Трилогия «Омега»: книга первая

Пока они шли к его комнате, Ирука шел нарочито медленно. Он видел, что здешние омеги обязаны были идти в ногу со своим хозяином, а он не хотел, чтобы его Омега напрягался больше, чем было необходимо. Когда они вошли в его комнату, Ирука увидел, что пара служанок-бет поправляли постельное белье и разводили огонь. — Оставьте нас, — строго сказал он, и они быстро подчинились, закрыв за собой дверь. Ирука обернулся и увидел, что Омега стоит на коленях, склонив голову. — Как я могу доставить вам удовольствие, Альфа-сама? Ирука потерял дар речи. Он был слишком шокирован спиной Омеги. Она вся была в синяках и следах от хлыста. И они не были старыми, порезы едва затянулись. Крошечные ручейки засохшей крови стекали с плеч на поясницу. Будь моя воля, я бы разорвал на части того, кто это с ним сделал! Ирука опустился на колени, одна рука нерешительно зависла над его плечом. — Твоя спина… — хрипло прошептал он, не в силах произнести никаких других слов. Омега слегка съежился. — Простите меня, Альфа-сама. Я знаю, что выгляжу непрезентабельно. — Я не об этом беспокоюсь, — тихо сказал он ему. — Кто сделал это с тобой? — Мой предыдущий хозяин, принц, Альфа-сама. Внутренне Ирука услышал, как его Альфа угрожающе зарычал. Но он сдержался. — За что? Омега отвел взгляд. — Он был… недоволен… ребенком, которого я родил ему, Альфа-сама. Как он смеет! Любой малыш от него был бы настоящим сокровищем! Ирука почувствовал, что его сейчас вырвет. Должно быть, именно по этой причине Исоджин опоздал на пир. В какое больное общество он попал? Омега посмотрел на него своим единственным серым глазом. — Пожалуйста, скажите мне, как доставить вам удовольствие, Альфа-сама. — Что? — потрясенно спросил Ирука. — Вы выбрали меня для своего удовольствия, так что я обязан это сделать, Альфа-сама. Вы можете использовать меня, как пожелаете. Ирука стиснул зубы. — Я не хочу… использовать тебя. Ради всего святого, ты только что родил! Омега опустил голову, серебряные пряди закрыли его глаза. — Простите меня, Альфа-сама. Я могу понести любое наказание, которое вы сочтете нужным. — Наказание? — не понял Ирука. — За что мне тебя наказывать? — За то, что я не приношу удовольствия, Альфа-сама. Удовольствия? Ты великолепен! Грязь, которая сделала это с тобой, недостойна даже прикасаться к тебе! — Нет! — почти закричал Ирука. — Нет, нет, нет! Почему я должен наказывать тебя за твое нынешнее состояние? Ответ был ужасающим. — Для вашего удовольствия, Альфа-сама. Шок от того, что он сказал, заставил Ируку потерять равновесие, и он тяжело сел на пол. Наказывать его ради удовольствия? Это было ужасно! Омега посмотрел на него, нервно покусывая нижнюю губу. — Пожалуйста, скажите мне, что я могу для вас сделать, Альфа-сама. — Ничего, — голос Ируки был таким тихим, что даже он едва расслышал его. Взгляд Омеги нервно забегал, а запах страха усилился. — Я расстроил вас, Альфа-сама? — Нет. Вовсе нет. — Тогда что я могу для вас сделать, Альфа-сама? — Ничего. Омега съежился. — Вы… недовольны мной, Альфа-сама? — спросил он тихим голосом. — Это… это не то, что я имел в виду. О, боже, эммм… — Ирука замолчал, проводя рукой по лицу в недоумении и разочаровании. Он посмотрел на Омегу, который дрожал, но выглядел так, словно пытался сдержаться. И снова его Альфа взревел от отчаянного желания защитить и спасти. — Ты замерз. — Это не имеет значения, Альфа-сама. Ирука наклонился вперед. — Для меня имеет, — мягко сказал он. Омега посмотрел на него, на его лице отразилось замешательство. Ирука встал. — Давай, эм, давай подойдем поближе к огню. Омега послушно поднялся. Он был выше Ируки, но сутулился таким образом, чтобы не попадать в поле зрения Ируки. Он заметил, что на полу между бледными ногами Омеги образовалась небольшая лужица крови. Серый глаз проследил за его взглядом, затем Омега сделал шаг назад и еще сильнее сжался. — Простите меня, Альфа-сама. Я всё уберу. — Мы с этим потом разберемся, — сказал Ирука, махнув рукой. Он подошел к камину, указывая на коврик, который лежал перед