Трилогия «Омега»: книга первая

Ируке не потребовалось много времени, чтобы найти кухню. Его нос, возможно, и не был таким чувствительным, как у Инузуки или у (не) его Омеги, но еще никогда не подводил. Кухня была огромной. Она вся была уставлена длинными деревянными столами, за которыми работали как горничные, так и омеги. Некоторые резали мясо и овощи, другие готовили тесто и соусы. Пара омег мыла и сортировала фрукты. Остальные готовили рыбу, рис, яйца, хлеб, супы… количество еды, напитков и десертов было поистине колоссальным. Казалось, никто даже не заметил, что Ирука забежал на кухню, пока знакомая пара нефритовых глаз не увидела его. Это была немая девочка, которую он спас во время Адвента. Он приветственно улыбнулся ей. — Здравствуй. Самая широкая улыбка расплылась по ее лицу. Она перестала резать яблоки и подбежала к нему, дико жестикулируя. Он рассмеялся. — Я в порядке. Рад видеть, что у тебя все тоже хорошо. Она жестом пригласила его следовать за ней. Он повиновался, и она подвела его к столу, на котором стоял поднос с сырными пирогами. Он указал на них. — Это ты их приготовила? Она с энтузиазмом кивнула, жестом предлагая ему попробовать один из них. Ируке не надо было повторять дважды, он схватил первую подвернувшуюся под руку тарталетку и надкусил. Текстура была такой кремовой, с легким ореховым привкусом, а корж был восхитительно рассыпчатым. Он улыбнулся юной омеге. — Это восхитительно! Ее улыбка была такой же яркой, как у Наруто. Он расправился с маленьким пирожным еще за два укуса, и девушка все это время лучезарно улыбалась ему. — Спасибо большое. А теперь не могла бы ты мне помочь? Она кивнула, давая понять, что сделает все, что в ее силах. — Это простая просьба. Мне нужна тарелка бульона. Девушка в замешательстве склонила голову набок. Ее руки вопросительно шевельнулись. — Да, я знаю, что мог бы попросить принести её мне в комнату, но я хотел посмотреть, что здесь да как, — он ухмыльнулся. — И вот тебя встретил заодно. Девочка подпрыгнула на цыпочках, явно тоже радуясь их встрече. Она зажестикулировала, а затем убежала вглубь кухни. Она нашла пустую миску и наполнила ее теплым бульоном из-под супа, который варился на медленном огне в одной из больших дровяных бронзовых печей. Она положила внутрь ложку и поднесла ее к альфе. Он взял у нее миску, и она снова сделала знак рукой. — Я уверен, что это очень вкусно, — сказал он девочке, — но это не для меня. Она вопросительно посмотрела на него. — Это для моей Омеги. Он болен. Ее нефритовые глаза расширились, и она с энтузиазмом сделала еще один жест. Ирука мягко улыбнулся ей. — Тебе не нужно этого делать. Кроме того, разве у тебя нет дел здесь? — он не хотел, чтобы у нее были неприятности. Кроме того, он знал, что она принадлежала Соте. Омегам в этой стране можно было ходить с чужими альфами? Девочка продолжала жестикулировать, настаивая на том, что с ней ничего страшного не произойдет. И тогда, тихо вздохнув, Ирука уступил. — Хорошо, как знаешь. Она улыбнулась и взяла миску из его рук. Они вышли из кухни, и омега последовала за ним по длинным коридорам. В отличие от его Омеги, она держалась рядом с ним, делая по два шага на каждый его шаг. Ирука не знал, почему она вдруг захотела пойти с ним, но полагал, что нет ничего плохого в том, чтобы побаловать ее. Когда они подошли к двери, она вопросительно посмотрела на него. Он понял, что она не особо привыкла видеть обычные деревянные двери, покрытые странными светящимися узорами, которых раньше никогда не было. — Это печать — объяснил он и положил руку в центр двери, отчего печать поползла обратно к его пальцам. Девочка слегка подпрыгнула, и Ирука улыбнулся ей. — Не волнуйся, это не причинит тебе вреда. Она продолжала с любопытством наблюдать, пока печать не была успешно снята. Затем Ирука открыл дверь, и глаза девушки округлились как блюдца, когда она увидела Омегу в его постели. Омега плакал. Ирука бросился к нему, не замечая ничего на своем пути. — Аната! Что случилось? Омега моргнул, глядя на него снизу вверх. Он крепко прижимал к себе Хисаши, пока мальчик пил молоко. Он улыбнулся сквозь слезы. — О, Альфа-сама… Ирука сел рядом с ним, нежно проводя пальцами по дорожкам слез. — Ты в порядке? От него не пахло ничем, кроме болезни… Омега наклонил подбородок к своему отпрыску. — Он… он снова ест, — хрипло прошептал мужчина. — Он… не ел… два дня… Ирука посмотрел на Хисаши и нежно коснулся пальцем его щеки. — Ты так плохо себя чувствовал, да, малыш? У щенка все еще была температура, и он ел не так быстро, как обычно, но прогресс явно был. Разноцветные глаза Омеги встретились с его карими. — Вы… спасли его… снова, Альфа-сама… — последнее слово перешло в несколько сильных приступов кашля. — Тссс, — шикнул Ирука. — Прекрати говорить. Сейчас это слишком обременительно для тебя. Я попросил принести тебе бульон, он поможет. Он жестом подозвал молодую девушку, и она практически подскочила к нему. Как она не пролила ни единой капли супа, было выше понимания Ируки. — Спасибо, — улыбнулся он юному поваренку, взял у нее из рук ложку и поднес ее к губам Омеги. Омега от шока широко раскрыл глаза и чуть ли не дышал. — Тебе тоже нужно поесть, — мягко сказал ему альфа. Ируке не нужно было даже оборачиваться на девочку-омегу, чтобы догадаться, в каком изумлении она находилась, пока наблюдала за ними. Альфа-хозяин, медленно кормящий своего больного Омегу ложками теплого бульона, вряд ли был обычным зрелищем в Стране Бронзы.