Трилогия «Омега»: книга первая

Прогулка к озеру прошла спокойно. За все время они не встретили ни единой живой души. Лишь раз мимо пролетела бабочка, и Хисаши, хихикнув, потянулся к ней, совершенно очарованный яркими крылышками. Ночью озеро казалось безмятежным, но сейчас солнце придавало мерцающим водам совершенно другую красоту. Ирука сделал глубокий вдох, посмотрел на Какаши и улыбнулся. — Мне уже лучше. Какаши скромно улыбнулся в ответ. — Я очень рад, Альфа-сама. — Интересно, Сана сегодня к нам придет? — Она выходит только по ночам, господин. — А-а, ясно. — Ирука слегка повел плечом от усталости. — Может, здесь устроимся? Они выбрали ровный участок травы рядом с берегом. Ирука поставил корзину на землю, открыл ее и достал скатерть. — Позвольте мне, господин, — предложил Какаши. Ирука тихо хмыкнул. — Нет, я первый. Какаши наблюдал, как он раскладывает ткань. Ирука убедился, что все края расправлены, и поставил на них корзину. — Садись, — велел он, первым опускаясь на колени. Какаши шагнул вперед и опустился на траву. Ирука похлопал по скатерти, мягко подбадривая его. Какаши сглотнул, затем медленно двинулся вперед и тоже сел на мягкую поверхность. Ирука почувствовал, что его улыбка становится шире. — Вот умница. Какаши хотел было возразить, но его пыл быстро угас, когда он посмотрел на Хисаши, который неловко заерзал. — Ой… — Обделался? — спросил Ирука. Какаши пристыженно кивнул. — Простите, Альфа-сама. — Ничего страшного. Я подготовился. Омега резко поднял голову. — Альфа-сама? Ирука с легкой улыбкой на лице извлек из своего жилета свиток. Он развернул его и указал на восемь нарисованных на пергаменте кругов. — Ты помнишь, как его открывать? — спросил он, обращаясь к Какаши. Какаши кивнул и послушно выполнил все необходимые печати. В воздух взмыло облачко дыма, из которого образовалась небольшая стопка подгузников и чистых салфеток. Какаши поднял взгляд, и Ирука с удивлением заметил, что тот улыбается. — Альфа-сама… — произнес Какаши. — Да? — отозвался Ирука. — Вы… Ирука, не задумываясь, протянул руку и положил ее на плечо Какаши. — Неужели ты думал, что я уведу нас на целый день из Дворца и не позабочусь о Хисаши? После того как переоденешь и помоешь его, не забудь убрать грязные вещи обратно в печать, только заверни их сначала в салфетки. — Конечно, Альфа-сама. Спасибо вам большое, — ответил Какаши, с искренней благодарностью в голосе. — Тебе нужна помощь? — заботливо спросил Ирука. — Нет, я сам все сделаю, господин, — ответил Какаши с уверенностью. — Как скажешь. Какаши принялся за дело с удивительной скоростью. Хисаши, счастливый и довольный, хихикал, хлопал ручками и дрыгал ножками, пока Какаши ловко менял ему самодельные подгузники. — Он всегда такой счастливый, — заметил Ирука, наблюдая за ними. — Да, это так, — согласился Какаши, наклоняясь, чтобы нежно потереться носом о нос сына. Он уже почти закончил, когда вдруг замер с тряпкой в руке. На его лице отразилось беспокойство. — Что-то случилось? — спросил Ирука, заметив перемену в его настроении. — У него… что-то не так с кожей, Альфа-сама, — ответил Какаши с тревогой. Ирука быстро подошел ближе и осмотрел малыша. — Похоже на легкую опрелость, — сказал он, — ничего серьезного. Вот, — он протянул ладонь, активируя медицинское ниндзюцу. Хисаши завизжал от радости. Всего через несколько секунд Ирука убрал руку. — Теперь как новенький! Какаши посмотрел на него с благодарностью. — Спасибо вам большое, Альфа-сама, — произнес он с волнением. Ирука лишь рассмеялся и нежно погладил малыша по щеке. — Я счастлив, что смог поднять тебе настроение, крошка, — сказал он. Он отодвинулся, позволяя Какаши запечатать все грязные вещи. Как только это было сделано, он свернул свиток и спрятал его обратно в жилет. Хисаши, чистый и одетый, перевернулся на живот. — Ба-ба! — воскликнул он, улыбаясь и дрыгая ногами. Он поднялся на четвереньки, еще не совсем уверенно, но уже с некоторым упорством. — Ба-ба! — пробормотал он, проползая немного вперед. — По-моему, кто-то выпендривается, — рассмеялся Ирука, ложась на живот, чтобы быть на уровне глаз мальчика, и шутливо погрозил ему пальцем. — Скоро нам придется гоняться за тобой, не так ли, малыш? Хисаши, смеясь, протянул руку и схватил Ируку за палец. Он крепко сжал его, поднес ко рту и прижался к нему губами. Ирука пошевелил пальцем, и Хисаши, взвизгнув от восторга, отпустил его. — Ты такой милый, ты знаешь это? — спросил Ирука, глядя на него с улыбкой. В его голубых глазах светилось счастье, и он видел, сколько доброты