ним. — Пожалуйста, сядь. Омега, прихрамывая, подошел и опустился вниз. Ирука заметил, что тот боролся с собой, чтобы не нахмуриться. Он опустился на колени рядом с ним. — Ты можешь лечь на спину? Омега не протестовал. — Я… эм… Я собираюсь проверить, насколько у тебя там все плохо. — Хорошо, Альфа-сама. Ирука мягко взял его за ноги, побуждая согнуть колени. И снова со стороны Омеги не последовало никакого протеста. Он полностью раскрылся, чтобы Ируке было удобнее его осматривать. Ирука прикусил губу и сделал глубокий вдох. Разрыв был довольно значительным… Неудивительно, что бедный Омега хромал. Это должно было быть так больно. — У тебя достаточно большая рана. — Простите меня, Альфа-сама. — Здесь не за что извиняться, — он посмотрел на него. — Эм… На самом деле я немного разбираюсь в целебном дзюцу. Ты не возражаешь, если я тебя исцелю? Омега колебался. Казалось, он боролся с какой-то внутренним противоречием. Но затем он сфокусировал свой взгляд на потолке и сказал: — Я ваш, делайте со мной, что вам заблагорассудится, Альфа-сама. Ируке было больно это слышать. Он просто хотел помочь этому Омеге, который спас ему жизнь, который не заслуживал настолько несправедливого обращения. Он опустил руку вниз, пока не завис всего в паре сантиметров над поврежденной областью. Его рука засветилась зеленым, когда он активировал свою чакру. Он услышал, как Омега тихо ахнул. — Прости, — извинился он. — Я должен был предупредить тебя, что я недостаточно хорош, чтобы сделать это безболезненно. Омега не ответил. Ирука работал медленно, не торопясь, чтобы срастить плоть как можно лучше. Это оказалось сложнее, чем любое другое исцеление, которое он когда-либо пробовал. К тому времени, как он закончил, его дыхание было немного тяжелым, и он чувствовал, как пот выступил у него на лбу. Он отстранился. — Я думаю, что теперь все хорошо. Но тебе нужно быть осторожным, кожа очень нежная, а мы же не хотим, чтобы она снова порвалась. Омега выглядел озадаченным, но он просто кивнул. — Да, Альфа-сама, — он сел, заметив усталость Ируки. — Вам следует восполнить энергию, Альфа-сама. Ирука махнул рукой. — Я в порядке. — Вам надо восполнить ваши силы, Альфа-сама. Вы можете выпить мое молоко. Оно сладкое, Альфа-сама. Ирука разинул рот. — Выпить твое… нет! Разве твоему ребенку оно не нужнее? Омега посмотрел вниз. — У меня больше нет ребенка, Альфа-сама, — тихо сказал он. — Что ты имеешь в виду? — Ребенок принадлежит своему Альфа-родителю, Альфа-сама. — Но… разве тебе не нужно ухаживать за ним? Он и твой ребенок тоже! По телу Омеги прошла дрожь, и Ирука знал, что это было не от холода. — У принца много беременных или родивших омег, Альфа-сама, — мягко сказал он. — Ему не нужно мое молоко. Они… отняли у него ребенка??? Ирука почувствовал, как в его сердце закипает гнев. Омеги всегда были очень привязаны к своим малышам. Их связь было очень нелегко разорвать, их потребность друг в друге была скреплена сильным инстинктом. Семья была всем для Омеги. Он не мог поверить в жестокость, с которой обошлись с этой нежной душой. — Оставайся здесь, — сказал ему Ирука. Он встал и пошел в ванную комнату, набрав теплую ванну. Закончив, он вышел и увидел, что Омега был там, где он его оставил, сидя рядом с огнем. Он не выглядел таким замерзшим, как раньше. Хорошо. Я должен продолжать заботиться о нем. — Иди сюда, — сказал он, надеясь, что это прозвучало как просьба, а не команда. Возможно, это не имело значения для Омеги, но это имело значение для него. Омега повиновался. Он все еще хромал, но уже не так сильно, как раньше. Войдя в комнату, он увидел полную ванну и повернулся к нему. — Я мог бы сделать это для вас, Альфа-сама. Ирука поднял руку. — В этом не было необходимости. — Тогда позвольте мне помочь вам раздеться, Альфа-сама. — В этом тоже нет необходимости, — Ирука улыбнулся ему. — Эта ванна для тебя. Серый глаз расширился от недоверия. — Что? — Эта ванна для тебя, — повторил он более мягким тоном. Омега замер. — Вы… Я имею в виду… это… — он неловко запнулся. Ирука внимательно посмотрел на него. — Все в порядке? По бледному телу пробежала