for Love & Peace

Сколько звезд уже родилось, но их свет до нас еще не дошел? Если бы сегодня ночью погасли все солнца, кроме нашего, сколько сотен лет должно было пройти, чтобы мы осознали, что остались в одиночестве? («Дом странных детей» Ренсом Риггз)

Словно в добровольном заточении, они оставались на корабле. Оставленные без присмотра дети, послушно дожидающиеся возвращения своего родителя. Подобного рода ощущения разрывали Легато изнутри, вынуждали выходить из каюты и бродить по сумрачным коридорам в поисках какого-то знака, знамения, чего-то, чего угодно. Он находил лишь тишину, покорность, упирался в стену и возвращался обратно, ступая по собственным следам. Иногда ему снились руины Джулая и он просыпался в холодном поту с сухими от пепла руками, с чёрными от копоти ногтями, которыми он раскапывал землю в надежде вернуть утраченное. Ах, если бы утраченное им вернулось в землю… С уходом Найвза он чувствовал себя пустым. Беспокойная нервная оболочка, копящая раздражение каждым нервом, обрамляла ничто. Легато чувствовал родство с темнотой ночи, в которую погружалась пустыня. Он наблюдал её, прижимаясь к холодной поверхности панорамного стекла. Не позволяя себе моргать. До рези в глазах. До боли, вспышки которой заменяли ему свет звёзд. Звёзды были бесконечно далеко. Боль всегда была рядом. Его бог был звездой, а он был ночью в пустыне и это ни на сколько не приближало его к нему, но причиняло невыносимую боль. Он обманывал себя. Обманывал, когда думал, что мог убежать. Обманывал, когда уповал на могущество сил, которыми обладал. Обманывал, когда верил, будто далёким звёздам есть до них дело. Обманывал, потому что один единственный раз его спасли. И единожды спасённый, он уверовал. Ну а что ему оставалось? Легато тянул за собой тяжёлый шлейф из бездонной ночи, в которой отражались мёртвые звёзды. Шлейф стирал его следы и обещал однажды поглотить его самого. Его мелодичное шуршание наполняло бесприютные металлические коридоры – звук, который слышали все, кто, как и Легато, не мог заснуть. Занесённый песком корабль, затерянный среди скал, оказался домом призраков и света догорающих мёртвых звёзд, голоса которых терялись в пустоте.