Трилогия «Омега»: книга первая

После того, как он покормил Хисаши, Омега пополз в ванную, чтобы сменить полотенце. Как только он закончил, Ирука зашел, чтобы искупать ребенка и надеть на него чистый подгузник. Хисаши хихикнул, когда Ирука отнес его обратно в кроватку. — Ладно, пора спать, малыш, — сказал он, укладывая его на мягкий матрас. Хисаши ворковал с ним, его глаза цвета горечавки сверкали. Он был абсолютно очаровательным ребенком. Ирука поцеловал его в крошечный лобик, затем вернулся в ванную, чтобы переодеться в синий шелковый халат. Он вернулся в спальню, усталый и готовый ко сну. Он посмотрел на Омегу, видя, как тот кутается в одеяло. Это было немного странно, так как обычно он этого не делал, но ночь была напряженной. Но потом он увидел, что Омега дрожит. Он опустился рядом с ним на колени. — Эй… ты хорошо себя чувствуешь? Омега кивнул. — Просто… замерз, Альфа-сама. Ирука коснулся его плеча. — Тогда давай посадим тебя поближе к огню. Омега кивнул и приподнялся. Ирука взял его одеяло и последовал за ним, когда он подполз к огню, сразу же опустившись на толстый ковер. Ирука опустился рядом с ним на колени, укрывая дрожащее тело Омеги. Он коснулся чужого лба, обнаружив, что тот горячий. — Думаю, у тебя жар, — сказал он со вздохом. Омега захныкал. Мой бедный Омега. Не волнуйся, я здесь. — Все в порядке, ты останешься здесь. Я не отправлю тебя обратно в эту адскую дыру. Он содрогнулся при воспоминании о Яме. Омега кивнул. — Я… знаю, что вы этого не сделаете, Альфа-сама, — прошептал он. Сердце Ируки забилось сильнее от признания в доверии, но разбилось оттого, что он все еще не чувствовал себя комфортно, чтобы рассказать ему о своей болезни. — Как давно ты себя плохо чувствуешь? — Я… не знаю, — он прерывисто вздохнул. — Я не чувствовал себя хорошо с тех пор, как… — он умолк, подавив рыдание в горле. Ирука понял и положил руку ему на плечо. — Ты через многое прошел, физически и морально. Есть вероятность, что твоя температура связана со стрессом, поэтому отдых — это именно то, что тебе нужно. Ирука не хотел думать, что он мог заболеть из-за какого-то неизвестного осложнения после травматических родов. Он прикусил губу. — Ты… хочешь, чтобы я остался с тобой? Омега покачал головой. — Вы не должны… причинять себе неудобства из-за меня. Ирука схватил его за плечо. — Никогда не думай, что доставляешь мне неудобства. Омега слегка ему улыбнулся. — Вам тоже нужен отдых, Альфа-сама. Вы тоже страдали. Не так сильно, как ты. Ирука погладил его по щеке. — Постарайся уснуть. Омега закрыл глаз. Ирука оставался рядом с ним достаточно долго, чтобы убедиться, что он спит, прежде чем встать и отправиться в свою постель. Он знал, что Омега хотел бы, чтобы он поспал, но это давалось нелегко. Он чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Было несправедливо, что Омеге снова стало плохо, но у него было ноющее чувство, что это была не просто болезнь. После часа ворочаний Ирука, наконец, сдался. Он откинул одеяло и подполз к Омеге, чувствуя инстинктивную потребность проверить его. К сожалению, он выглядел ничуть не лучше. Он все еще дрожал и казался бледнее. Ирука решил, что будет бодрствовать, пока не убедится, что с ним все будет в порядке. Но дрожь, казалось, только усилилась. Ирука пошел в ванную, наполнил водой таз, в котором они мыли Хисаши, и схватил чистую тряпку. Он отнес все к Омеге и, намочив тряпочку в воде, отжал ее, затем вытер маленькие капельки пота, которые собирались на бледных висках Омеги. Серый глаз открылся. — Альфа-сама… — Тссс. Все в порядке. Спи. Он снова закрыл глаз и продолжал ужасно дрожать под одеялом. Через час он начал беспокойно извиваться, поэтому попытка оставить одеяло на месте была тщетной. Ирука положил руку на грудь и активировал медицинское ниндзюцу, но болезнь явно отличалась от предыдущих. Она была более сложной, более серьезной. И его дзюцу, казалось, совсем не помогало. Желудок Ируки скрутило от беспокойства. Жар не спадал, что бы он ни делал. Если в ближайшее время ситуация не изменится к лучшему, ему придется вызвать акушерку. Что еще хуже, Омега начал периодически стонать. Он пробормотал что-то бессвязное и открыл глаз. Ирука склонился над ним. — Что случилось? — мягко спросил он. Этот единственный серый глаз смотрел прямо на него. Бледные губы задрожали, когда Омега тихо произнес: — Больно. Это нехорошо. — Где? Омега поднес дрожащую руку к своему животу, прямо над тем местом, где находилась матка. И именно тогда он понял… Сана знала! Волчицу беспокоило не то, что Омега не ел. Она почувствовала что-то совсем другое. А я был слишком глуп, чтобы понять это! Ирука не терял времени даром. Он вскочил на ноги и позвонил в колокольчик, трижды дернув за шнурок, надеясь, что это передаст