приняться за уроки на понедельник. И уже к обеду, все вещи на балконе развешаны, пол вымыт, а весь дом проветривается, пока Бай Хэ вдыхает свежий воздух с окна. Макак замечает её, выходя из уже вычищенной ванной. И вытерев руки об штаны, незаметно становится ближе, кладя руку на чёрную макушку. Бай Хэ сразу реагирует. — Не вытирайся об меня. Макак ехидно фыркает, специально зарываясь пальцами в волосы и взъерошивая, на что получает ожидаемый хмурый взгляд. Недовольная Бай Хэ выглядит так мило, что невозможно остановиться, и вместо извинений Макак только щёлкает её по носу хвостом и убирает ладонь, позволяя самой поправить кавардак на голове. Бай Хэ демонстративно мычит. Но Макак слишком любит это, чтобы прекратить. И дав той полностью расправить волосы, поправляет ободок на голове, вновь привлекая внимание: — Я собираюсь позже в магазин, если хочешь, можешь погулять с подругами до вечера. Только не задерживайся. Бай Хэ молчит. Руки Макака заботливо зачёсывают прядь её волос за ухо, обнажая одну из серёжек, подаренных им на последнее день рождения. С каждым разом придумать подарок всё сложнее, но он старается не думать об этом. Бай Хэ почти подросток. И скоро ей скорее всего станет слишком скучно в этом доме. Но Бай Хэ оборачивается, вместо ответа заключая Макака в неожиданные объятия, чем вызывает у него удивление, перетекающее в лёгкую усмешку. — Повеселись, принцесса. Она кивает и только затем убегает с улыбкой на лице. Макак наблюдает за исчезающей на втором этаже фигурой. И улыбка медленно сползает с лица. Почти фантомная боль пробирает шрам над глазом. Макак давно перерос тот возраст, когда желал мести, был переполнен болью и ненавистью. Когда был совсем один. Сунь Укун больше никак с ним не связан. Но это имя до сих пор переполняет его смешанной бурей эмоций. Кто же знал, что их пути вновь сойдутся, ещё и так комично? А имя, что он так долго пытался забыть — снова и снова будет всплывать, как назойливое клеймо. Макак смотрит на уведомление нового видео на телефоне — рецепт лазаньи. Но вместо того, чтобы нажать как обычно, медлит. Голос и руки, даже манера общения и мелкие факты… персики — всё это Макак слишком хорошо помнит, чтобы забыть. Но глубоко запрятал в себе, не думая, что оно вылезет сейчас. И пронзит насквозь — так болезненно. Когда-то Макак задумывался, что было, если бы он не встретил Бай Хэ. Продолжил бы он до сих пор бегать за тем фантомным светом, что когда-то выжег его без остатка? Лишил части зрения и почти жизни. Макак касается поблекшего глаза со скрытым шрамом, пересекающим бровь. Продолжил бы он тогда — после всего — жить его тенью? Одержимый и сломленный, когда Укуну уже давно не было до него дела. Эти мысли причиняли почти физическую боль. Но всё-таки было что-то освобождающее в том, что наверняка Укун уже давно его забыл. Он выбрал не его. В конце концов Макак кидает новое видео в «посмотреть позже». И обращается к первому про панкейки, тыкая на то и открывая комментарии. Он печатает: «Спасибо за рецепт. Вышло и правда очень вкусно». Нажав отправить, Макак наконец выдыхает. Будто только вспомнив, как дышать — тело переполняет ни с чем несравнимое облегчение. Он смог отпустить это и жить дальше. Укун — просто детское воспоминание, не более. После обеда Макак отправляется по магазинам. Для начала купить бытовые мелочи, вроде нового ножа для мяса, гели в ванную, бритв и бумажные полотенца, а после с пакетами плетётся в тц. На этажи магазинов одежды. Макак не любит посещать те — слишком часто получая ненужное внимание, когда заходит в отделы для девочек и девушек-подростков, но скоро новый сезон, а Бай Хэ стоит прикупить обуви. Тем более он уже давно не бывал тут. Одно оставалось постоянной проблемой — Макак явно был не из тех, кто разбирался в женской моде. И компенсировал то привычкой отправлять Бай Хэ разные примеры одежды и ждать её мнения. [вложение] [вложение] Ну как тебе? Макак отправляется прогуляться по отделу обуви, останавливаясь у той, что имеет в себе кошачий принт или любимого розового цвета Бай Хэ. Многое из того, что попадается на глаза он тут же пересылает ей самой. Когда дело касается его малышки, Макак в последнюю очередь обращает внимание на ценник, хотя в последнее время стоило быть поэкономнее. Но в первую очередь его интересует качество и это одно из немного, в чём он разбирается. Разглядывая разные сапожки в популярном отделе для подростков, Макак замечает голубую пару с мехом и кошачьей мордочкой по бокам. Он тут же подлетает ближе и хватает один сапог, оглядывая со всех сторон. Прежде, чем сделать снимок для Бай Хэ, Макак сжимает подошву, проверяя на прочность, а после — изучает внутренний мех, чтобы убедиться в теплоте. Слишком занятый этим, чтобы обращать внимание на происходящее