дрожь. Его взгляд метнулся в сторону, и когда он заговорил, его голос больше напоминал шепот. — Но здесь… здесь теплая вода, Альфа-сама. Сердце Ируки сделало кульбит, и его Альфа затрясся от гнева. Неужели к нему никогда раньше не проявляли такой доброты? Он сел на край ванны, надеясь, что его поведение не покажется угрожающим. — Меня… порадовало бы, если бы ты принял эту ванну. Кажется, это сработало. Омега, прихрамывая, подошел и осторожно опустил свое тело в воду. Из-за близкого контакта Ирука чувствовал исходящий от него запах нервозности. Он знал, что его раны должны были больно щипать, но Омега не издавал ни звука. — Давай дадим тебе отмокнуть несколько минут, прежде чем приступим к мытью. Ты привыкнешь, и тебе будет не так больно. Омега только кивнул, выглядя почти крошечным в большой ванне. Ирука встал и снял свой бронежилет, положив его на стойку. Он закатал рукава, затем открыл шкафчик и достал несколько мочалок и пару кусков мыла. Он принес их и поставил на край ванны. — Какое мыло ты хочешь? — Какое из них вы бы хотели, чтобы я использовал, Альфа-сама? Ирука мягко улыбнулся. — Я не это у тебя спросил. Омега явно не привык к тому, что у него был выбор. Он неловко поерзал и отвел взгляд. — Белое, — пробормотал он. — Хорошо, — сказал он. — Могу я спросить, почему? Он снова пошевелился. — Оно мягче. — А, я понимаю. У тебя чувствительная кожа? — Нет, Альфа-сама. Обоняние. — Понимаю, — он убрал второе мыло обратно в шкафчик. Вернувшись, он намочил одну из мочалок в воде, затем намылил ее. — Вот, — сказал он, протягивая её Омеге, — помой ноги сам. Ты не возражаешь, если я вымою тебе спину? — Я ваш, делайте со мной, что вам заблагорассудится, Альфа-сама. — Но ты же человек. Он оглянулся через плечо. — Я всего лишь Омега. Я в вашем распоряжении, Альфа-сама. Ирука понял, что каким-то образом он обязан заставить это прекрасное создание увидеть, что он больше, чем просто Омега. — Послушай, — мягко сказал он, беря вторую мочалку и осторожно протирая спину Омеги, — я ничего не требую. Я прошу. Ты знаешь, что это значит? — Что я должен повиноваться вам, Альфа-сама, — ответил Омега, как будто это было очевидно. Ирука перевел дыхание. — Нет, — медленно произнес он, тщательно подбирая слова. — Это не значит, что тебе нужно слепо повиноваться мне. У тебя есть выбор. — Я выбираю повиноваться вам, Альфа-сама. Ирука вздохнул. Омега напрягся под его руками. — Я сказал что-то не так, Альфа-сама? Ирука снова вздохнул, на этот раз печально. — Нет. Не беспокойся об этом. Как только он закончил со спиной, он прижал руку к бледному плечу, заставляя Омегу откинуться назад, чтобы он мог вымыть ему волосы. Он был поражен тем, какими мягкими были эти дикие локоны. — Вот, — сказал он, как только смыл остатки мыла, — давай вытрем тебя насухо. Омега поднялся из воды, и у Ируки перехватило дыхание. Да, мужчина все еще немного дрожал и был слишком бледен, но его тело, все еще опухшее от вынашивания ребенка, было потрясающе красивым. Он был похож на мужчину-нимфу, элегантно поднимающегося с какой-то потусторонней равнины. Ирука дернулся, осознав, что он снова пялится, а Омега просто стоял там, продолжая дрожать из-за его рассеянности. Он быстро поднялся на ноги, нашел самое большое полотенце и завернул в него Омегу. Он вернулся к шкафчику и, немного покопавшись, нашел небольшую баночку с заживляющей мазью. Он снова вернулся к Омеге. — Повернись, я хочу подлечить твою спину. Омега колебался. — Мои раны заживут сами по себе, Альфа-сама. Это лекарство предназначено для альф. Ирука улыбнулся. — Ну, я альфа, и я хочу использовать эту мазь, чтобы подлечить твои раны. Я не хочу, чтобы ты подхватил инфекцию. Омега развернулся и опустился на колени, полностью обнажив спину. Ирука опустился на колени позади него, окунул пальцы в мазь и начал втирать ее в глубокие порезы. Прошли минуты молчания. — Итак, насколько чувствительно твое обоняние? — спросил Ирука непринужденно. Омега слегка напрягся. — Я могу… чувствовать ваш запах, Альфа-сама. Сначала Ирука был озадачен. Конечно, он чувствовал его запах, Ирука