срочность. Возможно, это сработало, или, возможно, поблизости случайно оказалась горничная, но он даже не успел повернуться к Омеге, как раздался стук в дверь. Он дернул за ручку, и в комнату вошла горничная. — Да, что я могу для вас сделать, Ирука-сенсей? — Мне нужен врач. — О, Боже, — на ее лице отразилось сочувствие. — Вы плохо себя чувствуете, сенсей? — Нет. Мой Омега. — О, бедняжка… он, кажется, до сих пор не может оправиться от случившегося, не так ли? Но я боюсь, что врачи предназначены только для альф и бет. Я сыт по горло этими людьми, которые не дают омегам элементарной человеческой помощи! Ирука в отчаянии вскинул руки. — Мне все равно! — почти закричал он, с трудом вспомнив, что Хисаши спит. — Приведи мне кого-нибудь! Кого угодно! Горничная отступила на полшага, явно испугавшись альфы. — Д-да, сэр. Сейчас же. Ирука смотрел, как она уходит, затем обернулся. Он увидел, что Омега смотрит на него, его дыхание было тяжелым и прерывистым. — Альфа-сама… — прошептал он. — Эй, — сказал Ирука, опускаясь рядом с ним на колени. — Я здесь. Омега сглотнул. — Простите… Ирука нежно убрал волосы с его лба. — Тебе не за что извиняться. Он захныкал. Ирука понял. Несмотря на его заверения, Омега чувствовал, что подводит его. Поэтому он протянул руку и погладил его по щеке. — Ты никогда не подводил меня. Мы выясним, что не так, и скоро тебе снова станет лучше. Я обещаю. Омега слегка подался навстречу его прикосновению, намекая на то, как плохо он себя чувствует. Ирука погладил большим пальцем щеку со шрамом, тихо напевая. Раздался стук в дверь, и Ирука обернулся и увидел, что это Харука. — Я слышала, что ваш омега нездоров, — заявила она без предисловий. — Да. Ты должна помочь ему, — сказал он ей голосом, который не терпел возражений. — Понимаю. Я осмотрю его. Харука подошла к Омеге и опустилась рядом с ним на колени. Ирука отодвинулся, чтобы дать ей больше места. Она стянула с него одеяло, и он сразу же начал дрожать еще сильнее, всхлипывая. — О боже. Он определенно неважно выглядит, — прокомментировала женщина. Она положила руки на живот Омеги и начала ощупывать. Омега слабо извивался и стонал от боли. Помоги! Позаботься! Защити! Ирука мгновенно повернулся к акушерке, в нем закипал гнев. — Что ты сделала? — потребовал он. Харука подняла на него совершенно невозмутимый взгляд. — Пожалуйста, Ирука-сенсей, позвольте мне завершить осмотр. Не я причина его боли. После этого Ирука беспомощно наблюдал, как Харука продолжает пальпировать Омегу. Он намеренно сел на колени рядом с его головой. Зная его чувствительность к запахам, Ирука позволил самой слабой успокаивающей ноте, на которую был способен, просочиться из своей обонятельной железы. Бета бы запаха не учуяла, но вот Омега точно. Несколько мгновений спустя Харука уселась на стул и посмотрела на Ируку. — Его матка опухла. — Это… осложнение после родов? — Да. Скорее всего, его матка инфицирована. Страх пронзил его сердце. — Инфицирована? Она кивнула. — По какой-то причине самцы-омеги более восприимчивы к инфекциям, когда теряют щенка. Мы не знаем почему, так же как не знаем, почему у самцов-омег больше репродуктивных осложнений, чем у тех же женщин. Из своей базовой полевой медицинской подготовки и прочитанной им книги «Беременность у мужчин-омег» Ирука, к сожалению, знал это слишком хорошо. — Что можно сделать? — У нас нет ничего, чтобы бороться с этим типом инфекции, Ирука-сенсей. — В смысле? — Вы, кажется, не этого ожидали. — …Почему тебя удивляет моя реакция? Почему вы вообще здесь не занимаетесь лечением таких заболеваний? Она приподняла бровь. — Потому что омег можно заменить. Бесчувственная сука! Ирука почувствовал, что его трясет от горя и гнева. — Убирайся, — прорычал он. — Ирука-сенсей… — Пошла вон сейчас же! Харуку, казалось, совершенно не смутил гнев альфы. Она поднялась на ноги. — Пожалуйста, дайте мне знать, если вы хотите, чтобы я нашла течную омегу для щенка. Лорда Соту не стоит беспокоить по такому пустяковому вопросу. Ирука вскочил на ноги, его клыки покалывало. Он оскалился и зарычал, руки сжались в кулаки, и он пригнулся, готовый наброситься на бету. Но Харука явно имела дело с большим количеством разгневанных альф, чем ей полагалось, и потому даже не дрогнула. Это было довольно впечатляюще для беты. Она повернулась спиной к разгневанному альфе, а затем вышла из комнаты. Ирука упал на колени, наблюдая, как весь его мир рушился. Он практически слышал, будто стеклянный дом разбивался вдребезги и сыпался осколками на землю, раня его тысячью порезов, каждый глубже предыдущего. Он запустил руки в волосы, из его горла вырвался сдавленный звук. Он сказал Омеге, что все будет хорошо. Но теперь он нарушил еще одно обещание. Потому что Омега прямо сейчас умирает.