Il pleure dans mon coeur

Поезд, стоящий на станции одного из небольших французских городков сигналил в знак того, что скоро отправится в путь. До отправления оставалось пять минут, большинство пассажиров уже заняли свои места, но кто-то ещё оставался снаружи. Например блондин в длинном кремовом пальто, с чёрной шляпой и небольшим портфелем в руках, спешащий к поезду. И вот он успевает попасть внутрь практически перед самым отправлением, из-за чего ловит осуждающий взгляд проводника. Но мужчине, похоже, всё равно. Сейчас ему важнее найти свободное место в вагоне. Ехать не очень долго, около трёх часов, но хороший попутчик уж точно не помешает. Хотя сейчас выбирать было особо не из чего. Вот, с одной стороны одиноко сидит пожилая леди. Такие, как она, часто весьма разговорчивы и любят поучать молодежь, такие разговоры Полю Верлену не по душе. С другой стороны, чуть дальше, ещё сидит мужчина, судя по всему военный. Поль до тошноты не любит военных, они только и говорят, что о войне, будто в мире кроме неё тем больше и нет. И третье свободное место - рядом с молодым человеком, задумчиво глядящим в окно. То, что надо. На солдата он не похож, а большего и не нужно. Верлен садится рядом с ним, опуская на пол портфель и обращая взгляд к мужчине, рассматривая его. Несмотря на то, что в поезде довольно тепло, да и на улице не мороз, попутчик укутан так, будто бы сейчас январь, а не апрель. Неужели ему ни капли не жарко в таком-то прикиде? Заметив на себе чужой взгляд, мужчина обернулся на Верлена, в его взгляде читался вопрос и некоторая растерянность. Поль поздоровался первым, с дружелюбной улыбкой на лице: — Добрый вечер. Вам холодно? - на улице начинает темнеть, поезд отъезжает от станции в сторону Парижа. — Добрый вечер. Да, немного, - отвечает попутчик. Верлен ещё некоторое время думает, как бы продолжить разговор, пока не вспоминает, что до сих пор даже имени своего не назвал. — Я не представился, прошу простить. Моё имя Поль Верлен, - блондин протянул руку для знакомства и собеседник принял еë, отзываясь в ответ: — Артюр Рембо. Приятно познакомиться, - кивнул Артюр. — Вы из Парижа? — Да. Еду домой. А вы? — Я тоже, - на некорое время повисло молчание. Поль не знал, что сказать, а Рембо будто и не пытался поддержать разговор. По крайней мере, так казалось Верлену. Однако первым заговорил именно Артюр. — Я видел ваше имя раньше, кажется. В газете. Я там работаю. — Вполне вероятно, что вы видели там мои стихи. — Да, я вспомнил. Мой знакомый писал о вас статью. Ещё до войны. Вы довольно знамениты, полагаю. — Мне казалось, что после войны меня все забыли. Кому в нынешнее время есть дело до стихов? - усмехнулся Поль с ноткой печали и разочарования. — Я увлекаюсь поэзией, поэтому, как минимум, мне, - пожал плечами Артюр. О, на тему поэзии Поль мог говорить вечность. Он любил её всей своей израненной душой, и из этих ран нередко выливалась любовь к искусству и собственные чувства Верлена. Так и рождались стихи. Раньше все было иначе. До войны люди ценили искусство. У них были силы читать, вдохновляться и писать. Однако война изменила это за какие-то несколько лет. Теперь поэт - профессия прошлого. Люди опустошены войной. Стихи проходят мимо их сердец. Они не цепляют их. Но остались в обществе ещё люди, которые способны чувствовать искусство. Поль Верлен уже готов был окончательно разочароваться и признать, что его творческая натура обречена, пока не встретил Рембо. Этот человек явно понимал его. Казалось, единственный во всём мире. Верлен говорил с Артюром до самого Парижа, но вот поезд остановился. В тот момент они разошлись. Поль, провожая нового знакомого взглядом, подумал о том, как же глуп, что не попросил его адреса, чтобы позже написать. Верлену казалось, что Артюр и не возражал бы, если бы Поль попытался сблизиться с ним, может даже стать друзьями. Но сейчас поэт знал лишь то, что его нового знакомого зовут Артюр Рембо, и что он работает в газете. Верлен даже не знал в какой именно, а ведь в Париже их полно. Встреча с Артюром могла произойти лишь по воле судьбы, либо случайного случая, не иначе.