вокруг. — Продолжишь так делать и тебя выгонят. От чужого голоса Макак чуть не роняет сапог вместе со всем стеллажом обуви. Алые глаза, что смотрят на него с издёвкой, ещё больше сверкают огоньками смеха от этого зрелища. Макак может узнать их почти где угодно. — Тайшань Гунчжу, — с некоторым облегчением и одновременно досадой здоровается он, кладя сапожок на место. От такого приветствия, Принцесса Железный Веер лишь презрительно закатывает глаза. — Ты как всегда учтив, — бросив на Макака взгляд снизу вверх и замечая в его руке номер от шкафчиков для хранения вещей, она сразу складывает два плюс два в уме. Её лицо немного смягчается. — Выбрался наконец-то по магазинам? Уверена, если бы не эта девчонка, ты бы уже давно жил жизнью какого-нибудь затворника, раз в год выходящего в свет, а новости мира узнавал из интернета. Макака такие слова лишь смешат: — Это описание не про меня. Увы, но существует такая вещь, как работа, за которые ты получаешь такие штучки, как деньги. Хотя уж тебе с твоим богатым тёмным прошлым откуда знать, верно? Макак хорошо это помнит. Времена, когда он и леди Тай Шань Гончжу с её тогдашним парнем Королём Демонов Быков творили много ужасного. Кражи, взломы и прочая бурная подростковая романтика с элементами триллера, когда тебя пытается поймать и пристрелить полиция, а затем тебе запрещают въезд в парочку американских штатов за контрабанду оружия. Это было не то время, которым Макак гордился, впрочем, как и Принцесса Железный Веер скорее всего. Тогда Король Демонов Быков был слишком одержим желанием поквитаться с Укуном, от которого и след простыл, и это ни раз ставило их жизни под угрозу. Но с рождением ребёнка, кажется, что-то неожиданно наладилось, как часто бывает. Макак, правда, не застал то время, потому что покинул эту кошмарную парочку ещё раньше, а затем и сам приют, в котором они познакомились. Были и другие причины, но сейчас о них он совсем не желал вспоминать. — В любом случае, — произносит Макак, потянувшись к телефону, который вибрирует в кармане. — Король Демонов Быков с тобой? Принцесса Железный Веер не успевает ответить. До того, как она открывает рот, а Макак — проверяет сообщение, в их поле зрения врывается подросток в красном, что буквально пылает от ярости, нагревая воздух вокруг себя на сто градусов по Цельсию точно. — У них закончились красные куртки! И эти ничтожества решили меня обмануть, сунув мне под нос натуральный оранжевый, ты представляешь? В руках парень держал куртку, которая как не посмотри — красного цвета. По крайней мере, для Макака и, видимо, его единственного, потому что Принцесса Железный Веер к его удивлению тут же протягивает руку, успокаивающе похлопывая паренька по макушке. — Ох, милый, я тебе говорила, что этот магазин не лучший. Мама достаточно богата, чтобы позволить нам одеваться и в более дорогих бутиках. Макак очень хочет спросить, почему тогда эти двое стоят здесь, в обычном общедоступном тц, а не в сверх дорогих магазинах Луис Виттон и унижают его и без того крохотные достоинство и честь, как обычного среднестатистического нищеброда, но подавляет это желание. Вместо этого решая как-то напомнить о себе, кашлянув в кулак. И, кажется, это срабатывает. Парень рядом с Принцессой Железный Веер тут же отскакивает в сторону и, поняв ситуацию, принимает более благопристойный вид, отдавая лёгкий поклон. — Прошу прощения за мою бестактность. Меня зовут Красный Сын. Макак не сдерживает улыбки от этого вида. Такое поведение очень напоминало ему саму Принцессу Железный Веер в лучшие годы, когда та пыталась сохранять достойный вид на публике, а потом, опьянев, жаловалась на всё и вся. В это же время Король Демонов Быков тоже напивался где-то, признаваясь в любви той и крушил всё на своём пути. Так что эта пара определённо стоила друг друга. То были одни из немногих приятных воспоминаний. Их сын был очень похож на них. — Я Макак. Шестиухий Макак, если быть точным. Но можно просто Лю Эр, — приветствует он, переводя взгляд на всё ещё стоявшую рядом Леди Железный Веер. — А у тебя хороший сын. Пара родителя и ребёнка тут же принимаются оба раздражительно отмахиваться, хотя Макак прекрасно видит, как расцветает довольный румянец на щеках обоих. Макак и правда не виделся с бывшими друзьями слишком давно. Они болтают ещё немного. Успев обсудить, как дела у Короля Демонов Быков и что в общем произошло за последние годы у каждого. Макак даже учится отличать этот «натуральный оранжевый» от простого красного, и после небольшого перекуса на фуд-корте, прощается, наконец с готовыми пакетами отправляясь домой. Он почти не успел нормально пообщаться с Бай Хэ, занятый историями Красного Сына, который, казалось, мог говорить без конца. Но по крайней мере он купил той всё, что хотел. [вложение]