таится в душе малыша. Доброту, которую он унаследовал от своей матери. Хисаши повернул голову, взглянув на воду, и удивленно вскрикнул. — Верно, ты ведь тоже впервые видишь озеро днем, не так ли? — Ирука поднял его на руки и встал. — Давай посмотрим поближе. Он подошел к кромке воды и опустился на колени, позволяя Хисаши сесть на теплый песок. Малыш потянулся вперед, разбрызгивая воду руками и пища от восторга. Ирука рассмеялся, чувствуя, как тяжесть покидает его душу. Если бы только жизнь всегда была такой простой! Он оглянулся через правое плечо и увидел, что Какаши подошел к ним сзади. Его шаринган был раскрыт, но как только он встретился взглядом с Ирукой, тут же закрыл его. — Могу я… показать вам кое-что, господин? — спросил он. — Конечно, давай, — ответил Ирука, думая, что тот хочет показать ему что-то, связанное с Хисаши. Он был слегка удивлен, когда Какаши встал и направился к роще. — Похоже, мы отправляемся в приключение, — шепнул он малышу, удобнее перекладывая его на руках. Он последовал за Какаши к опушке леса, где Омега остановился, подняв голову. — Это мое любимое дерево, — сказал он. Ирука посмотрел вверх. Дерево было высоким и крепким, а его толстые ветви явно свидетельствовали о его возрасте. — Я любил сидеть вон на той ветке, — сказал ему Какаши, указывая пальцем. — Похоже, надежное место для отдыха, — отметил Ирука. — Так и есть. Я… старался сидеть там так часто, как только мог. Быть в пограничном патруле одиноко, Альфа-сама, особенно когда отец моего ребенка не… — Какаши замолчал, из его горла вырвался сдавленный стон. Он перевел дыхание, и Ирука терпеливо ждал, когда он продолжит. — Это было одно из немногих мест, где я мог… поговорить с Хисаши, — его щеки слегка порозовели. Ирука протянул руку и положил ее ему на плечо. — В этом нет ничего постыдного, аната. Многие матери и отцы разговаривают со своими еще не родившимися детьми. Ты знал, что они могут слышать тебя, находясь в утробе? Какаши посмотрел на него широко раскрытыми от удивления глазами. — Они могут? Ирука улыбнулся. — Да. Вот почему Хисаши был так расстроен, когда вас разделили после рождения. Все, что он знал, — это твое сердцебиение, твой запах и голос. Прийти в этот мир и лишиться единственного родного… неудивительно, что он не успокоился, пока вы не воссоединились. Хисаши потянулся, поерзал, просясь к матери. Какаши обнял его и прижал к себе, наклонив голову, чтобы слегка вдохнуть его запах. — Мне так жаль, — прошептал он. Ирука подошел ближе. — Это была не твоя вина. Так не пойдёт. Ирука позволил своему запаху распространиться вокруг Какаши, окутывая его теплом и уютом. Омега поднял на него глаза, а Хисаши, удивлённый переменой, втянул воздух. — Сегодня не день для грусти, — мягко сказал Ирука. Какаши сглотнул. — Да, господин. Бедный Омега, помимо всего прочего, перенес столько травм, связанных с рождением Хисаши. Ирука знал, что он совершенно не готов к тому, чтобы справиться с этим. Когда мы доберёмся до Конохи, нам нужно будет назначить ему терапию. Он слишком много пережил. Ирука протянул руку и нежно коснулся пальцами щеки Какаши. — Спасибо, что показал мне то, что для тебя ценно. Какаши слегка вздрогнул, и Ирука озабоченно нахмурился. — Тебе холодно? — спросил он. День был солнечным, но Омега был совершенно голым. Он покачал головой, глядя вниз. — Нет, господин. Я просто… не мог раньше поделиться своими мыслями… ни с кем. Но с вами… всё по-другому. Ирука осознал, что за прошедшие месяцы Какаши открыл ему свою душу, как никому другому. И он также рассказал ему о самом сокровенном… Его имени. Ирука хмыкнул. — Почему это твоё любимое дерево? Уголок губ Какаши приподнялся. — Я сейчас покажу, — он подпрыгнул, ощутив прилив чакры, и легко приземлился на крепкую ветку. Хисаши рассмеялся, взволнованный внезапным движением. Ирука с ухмылкой тоже вскочил. Он приземлился рядом с Какаши, и Хисаши радостно пискнул ему вслед. Какаши указал пальцем. — Смотрите. Он обернулся, и у него перехватило дыхание. С этого места открывался великолепный вид на озеро — вода переливалась в лучах солнца, словно россыпь драгоценных камней. В этом суровом месте это был настоящий райский уголок. — Вау, — выдохнул он. Мысленным взором он увидел Какаши, сидящего на ветке, прислонившись спиной к крепкому стволу. Он представил, как тот гладит свой большой живот, разговаривает с Хисаши и наслаждается пейзажем. — Красивый вид, не так ли, Альфа-сама? — спросил Какаши. Ирука посмотрел на него с улыбкой. — Да, правда. Но далеко не такой красивый, как ты.