В Питере климат лучше

      За окном успело стемнеть, когда Ольга услышала голос Жана и почувствовала его руку на своем плече. — Оленька, доброе утро. Просыпайся, милая.       Ольга села на кровати, складывая мозаику из воспоминаний. — Жан? Откуда ты здесь? — Отпросился пораньше. Поменялся с напарником. Ерунда, потом ночными отработаю.       Ольга потерла виски, пытаясь сконцентрироваться. Как всегда у Жана одна работа на уме. Она же сейчас в Петербурге, правильно? Но почему-то в гостиничном номере Жана. Да, точно... Он сам дал ей ключ. — Мне приснился кошмар, — заговорила Ольга, — Будто Серёжу убили, а я умерла и меня отвезли в морг. Где он? У тебя в больнице?       Жан скорбно поджал губы. — Милая моя, это был не сон. Только, пожалуйста, обойдёмся без драм.       В руках Жана тут же возник платок. Ольга взяла его и громко высморкалась. — Ты никогда не оплакивала своих любовников, так не начинай сейчас, — утешающе погладил Ольгу по голове Жан. — И что теперь будет? — тревожно взглянула Ольга на Жана. Он ведь мужчина, ему и вставать на её защиту. — Ничего не будет. Считай, что тебе сменили легенду. Я буду приносить кровь, а ты гуляй по городу, наслаждайся видами. В твоём положении, — с придыханием произнес Жан, — это очень полезно.       Ольга мужественно сдержала стон. Значит это тоже было наяву? Теперь понятно, чего это маркиз так около неё увивается. Куда делись осуждающие взгляды и язвительные реплики? Само очарование и услужливость. Давно бы так. — Я беременна? — прошептала Ольга, снова падая на подушки, — Лучше бы это было сном.       Жан присел на кровать, переплетая свои пальцы с пальцами Ольги. — Не надо так говорить, ma chérie. Ты же знаешь, как долго я мечтал об этом. У тебя и малыша всё будет хорошо. Я об этом позабочусь.       Одежда француза источала смесь дешевых цветочных духов и хлорки. Теперь, когда Жан сидел совсем близко, определить источник аромата было легко. — Да сними ты уже с себя эту чёртову одежду! — фыркнула Ольга, чувствуя подкатывающую тошноту.       Жан с нахальной улыбкой стянул пиджак, а потом стал медленно расстёгивать рубашку. Повесив одежду на спинку стула, француз перешёл к брюкам.       «Уж не собирается ли он забраться в кровать и юркнуть под одеяло? — подумала графиня, — Может это и его номер, и даже его кровать, но какого чёрта»! — Если я и назвалась твоей женой, это не значит, что ты получил какие-то права, — с холодным презрением напомнила Ольга, — Я достаточно насмотрелась на тебя за то время, что мы жили вместе. — Ты назвалась моей женой? Вот это новость, ma chérie... — Ты ведь знаешь, что я могу быть убедительной. — Ну, тогда мы уладим проблемы с полицией и вернёмся в Смоленск по своим паспортам. Идеально!       Ольга набросила на себя гостиничный халат. Пора бы и позавтракать, даже если за окном уже давно стемнело. Фарфор звякнул о гранитную столешницу. Кровь из пакета лилась тяжело, густо, заполняя номер запахом меди. — А с чего ты взял, что я хочу возвращаться? Я устала от надзора Хранителей, от мерзких правил твоего дедули. Мы только пресмыкаемся перед Бредихиной и ничего не получаем взамен. Мне давно тесно на сцене провинциального студенческого театра. — Решила снова покорить Петербург? Когда-то этот город был заворожен тобой. Дамы тебя ненавидели, а мужчины толпились в приемной и убивали друг друга на дуэлях. — Что поделать! Время было такое, — пресыщенно вздохнула Ольга. — Теперь твоя душенька довольна? — Кривич умолял меня не возвращаться сюда, уверял, что время лечит и скоро я увижу всех своих врагов на кладбище. — Жаль, что ты так его и не послушала и навестила своих «подруг» после обращения, — пробормотал Дешам. — Не будь таким занудой, Жан-Клод. В то время бушевала чахотка. Никто ничего не заподозрил. И ты сразу увез меня Смоленск. А теперь я снова вернулась домой.       Ольга поставила пустую чашку и дразняще провела рукой по груди Жана, словно разговоры о прошлом разбудили угасшие чувства. Жан наклонился и поцеловал ладонь Ольги. Ловко прижал Ольгу к себе спиной, наклоняя вперёд над гостиничным столиком. Руки Жана накрыли холмики грудей. Ольга давно соскучилась по его трепетным ласкам.       Жан всегда любил её с какой-то щемящей нежностью. Пронзительно и без остатка отдаваясь чувствам. Он единственный, овладевая телом, навсегда забирал душу и оставлял сладкую ноюющую боль в самом сердце.       И хотя этот стол находился не в кабинете доктора Дешама, но со своей задачей он справился прекрасно.       Графиня стонала так жарко и страстно, что Жан забыл обо всём. Он ласково поцеловал Ольгу в шею, а потом приник к её губам.       Неожиданный удар в пах заставил Жана согнуться пополам. — Ай! За что?! — огласил гостиничный номер вопль француза.       Ольга возмущённо закатила глаза. — Тебе же понравилось! — прошипел Жан, корчась от боли. — Забыл, что со мной так нельзя? Не смей лезть ко мне после своих потаскушек!       