тоже чувствовал его. Просто общий идентифицирующий запах вторичного пола и сильнейших поверхностных эмоций. Чтобы получить что-то более конкретное, нужно было бы понюхать железу на шее или запястьях. Если только… — Ты имеешь в виду, что можешь чувствовать мой специфический запах, не приближаясь к моим железам? Легкая дрожь, как будто он не знал, было ли его признание хорошим или плохим. — Да, Альфа-сама, — прошептал он. — Это интересно, — пробормотал Ирука, аккуратно втирая немного мази в один из более глубоких порезов. Он не хотел спрашивать, но любопытство пересилило. — И как я пахну? Омега глубоко вздохнул. — Теплом, — тихо сказал он. — Как летний ветерок. Ирука почувствовал, что снова улыбается, и его Альфа удовлетворенно замурлыкал. — Я никогда раньше не слышал, чтобы мой запах описывали таким образом. Большинство говорило, что он больше напоминает специи. Омега нервно облизнул губы. — Было ли мое описание… удовлетворительным, Альфа-сама? Он легко хихикнул. — Очень. Я надеюсь, что ему действительно нравится мой запах… Закончив с обработкой спины, Ирука поставил баночку на место. Когда он обернулся, то увидел, что Омега все еще сидел на полу. Его снова начала бить дрожь. Ирука подумал о том, чтобы забрать у него мокрое полотенце, но Омега обхватил его вокруг себя, как спасательный круг. — Пойдем, — сказал ему Ирука. — Тебе нужно согреться, и я уверен, что тебе нужно отдохнуть от сегодняшних потрясений. Омега открыл рот, как будто собираясь возразить, но затем закрыл его. Он встал, послушно следуя за Ирукой из ванной. Ирука хотел завернуть Омегу в один из теплых халатов, которые, как он знал, висели в шкафу, но омеги в этой стране не носили вообще никакой одежды, поэтому он решил не давить на бедняжку. — Ложись, где хочешь, — сказал ему Ирука. В комнате была кровать, диван, плюшевое кресло… он был уверен, что Омега выберет что-то из этого. Но нет. Вместо этого он осторожно похромал к изножью кровати, где на полу лежал очень толстый меховой коврик. Он опустился на него, подоткнув полотенце под ягодицы, так как у него все еще текли послеродовые жидкости. Он свернулся калачиком, как собака, стараясь казаться как можно меньше, затем застенчиво посмотрел на Ируку. — Здесь нормально, Альфа-сама? Нет! — вот что хотел сказать Ирука, хотел настоять, чтобы он выбрал что-нибудь более удобное. Но было ясно, что Омега не привык к выбору, и это было единственное место, которое он мог себе позволить. Вероятно, было бы нехорошо говорить ему, что его выбор был неправильным. Поэтому Ирука доброжелательно улыбнулся ему. — Абсолютно. Он взял одеяло, которое было накинуто на диван, и перенес его к ковру. — Оно достаточно теплое для тебя? — спросил он, опускаясь на колени, — или тебе нужно что-нибудь потолще? Омега моргнул, глядя на него. — Мне не нужна такая роскошь, Альфа-сама. Это… роскошь? Одеяло… одно жалкое одеяло… было роскошью??? Ирука проглотил свой гнев, борясь с тем, чтобы он не просочился в его запах. Он подоткнул одеяло вокруг дрожащего тела. — Мне не нравится видеть тебя замерзшим. — Вы… странный, Альфа-сама. Он тихо хмыкнул. — Если желание видеть тебя здоровым квалифицируется как странное, тогда я приму это как комплимент. Пожалуйста… укладывайся спать. Омега в замешательстве сдвинул брови. — Но… Я ничего не сделал для вас, Альфа-сама. — Единственное, что мне нужно, это чтобы ты поспал. Я вижу, как ты измучен, — он протянул руку, желая провести по этим мягким серебристым прядям, но вместо этого положил ее на бледное плечо. — Пожалуйста. Омега нервно сглотнул, но закрыл глаз. Он так устал, что прошло всего несколько секунд, прежде чем он задремал. Ирука некоторое время наблюдал, как он спит, едва в состоянии осознать глубокую несправедливость и ужасы этого общества. Ирука встал, вытер кровь с пола, затем с тяжелым вздохом опустился на свою кровать, проведя рукой по волосам. Если бы он знал, что миссия обернется таким образом, он никогда бы на нее не согласился. Он откинулся назад, прижал ладони к глазам и помолился о том, чтобы поскорее получить весточку от Минато.