Мне нравится второе! О и последние очень милые!!

Отлично). [вложение] Смотри, тут есть брелки с котятами. Тебе взять?

Да!! Возьми того голубенького!

Хорошо, принцесса.

[вложение] Смотри, какой котик! Я покормила его! Он такой чёрненький!! Похож на тебя <3

Я не такой милый, принцесса.

Не правда!

)))

Мак!

?

Я люблю тебя!!

Ох, я тебя тоже, принцесса. Повеселись, как следует).

!!!!

Макак не может сдержать улыбки, перепрочитывая сообщения. И собирается убрать телефон, когда замечает ещё одно уведомление. Внутри — стягивается нитями. Он не помнит, как приходит домой и всё разгружает. Как включает на фоне телевизор и принимается за ужин с шумом на фоне. Рука сама собой нажимает на видео с того канала. Макак нарезает морковь и лук в прострации. Обжаривает с фаршем и добавляет приправ с томатной пастой. Затем идёт растопленное сливочное масло, в которое он просеивает муку и льёт немного молока. И наконец распределяет всё по частям в форму, разделяя листьями лазаньи. Всё время готовки, Макак молча восседает за столом, перед духовкой, не сводя взгляда с дверцы. В голове пусто и только звон таймера приводит в чувства. Всё то время он почти не моргает и не двигается. Макак опускает взгляд на телефон в руке. На дисплее открыто окошко комментариев. С его собственным в самом вверху. «👍». Он нажимает кнопку ответа, но так и не придумывает, что написать и свайпает обратно. С хлопком двери, Бай Хэ возвращается домой. И тревога резко отступает. Ужин проходит спокойно. В этот раз всё выходит ещё вкуснее, чем с карри и Макак сомневается, не ёбаный ли волшебник Сунь Укун. Хотя, да, в этом весь он. Всегда восхищал и умел удивлять Макака и раньше. За года, видимо, почти ничего не изменилось. После ужина Бай Хэ уходит в комнату, и Макак вновь остаётся один. С телефоном в руке и в пустой кухне, наполненной пряным ароматом лазаньи и чаем. Он бросает взгляд от одного угла в другой и пытается сосредоточиться на руках, но в конце концов всегда останавливается на экране. Он вдыхает. И печатает. Выдыхает. Когда комментарий отправлен, Макак почти жалеет, что сделал это. Хочется сломать телефон об стену, удалить комментарий и сам канал, навсегда заблокировав. Но ещё больше хочется свернуться калачиком и закрыть глаза, обхватившись руками и хвостом. Ответ приходит через минут двадцать. И Макак только осознаёт, что всё это время не двигался. Почти не дышал. Можешь дать свои контакты для общения?

@peach_tubxx

Макак смеётся. Судорожно. Пытаясь наконец восстановить дыхание и прочистить горло. Кончики пальцев — холодные и дрожат, когда он пытается набрать ник в поисковике. Удача. И личные сообщения открыты будто как раз для него. Макак открывает клавиатуру и несколько раз начинает печатать, но каждый — прекращает. И в конце концов почти выходит из приложения, но сдерживается. Он выдыхает. И зажимает кнопку голосового. — Привет. Ответ приходит буквально через минуты три в виде такого же голосового, длинной в пару секунд. У Макака нитями режется-сжимается нутро — не медля ни секунды, он нажимает кнопку воспроизведения. — Привет. Грудь давит. Пузырится. Щекочет. — Меня зовут Сунь Укун. Извини, я плох в переписках и почти не умею писать, но мне приятно, что ты захотел со мной общаться. Макак падает головою на стол. И пытается прикрыть лицо руками, но это не помогает. Ему требуется время. Но этот голос. Этот чёртов голос. Макак улыбается. Его уши обдаёт жаром. — Зови меня просто Макак. И спасибо.