Ольга фырчала, как дикая кошка. Только что спину не выгибала и не пускала в ход острые когти. — Успокойся, это может навредить ребенку, — уговаривал Ольгу Жан, уворачиваясь от новых ударов. — Убирайся отсюда! Не хочу тебя видеть. И тряпье свое забери.       Жан быстро собрал вещи и заперся в ванной, чтобы принять душ и переодеться в чистое. Ольга с сожалением посмотрела на испорченное кровью платье и заказала себе новую одежду. Доставка обещала прибыть через несколько часов. — Ты же понимаешь, что нам пока придется жить вместе? — спросил Жан, осторожно выходя из ванной комнаты.       Ольга выгнула бровь. — Боишься оставить меня без присмотра? — Я буду самым счастливым вампиром, если графиня примет моё предложение, — тихо произнёс Жан. — Ты всё равно всегда на работе...       Ольга небрежно откинула волосы. — Но не надейся, Жан-Клод, что я стану примерной женой офицера. Приноси еду вовремя и не забудь про новую коллекцию в бутике на Невском. Раз уж я "воскресла", мне нужно во что-то одеться.       Выйдя на смену, Жан отдал Катерине пробирку с кровью и попросил сделать анализ. — А чья это кровь, Жан Иванович? — кокетливо поправляя халат, спросила медсестра. — Моя жена ждёт ребенка, — сияя от радости, заявил Жан, — Пожалуйста, сделайте все как можно скорее. — Вы женаты? — Да и довольно давно.       Визит полиции прошел на удивление спокойно, и Жану даже не пришлось прибегать к помощи Ольги. — Жан Иванович, у нас пропажа в морге, — сообщил ему санитар. — И часто у вас такое? — поинтересовался Жан, думая, что речь идёт об исчезнувшей Воронцовой. — Не часто, но случается. Хорошо, что вы всё оформили как следует. Но всё равно будут искать. Может и найдут, в Неве. И кому сразу два трупа понадобилось? — Исчезли два трупа? — переспросил Жан. — Да. Сам понимаю, что недоглядели, — вздохнул санитар с запоздалым раскаянием.              Из гостиницы вампиры переехали в маленький домик у Смоленского кладбища. Уютный и очаровательный в своей простоте. Деревянный стол, старинные стулья. Часы в углу. Две скрипучих железных кровати отправились на чердак и Жан купил одну большую двуспальную с прекрасным ортопедическим матрасом для Ольги. Сам он отдыхал на разбитой тахте, но жаловаться было не на что. Всё лучше, чем спать на полу. Газовая плита на кухне стояла без дела. Зато повсюду появились канделябры. — Ольга, как ты себя чувствуешь? — спросил Жан возвратясь ранним утром с ночного дежурства и выгружая запасы крови в старенький холодильник на кухне. — Кровь быстро заканчивается , но прошу, мой ангел, не ходи на охоту без меня.       Ольга встала с кровати и сонно протёрла глаза. — И в мыслях не было. Я опять проспала всю ночь, совсем как раньше. Что это, кровь?       Жан налил немного в бокал и протянул Ольге, но стоило ей отпить пару капель, как её затошнило. — Это просто гормональное перестроение организма, — забубнил Жан. И Ольгу передёрнуло от его слов — Отвратительное перестроение! Мне не нужен этот ребенок. Я испортила свою фигуру. Да за что мне это! Может покончим с этим?       Жан сделал несколько вдохов и выдохов. А ведь именно этого он и боялся. Быстро же Ольге надоело чувствовать себя беспомощной и слабой. — Олечка, хотя бы в память о Барановском, ты можешь позаботиться о его ребёнке? — А кто обо мне позаботится? Ты?! Я приехала сюда не для того, чтобы жить непонятно где. И быть инкубатором! Найди себе другую подопытную. А с меня хватит! Лучше уж я вернусь в Смоленск. Там хотя бы нормальные условия, а не эта лачуга. — Лачуга? Но... я думал, тебе нравится наше пристанище, — расстроился Жан. — Мне казалось, мы были счастливы здесь. И куда это ты собралась? Клим на свободе. Нам нельзя возвращаться в домой. Если тебе так тут опротивело, можно перебраться к Аннушке с Иваном, в Москву. — Почему ты не уехал с Аннушкой?            Холодные глаза графини Воронцовой пронизывали Жана насквозь. Он мог легко соврать следователю Остроумовой, но отрицать правду, глядя в глаза Ольги, было бессмысленно. — Потому что ты уехала с Барановским. Я чуть с ума не сошел от ревности. — Но я никогда не любила его так, как тебя, — со счастливой улыбкой пробормотала Ольга, прижимаясь к груди Жана.       Сердце француза давно не билось так сильно. Значит всё прощено и забыто? И Ольга снова принадлежит только ему одному? — Жаль, что озеро нашей любви, — по инерции твердил Дешам. — Да пошел ты к чёрту, Жан!       Ольга не дала французу договорить, приникая к его губам и подтверждая свою клятву в вечной любви.       Всё было правильно. С самого начала Жан сделал то, что должен был сделать. Сохранил жизнь этой невероятной женщине и подарил им возможность наслаждаться любовью вечность.       Жан уложил Ольгу в кровать. Матрас прогнулся под телами любовников. Ольга нетерпеливо расстегивала пуговицы рубашки Жана. Одежда упала комом на пол. — Ma meilleure amie. — Mon Français. ma malédiction.       Ольга расцарапала спину маркиза острыми когтями, принимая его ласки. И ещё долго среди тишины были слышны только жаркие стоны вампиров, сгорающих без остатка в любовной схватке.